Текст книги "Психо Фейри (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц)
– А что это за пятая статуя? – я с гримасой отвращения указала пальцем на окровавленную фигуру. Этот монумент отчетливо напомнил мне картину на стене в замке королевы.
Проводница пренебрежительно бросила:
– Давно исчезнувшая раса фейри. Мы о них не говорим. Королева фейри истребила их ради безопасности всего королевства.
– Тогда нахрена здесь до сих пор стоит их статуя? – искренне не поняла я.
На скульптуре фейри выглядел умирающим, и я в упор не догоняла, каким образом королева устранила «угрозу». Зная эту ебнутую суку, она, скорее всего, вырезала их чисто по приколу.
Проводница резко выдохнула и уставилась на меня так, словно я была с ног до головы измазана дерьмом или совершила какое-то другое святотатство.
– В нашем королевстве искусство не уничтожают!
Я прищурилась, глядя на нее. То есть пытать невинных в жестоких играх для них абсолютно «ок», а вот порча предметов искусства – это та самая черта, которую нельзя переступать?
Она прищурилась в ответ. После долгой и неловкой игры в гляделки я поняла, что женщина не шутит, и тихонько хмыкнула про себя. Я уж точно не стану рассказывать ей о том, как в школе случайно раздолбала статую, потому что на полной скорости в нее впечаталась.
Тогда я на собственной шкуре усвоила, что другим девчонкам очень не нравится, когда ты подкармливаешь крыс в своей комнате и обустраиваешь им уютное гнездышко под кроватью. Моя соседка по комнате гоняла меня по всему коридору и орала, что убьет Персика – мою ручную крысу. Спасая жизнь Персика, я случайно повалила изваяние бога солнца, и оно разлетелось на куски. В наказание директриса заставила меня провести ночь в лесу в самый разгар зимы без куртки. Температура тогда упала сильно. Было ниже минус сорока градусов.
Но облом получился за ними, потому что одной хреновой зимой Дик вообще запрещал мне носить куртку. В моих жилах текла густая кровь перевертыша, так что в ту ночь от обморожения побелели всего четыре пальца на руках. Директриса-то явно рассчитывала, что я сдохну.
Хрен ей! Я утерла ей нос.
Мимо нас с громким гомоном прошла дюжина фейри, и их болтовня вырвала меня из воспоминаний, вернув обратно в реальность. Оставалось надеяться, что со временем фейри научатся уважать разумную жизнь так же сильно, как они уважают гребаное искусство.
И все же, когда высеченные из камня пустые глаза гигантской статуи уставились на меня в ответ, я не смогла сдержать дрожи при виде нарисованной лужи крови, в которой лежал поверженный фейри. По коже пробежал мороз предчувствия, и к горлу подкатил внезапный приступ тошноты.
Как можно было стереть с лица земли целый вид фейри?
Выяснять это мне почему-то совсем не хотелось.
Глава 15. Сэди
Размещение
Эта тренировочная деревня представляла собой монументальный архитектурный шедевр из металла, зеркал и живых растений. Каждый раз, когда до меня доходило, что я нахожусь в здании, которое стоит внутри другого здания, да еще и под стадионом, у меня просто взрывался мозг.
Цокая высокими каблуками, наша проводница махнула рукой, призывая следовать за ней, и принялась без умолку трещать про здешние спортзалы, магазины и обеденные заведения. Она указывала на одну дверь за другой, устраивая нам экскурсию по комплексу.
– Так мы здесь будем жить между боями? – в замешательстве спросила я, когда она ткнула пальцем в очередной салон красоты, а затем в какой-то офисный кабинет.
Она мило мне улыбнулась, словно мы обсуждали что-то приятное, а не жестокие игры, в которых меня заставляли участвовать против воли.
– Здесь конкурсанты живут и тренируются, оттачивая свои навыки, чтобы показать королевству наилучшее зрелище.
У меня внутри все сжалось, и какая-то часть меня окончательно умерла. Глубоко вдохнув, я высказала все как есть:
– Я не буду тренироваться. Я отказываюсь!
Мое несчастное тело физически не вынесло бы больше ни секунды этого долбаного спорта. Я-то наивно полагала, что мы будем целыми днями отдыхать в подземелье, потом изредка сражаться за свою жизнь на арене, а после – снова отдыхать. На данном этапе мысль о том, чтобы просто сидеть весь день на жопе и не двигаться, казалась мне чем-то оргазмическим.
– Желаете, чтобы я доложила королеве фейри о вашем неповиновении? – с безмятежной улыбочкой поинтересовалась проводница.
– Не, я передумала.
Что ж, признаю: я оказалась еще и трусихой.
Проводница кивнула, будто именно такого ответа и ждала:
– Я покажу вам ваши жилые помещения. Вы вольны сами выбирать график и программу тренировок, хотя некоторые групповые занятия обязательны для поддержания вашей формы.
Ее лаковые каблуки громко цокали по мрамору, пока она вела нас через это гигантское здание.
– О, бог солнца, неужели это Кобра? – зашептались фейри, когда мы проходили мимо.
Джакс тут же сместился в сторону, заслоняя его своим телом от чужих глаз.
Другие начали громко кричать и тыкать пальцами:
– Смотрите, это те альфа-оборотни и девчонка с ними.
Я уже открыла было рот, чтобы рявкнуть, что я вообще-то тоже альфа, но не успела я ввязаться в драку, как Ашер вырос передо мной и зарычал:
– Глаза свои нахер закрыли, и не смотрите на нее.
Татуировки заходили ходуном на его массивном теле. С отломанным наполовину рогом он выглядел еще более угрожающе. Блядь, да от одного вида того, как он стоял, вытянувшись и напрягая бицепсы, за милю веяло посылом: «нахуй отойдите».
Неудивительно, что фейри при его альфа-рыке сразу заткнулись и поспешили убраться с дороги.
Я уже повернулась к Ашеру, чтобы заявить, что он вообще-то не прощен и не имеет никакого права меня защищать, как вдруг проводница замерла перед очередной дверью:
– Вот здесь вы будете жить.
Помещение состояло из трех комнат: две спальни, в каждой по две кровати, и общая гостиная, соединяющая их. В отличие от уютных кирпичных стен и камина в мире перевертышей, это место было глянцевым, современным и с высокими потолками. Комната, может, и была просторной. Но для троих альф и Ксеркса, каждый из которых вымахал за два метра ростом, она казалась тесной коморкой.
– Нам нужна еще одна кровать, – холодно заметил Ксеркс, окинув взглядом пространство и пересчитав спальные места.
Мы вчетвером тут же ощетинились и повернулись к нему.
– А ты не можешь найти себе другое место для ночлега? Уверена, твоя драгоценная королева подсуетится и найдет тебе угол, – процедила я, буравя его взглядом.
Мало того, что этот наглый ублюдок таскался за нами хвостом повсюду, так теперь еще и жить с ним под одной крышей?
Мне нахрен не сдалась его тухлая энергетика.
Вот знаете, бывают токсичные мужчинаи, от которых за версту несет говном?
Так вот он был ходячим тому примером.
Пурпурные глаза Ксеркса вспыхнули яростью, и он презрительно фыркнул:
– Мечтаешь, чтобы я свалил? Классическая альфа. Считаешь себя слишком крутой, чтобы делить комнату с омегой?
– Чего? Ну нет. Я просто не хочу, чтобы твоя наглая жопа портила фэншуй в этой комнате.
Он сделал угрожающий шаг вперед, его огромная фигура и бугры мышц напряглись от злости. Этот гад пытался задавить меня своими габаритами.
– Отошел от нее! – зарычал Джакс, задвигая меня себе за спину.
– Котенок, веди себя прилично, – промурлыкал Кобра, погладив меня по волосам и придерживая мою голову, как какой-то маньяк-извращенец.
Я попыталась вырваться из хватки этого большого змеиного психопата, но он лишь рассмеялся, как законченный псих.
– Отъебись! – рыкнула я, пытаясь вернуть себе хоть каплю достоинства.
Когда мне наконец удалось выпутаться из леденящих объятий Кобры, Джакс и Ашер уже прижали Ксеркса к стене. Омега держал у их горла парные кинжалы и оскалился так, словно спал и видел, как пустит им кровь.
На другом конце комнаты проводница-фейри наблюдала за этим хаосом с абсолютно скучающим лицом.
– Королева приказала мне жить с вами, – медленно произнес Ксеркс, и его медовый акцент сладостно сорвался с губ.
При этих словах наша проводница тут же встрепенулась и спросила:
– Желаете, чтобы я доложила королеве фейри о вашем неповиновении?
Мне безумно хотелось пырнуть ее ножом, но вместо этого я со стоном выдала:
«Ладно»
Пока никто из них не успел развязать войну. Возвращаться в застенки подземелья я точно не планировала.
Проводница кивнула:
– Отлично. Идите за мной в помывочную зону.
Еще какое-то мгновение Ксеркс держал кинжалы у горла Ашера и Джакса, но в итоге убрал оружие, и мы все нехотя поплелись за нашей сопровождающей.
– Котенок, подержишь меня за руку? – промурлыкал Кобра, протягивая свою бледную ладонь, украшенную вросшими драгоценными камнями.
– Э-э, может, попозже? – пробормотала я, бочком отходя от него.
Этот ледяной ублюдок запрокинул голову и заржал так, будто я выдала самую убойную шутку в его жизни. Даже Джакс посмотрел на него с явным беспокойством.
Где-то между тем, как я скакала на его лице в шкафу, тем, как я стояла голой перед всем гребаным королевством, и моим прыжком ласточкой на жесткий песок арены, в Кобре что-то щелкнуло. Он по-прежнему оставался тем еще высокомерным блестящим змеиным красавцем, который за словом в карман не лез и обожал язвить. Но в то же время он изменился. Казалось, я стала ему небезразлична, просто он понятия не имел, как проявлять свои чувства как нормальный человек.
Когда проводница показала нам ванную комнату, я с трудом оторвала взгляд от до неприличия красивого лица Кобры. Помывочная находилась в паре дверей от нашей спальни и представляла собой огромное помещение с кучей душевых стоек. Никаких тебе штор для приватности, никаких дверей. Просто двадцать открытых душей в один длинный ряд.
Все на виду: заходи и любуйся на чужие гениталии.
Поскольку я была единственной участницей женского пола, фейри, скорее всего, вообще не парились вопросами скромности.
Меня аж передернуло. Похоже, с водными процедурами я завязываю. Буду ходить грязной и вонючей. Кожа, покрытая коркой песка, зачесалась от одной только мысли об этом.
Прежде чем я набралась смелости спросить про другие варианты душа, проводница повела нас дальше по бесконечному коридору. И наконец-то мы добрались до нормальной части экскурсии.
Мы вошли в огромную столовую, где вдоль стен тянулись зоны с разной едой. Там были блюда таких форм и размеров, каких я в жизни не видывала. Но вместо того, чтобы остановиться и нормально поесть (а я, на минуточку, была уже в одной секунде от голодной смерти) – эта женщина погнала нас дальше по коридорам.
Она показала нам нереально огромный крытый бассейн, крытый тренажерный зал, зал для спаррингов, беговую дорожку внутри здания и дверь, ведущую на уличный маршрут для пробежек. На последнем пункте меня аж вывернуло воздухом. Моя внутренняя кошачья натура обожала показательную драматичную рвоту.
Не замечая моей панической атаки, проводница вручила каждому из нас по плоскому кристаллу аметиста. Он был гладким, и я провела пальцами по его глянцевой поверхности. Вдруг камень нагрелся в моей ладони, и прямо над ним вспыхнул парящий экран. Я, как истинный эталон невозмутимости, ка-а-ак завизжу от неожиданности, но успела поймать хреновину у самого пола, пока она не раскололась.
Когда я наконец взяла себя в руки, то поняла, что на кристалл проецируется расписание. Какое-то модное колдовство фейри, чем-то смахивающее на мобильник.
Но стоило мне перестать залипать на волшебный булыжник и вчитаться в текст, как всякое желание жить покинуло мое тело. Расписание было депрессивным до смерти. Начнем с того, что завтрак заканчивался в восемь утра, а кухня закрывалась в девять вечера. Прощай, сон до обеда и ночные перекусы.
Хотя это были еще цветочки.
Расписание любезно сообщало, что трижды в неделю после полудня у меня стоят групповые тренировки, а четыре раза в неделю в пять часов утра – групповые пробежки. Когда я дошла до этого места, из уголка моего глаза скатилась скупая слеза. На секунду я реально задумалась о том, чтобы пойти к королеве фейри, и заявить, что я умываю руки, и пускай она меня пытает. Не то чтобы я гордилась тем, что была готова выбрать пыточную камеру вместо бега, но я была близка к этому как никогда. Лишь воспоминания об истошных криках истощенных узников и о говне, размазанном по коже, удержали меня от капитуляции.
Наконец, после экскурсии, которая показалась мне бесконечной вечностью, проводница оставила нас в столовой. Она грациозно ушла на своих шпильках с улыбкой на лице, явно готовая испортить день кому-нибудь еще.
У меня в животе заурчало, когда я окинула взглядом забитую народом столовую. В этой «деревне» было полно остроухих фейри: стражники, работники стадиона, бухгалтеры, врачи. Все они сновали туда-сюда, создавая непрекращающийся гул. Этот дворцовый комплекс был не просто базой для участников Игр, а целой экосистемой, обслуживающей стадион наверху. Учитывая, что на трибунах заседал миллион фейри, логично, что под землей вкалывала и жила целая орава народу.
– О, бог солнца, это же Кобра! – взвизгнула какая-то женщина, указывая на нас своей стайке подружек.
И тут на нас двинулась самая настоящая стена фейри. Они маршировали как военное подразделение, а в глазах у них горел тот же безумный фанатизм, что и у самых упоротых солдат-бет в нашей крепости.
Джакс загородил Кобру своей широкой спиной. Он сорвал с себя зеленое худи, продемонстрировав горы внушительных мышц, и швырнул кофту Кобре. Тот быстро натянул ее, затянул шнурки на капюшоне и припустил вглубь переполненной столовой, подальше от фейри.
У меня к горлу подкатил ком, когда я увидела, как он втянул голову в плечи и ссутулился, отчаянно пытаясь остаться незамеченным. Я с трудом сглотнула желчь. Его мало того что притащили сюда против воли, так еще и сделали из этого шоу, превратив его в местную суперзвезду. Я даже представить не могла, как это бьет по кукухе.
Когда нам наконец удалось оторваться от этой жуткой армии фанатов, Кобра перестал нестись так, словно за ним черти гнались, и я принялась разглядывать прилавки с едой. Я ласково, сочувствующе ему улыбнулась и потянулась, чтобы взять его за руку.
Он резко развернулся и зыркнул на меня сверху вниз своими холодными, суровыми изумрудными глазами. Долгую секунду мне казалось, что он сейчас выдернет руку и по привычке смешает меня с говном. Но вместо этого его взгляд едва заметно смягчился, а длинные пальцы крепче сжали мою ладонь. Драгоценные камни, вросшие в его кожу, были холодными на ощупь. У меня внутри все перевернулось, а в груди сладко защемило. Подумаешь, просто подержались за руки, но ощущалось это как нечто гораздо большее.
– Ну, так что мы будем есть? – спросила я, чтобы разрядить натянутую до предела струну между нами.
Я стала изучать вывески с меню. На них были фотки самых разных блюд, и мой мозг уже закипал от попыток сделать выбор.
Но вместо того, чтобы обсудить меню как нормальные, вменяемые взрослые, Джакс выдвинул стул и рявкнул альфа-голосом:
– Села!
Кобра выпустил мою руку и тоже выдал альфа-приказ:
– Не двигаться.
И Ашер до кучи рявкнул:
– Подчиняйся!
Я чисто на инстинктах плюхнулась на стул, потому что от их альфа-приказов мое тело тупо сработало на автомате. Какое-то время я не могла пошевелить ни единым мускулом и в красках представляла, как беру со стола палочку для еды и засаживаю им всем по очереди прямо в задницу.
– Тебе нужен отдых. Ты перенапряглась после трех дней в коме, – Джакс сжал кулаки при напоминании о моем эпичном падении.
Я злобно уставилась на него, чувствуя себя преданной из-за такого отношения. При виде моей мины его суровое лицо смягчилось, и он аккуратно обхватил мой подбородок своей огромной, мозолистой ладонью. Его пальцы были горячими, когда он медленно провел ими по моей челюсти.
– Пожалуйста, Сэди, я же волнуюсь за тебя. Ты вся в синяках. Просто посиди здесь ради меня, ладно?
Я не смогла сдержать кивка. Он так гипнотически смотрел на меня своими теплыми серыми глазами, лаская мое лицо.
Кобра кивнул:
– Да, сиди на жопе ровно. Тебе надо восстанавливаться. – В его груди раздался странный скрежещущий рокот, пока он буравил меня взглядом. Затем он прошептал: – Я убью этого полукровку-воина. Как он посмел оставить на тебе столько синяков?
Я закатила глаза от его напускного драматизма, а в животе снова заурчало. Если они прямо сейчас не дадут мне выследить и прикончить какую-нибудь булочку, я окончательно сойду с ума. Оказывается, после комы просыпается дикий голод. Кто бы мог подумать.
Джакс убрал руку, которой до этого неосознанно поглаживал мое лицо. Он неловко прижал ее к боку, словно из последних сил боролся с желанием продолжить эти ласки.
Я уже открыла рот, чтобы напомнить Кобре, что Ашер вообще-то тоже шмякнулся о землю со всей дури и лишился половины рога, но почему-то никто не заставляет его сидеть и отдыхать. Однако эта троица развернулась и вальяжной походкой направилась к прилавкам с едой. Кобра оглянулся через плечо и подмигнул мне. Я выставила вверх обе руки и показала ему средние пальцы. Он лишь облизал свои порочные губы и пошел дальше, абсолютно не парясь из-за моей ярости.
Я фыркнула.
А я-то, дура, решила, что между нами с Коброй проскочила какая-то искра, когда мы держались за руки.
Мужчина – просто ходячий хаос.
И вообще, надо сделать мысленную галочку: поработать над сопротивлением альфа-приказам, а то проявлять ко мне заслуженное уважение здесь явно никто не собирается.
Ксеркс выдвинул стул и сел прямо напротив меня. Он молчал. Прекрасно, меня бросили один на один с собутыльником из преисподней.
– Каким шампунем ты пользуешься? – задала я вопрос, который так и рвался с языка с самой первой нашей встречи, когда он сдал нас королеве фейри.
Меня прямо-таки до глубины души преследовал вопрос: почему у него такие роскошные волосы?
Ксеркс скривился так, будто я полная идиотка, и переспросил:
– Что?
– Что? – не менее интеллектуально переспросила я.
– Надо же, какая встреча. Маленькая альфа-пизда, – раздался густой бас, бесцеремонно прервав нашу увлекательную беседу с Ксерксом.
Я подняла глаза и увидела высокого фейри с квадратной башкой и темными глазами, который буравил меня взглядом. Это был тот самый водный фейри, который наградил меня испепеляющим взором еще на церемонии открытия. Мою голову тут же прошила тупая боль от подступающей мигрени.
Эта песнь была мне до боли знакома, и не нужно быть гением, чтобы понять, куда ветер дует. Сначала был тот бородатый бета в мире перевертышей, потом Джон, которого я считала нормальным парнем, потом предательство Ашера… а теперь вот этот абсолютно левый хмырь решил до меня доебаться?
– Слушай, у меня сейчас физически нет сил вывозить твою токсичную энергетику. Ты меня ненавидишь, я это уже поняла. Возьми талончик и встань в очередь.
Зажмурившись, я с силой потерла глаза руками, мысленно молясь, чтобы у него прямо сейчас случился инфаркт, и он рухнул замертво. Либо со мной что-то не так, либо мужчины в массе своей просто психически нездоровы и являются корнем всех бед в обществе.
Тут определенно второе.
Квадратноголовый чувак просто вылупился на меня, сжав свои мясистые клешни в кулаки, и процедил:
– Женщинам не место в бою.
– Абсолютно согласна! – с тяжелым вздохом отозвалась я, высматривая в толпе наших альф.
Надеюсь, они несут мне что-то реально вкусное.
– Ты… Ты… – заикаясь, забормотал квадратноголовый, явно не ожидая, что я с ним соглашусь. Прямо слышно было, как в его квадратнойголове со скрипом пытаются зашевелиться две последние извилины.
Сделав несколько глубоких вдохов, он снова поймал волну своего неадеквата:
– Да мне плевать, с чем ты там согласна! Тебе здесь не место, и я сделаю так, чтобы все королевство об этом узнало. Вы, бабы-еретички, со своими попытками занять место мужчин на поле боя – это просто мерзость. Я не позволю тебе засирать мозги здешним женщинам.
Я подняла большой палец вверх и натянула широкую улыбку:
– Флаг тебе в руки! Вижу, с менталочкой у тебя полный порядок.
Готова была поставить свою правую руку на то, что у этого кадра в жизни секса не было. От квадратноголового за версту несло жестким вайбом девственника. Ему бы реально стоило наведаться в одну из тех клиник, про которые рассказывала Аран, а то он какой-то слишком зажатый и злой.
Это очень-очень вредно для здоровья.
К сожалению, хоть он и был тупым, но сообразить, что я над ним издеваюсь, ума хватило. Его лицо налилось пунцовым цветом, и он резко наклонился вперед, вторгаясь в мое личное пространство.
Вдруг Ксеркс молниеносно выхватил один из своих жутких клинков и потянулся через стол. Стальное лезвие плотно прижалось к шее фейри, и по коже из-под острия потекла тонкая струйка крови.
– Шаг назад, или я доложу королеве фейри, – тихо произнес Ксеркс.
Фейри воды перевел взгляд на синий герб на груди Ксеркса и резко побледнел. Такой знак носили только личные стражи королевы. Это четко давало понять, что Ксеркс – ее личная сучка. Квадратноголовый без лишних слов попятился назад.
– Пасиб, – буркнула я Ксерксу, который легким движением языка слизал кровь со своего клинка.
Максимально жуткий чувак, от которого я на всякий случай отодвинула свой стул чуть дальше от стола. Какая-то крошечная, глубоко запрятанная часть меня отметила, как горячо Ксеркс выглядел, когда слизывал кровь с ножа. Я предпочла этот голос проигнорировать. Эта часть меня была явно не в себе, и спасать там было уже нечего.
Ксеркс склонил голову набок, будто никак не мог меня раскусить:
– Почему ты его не отшила? Ты же альфа, но и пальцем не повела.
Я хмыкнула и указала на свою мелкую, ни разу не внушительную фигуру:
– Ну, ты же меня видел. Даже когда я могу перекидываться, я половину времени думаю, что произошла какая-то ошибка и никакая я не альфа.
Ксеркс сузил свои аметистовые глаза:
– Но дерешься ты как альфа.
Я почесала затылок, размышляя, как бы попонятнее объяснить ему, что у меня в голове живет кровожадный голос, и при этом не показаться конченой шизофреничкой.
В этот самый момент Джакс водрузил прямо перед моим носом огромную тарелку, до краев наполненную мясом и картошкой, и маска Ксеркса мгновенно вернулась на место. Омега откинулся на спинку стула и снова принялся буравить нас всех тяжелым взглядом. Его точеный подбородок и красивые черты лица были напряжены.
В животе у меня заурчало, и я принялась жадно заталкивать еду в рот. Кобра пододвинул ко мне стакан с напитком, а Ашер поставил корзинку с булочками и целую масленку. Мужчины расселись со своими тарелками, но к еде не притронулись. Они просто сидели и тупо залипали на то, как я уничтожаю порцию, как конченые фрики.
– Так, может, обсудим тот факт, что нас всех тупо выкрали из мира перевертышей? – спросила я у Джакса.
С момента нашей отсидки в подземелье произошло до хрена всего, но я до сих пор пыталась переварить эту информацию.
Джакс покачал головой:
– У нас слишком много проблем с этими Играми. С этим разберемся позже. Ешь, маленькая альфа.
Я открыла рот, чтобы поспорить с ним, но от запаха еды мой желудок издал истошный вопль.
В гробу я видала эти споры.
Лучше сосредоточусь на божественном хлебе, тающем во рту, а не на том, что меня похитили. И уж точно не на феромонах, которыми был пропитан весь воздух из-за того, что эти мужчины сидели так близко.
Запах теплых каштанов смешивался с густым ароматом хвои, морозного снега и пряной корицы. Вместе они создавали такой убойный коктейль, что концентрироваться на тарелке становилось все труднее. Мне безумно хотелось податься вперед и облизать их всех. Изваляться в их запахах, пока они полностью не возьмут меня в защитный пузырь тепла.
Вместо того чтобы вести себя как похотливая сучка, я подцепила огромный кусок масла и размазала его по очередной пышной булочке. Забивая рот едой, я изо всех сил пыталась напомнить себе, что они – контролирующие мою жизнь психи, а не коробка вкусных конфет.
Кобра ухмыльнулся, сидя напротив, словно читал мои мысли. Его красивое лицо исказилось в фирменной маниакальной гримасе.
Теплый хлеб приятно ощущался на языке, а масляное тесто медленно возвращало мне вкус к жизни.
Кобра провел красным языком по своим сочным губам. Разноцветные татуировки Ашeра натянулись, когда он сжал челюсть, не отрывая от меня взгляда. Серые глаза Джакса штормило от скрытой бури. А роскошные светлые волосы Ксеркса развевались вокруг него от какого-то призрачного сквозняка.
Бог солнца, до чего же эти мужчины были хороши собой.
Жаль только, что у каждого из них за спиной развевался огромный красный флаг. Ладно, у Джакса не развевался. Да и Кобра через такое дерьмо прошел… Ашера я все еще не простила. Но он, блядь, подставил свое тело, чтобы спасти мое.
Боги, как же я влипла.
