Текст книги "Психо Фейри (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 24 страниц)
Я выдавила блеклую улыбку и постаралась излучать максимальное спокойствие, ведь, судя по всему, у меня теперь появилась репутация знаменитой садистки-мучителя.
– Это было так эффектно! Я сделаю вам скидку, – подмигнула она.
Все-таки фейри – глубоко нездоровые люди.
Затем ко мне подошел парень-фейри и поинтересовался, не желаю ли я добавить к процедурам еще и уход за лицом. Я сразу согласилась. Чисто ради того, чтобы подгадить Ашеру. Раз уж он за все платит, я сделаю так, чтобы этот чек влетел ему в хорошенькую сумму. Конечно, я ценила его попытки побаловать меня, но еще больше я ценила, когда меня не предают.
Чего я точно не ожидала, так это того, что Ашер потребует маски для лица еще и для себя с Ксерксом. Судя по всему, этот двухметровый, забитый татуировками шпион синдиката с огромными рогами был тем еще любителем поухаживать за собой.
Час спустя я могла с уверенностью заявить, что все мои чакры пришли в идеальный баланс. Внутри меня струился абсолютный покой и умиротворение.
Именно в таком виде нас и застукали Джакс с Коброй. Мы втроем полулежали в креслах со сверкающими масками цвета розовой жвачки на лицах, пока мастера держали над нашими головами зачарованные паровые машины.
– И ты еще стебал Джакса за то, что он плетет Сэди косички? – язвительно процедил Кобра, глядя на нас сверху вниз с высоко поднятыми бровями.
– Нет, – отозвался Ашер, слегка приподнимая лицо к паровому аппарату. – Я ржал над запахом Сэди, потому что ее явно до безумия завел тот факт, что Джакс заплетал ей волосы.
Мои чакры тут же перекосило к чертям, и весь внутренний покой мгновенно покинул тело.
– Ничего подобного! – выкрикнула я, наотрез отказываясь смотреть в сторону Джакса.
– Ну и какой у тебя план насчет вампира? – спросил меня Джакс, полностью проигнорировав реплики Ашера и Кобры.
– Судя по всему, мы собираемся устроить ему ванну с пеной, помыть и причесать ему волосы, накрасить ногти и сделать масочку для лица, – я демонстративно принялась разглядывать свои красивые красные ногти.
Мастер по педикюру добавила крошечный принт в виде черного котика на мои большие пальцы. В тот момент я снова чуть не расплакалась от этого спонтанного проявления доброты. Меня постоянно окружало столько агрессивной мужской энергии, что поддержка от других женщин ощущалась совершенно иначе. Она была мне жизненно необходима.
– Сегодняшний день был вообще не про это, – тихо сказал Ашер, все еще не открывая глаз под воздействием пара.
– В смысле?
А про что еще?
Тренеры велели нам проработать техники соблазнения, и Ашер устроил нам все эти расслабляющие, чувственные процедуры.
– Принцесса, сегодня я просто вымаливал у тебя прощение. Я забронировал эти визиты еще до того, как нам выдали задание. Я хотел побаловать тебя и показать, как много ты для меня значишь.
Мое сердце, которое еще вчера было безжалостно проткнуто копьем, как-то по-особенному затрепетало в груди. Странная, пьянящая теплота разлилась по телу, и я не смогла сдержать улыбку, которая сама собой расплылась на моих губах. Никто и никогда в жизни раньше меня не баловал.
Вообще никогда.
– О-о-о, – только и смогла выдавить я.
Разум и сердце отчаянно воевали друг с другом из-за моих чувств к Ашеру.
– Устрой мне еще примерно сотню таких дней, и я, так и быть, подумаю над тем, чтобы простить тебя, – честно призналась я, вспоминая восхитительные ощущения от его пальцев, когда он мыл мне голову.
Вместо того чтобы разозлиться на мои слова, чего я вполне могла ожидать, Ашер расплылся в такой широкой улыбке, словно исполнились все его заветные мечты
– Считай, мы договорились, принцесса.
– Погодите-ка, что? – ледяным тоном перебил Кобра. – Ты устроил моему котенку ванну с пеной?
– Да, я уложил принцессу в ванну с пеной и массировал ее несколько часов, – Ашер многозначительно вскинул брови, явно намекая на то, что купание было куда более развратным, чем на самом деле.
Прежде чем я успела все прояснить, Кобра с рыком бросился на Ашера, и оба мужчинаа сцепились в яростной драке, осыпая друг друга ударами кулаков.
Мы с Ксерксом поблагодарили мастеров-фейри, содрали с лиц остатки масок и, подхватив идущего следом Джакса, бросили этих двух дебилов и направились в столовую. Начинало казаться, что у мужчин-альф какие-то серьезные проблемы с управлением гнева. Я ведь тоже была альфой, но они обращались со мной как с вещью, из-за которой обязательно нужно устроить махач. Я даже представить себе не могла, через что Ксерксу пришлось пройти с другими альфами. Неудивительно, что он нас всех так люто ненавидел.
– Сэди, – негромко позвал Ксеркс перед тем, как мы вошли в буфет.
– Да? – я удивленно замерла, потому что его ладонь коснулась моего предплечья, а сам он бесцеремонно вторгся в мое личное пространство.
От приторного запаха корицы у меня во рту пересохло, а в паху сладостно заныло. Обычно Ксеркс всегда держался от меня на приличном расстоянии. Но явно не сейчас.
– Ты ведь серьезно это сказала… насчет того, чтобы позаботиться обо мне? – он говорил так тихо, что я едва разбирала слова сквозь его безупречный акцент.
– Э-э, ну да. Только если ты сам захочешь, – я принялась кусать нижнюю губу, отчаянно делая вид, что убойный аромат корицы не сводит меня с ума.
– Но это ничего не значит. Мне просто стало любопытно, – резко огрызнулся Ксеркс, и его лицо снова исказила привычная враждебная гримаса.
– Да, конечно. Без проблем. Как только выживем в этих Играх Фейри, я улажу тебе день полного блаженства, – я дружески хлопнула его по плечу, изо всех сил стараясь показать, что для меня это сущий пустяк. – Но должна сразу предупредить: я бедна как подзаборная мышь.
– Плевать, – небрежно бросил Ксеркс.
В ту же секунду Джакс, нависший над нами, прищурился:
– Это о чем вы тут болтаете?
– В смысле? – растерялась я.
Джакс уставился на меня сверху вниз, изогнув бровь:
– Маленькая альфа, да ты гребаная богачка! За каждую победу над паукообразными фейри нам капает по сто тысяч кредитов.
Вот так всего за одну минуту я превратилась из нищей побирушки в состоятельную даму.
Потрясающее чувство.
Глава 26. Сэди
Волшебные кольца
В спальне я осталась одна: парни ушли на дневную пробежку, а я отмазалась тем, что у меня до сих пор дико болит грудина.
Если честно, Ашер бахнул в мою ванну порошок из рога единорога, так что грудь у меня уже почти не ныла. Мне просто позарез нужно было побыть наедине с собой. Ксеркс увязался за мужчинами, буркнув на прощание, что они куда опаснее меня.
Хамло неотесанное.
Едва за ними захлопнулась дверь, я схватила книгу о фейри, которую заставила Ашера купить мне после нашего релакс-дня, и завалилась на кровать. Разумеется, стоило мне только расслабиться, как в дверь постучали.
Меньше всего я ожидала увидеть на пороге Аран с шальной улыбкой на лице. Она заявила, что ей срочно нужно поболтать по-девичьи, и я с радостью впустила ее. В конце концов, в окружении одних лишь мужчин можно очень быстро поехать кукухой. Жизни просто необходим женский взгляд на вещи.
– Поверить не могу, что моя мать заставляет тебя соблазнять вампира. Ты уверена, что они сказали именно «соблазнить»? Это звучит как какой-то бред, – Аран плюхнулась спиной на мою кровать, и ее длинные бирюзовые волосы шелковым веером рассыпались вокруг сногсшибательно красивого лица.
Впрочем, судя по тому, как Аран предвкушающе скалилась, тема соблазнения будоражила ее куда сильнее, чем мое общее выживание.
Я запрыгнула на кровать рядом с ней и жалобно застонала:
– Я сама поверить не могу, что в любой момент они могут объявить, что настал тот самый день, когда жуткий вампир высосет из меня всю кровь до капли. И вообще, почему ты не паникуешь?
Аран безумно улыбнулась:
– Да ладно тебе, все нормально. Альфы могут потерять хоть всю кровь в организме и все равно останутся живы, если только им не отрубят голову. Твои мужчины этого не допустят.
Я прищурилась, глядя на нее как на сумасшедшую, которая явно несет чушь:
– Ты мою шею видела? Хрупкая же, как веточка. Этот вампир, небось, пальцами щелкнет, и у меня голова с плеч свалится.
– Ой, ну это как-то совсем не по-гладиаторски. Твои фанаты будут дико разочарованы, – Аран уставилась на меня так, словно я сморозила несусветную глупость.
Я резко бросилась на эту раздражающе великолепную фейри и попыталась в шутку прописать ей в кадык. Разумеется, она с легкостью заблокировала удар и одним небрежным движением уложила меня на лопатки на пол, даже не вспотев.
Моя спина хрустнула в десяти разных местах, встретившись с твердым покрытием. Аран, может, и была принцессой фейри, а не перевертышем, как я поначалу и думала. Но именно эта сучка в одиночку вырубала заносчивых бета-самцов и обладала какой-то противоестественной гибкостью.
С ней точно шутки плохи.
– Ой, моя грудь! – прохрипела я, хватая ртом воздух на жестком полу.
– Бог солнца, ты в порядке? Я не хотела сделать тебе больно! – Аран с искренней тревогой заглянула мне в лицо своими бездонными голубыми глазами.
В ответ я со смехом ткнула ее кулаком в грудь и шустро отползла в сторону, злорадно смеясь. Она бросилась в погоню, и мы еще какое-то время возились по всей комнате. Просто две подружки, дурачащиеся без единой заботы в мире.
Отрицание – все-таки чертовски эффективный защитный механизм.
На самом деле забот у меня был выше крыши, но богиня луны оказалась той еще стервой и упорно игнорировала мои молитвы. В конце концов в животе снова завязался тугой узел тревоги, и я плашмя рухнула на кровать, решив не мстить Аран за то, что ее пятка только что прилетела мне с аккуратной точностью в коленную чашечку.
– Ладно, если без шуток: у тебя есть хоть какие-то идеи, как мне соблазнить самое жуткое чудовище из всех существующих легенд? – тяжело вздохнув, спросила я, из последних сил стараясь не скатываться в жалость к себе, что давалось с большим трудом.
– Не то чтобы идея, но я кое-что для тебя приготовила, – Аран запустила руку в карман своего платья, достала оттуда тонкое золотое кольцо и протянула мне.
Во-первых, вау! Платье с карманами! Это же просто революция в мире моды.
Во-вторых, я вообще-то не воспринимала ее в таком ключе и понятия не имела, как потактичнее объяснить, что пока не готова к узам брака.
– У меня сифилис, – выпалила я и замертво откинулась на подушки.
Если честно, я без понятия, что это за слово такое, но когда-то давно видела рекламу по телеку в баре, и звучало это как нечто крайне паршивое.
Аран недовольно поджала губы:
– Так, и к чему это сейчас? И вообще, тебе бы реально показаться врачу, это же опасно для здоровья.
Я с предельно серьезным видом закивала, нагнетая драму:
– Вот видишь! Теперь ты понимаешь, почему я не могу выйти за тебя замуж?
На мгновение повисла тяжелая, драматичная пауза, словно сердце Аран только что разбилось на миллион осколков. И я уже прикидывала, не забиться ли мне в конвульсиях для пущей убедительности.
– Дура, с чего ты взяла, что я хочу на тебе жениться? Мне вообще-то парни нравятся, – Аран посмотрела на меня как на последнюю идиотку. – И если у тебя реально сифилис, нам срочно нужно тебя обследовать. Это же негигиенично.
Я облегченно выдохнула и крепко обняла ее. Я была морально не готова потерять лучшую подругу только потому, что отказалась стать ее женой из-за вымышленной венерической болячки. С улыбкой я похлопала ее по симпатичной лазурной макушке:
– Да пошутила я про сифилис. Все чисто.
Аран прищурилась, явно пытаясь понять, верить мне или нет. Наконец она мотнула синей головой, решив, видимо, что ей плевать, даже если я подцепила букет экзотических болезней, и насильно впихнула кольцо мне в ладонь:
– Это заколдованное кольцо фейри. Я заказала его специально для тебя, как только вернулась в королевство, и надо же… Оно как раз может помочь тебе с этим испытанием.
Только сейчас до меня дошло, что мне дарят настоящее золотое украшение, и мой внутренний сорочий мозг восторженно запищал: «Ух ты, блестяшка!»
Мне еще никто никогда ничего не дарил, не говоря уже о таких дорогущих вещах. Хотя, ладно, спа-день от Ашера тоже вполне тянул на роскошный подарок.
– И вообще, ты же альфа. Я тут поспрашивала про мир перевертышей, и все только и твердят, что альфы создают стаи. Про браки я там вообще ничего не слышала.
Теперь настал мой черед непонимающе хлопать глазами:
– Что еще за стая?
Она безразлично пожала плечами:
– Без понятия. На уроках для принцесс нам об этом не рассказывали.
– От тебя сейчас так и прет кастовыми привилегиями, это даже не смешно, – я покатилась со смеху, стараясь не забивать голову мыслями о стаях.
В конце концов, что мы могли сделать? Раскрыть тайны вселенной? Мы всего лишь две девчонки, одна из которых настолько мелкая, что выглядит тощей и заморенной, а вторая – до того безупречная, что похожа на ожившую картину.
Явно не те спасители миров, о которых все мечтают.
Аран со вздохом покачала головой:
– Эти уроки для принцесс были скорее изощренной пыткой, чем учебой. Ты бы сама хотела, чтобы твоей матерью была королева фейри?
– Туше, – согласилась я.
Я бы предпочла иметь в матерях портовую крысу, чем королеву фейри. От нее исходила настолько токсичная энергетика, что этой женщине давно пора было оплатить день в маникюрном салоне; ее чакры явно перекосило градусов на сорок, а кутикула выглядела просто кошмарно. Вообще не круто.
Я с гордостью полюбовалась своими глянцевыми ногтями. Похоже, мне хватило всего одних суток роскоши, чтобы превратиться в эгоцентричную и зацикленную на шмотках девицу. Но это чертовски вдохновляло, и я прямо-таки упивалась новообретенной уверенностью в себе. Кто бы мог подумать, что обычный лак на ногтях может так кардинально поменять мироощущение?
– О боги солнца, да надень ты уже это кольцо! Я сейчас сгорю от нетерпения, – взмолилась Аран, указывая на золото. Терпение явно не входило в число ее добродетелей.
– Ладно, ладно, придержи коней, – я натянула кольцо на палец и затаила дыхание.
Ничего не произошло.
– Сорри, твоя побрякушка бракованная. Сколько ты за нее отвалила? – я потянула кольцо обратно.
– На грудь свою посмотри, – тихо произнесла Аран.
Я заглянула под ворот толстовки:
– Ты что, увеличила мне сиськи?
Чем дольше я всматривалась, тем сильнее крепла уверенность в том, что мои формы округлились и стали куда аппетитнее. Либо дело в кольце, либо у меня внезапно бахнул второй переходный возраст.
Может, я наконец-то еще и подрасту?
– Ну ты и тупица! – рявкнула Аран и бесцеремонно схватила меня за шиворот толстовки.
– Эй, полегче на поворотах. О, бог солнца! Остынь.
Ее бирюзовые глаза буквально полыхали яростью, пока она трясла меня за одежду. Может, она просто голодная?
Аран прокричала мне прямо в лицо:
– У тебя больше нет шрамов! Заклинание было направлено на твои шрамы!
Комната погрузилась в звенящую тишину. Пауза затягивалась. А затем я разревелась как маленький ребенок. Аран крепко прижала меня к себе, пока я навзрыд выла и содрогалась от рыданий. Я прекрасно понимала, что глубоко внутри прячу жуткую психологическую травму, нанесенную Диком, и упорно бегу от нее, но знать об этом и столкнуться лицом к лицу – все это совершенно разные вещи.
Моя грудь, живот, спина – вся кожа теперь была гладкой, безупречного золотистого оттенка, и мое сердце буквально взмыло ввысь миллионом сияющих искр чистого счастья. Это было то, чего я желала всем сердцем, но так отчаянно боялась озвучить даже в собственных мыслях.
Я рыдала навзрыд, не в силах остановиться. Аран нежно гладила меня по голове, пока я сквозь слезы бормотала какую-то чушь о том, что фейри самые добрые, милые и прекрасные существа во всех гребанных мирах. Слезы катились по моим щекам сплошным водопадом, пока я шептала, что магия – это самое волшебное, что есть на свете.
Будь это сопливый роман, я бы, наверное, сокрушалась об исчезновении шрамов, ведь они «были частью меня и отражали мою борьбу». Но это, блядь, реальная жизнь. Это как в мои пятнадцать лет, когда я весь год мучилась от жутких прыщей. Когда кожа наконец очистилась, я прыгала от радости до потолка и при каждом удобном случае благодарила богиню луны.
Конечно, я научилась жить со своими увечьями и не то чтобы поголовно презирала свое отражение. Кожа не определяет тебя как личность. Проблема заключалась в том, что в глазах всех остальных мое тело выглядело уродливым и искалеченным. И я смертельно устала от того, что меня судят по этой обертке.
Наконец, после неприлично долгого сеанса соплей и бессвязного бормотания, я шмыгнула носом и отпустила испуганную подругу из своих удушающих объятий.
Что бы сделала первая женщина-гладиатор этого королевства? Коротко: ЧСПЖГК!
Я взяла себя в руки и постаралась сфокусироваться на главном. Например, дожить до своего двадцать первого дня рождения.
– Так как думаешь, я смогу умаслить вампира, если исполню для него какой-нибудь сексуальный танец? – спросила я Аран, так как у меня по-прежнему было ровно ноль идей, как вообще соблазняют древних кровожадных тварей.
И кстати, его вообще девчонки интересуют? Зная мое везение, королева выберет вампира-гея, чтобы я просто максимально мучительно сдохла на глазах у всей почтенной публики.
– Слушай, а это мысль. Ну-ка, покажи, что ты умеешь? – Аран махнула рукой, освобождая мне пятачок свободного пространства в комнате.
Я кивнула и грациозно, как мне казалось, сорвалась с кровати. На следующие несколько минут я полностью растворилась в звуках воображаемой музыки. Я представила, что вернулась на празднование Иануарис, и позволила своему телу двигаться в такт тяжелому, вибрирующему басу. Я кружилась, прыгала и отдавалась этой свободе самовыражения. Я танцевала так, словно от этого зависела моя жизнь. На миг я стала единым целым с этим фантомным ритмом. Все проблемы испарились. Когда движения плавно перетекли в финал, в моем сердце зародился долгожданный покой.
Наконец, тяжело дыша, я замерла прямо перед Аран. Утерев пот со лба, я широко улыбнулась ей, пока мое тело все еще слегка покачивалось в такт утихающему ритму.
Аран приоткрыла свои пухлые губы, но так и не вымолвила ни слова.
У нее просто пропал дар речи.
Наконец, судорожно прокашлявшись, она выдала:
– Если ты станцуешь перед ним вот так, тебя сто процентов, и я прямо-таки подчеркиваю это слово, убьют на первой же секунде.
Эта зараза согнулась пополам от хохота и буквально покатилась по полу.
– Это было самое жуткое зрелище, что я видела за всю свою сознательную жизнь! – она хватала ртом воздух, содрогаясь в конвульсиях смеха. – Тебя там что, эпилептический припадок схватил? Я в какой-то момент не на шутку испугалась и уже собиралась вызывать врачей!
– Да ладно тебе, не так уж все и плохо! – я обиженно топнула ногой и надула губы.
Да, пускай я не самая гибкая гимнастка и в жизни не ходила на танцы, но мне казалось, что двигаюсь я вполне сносно. Я продолжала недовольно притопывать, пока Аран синела от смеха на полу.
Наконец она кое-как поднялась на ноги, вытирая выступившие на глазах слезы:
– Если ты устроишь… что бы это ни было, бог солнца мне свидетель… этот вампир растерзает тебя так жестоко и кроваво, что об этом еще веками будут слагать легенды. Ты вообще в порядке? Я даже не подозревала, что женщина способна умышленно так дергаться.
– У тебя есть предложение получше? – с досадой поинтересовалась я, укоризненно покачав головой.
Хотя, надо признать, хорошо, что она открыла мне глаза сейчас, а не когда я вышла бы на арену и была заживо выпотрошена.
Она снова прыснула:
– А что еще ты планировала делать?
– Танцевать. Это буквально единственное, что пришло мне в голову.
К сожалению, весь прошлый день я провела, нежась на релакс-процедурах у Ашера, и мне совершенно не хотелось штурмовать мозг гениальными идеями.
– Что ж, если мы срочно что-то не придумаем, тебе хана ровно через шесть дней.
И снова здравствуй, дикий стресс.
Впрочем, теперь я хотя бы не была покрыта уродливыми шрамами и выяснила, что внезапно разбогатела на боях альф, так что будущее выглядело чуточку светлее, чем раньше.
Ключевое слово – чуточку.
Глава 27. Ксеркс
Откровения
– Соберись и хватит быть такой жалкой, – огрызнулся я на Сэди, бежавшую рядом со мной.
Мы двигались со скоростью черепахи. Она даже не соизволила удостоить мои слова ответом. Напротив, она, кажется, побежала еще медленнее.
Я до сих пор не понимал, как с такой убогой выносливостью ей вообще удавалось выживать так долго. Это просто не укладывалось в голове. На ходу она пробормотала что-то о том, что воплотит то стихотворение в жизнь и прирежет меня, и принялась уморительно размахивать своими короткими ручонками, пытаясь изобразить утреннюю пробежку.
Сначала мы бежали всей группой, но Ашер, Джакс и Кобра вырвались вперед, чтобы переговорить с Деметром. Полукровка-воин сам попросил альф прибавить темп для разговора, но эти воины неслись слишком быстро, а Сэди даже не пыталась за ними угнаться. Я отстал, чтобы проконтролировать, что она преодолеет эту несчастную милю и не умрет по пути. Подумать только: я реально переживал за жизнь альфы.
В замке фейри я служил королеве в качестве солдата, а в свободное время тренировал остальных гвардейцев. Моей специализацией был ножевой бой, но я также подтягивал общую физическую форму и выносливость новобранцев. За все мои пятьдесят лет я ни разу не видел, чтобы женщина так задыхалась и так дико размахивала руками, словно отбиваясь от невидимого противника, во время банального, неспешного бега трусцой.
На это невозможно было смотреть без содрогания.
Пока Сэди шумно хватала ртом воздух рядом со мной, от нее повеяло сладкой клюквой и солнечным светом. Я изо всех сил пытался сосредоточиться на ее отвратительной технике бега, а не на том, как умопомрачительно вкусно от нее пахнет. Каждый раз, когда эта мелкая альфа оказывалась поблизости, мои омега-гормоны просто сходили с ума. Мне хотелось придушить ее за то, что она так роскошно пахнет и пробуждает во мне чисто инстинктивные желания помочь ей, защитить.
Пока мы плелись со скоростью, с которой я мог бы спокойно идти пешком, бегущие впереди альфы то и дело оборачивались. Они держались в паре сотен ярдов от нас, но расстояние стремительно увеличивалось, потому что Сэди замедлялась с каждым шагом. Сквозь редкие деревья фейри Кобра и Ашер в очередной раз метнули в мою сторону яростные взгляды. Джакс внимательно слушал то, что говорил Деметр, и его спина была натянута как струна.
Было очевидно: альфы до безумия ненавидят находиться вдали от Сэди.
И какая-то часть меня их понимала. Мне и самому хотелось, чтобы эти ее великолепные рубиновые глаза смотрели на меня. А эти ее пухлые, до невозможности сочные алые губы мягко улыбались. Точно так же, как после того дня, который устроил ей Ашер.
Мои кулаки невольно сжались при воспоминании о том, как ее нежное личико выглядывало из мыльной пены, пока Ашер массировал ей голову. Сэди буквально растаяла под его заботой, и мне до боли захотелось, чтобы она точно так же таяла в моих руках. И чтобы я сам мог растаять ради нее.
Всю свою жизнь я подавлял свою природу омеги и игнорировал инстинкты. Какой смысл тратить силы на мечты о ласке и заботе со стороны альф, если все они по своей сути агрессивные, жестокие и деспотичные ублюдки?
В большинстве случаев омеги для них – это просто инкубаторы с вечно разбитым сердцем.
И тем не менее там, в купальне, когда Сэди посмотрела на меня, а по ее золотистой коже разлился легкий румянец, и предложила побаловать меня… мне стоило огромных усилий подавить рвущийся из горла согласный омега-скулеж. Мне до безумия захотелось окунуться в этот аромат сладкой клюквы и солнца. В ту же секунду у меня слюнки потекли. Мое воображение так живо нарисовало картинку, где она втирает мыло в мои мышцы, что я буквально потерял дар речи.
«Нет. Соберись. Она все еще альфа».
Я, блядь, постоянно забывал об этом. И чем более слабой и беспомощной она себя вела, тем труднее было об этом помнить. Проблема заключалась в том, что, как ни крути, я был ее тюремщиком. Вот почему ее предложение позаботиться обо мне выглядело так дико.
Кроме того, она каждую ночь приносила мне лишние подушки и одеяла, а я в ответ взял на себя обязанность караулить душевую, пока она мылась. Но хуже всего было то, что она постоянно легонько хлопала меня по руке и говорила «спасибо». Это, сука, напрочь ломало мои инстинкты и сводило с ума. Мой внутренний омега ликовал от того, что им гордится альфа. Я буквально расцветал от ее внимания. Это было ужасно. За такой короткий срок я начал до дрожи в коленях жаждать ее одобрения. Забота о ней, защита ее в моменты уязвимости делали Сэди счастливой.
И как следствие, это делало счастливым меня.
– Можно нам сделать перерыв и пройтись пешком? – прохрипела Сэди рядом со мной и согнулась пополам.
– Нет, завязывай быть такой неженкой, – резко отрезал я и продолжил движение.
Разумеется, она окончательно остановилась, уперевшись руками в колени. Я покачал головой, поражаясь ее полнейшему отсутствию выносливости, но все же перехватил ее длинный белый хвост у шеи и придержал волосы на случай, если вывернет наизнанку. До встречи с Сэди я бы в жизни не поверил, что перевертыша может стошнить от одной несчастной мили, преодоленной черепашьим шагом. Теперь же я понимал: то, что она вообще доползла до этого места – уже гребанное чудо.
– Почти закончили. Давай, беги уже, – проворчал я, отпуская ее волосы.
Каждый раз, когда я обращался к Сэди, мой голос с акцентом становился более низким и бархатистым. Чисто инстинктивно я пытался успокоить ее своим звучанием.
– Ладно, но, если я умру, это будет на твоей совести.
Сэди поплелась вперед темпом, который можно охарактеризовать разве что как «бабушкин шаг». Ее голос был настолько сиплым, что слова едва можно было разобрать.
Я поймал себя на том, что, разглядывая ее, снова и снова задаюсь вопросами о ее голосе и шрамах. Последние несколько дней я не спал по ночам, пытаясь представить, в каких таких жестоких сражениях можно было получить настолько жуткие увечья, но ничего не шло на ум. Я твердил себе, что мне плевать, но мысли упрямо возвращались к этой теме.
Она сводила меня с ума.
Эта девчонка просто сводила меня с ума.
С ее нынешней скоростью нам предстояло ползти еще как минимум несколько минут.
Я прокашлялся и как можно небрежнее спросил:
– Ты получила свои шрамы в бою?
Сердце в груди заколотилось как сумасшедшее, пока я ждал ответа. Я изо всех сил старался казаться равнодушным, словно этот вопрос не выжигал мне мозг изнутри последние дни. Сэди вскинула голову, и ее великолепные рубиновые глаза с красивым восточным разрезом блеснули на фоне золотистой кожи. На секунду я забыл, как дышать. Она была потрясающей. В ее чертах угадывалось смешение таких кровей, союза которых я никогда прежде не встречал.
Ее сочные губы приоткрылись, и она несколько раз беззвучно захлопнула рот, словно не зная, что сказать. Наконец она глубоко вздохнула и выпалила:
– Я выросла служанкой в государстве перевертышей. Мой хозяин избивал меня своим ремнем сколько я себя помню.
Я замер как вкопанный.
Ноги словно приросли к земле, сердце бешено заколотилось о грудную клетку, и я чисто для успокоения нащупал пальцами рукояти своих клинков. Глухой омега-скулеж поднялся из самых глубин моего горла, и при этом звуке глаза Сэди вспыхнули алым.
Я не скулил омега-голосом уже больше двадцати лет. Пришлось напрячь все мышцы до судорог, чтобы удержать себя от порыва сгрести Сэди в охапку и прижать к себе. Мне до боли захотелось утащить ее в гнездо, зарыться вместе с ней в гору подушек и одеял и сидеть там, пока мы оба не замурчим от чувства безопасности. Потому что прямо сейчас никакой безопасностью здесь и не пахло.
Сэди уперлась ладонями в колени, жадно глотая воздух, пока тонкие деревья леса фейри шумели под порывами ветра от промышленных вентиляторов. От моего внимания не укрылось, что она была искренне рада моей мимолетной панической атаке, ведь это давало ей легальный повод постоять и не бежать дальше.
Я протянул руку и аккуратно приподнял пальцами ее подбородок:
– Он жив?
– Надеюсь, скоро это изменится.
Значит, этот ублюдок все еще дышал. Из моего горла снова вырвался тихий омега-голос.
– Да ладно, все нормально, – Сэди отмахнулась, словно речь шла о сущих пустяках. – Аран подарила мне заколдованное кольцо, которое скрывает шрамы, так что это больше не имеет значения. Все в прошлом.
Это, блядь, имело гигантское значение, и было абсолютно плевать, скрыла она эти шрамы магией или нет. В памяти яркой вспышкой пронеслось то, как альфы издевались надо мной в мире зверей, и мне стоило огромных усилий удержать себя в настоящем времени. Некоторые травмы не проходят никогда.
Затем мне в голову пришла еще одна ужасная мысль. Желудок скрутило спазмом, когда я задал следующий вопрос:
– Из-за этого у тебя такой сиплый голос?
Сэди глубоко вздохнула и вытерла пот со лба рукавом своей безразмерной футболки. В этой мужской тренировочной одежде она выглядела донельзя нелепо, и я мысленно сделал пометку разобраться с ее гардеробом.
– Ну да. Как оказалось, довольно трудно переносить порку и не орать при этом как банши.
В груди невыносимо защемило. Не соображая, что делаю, я крепко перехватил ее за бицепсы обеими руками и сжал. Меня душила такая слепая ярость, что я просто не знал, куда себя деть.
Физический контакт – это единственное, что удерживало моего внутреннего омегу от окончательного падения в бездну. Я потянул ее на себя и уткнул лицом в свою грудь.
Мы стояли в полной тишине, обнявшись. Сладкий аромат клюквы и солнца окутал меня, постепенно утихомиривая бушующую тревогу. Медленно, очень медленно Сэди обвила руками мою талию и крепко сжала в ответ. Стук ее сердца эхом отдавался в моем прессе, и я принялся плавно поглаживать ее по спине. Из ее груди вырвалось низкое, утробное альфа-урчание, и я окончательно обмяк, прижимаясь к ней. Потребовались остатки моей хваленой силы воли, чтобы не подхватить ее на руки и не утащить в спальню. Мне хотелось замуровать ее в коконе из одеял. Сэди была чертовски сильной. Куда сильнее, чем я мог себе вообразить.
– Какого хера вы тут творите?! – взревел Кобра, пулей вылетая на нашу тропинку.
Позади него быстрыми шагами шли Ашер и Джакс, и все трое сверлили меня такими взглядами, словно спали и видели мою голову на пике. На долю секунды уровень моей тревоги подскочил до небес при виде трех разъяренных альф, надвигающихся на меня. Но перед глазами стояли не они. Перед глазами стояли четыре других ублюдка в роскошном таунхаусе в мире зверей. Из моего горла снова вырвался жалкий омега-голос.
