Текст книги "Психо Фейри (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)
Вместо того чтобы разозлиться, она лишь пожала плечами и улыбнулась:
– Приятных снов.
Затем она встала и поковыляла в свою комнату. После тренировки она даже ходить нормально не могла. Жалкое зрелище.
Вместо того чтобы швырнуть эти одеяла и подушки ей вслед чисто из принципа, я перевернулся на другой бок, зарылся носом в подушку и натянул одеяло до самого подбородка.
Они насквозь пропитались ароматом клюквы и солнца.
Впервые в моей гребаной жизни настоящий, не созданный в лаборатории запах альфы принес мне абсолютное, умиротворяющее утешение.
Она чудовище, – упрямо напомнил я себе.
Все альфы были чудовищами.
И тем не менее, прежде чем окончательно провалиться в сон, я не смог удержаться от того, чтобы еще раз глубоко не вдохнуть аромат ее одеяла.
Глава 20. Сэди
Мордобой
Мы стояли в полном одиночестве в кулисах арены фейри и ждали начала второго поединка Игр. Этим утром какой-то случайный фейри постучал в нашу дверь и велел собираться.
Кто, блядь, предупреждает за какой-то час до того, как тебе придется сражаться насмерть?
Что за хамство.
Я даже позавтракать толком не успела, что вообще ни в какие ворота не лезет. Умирать на пустой желудок – это так… депрессивно.
Не о таком финале жизненного пути я для себя мечтала.
– Держись позади меня, и на этот раз я серьезно. – Сказал Джакс, и из его груди вырвался утробный рык. А его обычно теплые серые глаза предостерегающе полыхнули.
Этот здоровяк был не на шутку зол. Он явно намекал на наш первый бой в лесу, когда он тоже велел мне не высовываться. Вместо этого меня едва не раздавил паук-переросток, и мне пришлось обернуться в саблезубую тигрицу.
Я закатила глаза и с хрустом покрутила шеей.
– Я вообще-то тоже альфа. И прятаться мне ни за кем не нужно.
Если Джаксу так хочется побыть моим личным цербером, ради бога. Но я не собиралась поджимать лапки и притворяться слабой беззащитной девочкой. Мне, между прочим, нужно поддерживать репутацию в обществе фейри. Да, часть этой репутации заключалась в том, что я максимально эффектно вписалась лицом в землю на глазах у миллионной публики. Но все ведь с чего-то начинают.
Пиар – штука тонкая. И я знала, что рано или поздно покорю их своей альфа-мощью.
– Ты будешь слушать его, – прошипел Кобра, вплотную надвигаясь на меня и буквально прижимая своим массивным телом к стене. В его груди раздалось странное дребезжащее шипение.
Джакс шагнул вперед, встав вплотную к Кобре, и они вдвоем окончательно зажали меня в угол.
Отлично! Просто супер.
Я заперта между двумя психически нестабильными мужчинами, которые рычат как звери прямо перед тем, как мне предстоит биться за свою жизнь. Не совсем тот настрой, который я пыталась в себе поймать.
Я упорно делала вид, будто не замечаю, какими горячими были эти двое. А еще я полностью проигнорировала тот факт, что Кобра обхватил мою шею своими длинными пальцами и слегка сжал ее. И это ощущение, честно говоря, не вызвало у меня отторжения. Хотя мое эго было не в восторге.
С кряхтением я сбросила усыпанную драгоценными камнями руку Кобры со своей кожи и с вызовом перекинула длинные волосы через плечо.
– Ваша энергетика токсична и напрочь сбивает мне предбоевой настрой. И вообще, вы оба хрипите как бешеные шавки, вам бы провериться у врача.
Мужчины синхронно отступили, и я облегченно выдохнула, почувствовав, как вокруг меня мгновенно похолодало. По телу из подмышек катился пот. Надо же было дождаться похищения в другое измерение, чтобы обнаружить у себя проблемы с гипергидрозом.
Крайне прискорбно, совсем не весело и ни разу не сексуально.
– Назад, я сам разберусь, – бросил Джакс, хлопнув Кобру по руке и отпихивая его от меня.
Этот змееныш снова медленно потянул ладонь к моей шее, словно собирался опять меня придушить. Может, мне просто кажется, но я была процентов на семьдесят уверена, что в последнее время Кобра окончательно слетал с катушек.
Кобра процедил сквозь зубы ругательства, и его драгоценные камни пустили снопы бликов по темным кулисам стадиона. Я ехидно ухмыльнулась, глядя, как он покачнулся и отступил. Но вместо того чтобы огрызнуться, как я ожидала, он запустил усыпанную перстнями пятерню в свои темные волосы и медленно провел кончиком красного языка по своим греховно-соблазнительным губам.
Я прямо рот разинула… он что, серьезно пытается клеить меня перед гладиаторскими Играми Фейри? Ну кто так делает?
Тут теплые пальцы Джакса коснулись моей шеи, и я вздрогнула от покалывания, пустившего разряд вдоль позвоночника. Офигеть. Этот шкаф во всеуслышание заявлял, что не собирается со мной спать, а теперь вот так запросто лапает за шею?
Эти двойные стандарты напрочь сбивали с толку.
Я попыталась выровнять дыхание и сделать вид, что у меня не начался приступ гипервентиляции. Но прежде чем я успела высказать ему все по поводу этих смешанных сигналов, он развернул меня спиной к себе и принялся туго заплетать мои длинные волосы. Слава лунной богине, что я промолчала. Вышло бы максимально неловко.
И конечно же, этот брутальный громила обожал заниматься такими милыми вещами, как, блядь, плетение косичек. Мои яичники жалобно зарыдали, и я попыталась незаметно отшагнуть подальше от его магнетического притяжения. В нем сочеталась самая убойная доза нежности и агрессии, и это начисто плавило мне мозг.
Я протянула ему резинки, которые всегда носила на запястье. Никогда ведь не знаешь, в какой момент придется драться не на жизнь, а на смерть. И поблагодарила Джакса за помощь.
– Без проблем. Я всегда заплетал волосы своих сестер. Мне это нравится, – улыбка Джакса погасла, стоило ему договорить, и он крепко сжал челюсти.
Здоровяк мгновенно напрягся и замкнулся в себе. От него буквально веяло глухим раздражением.
– Мы вернемся к ним прежде, чем они успеют заметить твое отсутствие, – мягко сказала я, и при мысли о Люсинде мое сердце болезненно сжалось.
Все знали, что пять сестер Джакса были для него целой вселенной. Это была его самая любимая тема для разговоров за ужином. Где-то в глубине души я лелеяла мечту о мире, где все наши сестры встретятся и станут лучшими подругами. О мире, где нам не нужно без конца тренироваться и выгрызать право на жизнь.
– Коса отличная, – тихо произнес Джакс, поправляя пряди. Было очевидно, что развивать тему сестер он не намерен.
– Хм, – хмыкнул Ашер, многозначительно выгнув бровь в сторону Джакса.
Яркие татуировки в виде языков пламени, украшавшие его шею и половину лица, выглядели особенно зловеще в густых тенях узкого прохода. Если Джакс сочетал в себе нежность и агрессию, то Ашер был чистой, концентрированной яростью.
– Есть что сказать в адрес Джакса? – Кобра рванул вперед и нагло впечатался грудью в Ашера. Их носы разделяли считаные сантиметры.
С другой стороны, Кобра был просто законченным психопатом. Но то, как он яростно впрягся за любовь Джакса к косичкам, выглядело даже мило.
– Ничего, – Ашер спокойно отступил, уклоняясь от дешевых понтов Кобры, и небрежно прислонился к стене.
По всему было видно, что Кобре просто до безумия хотелось подраться, потому что он резко развернулся и снова двинулся на меня. Джакс лишь закатил глаза, когда этот инкрустированный оборотень в очередной раз нарушил мои личные границы и навис надо мной с мрачным видом.
Кобра прорычал:
– Ты все еще обязана выполнять приказы Джакса. Тебе было сказано: стоять за нами.
Грудь сдавило от ярости. С Джаксом он, может, и общался уважительно, но ко мне относился как к гребаной вещи, к своей личной собственности. Меня до тошноты задолбало, что мужчины вечно указывают, что мне делать.
Внезапно перед глазами промелькнуло воспоминание: Дик, нависающий надо мной со своим ремнем, и я в панике отшатнулась назад.
– Шаг назад от нее, – раздался бархатный голос Ксеркса, и его аромат корицы резко стал пряным и резким, заполнив тесное пространство.
Из горла Кобры вырвалось долгое дребезжащее шипение, но он тут же послушно отступил, давая мне воздух.
– Ты как, котенок? – тихо выдохнул Кобра, сжимая кулаки.
Он закусил нижнюю губу и подался вперед, словно порываясь подойти, но явно не понимая, чем именно меня напугал.
– Нет, она не в порядке, и все из-за тебя, – прорычал Ашер, обращаясь к Кобре, и с хрустом размял татуированные костяшки, будто наконец дождался повода для драки.
– Вообще-то, технически, это ты… – я попыталась вставить свои пять копеек и поправить Ашера, но договорить мне не дали. Джакс бесцеремонно задвинул меня себе за спину и вместе с Коброй двинулся на этого барана.
Раздался резкий металлический скрежет. Ксеркс обнажил свои парные кинжалы и встал плечом к плечу с Ашером. Воздух вокруг можно было ножом резать от избытка тестостерона и ярости.
Три альфы и один омега устроили безмолвную дуэль взглядов. Серые, зеленые, янтарные и фиолетовые глаза яростно светились во тьме кулис. Примечательно, что единственная женщина, и по совместительству единственная адекватная личность в этой компании, в их петушиных разборках не участвовала.
У меня уже глаз дергался от раздражения, пока эти кретины поигрывали бицепсами и мерились авторитетом. И после этого мужчины еще смеют утверждать, будто это женщины иррациональны. Любой, кто проведет с особями мужского пола хотя бы пару дней, сразу поймет, какая это полная хрень.
– КОМАНДА АЛЬФА, НА ВЫХОД! – громоподобный женский голос комментатора разнесся над стадионом, прерывая назревавшую потасовку оборотней.
В ту же секунду откуда ни возьмись выросли гвардейцы и бесцеремонно вытолкнули нас на раскаленный песок арены. Ксеркс остался позади, провожая нас угрюмым взглядом. Его фиолетовые глаза оставались холодными и безжалостными. Наверняка спит и видит, как нас тут пустят на фарш.
И хотя Ксеркс вел себя как законченный мудак, какая-то крошечная часть меня отчаянно верила, что ему не все равно. Что он не станет злорадствовать над нашими трупами. Интуиция подсказывала, что в глубине души он хороший парень, просто в его жизни случилось дерьмо, превратившее его в такого мерзавца.
Я тряхнула головой, пытаясь переключить внимание на беснующуюся миллионную толпу фейри, а не на свое идиотское желание найти подход к красавчику-омеге, который ненавидит альф. Эта чисто женская тяга «исправить» порочного, невыносимого, но чертовски сексуального мужчину – реальное проклятие, которое сейчас было максимально некстати.
Пока мы шли вперед, раскаленный песок нещадно жег мои босые ноги, а уши закладывало от бешеного гула трибун. Гвардейцы фейри направляли нас, выставив вперед свои светящиеся жезлы, и заставили остановиться в самом центре стадиона.
Чисто инстинктивно мы вчетвером встали вплотную, прижавшись друг к другу спинами. Все отлично помнили, как в прошлый раз из-под ног ушла земля. Мы сплотились и намертво сцепились руками, мгновенно позабыв про недавние препирательства. Перспектива погибнуть на потеху кровожадной толпе в чужом мире удивительно быстро прочищает мозги.
Намертво зажатая между Ашером и Коброй, я зажмурилась, пытаясь осознать колоссальные масштабы этого стадиона. Трибуны снова взревели, выкрикивая имя Кобры, и его великолепное, украшенное камнями лицо крупным планом появилось на гигантских экранах. Голова раскалывалась от сенсорной перегрузки, но я хотя бы отметила, что толпа больше не орет в мой адрес «шлюха».
Разумеется, именно в этот момент они перестали скандировать имя Кобры и дружно завели:
– Убить девку! Убить девку!
Я решила считать это хорошим знаком. Мой пиар-план постепенно приносил плоды.
По моему лбу катился пот. Ашер и Кобра сжали мои предплечья с такой силой, что кости заныли, пока четыре другие команды выходили из разных проходов стадиона. Райак смерил меня злобным взглядом, вышагивая в составе команды водных фейри. Судя по его довольной ухмылке, он искренне наслаждался криками трибун.
Внезапно стадион зашелся в новом экстазе, и над ареной раскатилось эхо:
– Четвертовать девку!
Из груди Джакса вырвался глухой рокот. Кобра издал свое фирменное змеиное шипение, а Ашер одарил окружающих таким взглядом, которым можно было бы вырезать целые армии. Три альфы придвинулись ко мне еще плотнее, а Кобра и вовсе заслонил меня собой от трибун.
Какая-то часть меня была искренне благодарна им за то, что они пытались оградить меня от этой волны народной ненависти. Но куда большая моя часть едва сдерживала рвотные позывы, потому что парни взмылились как кони, и прижиматься к трем массивным потным телам в такой духоте было сомнительным удовольствием. Моя белая футболка намертво липла к влажной коже, и я всерьез задалась вопросом: фейри вообще додумываются ходить голышом в такую дикую жару?
Если бы я выросла здесь, я бы сто процентов возглавила движение нудистов.
Внезапно песок под нашими ногами задрожал, и парни сжали кольцо еще сильнее. Я судорожно глотнула воздух, стараясь не задохнуться раньше времени. Вот уж толпа бы порадовалась.
Однако на этот раз никакая платформа из-под земли не выросла.
Нет, блядь.
Весь чертов пол стадиона, вместе со всем песком, плавно поднялся в воздух. И разумеется, поскольку местный организатор этого балагана явно страдал какими-то запущенными психическими расстройствами, эта гигантская парящая арена начала медленно вращаться.
Не дай бог, чтобы перевертышей не стошнило во время боя насмерть, правда? Откровенно говоря, это было крайне нетактично с их стороны, и мне дико хотелось вызвать менеджера, отвечающего за эти смертельные игры.
Хорошая новость: платформа крутилась довольно медленно, а ее размеры были настолько внушительными, что риск свалиться за борт стремился к нулю.
Плохая новость: моему вестибулярному аппарату было глубоко насрать на эти аргументы. Любое вращение для меня было перебором. Я изо всех сил старалась дышать глубже, борясь с подступающей тошнотой. Ощущение закручивания усилилось, и я начала шумно и прерывисто хватать ртом воздух.
– Сэди, ты в порядке? – с тревогой спросил Ашер.
Поскольку в этот момент я стояла, согнувшись пополам, уперевшись руками в колени и кашляя как собирающийся срыгнуть шерсть кот, ответ, как мне кажется, был очевиден. У этого парня наблюдательность была на уровне придорожного булыжника.
Парни сделали шаг вперед, и в лицо ударил прохладный ветерок. Тошнота постепенно начала отступать, и я мысленно вознесла хвалу богине луны за этот спасительный порыв воздуха, пробивший удушливый зной. Но тут в голову закралась жуткая мысль: а что, если у меня в тигриной форме реально начнут отрыгиваться комки шерсти?
– Мочи шлюху! – в очередной раз раскатилось по трибунам.
Не хочу показаться излишне драматичной, но это официально был худший день в моей жизни. Облегчение наступило, когда беснующийся стадион мгновенно затих, стоило комментатору снова включить микрофон.
– Королева отменяет запрет на обращение для этого раунда соревнований! Последний участник, оставшийся в сознании, приносит своей команде сто очков. Начали!
Что, блядь, прости?!
Толпа взревела, и прямо перед моим носом Кобра молниеносно перехватил ледяной кинжал, соткавшийся из воздуха. Какой-то фейри воды без лишних слов сразу метнул в меня оружие.
Ну и кто так делает? Джентльменство в этом мире окончательно вымерло?
Я была буквально на волоске от того, чтобы получить штырь прямиком в черепушку. Да уж, определенно худший день в жизни.
Дыхание снова стало прерывистым, а паника накатила с новой силой. События развивались слишком быстро. Мне нужно было еще как минимум минут десять, чтобы морально настроиться на режим успешной бизнес-вумен. Она реально сказала «последний оставшийся в сознании»? Хоть бы мне это просто послышалось.
– Оборачиваемся, живо! – скомандовал Джакс своим альфа-рыком.
Раздался оглушительный треск рвущейся ткани: его одежда лопнула по швам, а сам он начал стремительно расти ввысь и в ширину, пока не превратился в чудовищного медведя с огромными клыками. Густая, жесткая черная шерсть покрыла все его тело. Длинные, похожие на охотничьи ножи когти увенчали его лапы, а из спины, словно защитная броня, выросли массивные черные шипы.
Следом затрещала одежда Ашера, и он тоже начал увеличиваться в размерах. Его массивная дьявольская баранья голова раздалась в ширь, рога удлинились, и огромный звериный череп принялся агрессивно втягивать воздух огромными ноздрями.
Я попыталась привычным щелчком активировать свое оцепенение. Ничего не произошло.
ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!
Оно уже сто раз должно было перезарядиться! Я судорожно дергала и дергала этот ментальный тумблер в своей голове, где обычно сидела эта спасительная анестезия. Я чувствовала ее тяжелое присутствие в мозгу, но она словно заклинила – ей явно требовалось больше времени на восстановление. К ней просто не было доступа.
Твою мать. Моя маленькая кома подкосила меня куда сильнее, чем я думала.
– СЭДИ, ОБОРАЧИВАЙСЯ! – крикнул Кобра, и его глаза на мгновение стали чисто змеиными.
«Пора показать этим сучкам, кто тут главная!» – мысленно приказала я себе, делая вид, будто это со мной говорит мое внутреннее онемение.
Кобра судорожно рванул ошейник, усыпанный камнями, но никакие теневые змеи так и не поползли по его коже. По какой-то причине королева фейри не давала ему обернуться полностью. Тем не менее, руки Кобры двигались с невероятной, неестественной скоростью. Он голыми руками ловил ледяные кинжалы, летящие из воздуха прямо мне в лицо.
Я судорожно выискивала внутри то самое знакомое покалывание, предвещающее трансформацию. К счастью, тело отозвалось: одежда разлетелась в клочья, и я начала превращаться из женщины в саблезубую тигрицу. Позвоночник сладостно хрустнул, когда кости начали ломаться и раздвигаться. Мое тело увеличивалось до тех пор, пока моя голова не оказалась выше, чем у Кобры.
Жар от двух солнц стоял невыносимый, и я тяжело задышала в этом раскаленном, липком воздухе. Как же мне не хватало комфортной прохлады родного мира перевертышей. Эти условия были просто адскими.
Мое обострившееся зрение мгновенно зафиксировало весь тот хаос, который устроила вокруг беснующаяся толпа участников. Пусть я и не чувствовала онемения, но сейчас я была, блядь, тигрицей!
С легким избытком первобытного восторга я закинула голову назад, набрала в легкие побольше воздуха и взревела. Огромные клыки тяжелым грузом оттягивали челюсть, и я демонстративно клацнула зубами для пущего драматического эффекта. К тому же я была зверски голодна, и внезапно все эти соперники вокруг начали пахнуть как-то подозрительно похоже на жареную курочку.
В мою сторону полетело очередное ледяное копье, но Кобра перехватил его на лету прежде, чем я успела среагировать. Бедный Кобра выглядел таким маленьким и беззащитным на моем фоне. Такой крошечный и смазливый, мне прямо захотелось его слопать. Но он также был членом моей команды, а значит, нуждался в защите.
Я мотнула головой и сделала ему знак убираться за мою массивную мохнатую тушу. Но вместо того чтобы послушно спрятаться за мной – учитывая, что я была огромной тварью с внушительными саблями, торчащими из пасти, которые были шире, чем руки самого Кобры, – этот идиот упрямо встал прямо передо мной. Как будто мне нужна была защита его хрупкого тела.
Джакс и Ашер прикрыли меня с флангов. Три альфы полностью окружили меня живым щитом.
Я раздраженно закинула голову и глухо зарычала от досады. Мое гигантское тело транслировалось на огромных экранах под самой крышей стадиона. На секунду я даже залипла, мысленно восхищаясь собственной крутизной. Шерсть у меня была кипельно-белой с угольно-черными полосами.
Я прищурила свои светящиеся рубиновые глаза, пытаясь понять, почему эти черные полосы кажутся мне такими смутно знакомыми. Они покрывали мои плечи и спину замысловатым крестообразным узором. И тут до меня дошло, что именно они мне напоминают: этот узор в точности повторял очертания тех самых уродливых белых шрамов, которые уродовали мою человеческую плоть.
О да, сейчас я определенно не была оцепеневшей.
Дикая, бешеная ярость затопила мои вены, и я взревела еще громче. Этот глубокий, утробный рык зародился в самом низу живота и вырвался наружу жутким, леденящим душу грохотом, от которого задрожали трибуны. Зрители на мгновение шокировано притихли, а затем взорвались еще более неистовыми криками. Мои мощные мускулы перекатывались от едва сдерживаемого гнева.
Этот гребаный Дик оставил свои метки не только на моей человеческой коже, но и на моей тигриной шкуре. Мне до безумия захотелось содрать с него лицо.
Кобра поймал еще один ледяной кинжал, пущенный со стороны фейри воды. Я сузила глаза, вычисляя нападавшего. Это был Райак. Он, конечно, был не Диком, но бесил меня просто нереально.
Что ж, для разминки сойдет и он.
Мускулы на моих бедрах натянулись, как пружины, и с силой распрямились: я перемахнула через Кобру и на полной скорости ринулась прямиком на фейри воды.
Оскалив пасть и блеснув огромными клыками, я была готова наглядно показать этим мужчинам, что такое настоящий пиздец.
