Текст книги "Дверь в детство(СИ)"

Автор книги: Юрий Блинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 33 страниц)

В душе Егора вдруг что-то всколыхнулось. "Нет, – думал он, прорабатывая в своей голове все возможные варианты действий – пока мы тут сидим, и обреченно ждем своей незавидной участи, то только тратим время зря! Чего нам сейчас точно нельзя делать, так это сдаваться! Ведь сколько раз уже было, что моя судьба висела на волосок от гибели. Сколько раз случалось, что всё зашло, казалось бы, в самый беспросветный тупик, из которого было совершенно не видно никакого выхода. Однако каждый раз, как только я готов был опустить руки, мне на помощь неизменно приходило неожиданное решение. Словно кто-то разумный и великодушный не оставлял меня, протягивая невидимую, но крепкую и надёжную руку помощи. Неужели же сейчас, когда мы с Ключницей почти совершили задуманное, этот "кто-то" (или, может быть эти, если их много) позволит нашим грандиозным планам не осуществиться?"

– Скажите, – вдруг спросил он – а что стало с той... циклической аномалией? Она все еще у моего друга?

– Да, – невесело ответила Ключница – но какое это теперь имеет значение. Как говорят ваши продвинутые программисты: "Ни один, даже самый стойкий и зловредный вирус еще пока не пережил форматирования диска". Отсюда следует, что в тот момент, когда вся хронологическая цепочка обнулится, точнее, её объем заново заполнится матрицей исходной земной истории, не искаженной всевозможными нарушениями времени и пространства, вместе с этим произойдёт автоматическое исчезновение и той циклической аномалии.

При этих словах Ключница еще раз невесело вздохнула, а потом добавила к уже сказанному.

– И можно было бы не переживать, если бы после обнуления, при повторном заполнении хронологического рукава, исправленная историческая линия в точности копировала свою предыдущую версию. Но так уж устроено во всей этой процедуре, что этому не бывать. Во время данной операции задействуется, так называемый, хорошо известный тебе, эффект рандома, когда порядок одних и тех же цифр после их перемешивания выстраивается хаотично. То же самое в данном случае происходит и с отдельно взятыми личностями. То есть, если в целом после форматирования хронологии вся история Земли протекает строго так же, как это было раньше, то судьбы отдельных людей в ней – словно те самые цифры – никогда не остаются на своих прежних местах. После процедуры обнуления земной истории ты уже не будешь Егором Карасёвым, и у тебя не будет твоих любимых жены и дочери, и работать ты будешь уже в другом месте, а не на том самом заводе, которому ты отдал почти двадцать лет своей сознательной жизни. Всё в новом мире станет абсолютно иным.

Ключница отчего-то слабо улыбнулась, а Егор не в силах был ничего сказать. Помолчав еще, она дополнила свои вышесказанные слова:

– Но только знать об этом уже не будешь ни ты сам, ни кто-либо из людей на всей планете. В определенный миг, который, думаю, должен произойти очень скоро, ты просто сделаешься стандартной человеческой единицей, живущей по своим правилам, имеющей свою память о прошлом, которую на полном серьезе будешь считать своей. Также ты станешь иметь заранее предопределенные перспективы на будущее, которые знать тебе до поры до времени будет не дано. И даже я, мой друг, скоро окажусь в той же лодке, что и ты. Правда тогда я, возможно, по-прежнему буду среди тех, кому будут известны твое прошлое, настоящее и будущее. И тогда я просто стану дрейфовать параллельным с тобою курсом по бесконечному морю бытия, не помня ни себя прежнюю, ни славного, наивного парня по имени Егор Карасёв, ни вообще ничего из теперешней жизни...

– Постойте, сколько у нас есть времени – Егор вдруг обрёл твердость в голосе. Ему совсем не понравился обреченный тон речи Ключницы. Такого подавленного настроения он никогда не замечал за ней даже в те тяжелые минуты, когда они с ней оказывались в самых трудных переделках.

– Времени для чего? О чём ты спрашиваешь?

– Дело в том, что я не зря спросил у вас про ту аномалию – воодушевленно заговорил вдруг Егор – Если она все еще внутри Вовки, у меня есть план, как сделать так, чтобы она, наконец, окончательно исчезла. Таким образом, мы попробуем успеть сделать так, чтобы не позволить им там – Егор указал куда-то неопределённо вверх – запустить процесс форматирования земной хронологической цепи. Когда аномалию удастся победить, я смогу вернуться к своей семье, для которой я останусь прежним, родным отцом и любимым мужем. И пускай я даже не буду помнить о том, что со мной происходило, я все же буду самим собой, а не каким-то совершенно другим человеком, живущим где-нибудь в другой стране или вообще на каких-нибудь Богом забытых островах Тихого океана. Мне совсем не страшно пойти на то, что я только что задумал.

– Хм, победить аномалию? И что же ты хочешь сделать?

– Вы могли бы забросить меня в пятое июня 1991-го года?

В ответ женщина глухо и почти по-стариковски рассмеялась.

– Это исключено, тебя моментально выследят, так как повсюду во времени и в пространстве расставлены невидимые энергетические сети. Плотность их настолько велика, что у тебя не будет в запасе даже одной минуты до того момента, когда ты будешь в них пойман, словно муха в паутину.

– Но вот мы здесь, и нас никто еще не обнаружил... – взмолился Егор.

– Это все крайне ненадолго – Ключница, похоже, была неумолима – Поверь, очень скоро агенты спецслужб или сами появятся здесь, либо просто запустят процесс форматирования хронологического пространства без нас.

Егор подскочил со своего места и заходил по комнате.

– Мне срочно нужно туда, потому что я, кажется, придумал, что можно сделать!

– Что ж, – горько усмехнулась Ключница – люблю интересные истории. Пока мы здесь, и до тех пор ничего не случилось, можешь попробовать рассказать мне о нем.

Егор принялся излагать свою идею. Он несколько раз сбивался, и путался в терминологии, но вскоре донес свои основные мысли до собеседницы.

Несколько долгих секунд Ключница молчала, переваривая только что услышанное. Брови ее при этом всё время двигались вверх и вниз, словно женщина усиленно о чём-то размышляла.

– Ты знаешь, а ведь в этом мог бы быть определенный смысл – пробормотала она вдруг, откидываясь в кресле – И если бы не расставленные повсюду ловушки, то... Стоп!

Внезапно женщина поднялась со своего места одним резким движением, словно сбросив с плеч лет двадцать своего солидного возраста. Она вдруг выудила откуда-то уже знакомое Егору электронное устройство и тут же включила его.

– Не знаю, – проговорила она негромко и с дрожью в голосе, словно обращаясь к самой себе – а если мне попытаться использовать вот эту возможность... Так...

Она вдруг начала оперировать какими-то непонятными Егору цифрами, которые вдруг с огромной скоростью замельтешили перед её глазами на маленьком экране.

– Не знаю, – забормотала она себе под нос – но что у нас получится в том случае, если они не учли такой вариант...

Ключница полностью погрузилась в свои вычисления, даже не замечая при этом Егора, который подошел ближе и завороженным взором смотрел на мелькание в воздухе всевозможных таблиц, столбиков с радами цифр и еще каких-то совершенно непонятных символов.

– Есть! Я, кажется, нашла лазейку! Надо же, похоже, что они даже не рассматривали эту возможность, когда расставляли свои ловушки!!! – вдруг громко воскликнула она.

Егор приготовился внимать, и его спутница не заставила себя долго ждать.

– Послушай – воодушевленно сказала она – всё, что ты предложил, действительно должно сработать. На сей раз у тебя всего одна попытка, потому что любая ошибка станет фатальной. Вся загвоздка лишь в том, что я действительно могу отправить тебя в тот самый день, о котором ты говоришь, но сделаю это не так, как обычно, а уже знакомым тебе методом замещения сознания.

– Ага, я помню это, – кивнул головой Егор – это когда мое тело аннигилируется здесь, а сознание перемещается в то, другое тело.

– Да, – скривила рот Ключница – верно, твое теперешнее сознание перенесется в тело семнадцатилетнего парня. Правда ввиду недостатка оборудования, появится одна маленькая загвоздка.

– Какая?

– Твое тело при такой транспортировке не будет уничтожено, а останется здесь.

– Как, здесь? – глаза Егора полезли на лоб.

– Мощности моего портативного датчика не хватит на полноценную процедуру перехода, поэтому сделать можно только так, и никак иначе. Ты станешь тем Егором Карасёвым, который только-только окончил школу в 1991-м году, а твое теперешнее тело останется в этой комнате. Поэтому никакого пути назад для тебя больше не будет. По сути, вся наша с тобой авантюра – это твой билет в один конец, и если ты действительно всё хорошо взвесил...

От подобных речей Егору сделалось как-то нехорошо, но отступать он всё равно не желал.

– Такое неполноценное перемещение, – тем временем продолжала Ключница – конечно, тоже со временем отследят, но пока наши преследователи даже и не подозревают о том, что я могу поступить подобным образом, поэтому у тебя будет фора в несколько чесов. Правильно рассчитав координаты, я смогу перебросить тебя в конкретное место, куда будет необходимо. Для завершения всего задуманного у тебя вполне должно будет хватить времени.

– Но...

Ключница не дала Егору ничего даже возразить.

– Когда всё закончится, и если всё при этом пройдет удачно, ты снова станешь сами собой, поврежденная хронологическая ветвь планеты придет в норму, а вся не искажённая аномалией твоя личная история будет равномерно вписана вдоль её исходной хронологической цепочки. Впрочем... я опять не совсем уверена насчет твоей памяти, которая ранее почему-то не стирлась... – тут Ключница отчего-то нахмурилась, но вмиг спохватилась и опять взяла себя в руки – Ладно, это всё мелочи. Так ты готов?

– Да – выдохнул Егор – Но, а как же вы? Каким образом планируете избавиться от погони?

– Мне придется попотеть, конечно, чтобы запутать следы, и как можно дольше не попасться в лапы наших спецслужб. Но ты не должен сейчас думать об этом. Главное, помни: больше не предпринимай никакой самодеятельности. У тебя будет лишь одна попытка всё исправить. Наделаешь глупостей еще раз, и тогда все наши с тобой усилия окончательно пойдут прахом.

В одночасье на Егора вдруг свалилось столько информации, что переварить её просто не хватало никаких умственных способностей.

Егор попытался представить себя в теле семнадцатилетнего парня в окружении той обстановки, которая была характерна для самого начала девяностых годов. Он вдруг вспомнил своих друзей, родителей... Однако чтобы осмыслить и принять всё спокойно и без суеты, нужно было гораздо больше времени, а с этим у Егора сейчас как раз возникли определённые проблемы.

– Что мне необходимо сделать – сухо спросил Егор.

– Просто сядь в кресло. Через минуту я инициирую процесс отправки. Помни о том, что я могу ошибиться в расчетах, и не достаточно точно откорректирую точку входа, так как аномалия всё сильнее создает вокруг себя дополнительные искажения в пространстве-времени. В общем, будь готов очутиться в самом неожиданном месте, и, главное, не запаникуй при этом. Разброс составит плюс-минус полтора часа. До момента, когда ты должен будешь перейти к решающим действиям, у тебя еще останется достаточно времени, чтобы тщательно всё спланировать и подготовиться.

– Хорошо, – с каким-то тяжелым чувством на сердце произнес Егор – я понял, перемещайте меня прямо сейчас.

Женщина и без того действовала крайне быстро. То, с какой скоростью она теперь оперировала данными на своём электронном устройстве, Егору еще никогда видеть не приходилось: ее пальцы летали в воздухе, словно огромные бабочки. Вместе с тем блоки цифр и странных символов двигались по экрану туда сюда, то, сливаясь друг с другом в еще более крупные массивы, то, разделяясь на множество частей, и уплывая затем за пределы видимости поля зрения.

У Егора закружилась голова. Вначале он подумал, что это происходит в результате непрерывного мельтешения чисел перед его глазами, но затем он вдруг ощутил непонятный низкий гул в ушах, и в тот же миг его правый глаза заметил некое световое пятно, неожиданно проявляющееся откуда-то сбоку, и постепенно увеличивающееся в размерах.

В этот момент женщина тоже увидела отверстие в стене. Она резко вскрикнула, и, обернувшись в сторону "пятна", вдруг выругалась, будто заправский сапожник.

Последнее, что запомнил Егор, была вспышка яркого света перед его глазами, а затем перекошенное от напряжения лицо Ключницы, которая только и успела крикнуть: "Все, отправка пошла!"

В течение следующих нескольких секунд, пока он оставался в сознании, Егор успел распознать шум какой-то возни и звуки чьих-то громких голосов. Но то, о чем именно кто-то там кричал, он уже разобрать не успел.

***

Из оперативной сводки руководителя группы захвата в адрес управления Общей Службы Безопасности в рамках проведения операции по нейтрализации агента ? 03455087:

0060001: "Обнаружен слабый импульс в вероятной точке пространства-времени диапазонного предела – март-апрель 2234 года. Начинаем тщательное сканирование на предмет выявления чужеродного биологического вторжения в данные координаты".

0060002: "Координаты определены, начинаем процедуру захвата"

0060003: "Объект поиска найден и нейтрализован. Здесь же обнаружено тело биологического объекта по имени Егор Карасёв, однако при оперативном сканировании выяснилось, что это всего лишь пустая оболочка. Сознание объекта незадолго до нашего появления было перемещено в неизвестном направлении.

0060004: "Агент ? 03455087 срочно настаивает на том, чтобы не прерывать только что инициированную ей операцию, ввиду чрезвычайной важности миссии отправленного в прошлое объекта. Срочно запрашиваем консультацию руководства по данному вопросу.

0060005: Спустя тринадцать минут после отправки биологический объект Егор Карасёв отслежен. Начальством приято решение – не прекращать его миссии до выяснения всех подробных обстоятельств дела. "Агент ? 03455087 срочно доставляется на основную базу для тщательного допроса".

13 июня 1991 г., четверг, 11 час. 08 минут

Самым первым ощущением, которое, вдруг, овладело Егором после того, как он очутился в 1991-м году, была уже почти привычная для него временная дезориентация в пространстве.

Длилось это несколько секунд, но Ключница предупреждала, что могло быть и хуже, поэтому самое главное из того, что сейчас было необходимо сделать, это не запаниковать и не выдать окружавшим его людям того, что с ним – Егором Карасёвым – в эту самую минуту происходит нечто не совсем обычное.

Для начала следовало просто посидеть без движения и немного поморгать. Егор слегка покрутил глазами, и спустя пару минут, когда головокружение полностью прошло, ощутил, что он действительно сидит, а не стоит, не идёт куда-то, и даже не лежит в постели.

Вновь осмотревшись по сторонам, Егор увидел, что вокруг него, так же тихо и почти недвижно, сидели какие-то люди. Он пригляделся внимательней, и вдруг заморгал, но теперь уже не от приступа дезориентации в пространстве, а от удивления: в какой-то небольшой на вид комнате сидели все его прежние школьные одноклассники, и что-то усердно писали в своих тетрадях.

Егор узнал Руслана Кузьмина, Оксанку Потапову, Дениса Скворцова. Да что там, в странной этой комнате сидел зачем-то весь его класс! Глядя с удивлением по сторонам, Егор никак не мог понять, что именно тут делают его старые школьные товарищи, да и он сам вместе с ними.

Посмотрев, наконец, в дальнюю часть помещения, Егор увидел стол, за которым тихо, и, также что-то записывая в большую, толстую тетрадь, сидела... Алла Николаевна.

"Боже! Да ведь это наша учительница литературы и русского языка" – вдруг с удивлением подумал Егор – "А она ещё зачем здесь?"

Вдруг Алла Николаевна подняла свои добрые и светлые глаза, и посмотрела на пишущих подростков. Ее взгляд вдруг встретился с глазами Егора. На секунду оба человека замерли.

Все ещё не до конца понимая, что вокруг происходит, Егор покосился на тот стол, перед которым он сидел сам. В своей руке он вдруг с удивлением обнаружил шариковую ручку, и прямо перед собой – раскрытую тетрадь, на которой его знакомым и родным почерком был написан какой-то текст.

Когда через полминуты возле Егора возникла чья-то неслышная тень, он поднял глаза и увидел, что это была всего лишь его преподаватель. С укором в глазах та посмотрела на своего ученика и поинтересовалась тихим шепотом:

– Егор, ты чего не пишешь, время-то идёт.

Егор открыл, было, рот, но тут же захлопнул, когда его просветлевший разум всё вдруг окончательно понял:

"Ну конечно, в тот день у всего класса был ведь экзамен по литературе, и все мы тогда писали сочинение".

Егор вдруг с досадой осознал, что угодил в прошлое не в самое подходящее для себя время: Ключница, надо полагать, крайне неудачно рассчитала точку входа, отослав своего компаньона прямо на экзамен в школу. Мир, который она выбрала для внедрения Егора, был вновь тем же самым, в котором он дважды уже неудачно оказывался, выполняя одно и то же задание.

Егор вдруг вспомнил всё то, что предшествовало его недавнему перемещению сюда, и по его спине тут же пробежал жуткий холодок. "Похоже, у него все-таки получилось оторваться от преследователей! Но сколько же ещё времени осталось до того момента, когда спецслужбы Ведомства по контролю за Временем неизбежно должны будут добраться до него?"

На руке вдруг обнаружились часы. Егор вспомнил, как в те прежние времена он действительно носил старые дедовские командирские часы. Время на них показывало половину одиннадцатого. Значит, до выполнения задуманного оставалось еще несколько часов.

"Эх, только бы успеть продержаться до положенного срока" – с тревогой подумал он.

– Нет, нет, Алла Николаевна, все нормально – попытался успокоить Егор свою учительницу, которая все еще стояла около него, искоса глядя на исписанную ровными строчками страницу тетради своего ученика. Прежде чем уйти, та ещё немного потопталась около стола, разглядывая сверху текст сочинения Егора, а затем негромко произнесла:

– Давай, Егор, заканчивай. Тебе ведь, я так понимаю, совсем чуть-чуть осталось.

Сразу после того, как Алла Николаевна вернулась на прежнее место, в его сторону стали оборачивать свои головы некоторые из одноклассников. Одна из этих голов принадлежала двоечнику Генке Валентинову, другая Игорю Кулешову. И тут, когда Егор развернулся, чтобы поглядеть немного назад, его словно кипятком обдало: из соседнего ряда, повернув в его сторону свое открытое, веснушчатое лицо, на него внимательно смотрела... Ленка.

"Ты чего?" – она кивнула головой, как бы беззвучно задавая ему свой вопрос.

В ответ Егор не придумал ничего другого, как ответить точно также без слов: он поднял оба больших пальца на своих руках, будто говоря тем самым, что у него "все отлично".

Ленка одарила Егора своей загадочной улыбкой и тут же, посерьезнев, вернула взгляд к собственной тетрадке.

Егор последовал её примеру, и только теперь удосужился, наконец, посмотреть в собственные записи, чтобы постараться оценить то, что именно там было написано.

За годы, что прошли после экзамена, Егор помнил лишь то, что в тот день тема его экзаменационного сочинения была по роману Толстого "Война и мир". Похоже, в этой реальности, всё было точно так же.

Быстро прочитав текст, который он вроде как сам до этого сочинил, Егор облегченно вздохнул. Оставалось, действительно, закончить совсем немного. После исписанных четырёх страниц работы, ему нужно было лишь добавить пару-тройку коротких абзацев, чтобы завершить тему отношений Андрея Болконского и Натальи Ростовой.

Решив играть свою роль до конца, Егор почесал шариковой ручкой в своей густой шевелюре и принялся за дело. Ему вовсе не хотелось привлекать лишнего внимания со стороны, даже, невзирая на то, что обстоятельства подгоняли его. Он здраво рассудил, что вполне мог бы сейчас просто встать, и выйти из класса, чтобы под удивленные взгляды учителя и своих одноклассников, мысленно послав при этом подальше как сами экзамены, а вместе с ними и всю школу, отправиться заканчивать гораздо более важное дело. Однако осторожность и какое-то почти трепетное чувство ответственности возобладали внутри Егора. Он вспомнил о том, что любое существенное нарушение хронологической цепочки неизбежно вызовет резонанс в структуре данного отрезка времени. Так уже случалось в прошлый раз, когда он потерпел неудачу. Если это произойдет, Обнаружить его не составит никакого труда. А значит оставалось только одно – постараться прилежно дописать экзаменационное сочинение и не провоцировать неприятности.

Завершить экзаменационную работу, к великому облегчению Егора, оказалось не так уж трудно, ведь еще со школы он неплохо помнил содержание романа Льва Толстого. Более того, за долгое время, которое миновало с тех самых пор, он успел дважды пересмотреть многосерийный художественный фильм, поставленный по произведению русского классика.

Когда дело было, наконец, сделано, Егор облегченно вздохнул. Он не был уверен на сто процентов, что чего-нибудь не напутал в своей писанине, однако, как только экзамен подошел к концу, он с уверенным видом сдал свою тетрадь, и тут же направился прямиком из класса в коридор.

– Егорка, постой! – вслед ему вдруг раздался до боли знакомый и одновременно давно позабытый голос.

Пересилив себя, Егор обернулся и вмиг встретился глазами с той девушкой, встречу с которой он изначально совершенно не планировал. Сердце Егора ёкнуло, застучало быстрее, а по лицу, к его собственному удивлению, стал разливаться предательский румянец.

Всё в мире вмиг остановилось. Исчезла классная комната вместе с одноклассниками и учительницей, исчез и сам мир вокруг. Он стоял, сжимая в руке тетрадку с только что написанным им сочинением, а рядом с ним остановилась Ленка. Пространство вокруг внезапно всколыхнулось, и Егор ощутил себя так, словно с тех давних пор, как он окончил школу, вовсе не минуло более двадцати лет. Будто и не было во Вселенной никаких расстояний и промежутков, а также не существовало препятствий, которые могли помешать увидеть ту, которую он не мечтал больше никогда увидеть: девушку, исчезнувшую из его жизни почти сразу после окончания школы.

Затем всё вновь завертелось, и Егор будто ощутил себя так, словно не являлся сейчас взрослым сорокалетним мужчиной, а до сих оставался тем семнадцатилетним пареньком, в теле которого он в данный момент пребывал по вынужденному стечению обстоятельств.

– Ты куда так рванул? – на лице Ленки сияла восхитительная улыбка. Девушка догнала Егора и пошла с ним рядом по направлению к столу учительницы, чтобы сдать свою экзаменационную работу – Зачем теперь куда-то спешить, если вся школа позади! – воскликнула она – Это ведь был наш последний бой!

Попытаться уйти от такого ненужного ему сейчас контакта, было выше сил Егора. И совсем не потому, что он боялся там чего-то снова нарушить во всех этих хронологических цепочках, будь они совершенно не ладны. Нет, ему наоборот вдруг захотелось, чтобы Ленка снова побыла рядом. Даже пускай это продлится не долго, и будет почти понарошку. Внезапно старые, давно ушедшие чувства вдруг охватили всё его существо, наполнив душу и тело странными, полузабытыми ощущениями.

Егор повернул голову в сторону сопровождавшей его девушки, пытаясь одновременно припомнить тот день, когда это происходило с ним двадцать четыре года назад, и к своему огорчению, совсем не смог ничего вспомнить. Ему нужно было действовать примерно так же, как это происходило в тот раз, чтобы постараться точно следовать "исходному маршруту" хронологии, но, силясь сейчас вспомнить день своего экзамена по литературе, Егор вдруг понял, что память его пуста. Он ещё раз напряг мысли, силясь извлечь из своей головы хотя бы что-нибудь, и, в конце концов, вспомнил лишь несколько малозначительных деталей, которые в данный момент не имели абсолютно никакого значения.

Неожиданно его выручила сама Ленка. Она внезапно пришла Егору на помощь, защебетав своим бархатным, звонким голоском:

– Скоро состоится школьный выпускной бал. Говорят, все ребята готовят для такого случая новые костюмы?

Эти слова вдруг взорвались в голове Егора, словно атомная бомба. И он вспомнил.

"Конечно, как же он мог забыть! Ведь тогда, в тот день после своего последнего экзамена они с Ленкой точно также шли из школы, и та вдруг заговорила про школьный бал".

Воспоминания о подробностях того самого дня в один короткий момент хлынули на Егора, словно холодная вода из внезапно прорвавшейся плотины. Он вспомнил и этот недолгий разговор с Леной, когда та вдруг заговорила о выпускном вечере, и другие подробности той давно забытой беседы.

Всплыло вдруг и то, как уже спустя годы, пока воспоминания о том дне еще были достаточно свежи, Егор неоднократно прокручивал в голове тот самый день, однако лишь многим позже он окончательно разобрался в той причине, по которой Лена затронула тему про костюм и про балл. Всё было просто: она лишь хотела, чтобы там, на том школьном балу Ленка могла почувствовать себя немного принцессой в своём нарядном платье, и чтобы Егор хоть капельку побыл для неё принцем.

Сейчас на вопрос Лены Егор пробормотал что-то вроде утвердительного ответа, после чего они вместе вышли во двор школы и неторопливо отправились в сторону своего двора.

Неспешно шагая вдоль широкого тротуара, Егор, вдруг, подумал ещё кое о чём, и от этих мыслей дыхание его перехватило. Он вдруг вспомнил, что тогда, во время такого же точно разговора в своей прежней жизни, он повел себя с Ленкой, как самый последний болван. В тот раз, более двадцати лет назад, пока они шли в сторону дома, повинуясь какому-то мимолётному приливу дурного настроения, он не только не поддержал беседы с девушкой, но почему-то вообще заявил, что никуда и ни на какой балл идти не собирается.

Сейчас, переживая этот день во второй раз, и прокручивая их с Леной разговор в своей памяти, Егор вдруг вспомнил, как тогда его спутница отчего-то вдруг замкнулась, и после этого они прошагали всю оставшуюся часть пути до родного двора практически молча.

Проклиная себя за то, что сейчас, в этот самый момент ему следовало поступить точно так же, как и тогда, чтобы соблюсти режим максимальной секретности, Егор не выдержал и даже остановился посреди дороги. Вместо того, чтобы следовать строгой инструкции, он решил: "Да пропади оно всё пропадом, не могу я этого сделать! У меня просто не хватит на это сил!"

Немного подумав, Егор решился на ещё один совершенно безумный шаг, который мог грозить ему самыми печальными последствиями.

– Знаешь, – сказал он вдруг, улыбнувшись и посмотрев на Лену совсем не так, как того требовала ситуация – а, действительно, куда нам торопиться. Ты ведь не спешишь домой?

– Нет, конечно – улыбнулась в ответ девушка, так же, как и Егор, перестав вдруг шагать.

– Тогда давай вместе сходим в сквер. Просто погуляем.

– Ты... – Лена, казалось, даже вначале не поверила своим ушам – хочешь, чтобы мы погуляли вместе в сквере? Вот так, просто?

– А что тут такого – Егор вдруг подошел ближе и аккуратно взял девушку под локоть и украдкой посмотрел по сторонам.

Он неплохо помнил те времена, когда каждый раз старался избегать каких либо ухаживаний в отношении Ленки. Ведь по его глубокому убеждению та была настолько близким другом, каким только может быть самый настоящий дворовый и школьный товарищ – тот, с кем они выросли, играя во все без исключения детские игры. Это только потом, несколько месяцев спустя, когда Егор вдруг узнает, что Лене с родителями предстоит уехать на Дальний Восток, он неожиданно для самого себя с горечью и ужасом оценит катастрофичность такого факта. А ещё он внезапно поймёт, что потерял самую близкую и... самую любимую – да, именно любимую – девушку на свете...

Еще до того, как они окончательно покинули двор школы, несколько хихикающих парней и девчонок, глядя на то, как Егор под руку с Леной направляются к ближайшему скверу, бросили им вслед по паре фраз, общий смысл которых сводился к известным всем дразнилкам про "тили-тили тесто..."

Однако теперь, в отличие от прошлого раза, Егору вовсе не было неловко. На этот раз он шел уверенной ровной походкой, и ему было ровным счетом наплевать на то, что думают о нём теперь уже бывшие одноклассники.

Всю дорогу до сквера, пока они с Леной медленно двигались вдоль малолюдного тротуара, Егор почти явственно и остро ощущал, что идущая рядом с ним девушка испытывала в эти минуты почти всеобъемлющее и безграничное ликование. Чувство прежней, и, казалось бы, безвозвратно позабытой симпатии, вдруг обволокло Егора с головы до самых ног, вернув те, прежние восторженные ощущения, словно за плечами у него не было более сорока лет жизни, не было... семьи.

Таня и Поля. Нет, он ни на минуту не забыл о них. Ведь сюда, на это сложное и ответственное задание он отправился исключительно ради того, чтобы получить слабый шанс вновь увидеться с ними. И в том не было вины Егора, что по стечению обстоятельств он вновь повстречался со своим прошлым, и это прошлое вдруг оказалось таким мучительным и трогательным для его давно, казалось бы, угасших воспоминаний.

Ещё он понимал, что никоим образом не должен будет разбивать сердце той, которая прогуливалась сейчас рядом с ним, той, которая сейчас бережно и немного неумело держалась за его руку.

"Пускай, – думал Егор – время этой реальности отсчитывает свои последние часы и минуты. И, возможно, прямо сейчас на мой след уже вышли те, кто вскоре поймают и скрутят меня в бараний рог, попутно отобрав не только возможность вернуться назад, но и уничтожив весь мной ранее обжитой и знакомый мир. Пусть тогда будет, как будет, но поступать сейчас так, чтобы потом в моей душе каким-то непостижимым образом смог бы остаться такой нехороший след, мне просто нельзя. Никак нельзя".

Того, что произошло много лет назад, когда он так неосторожно и почти грубо поступил со своей подругой юности, Егор до сих пор не мог себе простить. Поэтому и сейчас он не имел права заставлять во второй раз страдать из-за своей собственной глупости близкого когда-то для него человека. Ему было немного боязно снова менять историю, но ситуация, похоже, вновь была безвыходной

– Давай присядем – вдруг предложила Лена, когда они в пятый или шестой раз проходили мимо огромного круглого фонтана, в чистой воде которого плавало несколько прошлогодних сухих листьев.

Егор согласился, и они тут же устроились на пустую скамейку, которая одиноко стояла у куста акации, и где поблизости не околачивалось никого из числа гуляющих по скверу прохожих. Храня молчание, и вглядываясь при этом в свежую, июньскую зелень, Егор с Леной просидели там примерно пять минут.