Текст книги "Неудачница из литдорамы (СИ)"

Автор книги: Юлия Буланова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Глава 6

Как и ожидалось, на следующий день у нас было настоящее столпотворение. Покупатели приходили попробовать печенье. Делали заказы. Делились впечатлениями в соцсетях.

Предприимчевый менеджер Мин нанял мне двух помощников и организовал доставку наших десертов.

Со Хён поселился в доме родственников моего непосредственного начальника почти на месяц. Ну, не могла же я оставить ребенка без присмотра. Работа работой, а в первую очередь я – мама. Но мне кажется, ему в гостях нравилось. Там с него сдували пылинки, кормили всякими вкусностями и безбожно баловали.

Госпожа Мин родила чудесную девочку. А мой сын, который до этого с младенцами не сталкивался, был от неё и всего происходящего в абсолютном восторге. И, даже, читал малышке сказки.

Господин Пэк – тесть менеджера Мина по вечерам играл с моим сыном в чанги[7]7
  Корейские шахматы.


[Закрыть]. Не совсем понимая, о чём можно разговаривать с совершенно чужим ребенком, мужчина решил приобщить его к своему хобби.

Потом ажиотаж вокруг закусочной начал спадать. Нет, работы всё ещё было много. Но стало полегче. Я стала уходить домой вовремя. И у меня, даже, выдался выходной, который я решила провести с сыном.

Конечно, мне хотелось лечь и лежать, потому что два месяца, которые прошли со дня моего попадания в мир этой идиотской литдорамы, были очень тяжелыми. Спала, хорошо, если часов по шесть. Ела, когда получалось. У меня не было ни минуты на мысли о том, что двое малолетних идиотов на самокате оборвали мою счастливую и спокойную жизнь.

Боль от того, что я никогда больше не увижу никого из родных, друзей или знакомых, были пришлось спрятать в коробку и поставить её на самую дальнюю полку моих мыслей. Чтобы не сойти с ума. Такой роскоши, как время на страдания у меня сейчас нет.

Зато есть ребёнок. И теперь этот ребёнок мой.

Да, родила его настоящая Кан Юри.

Только, та Юри мертва. А я здесь. И я могу о нём позаботиться.

Со Хен долго был лишён возможности проводить время с мамой. Ну, и не сидеть же с ребенком дома. Июнь на дворе. Самое время для прогулок. Хорошо, хоть, тут летние каникулы не три месяца, а всего полтора. Начнутся они восемнадцатого июня. Нужно будет, кстати, на это время запланировать что-нибудь интересное.

Сегодня же мы с Со Хёном решили пойти сначала в зоопарк. Потом покушать в кафе. А после этого – отправиться в торговый центр. Мальчик вырос из всех своих вещей. Да, и мне не помешает пара обновок.

– Мамочка, а ты, точно, хорошо себя чувствуешь? – наверное, раз в десятый спросил Со Хён, пока мы ехали на автобусе.

– Да, дорогой. Всё хорошо.

– Ты очень бледная, – не отставал ребёнок.

– Это пройдет.

– Я не хочу, чтобы ты так много работала, – настаивал мелкий.

– Понимаю, малыш. Но это было необходимо. Новая работа мне очень нужна. Чтобы мы могли скопить денег для переезда.

– А зачем нам переезжать? – задал вполне логичный вопрос мой сын.

Ну, и как мне на это отвечать? Если скажу правду, он вряд ли поверит. Решит ещё, что мама у него с ума сошла. Но я заметила, что Со Хён, достаточно, практичный. Поэтому решила объяснить необходимость переезда с этой точки зрений.

– В Сеуле очень дорогая жизнь и большая конкуренция. Я не самый плохой повар, но не гениальный. Пробиться в настоящий столичный ресторан с очень высокой оплатой у меня вряд ли получится. А это значит, что мы не скоро сможем накопить на другую квартире. Да, и о твоём образовании подумать стоит. На это, тоже, потребуются деньги. Если же мы продадим или сдадим нашу квартиру здесь, то, например, в Кёнджу мы сможем позволить себе жильё гораздо просторнее. Там, конечно, работы меньше. Но она есть. Тэджон – вариант, с одной стороны, более перспективный. Там больше работы. И более востребован специалист моего направления. Я хороша в европейской кухне, а в Кёнджу спрос на это ограничен. С другой стороны, жизнь в Тэджоне дороже.

– Может быть тогда не стоит покупать мне новую одежду? Да, и в зоопарк я не так сильно хочу.

– Нет, Со Хён. И тебе, и мне нужна одежда. Нужна хорошая еда. И нужны развлечения. Нельзя откладывать свою жизнь на потом. Есть вещи поважнее денег. Счастливые воспоминания, например. Детство должно быть наполнено радостными моментами и воспоминаниями. Чтобы, когда ты станешь взрослым, у тебя было то, на что всегда можно опереться. Понимаешь, малыш, иногда жизнь бывает очень сложной. Поэтому нужно уметь жить здесь и сейчас, радоваться маленьким достижениям и, просто, хорошим дням. Да, в ближайшую пару лет нам нужно будет поддерживать друг друга. Я не всегда смогу уделять тебе временя. Не потому что не хочу быть с тобой. Очень хочу. Но чтобы наша жизнь стала лучше, придётся много работать.

– Это ничего, мамочка, – заверил меня малыш. – Я умею быть самостоятельным.

– Вот и хорошо. За пару лет мы решим, где хотим жить. Нужно будет съездить туда и посмотреть на эти города своими глазами. Кстати, вариантов у нас гораздо больше, чем два. Просто, эти самые очевидные. Но мы, обязательно, выберем лучший. А пока ты должен хорошо учиться, чтобы потом поступить в хороший университет и получить стипендию. Обучение очень дорогое и покрывать его без стипендии будет сложно. Но хорошее образование – это единственный путь к тому, чтобы жить лучше, чем мы живём сейчас.

– Я хорошо учусь, – надулся ребёнок. – Лучше всех в классе.

– Замечательно! Продолжай в том же духе. Конечно, тебе не обязательно быть самым лучшим везде и всегда. Это изматывает. Поэтому необходимо научиться расставлять приоритеты. Конечно, стараться надо. Но не просто так, а ради достижения определённой цели. Вот ты чего хочешь в будущем?

– Жить с тобой, и чтобы у тебя всё было.

– Нет, Со Хён, чего ты хочешь лично для себя? Кем ты хочешь стать?

– Врачом! И делать сложные операции. На сердце, например. Я с господином Пэком смотрел такую интересную передачу про врачей, которые делают такие операции. Быть врачом – это очень круто!

Я тяжело вздохнула. Надо будет узнать, где тут учат медиков. Конечно, Со Хён ещё маленький и может десять раз передумать. Но я хочу, чтобы он, если и передумал, то потому что нашёл для себя что-то более интересное, а не под давлением обстоятельств. Не потому что я увезла его в глушь и у нас нет денег.

– Тогда тебе придется очень усердно заниматься. Не для того, чтобы быть лучшим в своём классе, а чтобы многое знать. Поступить туда очень сложно. И учиться, тоже, сложно. Кстати, хочешь, мы зайдём в книжный магазин и купим тебе какую-нибудь книгу, связанную с медициной?

– Ну, это же дорого.

– У тебя скоро детей рождения. Конечно, получать подарки-сюрпризы – очень приятно. Но ты уже достаточно взрослый, чтобы выбрать себе подарок самостоятельно. Если захочешь, конечно. И нам не обязательно покупать твой подарок сегодня. Мы можем пойти и посмотреть, что там есть. Сравнить цены в нескольких магазинах. И уже в твой день рождения поехать за подарком. Но если ты найдёшь что-то, что тебя заинтересует, мы можем тебе это купить.

– Хорошо, – словно бы нехотя согласился мальчик. – Я посмотрю. Но, если это очень дорого, покупать сегодня не будем.

А я решила, что будем. Даже, если дорого. Юри, как бы не хотела дарить своему сыну подарки, не могла их себе позволить. У меня такая возможность есть.

Наш день проходил очень хорошо. Мы прекрасно проводили время. Даже, посмотрели на представление морских котиков. Пообедали в уличном кафе и поехали за покупками.

Никогда особенно не любила шоппинг. Однако покупать детские вещи оказалось приятно. Конечно, мамой быть сложно. Приходится нести ответственность не только за себя, но и за жизнь того, кто не может сейчас сам о себе позаботиться. Зато я могу смотреть, как растёт этот ребёнок и делать так, чтобы его жизнь день за днём менялась к лучшему.

Да, его настоящая мама умерла, а я – лишь самозванка, занявшая её место. Но Со Хён об этом никогда не узнает. И мой сын никогда не станет фоновым персонажем в чужой истории любви. Он напишет свою собственную историю жизни, где не будет места глупой мести, детским травмам и комплексам.

Неплохая цель, если подумать.

И справедливая цена за шанс прожить целую жизнь.

А что, если я здесь, потому что мир понимает, свою неправильность и стремится к изменениям? Что если он не хочет больше вращаться вокруг очередной Героини?

Это было бы логично и правильно.

Я почти поверила в то, что у моего появления здесь имелась причина и в моих силах изменить судьбу мальчика, которому предстоит стать «Тенью забытого зеркала» Чхве Арин.

Глава 7

Книжный магазин был огромным, что вызвало у моего сына дикий восторг. Я по глазам видела, что он мечтает забрать домой всё и ещё немного.

– Хочу тут жить! – заявил ребенок.

Я кивнула, абсолютно разделяя его страстное желание поселиться в царстве книг. Сама в детстве мечтала о чём-то подобном.

А потом мы как-то незаметно друг для друга разбрелись в разные стороны. Со Хёна интересовали детские энциклопедии, а меня любовные романы. В конце концов, я много работала и тоже, заслужила маленький подарок. А тут их было невероятное количество. И обложки все до единой – словно произведения искусства. Глаза разбегаются.

Поэтому на набирающую обороты детскую ссору отреагировала я не сразу.

– Арин хочет именно эту энциклопедию, – кричал мальчик – ровесник моего сына. – Мы ехали специально за ней. Отдай!

– Я первый ее нашёл! – Со Хён набычился, обнимая тоненькую книжку.

– Джи Мин, – насмешливо подначивал мальчишку тип в дорогом сером костюме. – Один раз позволишь отобрать своё – потом всю жизнь будешь лишь подбирать объедки. Не хочешь указать этому оборванцу его место? Нет? Может быть мне рассказать твоему отцу, что его сын – жалкий мямля и ни на что не способен?

Мне рожа этого индивидуума показалась смутно знакомой. Но вспомнить, кому она принадлежала, не получалось.

– Дядя Чан, не надо, – хныкала прехорошенькая девочка в голубом платьице.

Точно! Это же Чан Иджан – бывший поклонник Ли Акеми, который так её любил – так любил, что, когда она выбрала Пак Мин Хо, благословил их брак, пожелал счастья и стал другом их семьи. Но в душе, разумеется, продолжал обожать главную героиню.

А мальчик, наверное, Пак Джи Мин. Ну, конечно, конфликт и противостояние нужно начинать ещё в детстве. Ведь это так ново, свежо и совсем не избито. Штамп на штампе. Бесит! Хотя, чему я удивляюсь, прочитав первую часть этого фарса в дорамной обёртке? Где ищу логику и здравый смысл?

И объект раздора тут как тут. Стоит. Глазками хлопает.

Чхве Арин.

Сразу видно: вырастет – красавицей будет. А если ещё и научится мужиками крутить, как это делала Ли Акеми, выйдет из неё настоящий монстр.

Джи Мин схватил моего сына за ворот майки и потянул на себя, пользуясь тем, что у соперника руки заняты книжкой.

– И что здесь происходит? – вопрошаю строго. Прямо, как Ашот Гамлетович, когда не находил на кухне идеального порядка.

– Это книжка Арин! – нагло ответил мне мальчик, впрочем, отпуская моего сына. – Пусть он отдаст! Всё равно такой тупица не сможет её прочитать.

Я вежливо улыбнулась и спросила этого невоспитанного ребенка:

– Он силой отобрал её у Арин, когда она её уже в руках держала?

– Да! – без колебаний соврал сын моего бывшего жениха.

– Нет, – одновременно с ним заговорила девочка. – Этот мальчик первый взял энциклопедию.

– Но почему-то вы почему-то решили, что можете применить силу, чтобы книгу отобрать?

– О, а кто это вылез из своей норы? – с притворной радостью пропел Чан Иджан. – Неужели это Кан Юри? И не стыдно тебе появляться среди приличных людей? После того что с тобой... произошло. Не при детях будут упомянуты твои приключения.

То есть групповое изнасилование бессознательной девушки он считает развлечением? Как это мило. Аж рука зачесалась взять что-нибудь тяжёлое и ударить по этой наглой физиономии. Но переведя взгляд на мужчину, я решила ему тоже улыбнуться. И с улыбкой же произнесла:

– Чан, ты же про себя говорил. Это ты отдал своё и теперь вынужден довольствоваться объедками. На всё готов, лишь бы иметь повод увидеть свою первую и единственную любовь. Даже, заниматься с этим мальчиком, которого всей душой ненавидишь.

– Дядя Чан нас любит! – хныкала девочка, но я одарила её безразличным взглядом.

– Когда любят учат дружить и договариваться, а не провоцируют бессмысленную ссору. Когда любят, учат принимать поражение достойно и идти вперёд, не считая при этом себя неудачником. Не манипулируют. Не запугивают. Не стыдят без надобности.

Со Хён слушал и кивал, словно бы соглашаясь с каждым моим словом. А потом подошёл к Джи Мину, вручил ему книгу со словами:

– Возьми. Тебе нужнее. Меня и так любят. Мне не надо никому ничего доказывать. Если бы ты попросил вежливо, я бы тебе её отдал.

Потом развернулся к стеллажу, вытащил другую книгу в мягком переплёте и пошел с ней в мою сторону.

– Ну, что, нравится, когда тебя жалеет какой-то оборванец? – прошипел Чан Иджан с нескрываемой ненавистью глядя на Джи Мина. А ребенок весь сжался под его взглядом. По щекам мальчика потекли слёзы. Но это лишь сильнее разозлило мужчину. – Ничтожество! Слабак! У тебя совсем нет гордости? Какой позор, что в семье Пак родился такой никчёмный наследник.

– Когда любят, – я произнесла это громко, не обращаясь ни к кому конкретно. – Учат не путать жалость и сострадание. А ещё не вымещают собственное разочарование жизнью на том, кто не может тебе ответить. Чан, этот мальчик не виноват в том, что ты, упустив свою возлюбленную, не нашел в себе сил её отпустить. Хорошего дня.

Выбором моего сына стал гид по лучшим медицинским университетам страны. Недорогой. Из не самой качественной бумаги. Но если он хочет эту книжку, значит так тому и быть. В конце концов, он достаточно взрослый, чтобы сделать правильный выбор. И я в этом только что убедилась.

– Ты знаешь того мужчину? – спросил сын, когда мы расплатились за его брошюру и мой любовный роман, который я наугад достала с полки.

– Не слишком близко, – отвечаю осторожно.

– Ты круто ему ответила. У него было такое лицо, будто он сейчас лопнет от злости. Но я не совсем понял. Почему он ненавидит того мальчика? А если ненавидит, то зачем водит его в магазин? Взрослые такие странные.

И я вдруг осознала, что это – мой шанс. Закладывать фундамент здоровых отношений нужно с детства.

– Понимаешь, Со Хён, тот мужчина влюбился. Не слишком удачно. Так бывает. От этого никто не застрахован. Мы не выбираем в кого влюбляться. Но можем отпустить того, кто не желает быть с нами. Или вцепиться намертво, причиняя этим боль себе и окружающим. Этот мужчина выбрал второй вариант.

– Он, что, совсем тупой? – ребенок смешно округлил глаза.

– Да. Сам же видел. Разве умный человек будет так вести себя? Но дело не только в нём. Женщина, в которую он влюбился, тоже, не желает его отпускать. Да, тот мужчина поступает глупо. Но его возлюбленная совершает подлость. Никогда нельзя держать того, кому нет места в твоём сердце. Даже, если он слишком слаб, чтобы отказаться от тебя самостоятельно. И, знаешь, если бы они играли в эту взрослую игру только вдвоём, всё было бы не так страшно. Но помимо своей воли в нее втянут сын той женщины – Джи Мин. Он ещё не понимает, какие отношения связывают его мать и человека, которого он привык считать почти членом своей семьи, поэтому не видит, как тот ему вредит. Ведь под видом любви и заботы Чан Иджан учит его очень плохим вещам. Быть агрессивным. Мучиться от чувства собственной неполноценности. Ненавидеть тех, кто проявляет к нему доброту. Люди – странные существа. Они часто обвиняют других в собственных ошибках. И мстят совсем не тем, кто причиняет им боль.

– Это же глупо, – говорит Со Хён, хмурясь.

– Спорить не буду, но не все такие умные, как ты. И это надо учитывать.

– Хорошо, – важно согласился ребёнок, задумчиво кусая нижнюю губу и делая очень правильный вывод. – Не все взрослые хорошие. Некоторые пытаются использовать детей в своих плохих целях. Как тот человек из парка и этот мужчина. Не нужно верить всему, что говорят взрослые. Ведь они бывают злыми или глупыми. Да, мама?

– Да, мой хороший. Всё именно так.

Глава 8

Я потихоньку осваивалась в этом мире, стараясь не думать о прошлом. Ни о своём. Ни о прошлом Кан Юри.

Конечно, временами накрывала тоска. По дому, семье и моей тихой размеренной жизни. Но я гнала эти мысли прочь. Потому что страдать не было времени. Ребёнок требовал полной отдачи.

В день рождения Со Хёна мы ещё раз пошли в книжный магазин. На этот раз в тот, что был ближе к нашему дому. И купили ему анатомический атлас. А я приобрела пособие с очень вдохновляющим названием "Счастливый ребенок станет счастливым взрослым". И с тех пор свято следовала заветам этой книжки.

Я очень старалась, чтобы жизнь моего сына была стабильной и предсказуемой. Поддерживала его, проявляла интерес ко всему, что он хотел мне рассказать. Поощряла инициативу, разрешала делать выбор и учила, что ошибаться – это нормально.

Там, даже, была целая глава о том, как игнорирование эмоций, манипуляции и непредсказуемое поведение родителей провоцируют у ребенка тревожную привязанность. Конечно, следить за каждым своим словом – сложно. Это ужасно выматывают. Но мама, как доктор – обязана в первую очередь руководствоваться принципом: "Не навреди".

Чтобы противостоять написанному для него сценарию, Со Хён должен быть абсолютно психически здоровым, самодостаточным и уверенным в себе. Но я плохо себе представляла, как этого добиться. Вдруг, у меня не получится? Говорят же, что мальчику нужен отец. Только, будет ли кто-то относиться к Со Хёну, как к сыну? Мужчины-то и родных детей не всегда любят. Часто, уходя от жены они, переводят собственных отпрысков в разряд бывших. Что уж о чужих говорить?

Хотя, как по мне, детям больше нужна спокойная обстановка в доме, чем второй родитель. А я вряд ли спокойно уживусь, даже, с самым замечательным мужчиной.

Да, и не тянет меня на замечательных. С ними скучно. Но и с теми, кто крутит страстные романы мне не по пути. Страсть рождает скандалы, выяснения отношений и всё то, что расшатывает психику. Не только детскую.

Было время, я думала: не остаться ли мне старой девой. Но в каком-то отдаленном будущем мне хотелось детей от любимого мужчины. Или мне так только казалось?

Сейчас же я понимаю: не надо мне детей. Одного более, чем достаточно. Это всё накладывается на то, что незамужние матери тут не слишком высоко ценятся. Особенно, если эти женщины не обременены деньгами и связями.

Серость моих будней раскрасило лишь одно примечательное событие. Я сменила работу. Менеджер Мин отпускал меня с тяжёлым сердцем, но с пониманием, что при всём желании не сможет предложить мне зарплату в пять раз выше текущей, как это делала Юн Соль.

Ей кофейню подарили родители на день рождения в надежде, что такой старт поможет ей разобраться в собственной жизни. Девушка с треском провалила экзамены и её поступление хоть в какой-нибудь университет накрылось медным тазиком. Из-за чего она впала в депрессию. Чтобы её поддержать, отец и приобрёл данное заведение, расположившееся недалеко от центра Сеула. Место было неплохим. Рядом располагались два бизнес-центра и от покупателей отбоя не было.

Пару месяцев Соль наблюдала и думала, как бы изменить ситуацию. Потому что её заведение балансировало на грани нулевой прибыли, что ей очень не нравилось.

Родители убеждали её не торопиться и оставить всё, как есть. Мол, не уходит в минус, и ладно. Но девушка понимала: пока дела обстоят так, кофейня является для неё не местом работы, а милым аксессуаром, призванным показать, что она не такая уж и неудачница. Ей же хотелось не казаться, а быть успешной. Она училась, вникала во все процессы и была более чем мотивирована действовать.

Меня Юн Соль заприметила, когда самая скромная забегаловка Сеула попала в тренды. Потом, конечно, ажиотаж спал, и я получила предложение, от которого не смогла отказаться.

В принципе, работа в кофейне Соль была не слишком сложной. Я должна была готовить десерты: пирожные, круассаны, пудинги и желе. В общем, всё то, что можно съесть с кофе или чаем.

А так как данное заведение находилось в самом лакомом местечке, публика здесь обреталась солидная и при деньгах. Поэтому, когда я впервые увидела меню, очень удивилась. На мой взгляд, цены там были завышены раз в десять-пятнадцать. Соль ответила, что это доплата за атмосферу. Я огляделась вокруг и честно сказала:

– Эта атмосфера так дорого не стоит. Надо или интерьер менять, или пирожные делать такими вкусными, что будут стоить любых денег.

Сошлись на том, что сначала доводим до идеала меню, а потом Соль возьмётся за дизайн помещения.

С начальницей у меня сложились почти что дружеские отношения. И я, даже, начала немного её опекать. Это как-то само вышло. Просто, у неё с самооценкой – настоящая беда.

Трудно, когда все твои одноклассники поступили в университеты, а ты – нет. Её, даже, парень из-за этого бросил. А подружки лишь самоутверждались за её счёт, делая вид, что жалеют бедняжку Соль.

Я же говорила с ней, как с Со Хёном. Спокойно. Доброжелательно. И старалась показать, что верю в неё. Потому что, и правда, верила в её способности. У девушки отлично получается продвигать кофейню, как место, идеальное для свиданий.

– Юри-тян, – взбудораженная Соль забежала на кухню. – Что мне делать?!

– А что случилось? – спрашиваю, не переставая взбивать желтки с сахаром для крема.

– Пришёл отец. А с ним тётка – его младшая сестра. Терпеть её не могу. Она вечно меня критикует, что бы я не сделала. И сейчас начнёт.

– Так и что же случилось?

– Она сказала подать им что-нибудь на мой вкус. Но что бы я ей не подала, она останется недовольна.

– И что? – добавляю в белую пену крахмал и начинаю плавными движениями перемешивать. – Ну, скажет она гадость. Если тебя кто-то критикует всегда. Если от человека не дождёшься ни единого доброго слова, то высказанное мнение и монетки не стоит. Твой папа не станет тебя меньше любить, если услышит очередной едкий комментарий. А тебе нужно поработать над восприятие неконструктивной критики.

– Это как? – Соль нахмурились прямо, как Со Хён.

– Никак. Никак на неё не надо реагировать. Говорит гадости – и пусть себе говорит. А ты, или мимо ушей пропускай, что так она скжет, или на дверь укажи этой невоспитанной особе.

– А подать-то ей что? – девушка посмотрела на меня растерянно.

– Без разницы. Хотя... они за десерт заплатят или?..

– За счёт заведения. Не могу же я принести счёт своему отцу, который мне эту кофейню купил.

– Логично. Тогда папе – его любимые шоколадные эклеры и эспрессо. А тётушке ягодный мусс. У него себестоимость небольшая. Скажешь, что это лучший десерт для дамы, которая следит за фигурой. Минимум калорий, максимум витаминов.

– Как у тебя получается быть такой?.. – Соль замолкает, не закончив предложение.

– Циничной или практичной?

– Мудрой. Я так не могу.

– Сможешь, – обещаю с грустной улыбкой. – Когда-нибудь, обязательно, сможешь. Когда поймёшь, что некоторые люди не стоят того, чтобы на них тратили нервы.

Только, вряд ли это случится скоро. Соль пока слишком зависима от мнения значимых взрослых.

– Хочешь я поведаю тебе рецепт любимого блюда людей вроде твоей тёти? Оно называется "Убитая самооценка ближнего своего"? – спросила я тихо, когда Соль с красными глазами и распухшим носом вернулась на кухню, проводив своих гостей. – Возьмите обобщение. Мол, ты всегда была проблемным ребёнком, от которого одни неприятности. Добавьте сравнение. А её дочь, сын, ребенок друзей добился всего, когда ты потерпела неудачу. Затем привлечь третье лицо, например, твоего отца, чтобы он согласился с её сверхценным мнением. Добавить вину за то, что ты позоришь семью. И, снова, обобщение. Всем твоим родственникам стыдно в глаза смотреть знакомым. Ведь они знают, что ты не смогла никуда поступить. Медленно влить обесценивание, сказав, что ты ничего тут не делаешь и пришла на всё готовое. Дать настояться на огне проекций её собственных отрицательных черт. Так ты становишься ленивой неблагодарной эгоисткой, которая не ценит того, что для неё делают. Это продолжается до того, как ты сорвёшься или заплачешь. И начинается самый важный этап – газлайтинг. Тебя обвиняют в истерике на пустом месте, попытаются убедить, что ты слишком чувствительная или пытаешься привлечь к себе внимание. Что ты психически больная и тебе надо лечиться, а она ничего такого не сказала. Ведь никто, кроме тебя так не реагирует на её слова. И, вообще, она хочет как лучше. Кто же тебе правду скажет, кроме родного человека?

У Соль, даже, слёзы от удивления высохли.

– Ты слышала то, что она мне говорила? – изумлённо произнесла девушка.

– Нет. Но судя по твоей реакции на визит «любимой» тётушки, эмоциональный абьюз – любимое её развлечение. Я упомянула лишь основные манипуляции, с помощью которых можно расшатать психику жертвы. Нет, я не сама до этого дошла. Мне одна приятельница об этих приёмах рассказала.

– Но зачем тётя всё это делает?

– Да, разве в голову к ней заглянешь? – понимаю плечами. – Может быть, хочет самоутвердиться? Может, ей нравится причинять окружающим боль? Но, Соль, причины побуждающие её так поступать не имеют значения. Гораздо важнее – твоё право защищать собственное душевное равновесие. Злобных гадин вокруг много. Если на каждую так реагировать, никаких нервов не хватит.

Девушка тяжело вздыхает. Её слишком долго учили с почтением относиться к старшим, а через воспитание перешагивать сложно. Особенно, ради такой эгоистичной цели, как защита собственных границ. И это очень печально. Мне кажется, такому должны учить в школе наряду с математикой, литературой, биологией и другими предметами. Потому как, психика у человека, действительно, одна. А тех, кому доставляет удовольствие её расшатывать – предостаточно.