Текст книги "Бесы на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 25

Из отчётов УВБ следовало, что дирижабль рухнул вследствие проникновения в зону, контролируемую жрецами. Но пробелов в этой истории хватало. Я не понимал, почему аппарат упал. Ну, допустим, отказали двигатели. Но это же не критично для цеппелина. Остаётся баллон, наполненный газом. Можно дрейфовать по ветру хоть до бесконечности. Или зависнуть в воздухе.

Останки тел удалось найти среди обломков – уже хлеб. Правда, все трупы были настолько обезображены, что опознать их не представлялось возможным. Мёртвых зверей не было – значит, никто на борт не высаживался. Логично, у крангов ведь нет авиации.

Но больше всего меня занимал сейф.

Вот представьте: вы терпите крушение. Ну, ладно. Не терпите. Возможно, члены экипажа думали, что спасутся… И что, вы будете не бороться за свою жизнь, а прятать видеокассету, заматывая её в тряпки? У меня только одно объяснение: разведчики понимали, что разобьются. Что жить им осталось недолго. И поэтому выполняли последний долг – спасали сведения государственной важности. Откуда они могли это знать?

Я ещё раз пересмотрел ту часть отчёта, что касалась изучения обломков. Гондола, разумеется, была повреждена. Но эксперты не смогли установить, имела ли место разгерметизация до падения или после. В документах имелась приписка, что на место происшествия выехал ясновидец, но так и не сумел добраться. Без подробностей.

Всё это походило на правду.

Ясновидца могли отправить на вертолёте или небольшом частном самолётике. Но этот аппарат почти наверняка должен был совершить посадку километров за двадцать от лагеря зверей. За тем же хребтом, который перелетел разведывательный дирижабль. Вертолёт мог сесть где угодно, даже рядом с обломками, но «ясновидец не добрался». Не означает ли это, что у крангов есть и другое секретное оружие? Которым они без труда сбивают наши летательные аппараты? В общем выводе исследовательской комиссии это читалось между строк. Хотя напрямую мысль и не высказывалась.

Я вспомнил, что говорил отец Руми.

Жрецы блокируют не только циркуляцию ки, но и быстро летящие объекты. Насколько быстрые? Пули, допустим, замедляются. А стрелы? Самолёты и вертолёты? Несущиеся по воздуху дирижабли?

Но замедление, напомнил я себе, не означает крушение.

Дирижабль сбили.

Это очевидно.

А ещё мне очень не нравилось, что кранги теперь контролируют разлом. Сколько их ещё может подтянуться? По сути, у них тыл надёжно защищён, и из иного пространства могут бесконечно подходить подкрепления. А у нас? Полная уязвимость.

Вопрос в том, будут ли Изначальные разделять свою армию, чтобы ударить по нескольким целям, или нет. Как по мне, было бы логично оставить в долине гарнизон для обороны плацдарма, а основные силы двинуть к ближайшим крупным городам. Будет правильным решением перерезать автомобильное и железнодорожное сообщение в регионе. Подготовить поход на столицу империи…

Но.

Для всего этого необходимы данные разведки.

И понимание того, на чём стоит наша цивилизация.

Взять, например, телефонную и радиосвязь. Уничтожьте антенны и ретрансляторы, перережьте кабели – и вы существенно осложните коммуникацию врага. Даже с учётом телепатии.

Логика подсказывает, что разведку нужно было провести ещё в то время, когда шли тренировочные занятия на полигонах. У военизированной культуры крангов опыта – вагон и маленькая тележка. Следует исходить из того, что они совмещали выполнение миссий в Монголии и Сибири со сбором разведданных. Поэтому властитель Наска и нервничает. Он понимает, что вторжение хорошо подготовлено.

А ещё всё это означает, что кранги не собирались ни с кем идти на компромиссы и придерживаться союзных обязательств. Они с самого начала знали, к чему всё идёт. В отличие от перуанских умников.

Я посмотрел на часы.

Половина третьего.

Допустим, удастся разбить это войско. А дальше что? За разломом – целая планета. Хорошо бы ознакомиться с более полными сведениями о противнике, но времени на это катастрофически не хватает. Интуиция подсказывает: не ударим в ближайшие дни, хлебнём горя.

Термос с кофе почти опустел.

Спать не хотелось.

И тогда я взялся за нехитрую головоломку. Активирую Расширитель, заявляюсь двумерной тенью в стан врага и всех крушу в капусту. Пусть не всех, только ящериц под тентом. Сообщаю партнёрам. Инквизиторам, Трубецкому. На этом для меня – всё. Мавр сделал своё дело, купил попкорн и сел на диван. Мавр наблюдает за тотальным истреблением глупых варваров. Так?

Надеюсь, что так.

Простенько и со вкусом.

Что мне мешает ударить сегодня? Пожалуй, ничто. В лагерь крангов можно забросить четвёрку убийц, один из которых будет оператором. Радиус действия Расширителя – сто километров. А это значит, что мне придётся лететь в Наска, предварительно изучив карту и выбрав безопасную локацию. И да, я не готов рисковать своими близкими. Поэтому мы отправимся в путь на автоморфе Каримова…

С кем?

Я прикинул, что лучшим вариантом будут люди, хорошо владеющие клинковым оружием. Способные быстро вырезать много врагов. А это, как ни крути, индонезийцы из нашей службы безопасности.

Уверенности в успехе почему-то не было.

Полная блокировка ки…

Что я не учёл?

Расширитель будет находиться в ста километрах от вражеского лагеря. Жрецам его не достать. А вот Байт Мусаев вполне может попасть под действие подавляющего поля, ибо оперирует энергией ки непосредственно в точке, где находится. Значит, посылать Мусаева нельзя. Он просто погибнет. В лучшем случае, будет выброшен из многомерности где-нибудь в горах.

Определившись с тактикой, я приказал:

– Бродяга, телефон. Соедини меня с Каримовым.

* * *

Машина была припаркована на автостоянке в каком-то мелком городке.

Шёл дождь.

На моих коленях лежал пористый шар. Тот самый, из-за которого переполошились инквизиторы. Рядом сидели Лука Каримов и три щупленьких, костлявых индонезийца. Все – отборные убийцы клана Панджаитан.

Инструктаж мы с Багусом провели.

Оставалось лишь включить артефакт, потратить полчаса на адаптацию и соткать адский туман прямо в сердце лагеря крангов. Что интересно, нам даже не потребуется оружие.

Считается, что Расширитель – это средство, позволяющее многомерной вселенной прорваться в нашу примитивную реальность. Это не совсем так. Устройство расширяет лишь пять-шесть измерений, а их гораздо больше. Но и этого достаточно, чтобы превратиться в тень, которую практически невозможно убить обычными средствами.

Мы покинули Красную Поляну в четыре часа.

Здесь, в Наска, вечер предыдущего дня.

Девятнадцать сорок, если быть совсем точным.

– Включаюсь, – сказал я.

Индонезийцы почти синхронно кивнули.

Я перебросил зону расширения за пределы города, на лесистые склоны ближайшей горы. Здесь и без того дождливая муть, все горные вершины утопают в промозглой серости. Странный туман никто не заметит…

Но я не учёл фактор дождя.

Капли прорывали ткань искажений, постоянно нарушали структуру.

Пришлось метнуться через хребет – в такие же густые джунгли, но за пределы бушующего циклона. Тут всё было чисто, с неба не капало. Никаких поселений поблизости я не обнаружил. Осмотревшись, начал «подключать» индонезийцев.

Адаптация – наше всё.

Если вы привыкли жить в трёх измерениях, то пять или шесть дадут вам возможность двинуться кукушкой… Правда, Расширитель и здесь приходит на выручку. Помогает подстроить восприятие под ненормальную среду. И тогда приходит ощущение, что ты… не полубог, нет. Но сила, выходящая за пределы дозволенного. Потому что можешь проскальзывать в щели мироздания. Игнорируешь гравитацию. Ходишь по любым направлениям, включая вертикаль. Дотягиваешься до предметов на расстоянии в несколько метров, хотя не должен. Вскрываешь и потрошишь эти предметы, не особо напрягаясь… ибо они – тоже набор из шести измерений.

Я могу проткнуть ядро ореха, не повредив скорлупу.

Или разрезать камень ударом ладони.

Знаете, я много чего могу…

Но только в пределах зоны расширения. И с учётом многих «если». При условии, что не пойдёт дождь. Не подует сильный ветер, который будет сносить многомерный «туман». Не появится электрик или пирокинетик – они могут просто всё выжечь, и поставить точку на всемогуществе. Такое вот кино.

Мы немного побродили по джунглям, приноравливаясь к среде. Я достаточно быстро вспомнил, как отыскивать кратчайшие пути между пунктами «А» и «Б». Имелись целые коридоры, позволяющие быстро перемещаться, игнорируя здравый смысл. Чистая математика, отрезанная от физики.

Направление было известно.

И мы скользнули в сторону лагеря крангов, подтягивая за собой туман.

Мы пробирались через джунгли, просачивались сквозь горы, пронизывая их, будто ветер. Мы встраивались в пещеры и гроты, расселины и трещины. Мы стекали вниз по отвесным стенам, лавируя вдоль граней мира. Высота не имела значения. Дистанция – чистая условность.

Четыре тени в туманной дымке.

Так мы выглядели со стороны…

Вот только сторонних наблюдателей не было. Я выбирал дикие склоны, необжитые участки, обходил деревеньки, имения богатых жителей Наска и редкие тучеразгонители. Просачивался сквозь горные серпантины. Мы лезли через дремучие чащи и отвесные обрывы.

Долина Атаукахана неуклонно приближалась.

А потом что-то произошло.

Нас будто ударило током.

Грани мира перемешались, и я на полной скорости врезался в… изломы? Пульсирующие фракталы? Само пространство исказилось и отшвырнуло нашу теневую компанию…

В хаос.

Я пришёл в себя через несколько минут и обнаружил, что скольжу по инерции над джунглями и каменистыми уступами.

Выброс.

Джунгли сменились уютным салоном автоморфа: расположенные по кругу кресла, стёкла с односторонней прозрачностью, мягкая подсветка.

Из моего горла рвался крик, но я взял себя в руки.

По телу прокатилась волна боли.

Думаю, мы все выглядели не лучшим образом. Тяжело дышали, хватали ртами воздух. Перед глазами поплыли тёмные круги, но это быстро прошло.

Добрый Эх смотрел на меня с тревогой.

– Сергей, ты как?

Я отнял ладони от пористого шара.

– Вот дерьмо.

Убийцы Панджаитан держались изо всех сил. Челюсти сжаты, в глазах – отблески пережитого кошмара. Отголоски деформирующей волны.

– Похоже, они контролируют и другие измерения, – выдавил я.

– Шутишь, – Каримов покосился на Расширитель. – Никто не может.

– На Земле, – уточнил я. – Но кранги не отсюда.

– Как это было? – заинтересовался каббалист.

Я начал рассказывать.

Кратко, без воды.

– Так, но мы же сейчас говорим о стандартной артефакторике, – вынес свой вердикт Лука.

– Стандартной? – опешил я. Организм постепенно восстанавливался. – Других таких устройств не существует.

– Я не об этом, – отмахнулся Лука. – Расширитель вытягивает из оператора ки, верно?

– Вытягивает, – признал я.

– И вы используете ки в своём многомерном тумане, – продолжил каббалист. – А на прилегающих к плацдарму землях циркуляция блокируется. Чего же ты хотел?

– Ну… – я замялся. – Артефакт ведь не там! Он здесь! В ста километрах от блокирующего поля. Я не понимаю, честно. Как так-то?

– А вот так, – хмыкнул Добрый Эх. – Мы имеем дело с артефактом третьего порядка. Ки транслируется в пространство, с её помощью ты передвигаешься и поддерживаешь свой туман. Расширитель – это не просто шар. Это процессы, которые происходят в разных точках планеты.

– Хм, – я задумался. – А как домоморфы работают?

– На чистейшей протоматерии.

– Им не нужна ки?

– Абсолютно.

Я вспомнил многочисленные диалоги с Бродягой – он ведь ни разу не упоминал ки. В том плане, что пользуется стандартными энергетическими ресурсами. Опять же, циркуляция внутри дома не ощущалась. Но ведь энергию он откуда-то берёт? Получается, из протоматерии. И что, у нас ведь этой субстанции меньше не стало? Нет, не стало. Значит, идёт какой-то процесс, где одно бесконечно превращается в другое.

– Так, ладно, – я принял решение. – Валим домой.

Автоморф убрал прозрачность стёкол и прыгнул в многомерность.

Безусловно, я терял время впустую. Но и действовать без сна и надлежащей подготовки – самоубийство. Я уже дёрнулся, получил по зубам, сделал выводы. Придётся разработать более детальный план. Но утром.

Вернувшись в Красную Поляну, я отправился спать. В отдельную спальню, чтобы не отвлекаться на плотские утехи с Маро. Некрасиво, но я должен быть в форме. Попросил Бродягу выставить будильник на девять утра. Мог бы и на двенадцать, но мало ли, что за это время произойдёт в Наска… Сейчас я не был заинтересован в падении перуанцев.

Проснувшись, я первым делом связался с Демоном и мастером Багусом, назначил встречу в своей библиотеке через час и дал список тех, кто там должен присутствовать. Потратил четверть часа на медитацию, принял контрастный душ, привёл себя в порядок и пошёл извиняться перед Маро за своё отсутствие. Извинения переросли в бурную постельную сцену. В итоге жена сказала, что я прощён, и мы переместились в библиотеку, куда уже начали стягиваться бойцы нашего Рода. Туда же слуги принесли подносы с чаем, кофе и бутербродами.

За окном разгорался жаркий июльский день.

Глава 26

На экстренном совещании присутствовали те, кто мог дать дельный совет, а не просто резать врагов пачками. Мастер Багус, Демон, Хасан, Маро, её сын, Ли Синьу. Последнего я раньше не приглашал, но китаец показался мне человеком мудрым, а ещё – не загоняющим себя в жёсткие рамки. Умеющим выходить из плоскости, когда это нужно. И да, геомант заслужил моё доверие месяцами безупречной службы.

– В новостях этого нет, – сказал Багус, передавая нам слепки через Ольгу, которая сейчас сопровождала Джан в поездке к Теймурадзе. Плановый осмотр.

В Наска у нас хватало агентов.

В основном – из Чёрного Ока.

Полученные слепки… понятия не имею, как они их раздобыли. Но, учитывая, что там были прыгуны и левитаторы, будем считать, быстро перемещались.

И да, сцены были не для слабонервных. Руины городов и посёлков, горы трупов, многочисленные разрушения. Ни одного слепка с марширующими колоннами чужаков. По понятным причинам.

– Я не успел подготовить детальный отчёт, – сказал Багус. – Данные ещё сводятся.

– Нас устроят предварительные оценки, – сказал я.

Джан мы не стали звать на этот совет. Беременной женщине нужно думать не о войне, а о том, чтобы выносить наследника главы Рода. Поэтому всё, что касалось мировой политики, я держал подальше от своей возлюбленной.

А вот Маро – ценный советник. Громадный боевой опыт. В том числе, горячие точки по всей планете, сражения в строю механикусов, сложные миссии и тактические наработки… Мы как-то тренировались вместе на полигоне, осваивая новые машины с моего завода. Так вот, мне никогда не достичь такого мастерства в управлении. Маро – тот самый идеальный пилот, что буквально срастается с мехом. Причём, с любым. Впрочем, я слышал, что ей доводилось биться и в пешем строю, с копьём в руке, и в конном, когда механикусы ещё не были изобретены…

– Предварительные оценки, – задумчиво проговорил Багус. – Итак, по моим сведениям долина Атаукахана зажата между ущельем, в котором открыт разлом, неприступным горным хребтом, лесистым кряжем и озером.

Индонезиец сопровождал свою речь движениями указки.

Добыть карту местности в анналах Бродяги, материализовать её и повесить на стену было несложно. Бродяга располагает очень подробными географическими картами – не только официально изданными, но и теми, которые в него заложили создатели. И да, он запоминает локации, в которых однажды побывал.

– Мы видим, – продолжил Багус, – что кряж представляет собой цепочку невысоких холмов с плоскими вершинами. В теории, оттуда можно ударить, если вы собрали большое войско.

– Кто-то собрал? – заинтересовался я.

Властитель Наска, естественно, не сидел сложа руки. Но чтобы справиться за сорок восемь часов… Остаётся лишь позавидовать железной дисциплине, коммуникации между окрестными базами и имперской логистике.

– В этом районе множество укреплённых гарнизонов, – ответил Багус. – Войска выдвинулись в первые же часы вторжения и разбили лагерь вот здесь, в десяти километрах от кряжа.

– И? – я понимал, что это лишь начало истории.

– Они смогли стянуть около шестидесяти тысяч воинов, – сказал Багус. – Я так понял, они ждали подкрепления из глубин страны. И, если судить по косвенным данным, в небе Наска появилось много десантных цеппелинов.

– Надо полагать, они не успели, – хмыкнул Демон.

– Не успели, – признал Багус. – Сегодня, в пять утра по нашему времени, кранги обрушились на лагерь перуанцев и всех смели.

– Кранги разделились? – удивился Хасан.

– Да, – кивнул Багус. – Похоже, часть жрецов осталась в долине, а часть перевалила с основной армией через кряж. Мы перехватили телепатические и радиопереговоры перуанцев. Они в панике. Кранги движутся вместе с блокирующим полем, никого не щадят. Одарённые ничего не могут сделать. Разделавшись с заградительными отрядами, они принялись опустошать близлежащие поселения.

– Жесть, – поморщился Демон.

Как любой хороший военный, командир моей гвардии не выносил гибель гражданских без веских на то причин. Зная его, он бы и с вескими причинами постарался найти решение и спасти больше жизней.

– У них не только холодное оружие, – добавил Багус. – Есть устройства, которые в нашем мире попали бы под запрет инквизиции.

– Вот с этого места поподробнее, – я наклонился вперёд.

– Огнемёты, – начал перечислять индонезиец. – Причём, огнемёты установлены на гусеничных машинах. Их мало, но, если судить по оперативным сводкам, урон как от наших пирокинетиков. Конница. Правда… этих тварей сложно назвать конями, но всё же. Быстрые, выносливые, есть минимальная броня.

– Что ещё? – в глазах Демона блеснул жадный огонёк.

– Катапульты, – продолжил начальник СБ. – Метательные машины с вращающимися барабанами, тоже установленные на транспортёрах. Есть как минимум одно свидетельство, что эти устройства работают и по воздушным целям.

– Вот как? – вступил в разговор Хасан. – И какой у них потолок?

– Сложно сказать, – пожал плечами Багус. – Но они сбили десантный цеппелин, пытавшийся зайти на посадку. Подробностей, к сожалению, нет.

– Вот как им удалось достать разведчиков, – дорубил я.

– Здесь что-то не так, – покачала головой Маро. – Блокирующее поле воздействует на быстрые объекты. Чем стреляют эти метательные машины?

– Дротики размером с копьё, – ответил Багус. – Тяжёлые, металлические.

– Скорость должна быть достаточной, чтобы пробить баллон дирижабля, – заметил Хасан. – Но эта скорость будет погашена полем.

– А что, если они его отключают? – предположила Маро. – На время атаки.

– Вариант, – одобрил Хасан.

– Узнать бы, как они это делают, – пробормотал Лука Каримов.

– Ну, это какая-то магия, – предположил я.

– Вовсе не обязательно, – возразил Хасан. – Сверхспособности должны базироваться на чём-то. У нас это – энергия ки. А если они её блокируют…

– Почему вы не рассматриваете артефакты? – удивился Каримов. – Жрецы могут управлять чем-то. У нас нет явных свидетельств, что они выставляют щит сами. А вот то, что Изначальные установили монополию на старые технологии – факт доказанный. У них может быть портативное устройство, которое легко переносить.

– Не сходится, – возразил Демон. – Зачем тогда пригонять ватагу ящериц? Хватило бы одного Изначального.

– Артефакт разделён на компоненты? – не сдавался Добрый Эх. – Целая система, которой надо управлять сообща.

– Усложняешь, – хмыкнул Хасан.

– Меня больше другие вопросы интересуют, – я обвёл взглядом собравшихся. – Что теперь с захваченным плацдармом, кого валить в первую очередь, а кого – во вторую. И как это делать, если Расширитель забуксовал.

– Сергей, разве последний вопрос не самый важный? – улыбнулась Маро.

– Дорогая, не спорю. Вот с него и начнём.

– В теории мы можем проникнуть в лагерь противника на автоморфе или домоморфе, – сказал Лука. – Но кого убивать? Ящериц слишком много.

– И как выжить самим, – подлил масла в огонь Демон. – В блокирующем поле мы – обычные люди. Без сверхспособностей. Нас мало, и у нас будут только мечи. Пули там не летают.

– Стоп, – я поднял руку. – У меня есть браслет, захваченный в Наска. С его помощью я подавляю артефакты, блокирующие циркуляцию. Но гарантий, что это сработает у крангов, никаких.

– Ты можешь их положить и один, – заметил Демон. – Без автомата. Только с кусаригамой.

– Можно и в скалу закатать, – предложил Хасан.

– Если сработает, – напомнил я. – Пока не попробуем – не узнаем.

– Так нельзя, – вмешалась Маро. – Цена ошибки слишком высока.

– А если передать браслет кому-то другому? – спросил Демон. – Пирокинетику, геоманту. Нет никакой необходимости врубаться в их строй и мечом размахивать. Или кусаригамой. Наденем браслет на геоманта – он им устроит весёлую жизнь.

Все посмотрели на китайца, до этого скромно сидевшего в сторонке.

– Да, я смог бы это сделать, – заявил Ли Синьу.

– Что и требовалось доказать, – обрадовался Демон.

– А как мы его вытащим? – спросила Маро. – Без сверхспособностей.

– Зачем вытаскивать? – удивился Каримов. – Пусть сидит в домоморфе. Зависнем над долиной, организуем землетрясение и угробим весь этот зверинец.

– Неплохо звучит, – признал я.

– А вы мнение Бродяги по этому поводу спрашивали? – уточнил Хасан.

– Бродяга, – позвал я. – Ты сумеешь организовать заброску?

– Исходя из имеющихся сведений, – последовал ответ домоморфа, – предполагаю, что да. Рекомендация: держать геоманта внутри меня, под прикрытием стен и ударопрочного стекла. При нормальном функционировании браслета уважаемый Ли Синьу сможет атаковать противника.

Я посмотрел на старика.

– Как вам будет угодно, господин, – склонил голову китаец. – Если мой Дар ничто не блокирует, я готов исполнить любой приказ.

Наверное, я мог бы и Чёрта подключить к этой операции. Просто недавние опыты показали, что силы и опыта у азиата побольше.

– Идёт, – обрадовался я. – Но сможем ли мы нанести удар достаточно быстро?

– Зависит от локализации, – ответил китаец. – Если требуется небольшое сотрясение, это просто. Считанные секунды. Если масштабный сдвиг с большими разрушениями… тут надо сосредоточиться. Потребуется пять-десять минут. Или даже пятнадцать.

– Ваши предложения, – обращаюсь к остальным.

– У нас есть Алеся, – сказал Демон. – И несколько мощных пирокинетиков. Заморозить можно… Но они не настолько круты, чтобы накрыть большую площадь.

– Если атаковать передвигающееся войско, – добавила Маро, – то рептилии могут быстро покинуть зону поражения. А ещё они могут выжить. Гарантий успеха нет.

– Сергей, придётся тебе работать, – не выдержал Хасан. – Делаешь землю проницаемой – и не лохматишь бабушку. Быстро и эффективно.

– Жалко, что браслет один, – вздохнул я.

– Лучше, чем ничего, – заметил Добрый Эх.

– Бродяга, оцени риски, – попросил я.

– Близко к нулю, – ответил домоморф. – У цивилизации крангов нет оружия, способного пробить мою оболочку. Также они не смогут вывести из строя мой разум или воздействовать на протоматерию.

– Ты что-нибудь знаешь о поле, которое генерируют их жрецы?

– Нет, Сергей.

– И откуда взялась твоя уверенность?

– Мои создатели без труда справились с нашествием тридцать пять тысяч лет назад. Кранги определены как примитивная раса, не способная превратиться в конкурента.

– Они применяли технологию блокировки во время первого вторжения?

– Нет информации.

Я вздохнул.

У меня в голове наконец-то щёлкнуло. Выплыло давнее воспоминание – ещё с той поры, когда был жив Ступер. Тогда, во время сходки на военной базе Наска, один из генералов заявил, что разлом можно закрыть. Якобы пространственную аномалию контролируют древние механизмы, расположенные в ущелье, и отключить их можно в любой момент. Тогда почему это не сделано? И что это за механизмы такие?

С крангами мы будем воевать бесконечно.

Если не перекрыть разлом.

А ещё вспомнилось интересное словечко – Круг. Жрецы «собирают» Круги, так высказался покойный генерал. Возможно, речь идёт о коллективной магии, недоступной нашему пониманию. Или артефактах, способных усиливать природные возможности ящериц.

В моей голове начал оформляться план.

– Извините, – сказал я, – отлучусь ненадолго.

Обсуждение продолжилось без меня.

В комнате пахло кофе и бутербродами, которые народ почти доел.

Закрыв дверь, я создал чуть дальше по коридору новую и скрылся в арсенале. Достал из кармана коммуникатор, сжал грани и начал задавать вопросы Администратору. Как и следовало ожидать, он знал, что разлом искусственного происхождения. И что механизмы, поддерживающие его, созданы Древними. А ещё Администратор напомнил, что межпространственная дыра – плод неудачного эксперимента Предтеч. Слово за слово – и выяснилось, что разлом можно закрыть, отключив поддерживающие устройства. Для этого нужно… запустить внутрь АРМ и передать контроль над объектом Администратору.

Казалось бы, что проще?

Но тут всплыл новый факт: ИИ понятия не имел о том, как проникнуть в комплекс, расположенный в стенах ущелья. Где там технические люки и тому подобное – всё это придётся узнавать мне. Ну, или попытаться самому вырубить эту адскую кухню – парни из Наска утверждали, что такое им под силу. Значит, под силу и мне.

Закончив разговор, я взвесил всё и решил, что прихвачу с собой АРМ – на всякий пожарный. Но механизмы попытаюсь отключить с помощью Доброго Эха и Михалыча. Потому что у меня в последние месяцы кризис доверия к Администратору.

– Бродяга, нужен телефон.

Посреди арсенала возникла тумба с аппаратом.

– Соедини меня с абонентом, – я продиктовал длинный ряд цифр из записки отца Руми.

Через несколько минут я уже общался с Паладином.

– Вы преуспели? – сразу спросил инквизитор.

– Расширитель не сработал, – честно признался я. – Но у меня есть план «Б».

– Что нужно от меня?

– Информация.

– Какого рода?

– Насколько мне известно, Супрема тщательно охраняла устройства, поддерживающие функционирование разлома. Вокруг сопряжения были выставлены кордоны, куча охранных линий. Я слышал даже про башни с крупнокалиберными пулемётами. Вы готовились.

– Да, но всё потеряно, – вздохнул Руми. – Кранги прорвались, никто из охранников не выжил.

– Я так и думал. А внутрь комплекса вам удалось проникнуть?

На том конце провода замолчали.

– Барон, что вы задумали?

– Я хочу закрыть сопряжение. И отсечь крангов от их баз.

– Видите ли, – вздохнул инквизитор, – только один человек среди мятежников знал, как это сделать. К сожалению, он погиб при штурме подземного бункера.

– Но у вас есть примерное понимание? – напирал я.

– Я скину слепки, – сдался Руми. – Через вашего телепата. Но учтите, там ничего определённого.

– Хорошо. Жду.

Вернувшись в библиотеку, я сказал:

– План такой. Берём с собой Новацкую, Игоря, господина Ли. Вы все – на подхвате. Уничтожаем жрецов, которые выдвинулись из долины в составе основного соединения. Зверей добивают инквизиторы и регулярные войска перуанцев.

– А что с их плацдармом? – спросил Хасан.

– Это наша вторая цель.

– Есть и третья? – быстро сообразила Маро.

– Конечно, – улыбнулся я. – Разлом.