Текст книги "Журналистика, магия и заговор (СИ)"

Автор книги: Владимир Высотин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Черных вздохнула и неторопливо произнесла:

– Ночью гуляла с братом. Режим сбился после больницы. Я легла утром, когда вернулись. Я всё ещё не понимаю, в чём виновата?

– Ясно. – Мужчина постучал по клавиатуре, что-то записывая. – У родителей и Артёма уже есть проблемы со здоровьем из-за ваших способностей?

– О чём вы?

– Три соседки в больнице написали жалобы. Две признались, что видели вас в кошмарах. Совпадение?

– Да.

– Конечно. Белые пряди появились недавно?

Лида промолчала.

– Значит, отвечать не хотите? Подумайте о родственниках. Врачи не успеют доехать, когда у папы во сне остановится сердце.

Лида сделала шаг вперёд, к стеклу. Голос стал отчётливее, как будто Черных проговаривала каждое слово отдельно, давая собеседнику время расслышать.

– Вы не смеете. Говорить о моих родителях!

Мужчина не шевельнулся. Только пальцы правой руки скользнули к доске и передвинули фигуру.

– Вам на Марка и Эльвиру уже плевать? Просто пища, считают вас дочерью, жаловаться не будут. А сдохнут, не жалко. – Он говорил ровно, как читают вслух неинтересный документ. – Два года назад. Женщина, пятьдесят восемь лет, жила в квартале от вашего дома. Аномальное воздействие на сны окружающих. Вы с ней были знакомы?

– Значит, такие случаи уже были? Что с ней стало?

– Я ещё раз повторяю, что вопросы здесь задаём только мы. Как вы связаны с прошлой носительницей Мары?

– Никак, я даже не понимаю точно, о ком вы. Речь идёт о ведьме, задержанной два года назад?

– После задержания прошлой одержимой аномальная активность в вашем районе прекратилась полностью. Потом нападение в переулке, клиническая смерть, и снова пришлось забыть об осторожности. В больнице не было выбора, нужно было высасывать чужое здоровье для восстановления?

– Если у вас есть доказательства, предъявляйте. Беспочвенные обвинения и обращение как со скотиной меня утомляют. Я, видите ли, изволю артачиться.

– Лидия Марковна. – Тон офицера стал жёстче. – Есть версия, при которой вы носитель сущности. Одержимая духом, жертва обстоятельств. Тогда вам нужна помощь. Мы научим вас подавлять, контролировать и использовать осколок Мары.

Лида закрывала глаза от света, пытаясь смотреть прямо.

– А есть ещё другая версия? – спросила журналистка.

– Вы удивительно хорошо держитесь. Обычно магические существа свет таких ламп долго вынести не могут. По другой версии, Лиды Черных больше нет. Тело погибшей журналистки сейчас занято умной, изворотливой Марой, которая притворяется человеком. Использует краденые знания и навыки.

– Это абсурд.

– Возможно. Докажите, что вы человек.

– Как?

– Расскажите три проверяемых факта, которые знает только Лида. Что-нибудь из раннего детства. Что-то личное. Что нельзя найти в интернете или выведать у мамы и брата за пару дней, прикрываясь амнезией после травмы.

Лида сделала несколько шагов назад, выходя из яркого пятна в центре кабинета.

– Не хочу я с вами ничем личным делиться.

Мужчина откинул повязку на лоб. Черных увидела фиолетовый глаз с красной радужкой. Око двигалось самостоятельно, осматривая комнату. Через несколько мгновений взгляд остановился на Лиде.

Офицер молча взял ферзя с шахматной доски, повертел в пальцах, поставил, перевернул доску чёрными фигурами к себе.

– Спрятаться не выйдет. Я вижу светло-зелёные тонкие нити, идущие к голове и сердцу. Частица Мары может затаиться, спрятаться, но магические изменения необратимы. – Оперативник говорил медленно, тихо, ровно. Левый глаз сканировал её, блуждая сверху вниз.

– Я вижу, это все ваши доказательства?

– Человеческое будет угасать, воля монстра крепнуть, пока остатки Лиды не превратят в набор знаний и навыков. Талантливая журналистка незаметно станет пленницей в собственном теле. Пока ещё есть шанс, мы можем помочь. Не желаете? Тогда задержим. Сколько вы протянете, не питаясь чужой жизненной силой?

– Сколько времени у прошлой носительницы занял процесс, который вы описываете как «угасание человеческого»?

Офицер посмотрел на доску, затем на Черных, вздохнул.

Приоткрытая дверь позади скрипнула, на пороге появилась женщина.

Тёмно-синий деловой костюм: жакет по фигуре, прямая юбка чуть ниже колена, и ни одной лишней складки. Длинные чёрные волосы забраны в узел. Жёлтые очки в тонкой оправе. На лацкане жакета – маленькая эмалевая лиса с поднятым хвостом.

Незнакомка вошла быстро, каблуки простучали по плитке коротко и уверенно. От неё пахло чем-то тёплым и едва уловимым: сухой травой и мускатным орехом.

– Кайра Линь, адвокат, – сказала женщина звонко, певуче, обращаясь к следователю, и махнула удостоверением. – Областная коллегия, специализация магическое право. Вот аккредитация. Опоздала, каюсь, мчалась из соседнего города.

Следователь быстро зажмурил фиолетовый глаз и вернул повязку на место. Посмотрел на удостоверение, потом на азиатку.

– Опрос в процессе, – сказал он тихо, но твёрдо.

– Скорее допрос с пристрастием. – Кайра сняла очки и убрала в нагрудный карман одним движением. Без стёкол раскосые глаза оказались цвета густого янтаря, с узким зрачком. – Моя подзащитная имеет право на консультацию с адвокатом до любых официальных действий. Статья шестьдесят вторая, часть вторая.

Следователь поставил ферзя на доску. Фигура качнулась и упала.

– Существо не запрашивало адвоката.

– Партия Справедливости запросила за неё. Это их право. – Женщина повернулась к Лиде, и ткань блузки натянулась на груди ровно, а юбка обрисовала крутой изгиб бедра. – Здравствуйте. Вы в порядке?

Лида стояла у края круга света на полу и смотрела на неё. Потом перевела взгляд на следователя. Офицер крутанулся на офисном кресле.

– Пять минут, не больше. Мне ещё второго шутника допрашивать – бросил офицер тихо.

– Тридцать. – Кайра не повышала голос. Её губы, тронутые бледно-розовой помадой, сложились в ласковую улыбку. – Или я звоню вашему начальству и уточняю, какой именно регламент вы применяете к незадержанному гражданскому лицу без предъявленного обвинения. Он любит такие звонки вечером пятницы, я знаю.

Долгая пауза. Следователь смотрел на ворвавшуюся в кабинет женщину и хмурился.

– Тридцать минут, – сказал офицер наконец и взял со стола кофейную кружку. – Комната отдыха свободна, я пока подготовлю документы для задержания вашей подзащитной.

Кайра подала Лиде руку, потянула журналистку к выходу из кабинета. Ладонь у неё оказалась горячей и сильной.

*************

Комната отдыха находилась в конце коридора, за последней дверью без таблички. Кайра подбежала, не глядя на камеру, показала указательный палец поднятый вверх на левой руке. Щелчок электронного замка, она придержала дверь, позволяя Лиде войти, и сама юркнула следом.

Свет в комнате был другим. Не белым и режущим, а тёплым, направленным – торшер в углу, настольная лампа на подоконнике. Диван с пледом, который кто-то аккуратно сложил валиком. Небольшой стол, две чашки вверх дном на блюдцах, электрический чайник, блюдце с печеньем. На подоконнике – кактус в горшке с нарисованным маркером смеющимся лицом и брошенная колода карт.

Кайра плотно закрыла дверь, провела ладонью по косяку сверху вниз и повернулась. Её волосы, выбившись из узла, коснулись скулы, и Линь заправила прядь за ухо.

– Садитесь, пожалуйста. – Она подвинула к Лиде ближний стул и сама опустилась на диван, положив кейс рядом. – Чай сделать? Я попросила, чтобы эти твари вашу одежду принесли. В край оборзели от безнаказанности!

– Спасибо, а то хожу тут почти голая. – Лида не садилась. Стояла у стола, держась за спинку двумя руками, и смотрела на адвоката. – Откуда вы?

Женщина встала, подхватила плед, двумя короткими движениями развернула, зашла сзади и укутала Лиду.

– Там холодно, тут тоже прохладно. Укройтесь, пока не простыли. Я из Уральска, чуть больше часа езды. – Кайра открыла кейс, достала бумаги и закинула ногу на ногу. – Мне звонили по поводу Бакирова, но и о вас я от соратников по партии узнала. Выехала сразу, гнала под сто двадцать, по-любому письма счастья со штрафами прилетят за превышение скорости...

– У Ольги ведь нет денег на аккредитованного адвоката.

– У партии есть фонд. – Кайра говорила без паузы, не поднимая взгляда от бумаг. – Садитесь, нам правда нужно поторопиться, про арест тот оперативник не шутил. Небось уже мечтает, как вас расколет и премию получит.

Лида поправила плед, бухнулась на стул и уронила голову на сплетённые руки.

– Сколько у нас времени? – произнесла журналистка тише обычного.

Кайра посмотрела на часы: круглые, на тонком ремешке, и чуть сдвинула брови.

– Ну, минут двадцать. Оперативник сейчас готовит ходатайство о задержании на сорок восемь часов, стандартный приёмчик. Как только подпишет... я ничего не смогу сделать до понедельника.

Лида молчала секунд десять.

– Как будут измываться после ареста?

– Камера предварительного заключения. Свет круглые сутки, вызовы каждые два часа. Следователи меняются, вы нет. Опросы, допросы, уточнения, требования всё записать. Угрозы, давление, тихие издевательства. Люди в таких условиях слабеют быстро и подписывают всё, лишь бы отстали. Потом сложно доказать суду, что ты человек, а не опасное существо.

За стеной послышались шаги. Обе подождали, пока затихнут, и перешли на шёпот.

– Мне нужно понять, что им уже известно, – сказала Кайра, доставая ежедневник с зевающей лисой на обложке. – Только тогда смогу выстроить защиту. Что спрашивали?

Лида рассказала коротко, по фактам: больница, соседки, белые пряди, женщина пятидесяти восьми лет. Упомянула про долгий осмотр. Кайра слушала, кивала, поддакивала.

– Детектор не сработал. – Линь сделала пометку. – Вы знаете, почему?

– Догадываюсь. Мара внутри затихла, как только я вошла в коридор.

Кайра подняла взгляд. Янтарные глаза смотрели с прищуром.

– Мне нужны аргументы, чтобы убедить их в том, что дух внутри вас не представляет угрозы. Что-то конкретное, что опровергает их версию. Что есть?

– Я не знаю их версию достаточно хорошо, чтобы её опровергнуть. Там какой-то бред – мол, я чудовище. Хожу по чужим снам, насылаю кошмары, допрашиваю людей.

– Тогда расскажи всё как есть. Особенно про сны, я смогу тебя отмазать. – Кайра сняла жакет и повесила на спинку дивана, оставшись в белой блузке с закатанными до локтя рукавами. Ткань мягко облегала плечи и грудь. – Можно на ты, да?

Лида кивнула, укуталась в плед, заговорила. Сначала осторожно. Кайра ловила каждое слово, задавала уточняющие вопросы, кивала, записывала.

Когда Лида замолчала, Линь некоторое время смотрела на лист с пометками. Потом закрыла ежедневник и негромко издала низкий вибрирующий звук, чуть заметно покачнувшись из стороны в сторону.

– Я придумала, как тебя вытащить из капкана. – Кайра взяла телефон, набрала короткое сообщение и убрала. – Попробую выбить подписку о невыезде. Придётся подписать неразглашение. Ну и залог они потребуют, без этого не отпустят. Наш фонд покроет.

– Сколько?

– Не важно. Сейчас мы им нос утрём. – Она достала бланк, писала быстро. – Важно, что к ночи будешь дома. Я улажу формальности и вернусь!

Линь быстро поднялась с дивана, покачивая бёдрами, вышла из комнаты.

Лида сидела одна в тёплом свете торшера. Кактус смотрел на неё нарисованными глазами. На краю стола осталась ручка – с логотипом какой-то областной юридической конторы, буквы совсем мелкие. Черных взяла её, покрутила и положила обратно.

Кайра вернулась через пять минут с прозрачным боксом в руках, на котором аккуратно лежали белая водолазка, чёрные джинсы и какие-то бумаги. Пританцовывая, подошла к столику, положила контейнер и скреплённые листы.

– Надо быстрей всё подписать и бежать. Держиморда звонит начальству, жалуется на меня. Срываю им оперативные разработки своей законностью, не даю держать девочку в застенках. Какая нехорошая Линь!

Лида взяла ручку. Пробежалась взглядом по подписке о невыезде, подписке о неразглашении и документам о залоге. Подписала оба экземпляра.

Кайра убрала половину бумаг в кейс, застегнула, погладила Лиду по плечу и приказала:

– Оденься, надо быстрее валить через второй вход. У ОМБ есть связи в полиции. Тебе наверняка попытаются перехватить у главного входа, чтобы задержать по надуманному поводу. Мы же не хотим ещё один залог платить? Тогда быстрей, там как раз мужики пошли курить.

Две минуты – и Лида стояла в водолазке, куртке, с сумкой через плечо.

Кайра и Черных выскользнули из комнаты отдыха, украдкой добежали до двери. Подождали минуту, дверь открыли двое офицеров. Линь потянула Черных за руку и увлекла на лестницу. Сбежали до первого этажа, вышли к курилке.

На улице уже стемнело. Кайра шла быстро, Лида – рядом, на полшага сзади. Они вышли через боковой выход, мимо парковки для служебных машин. Ветер с улицы рванул полы жакета Линь. Она поёжилась и постаралась укутаться в расстёгнутое рыжее пальто.

Лида не стала застёгивать куртку, глубоко вдохнула морозный воздух.

У шлагбаума стояло жёлтое такси. Водитель смотрел в телефон, не поднимая головы.

– Тебя отвезут к Машке, – сказала Кайра, придерживая дверцу и подавая документы. – Она своя, не бойся, объяснит всё. Мне нужно вернуться. Там граффитист Бакиров, с ним ещё минимум час или два, а следак сейчас злой как чёрт. Если я пропаду – не теряйте, сама понимаешь...

– Подождите. – Журналистка взяла две бумаги и схватилась за дверцу, не садясь. – Эта Маша, кто она?

– Библиотекарь, много знает, хотя и сучка кусачая. – Подул холодный ветер, Кайра застегнулась на все пуговицы. – Состоит в нашей Лиге. Мы защищаем магических существ от произвола. Она объяснит лучше меня, у неё получается. Главное про кота учёного не говори и Лукоморье не вспоминай, это её бесит страшно.

Кайра чуть подтолкнула девушку в плечо, Лида села в машину, дверца захлопнулась.

Автомобиль тронулся плавно, водитель не спросил адрес. Просто поехал, будто знал маршрут заранее. Лида смотрела в заднее стекло на удаляющийся фасад полицейского управления: три этажа, флаги над входом обвисли после порыва ветра.

На коленях лежали скреплённые листы с гербовой печатью. Лида посмотрела на залог в сто тысяч рублей и перевернула лист. Водитель вёз по центральной улице к площади.

Глава 15: Лига Защитников Магии

От полиции до площади машина доехала за пять минут. Свернула у мэрии во двор, попетляла среди хрущёвок и встала у серой монолитной стены библиотеки. Лида сложила два официальных листа, бросила в сумку и дёрнула ручку двери.

Снежинки кружились, падая на мокрый асфальт. Черных подняла лицо к небу, задержала взгляд на тысячах летящих белых точек и улыбнулась. Протянула руки вверх, приподнялась на носочках. Такси позади тронулось и уехало.

Ноги сами шагнули в сторону, девушка чуть согнулась, схватила колени руками и застыла. Над плечом быстро собирался белый туман.

Тяжёлая серая металлическая дверь в пяти шагах зашумела механизмами, неспешно щёлкнула и открылась.

На пороге стояла невысокая, худая женщина лет сорока в тёмно-синей блузе с V-образным вырезом, застёгнутой на две перламутровые пуговицы. Рукава до локтя открывали бледные руки с проступившей сеткой вен. Светлые русые волосы ниспадали до плеч.

Незнакомка прижимала к груди толстую чёрно-белую брошюру, заложив указательный палец глубоко между страницами. Женщина улыбнулась медленно, одними губами. Затем раскинула руки и замерла на пороге широко открытой двери.

Лида похлопала ладонями по коленям, выпрямилась. Губы дрогнули в короткой усмешке.

– Ноги, пока ехала, затекли... – вымолвила девушка, косясь на сгустившийся туман за левым плечом.

– Привет! Можешь не притворяться. Я Анна Шахрай, координатор и куратор Лиги Защитников Магии. Проходи, отведу тебя к Машке.

Лида кивнула, скривилась, но прошла. Коридор плавно переходил в комнату, заставленную стеллажами. Десятки шкафов в потолок с книгами создавали лабиринт узких коридоров. Координатору пришлось идти вперёд и постоянно оборачиваться.

– Если вы защитники магов, может, расскажете про предыдущую носительницу моего духа? Не знаете, что с ней стало? – рука Лиды скользнула в сумку, достала телефон, но включить не получилось.

Анна остановилась, коснулась подбородка, развернулась наполовину и тихо ответила:

– Разряжен смартфон? После ОМБ всегда так. Про носительницу Мары до нас слухи доходили. Ну знаешь: сны, холод, репортаж завиральный. Заранее никто не сообщил. Начальник наводил справки, сказали, что прошлую одержимую духом в психушку забрали.

Белая прядь волос на лбу журналистки дрогнула и медленно поползла вверх. Лида нахмурилась, намотала волосы на палец и отпустила. Бросила неработающий телефон обратно в сумку.

Кураторша выдержала паузу, шагнула назад и добавила тише, прикрывая рот рукой:

– Лучше уж в тюрьму. Там хоть срок известен, а из психушки её не выпустят.

– Это же беззаконие? У вас есть журналисты? Вы как-то освещаете такие случаи?

Координатор обернулась, бросила взгляд за плечо девушки и, помолчав, заговорила:

– Мы пытаемся защищать всех магов. Журналисты нужны... Но сама понимаешь, на что мы живём. Лида, я вижу, ты устала. Но держи своего духа под контролем. Кофе или бодрящий эликсир тебе помогают?

– Кого держать? Да, извини, никак не привыкну, что я теперь такая. – Резким взмахом левой руки Черных развеяла собиравшийся за плечом туман.

– Мы все не совсем люди. Больше восьмидесяти зафиксированных одарённых и магических существ живут в городском округе Загорска. И каждый нуждается в помощи и понимании.

– Сколько? Восемьдесят, не восемь?

– Да, ты же совсем ничего не знаешь? Тогда потом обсудим работу над магическими новостями. Сейчас тебе нужна Маша. Идёмте, уже недалеко.

Книжный лабиринт довёл до большой железной двери с причудливыми геометрическими фиолетовыми символами. Возле косяка на крючке висело несколько поводков, зонт и трость. Анна достала связку ключей, открыла замок, потянула ручку.

– Заходи. Я дверь закрою... Но ты не бойся, так надо. Там в тамбуре звонок, сразу нащупай и позвоните трижды.

– Дерни за верёвочку, дверь и откроется? А там волк меня не слопает?

– Машка добрая и вовсе не кусачая. – Анна опустила руку с брошюрой, посмотрела в тёмный тамбур и добавила громче: – Ну капризная и людей недолюбливает, мы все не без изъянов. Если будет сильно вредничать, почеши спинку, чуть выше хвоста.

– Выше чего? – Лида шагнула вперёд, нажала на звонок. Дверь позади с тихим скрипом захлопнулась, а впереди открылась.

На пороге стоял палевый лабрадор, хвост вилял из стороны в сторону, чёрные глаза смотрели в лицо Лиде. Кожаный ошейник собаки украшал маленький малахит, гранат и топаз.

Журналистка медленно дала понюхать руку, подождала пару секунд, огляделась и вошла.

За дверью оказалась комната с чёрными стеллажами в потолок вдоль каждой стены, заставленными книгами. Лида скользнула взглядом по корешкам и прочитала «Привычки, особенности и среда обитания мифосов» и ещё «Энциклопедия животных-чудовищ Урала».

Журналистка помедлила и взяла увесистую книгу, полистала жёлтые страницы. Рассмотрела чёрно-белые схематичные изображения огромной полосатой кошки со змеёй вместо хвоста и зубастую помесь оленя и волка, обросшую мхом.

– Моё описание ищешь? – рычащий голос шёл откуда-то снизу.

– Да нет, просто... – Лида захлопнула книгу, отскочила вбок и часто задышала, смотря на подошедшего лабрадора.

– Ты новичок, да? Говорящей собаки испугалась. Ну ладно, подыши. Потом выдавливай из себя «оригинальные» шуточки про учёного кота, Лукоморье, прогулки на цепи и переходи уже к тупым вопросам. Можешь начать с моего любимого: «а как ты листы переворачиваешь?».

Журналистка ничего не говорила, только часто моргала.

– Ну и чего молчишь? – собака села, посмотрела карими глазами. – Стадия саркастического гнева и торга ещё не началась? Пока отрицание? Можешь себе чай налить там на подоконнике рядом с креслом. И в мою миску воды добавь.

Лида медленно, не отводя взгляда от собаки, вернулась к полке и поставила книгу на место. Подошла к широкому деревянному подоконнику, бросила взгляд на прикрытое серой тюлью зарешеченное изнутри и снаружи окно.

Взяла бутыль, налила воды в миску, вскипятила маленький электрический чайник. Бухнула три ложки растворимого кофе и сахара в кружку. Залила кипятком, размешала, отпила. Скривилась, но сделала ещё два глотка и села в старое советское кресло, накрытое покрывалом в цветочек. За левым плечом медленно сгущался туман.

– Кофе тебе ненадолго поможет. Твоя духовная подружайка страдает от нехватки эссенций. – Собака подошла к миске и шумно начала лакать воду.

– От нехватки чего?

– Ну энергия. Мистическая сила, огонь жизни, Ци. Я не знаю, как в вашем ковене это зовут. Может, даром богов? – Собака выпрямилась, подошла к Лиде, обнюхала ногу.

– Что ты, чёрт побери, несешь? – Девушка закрыла лицо руками.

– Ковеном называют любую группу магов или магических существ. А ты прямо настолько ничего не знаешь? То есть мне придется ВСЁ разжевывать? А я не буду! – Собака зарычала, оскалила зубы и несколько раз гавкнула, голос сорвался на рык. – Взяла на подоконнике серую брошюру для чайников и читаешь! Там нейтральный и обобщённые формулировки, как раз для обормотов.

Собака развернулась и ушла в цветастую детскую палатку в углу. Легла на подушки, положила морду между лап и посмотрела на девушку. На несколько мгновений лабрадор стал ярче, карие глаза осветились изнутри фиолетовым свечением. Запахло собачьим мускусом и мокрой шерстью.

Журналистка сглотнула, поёжилась и взяла брошюрку. Картинки пропечатались плохо, но текст читался легко.

Лабрадор вышла из палатки, дошла до стойки с разноцветными кнопками, поскребла. Из колонок наверху послышался низкий баритон: «Бегемот, несмотря на полноту и, в общем, даже внушительный рост, оказался чрезвычайно подвижным».

– Это же «Мастер и Маргарита»? Голос чтеца знакомый... – сказала Лида, откладывая черно-белые листы, скреплённые степлером.

– А ты не отвлекайся! – рыкнула собака, укладываясь обратно на подушки. – Художественные описания операций в Москве только для тех, кто уже базу освоил. А у тебя с этим беда, читай брошюру!

Лида выдохнула, закрыла уши руками, чтобы не слушать громкий голос актёра, и углубилась в чтение распечаток.

Через полчаса Черных отложила листы и налила себе ещё кофе. Собака дошла до кнопок, выключила аудиокнигу, подошла к креслу и села.

– Теперь я должна пересказать, что поняла? Чтобы ты убедилась, что я не совсем идиотка? – журналистка вернулась в кресло, поставила кружку на деревянный лакированный подлокотник.

Собака склонила голову набок, приоткрыла пасть, высунула язык. Полудрагоценные камни на кожаном ошейнике поблёскивали.

Лида отпила кофе, отставила кружку, сцепила пальцы на колене и начала:

– Итак. У каждого есть уникальная внутренняя сила. Она вытекает из конфликта двух начал. Умная Лида и дух Мары. Мы боремся, и пока счёт не в мою пользу.

– До двуногой что-то начинает доходить, – собака повела ухом. – Продолжай!

– Дальше в брошюре пишут о цене. Каждая способность чего-то требует. Алко-алхимики ищут и публично потребляют необычные напитки. – Лида облизнула губы и замолчала.

– А осколки Мары пытают во снах людей, высасывая жизненную силу, – собака поднялась, покрутилась на месте, села, – её ещё называют энергией или эссенцией.

Лида замерла. Палец, загибавшийся для счёта, застыл полусогнутым. Она бросила взгляд на брошюру, потом на руки.

– Я этого не хотела и не осознавала... – голос сел, звук вышел тише.

Собака не шелохнулась, только зрачки чуть расширились.

– Правильней будет так: не хотела осознавать?

Лида сжала челюсти, но не ответила. Пальцы, лежавшие на колене, медленно побелели.

– Давай быстрей, – бросила собака, издав странный звук, похожий на зевок. – Мне гулять пора, а я тут валандаюсь.

– Эссенция тратится на магические проявления. Например, чтобы изменить облик. – девушка прокашлялась, голос окреп. – А ещё расходуется, когда мы нарушаем один из двух внутренних запретов, да?

– Угадывать не надо, – собака обошла кресло. – Ты, например, не должна мешать Маре питаться чужими кошмарами.

– Условие. – Лида загнула третий палец. – То, без чего магия не включается. У меня это, видимо, сон. Она во сне приходит, а наяву вот это... – журналистка махнула рукой в сторону тумана.

Собака приоткрыла пасть в коротком оскале:

– Наяву она тоже пробует. Лапкой так, осторожненько, вдруг пустишь. Может перехватить контроль над телом или заставить уснуть.

Правая рука Лиды дёрнулась, кружка с недопитым кофе вылетела. Лабрадор вовремя увернулся, керамическая чашка разлетелась вдребезги, оставив на линолеуме осколки и мутные чёрные пятна.

– Не выдержала духовная падаль! Ну-ка, не хулигань. А то я не пожалею сил, чтобы тебя вырубить. Хочешь послушать мой мистический вой? Нет? Тогда веди себя смирно и не мешай одержимой учиться!

Лида схватила правую руку, рывком дёрнула, зажала между коленями и продолжила говорить быстрей, срывающимся голосом.

– Дальше проявления. У каждого существа от двух до десяти магических способностей. Каждая тратит эссенцию. Активация волшебных татуировок помогает временно стать сильней...

– Это ты про НеНашего вспомнила? – Маша фыркнула, хвост хлестнул по полу. – Он созидающий маг, его татуировки – артефакты с разными свойствами. Ну этого в брошюре нет.

– И самое главное, всё, связанное с магией, уникально. Двух одинаковых магических существ, артефактов или волшебных мест не бывает. Как вы тогда их классифицируете? – левая бровь девушки изогнулась.

– Очень условно и по общим признакам. Я чудовище-животное, но второй собаки с точно такими же магическими способностями ты не найдешь. – лабрадор почесался.

– Всё? Экзамен сдан?

Собака посмотрела журналистке в глаза и зевнула: широко, во всю пасть, продемонстрировав розовое нёбо и белые клыки.

– Я думала, ты просто вслух размышляешь. Проверяешь, не атрофировался ли мозг ненароком.

– Опять издеваешься! Правильно про тебя Линь говорила, сучка вредная!

– Я просто гулять хочу, а не это вот всё, – собака обежала комнату, остановилась у цветных кнопок, поскреблась. Над дверью загорелся красный огонёк.

– Можно я уже домой пойду? Или хоть зарядку дай, я брату позвоню...

– Можно Сашку за ляшку, и козу на возу, – ответила собака, поглядывая на дверь. – Зарядник где-то в тумбочке за палаткой был, пошаришь, когда придёшь в себя после передачи знаний лаем.

– Опять несуразные загадки! Этого в брошюре не было.

Собака не ответила. Развернулась и оглушительно громко залаяла. Воздух задрожал, окно задребезжало, разлитая на полу кофейная лужа пошла мелкой рябью. Лида схватилась за голову и сжалась в кресле в позе эмбриона.

Двадцать секунд собака лаяла не переставая, едва заметные волны колебаний воздуха расходились от раскрывающейся пасти. Лида съёжилась на кресле, зажала уши руками и скулила.

Дверь щелкнула. Собака затихла, прошла в тамбур. Напоследок развернулась и сказала:

– Пришлось потратить на тебя эссенцию, не благодари. Башка будет болеть ещё минуты три. Зато потом поймешь кучу всего полезного. Считай, что целую умную книжку прослушала, в моём пересказе. Приду после прогулки, обсудим как прижучить коррупционеров из водоканала!

Собака выбежала в приоткрытую дверь.

Лида обмякла в кресле. Грудная клетка заходила ходуном, она судорожно вдохнула. За левым плечом белый туман оформился в женский силуэт.