Текст книги "Черновик для Эффы 2 (СИ)"

Автор книги: Владимир Ильин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Могли бы и купить – хотя бы не представляли бы угрозы для окружающих. Но им так неинтересно. Придурки.

В общем, закон нарушаю, но не так, чтобы очень сильно.

Лишний модуль идентификатора у меня был – достался по случаю и лежал на Аликсе вместе с энерговодами. Все было, в общем-то, взято «на удачу» – так как лапы горе-механиков могли залезть и дальше силовой, непосредственно в движок, который она питала. Там устройство без движущихся частей, практически вечное – если не трогать, то работать будет и сотню лет. По счастью, пломбы оказались на месте – было видно, если в лючок заглянуть под углом. Иначе и покупать не имело бы смысла – ни за какие деньги. Повезло.

Отзвонился в сервис – договорился на аренду одной стойки на двадцать дней, для ремонта своей машины. У нас не так чтобы ажиотаж, скорее – постоянный кризис, всегда есть свободное место. Поэтому цену сказали нормальную, а с учетом разрешения пользоваться инструментом мастерской и работать в свободное время – так и отличную. Где-то в месячную зарплату выйдет, да еще с рассрочкой – просто в следующий раз похлопают по плечу вместо конверта с купюрами.

Обратился бы через кассу – было бы раза в три дороже, и это без запчастей и работ. Ремонтировать старые гравилеты – это та еще кабала, наблюдал не раз…

«Где бы новую силовую найти», – задался я вопросом, который наверняка озвучивали все владельцы до меня.

Старая – неремонтопригодна, с этим были согласны на всех форумах. Она герметична, открываться должна в чистой комнате при определенном давлении – потому как лишняя песчинка, попавшая внутрь, на таких скоростях рано или поздно разнесет там все в хлам. И раз уже кто-то лез внутрь, то таких песчинок там масса.

Искать же полтора миллиона на бывший в употреблении вариант… Уже крутил это в голове – разве что техобслуживание пройти, а дальше вновь лотерея, сколько она проживет. Да и не факт, что найдется – и совсем не факт, что за полтора миллиона. Объявления-то я смотрел архивные, прошлых лет. Последняя продажа – год назад.

Взятку за прохождение техобслуживания дать не выйдет – мертвый номер. Там у контролеров расстрельные статьи над головой висят, не станут они рисковать по мелочи и с чужим человеком.

Оставался хитрый вариант с подделкой силовой – выскоблить оттуда все, всунуть обманку, чтобы изображала на стенде нижний предел по параметрам, а полет продемонстрировать через энерговод…

Неродную силовую для техобслуживания не всунуть – ее сначала согласовать нужно, это идея на «потом».

В общем, чем дальше летел, тем вернее понимал старую народную мудрость – на рынке два дурака, один продал, второй купил… Через восемнадцать дней, вполне возможно, придется самому заниматься продажей запчастей, чтобы отбить затраченное. Настроения это не добавляло. Впрочем, и уныния тоже не было – придумаю что-нибудь. «Сагира» – нравилась. Ради нее можно и расстараться.

На работе мое прибытие восприняли двояко.

– Если был бы я твой папка, а ты явился бы с беременной шалавой, назвав своей невестой, я бы и то понял лучше. – Мягко выговорил мне начальник мастерской, пока коллеги обходили «Сагиру».

– Но она же красивая, – обернулся я на гравилет.

Вздох, раздавшийся после этого, подходил бы мудрому мастеру единоборств, лучший ученик которого запнулся о свою же ногу и свернул себе шею.

– На ходу?

– Ну, как сказать… – Почесал я затылок.

– Еще и безногая… Долетел на резервных?

– Ага, – соврал я.

– Хотя бы без предписания от диспетчерской?..

– Восемнадцать дней до ТО.

– Тан, – повернулся он ко мне и осторожно взял за плечи. – Ты же нормальный, ты же в университете учишься.

– Я ее починю. – Расправил я плечи.

– Ты же не один из них! – Ткнул мастер в трех коллег, которые с азартом пытались открыть ногтями смотровой люк, а еще двое им что-то советовали.

– А ну отошли от машины! – Гаркнул я, наблюдая, как те отпрыгивают и начинают вновь ходить кругами. – Сэр, – обратился я к мастеру. – Предлагаю пари.

– Ну? – Убрал тот руку с плеча, но смотрел так же хмуро.

– Если я прохожу техосмотр, то не плачу за работу мастерской.

– А если не проходишь, то корпус «Сагиры» мы ставим вот у той стены, – махнул он рукой. – А под ней ты лично крепишь табличку с текстом, который я придумаю.

– Сэр, а что за текст?

– У меня на уме так много слов, что в твоих интересах, чтобы я подумал подольше, – помолчав, произнес мастер.

– Я согласен, сэр. – Протянул я руку.

– Помогать не буду и другим запрещу. Этот жизненный урок ты должен прочувствовать сам. – Закрепил он пари и, вновь глянув на «Сагиру», с осуждением покачал головой.

– Вот увидите, все будет хорошо. – Был я настолько искренен, что даже сам себе поверил.

– Ставь на двенадцатую площадку, в дальний угол, чтобы я ее реже видел. И этим олухам скажи, что у них еще пять минут на хороводы, потом буду вычитать из оплаты.

После чего удалился. Нормальный мужик – и в самом деле многому научил. Гайки я и раньше умел вертеть, но тут у гравилетов своя специфика.

Остальные тоже поделились на тех, кто восхищался красотой гравилета и на тех, кто опасался подхватить от нее триппер.

И все хотели лезть в смотровой люк силовой установки – пришлось гонять от него, вооружившись гаечным ключом. В салон тоже не пустил – нечего тут. А еще там энерговод, заметят еще.

Ничего, как сделаю – перекрашу, будет новенькой, чистенькой. Опять же, на мастерской сэкономлю, если выиграю пари. А что до «запрещу помогать» – так я никого и сам бы не подпустил. Именно вот после таких рук и гибнут «Сагиры».

Через полчаса гравилет стоял в арендованном боксе, а на смотровом люке были наклеены десять крупных наклеек с текстом «кто сорвет – тот лицо нетрадиционной сексуальной ориентации». Одна была надорвана человеком, не умеющим читать и уворачиваться от гаечного ключа. Впрочем, когда тот летит в спину, увернуться проблематично. После этого к гравилету больше не лезли.

Поздним вечером я освободился и стал думать, как «Сагире» пройти техобслуживание. Когда ночью цифра «восемнадцать» сменилась на «семнадцать», новых мыслей не было.

Зарядил обещанный днем дождь – сначала мелкий, потом ливануло крепко. Вода не успевала уходить в водостоки, накапливалась сантиметровым слоем на парковке – для очистки совести я совершил обход здания и, несмотря на накинутый плащ, вымок снизу до колен. Обязанности ночного охранника, кассира в кафе и заправщика с меня никто не снимал.

Переодевшись в чьи-то безразмерные ботинки и рваные штаны, скормил кассовому аппарату сотенную, налил себе кофе и взял шоколадку. Подсветка на улице еле пробивалась сквозь ливень, долетая серой и смазанной. Две заправочные колонны, стоящие перед окнами, ощущались черными силуэтами. Гравилетов в небе не видно – нет шансов у мелких точек габаритных огней в такую непогоду. Я хрустел фольгированной упаковкой и слушал дождь, мягко шелестящий по кровле.

«А все-таки, хороший был день», – сделал я вывод.

В небе сверкнуло – подумал, что гроза, но свет сменился на парковочные габариты серебристого гравилета, мягко опустившегося через ливень прямо перед кафе. Откинулся трап – на верхней ступени в свете вывески появился невысокий силуэт. Он тут же отступил назад, но вернулся обратно с раскрытым зонтом. Осторожно прошагал по ступеням и направился к дверям кафетерия. С каждым метром силуэт становился отчетливее, пока не превратился в майора Эффу Сойер – в легком плаще, накинутом на плечи, под которым была служебная форма.

«Жаль, что он закончился».

Глава 5

Брякнул колокольчик, пропуская в помещение Эффу и шум дождя. Закрытая дверь тут же отсекла большинство звуков.

Постояв в полумраке служебной подсветки – я не зажигал свет – девушка отставила расправленный зонт в сторону, просушиваться. Молча стянула плащ, оставив его поверх морозильного ларя. Не торопилась – будто каждый день так.

Прошла мимо меня к кассе – на стойку легли две сотенные купюры. За спиной загудел кофейный аппарат, добавляя в полумрак ароматов бессонницы.

Я все еще не произнес ни слова и искренне надеялся, что она поступит так же.

Скрипнули ножки табурета по полу – девушка пододвинула свободный к моему. Села рядом, со стаканчиком в руках, и тоже смотрела через окна на дождь – и на серебристый гравилет с неотключенными габаритными огнями, в конусе фар которого падали серые иглы воды.

На колени что-то легло – с удивлением отметил три крупные шоколадки.

– Я правило помню, ты ешь – я говорю. – Слишком громко для тишины произнесла Эффа.

Поняла это и словно бы смутилась, замерла.

– Правило было – не звонить.

– Поэтому я здесь.

– Колокольчик над дверью. – Кивнул я, указывая на оберег, защищающий от злых сил.

– Ты тоже нарушил правило.

Я отпил кофе и не стал ничего говорить на эту возмутительную ложь. Только головой покачал.

– Три шоколадки твоего времени, и я уеду, – сдалась Эффа.

– Начинай, – вздохнув, надорвал я упаковку.

– Я все еще веду дело с энерговодами, ты помнишь.

Сложно не запомнить первый день знакомства – тогда Эффа пыталась посадить меня в первый раз.

– После тех двенадцати, что подложили тебе в квартиру, мне удалось хорошо продвинуться. Люди мистера Хайни поделились, где взяли. Они их не покупали – приземлили на задницу двух наглых гонщиков, те откупились.

– А вернуть тогда чего хотел?

– Все пилоты хотят летать быстро. Ты ешь, иначе за ночь не уложимся.

– Угум, – не спешил я.

К шоколаду относился хорошо, но без фанатизма. Вот мясо…

– Мне этих гонщиков сдали. В ходе оперативной разработки было определено место производства и складирования готовой продукции.

О, то-то она такая парадная вся – я сначала думал, обычная форма. А сейчас увидел, что праздничная – со всеми наградами, плашками и лентами. Опять же, без каблуков и шпилек – уставная обувь. Награждали, наверное.

Хвастать приехала? А чего вид нерадостный? Интересно…

Столько вопросов пропало, потому что во время еды разговаривать нельзя.

– Но взять и просто проникнуть туда оказалось невозможно. Система паролей, двери-шлюзы, видеонаблюдение. При штурме мы бы получили пшик, пустышку. Тогда была придумана операция прикрытия. Мы завезли на соседний склад горючую продукцию и на третий день изобразили пожар.

Я закашлялся.

– Да, дымило в городе из-за меня, – ворчливо отозвалась Эффа.

– А без пожара никак?

– Ну придумай, умник. – С иронией предложили мне.

– Устройте им прорыв канализации, сами сбегут.

– Так, – лишили меня одной шоколадки. – Чтобы не выпендривался. И чтобы дальше без комментариев!

А ведь они были, сочные – о том, как гениально спалить склад и взорвать целый квартал.

– Взрыв был не из-за нас. – Словно подслушала она мои мысли. – К сожалению, меня не послушали, и внутрь пошли, не убедившись, что логово покинули абсолютно все. Посчитали по головам, решили, что внутри пусто. Исполнители – второстепенны. На записях все лица есть, личности установлены, по адресам проживания дежурят оперативники. Главное – вещественное подтверждение, что внутри производство.

Я поднял руку, словно на уроке.

– Ну?

– А вербануть кого-то? Пусть походит с камерой, запишет разговоры. А вы ему – прощение.

– Тан, ты с людьми, которые под висельными статьями ходят, сталкивался?

– Ага. Кстати, как он?

– Так, жуй дальше. Я к тому, что с такими договориться сложно. Они все мертвые, понимаешь? Они это приняли, они этим гордятся. А если он войдет туда и сразу крикнет про микрофоны?

– И что, ни у кого любимой девушки?

– Хочешь почитать уголовные дела про девушек, выкинутых на скорости из гравилета?

Я принялся молча жевать, хмуро и сосредоточенно.

– Штурмовые группы зашли, склад и производство подтверждено. Все ходят вокруг довольные, – горько произнесла Эффа. – Дело на особом контроле Канцлера. Если не забыл, через десять дней тезоименитство Его Величества. К этому дню Канцлер готовит доклад и выдвигает отличившихся. А наше дело уже в списке, понимаешь? Мы его уже распутали и блестяще решили, осталось вписать имена победителей.

– А полмесяца назад ты бегала по нему одна, – отметил я.

– Там какому-то придурку снова ногу отрезали, шум дошел до дворца. Мне сил подкинули и велели соответствовать, – криво улыбнулась та. – Ты ведь понимаешь, что если дело провалить, то имя попадет в другой перечень?.. Смогу – молодец, не смогу – ну, друзей у меня так и не появилось. В общем, как я добыла информацию про логово, все вокруг забегали. Начальства стало столько, что мой голос учитывался как совещательный. А я ведь – руководитель операции.

Я доел первую шоколадку и открыл вторую. Потом, глядя на грустное лицо, сжалился и протянул ей дольку. Захрумкала.

– Короче, они улетели, и что-то взорвалось, – подвел я черту.

Но Эффа медленно покачала головой.

– Хуже. Сильно хуже. Два гравилета, по предварительным данным, «Эсмер-9», проломили перекрытия склада и ушли в небо. Один взорвался на высоте двух километров, второй ушел. Была взломана система диспетчеризации, все гравилеты в городе получили команду покинуть небо над столицей. Второй «Эсмер» отследить не удалось.

– Модель не самая распространенная. – Прикинул я.

– Но и не редкая. Идентификатор был выключен, а без него – придется перебирать всех богатых людей Империи.

Цена там – космос. Но богатые люди не могут игнорировать экспертов, которые выкатили «Эсмер-9» на обложки журналов и объявили лучшей машиной прошлого года.

– Записи же есть.

– Тан, всех, кто входил и выходил, посчитали. Они есть на фото и видео, а больше там нет никого. Это уже потом, когда дым ушел, были обнаружены прорези в стенах и полу к соседнему бизнес центру и подземной парковке. Оттуда могли заходить сотни людей и туда же уходить. Там крупный магазин на первом этаже, рестораны, кафе, фитнес и сотни разных офисов с лифтом на крышу.

– Записи от соседей?

– А догадайся.

– Записей нет, понятно, – хмыкнул я. – Чего они тогда пешочком не ушли?

– Тан, если бы у тебя был гравилет, и тебе нужно было бы в магазин, что бы ты сделал?..

– На гравилете быстрее и сумки таскать не надо.

– Все пилоты и гонщики думают через полет. Для нас пешком ходить – вынужденная необходимость.

– Это, кстати, твой новый? – Кивнул я в сторону окна.

– Служебный.

– А страховая?..

– Решили, но… Ешь шоколад дальше.

– Да ведь конец истории, разве нет? – Взял я дольку. – Производство вы накрыли, виновных взяли. А что часть ушла – так найдете. – Закинул я шоколад в себя. – Вряд ли тебя прокатят мимо списка на награждение.

– Дело в том, Тан Савой, что в логове обнаружилось кое-что еще. – Бело-серое из-за освещения лицо девушки смотрело на дождь. – Такое, что даже моим начальникам стало неуютно.

– В таких случаях рекомендую произнести воодушевляющую речь и взять больничный.

– Да куда там. – Горько отозвалась Эффа. – Раз я отлично справилась в прошлый раз, – передразнила она. – То и тут… В общем, Канцлеру уже доложили. Тот в ярости, требует результатов. Требует у меня. Я с ним уже разговаривала, – передернула майор плечами.

– Ну… Хочешь, ногу сломаю? – Искренне предложил я помощь.

В ответ получил разъяренный блеск глаз.

– Да ты уже помогаешь так, что просто слов нет!

– Это как? – Удивился я.

– А ну ешь свой шоколад, пока я не забила его тебе в глотку, и слушай. – Разъяренно задышала Эффа.

– Полегче.

– Просто ешь этот вкусный молочный шоколад, пожалуйста. – Сменила она тон на мягкий и вкрадчивый, и тогда стало страшновато.

Но и интересно. Поэтому я взял кофе со стойки и кивнул, мол, продолжай.

– После моего назначения, уважаемый Тан, начались странные вещи. – Постепенно вернулась она к прежнему тону повествования. – Позвонил замминистра внутренних дел и велел убрать майора Эффу Сойер из города подальше. Раньше – взяли бы под козырек. Но с учетом найденного, через полчаса дом замминистра штурмовал спецназ, уложил его щекой на паркет и вкрадчиво спросил, почему он хочет сорвать расследование государственной важности? Дяденька сказал, что даже не знает, кто такая Эффа Сойер – его просто попросили. Он был очень убедителен. – С чувством произнесла Эффа.

Я методично перерабатывал шоколадку.

– В ходе обыска выяснилось, что он крышевал столичные бордели, поэтому все равно увезли, чтобы два раза не ездить. – Чуть развеселилась девушка. – Но на этом странности не закончились! С моим начальством связались из дворца и сообщили, что блестящего майора Эффу Сойер вот буквально час назад повысили до подполковника и приказывают немедленно возглавить отделение полиции в Таискоре.

– Это где?

– Там, где много дешевой рыбы и белые медведи, Тан, – с улыбкой произнесла она. – Мечта любого карьериста. Любишь красную икру? А медведей?

Шоколад избавил меня от ответов. Безвкусный, горький шоколад.

– Такой поворот вновь не очень понравился моему руководству, Тан. Но во дворец спецназ не направить. Для этого есть служба Легиона. После консультации с Канцлером, один из принцев оказался под домашним арестом и тоже – вот смех какой! – знать не знал ни про какую Эффу Сойер до сегодняшнего дня. Его просто попросили похлопотать за хорошего сотрудника, и он не стал отказывать. Хочу отметить, что и замминистра, и принц не очень хотели говорить, чью просьбу выполняют. Но как поняли, во что вляпались – сказали одно и то же имя. Имя настолько крутое, что с его владельцем разговаривал лично Канцлер. А причина-то оказалась ерундовая и никак не связанная с расследованием, представляешь? Личная неприязнь. И вот я задумалась – где же я могла перейти дорогу уважаемому мэтру Агалле Лунк? – Сделала Эффа задумчивый вид и оперла щеку о указательный палец правой руки.

Долька осталась только одна. Я выразительно посмотрел на целую упаковку шоколада на стойке рядом с Эффой, но та демонстративно отодвинула ее подальше. Значит, скоро будет мой черед говорить.

Но и последнюю дольку можно есть очень долго – потому что говорить не хотелось. Мысли были откровенно сумбурные, но ни одной виноватой – имя Эффы я не называл, а предугадать такое поведение мэтра не мог даже близко.

– Я – хороший следователь, Тан. – Не дождавшись ответа, продолжила уже подполковник. – Тебе, может быть, показалось иначе, но я умею работать. Раз неприязнь возникла буквально сегодня, то ведь что-то должно было случиться? Какой-то звонок – но это я проверить, увы, не могу. Может быть, визит? А, Тан? Такси «Гаранд», время прибытия одиннадцать часов две минуты. Вызван мистером Шаемом для Тана Савоя. Моей нынешней должности легко хватило, чтобы разговорить поверенного графа. А потом, представляешь, нетипичная сейсмоактивность в районе парка «Авангард», где мэтр проживает. Продал ей что-то из технологий своего мира? И всего-то – чтобы выкинуть меня из города? – Холодно смотрела на меня мисс Сойер. – Или это на сдачу?

– Плохой ты следователь, Эффа. – С осуждением покачал я головой. – Главное ведь – мотив.

– Мотив этого дня – срыв расследования государственной важности. Замминистра, – принялась она загибать пальцы. – Принц крови, мэтр, слесарь из мастерской. Вот мы и вышли на виновника. И раз я плохой следователь, сейчас приедут отличные!

Эффа поднялась с табурета и, чеканя шаг, пошла на выход.

– Да фиг там. – Прокомментировал я.

– Что? – Возмущенно повернулась она.

– Никто не приедет.

– Какое самомнение!

– Никто не приедет, уважаемый начальник полиции Верхнего Медведево. – Терпеливо произнес я. – И чтобы вызвать следователей, не надо идти за дверь.

– Ах так! – Достала она сотовый. – Перемирие нарушено, Тан! Сам напросился. – Полистала она список и нажала на вызов. – Говорит подполковник Эффа Сойер! Дежурный, батлмейстера Легиона мне!

Ленивым движением я оперся на табурет руками, чтобы прыгнуть разом вперед и крикнуть в трубку:

– Вертолеты! Артиллерию! Запрашиваю авиаудар по пеленгу!

Абонент с именем «Пицца Дилоу» лопотал в ответ что-то растерянное с южным акцентом.

Впрочем, я думал, что она вообще не нажмет на вызов, так что перед персоналом было неловко.

– У тебя беда с актеркой, Эффа, – с укором глянул я на отшатнувшуюся девушку и вернулся обратно.

Та продолжила стоять – грустная и потерянная, с завершенным вызовом в брошенной вниз руке.

– Иди сюда, – похлопал я по ее табурету. – У тебя тут шоколадка и кофе остались. Поешь, послушаешь.

Глянула с недоверием, но все-таки подошла. Уселась, открыла упаковку. Принялась грустно есть шоколад.

– Не надо пытаться вызвать чувство вины у того, кому до тебя все равно. Вот зачем вся эта патетика, что тебя выгоняют, а я такой плохой?..

– Ты плохой, – буркнула она.

– Не исключено, но меня это не задевает. И причину, по которой Агалле Лунк вышвырнула тебя из расследования, не устранит.

– Меня не вышвырнули.

– Насколько я знаю, указы обратной силы не имеют. Так что оставить тебя начальником расследования не могли. Ты уже на другой должности. Не надо было это сообщать.

Та грустно кивнула.

– И поменьше смотри свои сериалы. Никакого от них толку.

Эффа дернулась, посмотрела возмущенно, но тут же поникла.

– Вот пришла бы и придавила, что мэтр сказала мое имя Канцлеру, и бригада вивисекторов уже на подлете…

– Кстати, Канцлер…

– Эффа, – с укором оборвал я ее. – Это же не экзамен.

– Да я так… – Вздохнула она. – Ради шутки.

– Для этого захода не надо было хвастаться собственным расследованием и прозорливостью с такси. А это – выше твоих сил.

– Но я же молодец?..

– Ага. Только делу это не помогло.

– Вот скажи, Тан. Ну за что?.. – Шмыгнула она.

– Я ведь сказал – до твоих слез мне нет дела.

– Что я тебе такого плохого сделала? – Словно не услышав, продолжала та грустить с надкусанной шоколадкой в руках.

– Во-первых, я не просил прогнать тебя из города. Во-вторых, тебе список написать?

– Не просил?

– И технологии не продавал. Эффа, надо быть последним идиотом, чтобы продать технологии, которые убили мой мир, – искренне произнес я.

– Но ведь не все из них вредные.

– Да я не знаю, какие полезные, а какие нет. – Пожал плечами. – Я не ученый. Дам схему гравипечки, а завтра вы ее на города скидывать начнете.

– А что такое гравипечка? – Заинтересовалась она. – И как в ней готовить?

– Даже мысль опасна, – махнул рукой. – Забудь, нет никакой гравипечки.

– Тогда чего эта Агалле Лунк на меня взъелась? – Тоскливо вздохнула мисс Сойер. – Расследование всей жизни. Сам Канцлер на линии, начальство пузо пытается втянуть, когда мимо прохожу…

– Просто неприятное совпадение. Так бывает. А икра – вкусная.

– Но я не хочу к медведям!!!

– Ладно. Есть способ как все исправить.

– Да как⁈ Фельдъегерь уже доставил предписание! – Поднялась у нее тихая паника. – Даже билеты покупать не надо – первым же рейсом!..

– Эффа, у тебя дело государственной важности. – Напомнил я убедительно. – Просто Канцлер не захотел связываться. Не стал прикрывать незнакомого человека от гнева очень даже знакомого.

– И что делать? – Смахнув слезинку, посмотрела мисс Сойер с надеждой.

– Во-первых, обсудить цену решения, – присел я на табурет чуть поодаль. – Так как я гарантирую, что даже имя твоего не произносил и тем более не желал тебе зла, то не вижу смысла вытаскивать тебя из беды бесплатно.

– Но ты знаешь причину, – с подозрением глядела Эффа.

– Догадываюсь о ней. Завтра же будешь снова в обойме. Расследование года, личное внимание Канцлера, услужливое начальство – все будет у твоих ног.

– Сколько? – Подобралась мисс Сойер. – Учти, много нет – у меня новый проект.

– Деньги – пыль. Хочу рабочую силовую установку для «Сагиры».

– Тебе икру присылать? Еще, говорят, медвежьи пятки деликатес.

– Все так плохо? – Удивился я.

– Три года назад искали и не могли найти. Все, кончились.

– А я в объявлениях…

– Мошенники. – Припечатала она. – «Сагир» больше не будет, только те, что на ходу.

– Тогда хочу рабочую «Сагиру» в аренду на две недели.

– Тебе зачем?

– Купил с черной меткой. Надо снять.

– Лошара. – Хмыкнула она. – Тоже мне, знаток душ. На детский развод повелся.

– А ну пойдем. – Встал я с места и поманил рукой.

– Никуда я не пойду. – Возмутилась Эффа.

– Пойдем-пойдем. – Открыл я дверь в мастерскую. – Покажу чего.

– Да мне и тут видно.

– Ладно. Буду присылать тебе открытки. Какое у тебя любимое место в столице?

– Ну и что у тебя там? – Встала она и пошла за мной.

В сервисе стояли два полуразобранных «Профессионала», «Наран» и неведомо как занесенный в Империю кризский «Серваер» – мимо них прошел, не останавливаясь.

«Сагира» в своем дальнем углу не смотрелась одинокой – она была единственной, словно выставочный образец, от которого отодвигают все обыденное и невзрачное.

– Ну, красивая, – все-таки констатировала Эффа, пока я поднимал ролл ставни.

Ливень по-прежнему хлестал по бетонированному покрытию, отскакивая далеко в стороны. Линия пола возле входа быстро посерела, намокла, стала с улицей одним целым.

– Ага, лезь давай, – открыл я трап с брелока и поднялся в кресло пилота, принявшись застегивать противоперегрузочные ремни.

– Головокружительный полет на аварийных движках? – Фыркнула Эффа. – Ладно, – поднялась она и заняла место позади. – Вр-р-р, – стала озвучивать она, дурачась. – В-ж-ж, ву-у-, ву-у… Набираем скорость, сэр!

Я осторожно приподнял гравилет и медленно покрался к выходу.

– В-ж-ж, п-ш-ш, п-ш-ш.

– Ты где видела, чтобы гравилет делал п-ш-ш? – С укором спросил я, стягивая ботинок.

– Ну, твой наверняка делает. – Веселилась она.

– Моя «Сагира» делает так. – Нажал я на энерговод и щедро плеснул энергией.

Гравилет рванул через ночь и ливень вверх, за мгновение поднявшись над низкими тучами к тускло мерцающим звездам.

Впрочем, женский крик «А-а-а-а-а!!!» тоже не является штатным звучанием.