Текст книги "Терапия на двоих (СИ)"
Автор книги: Виктория Рогозина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)
Глава 26
Ария провела языком по сухим губам и внимательно посмотрела на своё отражение в зеркале гримёрки. Лицо было немного бледным, но взгляд оставался твёрдым. Она тяжело вздохнула, прикрыла глаза, чувствуя, как лёгкая слабость и головокружение накатывают волнами, но боли в ране почти не было – лишь неприятное тянущее ощущение, будто напоминание о случившемся.
Она снова открыла глаза, всмотрелась в себя и на секунду задумалась: как Руслан отреагирует на её предложение? Примет ли или оттолкнёт? Ответа она так и не находила, и это раздражало. Махнув рукой, Ария резко встала, поправила кожанку и вышла из гримёрки.
Музыка ударила в уши гулкой стеной. В зале выступал очередной коллектив, и толпа неформалов отрывалась, подпрыгивая в ритм гитар и барабанов. Ария осторожно пробиралась сквозь людей, избегая лишних толчков, хотя каждый шаг давался ей нелегко.
Добравшись до барной стойки, она сразу увидела его. Руслан сидел на высоком стуле, локоть облокочен о барную стойку, взгляд устремлён куда-то в пустоту. Он выглядел собранным и в то же время отрешённым, словно в голове прокручивал тысячи мыслей.
Ария невольно улыбнулась. В который раз она отметила, что для врача он был слишком уж сексапильным – его спокойная сила, суровость и внутренняя сосредоточенность делали его чертовски притягательным.
Руслан чуть повернул голову, заметив её рядом, и бровь едва заметно дрогнула, когда Ария не села на соседний стул, а склонилась ближе, встав на цыпочки. Её голос прозвучал мягко, обволакивающе, с игривыми нотками:
– У меня есть просьба к тебе…
В его холодных глазах, словно отражающих глубину бездны, не было ничего, кроме спокойствия и привычной собранности. Ария медленно провела кончиком языка по губам, точно подчёркивая свои слова.
– Ты же сам сказал, что я могу обратиться к доктору, если понадобится. А для меня самый главный доктор – это ты, Рус.
На его лице появилась тень напряжения. Мужчина чуть нахмурился, но в следующую секунду тихо, почти шёпотом, произнёс так, что услышала только она:
– Чего ты хочешь?
Она не отвела взгляда, прямо и открыто посмотрела ему в глаза, и её ответ прозвучал просто, но от этого только сильнее ударил по нему:
– Хочу тебя.
Руслан замер, будто время вокруг оборвалось. Повисла тягучая, острая пауза. Его пальцы чуть дрогнули, и большой палец коснулся её подбородка, приподняв, заставив встретиться глазами ещё ближе. Его голос, низкий и охрипший, прозвучал так, будто давался ему с трудом:
– К тебе или ко мне?
Ресницы Арии дрогнули, дыхание сбилось, и она прошептала, срываясь в признании:
– Я не могу больше ждать.
Этого было достаточно. Они поняли друг друга без лишних слов. Руслан решительно взял её за руку, его шаг был быстрым, уверенным, а её пальцы сжались на его ладони. Толпа, гул, свет прожекторов – всё перестало существовать.
Они вошли в туалет, Руслан первым проверил кабинки, окинул взглядом пространство, и только убедившись, что здесь чисто и тихо, закрыл дверь за ними.
Мужчина развернул Арии к себе спиной, его движения были точными, собранными, словно он всё ещё контролировал каждую деталь, но внутри его уже бушевала стихия. Ария почувствовала, как его дыхание обожгло её шею, и сердце бешено забилось.
В тесной кабине клубного туалета время будто исчезло. Мир снаружи растворился, оставив только двоих – Ария чувствовала, как стены давят на них, а внутри всё горело и расширялось, не в силах вместить напряжения. Руслан был собран, как всегда, но в его движениях ощущалась такая сдержанная ярость, что у девушки перехватывало дыхание.
Его ладони обхватили её бёдра, сильные, властные, и в этом прикосновении не было ни сомнений, ни просьбы – только право. Ария застонала громко, без стыда и страха, потому что не могла и не хотела держать себя в руках. Этот стон растворился в шуме музыки за дверью, но даже если бы кто-то услышал – ей было всё равно.
Каждое движение Руслана было резким, точным, почти жестоким, и в этой грубой страсти Ария чувствовала свободу. Она цеплялась пальцами за холодные перегородки кабинки, но вскоре её ноги начали подгибаться от накатывающей волны наслаждения. Тело дрожало, теряя силы, но он не позволил ей упасть. Его руки держали крепко, уверенно, позволяя ей отдаться до конца, полностью раствориться в этих ощущениях.
Крик удовольствия сорвался с её губ, заставив сердце забиться ещё быстрее. Волна накрыла её целиком, разрывая на части, и она сдалась – без остатка, без контроля, в его руках, которые не отпускали.
Руслан прижал её к себе ближе, давая почувствовать силу и защиту в том же жесте, что и власть. Он молчал, но молчание это было красноречивее слов: здесь, сейчас, она принадлежала только ему.
И когда дыхание стало чуть ровнее, Ария позволила себе слабую, усталую улыбку – ту самую, что показывала, как сильно он пробрался внутрь неё, не только телом, но и глубже.
Тишина повисла между ними, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием. Музыка из зала гремела глухо, будто из другого мира, но здесь, в крошечной кабинке, были только двое. Ария всё ещё опиралась на Руслана, чувствуя, как её тело дрожит в остаточных волнах удовольствия. Она подняла глаза и встретилась с его взглядом – долгим, пристальным, в котором было столько силы и чего-то нового, непривычного.
Руслан не отводил глаз. Его лицо оставалось суровым, но в этой суровости было не только напряжение – там было решение. Он медленно выдохнул и негромко произнёс:
– Теперь мы едем ко мне.
Ария устало, но счастливо улыбнулась. Она не пыталась спорить, не шутила, не пряталась за своей дерзостью. Просто кивнула, принимая.
Они вышли из туалета вместе, не обращая внимания на косые взгляды – кто-то завистливо ухмыльнулся, кто-то откровенно провожал их глазами, но для них этих людей не существовало. Руслан уверенно держал Арию за руку, и эта уверенность только усиливала её ощущение защищённости.
На улице воздух показался особенно свежим после душного клуба. Руслан быстро открыл машину, помог ей сесть, и сам устроился за рулём. Он не сказал ни слова, полностью погружённый в собственные мысли.
Ария откинулась на сиденье, запрокинула голову и прикрыла глаза. Её губы тронула слабая, но довольная улыбка. Она чувствовала себя легко, свободно, прекрасно – так, как не чувствовала себя очень давно.
Ночной город жил своей жизнью. Машины неспешно скользили по мокрому асфальту, витрины магазинов и неоновые вывески отражались в лужах, будто отдельный мир мерцал под ногами. Руслан уверенно держал руль одной рукой, взгляд его был сосредоточен, но в этой собранности чувствовалась привычка контролировать всё вокруг.
Вскоре он плавно припарковал машину у дома. Ария первой вышла из салона, но задержалась у дверцы, дожидаясь его. Когда Руслан подошёл, она прильнула к нему, чуть крепче прижавшись, словно черпая силы из его присутствия.
Они вошли в подъезд, короткая тишина между ними казалась естественной. Нажав кнопку, дождались лифта. Внутри кабины Ария заметила, как его ладонь мягко, почти незаметно, скользнула по её плечу – не просто жест поддержки, а что-то большее, интимное. Она поймала этот момент глазами, но ничего не сказала.
Лифт поднял их наверх, и уже через минуту они вошли в просторную квартиру. Ария скользнула взглядом по светлому интерьеру, но её внимание было приковано к Руслану.
– Кто первый в душ? – спросила она, снимая куртку.
– Я, – коротко ответил он, будто это было частью внутреннего порядка, и Ария не возражала.
Руслан исчез за дверью ванной, и вскоре там загремела вода. Под холодными струями он пытался привести мысли в порядок, смыть с себя всю накопившуюся бурю эмоций, вернуть привычное хладнокровие.
А Ария устроилась в гостиной, опустилась в мягкое кресло и вытянула ноги. Её тело всё ещё помнило недавние минуты страсти – ноги дрожали, а сердце стучало быстрее обычного. Она прикрыла глаза, глубоко вздохнула, и по губам скользнула тёплая улыбка.
Руслан вышел из ванной в одних спортивных брюках, влажные волосы еще темнели каплями, скатывающимися по вискам и шее. Ария, не отводя взгляда, отметила – это тело словно выточено долгими часами тренировок, в каждой линии читалась сила и выдержка.
– Я быстро, – бросила она коротко и скрылась в ванной. Уже захлопывая дверь, услышала спокойный голос:
– Только не мочи шов.
Ария усмехнулась, представив его невозмутимое лицо, и покачала головой. Теплая вода ласкала кожу, она осторожно мылась, стараясь не задеть рану – каждый новый шрам был для неё меткой судьбы, но этот ощущался особенно личным. Завернувшись в полотенце, она вышла в комнату.
Там царил полумрак: лишь мягкий свет ночника очерчивал пространство. Руслан лежал на кровати, широкие плечи расслабленно упирались в подушки, но взгляд его сразу скользнул к Арии.
Она подошла почти неслышно и, не сбрасывая полотенце, легким движением устроилась поверх его бедер. С хищным мурлыканьем наклонилась ближе, ловя ответную реакцию.
Секунда – и он обнял её, крепко прижимая к себе. Но не так, как в их безумном побеге в клубе. Теперь в его движениях не было спешки. Его руки исследовали её медленно, неторопливо, словно каждая секунда принадлежала только им двоим. Длинные сильные пальцы скользили по её телу, даря не просто наслаждение, но ощущение защищённости.
Их ритм был плавным, нежным, наполненным глубиной и доверием. Они будто растворялись друг в друге, даря и получая больше, чем просто страсть. Но вскоре нежность уступила место огню: дыхание стало тяжелым, движения – резче, и, сорвавшись с этой вершины, они вместе рухнули в пучину оргазма, переплетенные и живые, как никогда прежде.
Некоторое время в комнате стояла тишина, лишь сбивчивое дыхание наполняло пространство. Ария опустила голову ему на грудь, а Руслан провел ладонью по её спине, будто пытаясь удержать этот момент навсегда.
Глава 27
Ария стояла на балконе, держа сигарету в дрожащих пальцах. Ночной воздух был прохладным, огни города мерцали внизу, а мысли путались. Такого секса у неё ещё не было – дикого и нежного одновременно. Она зябко поёжилась, вдыхая дым, и плотнее запахнулась в свободную футболку Руслана. Она сидела на ней так уютно, что казалась домашним одеялом, хотя и пахла его телом и чем-то стерильным, больничным.
Послышался мягкий скрип двери, шаги – и сильные руки обвили её талию. Тепло накрыло её так же неожиданно, как и голос Руслана:
– Стоило бы бросать курить, – негромко, почти в ухо.
Ария улыбнулась, не оборачиваясь:
– У меня нет сил спорить.
Он чуть усмехнулся, коснувшись губами её макушки. Она выдохнула в темноту серый дым и после паузы сказала:
– Похоже, я у тебя в долгу.
– У меня тоже давно близости не было, – спокойно ответил он. – И с тобой… хорошо. Так что долг можно оплатить в другой валюте.
Она тихо хмыкнула, улыбаясь, и впитывала его тепло, словно пытаясь запомнить это ощущение. Но потом, решившись, спросила:
– О чём ты целый день думаешь?
Руслан медленно выдохнул.
– Это неважно.
Ария резко обернулась, всматриваясь в его лицо.
– Почему у тебя нет отношений?
Он ответил без колебаний, глядя прямо в её глаза:
– Я постоянно пропадаю в больнице. Не каждая согласится ждать и мириться с этим.
Тишина накрыла их снова, но теперь она была наполнена чем-то большим, чем просто сигаретный дым. Ария не сдавалась. Она пристально смотрела на него, не отпуская тему:
– А если честно? – её голос был мягким, но требовательным. – Это только про больницу?
Руслан нахмурился, отвёл взгляд, а потом всё же признался:
– Иногда… я сам себе не позволяю роскоши отношений. Слишком много ответственности. Слишком много боли видел, чтобы рисковать ещё и чужим сердцем.
На секунду повисла тишина. Ария вдруг тихо рассмеялась, пряча в смехе лёгкое волнение:
– Ну, ради такого секса с тобой, доктор, я готова бегать за тобой с матрасом наперевес.
Она почувствовала, как уголки его губ дрогнули в улыбке. Его руки уверенно скользнули вверх и легли на её грудь.
– Обойдёмся и без матраса, – сказал он с хрипотцой.
Ария быстро щёлкнула пальцами, выбросив недокуренную сигарету за перила, и уже в следующий миг повернулась, впиваясь в его губы жадным, страстным поцелуем. Руслан крепко прижал её, развернул и увёл обратно в квартиру, не оставляя ни малейшего шанса на сомнение.
Ночь снова вспыхнула яркой искрой – стонами, сбивчивым дыханием, горячими прикосновениями и волнами удовольствия. Их страсть была безудержной, сметающей всё, что мешало. Остаток ночи принадлежал только им.
Когда удовлетворённая Ария уснула на его плече, Руслан ленивыми движениями поглаживал её спину. Его взгляд был прикован к темноте потолка, но мысли текли в прошлое.
Он помнил тот момент в клубе, когда она произнесла: «Хочу тебя». Руслана тогда почти переклинило – в глазах потемнело, дыхание сбилось, он был готов наброситься на неё прямо там, не дожидаясь ни секунды. Но он знал: так нельзя. Она только что прошла через покушение, перенесла операцию, её тело ещё слишком слабо. Он боялся навредить, боялся, что его страсть окажется разрушительной.
Но Ария… она отзывалась на каждое прикосновение, дрожала под его ладонями, сгорала от желания вместе с ним. Их тела будто нашли друг друга, сложились в единое целое, идеально подходя друг другу. И Руслан впервые подумал, что из той самой френдзоны, в которой он столько времени находился, выбраться будет куда проще, чем казалось раньше.
Он поймал себя на улыбке, когда почувствовал, как Ария сонно ткнулась носом ему в шею, доверчиво, по-детски. Руслан наклонился и легко, почти невесомо, поцеловал её в макушку. В этот момент он понял, что готов на многое, лишь бы это ощущение тепла не исчезло.
Руслан не заметил, как уснул, а проснулся от тихой возни на кухне. Несколько секунд он лежал, прислушиваясь к звукам – мягкое шуршание, стук посуды, тихое жужжание кофемашины. Комната уже заливалась утренним светом. Он медленно поднялся, натянул футболку и босиком прошёл по коридору.
На кухне Ария возилась у плиты: то проверяла тесто, то что-то листала в смартфоне, то включала кофемашину. На столе уже лежала разложенная форма для коврижки, и Руслан сразу понял, что именно она решила приготовить. Коврижка по бабушкиному рецепту. Она делала её редко – только когда было настроение. И от этого зрелища его сердце почему-то приятно сжалось.
Он задержался на пороге, не спеша выдавать своё присутствие. Утренняя Ария, растрёпанная, в его футболке, с бледным светом на лице выглядела необычайно нежно. В её облике сквозили следы минувшей ночи – легкие засосы на шее, тонкие полоски, оставленные его нетерпеливыми поцелуями. Руслан вдруг ощутил лёгкий стыд: словно вёл себя как подросток, ставя отметины, будто хотел показать всему миру – она моя.
Ария вдруг медленно повернулась и вздрогнула, заметив его.
– Ты очень тихо подкрадываешься, – усмехнулась она, поправив прядь волос.
Руслан шагнул ближе и сдержанно улыбнулся:
– А ты… очень милая. Мне приятно просто смотреть.
Ария смутилась, быстро отвела взгляд к коврижке и, будто желая сменить тему, коротко сказала:
– Садись завтракать.
Руслан кивнул, но взгляд его задержался на ней чуть дольше, чем стоило.
Глава 28
Леон сидел за массивным дубовым столом, заваленным папками, и в который раз пробегал глазами первые отчёты, принесённые частным агентством. Бумага шуршала в пальцах, а каждая новая строка врезалась в память, оставляя неприятный привкус. Он чувствовал, как внутри нарастает тугая, вязкая тяжесть – то, чего он не хотел признавать: Ария оказалась права.
В этих аккуратно собранных документах, среди сухих формулировок и отметок, вдруг проступала пугающая истина. Со смертью Хелен всё было не так просто. Протоколы экспертиз – с явными несостыковками, медицинские заключения – будто написанные по шаблону, местами прямо подчищенные. Даты расходились, показания свидетелей внезапно менялись, а некоторые подписи и вовсе выглядели подделанными. Всё это слишком походило на чью-то искусно подтасованную игру.
– Мы проверяли отчёт трижды, – сказал детектив, сидевший напротив. Он был мужчиной средних лет, с лицом, которое в толпе не задержало бы на себе взгляд. Серая куртка, потертая папка под мышкой, и этот голос, спокойный и низкий, как будто чуждый любым эмоциям. – Чем дальше мы копаем, тем очевиднее: официальная версия… мягко говоря, хромает. Я продолжу вести расследование.
Леон поднял на него взгляд. Несколько секунд он молчал, словно пытаясь собрать слова в единое целое, но потом лишь коротко кивнул.
– Делайте, – выдохнул он хрипловато.
Детектив закрыл папку, поднялся и, не прощаясь, направился к выходу. Его шаги звучали размеренно, будто отмеряли время до следующего откровения. Щёлкнул замок, дверь закрылась, и в кабинете воцарилась тяжёлая тишина.
Леон медленно опустил голову, провёл ладонью по лицу, чувствуя, как виски ноет от напряжения. Всё тело словно налилось свинцом. Ария говорила правду. Смерть Хелен не была случайностью.
Он поднял глаза и наткнулся на фотографию в серебристой рамке. На неё он смотрел каждый день, но сейчас – будто впервые.
Хелен. Женщина с утончённым лицом, с нежной кожей и лёгким румянцем на скулах, казалась живой даже на фото. Её волосы отливали мягким розовым сиянием, струились по плечам, играя светом, словно лучи заката задержались в них навсегда. Глаза – глубокие, ясные, полные жизни, с лёгкой дерзкой искоркой, которая всегда подкупала его с первых минут их знакомства. Она умела улыбаться так, что весь мир замирал; её губы, чуть приподнятые в уголках, излучали тепло и женственность. На фото она была в светлом костюме, который подчёркивал её изящные линии и придавал облику благородную строгость.
Он медленно провёл пальцами по стеклу, словно мог коснуться её щеки, как раньше. Когда-то они были прекрасной парой. Он вспоминал, как она смеялась, как обнимала его за шею, как спорила, доказывая своё. И теперь выходило, что у него её отняла не слепая судьба, не холодный случай, а чья-то чужая жадность, чьё-то корыстное решение.
– Кто?.. – вырвалось у него шёпотом, и комната отозвалась пустотой.
Леон тяжело выдохнул и откинулся в кресле. Внутри кипела ярость, но снаружи он оставался неподвижен. Ария, его дочь, увидела то, чего он сам так долго не хотел замечать. Он был должен ей. И был должен Хелен.
Он поднял фотографию, посмотрел в её глаза – такие живые, такие близкие.
– Я найду, – произнёс он тихо, но уверенно. – Обещаю.
Леон ещё долго сидел в кресле, тяжело обдумывая услышанное от детектива. В какой-то момент он наклонился вперёд, взял в руки смартфон и медленно пролистал контакты. Секунда нерешительности – и палец нажал на номер больницы. В динамике прозвучали короткие гудки, и вскоре спокойный женский голос из регистратуры ответил:
– Добрый день, слушаю вас.
– Это Леон Оуэнн, – сказал он, стараясь сохранить обычную уверенность в голосе. – Хотел бы узнать о состоянии Кинзбурской Арии.
Было слышно, как девушка торопливо что-то проверяет по базе.
– Кинзбурская? Да, – в её голосе мелькнуло лёгкое замешательство, – но она уже выписалась.
Леон резко поднял голову, сжав смартфон крепче.
– Выписалась?.. Как так? Это слишком быстро.
– Так распорядился её лечащий врач, – объяснила девушка, неуверенно понизив голос.
Леон выдохнул через нос, сдерживая раздражение. Орлов не стал бы рисковать пациенткой просто так. Если он выписал Арию, значит, были причины.
– Понял. Спасибо, – коротко сказал он и сбросил вызов.
Едва экран телефона погас, Леон снова посмотрел на список контактов. Несколько секунд думал – стоит ли. Но сомнения тут же растаяли. Он нажал на имя «Ария».
Гудок. Второй. На удивление, девушка взяла трубку достаточно быстро.
– Алло? – голос её был чуть хриплым, но бодрым, живым.
– Ария, это Леон, – сказал он мягче, чем планировал. – Как ты себя чувствуешь?
– Всё нормально, – прозвучало в ответ без тени жалобы.
Леон сжал подлокотник кресла.
– Можем ли мы встретиться? Мне нужно обсудить с тобой проект.
Короткая пауза, и он словно почувствовал, как Ария улыбается где-то на другом конце линии.
– Сейчас я занята, – ответила она спокойно. – Освободиться смогу только к вечеру.
– Тогда приезжай ко мне в особняк, – предложил Леон, стараясь, чтобы голос звучал легко, будто речь шла о пустяке. – В неформальной обстановке обсудим всё. И если хочешь, можешь приехать не одна.
– Договорились, – без раздумий согласилась Ария.
Её лёгкость в голосе его удивила и даже слегка обезоружила.
– Тогда буду ждать тебя к семи, – подвёл итог Леон.
– Хорошо, – отозвалась она и отключилась.
Леон ещё долго держал смартфон в руках, слушая тишину. Сердце билось чуть быстрее, чем должно было. Впереди ожидал непростой вечер.
Леон поднял смартфон и набрал номер дворецкого. Голос Рузвельта прозвучал привычно спокойным, с лёгкой хрипотцой.
– Слушаю вас, сэр.
– Сегодня вечером у нас будет важная гостья, – Леон слегка помедлил, но произнёс уверенно: – Морок. Возможно, она придёт не одна. К семи вечера.
– Всё будет в лучшем виде, – заверил Рузвельт без лишних вопросов.
– Я рассчитываю на тебя, – сказал Леон и сбросил вызов.
Он не успел опустить телефон на стол, как дверь кабинета распахнулась без стука. Вошёл Рауф – чуть растрёпанный, с привычным азартным блеском в глазах.
– Достал записи с камер, – сообщил он с порога, ставя ноутбук на стол. – Смотри.
На экране замелькала картинка: узкая тёмная подворотня, слабый свет фонаря, фигура Арии. Дальше – тень, быстрый удар, девушка пошатнулась и рухнула. Неизвестный в капюшоне метнулся прочь.
Леон смотрел молча, подбородок чуть напрягся, пальцы сжали подлокотники кресла.
– Подвёз её домой один из соседей, – прокомментировал Рауф, останавливая видео. – Но в больницу она вошла сама. Видимо, решила его обезопасить, чтобы не втянуть в лишние допросы.
Леон перевёл тяжёлый взгляд на помощника.
– Видео я уже передал знакомому следователю, – спокойно добавил Рауф. – Недолго этому подонку бегать.
Несколько секунд тишины. Потом Леон медленно кивнул.
– Ария уже выписалась из больницы, – тихо произнёс он, будто проверяя, как звучат эти слова. – И сегодня вечером придёт ко мне на ужин.
Рауф прищурился:
– Что делать будем?
Леон отвёл взгляд, уставился в окно, где догорающий свет дня окрашивал стекло в золото. Потом коротко сказал:
– Мне дочь дала один хороший совет. Я собираюсь ему последовать.
Он говорил спокойно, но в голосе звучала уверенность, и Рауф это уловил. Они ещё немного поговорили и вскоре помощник ушёл, дел было много. Когда Рауф вышел, в кабинете снова воцарилась тишина. Леон откинулся в кресле, посмотрел на рамку с фотографией Хелен. Улыбка на её лице будто оживала при свете лампы. Он провёл пальцем по стеклу, чувствуя, как внутри вновь поднимается та же боль, что не утихала все эти годы. Теперь он знал – смерть жены не была случайностью. Чья-то жадность, чьё-то коварство вырвали её из его жизни. И именно поэтому он не имел права ошибиться сейчас. Он перевёл взгляд на часы – стрелки показывали начало пятого. До ужина оставалось всего два часа. Леон встал, прошёлся по кабинету, медленно обдумывая каждую деталь. Ария… Эта девушка ворвалась в его жизнь, как буря. Неожиданно, дерзко, но вместе с тем она обладала редким даром – её слова заставляли задуматься, её действия цепляли за живое. И даже Дария, обычно сдержанная, вдруг впервые за годы попросила его уступить.
– Ты была права, Хелен, – почти шёпотом сказал он, глядя на фотографию. – Женская интуиция всегда тоньше.
Он набрал номер Рузвельта.
– Рузвельт, – голос его прозвучал твёрдо, без тени колебаний. – В гостиной накрой особый стол. Не официальный ужин, а скорее семейный вечер. Цветы на стол – белые, простые. Вино мягкое, французское. Я хочу, чтобы она почувствовала себя не гостьей, а… частью этого дома.
– Всё будет исполнено, сэр, – ответил дворецкий.
Леон кивнул сам себе, сбросил вызов и направился в гардеробную. Руки сами остановились на тёмно-синем костюме – элегантном, но без излишнего официоза. Он долго стоял перед зеркалом, поправляя галстук, пока не понял, что он лишний, и снял его, оставив лишь расстёгнутый верхний пуговицу рубашки. Взгляд снова упал на часы. Оставалось меньше часа. С каждым тиком стрелки напряжение нарастало. Леон чувствовал, что этот ужин может стать поворотным моментом – и для проекта Хелен, и для него самого.
Он глубоко вдохнул и тихо сказал самому себе:
– Сегодня многое решится.
