Текст книги "Загадка хозяйки Северного Предела (СИ)"

Автор книги: Виктория Рейнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц)

Глава 4

Так прошло еще несколько дней. Ней, взваливший на свои плечи заботу о семье, ходил за дровами и радуницей, а еще готовил нечто, напоминающее постный суп из всего, что можно было наскрести в кладовой. И мне приходилось делать вид, что вкуснее я ничего в жизни не ела, чтобы не огорчать мальчика.

Вот только я прекрасно понимала, что без нормальной еды трудно будет прийти в норму после такой серьезной болезни, сейчас мне нужно хорошее, сытное питание, чтобы встать на ноги. Но откуда его взять?

– Ней, – позвала я ребенка, когда он в очередной раз вернулся с мороза, неся охапку дров. – Скажи, а в силки часто дичь попадается?

– Нет, – замотал он отрицательно головой. – Я не умею их как следует делать. Бабуля Юна меня учила, но она точно не помнила, как правильно. Наверно, поэтому так мало получается добыть. Хотя в лесу много следов зверья.

– И птиц много ? – поинтересовалась я.

– И птиц, – кивнул Ней. – А что?

– Да так, есть одна мысль… – задумчиво протянула я.

Когда-то, лет пятнадцать назад, к нам в гости заезжал папин бывший сокурсник, который долгое время жил на Севере. Он рассказывал много занимательных историй, в том числе про охотников. Вот он нам и поведал, как там мужики охотятся на куропаток, причем без ружья и патронов! Просто присматривают полянку, которую посещают птицы, потом берут бутылку из-под шампанского, наливают в нее горячую воду и втыкают в снег, после чего остается глубокая оплавленная лунка. На дно этих цилиндрических лунок кидают ягодки и уходят. Птички видят ягодки, ныряют за ними внутрь, а обратно из-за сложенных и прижатых к телу крыльев выбраться уже не могут. Вот и все, позже охотникам только и остается, что прийти на полянку и собрать замерзшие тушки. Жестоко, конечно, но что поделать, это жизнь!*

Вот это я и описала брату.

– Ну ты и выдумщица! – восторженно сверкая глазами, затараторил Ней. – Давай попробуем, вдруг получится!

Он забегал по комнате, натягивая на себя верхнюю одежду.

– Ты куда? – остановила я его.

– Как куда? Пойду посмотрю на кухне, в кладовых и в подвале, что есть подходящего из сосудов.

Какой молодец! Не откладывая, сразу взялся за дело!

Через час он вернулся и принес несколько кувшинов без ручки разного размера, как раз похожих на бутылки из-под шампанского, только немного более пузатых. А еще одну совсем большую.

– А эта зачем? – поинтересовалась я.

– Если подальше в лес зайти, есть поляна, где шальхи появляются. Может, они тоже захотят ягодок поклевать, – составляя сосуды у входа, подмигнул мне брат.

Пришлось хорошенько напрячь память, но я вспомнила, что шальхи – это птицы вроде наших тетеревов, только чуть помельче.

– Хорошо, только слишком далеко в лес не ходи, – попросила я его. – А еще такие лунки нужно будет хорошо оплавить, чтобы на бортиках толстый лед был, потому что у них крылья большие и сильные, шальхи могут проломить ледяные стенки лунки и, взрыхлив снег, выбраться наружу.

– Понял, – кивнул мальчуган.

– Только я боюсь, что ты один пойдешь, – мне и в самом деле было не по себе от мысли, что ребенок в одиночестве будет ходить по лесу и может заблудиться, а то и нарваться на хищников.

– Так я с отпугивателем пойду, – он продемонстрировал мне небольшой артефакт, висящий на стене у двери. – С ним на меня ни один хищник не нападет.

– Тогда ладно, – вздохнула я, хоть и понимала, что буду сидеть как на иголках все время, пока он будет в лесу, но и выхода другого у нас нет. – Тогда сегодня отдыхай, а пойдешь уже завтра.

– А может, я еще сегодня успею? – протянул Ней.

Ему явно хотелось побыстрее протестировать новый способ охоты и раздобыть свежего мяса.

– Нет, не хочу, чтобы ты по темному возвращался, лучше завтра, – твердо сказала я. – Все равно птицы ягодки в темноте не увидят. Ты подготовь сегодня все для завтрашнего похода, ведь бутылки еще нужно будет донести теплыми до полянки, есть у нас во что их завернуть?

– Шкура хора подойдет, – подумав, заключил брат. – Она хорошо тепло держит.

На том и порешили.

На следующий день Ней встал с утра пораньше, позавтракал, взял бутылки с горячей водой и отправился в лес. Не было его до самого вечера, и я уже начала беспокоиться, когда начало смеркаться, но тут услышала возню у входа, а потом в помещение ввалился замерзший ребенок.

– Быстро в купальню! – скомандовала я. – Зачем ты так долго бродил?! Сейчас залезь в горячую воду и посиди, хорошенько прогрейся и попарься. Радуница у нас еще осталась?

– Я просто до самой дальней полянки дошел, – потянув сопливым носом, повинился мальчишка. – Там много птиц бывает. А радуница есть, но это для тебя, тебе еще нужно ее пить.

– Сейчас нужнее тебе, чтобы теперь ты не заболел. Разве можно так относиться к своему здоровью! Что мы с Анникой будем делать, если еще и ты сляжешь?

Ней виновато повесил голову, но послушно взял сменные вещи и потопал в купальню. Я лишь тяжело вздохнула, помянув про себя крепким словом его инициативность и свою безголовость. Можно же было сообразить, что на волне вдохновения мальчишка может что-то подобное выдать!

* реально существующий способ охоты на куропаток на Севере.

Отвар радуницы ребенку пришлось самому себе готовить – Анника еще мала для такого, а я была слишком слаба и не могла пока вставать с кровати, только сидеть, опираясь на подушки.

– Завтра побудь дома, – попросила я его, так как предполагала, что он готов уже с утра бежать проверять лунки.

Видя, что он готов возразить, поспешила объяснить:

– Если в них сегодня кто-то попался, пусть тушка заморозится, ничего страшного не случится, если она в снегу и дольше полежит.

– А если пойдет снег и я не смогу найти их на поляне? – возразил ребенок.

– Давай в следующий раз ты установишь возле каждой лунки сигнальные маячки, тогда их легче будет найти, – предложила я. – Вот как раз завтра и займешься их изготовлением.

– Хорошо, – согласился Ней, греясь возле огня, полностью укутанный в одеяло.

На следующий день мы с ним выбрали среди хвороста самые длинные и прямые палочки, на конец каждой привязали отрезанную полоску красной ткани, вот и получились у нас маячки.

Еще брат проверил и подготовил старые детские санки на широких полозьях, объяснив это тем, что, если тушек будет несколько, ему трудно будет все нести на себе. Подивившись его оптимизму, я согласилась, что в таком случае санки действительно могут понадобиться. Жаль только, что артефакт в них разряжен и из самоходных они превратились в средство передвижения на живой тяге, то есть придется Нею самому их тащить.

На следующий день на улице завывал такой ветер, что я попросила мальчика пересидеть опасное время дома и никуда не ходить. Если и есть на полянках замерзшие тушки, то они уже никуда от нас не убегут. Тот согласился без лишних препирательств, наверно, сам понимал, что не стоит в такое время выходить надолго в лес.

Ну а пока мы ожидали хорошей погоды, я возобновила наши занятия, благо память Леи мне в этом хорошо помогала.

Мы как раз начали урок по истории, когда с улицы послышался какой-то звук. Брат встрепенулся и бросился одеваться, а потом пулей вылетел за двери.

Мы с Анникой молча переглянулись, ожидая его.

– Что там случилось? – встревоженно спросила я, когда брат вернулся в комнату.

– Дядька Шарфей приехал, – радостно сообщил мальчуган.

А я вспомнила, что дядька Шарфей, муж Ниты, кухарки из соседнего поместья, время от времени после праздников у хозяев привозил нам готовую еду, которая осталась после застолья. Готовили-то в эти дни очень много, и частенько оставались излишки, а добрая женщина прятала их, а потом передавала нам. Что-то мы съедали сразу, а что-то замораживали впрок. В такие дни у нас был пир горой по сравнению с нашим обычным рационом.

Следом за этим дверь широко распахнулась, и в проеме показался огромный мужчина с косматой бородой, сейчас полностью покрытой инеем. Сделав шаг назад и стряхнув снег в коридоре, он снова зашел в комнату.

– Что это ты болеть удумала, девочка? – раздался на все помещение густой бас. – Не дело это, за тобой же уход нужен!

– Мне Ней помогает, и лечил меня он, дядь Шал...рфей, – ну очень мне хотелось назвать этого великана дядькой Шалфеем.

– Встать-то можешь, болезная? – нахмурив брови, спросил он.

– Пока нет, но я уже намного лучше себя чувствую, – поспешила я успокоить его.

– Ладно, – он почесал густую бороду и махнул рукой в сторону окна. – Я вам там гостинцев немного привез, пойдем, малец, заберем из саней.

Через десять минут в комнате стояли две большие корзины с таким разнообразием еды, что у нас у всех троих глаза разбежались и слюнки потекли.

– Права была Нита, что вы тут голодные сидите, раз Лия не пришла перед праздником на подработку, – покачал головой мужчина. – Наши-то хозяева на два месяца в город приехали, так что в ближайшее время и в поместье, и в городском доме как минимум каждую неделю приемы да балы будут. Так что ты имей в виду, девочка, рабочие руки лишними не будут, а тебе копеечка добавится, но только когда на ноги твердо встанешь. Зато я смогу вам после каждого праздника гостинцы возить. Ведь ежели хозяева-то зовут пять десятков человек или сотню, то готовим мы вполовину больше, чтобы не дай стихии не получилось так, что не хватит еды, вот и будут постоянно излишки, точно говорю.

– Спасибо, дядь Шарфей, – прослезилась я. – Вы нас просто спасаете.

– Да что там, – махнул рукой мужчина. – Вы ж одни зиму эту не сдюжите. Суровая нынче зима, давно такой не было. Ладно, поеду я, мне еще за дичью к охотникам заезжать.

Попрощались мы очень тепло, а когда гость уехал, детвора бросилась к корзинам разбирать гостинцы.

Поскольку я сама не могла этим заняться, делал это Ней и комментировал все, что доставал, а я уже определяла, что делать – оставить, чтобы съесть в ближайшее время, или определить на длительное хранение.

Так что сегодня наш продуктовый запас хорошо пополнился, а я теперь могла полноценно набираться сил.

Ну и раз еды у нас сейчас было вдоволь, поход за тушками птичек решили отложить еще на один день.

Глава 5

Утром следующего дня меня разбудил копошащийся возле входа Ней.

– Что случилось? – спросонья я не могла сразу сообразить, зачем он одевается.

– Так пойду полянки проверить, вдруг где птица попалась в лунку, – ответил брат, натягивая полушубок.

– А сколько добираться до дальней поляны? – поинтересовалась я.

– Часа три, если не задерживаться, – мальчик закинул за спину нечто, напоминающее наш земной рюкзак и, предвосхищая мой вопрос, сразу сказал: – Еду я с собой взял, не волнуйся.

– Лучше начать с дальней поляны, а потом двигаться к ближним, собирая по дороге тушки, если они есть, – подсказала я ему.

– Хорошо, надо поторопиться, артефакт показывает, что в ближайшие дни погода переменится, снег пойдет, – по-деловому отчитался ребенок. – А сегодня еще хорошая погода должна быть.

– Ладно, ты все равно постарайся не задерживаться, – попросила я своего маленького героя.

После того, как два дня я хорошо питалась, сегодня уже нашла в себе силы встать с кровати и час покопошиться возле плиты, чтобы приготовить ужин. Маленькая плитка на столе в углу была всего на одну посудину, как наши одноконфорочные, и нагревалась при помощи горючего камня. Слава богу, не на огне готовить. Хотя это был единственный горючий камень в доме, и если он исчерпает свой ресурс, готовить станет намного проблематичнее.

Все мои силы ушли на приготовление супа и мяса с овощами, после чего я рухнула на кровать как подкошенная, предварительно поставив тарелку с едой для сестренки.

Благо кушала она самостоятельно и пригляда не требовала, удивительный ребенок. Очень взрослый и самостоятельный, впрочем, как и Ней.

В этот раз брата снова не было очень долго. Вернулся он уже в потемках, когда я сидела как на иголках и не знала, куда бежать и что делать.

– Ты почему так долго? – я чуть не упала, когда подхватилась с кровати ему навстречу, ноги так ослабли, что не выдержали.

– Фух, еле дотащил, не хотел тушки там оставлять и второй раз за ними идти, – утирая пот с лица, заявил сияющий мальчишка.

– Так что, неужели сработало?! – всплеснула я руками.

– Еще как сработало! – подпрыгнул брат, эмоционально размахивая руками. – Все сани завалены, пришлось веревкой вязать, чтобы не упали по дороге.

– Боже, как же ты их дотащил? – ахнула я.

– По прошлой своей колее, ее еще не замело, – пожал он плечами. – Да и наст сейчас крепкий, на широких лыжах легко по нему двигаться, быстро.

– Ты мой добытчик! – обняла я его, поцеловав в холодную щеку. – И сколько птичек попалось?

– Два шальха, двенадцать норушков и три рязника!

«Два тетерева, двенадцать куропаток и три... хм, назовем их куроутки», – перевела я для себя. – Ого, вот это улов!

– Теперь мы не будем голодать! – счастливо рассмеялся ребенок. – А если добудем больше мяса, можем продавать в городе или в поместье, тогда и деньги у нас появятся.

Хорошая мысль, надо будет у дядьки Шарфея спросить, сможет ли он помочь их реализовать. Насколько я могу ориентироваться по знаниям прежней Лии, мясо шальхов, и норушков очень дорогое, потому что, во-первых, считается деликатесом, а во-вторых, самое главное – птицы эти настолько скрытные и осторожные, что поймать их очень трудно, почему-то они обходят стороной обычные силки и на глаза охотникам практически не попадаются. Вдобавок магией на них не получается охотиться, у них к ней что-то вроде иммунитета. А вот в нашу хитрую и при этом простую ловушку эти пернатые попались! Надо только постараться, чтобы о таком способе добычи птицы никто не узнал.

Об этом я и сказала детям, чтобы хранили тайну такого способа ловли птичек, иначе найдется много ушлых охотников, которые заберут нашу добычу.

Ней и Анника согласились и пообещали никому ничего не говорить, тем более девчушка толком и не слышала, когда я рассказывала брату об этом способе охоты. Но это и лучше, маленькие дети – они такие бесхитростные, сами не заметят, как все выложат при правильном подходе и наводящих вопросах. А вот брат уже все понимает и осознает.

Накормив вымотанного Нея ужином и уложив его спать, я еще долго лежала, уставившись в потолок, и не могла поверить, что десятилетний ребенок способен на такие поступки, чтобы заботиться о своей семье. Точно могу сказать: при правильном подходе из него вырастет замечательный мужчина – внимательный, заботливый, серьезный и ответственный, с твердым характером, о таком муже можно будет только мечтать. И моя задача – не позволить загубить в нем такие задатки.

***

На следующий день Ней успел заготовить хворост, а к вечеру уже разыгралась настоящая метель. Несколько дней за окном завывала вьюга, даже входную дверь в дом занесло так, что по окончании этого светопреставления мальчику пришлось вылезать через окно и откапывать ее снаружи, по-другому выйти из дома было просто невозможно.

Но когда погода снова стала радовать, брат засобирался на свою «тихую» охоту, как мы это назвали. И через несколько дней наш запас пополнился еще на два десятка тушек. Поскольку несколько раз замораживать и размораживать мясо нельзя, чтобы не пострадал вкус, мы решили так и оставить их – замороженными, неощипанными и непотрошенными. В любом случае, так их легче будет зимой перевозить – не нужны артефакты, а потом покупатели сами разморозят и займутся приготовлением, тем более такое мясо пойдет на стол аристократов или просто богатых людей, а у них на кухне достаточно слуг, чтобы обработать птицу.

Примерно через десять дней к нам снова заехал дядька Шарфей и привез еду. К этому времени я уже твердо стояла на ногах и иногда даже выходила ненадолго на улицу – все же любому выздоравливающему человеку полезен свежий воздух.

Мы с Неем встречали его вместе, а потом отвели во флигель, где организовали временный ледник.

– Дядя Шарфей, а ты можешь помочь нам продать эти тушки, чтобы не продешевить? – я откинула ткань, накрывающую птицу, и у мужчины глаза на лоб полезли от удивления.

– Шальхи, норушки, и даже неклитка! – заохал он. – И где же вы это добро умудрились набрать? И как?!

– Повезло нам, дядь Шарфей, – смущенно ответил брат. – Получается у нас их ловить.

– Мы думали, может, в поместье их продать или в городе в мясную лавку отвезти… – начала я.

– Нет-нет, ни в коем случае! – замахал руками дядька. – Продешевите, сразу говорю, купят они у вас задешево, а потом скупщикам из столицы перепродадут раз в пять дороже. В город к нам часто приезжает купец из столицы, я его еще с того времени помню, как сам охотился, он не обманет. Я найду его и продам ваши тушки. Если вы их можете постоянно ловить, то можно с ним договориться, он будет приезжать в определенное время именно за вашим товаром.

– Это было бы здорово, только никто не должен знать, откуда на самом деле мясо, – предупредила я его. – Чтобы не стали за нами следить, а то захотят выведать, как мы их ловим, а потом сами начнут, и мало того что у нас отберут источник дохода, так и всю птицу в лесу изведут, если все скопом начнут так охотиться. Тут тоже мера нужна.

– Точно-точно, – закивал головой мужчина. – Дело говоришь.

На том и порешили. Сегодня дядька Шарфей не стал ничего забирать, сначала найдет купца, если тот в городе, а потом уже вернется к нам за мясом.

Через пять дней, когда наши запасы пополнились еще тремя десятками тушек, наш помощник приехал на своих самоходных санях и забрал всю добычу, а еще через день вернулся к нам с мешочком золотых и привез от купца расчетный лист, в котором было указано, по какой цене он будет забирать у нас птицу.

Как оказалось, за каждую тушку норушки наш помощник выручил по золотому, за шальхов – по два золотых, а та самая неклитка, у которой оказалось не только деликатесное, но и лечебное мясо, а все части тушки, включая большой, как у тукана, клюв, шли на лекарские настойки от разных болезней, потянула почти на пять золотых. В результате теперь у меня в руках было около ста золотых – огромная сумма, особенно учитывая то, что недавно у нас вообще не было ни копейки.

Пять золотых я решила отдать за помощь дяде Шарфею, но тот стал отмахиваться и возмущенно протестовать, пришлось долго уговаривать его, в результате он все-таки согласился, но только на два золотых.

Когда мужчина уехал, я зашла в дом, выложила десять золотых на всякий случай и оставила их в комнате, а остальное отнесла в подвал. Там, как мне подсказала память прежней хозяйки тела, был тайник: в одном месте в углу вынимался кирпич, а за ним была ниша, где Лия прятала свои драгоценности, когда они приехали в этот дом.

Что же, теперь мы точно переживем эту зиму!

Я успокоилась, исчезла внутренняя тревога и напряжение, которые не отпускали меня с первого дня, как я очнулась в этом мире. Правда, иногда по ночам накатывали воспоминания о прежней жизни, и я плакала, стараясь делать это беззвучно, чтобы не разбудить детей. Хорошо, что там, на Земле, у меня никого не осталось, а то было бы гораздо тяжелее. А еще, что интересно, я знала точно, что умерла, но вот момент смерти и причину не помнила. Может, это и к лучшему, наверняка не самые приятные воспоминания.

Но постепенно и это состояние меня отпустило. Наверное, я просто в конце концов смирилась с новыми обстоятельствами, новой жизнью, новым телом и приняла этот дар, этот второй шанс. И, осознав все это, я успокоилась.

Глава 6

Хоть у нас и был теперь источник дохода, мне все-таки нужно, когда полностью восстановлюсь, возвращаться к работе в городе или в соседних поместьях. Ведь добывать тушки нашим способом мы можем только зимой, а вот когда сойдет снег, у нас этого бонуса уже не будет, и тогда придется выкручиваться уже по-другому. Значит, нельзя терять эту работу, чтобы меня не посчитали ненадежным работником. Да и вообще, деньги лишними не бывают, а мне еще нужно накопить на новую экспертизу.

Поскольку Лие только исполнилось восемнадцать, вдобавок она не прошла полный курс обучения и не имела еще документа об образовании, устроиться на хорошую работу в городе, например, в какую-нибудь контору, она не могла. Только помощницей в богатых домах, и то так, чтобы хозяева не знали о том, что она у них работает. Ведь кто-то из тех, кто видел ее раньше на приемах, мог признать в ней Мирилию Карстен, а ей очень не хотелось, чтобы над ней начали издеваться и растрезвонили везде, что девушка из некогда богатой семьи теперь работает служанкой и помощницей кухарки. И я ее прекрасно понимала, ей бы тогда жизни здесь не дали.

Значит, и мне придется идти на эту работу, пока не придумаю, как зарабатывать на жизнь другим способом. Но перед этим я решила немного изменить внешность, чтобы меня точно не признали знакомые. Конечно, прошло уже три года, и те, кто видел пятнадцатилетнюю Лию, могут и не узнать повзрослевшую меня, но рисковать не хотелось.

Недалеко от дома росла раскидистая аримия. Насколько я помню, отвар ее коры придавал волосам очень темный каштановый оттенок. Этим я и решила воспользоваться. Покрашу волосы и брови в темный цвет, с немного изменившимися чертами лица так сложнее будет меня узнать. Надо еще поработать над бровями, немного изменить их излом. Лия никогда этим не заморачивалась, но я решила внести свои коррективы.

Ней помог мне настрогать коры с веток аримии, я сделала отвар, а потом отправилась в купальню. Как же мне нравилось это место! Оно напоминало крытый бассейн в каком-нибудь дорогом спа-салоне или отеле на Земле. Все отделано светлым камнем, прозрачная крыша, пропускающая яркое зимнее солнце, горячая вода, поступающая из источника в чашу небольшого бассейна, рядом еще один, в котором температуру можно было подрегулировать подачей холодной воды, а третьим был еще один бассейн с функцией, похожей на гидромассаж – в общем, можно было выбрать то, что тебе хочется в данный момент.

При всем удручающем состоянии остального дома, здесь была настоящая роскошь. Можно закрыть глаза и представить, что ты на дорогом курорте, или что сейчас вылезешь из воды и спокойно пойдешь по красивому теплому дому…

Также в помещении были две душевые и постирочная, где до сих пор работали специальные артефакты, облегчающие этот процесс, чему я была несказанно рада. И даже если они разрядятся, в первую очередь я потрачу деньги на них, чтобы упростить бытовую составляющую нашей жизни в этом доме.

Распаренная и разомлевшая, я подошла в большому зеркалу в купальне. Сейчас из него на меня смотрела не блондинка, а миловидная шатенка с четким рисунком бровей, уже не настолько истощенная, как три недели назад. Еще чуть-чуть, и получится наесть новые формы, с которыми во мне вообще никто не признает прежнюю Лию.

А судя по тому, что я вижу, девушке, а теперь уже и мне, досталась отличная фигура – со стройными ножками, изящными руками и тонкой талией. Грудь среднего размера, как раз то, что надо, зачем мне огромный, который тяжело носить, как говорили мои подружки на Земле.

Хорошо, что Лия сбежала и не позволила оформить над собой опекунство, бьюсь об заклад, опекун не стал бы тянуть время и как можно раньше постарался продать такую красавицу подороже замуж. Именно продать, тому, кто заплатит больше, потому что девушка без магии полностью зависела от старшего родственника и должна была подчиняться ему. Да, она могла отказаться от брака, но тогда ее бы попросту выгнали из дома.

Дети тоже за это время повеселели и уже не пугали такой худобой и синюшными кругами под глазами. Надо будет попросить дядьку Шарфея отвезти нас в город, а то они уже явно выросли из тех вещей, что забрали с собой из родительского дома. Лия, конечно, перешивала им что-то, как могла, но, честно сказать, швея из нее так себе.

Младшей нужна зимняя верхняя одежда, она мало выходила из дома, потому что не в чем было. А Ней так вообще бегал не пойми в чем – старый полушубок с чужого плеча, теплые штаны, снизу к которым Лия пришила сантиметров двадцать ткани. Да и обувь, как он мне сам недавно нехотя признался, уже ему жмет.

У меня тоже уже не было нормальных вещей, все-таки есть разница – пятнадцать и восемнадцать лет. В общем, придется основательно потратиться. Поэтому, немного посомневавшись, я махнула рукой и взяла из тайника пятьдесят золотых. Не буду экономить на хорошей теплой одежде, просто возьмем размер немного с запасом. Еще и продуктов нужно купить, у нас уже в закромах мало что осталось, кроме грибов и ягод.

В следующий приезд дядьки Шарфея так и договорились. Через несколько дней он поехал в город и завернул по дороге за нами. Пришлось хорошенько укутывать Аннику в то, что нашла, чтобы она не замерзла по дороге. Ведь сани хоть и самоходные, но открытые, а мороз на улице, по ощущениям, градусов на двадцать пять-тридцать потянет. Согревающих дорожных артефактов у нас тоже не было, вернее, они уже год как разрядились.

Зато были шкуры хора, их дети нашли в доме, видимо, кто-то из прежних хозяев промышлял охотой на этого зверя. Вот из этих шкур я и соорудила что-то вроде широкого короткого спального мешка, чтобы закрывал тело по поясницу. Анника в нем вообще утонула по самую шею, рядом примостился Ней. Так и поехали.

В этот раз я впервые увидела, как едет средство передвижения на магии. Сани легко и быстро неслись по заснеженной дороге, километров сорок в час наверняка. Дядька Шарфей сидел на козлах, закрытый по пояс от ветра, и правил повозкой. А мы расположились сзади, прижавшись друг к другу и спрятавшись за высоким бортом от потоков ледяного воздуха.

Из воспоминаний Лии я знала, что есть более приятные для поездки зимние сани: в них и возница полностью закрыт от ветра за прозрачным куполом, и «кузов» тоже крытый, который можно делать прозрачным или непрозрачным, и отапливаются такие сани специальным артефактом.

У нашего извозчика был самый простой и дешевый вариант, но нам грех жаловаться, без него мы вообще не могли бы куда-то выбраться. Именно дядька Шарфей заезжал за мной обычно, когда меня нужно было отвезти в поместье или в городской дом его хозяев на работу перед большими приемами.

Если до ближайшего к нам поместья можно было добраться за полчаса, то до города сани ехали все три. Да, далековато мы забрались от цивилизации, зато и от ушлых родственников подальше. Будем надеяться, что в эту глушь они не сунутся.