Текст книги "До встречи в Дубае (СИ)"

Автор книги: Виктория Короткова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

– О чем они вообще думали, посылая его сюда? – возмутилась Жанна. – Я лично слышала, что директор настойчиво запрашивал прикомандировать тебя. Какое счастье, что все разрешилось, и ты вновь с нами.

Мы подняли кружки и выпили.

– И опять на праздники, – потерла я руки. – Хотя возможно руководство заставит меня отрабатывать и выходные дни. Все-таки столько времени упущено.

– Вряд ли. У нас с официальными праздниками четко. Если отдыхать, то отдыхать всем. Так что планируй поездки, – и Жанна подмигнула.

– Разобрались с распутником. Теперь рассказывайте, что у вас на личном фронте?

Жанна поделилась про новые курсы по эмоциональному рисованию и могла бы часами рассказывать про вечерние пленэры, но мы мягко попросили просто показать в следующий раз картины.

Юлия перестала исправлять окружающих на «Джулию» и, как давно мечтала, пошла на поварские курсы. К этому моменту она уже прошла базу основных блюд и приступала к десертам. Она рассказала, что чувствовала себя как гениальный композитор, которого наконец научили нотной грамоте и теперь она больше понимает свою интуицию и сочетает с полученными знаниями. И как-нибудь она обязательно угостит нас удачным экспериментом.

Оливия призналась, что заскучала по родной стране и пошла на танцы. Она танцевала с детства. И это даже не было каким-то занятием. Просто вокруг танцевали все. И это была ее стихия. Она попеременно сходила на бачату, сальсу, зумбу, но так и не смогла выбрать. Поэтому договорилась с танцевальной студией, что по чувству будет ходить в разные группы в течение месяца.

Ясмина покраснела, но выставила руку с украшением. На золотом кольце красовался огромный коньячный бриллиант. Не такой осколок, который мог бы продаваться в русской рознице, а размером с небольшую жемчужину.

– Под цвет глаз? – догадалась я.

И девушка смущенно кивнула.

– Рассказывай! – хором произнесли мы, и я поняла, что она еще не делилась своей историей любви с коллегами.

За год они с Хакимом, чье полное имя было Хаким ибн Фахад аль-Сувейди, слетали на выходные в Сидней, Париж, Милан, Мадрид, дважды ездили в отпуск, на Мальдивы и Бора-Бора. Только от этих названий у нас отвисла челюсть. Некоторые за всю жизнь не охватывают и половины этих городов и стран, а для влюбленной парочки все случилось в один год.

– Конечно, мне нравится такая жизнь, что в любой момент можно поехать, куда душе угодно. Возникает только вопрос, что с собой взять или надо ли вообще брать. Но в какой-то момент меня напугали эти возможности, потому что роскошь приестся, а что останется? Будем ли мы продолжать общаться друг с другом с таким же интересом?

– И что же изменилось? – Жанна сгорала от нетерпения.

– Он как-то сказал, чтобы я придумала нам отдых на выходные, сама все оплатила и сделала ему сюрприз. Естественно, средства у меня сильно ограничены, и я выкручивалась, как могла. Предложила съездить в Оман на машине. И все было бы замечательно, но черт нас дернул поехать во время Рамадана. В итоге, Хаким постился и мы могли есть только после заката. В другое время мне приходилось запасаться финиками и орехами, чтобы не умереть с голода.

Ясмина выпила чаю и захватила еще одну печеньку, чтобы заесть пережитый стресс, и только потом продолжила.

– Первым по плану был город Ибри – там старенький форт шестисотлетней давности и другие живописные развалины. Но мы подъехали уже ближе к пяти часам, и в праздник он был закрыт. Погуляли по городу с узкими улочками и типичной арабской архитектурой. Ладно. Переночевали в старинном городке Низва – старая столица Омана в предгорье, а сейчас небольшой город с хорошо сохранившимся фортом, переоборудованным в музей.

– Потом собрались в горы. Пока доехали, чуть не заблудились: то навигатор путался, то съезд искали. Но это стоило того. Большой каньон Омана – это чудо света! Глубина в некоторых местах достигает километра и смотреть вниз очень страшно. Но также страшно красиво. Попробовали доехать до озера Аль Сафа. Дорога шла по пустыне, красивая, но не очень комфортная и безлюдная. До конца не доехали, поскольку к своему удивлению, но точно к удаче, встретили машину и водитель подсказал, что сейчас озера пока нет, оно зимне-сезонное. Так что мы повернули назад.

– Потом нас остановила полиция, потому что у нас что-то протекало. И мы всей толпой искали что. Благо, нашли, что это была омывайка, и нас отпустили с миром. К вечеру у нас что-то сломалось в машине, мы долго искали автосервис. Попались добрые ребята, и доделали машину, задержав закрытие на час.

Она посмотрела на кольцо.

– И после всего, что с нами было, он ни разу не закатил глаза, ни разу не посмотрел с высока, ни разу не пожалел, что доверился мне, и не вспоминал про деньги.

– Какой мужчина! – восхищалась я.

– Он сказал, что единственное, почему не сделал предложение сразу, так это потому, что искал подходящее кольцо.

– Боже! Это так романтично! – вскричала Жанна со слезливыми нотками в голосе.

В этот момент в столовую вошел Коллин Фостер, и все с ужасом поняли, что досидели до обеда. Я запаниковала, почему они до сих пор не отвели меня в кабинет.

– Расслабься, – подмигнула Оливия. – Офис опечатан, и его можно вскрывать только в присутствии главного.

Девушки разбежались по рабочим местам. Директор филиала раскрыл объятья и встретил меня как друга. Он предложил кофе, я согласилась, и мы проболтали еще час как старые знакомые. Лишь потом он провел меня к стеклянным дверям, сорвал все печати и проводил внутрь:

– Мне кажется, этому кабинету очень не хватало тебя.

На английском, на котором мы общались, ты и вы звучит одинаково, но мне почему-то показалось, что в человеческом плане мы перешли на ты. Я приблизилась к столу, провела пальцем по запылившейся поверхности и улыбнулась теплым воспоминаниям. Потом подошла к панорамным окнам.

– Ох, Коллин, мне тоже его не хватало. И вас не хватало. И тем более невозможно забыть этот прекрасный вид из окна.

– Я все еще не теряю надежды, что мы однажды перестанем тебя ждать и оформим наши встречи на постоянной основе, – намекнул он.

– Мне сложно тебе отказывать, но я вынуждена вновь это сделать. Меня ждут с отчетом в Москве.

Фостер грустно улыбнулся и тут же переключился на деловой тон:

– Тогда приступим. Ваш парень, – сказал он, не называя имени, будто оно стало под запретом, – сказал, что управился с этими коробками, но я бы попросил провести повторную ревизию. Тебе я доверяю.

– Принято. Все сделаю.

– Почему тебя сразу не прислали? Мы вроде неплохую характеристику прислали.

– Слишком слащавой получилась. Может, заподозрили что-то.

– Ха-ха! Я понял! Надо хвалить, но не перебарщивать. Исправимся.

– А пока – вот ключи. И говори, если что нужно. С офисными возможностями ты уже знакома, так что тратить твое время не буду. Приятного пребывания.

– Спасибо!

Фостер вышел, и в кабинете воцарилась тишина. К моему удивлению, разговоры меня немного утомили, и я рада была временному вакууму. Последующие несколько часов наполнились шуршанием бумаги и скрипом карандаша. Я также переносила данные в компьютер, чтобы в специальной программе регистрировать все данные.

Я так напилась чая, что от обеда в этот раз отказалась. Но к концу рабочего дня почувствовала, что сильно проголодалась и может даже не доеду до отеля. Однако опрос коллег показал, что фудкорт в здании закрывался вместе с офисами, потому что белые воротнички старались сбежать до жары, а ближайшие рестораны появлялись ближе к туристическому центру. Выбор был между торговым центром и отелем, которые были примерно равноудалены от бизнес-центра. И я выбрала последнее. Просидев за бумагами столько времени, мне казалось, что я и сама покрылась пылью, и хотелось скорее освежиться.

В такси я закрыла глаза, чтобы дорога прошла быстрее, и действительно на несколько минут удалось даже прикорнуть. В двери отеля пришлось прорываться – вход блокировало скопление туристов. Я предположила, что привезли автобус студентов, потому что было много молодых девчонок и ребят. Но обилие фотографов с сумками для камер через плечо и проверка карт жителей отеля на входе подсказали другую версию: точно приехала какая-то знаменитость, а то были ее фанаты.

В животе заурчало, и уже через несколько метров я перестала думать о других и вспомнила о сильном голоде. Поздоровавшись с девушками на ресепшене, я прошла к лифтам. Несколько человек с чемоданами стояли передо мной и молча ждали своей очереди. Мне было не видно лиц, но я и не пыталась рассмотреть, потому что держалась за ноющий живот. Звякнул колокольчик, двери распахнулись, и новоприбывшие гости отеля вошли в кабину и развернулись ко мне лицом. Узнав стоявших, я застыла, не в силах ни двинуться, ни издать ни звука. Четверо южнокорейских мужчин узнали меня и радостно поздоровались, но я все также стояла, словно вросла в пол. Тогда двое из них сделали шаг навстречу и втянули меня в лифт.

Так я оказалась перед Ли Рианом. Я опять оказалась перед Ли Рианом. Это не могло быть правдой, это не могло быть явью. Но из всех запахов мне удалось выделить запах его духов, который не смогла забыть, и не верила своим чувствам: ни глазам, ни ощущениям.

А потом я услышала его смех, такой искренний и заразительный.

– Я же говорил! Я! Же! Говорил! – веселился он. А потом наклонился и приобнял. – Ну здравствуй, судьба моя.

Все еще в шоке, я вдруг поняла, что не нажала кнопку этажа, и пыталась вырваться из объятий. Риан только крепче сжал.

– На какой тебе этаж?

– Пятый.

– Обожаю Дубай! Нас опять поселили вместе.

У меня иссякли причины думать о чем-то другом, я обняла его в ответ. Нет, в этом году я не останусь верной женой. Искушение было слишком сильным – никто бы не устоял, и я не собиралась. И не буду отказывать себе в удовольствии в этом году.

2-й год. Глава 9

2-й год. Глава 9

– На ужин пойдем? – спросил Анри, проводя пальцем по шее и спускаясь по голой спине.

Мы лежали в моем номере. Чемодан он закинул к себе, но даже не закрывал двери, чтобы тут же вернуться ко мне. Первая близость была порывистой, дерзкой и короткой, но тело слишком ее желало, что успело получить свое удовольствие.

– Да. Я очень давно хочу есть.

– Почему же ты раньше не сказала? Может, надо было что-то перекусить?

– Я и так десерт получила раньше основного блюда, – пошутила я. – Но теперь я голодная вдвойне. Ты же к своим пойдешь?

– Ага. Нам нужно передвигаться вместе, – ответил он, но вдруг задумался. А потом добавил. – А знаешь, хватит. Ты права была, шоу-бизнес и так связывает нас во всем. Давай пойдем вместе.

– Ты сумасшедший, ты знал?

– Не намного больше, чем ты, – сказал он, нежно целуя шею и вызывая мурашки.

– Даже не думай начинать то, что не сможешь закончить, – проговорила я и выскользнула в ванную. Я не собиралась принимать душ, чтобы оставить его запах на коже хотя бы на первую ночь. Просто нужно было найти повод остаться наедине с собой.

Он постучался.

– Я забыл, что я в дорожной одежде. Пойду переоденусь к ужину.

– Только я в этот раз скромно оденусь, чтобы не планировать долгих прогулок.

– Ха-ха. Хорошо, я понял.

Дверь хлопнула, и я позволила себе войти в комнату. Я опять упала на кровать и обняла подушку, на которой, я надеялась, остался его запах. Но он был слишком недолго, чтобы оставить после себя след. Я осознавала, что совершила, но лежа голой на сером постельном белье, не сожалела о содеянном. Я ждала этого год. Я чувствовала, что такого больше не будет, поэтому разрешила себе раз за замужество переступить черту. Возможно, я больше никогда не увижу ни его, ни мой город любви, поэтому раз в жизни решила поступиться со всеми принципами и отдаться это внезапной подростковой страсти.

Возможно, это сигналил кризис среднего возраста или просто разница во времени. Когда я родилась, в стране был железный занавес, а теперь мир изменился до невозможности. И мне просто хотелось догнать современное поколение и почувствовать свободу. Возможно, раннее замужество и ребенок и все дела, крутящиеся вокруг семьи, сковывали мою натуру больше, чем я ожидала, и где-то в уголке психики копился протест. И вот он.

Но я была спокойна, что это не выйдет за рамки отеля и города, потому что айдол – знаменитость – был связан контрактами. Поговаривают, что некоторым вписывали запрет на отношения до определенного возраста. Им не то, что не разрешали встречаться, но и появляться в общественных местах с лицами противоположного пола. Ли Риан никогда не расскажет обо мне никому. В порыве страсти он может говорить, что угодно, но истории о жестоких фанатах заставляет подумать трижды, прежде чем открываться общественности.

С этими мыслями я спрыгнула с кровати, и открыла шкаф. Легкое прямое платье сразу попалось на глаза, и я надела его. Поправив макияж и нанеся помаду светлого оттенка, я услышала стук. Мне оставалось только накинуть туфли, и я была полностью готова. Но когда я вышла в коридор, Ли Риан с группой уже ждали меня у лифта.

Все-таки вместе. Как я и подумала.

Участники группы улыбались, но уже более хитро. Значит, рассказал. Хотя это и так было понятно. Мы и не собирались скрывать нашу связь от них. Я взяла любовника под руку и вошла в кабину. От моей смелости они немного опешили, но меня было уже не остановить. Пять дней безумного секса и поступков – но без вреда работе, и примерная жена и мать на оставшуюся жизнь.

Смелость, естественно, закончилась через пару этажей. Я убрала руку, чтобы не смущать молодых людей, и незнакомкой вышла в раскрытые дверцы. Зато легче было втиснуться в очередь. Я быстро набрала еды на тарелку, чтобы уже начать есть. К этому времени из-за голода силы были почти истощены. Потом я еще дважды пополняла порцию для восстановления сил, пока не почувствовала полное насыщение.

Не заметив ребят в зале, я поднялась на несколько этажей. В душе и в теле поселилось такое удовлетворение, что меня никак не расстроило, что ужин мы провели порознь. После бурной встречи, может, нам и стоило немного отдохнуть – внушала я себе. Но не успела я закончить эту мысль, как увидела Ли, сидящего возле моей двери. И возликовала каждой клеточкой, желая больше прикосновений. И пригласила внутрь.

Я поставила чайник и продолжила суетиться с заваркой. Я успела заметить, как Ли Риан бросил взгляд на несобранную постель и скорее прошел на балкон. Я принесла чашки и сладкое, что отхватила в столовой, и присела рядом. Не сговариваясь, мы смотрели вдаль и искали глазами океан, который невозможно было услышать сквозь ежедневную спокойную музыку из шарообразного купола в середине комплекса отеля.

– Сегодня останемся дома? – буднично спросил гость, и я еще больше почувствовала связь с ним.

– Да. Но стоит какие-то мероприятия запланировать в этот раз: спонтанность – не мой конек.

– Ты предлагаешь не оставлять все только в этих стенах? – догадался он.

– Это было бы глупо – ограничиться только одной комнатой, когда мы в таком месте.

– Не ожидал от тебя такое услышать. Я всецело за! Что тебе еще хочется посмотреть?

– Пустыню, – не колеблясь, ответила я. – Меня привлекает стихия. Мне как-то снилось, что я залезаю на вышку и огромная волна ударяет чуть ниже стоп. Но тут оборачиваюсь и понимаю, что с другой стороны тоже вода. Было страшно. Наверное, именно поэтому я вряд ли когда-нибудь поеду в кругосветный круиз на лайнере. Пустыня – тоже испытание. И пока там не так жарко, я бы хотела там побывать.

– Если честно, я рад, что мы в прошлый раз приехали всего на несколько часов, потому что пребывание в пустыне действительно вызывает опасение. Но если ты готова, то я бы хотел стоять рядом с тобой.

Я разлила заварившийся чай и придвинула ему чашку.

– А куда бы ты хотел?

– Шоппинг, – с улыбкой ответил он.

– Серьезно?!

– Да! Это большое испытание для пары, – сказал он и осекся.

– Уж кому, как не мне, знать это. Хорошо, я тоже планировала. Посмотрим, насколько тебя хватит, – захихикала я.

– Ха! Я почти профессионал – профессия обязывает.

– Блин, об этом я не подумала. Тогда даже интереснее. Когда пойдем?

– Да хоть завтра! У нас с утра съемки, но к вечеру я освобожусь.

– Ты ведь устанешь, разве можно себя так нагружать?

– Как мило, что ты заботишься обо мне. Но рядом с тобой я отдыхаю. Интересно побывать с тобой в обычных условиях.

– Мне тоже очень интересно увидеть тебя в жизни. Я часто представляла, какой ты, когда камера выключается. О чем ты думаешь, о чем ты мечтаешь, о чем жалеешь, чего хочешь?

– В основном, мне хочется тишины и покоя. Я могу прийти и взяться за гитару, потому что она успокаивает. Она мой лучший друг. Я знал, что она уловит мои чувства и вытащит из меня любое состояние, чтобы написать песню. Но чаще всего я просто лежу и мечтаю, чтобы меня кто-то обнял. Не надо разговоров, бурной страсти или чего-то сверхъестественного. Только немного любви.

Он только договорил, как я уже стояла над ним и окружала его своим теплом. Мне давно хотелось так сделать, поэтому я мгновенно среагировала на его слова. Мы так часто превозносим своих кумиров до небес, но все они люди, и ничто человеческое им не чуждо. Сейчас так получилось и с Риан. Он заводил толпу одним выкриком, а сейчас неуверенно прятался в моих объятьях. Помню, первое время в отношениях мне всегда хотелось спонтанных прикосновений. Когда уровень уверенности в партнере возрастал до нужных высот, мы старались перейти на новый уровень, но начиналось всегда именно с теплых объятий, вызванных желанием покрыть заботой любимого.

Он слегка наклонил ко мне голову, когда я поцеловала его в шею, и положил ладони на мои локти. Уверена, он при этом закрыл глаза. Но точно не знала, потому что тоже их закрыла. Он отстранился, и я поняла, что он достаточно напитался силой, и теперь можно продолжить разговор. Но разговор не шел. Не то, чтобы нам нечего было спросить – просто больше разговаривать не хотелось.

Мы допили чай спустя пару часов, постоянно доливая кипяток в остывавшую заварку. Мы так и не произнесли ни слова. Никто из нас не решился нарушить хрупкое равновесие этого вечера. Мы слишком долго мечтали этой возможности, и просто не могли позволить хоть одной неверной фразе разрушить магию в самом начале. А потом легли спать. Он спросил, можно ли ему остаться, и я разрешила. Раз уж мы хотели узнать, что значить жить вместе, то такое развитие событий было ожидаемым. Поэтому никакого стеснения я не почувствовала, зато засыпать вместе было очень приятно. У нас была еще самая первая стадия, когда хотелось спать в обнимку всю ночь, не взирая на то, что жарко или неудобно. Да и второго одеяла у меня просто не нашлось.

А вот проснулась я вновь одна. Наверное, я не услышала его будильника – я часто просыпала будильник мужа, который вставал ни свет, ни заря. Однако утро было добрым – я поняла это по тому, как с улыбкой и хорошим настроением чистила зубы и танцевала под музыку в голове в душе. И таким же бодрым шагом я пошла на завтрак.

Уже на выходе я столкнулась с группой, и Ли Риан подмигнул мне и шепнул до вечера. И меня пронзило – шоппинг для меня нелегкая прогулка, поэтому надо обязательно продумать, чего бы я хотела купить. Жуя завтрак, я в заметках телефона писала примерный расклад своего гардероба и что бы хотелось в него добавить. Я так засиделась, что мне уже звонили с ресепшена о прибытии такси. К счастью, я была одета в рабочий костюм и захватила с собой сумку. Так что оставалось только убрать посуду и спуститься вниз.

Девчонки с самого утра пытались прорваться ко мне в кабинет, но до обеда я разрешила им войти лишь раз. От бумаг было много пыли, и я сама хотела промочить горло. Кондиционер не справлялся, и жар двигающегося по небосклону солнца потихоньку топил мое тело. Поэтому вместо чая, я предпочла апельсиновый сок. И только в обед я вытянула руки, чтобы меня увели от работы и накормили.

Девчонки, которые привыкли к моему поведению, не заметили микро изменений в глазах или манере. Но я чувствовала это сама. Это растущее нетерпение, чтобы закончился рабочий день. Мне кажется, я даже работала в разы активнее, чтобы доделать свой пласт раньше и больше времени посвятить городу и новой страсти.

Когда я выходила с работы, то быстро передвигала ногами, будто опаздывала, но не могла замедлиться. Где-то там меня ждал он, и я не могла заставлять его ждать дольше чем нужно.

В этот раз мы обменялись телефонами, чтобы не испытывать удачу, так что я написала, когда прибыла в торговый центр. К моему ужасу, отправив сообщение, я услышала знакомые аккорды и трио голосов – барабанщик в группе пел редко, хотя у него тоже был запоминающийся низкий тембр. Ли Риан не зря позвал меня именно сюда. Ведь для клипа им нужны были съемки в общественном месте.

Я расстроилась не потому, что не одна приехала сюда ради него. А потому, что скорей всего его будут узнавать в каждом магазине, а то еще и фанатов встречать будем, и вся «обычность» свидания кончилась, даже не начавшись. Я увидела магазин продуктов и зашла. Я пожалела, что отказалась от кофе с булочкой в холле здания, потому что, как и все в Дубае, магазин оказался огромным. Только натренированное внимание к деталям помогло мне найти то, что я искала, и выбраться наружу.

Дальше я села на скамейку и открыла упаковку мармеладных конфет, которую захватила уже на кассе. Не глядя, я доставала каждую и сразу кидала в рот, а потом пыталась угадать вкус.

– Угостишь? – прозвучал знакомый голос.

– Конечно, – также не глядя произнесла я и протянула руку.

– Я что-то сделал не так? – спросил он тихо. Но в его голосе было столько беспокойства, что я повернулась.

– Я не на тебя обиделась. Я просто расстроена. Здесь столько твоих фанатов, что нам придется держаться на расстоянии, чтобы в будущем избежать провокационных заголовков, – я отвела взгляд.

– Понимаю к чему ты. Но это же не остановит нас, правда?

И я согласилась, потому что его улыбке невозможно было отказать.

Мы пошли сразу на второй этаж торгового центра, где обитали главные бренды. В глазах зарябило от белых, черных и красных вещей, но при ближайшем рассмотрении даже самые дорогие вещи превращались в бесформенные куски ткани – я совершенно не видела их на себе. Зато любая вещи на моем друге смотрелась как влитая. Узкие джинсы или широкие штаны, простая футболка или толстовка с ярким рисунком, – все напоминало звезду экранов.

Я быстро втянулась в подбор одежды и аксессуаров, вместо продавцов меняла размеры и добавляла забавные кепки или куртки для полного образа. Мы наконец перестали стесняться и открыто смеялись, когда стиль вещи был слишком экстравагантен или нам делали замечание, что вещь одета задом наперед.

Два часа пролетело незаметно, и я все же нашла скамейку, чтобы отдохнуть. Оплатив очередные покупки, Ли Риан опустился рядом. Пакеты он поставил между нами.

– Почему ты ничего не смотришь себе? У нас же совместный шоппинг.

– Во-первых, я не присмотрела ничего. Моя фигура требует более четких границ и линий. А во-вторых, мне просто не по карману такие вещи. Я обязательно выберу себе что-нибудь, но явно не здесь.

– Значит, будем искать, – ободряюще сказал он. – Теперь веди ты – увидишь что-то интересное, заходим, нет – проходим мимо.

– Хорошо.

Мы взяли по холодному бабл-ти – новомодный напиток, от которого дочка сходила с ума. Я даже не скажу, что именно было намешано, но он освежал и оставлял мятное послевкусие, что мне нравилось. Риан взял мне на основе чая, а себе на основе кофе. На самом деле я впервые пробовала сама, в чем и призналась Риану, и он предупредил, что на дне будут шарики тапиоки и чтобы я не пугалась.

– Тапиока по вкусу будет как плотные мармеладки.

– А у тебя что-то другое? – я присмотрелась и увидела разницу по форме и размеру.

– Да, я люблю джус-боллы. Это шарики с соком или йогуртом. Сейчас у меня вкус вишни.

– М-м, кисленькое. Можно попробовать?

Он кивнул, и я отпила глоток. Действительно вместе с кофейным напитком в рот попало несколько шариков. Я тут же их лопнула и рецепторы подтвердили, что это вишня. Но на месте шариков осталась неприятная пленка и я запила своим напитком, чтобы скорее их проглотить. Вместе с чаем, я нащупала три шарика и уже не ожидала ничего хорошего. Надкусив тапиоку, я пожевала несколько секунд и осталась довольна. Мягкие снаружи и плотные внутри, комочки оказались сладенькими и приятными.

– Ты угадал и со вкусом, и с шариками! Как тебе это удается – всегда знать, что мне нужно.

Он лишь загадочно улыбнулся и взял меня за руку. Прикосновение придавало сил и у меня появилась уверенность, что теперь я смогу найти себе что-то красивое.

Маленькие шоурумы, стилизованные под тот или иной бренд, пугали, в оккупированном углу могли захватить и заставить купить все, до чего ты дотронулся. Поэтому часть закутков мы проходили мимо. Но это было лишь затишьем перед бурей, и вдруг я почувствовала, что черная полоса закончилась. Появились магазины с приличными ценами и одеждой в полной цветовой гамме. Сначала я скептически осматривала старые и новые коллекции, мысленно примеряя на себя. Но в конце концов вошла во вкус и решилась не просто смотреть, но и мерить.

Не все современные тренды подходили мне по форме или возрасту. Например, короткие топы, юбки с высокой талией, вязанные полупрозрачные вещи были неприемлемы, а это составляло до шестидесяти процентов основных коллекций. Поэтому мне хватало взгляда, чтобы понять, стоит ли заходить в магазин или нет. Ли Риан удивлялся, как просто я расправлялась с фильтрацией образов. А мне просто хотелось купить практичную вещь для каждодневной носки или яркий наряд, чтобы не устать от него после первого же вечера.

И мы продолжали ходить. В магазин с платьями Ли Риан меня просто затолкнул и громко попросил продавщицу подобрать мне несколько платьев. На тот момент я уже выбрала себе брючный костюм, кардиган, которые очень любила, и несколько кофт под пиджак, тоже для офиса.

– Это обычные вещи, – подметил друг. – Мы в Дубае, нужно оставить яркие впечатления. Мне кажется, ты просто недооцениваешь собственную красоту. Ты ее прячешь в повседневности, чтобы слиться с толпой. Но я же вижу, что твой характер рвется из этих рамок – ему нужен выплеск вне рабочего времени.

Все это он шептал мне на ухо, пока девушки бегали и собирали мне варианты нарядов. Я закрыла глаза, получая удовольствия от каждого звука и полную уверенность, что я этого достойна. Мне не очень понравились выбранные варианты от девушек, что вызвало недовольство на лице со-покупателя. Однако я прошлась между вешалками и набрала неплохие варианты.

Мужчину посадили на диван, и я выходила показаться ему, если платье мне нравилось. Сначала он удивлялся преображению из офисного планктона в эффектную женщину. Не все наряды ему нравились, но блеск в его глазах говорил, что он увидел что-то интересное. А потом я вышла в фиолетовом платье, и он вскочил с места. Девушка в углу ахнула. Он молча стоял и лишь спустя несколько мгновений смог собраться и попросить меня повернуться.

Я посмотрела в зеркало. Фиолетовый оттенок был темным и выделял мою бледную, еще не загоревшую кожу. Аккуратный вырез подчеркивал грудь, не разрешая заглядывать слишком глубоко. Спина оголялась больше, предполагая отсутствие нижнего белья. Для показа мне пришлось снять свой бюстгалтер, но спереди были вшиты мягкие чашечки для поддержки груди, и она смотрелась молодой и упругой. На талии затягивалась золотая лента, заменяющая пояс, и дальше платье несколькими воздушными слоями свободно спускалось по самые щиколотки. При желании золотая накидка, сочетающаяся с поясом, снималась, оголяя плечи и руки, но сейчас она гармонично смотрелась.

Мне понравился этот образ, но я вдруг поняла, что мне будет совершенно некуда его надеть, а потом и ценник укусил. Я сняла и протянула продавщице со словами, что это брать не буду. Следующие несколько вариантов были недостойны, чтобы показать кому-либо еще. Но дальше мое внимание привлекли два платья: бледно голубое с юбкой-фонариком и кружевным подолом и белое платье, на котором лианы с зелеными листьями опутывали шею и витиеватым рисунком спускались вниз, а ближе к коленям заканчивались ярко-желтыми лимонами.

В обычное время я осталась бы довольна и повернула к дому. Но Риан настоял, чтобы я взяла и красное платье – уж очень ему хотелось увидеть меня в образе роковой женщины. Мне пришлось перемерить еще несколько платьев, но ничто не удовлетворило нас до конца, и я ушла лишь с двумя обновками.

Красное платье мы нашли через два магазина, в которых нам понравились пушистые свитера с подходящими друг к другу вышивкой, толстовки оверсайз, в которой я с удовольствием утонула, спрятав несовершенства своей фигуры, и блестящие брюки. К брюкам Риан собрал мне цельный образ, и я купила несколько несвойственных для меня вещей, но мне очень хотелось его порадовать, хотя я уже понимала, что мало кто оценит его вкус и эти вещи быстро перекочуют в гардероб дочки. Ну, хоть Ева не расстроиться, что осталась без подарка.

Я еще забежала, чтобы подобрать удобную одежду для поездки в пустыню, потому что среди моих вещей не было ничего подходящего. Затем Ли потащил меня в другой обувной, где я выбрала туфли на высокой платформе, чтобы не тонуть в песке, и самые легкие кроссовки для долгих прогулок. Я увидела золотые туфли и прошла бы мимо, но вдруг представила их с тем фиолетовым платьем и померила, чтобы хоть на миг вернуться к тому потрясающему образу. Мой размер нашелся, и вскоре я стояла на толстом каблуке, выше, чем я обычно выбирала, но с потрясающе удобной колодкой, так что высота подъема скрадывалась и ноги не сразу уставали. Снимала я их с большим вздохом, что не могла купить вещь, не подходящую хоть к чему-то в гардеробе, и мы пошли дальше.

Ли Риан вдруг вспомнил, что забыл свой мешок с купленной парой обуви, и побежал обратно. Пока его не было я поняла, что жутко вымоталась и больше не выдержу ни одной примерки. Когда он довольный вернулся, я призналась ему во всем, и мы вызвали такси.

В машине я упала головой на его плечо. Его рука тут же скользнула по спине и крепко обняла в ответ. Слишком долго мне пришлось выживать без его объятий – все из-за строгих нравов в стране, ведь за публичное проявление чувств можно было получить неплохой штраф. Хотя больше всего меня пугало скрытое фото от фаната.

Зато я смогла оплатить все свои покупки. Было какое-то отдельное удовольствие показать свою состоятельность человеку другого уровня. Мол, мы тут в России не лыком шиты. Многие на моем месте наоборот позволили бы поухаживать за собой, но мне было важно показать свою независимость. Так что после моих слов о том, что я могу позволить, а что не могу, он даже не пытался предложить финансовую помощь.