Текст книги "До встречи в Дубае (СИ)"

Автор книги: Виктория Короткова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Прошло чудное мгновение, и Риан отстранился. Еще секунду назад он закрывал меня мощной спиной, а теперь он стоял так близко, что я смогла рассмотреть его мимические морщинки. И его губы. Они шевелились – он что-то говорил, но я не до конца пришла в себя, что я просто смотрела на его красивое озабоченное лицо. Лишь спустя какое-то время я стала понимать, о чем он рассказывал. Оказалось, что у тележки горничной слетело колесо и она резко дернулась вперед, а потом набрала скорость и понеслась по коридору в нашу сторону. Ли заметил ее раньше и успел сделать шаг в мою сторону, чтобы уберечь от столкновения.

И сейчас одной рукой он держал тележку на радость бегущей горничной, а второй – обнимал меня. Его пальцы лежали на ключице и щекотали кожу, и от неожиданной волны удовольствия я закрыла глаза. Он перекинулся парой слов с сотрудницей отеля, и повернулся ко мне. Его руки тут же скользнули на плечи, закрытые халатом, и тепло прикосновения пропало. Мне пришлось открыть глаза.

– Вы в порядке? – в его голосе было столько переживания и участия.

– Благодаря вам. Гамсаинмида (пер. – Спасибо), – прошептала я с придыханием.

– Вы всегда, когда нервничаете, говорите по-корейски?

– Видимо, – отшутилась я и вырвалась из заботливой хватки.

Мне срочно нужна была прохладная вода бассейна. До лифта я почти бежала, ускоряясь с каждым шагом. И тут же поняла, что мне нужен был не в лаундж, а большой бассейн. Сейчас я не смогла бы спокойно смотреть на звезды и огни города. Мне нужен был физический выплеск.

Я проплыла не меньше десяти кругов, прежде чем смогла остановиться и выдохнуть. Сердце бешено колотилось. Хотелось, чтобы это было от совершенной кардио нагрузки. Но я не могла бороться с чувствами, которые взрывались внутри. Меня только что спасли. Нет, конечно, тележка не убила бы меня, но могла нанести серьезный вред. Лишь я закрывала глаза, и все возвращалось: запахи, тепло, объятья. И я торопилась открыть обратно. И проплыть еще круг. Легче всего стало, когда пришли еще люди, они плавали и тихо переговаривались. Я отвлекалась, вслушиваясь в их разговоры. Они общались на немецком, и я не понимала ни слова, но звуки чужих голосов успокаивали, затмевали нежный тембр, звеневший в ушах.

Когда я наконец почувствовала усталость в мышцах, то вылезла из бассейна и пошла к себе. Очень хотелось прийти, повалиться на кровать и сразу уснуть. Но я посмотрела на соседние двери, за одной из которых отдыхал Риан, и мысли накинулись с новой силой.

Почему-то я росла с мыслью, что во мне нет красоты. В моих подруг влюблялись по несколько человек сразу. И хотя меня тоже не обходили молодые люди, но никто ни разу не сказал напрямую, что я красивая. Поэтому, когда будущий муж признался в любви, я решила, что не нужно быть идеальной – важнее быть любимой. И больше никогда не ждала знаков внимания от противоположного пола. Меня полюбил главный человек в моей жизни, и мне этого всегда хватало. Хватало, до этого момента.

Теперь, когда меня выделили из толпы, я почувствовала себя королевой, богиней. Во мне зарождалась новая сила. Ощущения были сильными, необычными – немного страшно, но безумно приятно быть замеченной. Я боялась только одного, что завтра это чувство уйдет, и я превращусь в офисную серую мышку, какой была всегда. Поэтому сейчас я заставила себя раствориться в мощном потоке энергии, которая будто оживляла каждую клеточку и заново учила ее жить. Жить с огнем внутри. Стать путеводной звездой. Стать Авророй.

1-й год. Глава 4

1-й год. Глава 4

За завтраком было немного народу, и я легко заметила компанию из пятерых корейцев, четыре участника группы и их менеджер. Я не старалась попасться им на глаза, но Ли Риан все же увидел, и весь стол приподнялся и поклонился мне. Я ответила легким кивком и вернулась к выбору блюд. Было удивительно видеть их так рано уже на ногах, когда они закончили так поздно вчера. Видимо, азиатская работоспособность в действии.

Я не ждала, что они пригласят меня к себе, поэтому села за боковой столик, чтобы лишний раз насладиться видом из окна. Когда я перешла к чаю, Ли Риан неожиданно возник передо мной и спросил, может ли присоединиться. Естественно, я пригласила его присесть.

– Надеюсь, не доставлю вам беспокойства.

– Что вы! Я только рада компании. И наверное, после вчерашнего нам можно уже перейти на «ты», – увидев его изумление, я принялась объяснять. – Ты спас мне жизнь! Ты уже забыл?

– А-а, ты о том неловком моменте? Не думал, что сделал что-то важное.

– Ну, во-первых, ты помог женщине в беде и поймал тележку. Не все готовы прийти на помощь незнакомому человеку. А во-вторых, конечно, уберег меня от нелепой смерти, – я нервно засмеялась и было приятно видеть, как моя улыбка преобразила его настроение. Он зарделся, а я вспомнила его пальцы на моей шее, и скорее спрятала блеск глаз, опустив их в чашку, будто разглядывая чаинки.

– Вы… То есть ты надолго здесь?

– Уже нет, у меня осталось всего дня три. Командировка – это мероприятие, ограниченное во времени.

– Все же, три дня – это больше, чем мгновение в коридоре или утренний кофе.

Я медленно повернула голову к собеседнику. Он флиртовал? Намекал на продолжение? Я же не выдумывала это? Пусть на свидании я не была уже лет пятнадцать, но это было достаточно открытое ухаживание. Если это действительно было так, то меня поражало, как он умело манипулировал словами – не зря же был главным сочинителем песен в группе. После стольких лет практики он точно знал, как завладеть вниманием противоположного пола. И сейчас он полностью владел моим. Более того, я уже готова была поддаться моменту и подставить годами не целованные губы. Но завибрировал телефон, и я вспомнила, что меня ждет такси.

– Тем более, когда мы живем так близко друг к другу, – бросила я и встала. – Спасибо за компанию. Надеюсь на скорую встречу.

– Сегодня сочельник и в лаунже обещают увеселительное мероприятие. Всю ночь.

– Сочельник? – удивилась я. Это слово ассоциировалось только с Рождеством, но он же в январе… – Католическое рождество! – догадалась наконец я.

– Да, а ты не отмечаешь?

– Нет, я из России. Наш православный календарь запаздывает на две недели, – выпалила я, но только теперь поняла, какую стену выстроила между нами. Наши страны сейчас не дружили на официальном уровне, и наше общение могло принести серьезный урон репутации певца и группе в целом. Но я уже была на ногах. – Но звучит интересно. Аньон (пер. – Пока)!

На прощание я улыбнулась и легонько поклонилась в дань культурным традициям. И ушла, оставив свое сердце у него на блюдечке с миндальным пирогом.

За что я любила свою работу – она спорилась в любом моем состоянии. Более того, она помогала мне держаться в рамках и не расплываться от воспоминаний улыбки иностранца. Однако в обед ко мне заглянула Ясмина. Она зашла пригласить меня на празднование Рождества, но увидев мое взбудораженное состояние, позвала остальных и закрыла дверь.

– А теперь рассказывай! – потребовали девушки.

– Что? – удивилась я, плохо скрывая безумие в глазах.

– Мы же все видим – ты сейчас взорвешься! – уверила Юля.

– Это от работы – я отстаю по срокам, – соврала я.

– Нет, это ты сейчас от документов отстаешь и все нам рассказываешь, – потребовала Жанна.

– Блин, даже чаю не выпить. Скоро обедать будем. Ну ладно. Давай уже рассказывай, – настояла Оливия.

И я рассказала. Я с удовольствием закрыла глаза и вновь представила себе каждую деталь вчерашнего вечера и сегодняшнего утра. Для него я тщательно подбирала слова – ничто не должно показать его не в том свете. Ведь он был настоящим героем.

Я открыла глаза, а девушки с открытыми ртами уставились на меня. Первая опомнилась Оливия:

– А я говорила, то ли еще будет!

– Ты так красиво рассказываешь, что я прям представила себя на твоем месте. Вот только я бы его поцеловала. Не сдержалась бы.

Кивками остальные поддержали Жанну.

– Да я бы тоже, – призналась я. – Если бы не была замужем. Но я не сделаю этого ни за что.

– А может один поцелуй не считается изменой? – уточнила Жанна.

– Слушай, тебе нужен холодный душ! – сказала я, и со смехом потащила всех в столовую.

Дубайский филиал был одним из самых разнообразных в плане сотрудников. Каждый день в офисе сталкивались почти все культуры мира. И поэтому директор позволял и даже настаивал, чтобы отмечались праздники всех стран и религий. Он считал, что это объединяет коллег и расширяет их мировоззрение.

Поэтому через несколько минут мы стояли перед фуршетным столом, состоящим из классических рождественских блюд, которые мы так часто видели в западных фильмах. А во главе стола была конечно же индейка с гарниром из каштанового пюре. Здесь же был знаменитый британский минс-пай, сладкие пирожки с сухофруктами и специями; имбирные пряники в форме человечков, сердечек, звездочек и елочек, украшенные разноцветными узорами из айсинга. Не обошлось без мясной и сырной нарезки. И я зареклась обязательно попробовать верблюжий сыр, о котором так много говорили девушки. Нарезанные фрукты соблазняли сочными текстурами.

Алкоголя на столе не было – выпивка на рабочем месте руководством не поощрялась. Но был очень вкусный безалкогольный пунш и пряный глинтвейн. Мы подняли бокалы, и Коллин Фостер торжественно произнес первый тост. Он рассыпался в благодарностях за хорошую командную работу, желал всем отличного отдыха, теплых семейных посиделок и долгожданных подарков. А затем, чтобы не смущать сотрудников, отчалил.

Мы выпили за начальника, и Ясмина раздала всем подарки. К моему удивлению, компания не забыла и про меня. Как только официальная часть была окончена, я дернулась вернуться к делам, но работники громко порицали мою попытку сбежать. Мне пришлось остаться еще на час. И хотя было весело, и я много общалась с любым, кто решался со мной заговорить, я постоянно искала возможность незаметно ускользнуть.

Только народ потянулся на выход, и я радостно потирала руки, как сообщили, что на этом рабочий день окончен. Никогда не любила оставлять незаконченные дела, потому попросила полчаса, чтобы добить еще одну коробку. Ясмина смерила меня строгим взглядом, но все же согласилась дать мне столько времени, сколько займет уборка стола и мытье посуды после праздника.

Я закончила даже чуть раньше и вместе с остальными сотрудниками покинула этаж. Девчонки утащили меня на парковку. Ясмина не вызывала такси, решив, что кто-то из компании сможет меня подвезти.

– Что будешь делать? – спросили девчонки, когда мы остановились посередине бетонной конструкции.

– Теперь у меня освободилось целых полдня, так что нужно бежать за покупками. Если магазины работают, конечно.

– О! Они будут работать допоздна. Здесь так принято, чтобы людям после работы хватило времени отдохнуть, прогуляться, – объяснила Ясмина.

– Замечательно. Значит, у меня достаточно времени.

– С чего начнешь?

– Я собралась за специями.

Юля встрепенулась и оторвалась от телефона, где открыла карту, чтобы построить маршрут:

– Ну, это можно купить в любом молле (Mall– пер. торговый центр).

– Не хочу в торговый центр, – призналась я. – Хотелось бы между лавочек пройтись. Есть какая-то улочка с прилавками?

– О! – сказала она. – А давай я тебя отвезу на Рынок специй. Как раз то, что тебе нужно.

– Конечно! Я с удовольствием.

– Ты еще что-то планируешь покупать? – с надеждой спросила Жанна.

– Да, потом я бы прошлась по моллу, чтобы еще что-то посмотреть.

– Отлично! Я дождусь тебя в Дубай молле.

– Спасибо! Мне будет приятно, что ты составишь мне компанию.

Жанна налетела на меня с объятьями и побежала к машине.

– Если решишь купить абайю, обращайся, – сказала Ясмина.

– Ах, надо все-таки запомнить название! Хорошо, буду иметь в виду.

Ясмина тоже села в машину и уехала.

Оливия тщетно пыталась придумать, что бы мы могли с ней купить, и в конце концов, попрощалась и ушла. Мы с Юлей сели в машину. Она сразу включила кондиционер и только потом нажала на газ. В дороге я узнала, что Юля очень любит готовить и перепробовала все специи, которые смогла найти. И конечно, она изучила все места, где можно отовариться.

Рынок находился в старой части района Дейры и изящно вписывался в атмосферу квартала. Всего несколько смежных переулков с торговыми павильонами, но казалось, это был огромный мир. Мы с Юлей остановились перед высокой резной аркой с надписью на арабском и на английском «SpiceSouk». Последний раз вдохнули свежего воздуха, а затем попали в мир неприготовленных блюд. Такой аромат обычно стоит в грузинских ресторанах, особенно если сесть поближе к кухне.

Запахи специй сливались, одурманивая голову и заставляя мечтать о еде. Хорошо, что мы поели, а то сразу бы скупили половину базара. Придав себе томное выражение лица мы с напускной неохотой разглядывали мешочки и коробочки. То наклонялась вплотную и недовольно поднимали брови, то неприязненно доставали соцветие или крупную горошину, чтобы определить ее качество, но также томно бросали ее обратно и слабо улыбались продавцу, мол, могло быть и получше. Торговцы неизменно пытались удержать своих покупателей, но мы создали образ крайних приверед и гордо проходили дальше. Юля рассказала, что цены здесь в разы выше, чем в менее туристических местах – все-таки это знаковая достопримечательность, куда даже водят экскурсии. Но она рассчитывала, что вскоре продавцы передадут по сарафанному радио о нашей манере и дальше будут по сговорчивее.

Я старалась замечать не только товары, но и оглядывалась вокруг. Архитектура повторяла национальный исторический стиль с использованием серого и песчаного камня и состаренного темного дерева. Лотки скрывались под навесами, чтобы туристы не сгорали под палящими лучами. При этом света хватало, чтобы разглядеть мешочки с разноцветными приправами. Как я успела прочитать, здесь были и классические: перец, кардамон, зира, куркума, кориандр, тмин, мускатный орех, корица. Но также редкие и экзотические пряности, вроде сушеного черного лимона, калгана, сумака, махлеба, анарданы, корня орхидеи и, конечно же, самой дорогой специи в мире – шафрана.

Но сначала не запахи ударили мне в нос, а по ушам шум толпы классического базара, где люди общались, торговались и хаотично двигались между прилавками. Никогда не любила многолюдье, поэтому и пряталась в отдельном кабинете офиса. Но в этот раз меня даже одолел азарт просмотреть, выбрать и поторговаться как следует. Юля удивила местной особенностью. Оказалось, что даже в магазинах можно было уговорить продавцов на дополнительную скидку. Что уж говорить про уличную торговлю, где каждый сам назначал цену.

Я тщательно запоминала примерный разброс цен по рынку, наблюдала за продавцами, как они общались с покупателями. Это помогло мне выбрать несколько кандидатов. Арабские мужчины годам к шестидесяти все выглядели достаточно грозно, поэтому точно определить, что пряталось за дружелюбными улыбками было нельзя. Однако Юля показала мне на других продавцов и показала, как правильно нужно торговаться.

Она подошла и спросила, сколько будет стоить набор специй, который она хочет собрать. Мужчина назвал ей свою цену, и она что-то воскликнула на арабском. Я заметила, как несколько продавцов покосились на нее и уважительно закивали. Без лишних слов мужчина рядом с ней набрал нужных специй и почтительно передал довольной Юле.

– Конечно, не пятьдесят процентов, но минимум тридцать он мне скинул, – сказала Юля, когда вернулась с трофеем.

– А что за волшебная фраза такая?

– Так говорят только местные, когда они возмущены чьей-то чрезмерной наглостью. Я как-то услышала и выучила. Точнее услышала, подошла к знакомым спросила, они рассказали, перевели и только тогда я выучила.

– Как полезно!

– Ой смотри, нас зазывают другие продавцы. Пойдем накупим тебе дешевых специй!

Нам уже не пришлось строить из себя придирчивых покупателей – торговцы, перекрикивая друг друга, готовы были расстаться со своим товаром за даром. Вскоре у меня было два больших набора популярных специй для супов, мяса, рыбы и овощей, а также несколько смесей безар, которую часто рекомендуют в качестве сувенира. Ее основные ингредиенты тмин, кориандр, укроп, перец чили, куркума и корица. Но в каждый мешочек продавец добавил еще по щепотке пряностей, названиями которых он не поделился. Сказал, секрет, но обязательно будет вкусно. И за это получил от нас лучезарные улыбки и благодарность.

Бросив покупки в плотную сумку, мы пошли к следующей зоне. Но долго задерживаться не стали, потому что после мощных запахов специй выдержать еще и благовония было невозможно. От резких запахов у меня всегда начинала болеть голова, и я хотела быстро пробежать. Однако Юля обратила мое внимание на набор из бахура и мабхары.

– Бахур, – поведала Юля, – это кусочки агарового дерева, пропитанные ароматическими маслами. Обычно спрессованные таблетки или брикеты оставляют тлеть на углях, и сначала благовоние сильно дымит, но когда дым рассеивается, в комнате поселяется приятный запах. А мабхара – это специальная чаша, на которой все это происходит.

И я, поверив на слово, взяла и то, и другое. Но затем попросила уже покинуть это место. Когда закончились запахи, я отдышалась и готова была продолжать шоппинг. В посуде я потерялась среди ярких красок и витиеватых узоров. В итоге я сторговалась на три чашки с видами Дубая и вдохновенными надписями и отхватила для себя потрясающее расписное блюдо, в котором красиво смотрелась бы любая еда. Я не переживала за сохранность перевозки, потому что мой единственный чемодан я брала в самолет. Юля силой оттаскивала меня от прилавков, чтобы я не скупила посуды для небольшого ресторана.

Мы вышли уставшие, пропахшие букетом специй, но довольные покупками.

– Нужен кофе! – заявила я. – Мой нос не выдержал проверки, я ничего не чувствую.

– Согласна! Даже я привычная к богатству запахов и то уже никакая.

Мы увидели неподалеку кафе и зашли. Заказали кофе и баклаву, так похожую на привычную мне пахлаву. Только нам принесли ароматный напиток, и мы почти погрузились носами в кружки. Наконец, мы смогли почувствовать знакомый запах и немного пришли в себя. Через полчаса отдыха и приятного разговора мы уже мчали к торговому центру, где меня ждала Жанна. Я поблагодарила Юлю за компанию, и она впервые обняла меня на прощание. Я немного переживала, что так бесстыдно тратила ее время, но похоже, что она сама получила удовольствие от поездки.

Я сполна напиталась местным колоритом и окунулась в самую культуру. Теперь мне вновь хотелось цивилизации, кондиционеров и огромных крытых холлов с прозрачными потолками. В принципе я накупила достаточно, чтобы порадовать друзей и родных, но я человек дотошный и хотела посмотреть полный ассортимент товаров. Даже при том, что суточные, сэкономленные в другие дни, сейчас катастрофически заканчивались. Хорошо хоть такси было за счет фирмы, и мне не нужно было строить маршруты на общественном транспорте, про который я слышала немного, но не очень хорошее. Например, что они не всегда следовали своему расписанию. А стоять уставшему и загруженному сувенирами под паленым солнцем вряд ли принесло бы удовольствие.

Внутри здания с высоченными потолками дышалось легко и свежо. Может быть, даже чуть более свежо, чем хотелось бы. Жанна объяснила, что кондиционеры всегда шпарили по полной, даже при снижении средней температуры зимой. Этот факт нельзя было понять, только принять. С Жанной мы встретились у входа, где меня высадила Юля, потому что я боялась потеряться в незнакомом месте.

Мы медленно прогуливались, и подруга рассказывала о брендах, трендах и всем, что видела. Я не собиралась что-то покупать, но уже не могла остановить свою жажду исследования. Местная парфюмерия оказалась слишком дорогой. Но Жанне я сказала, что еще в беременность стала чувствительной ко всем запахам и уже несколько лет вообще не пользовалась духами. Однако пройти мимо вывесок про масло уд, одного из самых дорогих парфюмерных ингредиентов, она мне не дала.

– Это сильнейший афродизиак. Он обладает резким, глубоким и многогранным ароматом. Внутри бутылочки маслянистое вещество агарового дерева, из которого делаются благовония.

– О! Я взяла на рынке, – и открыла сумку с доказательством.

– Это замечательно, но здесь на Востоке масло уд ценится дороже золота.

– А значит, я себе такое позволить не смогу.

– Ну, неужели ты не хочешь даже понюхать?

Жанна была так возмущена, что я не смогла ей отказать, и мы зашли в магазин. К моему большому облегчению, ни один из ароматов мне действительно не понравился, и со спокойной душой мы пошли дальше.

Золотые украшения и изделия из жемчуга я просмотрела мельком. Ни то, ни другое не являлось редкостью на российском рынке. А корону или пояс мне было носить не по статусу. Только если на корпоратив выпендриться. Зато я позволила себе затеряться среди коридоров тканей. То, с каким уважением арабы относились к собственной одежде, мне импонировало. Плотные, но легкие ткани для пошива традиционных арабских одежд были великолепны. И главное удовольствие было осязать пальцами эти нежные текстуры. На сами абайи, расшитые узорами, бисером или стразами, я смотрела недолго, к в музее. По моему классическому европейскому костюму было видно, что я вряд ли что-то куплю, и продавцы недовольно смотрели в мою сторону.

Последнее, куда мы заглянули, были несколько лавок с сувенирной продукцией. Здесь были фигурки и статуэтки в виде пальм и верблюдов, главных достояний региона. Исторически финики являлись одним из основных продуктов питания для жителей Ближнего Востока. Из листьев пальмы делали молитвенные коврики, корзины, посуду, а древесину использовали для строительства. Эти деревья в Арабских Эмиратах ценят настолько высоко, что даже знаменитые искусственные острова у берегов Дубая создали по их подобию. Чего только не узнаешь от болтливой подруги. Но я все же осталась без покупки.

Не пройдя и половины центра я почувствовала жуткую усталость от увиденного. Изделия ручной работы, конечно, восхищали, но стоили таких денег, что нужно было быть местным шейхом, чтобы позволить хотя бы часть из этого. А от сияющих, переливающихся и ярких предметов начинали болеть глаза. И простое убранство комнаты в отеле казалось спасением. И все же Жанна выглядела довольной, что показала мне этот кусочек города. Я ее поблагодарила и собиралась вызвать такси, но она и слышать не захотела и потащила за собой на парковку.

Когда мы выехали на улицу, оказалось, что солнце уже село и город взорвался тысячами огней. Я выдохнула горячий воздух и вдохнула вечернюю прохладу.

– Девчонки, вы такой насыщенный день мне устроили! Спасибо вам. Не представляю, как сама бы все осилила.

– А нам и в радость! Я бы и сама не пошла, если бы завтра не был выходной день.

– В смысле выходной?

– А тебе никто не сказал? В католическое Рождество мы всегда отдыхаем. Точней стали отдыхать, когда к нам пришел Фостер. Официально в Эмиратах это рабочий день, но Фостер по сложившейся традиции устраивает нам выходной. Мы выходим, только если что-то супер срочное вылезает. Но чего-то я даже не помню такого.

– Спасибо, что предупредила, а то я бы приехала и стучалась в закрытые двери.

– Ха-ха! Всегда пожалуйста. Так что отдыхай.

– О, сразу выключу будильник, чтобы выспаться денек.

Единственная мысль, которая не усыпляла меня в машине на обратной дороге – это был душ. Я мечтала о рое маленьких струек, которые будут стучать по макушке и сбегать вниз по всем телу. Я распрощалась с Жанной, забрала все сумки и почти бежала в номер. После душа я легла. Ноги зудели, что я даже натерла их кремом: который всегда возила с собой. Написала в семейный чат, скинула несколько фото рынка и разных магазинов и в ожидании ответа уснула.