Текст книги "До встречи в Дубае (СИ)"

Автор книги: Виктория Короткова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

А потом нас отвлекла неожиданно возникшая коробка с песочными часами на большом пустом пространстве. Так архитектор хотел выделить зоопарк Зеленая планета (the green planet). Но об этом мы узнали из поисковика, куда сразу полезли, как только проехали комплекс мимо.

Оказалось, что внутри росло дерево почти тридцать метров высотой, вокруг которого был выстроен тропический оазис для растений и животных. Птицы свободно перемещались по комплексу, а не были заперты в клетках, как например в российских зоопарках. И фотографии очевидцев приятно удивляли близостью к природе. К нашему сожалению, сейчас он был уже закрыт, и скорей всего мы не попадем в него в другой день, но мы впитывали ту толику знаний о достопримечательностях, что у нас появилась.

И наконец, машина повернула направо, открыв вид на самую высокую башню в мире – Бурдж-Халифу. Мы прильнули к окнам: предвкушение достигло своего апогея. В близи башня казалась невероятно высокой и напоминала гигантскую лестницу в другие миры. Если днем она могла сливаться с небом или теряться в дымке, то в ночи ее подсвечивали десятки прожекторов. Она сияла на сцене, выделяясь среди других высотных зданий.

1-й год. Глава 5. Часть 3

1-й год. Глава 5. Часть 3

Такси застряло в небольшой пробке, не доезжая центра. Мы попросили водителя припарковаться, он выбрал пустую автобусную остановку и высадил нас. Риан вышел первым и подал мне руку. Я лишь слегка улыбнулась этому жесту, но внутри ликовала истинная леди. Давненько никто не подавал мне руку, да что уж там, вообще не помню такого – это что-то из романтических фильмов моего детства. Мне было интересно, что будет потом, отпустит ли он меня или мы за руки будем гулять. С чего такие мысли возникали, я не знала, но у меня включился режим влюбленной школьницы, и я подмечала каждый взгляд, ловила каждое касание и строила грандиозные планы.

Риан ладонь отпустил, но как и у отеля предложил мне взять его под руку. Мне понравилось, что мы могли идти так близко друг к другу. Толпы туристов сновали по близлежащим улицам, и я в любой момент могла прижаться к нему, если нужно было освободить проход. Вообще, я использовала любой повод, чтобы прижаться к нему.

На улице было не жарко, иногда поддувал прохладный ветер – Риан был прав, заставив меня взять теплую одежду. Мы шли медленно, наслаждаясь видами и предвкушая главную достопримечательность, ради которой мы сюда и приехали. На город опустились сумерки, но под светом фонарей и мощной подсветкой зданий было ясно как днем. В отличие от России в Дубае доминировали белые лампы, и глаза не напрягались, чтобы выхватывать из темноты очертания домов.

Пока мы двигались было тепло – а внутри даже жарко, сердце билось, будто торопилось любить. Мы пересекли шоссе, и меня удивило количество полос движения. И все равно поток был настолько насыщенным, что образовалась пробка. Нам оставалось только обогнуть высотку, пройтись вдоль торгового центра и до площади с башней было подать рукой. Мы не говорили, потому что были заняты изучением незнакомой обстановки и лавированием между праздных гуляк.

Наконец, Бурдж-халифа открылась во всем своем величии. Одно дело видеть фотографии и картинки, другое – видеть это шедевр архитектуры воочию. Вокруг меня все стояли с вытянутыми вверх телефонами, и никто не смотрел на настоящую башню. Я повернула голову и увидела восторг в глазах корейца. Ли Риан не фотографировал здание, а поднимал взгляд все выше и выше, чтобы дойти да самого шпиля. Мы разделяли желание – забраться на эту неприступную крепость – и хотя я понимала, что ночь на дворе, но мне так захотелось осуществить этот маленький каприз.

Я с грустью перевела взгляд на вход и, к моему удивлению, увидела выходящих из дверей довольных людей. Недолго думая, я схватила музыканта и потащила за собой. Он даже не спросил, куда мы направлялись, а полностью доверился мне. Нас встретил охранник и преградил путь. Сердце сразу ушло в пятки – ну конечно, как я могла подумать, что мир перевернется ради меня. Я знала, что вечером все музеи закрыты. Без исключений.

Риан все еще вел диалог, в котором я не участвовала. Я просто хотела уйти и придумать другое занятие, но Ли настойчиво задавал вопросы. Когда я решила прислушаться к словам, он отвернулся с телефоном в руках. Я не стала его отвлекать, а просто терпеливо ждала. Когда он повернулся, лицо его сияло, он показал экран телефона охраннику и торжественно произнес:

– Два билета!

– Добро пожаловать, – произнес охранник и пропустил внутрь.

Теперь настала очередь Риана брать меня за руку и тащить внутрь.

– Что это было?

– Ночью не работают кассы. Нужно было просто купить билеты онлайн.

– И все?

Он довольно кивнул.

Мы только мечтали забраться на самый верх, почувствовать ветер в волосах и свысока посмотреть на город, который так нагло поселился в наших сердцах по соседству друг с другом, и нам опять повезло. Вместе с другими счастливчиками мы прошли в скоростной лифт. По дороге на сто пятидесятый этаж закладывало уши, но это быстро прошло, когда нас угостили кофе и вкусняшками. А попутно рассказали историю строительства башни. На открытый балкон нас не пустили, но мы смогли пробраться к одному из панорамных окон.

Ли уже не спрашивал, а просто ухватывал моменты и фотографировал. Его камера ловила в объектив виды города, меня, нас – да, неизменно он делал совместное селфи. Я ограничивалась пейзажами, хотя очень хотелось поймать его улыбку и согреваться ею русской зимой. А город покорно лежал далеко внизу, преклонялся и вновь выказывал свое почтение гостям из далеких стран. Ощущение, что когда мы были вдвоем, весь мир лежал у наших ног, обострилось.

Я продолжала подпитывать его надежды восхищением от увиденного и постоянными отсылками к строчкам его песен. И была абсолютно искренна и с ним, и с собой. Впервые я растворялась в моменте, не думала об ограничениях, не запирала нас в клетки и не вешала ярлыки. Мне просто хотелось насладиться шансом, которого у меня больше не будет. Этот опыт, эти воспоминания останутся со мной навсегда и будут радовать, что состоялась в жизни встреча, одна на миллион, и вопреки всему я не отказалась от нее.

Мы спускались в закрытом пространстве и мой желудок неожиданно громко возмутился. Ли наклонился и шепнул:

– Пора нам по-настоящему поесть. Одними печенькам сыт не будешь.

Я благодарно кивнула.

– Я тут недалеко присмотрел отличное место. Надеюсь, тебе понравится.

Мы прошли сквозь толпы туристов, которые облепили кромку канала вокруг башни с телефонами наизготове в ожидании шоу фонтанов. Мне до сих пор не удалось попасть вовремя, но многие советовали посмотреть. Хотя после лазерного шоу на Алых парусах в Питере, думаю, мало что могло меня удивить.

Ресторан находился тут же на площади. Над ним не было крыши, но деревянный каркас очерчивал границы пространства. Мы вошли в арку с названием «Урла», прошли мимо столиков на двоих, разбросанных по всей территории, но Ли не сбавлял скорость. Вскоре мы оказались у круговой барной стойки, в середине которой кроме бутылок и бокалов возвышалось настоящее дерево. Сейчас оно было украшено елочными игрушками и увешано гирляндами, создавая праздничную атмосферу.

Мы успели заказать ужин и по бокалу шампанского, когда взорвались фонтаны. Заиграла музыка, и струи полетели вверх. Мощные потоки сменялись мелкими брызгами, вторя мелодии. Струи, как девушки из синхронного плавания строго соблюдали красивый рисунок танца и завораживали легкими переходами от стороны к стороне и стремительными падениями капель. Каждое движение сопровождалось яркой подсветкой. Запрограммированное управление превращалось в цветы, елочные шары и водные фейерверки. Я должна была поделиться с дочкой и сняла несколько видео. Звучала популярная песня, которую она поставила на звонок, и мне хотелось показать ей, что каждый раз, когда слышу знакомые ноты, думаю о ней.

Наши блюда принесли уже после завершения шоу, поэтому мы, не отвлекаясь, набросились на еду. Потом заказали чай с десертами и нас прорвало. Всего несколько часов вместе, и мы уже старые друзья, встретившиеся после долгой разлуки. Он рассказывал истории из жизни и рабочие казусы. Поделился, что ему понравилось в России во времена концертов.

– Ты знаешь, что Крокус сити холл сгорел? – спросила я, когда узнала, где им удалось выступить.

– О, нет! Как это случилось?

– Террористическая атака, – начала я и рассказала, что помнила из новостей.

Было видно, что его шокировало мое сообщение, и я поспешила перевести тему на гостеприимство. Он рассказал, что он был приятно удивлен тому теплу, с которым их принимали. Еще больше его удивляло то, что зал пел вместе с ними – многие знали корейские слова. А это всегда было самым приятным.

– А ты не ходила на концерт? – спросил он с надеждой.

Я чуть не проговорилась, что пять лет назад с маленьким ребенком на руках мне было не до концертов. Но ему сказала лишь, что тогда еще не слушала кей-поп.

Мы немного расслабились после еды и вина, и сидели, наслаждаясь компанией и видами. Но я честно думала, что народ уже начнет расходиться, однако площадь все еще была заполнена, а люди кочевали с места на место. Мы поинтересовались у официанта, почему никто не хочет спать, и он с удовольствием на ломанном английском поделился, что впервые в истории Дубай сделал ночь музеев, поэтому многие выставки, смотровые площадки и башни были открыты до утра.

Мы поблагодарили и уставились друг на друга.

– Это знак! – воскликнул он.

– Мы должны все посмотреть! – поддержала я.

Мы вышли на площадь, и ветер, прохладный, но со вкусом возможностей, обдал меня сильным порывом. Веди, Дубай! Надувай паруса наших чувств!

– Музей будущего? – с хитрой улыбкой предложил Риан.

Я кивнула. Я заметила, что часто просто кивала, когда он спрашивал, потому что он читал мои мысли, улавливал желания. Пока мы шли до пункта назначения, мне не хватало, что мы больше не держались за руки. Но мы эмоционально рассказывали разные истории и руки постоянно витали в воздухе, бешено жестикулируя.

Музей, как и другие особенные здания, был виден издалека. Огромное серебряное кольцо с гравировкой арабских символов. Мы встали под арку, и наши взгляды встретились. Казалось, что намеки Дубая продолжаются. Почему музей высоких технологий был круглым, мы узнали позже, когда приняли участие в экскурсии. Необычная форма символизировала человечество: зеленый холм, на котором стоял музей, представлял землю, а пустота внутри кольца – неизвестное будущее, которое как раз было представлено в музее.

Купив билеты, мы проследовали за собравшейся группой в лифт-космический шаттл. Экраны по бокам и на потолке заработали и перенесли нас в город будущего, где небоскребы взлетали до самых небес и машины летали. Кабина направлялась еще выше, еще дальше и даже имитировала небольшие перегрузки и изменение атмосферного давления. Лифт замедлился, когда экраны показали выход в космос и пристыковку к космической станции.

На выходе нас ждал искусственный интеллект Айа, которая знакомила нас с представленными технологиями. Здесь были и залы с деревьями, которым не навредят ни вода, ни огонь; залы с банком семян, собранных на случай глобальной катастрофы; залы, где можно было виртуально примерить костюм космонавта. Но самое интересное было вместе медитировать и посылать импульс энергии в космос. Мы подошли к этому со всей страстью и честностью, взялись за руки и послали свои эмоции в крайний космос, чтобы вселенная почувствовала, насколько сильна бывает человеческая привязанность. Отпускать его руку так не хотелось, но я обещала себе сдерживаться.

Мы вышли и какое-то время просто шли по прохладным городским улицам. Музей в основном нас не очень впечатлил. Это лишь представления о будущем, а не конкретные модели и разработки. Как художественное произведение, автор которого может только предполагать, как будет выглядеть Земля спустя пару веков или какие катастрофы обрушатся на нее в ближайшие годы. Но состояние внутреннего космоса и объединенное сознание нас так и не покинуло. На улицах мы все так же не могли показывать свои чувства из-за строгих арабских законов, но я чувствовала, что не только пиджак греет тело, не только мои мысли. И кожа ждет прикосновений, и губы сохнут без поцелуев.

Молча мы вернулись к центру, и не разбирая улиц, просто шли куда глаза глядят. Дорога вскоре привела нас к гигантской скульптуре, и мы вновь почувствовали себя лилипутами в стране великанов. Все, что мы видели в эту ночь, было гигантских размеров. Сейчас это были мужчина в белой дишдаш и женщина в черной абайе. Фигуры возвышались над нами метра на четыре. Белый мрамор и черный гранит как символы различия миров женщин и мужчин, как символ различия наших миров с Ли.

Мы благоговели перед талантом скульптора, но наш пузырь неумолимо трескался. Он разбивалась о твердый камень судьбы. Скульптура «Вместе» стала заключительной достопримечательностью: не осталось больше сил изучать город. Как этим рядом стоящим фигурам не быть вместе по-настоящему, так и нам придется вскоре расстаться. Неизбежность разлуки сорвала с глаз пелену и показала реальность. У меня чуть не потекли слезы от обрушившейся на плечи тяжести. Никогда… Никогда нам не быть вместе…

– Я вызову такси, – тихо сказала я и, услышав согласие, вытащила телефон.

Пока мы ждали машину, он вытащил и свой телефон.

– Последнее селфи, обещаю.

Как я могла быть против! Только я хотела запечатлеть лучшее между нами, а не те осколки эмоций, что остались к утру. Но только он положил руку на плечо, как напряжение спало, и улыбка легко возникла на лице. Не вместе, но близко, очень близко. Вновь его запах, вновь его шепот «Хана, дуль, сет» (пер. – Раз, два, три).

Уже в такси я подумала, что самые классные снимки останутся у него на телефоне, и я не смогу перелистывать и лелеять эти воспоминания. Единственное, что я себе позволила, это его профиль на одном из селфи с башней. В кадре было еще несколько человек, так что я была спокойна. А пока продолжала украдкой смотреть на него, чтобы запомнить каждую черточку, каждую детальку.

Машина подъехала близко ко входу, и мы вошли, даже не обернувшись на подсвеченную парадную дорогу для шейхов, коими мы чувствовали себя всего несколько часов назад. Легкий кивок ночной смене на ресепшен, и скорее в лифт. Этажи пролетели быстро, и двери выпустили нас в простой коридор. После всей роскоши города, казалось, мы приехали в дешевый мотель, хотя глаза, уставшие от ярких огней, наконец отдыхали.

Мы медленно брели мимо чужих номеров, пока не дошли до моего. Я уже не мечтала о душе, только о мягкой кровати. У двери в последнем порыве сил я взяла его за руки и поблагодарила за прекрасный вечер. Он красноречиво рассыпался в комплиментах в ответ. А потом нужно было просто отпустить его ладони. Но я молчала и смотрела на то, как наши руки идеально подходят друг другу. Мои маленькие пальчики так хорошо ложились в его ладони.

Почему так сложно было отпустить его? Мы всю ночь провели вместе, уже пора было устать друг от друга, но меня неумолимо тянуло к нему. Это было сложно скрыть, поэтому я не смела поднимать глаза. Риан все понял и притянул меня к себе. Тело послушалось, и вскоре я вновь дышала его упоительным запахом. Ли наклонился и поцеловал меня в макушку. Затем откинул волосы и поцеловал лоб, висок, спустился до щеки. Он был готов к продолжению, не смотря на бессмысленность любого начинания, не смотря на отсутствие совместного будущего. Не готова была я. Поэтому вместо моих губ он коснулся моих пальцев.

Я зажала рукой рот, чтобы не позволить ему соблазнить меня еще раз. Омеле можно было поддаться лишь раз. Сейчас в моих глазах был страх. Страх разбить ему сердце, страх поддаться моменту и предать мужа, страх целовать дочку отравленными губами. Он, конечно, не ожидал и открыл глаза, но тут же все понял и сделал шаг назад, уважая мое решение.

– Кольцо… – обреченно произнес он. – Глупо было думать, что ты свободна. Это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.

Не зная, что ответить, я продолжала закрывать рукой рот. И просто кивнула. Опять просто кивнула. Я слишком устала, чтобы что-то объяснять.

– Спокойной ночи, – пожелал он, и в его голосе звучала горечь. Да, не грусть, не разочарование, не злость, а горечь. Он развернулся и ушел, а я последний раз смотрела вслед своему другу. Завтра мы проснемся и снова станем чужими людьми.

Мне стало стыдно и противно, насколько легкомысленно я повела себя. Чем бы это ни было на самом деле, но ничем хорошим это бы не кончилось, если бы мы надкусили запретный плод. И я остановилась, прежде чем позволила нам совершить эту ошибку. Теперь я знала, смогу его отпустить, оставив лишь воспоминания этого безумно счастливого дня. Я-то смогу, а он?

«Не играй со мной,» – эхом отозвалось в голове.

Сердце екнуло: Сможет же? Боже, пусть он сможет. Что же мы наделали?.. Я наделала. Уверенность сменилась обидой на вселенную, что столкнула нас слишком поздно, и теперь делала больно обоим.

Я скинула вещи, но почувствовала, что не смогу уснуть без душа. Я сделала воду похолоднее и быстро ополоснулась. А затем сразу юркнула в кровать. Сон, к счастью, пришел быстро, и никаких сцен не показывал до самого утра.

1-й год. Глава 6

1-й год. Глава 6

Мы вернулись с рассветом, и я уснула уже при свете. Как следствие сон был поверхностный, тревожный, но я заставила себя подняться с кровати только в районе обеда. Первая мысль была о еде, поэтому я умылась, проигнорировав душ, и заторопилась в столовую. В кастрюлях уже оставалось совсем немного, но мне еды хватило. Еще во время поиска съестного я внимательно оглядывалась вокруг – со стороны казалось, что я присматриваю себе местечко – но на самом деле, я искала глазами Ли. И успокоилась, когда не нашла. Однако стоило мне сесть и начать трапезничать, как за стол непринужденно присоединился мой кореец и заговорил без предисловий:

– Я вчера все понял. Честно. И мне не нужно повторять это вслух. Мне просто нужно высказаться, – он отпил большой глоток горячего чая, будто для храбрости. – Мне уже тридцать, а я все еще так наивен. Когда я увидел тебя в зеленом платье, подумал – вот она любовь с первого взгляда. А когда столкнулся в коридоре отеля, уверился, что ты – моя судьба. Как вообще так произошло, что мы встретились в двух несвязанных местах?

– В номере сломался кондиционер, и меня переселили на ваш этаж – видимо, единственное свободное крыло, – проговорила я, но он меня не слушал и витал далеко в своих мыслях.

– Надо же, именно в тот день…

– А что было особенного в том дне?

– Это был мой день рождения.

Я сглотнула прожеванную пищу и перевела взгляд на соседа.

– Да, я встретил тебя в свой тридцатый день рождения. Ты стала моим главным подарком… По крайней мере, я так думал. Но сейчас я сижу и пытаюсь осознать, что я понял не так?

– У меня было такое, – вздохнула я и уставилась в окно. – Я всю жизнь думала, что вселенная подкидывает мне намеки, и готовилась к одному. Настроилась и составляла план действий. Но произошло все совсем по-другому, и было очень больно собирать осколки себя. Сейчас я счастлива, что получилось так, как получилось. Но я все еще помню, как мир рушился и я плакала весь вечер. Я поняла, какое счастье обрела лишь спустя месяцы, – я осмелилась поднять на него глаза. – Я знаю, что ты сейчас чувствуешь.

Я положила руку ему на плечо. Он вдруг наклонился и поцеловал ее. Это было так естественно, будто мы уже давно были вместе, и это было в порядке вещей. Я слегка хлопнула его ладонью, чтобы он больше не позволял себе такого, хотя мне давно хотелось внезапной мужской ласки, которой от мужа спустя столько лет брака ждать не приходилось.

– Что? – возмутился он.

– Да то! «Любовь с первого взгляда» принадлежит не тебе одному. Ты можешь подумать, что я в командировках много себе позволяю. Типа замужем я в России, а в другой стране – совершенно свободна. Нет! Меня не интересуют развлечения на одну ночь. Мне не нужны подарки или возможности, которые мы с мужем не можем себе позволить, – я отпила апельсинового сока, чтобы сделать паузу перед признанием. – Я впервые чувствую такое влечение, впервые позволяю себе открыться другому мужчине – после мужа, конечно. Впервые за много лет целуюсь. Мне приятно проводить с тобой время, меня будоражит мысль о твоем прикосновении, я восхищаюсь твоими талантами…

– Но?

– Разница в нас в том, что ты не можешь поверить, что нам не быть вместе. А я уже поняла это и смирилась.

– Так просто? – возмутился он.

– Такое не дается просто, но у меня есть ответственность, которой я не могу пренебречь даже ради сумасбродной любви.

Он молча переваривал мои слова, наблюдая за случайными чаинками в кружке.

– Прости, надо было сказать тебе сразу, – извинилась я. Сейчас было важно выставить виноватой себя, потому что я готова была к этой ответственности, а он нет.

– Ты не виновата в моем бурном воображении. Я сам все придумал и сам себя настроил. Я должен был спросить, ведь понимал, что ты слишком хороша, чтобы быть одной.

– Не так уж я хороша, как ты думаешь. Возможно, ты принял какой-то свой собирательный образ идеальной женщины за действительность в моем лице. Но жизнь всегда расставляет все по своим местам. И сейчас мы просто не в том месте и не в то время… и не с теми людьми, – аккуратно добавила я.

Он замотал головой, до сих пор отказываясь верить.

– Нет, тут что-то другое. Слишком много всего сходиться. Мой день рождения, мой любимый цвет, песня о том, что «на рождество я хочу только тебя», – это все детали одной картины!

– Вот сейчас ты звучишь дико, – попыталась охладить его я. – Нет такого понятия как «знаки судьбы». Бывает лишь реальность, в которой люди встречаются и расстаются, потому что в отношениях есть третья сторона, – он смотрел оторопело. – Это вы, представители южнокорейского шоу-бизнеса каждый раз придумываете себе какие-то сказочные жизни, которых на самом деле быть не может. Чтобы встречи как фильмах и любовь до гроба. Вы живете в блеске софитов и совсем не знаете настоящую жизнь, где женщины разрываются между работой и домом, чтобы не надоесть мужу, и быть всегда актуальной для своего ребенка, чтобы не потерять его уважение. У нас нет такого, что если ты старше, то тебя автоматически уважают. Каждый раз это нужно заслужить, завоевать, добиться. Это не ваши безжизненные приложения и чарты для голосований, а потом раздача фотобуков и карточек. Тебя если и поддержат, то единицы – твои друзья, и больше никто не узнает о твоих проблемах, потому что никому это неинтересно. И тебе каждый раз приходится надеяться только на себя, – злость все больше овладевала моими словами. – Никто не скажет: «Какой классный отчет – так держать!» или «Ты сегодня отлично поработал – это тянет на премию!». Поэтому мы сами учимся радоваться ежедневным мелочам, чтобы не зависеть от мнения или одобрения кучки неизвестных нам людей. Мы можем влиять только на самое ближайшее окружения, и нас не всегда слушают. Мы взрослеем и учимся на собственном опыте.

– То есть все мы пустышки? – фыркнул он.

– То есть все вы хотите жить также красиво, как рисуете в своих песнях. Но для этого песни и существуют, чтобы отвлекать нас от реальности.

Он резко встал, часто дыша, и явно собирался что-то сказать и затем уйти, но медлил. Я аккуратно взяла его руку и приложила к своей щеке.

– Я согласна, что между нами что-то есть. Я согласна, что совпадений много, и рада, что судьба свела нас хотя бы на этот короткий промежуток времени. Но как бы мне ни было хорошо, я никогда не предам мужчину, которому дала обещание быть рядом до конца. И дочку, которая растет и видит перед глазами пример. Возможно, когда-нибудь я признаюсь ей, что вот была возможность, но я была сильной и отказалась, потому что семья важнее. И буду надеяться, что она в своей жизни будет верна своим обещаниям.

Ли Риан безвольно опустился рядом.

– Изменивший раз – может изменить еще раз, ты так не думаешь? – он кивнул. – Я старше всего на пять лет, но жизненный опыт у меня поболее. Все твои ответственности прописаны в бумажном договоре, а мои – кровью на сердце. Лучше я буду помнить тебя как прекрасный сон, чем тащить на себе вечное чувство вины, да еще и наказывать себя за одну ошибку.

– Ты любишь его? – он даже не смог назвать его «мужем».

– Да, – без колебаний ответила я. – Люблю, уважаю, ценю, хочу возвращаться к нему и знать, что он хочет возвращаться ко мне.

– Он твой идеал?

– Ну, знаешь, это из области фантастики. Конечно, есть то, что мне в нем не нравится, – всякие мелочи. Иногда хочется, чтобы он вел себя как все эти романтичные парни из фильмов. Но у него совершенно другой характер. Вместо цветов он дарит гаджеты, и это его способ сказать «Я люблю тебя». Прежде чем мы поженились, он несколько лет учился, как обходиться с женщиной, потому что у него не было хорошего примера перед глазами, и мне нужно было объяснять простые вещи. Проговаривать вслух. Зато его чувство юмора часто спасало нас от ссор. Я не помню, чтобы мы сильно ссорились, ведь чаще всего он вставлял какую-то фразу из анекдота или комедии – всегда в тему! – и было слишком смешно, чтобы продолжать обижаться. Тут дело именно в том, какой он есть и как он изменился, чтобы быть рядом со мной. Знаешь, а ведь он даже не делал предложение. Я просто решила, что готова к детям и предложила ему. Просто накупила продуктов, сделала вкусные закуски и достала шампанского из закромов. Не понадобилось ни тысячи роз, ни дорогого ресторана, ни предложения на одном колене. Просто домашние посиделки. «Я готова идти дальше. Ты со мной?». И его «Давай попробуем».

В глазах Ли Риан стояли слезы. На его лице было столько эмоций, что я не смогла определить, от умиления или страдания.

– Я ведь многого не прошу, – тихо начал он. Его голос дрожал. – Именно встретить такого человека, который примет тебя таким, какой ты есть, и научит ставить отношения на первое место.

– Но при этом сам ты надеешься на внешнее.

– В смысле?

– Ты выбираешь человека по знакам судьбы, а должен выбирать по общению. По любви не с первого взгляда, а с первого разговора. Все эти моменты с идеальным выходом в сцену – это операторская работа. В жизни такое случается редко. Любовь – это не взрыв эмоций, не безумная страсть, а тихое спокойное чувство, что теперь тебе не надо никуда бежать, не надо ничего придумывать, не надо греться у чужого костра, ведь все, что нужно у тебя уже есть внутри. Ты чувствуешь полноту своего существования. Любой шуткой, песней или бедой ты можешь поделиться, и тебя поймут. Даже если не поймут, то отреагируют, выскажут чувства, откроются в ответ. Диалог и уважение – вот что важно в отношениях. Всегда смотри внутрь человека, а не на то, сходятся ли ваши звезды или нет.

Я доела и решила отнести грязную посуду, а когда вернулась, Ли Риана уже не было. Хотя меня немного задело, что он ушел не попрощавшись, зато больше не пришлось уговаривать его не влюбляться в меня. Жаль, что нельзя было окунуться в курортный роман и на миг почувствовать себя супер-звездой. Хорошо, что теперь можно было расслабиться и отпустить ситуацию. Больше не придется метаться между надежным и новым, понятным и необычным, русским и корейским. Сейчас Ли не было рядом, и он уже казался игрой воображения. Такого просто не могло со мной произойти в реальности. Я открыла телефон и пролистала фотографии – вот! Его там тоже не было.

Зато был целый день для отдыха. Мне удалось посмотреть основные достопримечательности города, и теперь нужно было придумать, куда сходить. Первое, о чем я подумала, был пляж. Я понимала, что уж наступило самое жаркое время, но все равно решила попытать счастье. Однако тут меня ждало разочарование, потому что все прибрежные зоны были увешаны фиолетовыми флагами – символом того, что в близи были замечены опасные морские животные.

И все же на пляже радовались жизни и туристы, и местные. Дети носились и сыпались песком. Кто-то играл в волейбол. Я заметила огромные фонари, будто на стадионе, и спросила зачем они нужны. Оказалось, в Дубае на нескольких пляжах можно было купаться ночью, и то были мощные осветительные системы, чтобы видеть каждого ныряльщика. Я прошлась по кромке воды, не снимая сумку с плеча, чтобы не подумали, что я собираюсь в воду. В какой-то момент дети подбежали и на разных наречиях закричали, указывая в одну сторону. Подошел спасатель и на двух языках, арабском и английском, объяснил, что это рифовая акула, и она почти не нападает на людей, только если ее спровоцируют. Более того, это явление очень редкое, поэтому надо не бояться, а гордиться, что смогли стать очевидцами такого события.

Я улыбнулась рассказу спасателя и пошла дальше. В конце песочной линии я отряхнула ноги, влезла в легкие туфли и вышла на набережную. Солнце уже отклонилось от зенита, но жара не становилась меньше. И мне это нравилось, потому что хотелось последний раз пропитаться теплом перед возвращением в русскую зиму. Пока я гуляла, один раз пронеслась какая-то дорогая и редкая иномарка на бешеной скорости, а за ней летели полицейские на белой с зелеными полосами бмв. Было забавно, что даже полицейские ездили на крутых тачках, и сбежать от них было не так просто.

Я обернулась посмотреть, не несется ли кто еще, и заметила колесо обозрения. Наверное, с первой линии с любой точки было его видно, ведь оно самое высокое в мире. Я поискала в интернете информацию и нашла, что кабина поднимается на двести пятьдесят метров, и мне стало интересно. Я развернулась и пошла навстречу приключениям.

Народу было немного, и мне повезло забраться в кабину одной. Кондиционер освежал воздух, так что я не боялась спариться в закрытом пространстве. Наконец я смогла рассмотреть город – солнце освещало каждый дом, каждое деревце. Дубай полностью раскрылся мне в своем великолепии и грандиозности. С одной стороны, среди пустыни вырос город, где каждое новое здание соревновалось по стилю или высоте. Солнце выжигало все яркие цвета, напоминая, что все это вышло из песка. А с другой – красовался Персидский залив, прячась далеко за горизонтом и сливаясь там с небом.

Теперь я видела все. На первый раз мне хватило впечатлений. Сорок минут один на один с городом. Я поблагодарила его за прекрасное приключение, за теплую встречу и безграничное гостеприимство. И начала прощаться, насыщенная местным колоритом, пропахшая местными ароматами, обожженная бронзовыми лучами. Завтра будет последний рабочий день, а дальше – суета перед вылетом.