Текст книги "До встречи в Дубае (СИ)"

Автор книги: Виктория Короткова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Кабина опустилась вниз, молодой человек помог мне выйти, предложив руку, и я почувствовала твердую почву под ногами. Именно так я и воспринимала эту поездку – она выбила землю из-под ног, а теперь нужно было вновь искать надежную опору. Но приключение было веселым, и сердце уже тосковало по новому другу, как бы я ни пыталась убедить себя, что я ничего к нему не чувствую.

Обратно я добиралась в два раза дольше, потому что автобус долго не ехал. По магазинам я не пошла, потому что закончились командировочные, да и ноги после вчерашней прогулки все еще болели. Однако по дороге я встретила магазин, где купила бутылку вина, немного сыра и оливок.

В номере, чтобы отвлечь мысли от предстоящей разлуки, я решила занять руки и стала собирать чемодан. Хаотично разбросанные вещи и покупки аккуратно укладывались в плотный пластик. Бутыльки я заматывала в одежду, чтобы не разбились по дороге. Меня обрадовало, что даже с сувенирами друзьям и родственникам чемодан закрывался легко. Я лишь оставила брючный костюм широкого покроя на рабочий день и удобную мягкую одежду на обратный вылет. Также ближе положила пуховик, чтобы было удобно достать на месте.

До ужина еще оставалось слишком много времени, так что я успела созвониться с семьей и поделиться с ними последними фотографиями. Я смотрела на родных и внушала себе, что все делала ради них: не срывалась, не бросалась в омут, не расслаблялась, тем самым делая больно и себе, и невинному человеку. А улыбаться и скучать у меня получалось искренне. Я даже призналась, что считаю часы до нашей встречи.

За весь день я сделала немного, но на ужин спускалась без сил. Иллюзия счастья забрала много энергии. Еда совсем не лезла в рот. Зато никого не встретилось, и от этого было немного легче. Сердце устало от переживаний и ярких эмоций – оно хотело покоя. После ужина посидела недолго на балконе, слушая недавние хиты из-под купола. Я посчитала, что дубайского шоколада у меня достаточно, и вскрыла одну упаковку, потому что вино показалось слишком сухим. И наконец настала спасительная ночь. Сон и работа – то, что должно было спасти последние мои нервные клеточки. И я уснула, неожиданно быстро и спокойно.

1-й год. Глава 7

1-й год. Глава 7

Последний рабочий день начался с приятной мелодии и солнца в окне. Одежда, приготовленная с вечера, ждала меня на стуле. Из душа я запрыгнула в легкий брючный костюм, слегка накрасилась и спустилась на завтрак. Быстрый перекус, и я уже мчала в такси. Я хорошо поработала в другие дни и сейчас оставалась лишь одна коробка, с которой я разобралась до обеда. На ланч девчонки позвали меня на обед в кафе, чтобы никто не отвлекал нас в общей столовой. Я решила заказать полюбившиеся мне блюда: Аль-Махбус, томленая баранина с рисом и специями, и кнафе, десерт с козьим сыром и сахарным сиропом.

В перерыве между основными блюдами и десертами девчонки каждая презентовала свой подарок. Мне было очень приятно, но я не понимала, чем заслужила такое внимание.

Юлия вручила маленький пакетик. Когда я рассмотрела, что это был шафран, у меня отпала челюсть.

– Ты что! Это так дорого! – поблагодарила я и крепко обняла.

– Ну, я по распродаже брала себе и решила поделиться.

– Спасибо тебе огромное, каждый раз буду готовить и вспоминать о тебе.

– И фотку мне присылай!

Жанна поставила маленький бутылек на стол. Это оказалось масло уд, которое она так настойчиво рекомендовала, но я так и не решилась купить.

– Это же жидкое золото! Ты с ума сошла! – я была поражена.

– Да там всего капелька – просто, чтобы ты попробовала. Уверена, что оно сочетается с запахом твоей кожи.

Я подумала, что могу использовать его при встречи с Рианом, но тут же отмела эту мысль и крепко обняла подругу.

Ясмина выложила свой пакетик. Он шуршал, но был очень легким, и я сразу догадалась:

– Чай!

– С ароматом жасмина, между прочим. Чтобы ты вспоминала и обо мне.

– Не представляю, как смогу забыть о тебе, восточная красавица!

Ясмина получила от меня нежные объятья.

Оливия выглядела неуверенной.

– После таких подарков мне даже немного стыдно. Но я подумала, что из Дубая нужно обязательно привезти дубайский шоколад, – сказала латинская девушка и протянула набор.

– Представляешь, за все время я даже не попробовала его. Спасибо тебе – ты прочитала мои мысли, – и потянулась обнять смущенную девушку.

Очень вовремя я убрала подарки, и нам принесли чай и десерты. Мы болтали, словно давно знали друг друга, хотя нашей компании было всего несколько дней. И что-то мне подсказывало, что на этом все не кончится. Умом я понимала, что вернуться сюда в следующем году – задача нереальная. Но сердце знало, что это начало большой и долгой дружбы.

На этом подарки не закончились. Директор филиала заглянул, когда я перепроверяла, что просмотрела все предоставленные документы.

– Тебе очень идет этот офис.

Я улыбнулась и отвлеклась.

– Мне он тоже нравится. Как жаль, что сегодня последний день. К хорошему быстро привыкаешь.

– Мы можем сделать это перманентным.

– Коллин, это соблазнительно, но я откажусь.

– Жаль, что работа с вами была такой краткосрочной.

– Мне тоже. Но мне было приятно работать в вашем коллективе.

– Кстати, про коллектив. От всех нас примите благодарность за отличную работу.

Директор Фостер вручил мне набор специй и шоколада. Там же я заметила несколько шариков чая, и улыбнулась, что директор запомнил самый первый день. Я приятно удивилась, что меня настолько выделяли среди работников, и смутилась.

– Спасибо. Я не забуду вашего радушия и щедрости. В душе вы точно русский.

– О, нет, поверьте, я чисты англичанин. Но ваше присутствие сильно на меня – да и на всех нас – влияет. Вы удивительная женщина, и мне действительно жаль терять такого работника. Надеюсь, судьба нас еще сведет.

– Я всем сердцем это поддерживаю. Мне хотелось бы сюда вернуться.

Мужчина уходил, и мне стало грустно, что мой непосредственный начальник был совсем на него не похожим. Я всегда чувствовала себя в мужском клубе, где мужчины снимали сливки, а женщины впахивали за двоих. Наверное, я оставалась лишь потому, что мне нравилось мое затворничество, а на остальное я мало обращала внимание. Но почему-то теперь это предстало так ярко, что я расстроилась, что позволяла так с собой поступать.

Зашла Ясмина с документами на подпись. Я официально передала ей все дела, и она протянула пачку заполненных бланков для бухгалтерии.

– Ты закончила? – грустно спросила она.

– Да, я думаю в оставшееся время позаполнять отчет, чтобы не тратить время на работе. А потом уйти вместе со всеми.

– Тогда нам хватит времени на еще один чай, – обрадовалась она.

– Хорошо.

Девчонки зашли за час до окончания рабочего. Мы старались сохранить прежнюю веселость, но в воздухе витала печаль расставания. После они так и не смогли договориться, кто отвезет меня в отель, и я попросила Ясмину вызвать такси.

В дверях мы столкнулись с директором, и он нежно пожал мне руку. Он приблизился, чтобы обнять меня, но сотрудницы смутили его, и он остановился на официальном прощании. Ясмина, как всегда, закрыла офис – сегодня она выгнала всех по расписанию, чтобы проводить меня. Сотрудники прощались со мной и некоторые тоже презентовали небольшие сувениры. Так у меня прибавилось сувениров на маленького верблюда, пальму, магнитик и небольшую баночку с разноцветным песком.

Задаренная, по дороге в отель я подумала, что впервые вела себя как человек на работе: общалась, участвовала в мероприятиях, была открыта к новым знакомствам. И люди, незнакомые люди потянулись ко мне. Может, это происходило только здесь, где яркое солнце топит ледышки сердец, дарит много витамина D и вызывает желание делиться улыбками и радостью. Но что бы то ни было, мне понравилось жить полной жизнью, а не прятаться за бумагами и работой.

По истине удивительный город: собрал людей со всего мира и объединил их в дружное общество. Теперь точно чемодан будет под завязку. Может даже придется вытащить пуховик – будет вместо подушки для путешествий.

Прежде чем пойти на парковку к своим автомобилям, девушки проводили меня к центральному выходу, где ждало такси. Мы еще раз обнялись, и у нас глаза наполнились слезами. Так странно было уезжать и оставлять настолько глубокий след у них в душе.

– Спишемся! – крикнула я, садясь в машину.

– Я создам чат, – с надрывом в голосе сказала Жанна, и тут же убежала.

Остальные махали мне, пока могли видеть машину. У меня были друзья в Москве, но мы были знакомы еще со школы и общение было чем-то само собой разумеющимся. На работе я в принципе не любила говорить на сторонние темы, сохраняя рабочие отношения. Тем более, что внутри отдела у нас была конкуренция за лучшие командировочные города, и в основном мы избегали друг друга. А тут среди таких разных девушек я нашла родственные души. И мне совершенно не хотелось с ними расставаться. По щекам полились слезы. Но они не были от грусти – их наполняла радость живого и яркого союза.

В номере я первым делом занялась упаковкой подарков, и благодаря многим часам за тетрисом в детстве у меня все прекрасно поместилось. Чтобы скоротать время, я поднялась в открытый бассейн, но не для того, чтобы предаваться воспоминаниям, а чтобы попрощаться с городом, который так быстро и легко поселился в сердце. Народу почти не было, и я спокойно выбрала себе место у края. А затем долго наблюдала, как заходило солнце и бронзовый закат постепенно угасал, позволяя засиять луне и звездам.

Мне подумалось, я хорошо поработала. В этот раз получилось как никогда быстро. И все же эту командировку можно было назвать полноценным отпуском, потому что получилось отдохнуть, увидеть город, народ, прочувствовать традиции и увезти немного с собой.

Во время ужина я никого не встретила, трапеза с морепродуктами прошла в тишине и спокойствии. Затем я вернулась в номер, вышла на балкон и решила допить вчерашнее вино, поздравляя себя с окончанием командировки. Уже завтра этот сладкий сон закончится, и я вновь вернусь в реальность. К мужу и дочке. К работе в подвале. К монотонной работе. А смогу ли я вернуться в это прошлое? Мне только предстояло это узнать.

Утро было суетным. Я несколько раз обошла номер, чтобы перепроверить, что упакованы все подарки. Алкоголь всегда так действовал на меня. Однажды мне стоило забыть, где я оставила зонтик после вечеринки, и с тех пор я сильно нервничала на следующий день, что могла потерять что угодно. Оставалось несколько часов до такси в аэропорт, и мне надо было чем-то себя занять. Я не придумала ничего лучше, как заесть стресс.

Открывая дверь, я чуть не ударила ею одного из участников группы. От меня посыпались извинения, и мужчина успокоил меня, что все в порядке. Когда он прошел, я услышала тихое покашливание. Сердце закачало резче кровь, и в мышцы ударил адреналин. Я знала, кого увижу за спиной, и вместо того, чтобы спрятаться в номере, сдержаться в последний раз, я обернулась. После всего, что было, после всего, что я внушала себе, после всего, что я ему причинила, он все равно смотрел на меня и улыбался. А я таяла и забывала обо всем. Мой взгляд звал, громко и четко, страстно и открыто. Он колебался лишь мгновение. Бросив пару фраз друзьям, он пошел навстречу.

Он приближался медленно, словно в замедленной съемке. И я наслаждалась каждым мгновением. Возможность обнять его еще раз перед поездкой затмевала рассудок. Его походка стала уже родной – именно по ней я безошибочно узнавала его в толпе. Нет, я не могла отпустить его поцелуем. Тело потребовало узнать его на вкус, я должна была почувствовать его близко, тесно, частью меня.

Когда он подошел, я схватила его за полы рубашки и втащила в комнату. Отпихнув чемодан, прильнула к нему губами. Нет, не нежно, как обычно. Я выразила все, что взорвалось внутри, явно приглашая за продолжением. С закрытыми глазами, не отрываясь от его лица, я помогла снять толстовку. Затем пальцы нехотя спустились с горячей шеи и нежной кожи к пуговицам рубашки. Маленькие пластиковые кружочки будто помогали и легко выскальзывали в дырочки, открывая тайны хозяина.

Ли Риан не сопротивлялся. Он полностью отдался страсти поцелуя и сейчас витал далеко в своих фантазиях. Рукава рубашки наконец поддались и соскользнули, и оставалась только футболка. Мы дошли до кровати, я подтолкнула его, и он сел. Я давно представляла, что именно так и начну, чтобы его голова оказалась на уровне моей груди. Связь губ разорвалась, и он уткнулся в ложбинку между грудей, чтобы окунуться в мой запах, свежий утренний, еще не тронутый повседневностью. Я скинула футболку и осталась в топе. Сильные мужские руки заскользили по открытым участкам тела, и пришла новая волна желания. Я откинула голову, чтобы дать ему смять себя в вожделенных объятьях. Его пальцы подлезали под тонкую эластичную ткань топа, нащупывали возбужденные соски и сжимали их нежно, что импульс мгновенно спускался вниз к центру физического удовольствия.

Он чуть наклонил голову и нащупал губами мою шею. Теперь я поняла выражение «поцелуи обжигали кожу». Затяжные чувственные поцелуи пошли выше, пока не достигли щеки, а потом добрались и до губ. Он сделал паузу, чтобы проверить, что в этот раз мои пальцы не преграждали путь, и прильнул со всей страстью. Мы смаковали каждую секунду обмена эмоцией – сейчас она была у нас одна на двоих. Его руки не позволяли себе лишних движений, но обнимали все крепче, пока не вытолкнули из меня весь воздух, и я стала дышать им. Дышать полной грудью, впуская его вместо кислорода в легкие, потом в кровь и затем в каждую клеточку. Теперь я вибрировала на его частоте и только для него. Он окутал меня собой, и в этом коконе новой жизни я готова была существовать свою маленькую вечность. Он будто высасывал из меня прошлое, стирая старые воспоминания – все, что было до него – и вдыхал будущее, светлое счастливое, но только с ним, только ради него.

Я поддавалась, пока не поняла, что отдалась вся, что больше не была собой. Теперь он мог делать со мной что угодно, и я бы не сопротивлялась ни себе, ни ему. А он распалялся все больше. Теперь ему было мало моих губ, и он целовал подбородок и шею, покусывая мягкие участки. Его хватка обрела напор, руки задрожали, а тело напряглось, отбросив нежность. Теперь он вдавливал пальцы в кожу, не в силах удержать овладевшее им желание. А я все больше теряла контроль, давая ему разрешение растерзать меня, если он не сможет сдержать взрыв чувств.

Лишь на секунду я вернулась в комнату, чтобы ухватить его футболку и потянуть наверх. Он нехотя оторвался, но тут же продолжил целовать мое тело. Я была в спортивных штанах и мне нужна была лишь секунда, чтобы их сбросить. Он же был в джинсах, и я простонала, нащупав ремень. С наглостью, которая родилась от переизбытка желания, я отбросила его на кровать и села сверху. К счастью, я быстро справилась с препятствием и раскрыла ширинку. Затем наклонилась к нему, чтобы начать основное действие с поцелуя. Его руки вновь гуляли по телу, наэлекризовывая каждую клеточку. Я выгибнулась, чтобы снять топ, но почувствовала его ладонь.

Это была не очередная ласка. Он отстранял меня. В голову пришла мысль, что он хочет сделать это сам, и я опустила руки и села прямо, но он смотрел на меня с отчаяньем и не двигался. Тогда я подумала, что нужно позволить ему снять штаны, и вот тут я очень даже сильно мешала. Я расхохоталась и соскользнула, чтобы лечь рядом. Однако вместо ожидаемых действий, он повернулся ко мне лицом. Тут я поняла, что дальше ничего не пойдет. Моя рука дернулась и опустилась ему между ног. Он вздрогнул и улыбнулся.

– Все в порядке, я тоже тебя хочу. Возможно, даже больше, чем ты меня.

– Но…

– Но я не могу позволить тебе сорваться в последний момент. Ты не приемлешь измены и никогда себе этого не простишь. А я не могу просто воспользоваться этой минутой слабости. Твой муж доверяет тебе, и я не позволю тебе разрушить ваш союз.

Неимоверным усилием я вернулась в реальность. Я плохо понимала, о чем он говорит. До меня долго доходило, что его тело не будет моим. Я так и останусь голодная. Он, видно, понял мое состояние и его руки мгновенно отреагировали. Одна притянула мою голову, чтобы высосать из меня остатки желания. А вторая приспустила штаны, в которых сгорало возбуждение. Он не стал грубо проникать внутрь, имитируя секс, но нежно прикоснулся к клитору. Несколько аккуратных движений – все, что нужно было моему телу, чтобы мышцы стали сокращаться и обещанное наслаждение разлилось импульсами по нервным окончаниям.

Я прижала его ладонь, чтобы быть его, сделать его частью себя на мгновение, которое он мне подарил, и оторвалась от упоительных губ, ведь мне нужно было выдохнуть остатки страсти. Испарина покрыла лоб, будто мы кувыркались здесь больше часа. Мышцы, уставши, расслабились, и я зарылась в одеяло.

Пока я приходила в себя, он успел одеться и стоял у двери. Вот такой полураздетой и беззащитной он собирался меня оставить.

– Если права ты, то наши дороги больше не пересекутся. Если прав я, то мы обязательно увидимся вновь. И продолжай слушать наши песни, ты услышишь мое послание.

С этими словами он исчез из моей жизни.

В отчаянии я кричала и плакала в подушку. Вряд ли смогу вспомнить хоть что-то из того, как я кляла город и вселенную за произошедшее, но помню было очень больно, что ни одно обезболивающее не помогло бы. В истерике я совершенно забыла о времени. С постели я заставила себя встать, только когда позвонили с фойе, что такси ждет. Я в мгновение ока переоделась в дорожное, взяла чемодан и вышла из номера. Красные глаза я спрятала под темными очками, но красный нос и мокрые щеки скрыть не удалось. Я сдала карточку от номера, подписала нужные документы и вышла из отеля.

Солнце высушивало мои слезы и обжигало разбитое сердце, чтобы вновь соединить потрескавшиеся кусочки в единый сосуд. Так закончился первый год.

2-й год. Глава 8

2-й год. Глава 8

За год многое изменилось. Я успела забыть о любовном приключении как о далеком сне. Я была уверена, что такие истории в жизни не повторяются. И не ждала, что командировка в Дубай опять достанется мне. Хотя начальник говорил, что филиал остался крайне доволен моей работой и высоко оценил аудит, но привилегия за счет фирмы поехать в мини-отпуск досталось другому сотруднику. Я не расстроилась, хотя когда слышала название города, сердце начинало биться чаще.

Все-таки поездка дала огромную встряску нашим с Вадимом отношениям. Мне захотелось того же всплеска эмоций, что я испытала с корейцем, и маленькими шажками мы обогащали нашу семейную – и особенно интимную – жизнь. Заметно было, как муж возвращался уставший и нагруженный с работы, а потом все чаще стал шутить и делать приятные мелочи.

У нас и так было все хорошо, но с обновленными отношениями у нас появилась искра. Началась вторая молодость, и мы поняли, что слишком рано поставили на себе крест. Мы стали активнее проводить свободное время, также позволяя и дочке решать, куда поехать на выходных. И подросток Ева, не смотря на возраст, вдруг откликнулась. Ее хотели понять, и ей это понравилось.

Мою жизнь можно было назвать счастливой, как по классике, мне хотелось идти на работу, потому что я начала общаться с коллегами и интересоваться их жизнью, а потом торопилась домой, чтобы обнять любимых.

Так бы все и закончилось, но в Дубае с новым сотрудником произошел скандал. Он чересчур близко воспринял гостеприимство хозяев и попал в передрягу. Кроме того, что он напился, он еще приставал к сотрудницам, склоняя их к совместному проведении ночи. Но даже это осталось бы слухами и косыми взглядами, так как все участники согласились на первый раз простить молодого повесу. Но вот вождение в нетрезвом виде и непотребное поведение в общественном месте подвели его к тюрьме.

Пока юристы бегали с официальными запросами, начальник извинился перед арабским филиалом и предложил срочно заменить горе-сотрудника. Коллин Фостер проводил переговоры. Он воспользовался ситуацией и потребовал прислать меня. Мой начальник не мог долго сопротивляться, и запустил бюрократическую машину по оформлению командировки. Он обещал, и действительно все прошло оперативно. Меня предупредили, что возможна задержка командировочных. Для вида я попросила ускориться, потому что Дубай – дорогой город. Но нам на днях перевели новогодний бонус, и я была спокойна. Уже к вечеру мне купили билет на самолет с вылетом на следующий день и забронировали гостиницу на пять дней.

Времени было совсем мало, так что я отпросилась с работы и побежала закупать подарки. Как назло, ничего в голову оригинального не приходило, да и пришлось довольствоваться ассортиментом большого магазина по дороге домой. В итоге я купила четыре кухонных набора, в которые входили прихватки, рукавички и фартук. Выбрала расцветку гжель и хохлома. Отдельно добавила по набору льняных полотенец, и пошла в сладкий отдел. Там накупила вкусного русского шоколада, включая мой любимый грильяж, и яблочной пастилы. Заглянула в отдел чаев и нашла полочку с травяными сборами, набрала разных в стеклянных банках. Долго простояла перед вареньями и медом, и ко всему добавила варенье из шишек и орехи в меде. Пока выкладывала на ленту кассы, все думала, не слишком ли дурацкий подарок. Не разочарую ли я их с таким набором? Но выбора у меня не было.

В этот раз я взяла меньше вещей и больше чемодан, чтобы купить что-то в огромных торговых центрах, а также получила заказ от мужа, дочки и даже обеих мам, которые в прошлый раз были в восторге от шалей и специй и как одна заказали себе абайи. Для меня было удивительно, когда они начали соревноваться между собой в готовке с новыми специями, подбирали наряды к вышитым шалям и обменивались фотографиями, где успели в них засветиться. Их многолетнее непринятие друг друга неожиданно переросло в необычную дружбу. Они хоть и сравнивали собственные достижения, но как-то по-доброму. Даже Вадим удивлялся, насколько теплее стали проходить совместные праздники. Эти подарки стоили серьезных вложений, и муж воспринял траты скептически, но впоследствии мы не жалели ни об одном потраченном дирхаме.

Да, Дубай повлиял на всех нас.

И вот я возвращалась. Нетерпение читалось во всех моих жестах и словах. Я не знала, что принесет Дубай в этот раз. Конечно, дочка мне сообщила о концертах ее любимой корейской музыки, но среди них не было той группы, название которой я ждала. Я одновременно расстроилась и обрадовалась. С одной стороны, я не увижусь со старым другом, красивым и талантливым парнем. С другой – я могла быть спокойна за душевное состояние. Меня ждала только работа. И бесконечно яркое арабское солнце.

Закат в самолете смотрелся сказочно. Он вновь манил в жаркое приключение. Подготовиться я не успела, поэтому мысленно разрешала спонтанности вести меня в новом отпуске. Даже не заметила, как пролетело шесть часов и самолет пошел на посадку. «Пристегните ремни – отпуск начинается!» – мысленно проговорила я и улыбнулась.

Деловое настроение, спокойное и уравновешенное, покинуло меня за этот год почти полностью. Я научилась внедрять человеческие качества без помех для работы. И хотя я и раньше получала удовольствие от своей деятельности, сейчас я перешла на новый уровень. Я будто действительно переживала новый виток молодости и вновь хотела знать все и обо всем. Я открылась новым видам спорта, отдыха и увлечений. За год я перепробовала с дочкой кучу новых занятий. Главная задача была помочь ей определиться с будущим направлением, поэтому я не только была партнером, но иногда и подопытной. А вместе с тем и сама делала что-то новое. Мозг больше не скукоживался, покрываясь плесенью старости и ограниченности, а работал в несколько смен, чтобы успевать делать и основные задачи и второстепенные. Наверное, так и развивают мозг – никаких дополнительных упражнений не нужно.

А самое приятное, как на нас с Евой смотрел Вадим. Сколько нежности он скрывал во взгляде. Иногда ему нравилось просто сидеть рядом, и если нас не отвлекал телевизор, то он включал новости. На день рождения мы с дочкой придумали подарить ему приставку, ведь каждый мальчик мечтал о таком подарке, даже если ему было немного за сорок. И ведь угадали. Теперь нас ждали громкие выплески эмоций и ругательства в сторону экрана, где разгорались недетские страсти: гонки, стрелялки и квесты.

Дочка, которая раньше часто просилась гулять с друзьями, стала чаще выбирать нашу компанию. И зная, что скоро она это перерастет, мы украдкой переглядывались и тихо радовались, что из всего разнообразия ее мира, она выбирала нас. Наверное, мы что-то сделали правильно в этой жизни. И теперь она показывала нам новые горизонты, чтобы мы продолжали развиваться, учились наслаждаться каждым моментом и с высоко поднятой головой смотрели в будущее. Спасибо, жизнь, я старалась.

В числе первых я покинула борт боинга, ближе всех встала у ленты, чтобы схватить чемодан, и первая вышла в зал ожидания, где со знакомой табличкой меня уже ждал водитель. В этот раз он приехал заранее. Он встретил меня в прошлый раз, он встречал и в этот – мой первый символ, что отпуск удастся. Пока я выходила с аэропорта, уже стемнело, и ночные улицы расплескали белые и желтые капли фонарей. Полной грудью я вдохнула жженый горячий воздух города и, позволив таксисту забрать мой чемодан, юркнула в кабину и примостилась вплотную к окну, чтобы обласкать привычные виды. Дубай, я скучала!

В отеле в номере, который один в один был похож на прошлогодний, я почувствовала себя как дома и сразу развесила привезенные наряды в шкаф. Неделя в прошлом декабре вспоминалась отдельной жизнью – того же я ждала и от нынешних пяти дней. А потому захотелось домашнего уюта, где вещи разложены по полочкам, и пустой чемодан убран с глаз долой.

Воодушевление сняло усталость. Я тут же достала купальник, шлепки, схватила халат из ванной и побежала в панорамный бассейн. Что-что, а этот вид вспоминался мне чаще других. Высоко над величественным городом, поднявшегося из сухого и безжизненного песка, я чувствовала себя перелетной птицей, что на зиму устремилась в жаркие края.

Вода была теплой, а навес уже украшали к очередному Рождеству. Авторских коктейлей, оказавшихся такими вкусными, пока не делали, но мне не забыть клубнику на губах с мятным послевкусием. Я попросила вишневый сок и вскоре наслаждалась холодным напитком на лежаке, всматриваясь в даль, чтобы уловить намек на Персидский залив. И тихо улыбалась своим мыслям в предвкушении приключений. А потом в состоянии эйфории вернулась в номер и долго не могла уснуть.

Ужин я решила пропустить, потому что хотелось скорее лечь спать, чтобы выйти на работу. Долго ворочалась, вслушиваясь в топот новых постояльцев за дверью, подсознательно ожидая услышать знакомый говор. Но звучали только европейские языки. Я все-таки встала и налила себе стакан воды. За окном было шумно, и я вышла на балкон. Мне открылся вид на гигантский купол. Сегодня он светился фиолетовым и звал к себе любителей потусить. Я шепнула вслух «Не сегодня!» и вернулась под тонкое одеяло. Затем представила увиденный ранее закат, бронзой воспламенивший небо над городом, и только он смог убаюкать расшатанные нервы.

Утром я заставляла себя не торопиться, нетерпение встряхивало сонные мышцы, подгоняя мои движения. Завтрак я старательно жевала, несмотря на то, что взяла воздушный омлет и любимые морепродукты. А посмотрев на время, заставила себя еще взять небольшую тарелку сладостей и чай, чтобы растянуть прием пищи. И все-таки вниз я спустилась раньше корпоративной машины, поэтому сделала кружок вокруг отеля. Сейчас под палящим солнцем архитектура вновь напоминала замки из песка и соответствовала пастельной цветовой гамме.

В офис я вошла с улыбкой и радостно поприветствовала всех, кого смогла запомнить с прошлого раза. Девчонки, которые заходили во время прошлой командировки, тут же перехватили меня, сообщили, что директор будет после обеда. А значит, можно было засесть в комнате отдыха, попить чая и обсудить последние слухи. Я поставила ему пакетик с гостинцами, которые передали от фирмы, и пошла за подругами в столовую.

Пока грелся чайник я разложила привезенные подарки на стол, чтобы девушки сами выбрали, что им больше всего нравится.

– Какое богатство! – воскликнула Оливия. – Как вообще можно что-то выбрать?

– Легко! – сказала Юля и быстро разложила все на четыре кучки. – Вопрос только в том, что тебе больше нравится: гжель или хохлома?

– О! Что за наборы! – обрадовалась Жанна и схватила гжель. Когда она достала фартук из плотной ткани, она чуть ли не со слезами посмотрела на меня.

– Что такое? – испугалась я.

– Я же начала рисовать. А этот фартук такой красивый – как раз то, что нужно. И конфеты мои любимые! Как ты угадала?

– Даже не знаю. У меня было всего пару часов, чтобы хоть что-то придумать. Мне не хотелось оставлять вас без подарков.

– Хохлома потрясающе смотрится! – сказала Ясмина и забрала себе черно-красный набор.

Оливия выбрала гжель и, довольная оставшейся расцветкой, Юля забрала себе кухонный текстиль с хохломой. Теперь мы могли обменяться новостями.

Перво-наперво они, конечно, рассказали все подробности произошедшего с моим предшественником. Парень симпатичный, поэтому возымел влюбленные взгляды со стороны молодых незамужних девушек. И они украдкой старались всецело завоевать его внимание. А стоило ему выпить – и тут никто не мог сказать, где он успел так набраться – он пошел по всем красавицам офиса, чтобы снискать их ласки.

Охрана выгнала его, но он на этом не остановился и пошел по кафе и торговым центрам. В итоге полиция взяла его на пляже, где он приставал к туристкам и куда приехал на арендованной машине в нетрезвом виде. Такое поведение каралось тюремным сроком или большим денежным штрафом. А штраф был неподъемным. В Дубае вообще нет маленьких штрафов.

Мы обсудили, смогут ли юристы компании как-то оправдать дебошира и отделаться депортацией и внутренним наказанием или все же придется взять расходы на фирму и штрафовать работника, пока полностью не будет выплачен долг.

– Хорошо бы обошлись штрафом, а то у нас с алкоголем строго, – сказала Ясмина.

– Его отец в бешенстве, – намекнула я.

– О боже! Я так и знала, что он из потомственных, – с укором проговорила Юля. – Была в нем эта беспардонная уверенность, что ему все сойдет с рук.

– Я переехала сюда из Рио и мне сразу сообщили, что поблажек не будет, – подхватила Оливия. – Вот – работаю как все. А этот идиот устроил дебош уже на третий день! Боюсь представить, как бы он повел себя у нас. Возможно, и до полиции не дошло бы. Бразильцы – люди горячие, могли бы просто по башке надавать ему, и дело с концом.