Текст книги "Друид. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

Соавторы: Алексей Аржанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 49 страниц)

Глава 11

Я осмотрел студентов. В комнате было тихо, все внимательно меня слушали. Студенты смотрели на меня так, будто я только что предложил им коллективно отправиться на войну. Только Левачёв, оставляя на стёклах жирные разводы, нервно потирал очки.

– План предельно простой, – начал я и прислонился к дверному косяку. – Мы не поедем туда с целью совершить атаку. Мы поедем как научная экспедиция, которая возвращалась в Саратов, но совершенно случайно решила заглянуть к гостеприимному барону Чернову. Ещё раз. Нужно ведь как‑то поблагодарить его за приют. А заодно задать пару вопросов о местной почве.

– Но он же нас узнает! – подал голос Костя. Он всё ещё был бледен, но соображать стал гораздо лучше. – А вас? Вы же барон Дубровский. Ваши портреты, может, и не висят в каждой лавке, но Чернов – не идиот. Он ведь должен вас узнать, разве нет?

Я усмехнулся. В прошлой жизни мне не раз приходилось менять маски, чтобы войти в круги людей, где меня никто не ждал. Думаю, и здесь справиться смогу.

– Меня в лицо даже Озёров не видел. Как и большинство его баронов, к слову. Меня там не опознают. Для Чернова я – очередной заносчивый аристократ, которого он видел мельком или вообще не встречал. Я сменю гардероб, нацеплю очки, загашу магическую ауру. Буду вашим коллегой. Четвёртым студентом, ассистентом – да кем угодно! Главное, чтобы вы создавали как можно больше шума.

Игорь Левачёв замер, перестав тереть очки.

– Шума? Какого ещё шума? – спросил он.

– Научного, Игорь. Не надо там затевать драку. За ваше благополучие я тоже беспокоюсь. Просто завалите его терминами. Требуйте показать то место, где вы брали пробы. Жалуйтесь на магические аномалии в его лесу. Ваша задача – вытащить барона и его охрану из дома. Пока вы будете полоскать ему мозги, я найду Павла Демьяновича.

– Это похищение, – прошептал кто‑то из студентов.

– Нет, это – спасение, – отрезал я. – Человека удерживают силой, чтобы он не мешал совершить убийство. В данном случае – твоё, Костя. Так что засуньте свою совесть поглубже и вспомните, что я обещал вам за помощь. Знания, которые я дам, стоят куда дороже.

Левачёв медленно кивнул. Страх в нём уже начал проигрывать жадности. Тщеславие – отличный стимул. Я уже догадался, как лучше влиять на этих студентов.

– Хорошо. Мы сделаем это, – заключил аспирант. – В конце концов нам действительно не помешает забрать ещё пару образцов.

– Всеволод! – Елизавета, до этого молчавшая в тени, решительно шагнула вперёд. Глаза блестят, кулаки сжаты. – Ты не пойдешь туда один. Я знаю это поместье. Бывала там несколько раз. И знаю, где отец обычно принимает пациентов. Догадываюсь, где он сейчас лежит. Без меня ты потратишь часы на поиски!

Я тяжело вздохнул. Ожидаемая реакция, но я на это не соглашусь.

– Нет, Лиза. Даже не обсуждается, – отрезал я.

– Что значит “нет”? – она аж голос повысила от возмущения. – Это мой отец! Я не буду сидеть здесь и ждать, пока ты играешь в шпиона!

– Ты будешь сидеть здесь именно потому, что это твой отец, – я не повышал голос, но старался говорить максимально твёрдо. – У тебя на лице написано, кто ты. Одна случайная встреча с кем‑то из старой прислуги, один неверный взгляд – и нас всех перестреляют. Ты ведь понимаешь, что это возможно.

– Я умею держать себя в руках! – она уже почти сдалась, но всё равно пыталась убедить меня в своей правоте. – Ты сам говорил, что я профессионал.

– В лечебнице – да. На вылазке – нет. Мы и так идём на территорию вассала Озёрова. Слишком часто я таскал за собой своих людей в чужие владения. Хватит. Лимит удачи не бесконечен. В этот раз я пойду в тени. Один лишний человек, особенно такой эмоционально вовлечённый, как ты – это не помощь. А балласт, который может всё испортить. Пойми меня правильно.

– Балласт? – она обиженно нахмурила брови.

– Ты мне нужна здесь, – я посмотрел ей в глаза. Старался дать ей понять, что спор окончен. – Подготовь всё для приёма раненого. Если отец болен или его пытали – мне нужно, чтобы ты была в форме и со стерильными инструментами. Кто ему поможет, если ты сама в итоге окажешься ранена и захвачена врагом?  Это не обсуждается, Елизавета.

Она открыла рот, чтобы что‑то возразить, но встретилась с моим взглядом и осеклась. Я не блефовал. Если она попробует увязаться следом, то просто запру её в подвале. И она это уже поняла.

– Я пойду за ним сама, если ничего не получится и ты его не приведёшь, – прошептала она.

– Приведу, будь уверена.

Я повернулся к студентам. Те смотрели на меня с каким‑то неописуемым ужасом. От былого образа доброго барона не осталось и следа. Сейчас перед ними стоял человек, который привык отдавать приказы.

– Собирайтесь. Возьмите свои приборы, склянки, блокноты. Выглядите так, будто вы завтра действительно возвращаетесь в академию. Выезжаем завтра утром. Степан подготовит нам неприметную повозку. В Васильевке такая точно найдётся, – обозначил я.

И на этом наш разговор подошёл к концу. Я покинул санаторий и направился к своему особняку.

Чувствую, завтрашний день я надолго запомню. В роли другого человека я в чужие владения ещё ни разу не проникал. Но отцу Лизы помочь обязан. Ведь сама Елизавета здорово мне помогала всё это время.

А друзей я в беде не бросаю.

Я прошёл в особняк. Устал как собака, в голове – сплошные схемы дорог и планы поместья Чернова, которые мне подробно расписали студенты. Но до спальни дойти не успел. В конце холла, недалеко от главной лестницы сиял знакомый магический свет. Зелёный. Друидическая магия.

Ох, только этого мне перед сном не хватало…

– Вожак вернулся! – голос Ярины прозвучал прямо над ухом.

Друидка сидела на массивном шкафу, свесив босые ноги и рассматривая меня с таким выражением лица, из‑за которого обычно хочется поскорее отвести взгляд.

Рядом из тени появился Ярослав. Кажется, он даже немного изменился за несколько дней, пока я его не видел. В последнее время он в основном трётся рядом с Яриной. Тренируется. Выглядел он куда более цивилизованнее, чем обычно. Но явно всё ещё привыкал к двум ногам. Всё‑таки непросто переродиться из змея в человека.

– Вы чего здесь засаду устроили? – я стянул перчатки. – Ярослав, ты вроде должен был осваивать человеческую речь, а не в прятки играть.

– Я учусь, господин Дубровский, – тихо произнёс он. Голос его вибрировал. – Но дело не терпит. Мы с Яриной… кое‑что создали.

Ярина спрыгнула со шкафа, приземлившись без единого звука, и тут же втиснулась в моё личное пространство. Благо на этот раз плесенью от неё не пахло. Только дождём и хвоей. Что странно – ведь дождя сегодня не было.

– Не ворчи, – она провела пальцами по моему плечу. Меня обдало жаром. – Ты вечно носишься с этими бумажками и студентами, а настоящая сила – под ногами. Посмотри, что мы собрали из того мусора, который без толку гниёт в лесу.

Она коротко свистнула. Из‑под лестницы, шурша и постукивая по паркету, выкатилось нечто. Это была конструкция из сухих веток, еловых шишек и старой мешковины, скреплённая живыми, сочащимися соком корнями. Штуковина размером с собаку замерла у моих сапог.

– И что это за гербарий на ножках? – я скептически оглядел существо. – Предыдущее твоё творение мне больше нравилось.

– Это разведчики, – Ярослав сделал шаг вперёд, и фамильяр рядом с ним тут же замер.

– Разведчики? – уточнил я. Уж больно меня смутило множественное число.

Но ответ на мой вопрос не заставил себя долго ждать. Я заметил, что под лестницей скрывалось ещё десять таких же существ. Видимо, тот, что вышел ко мне, был кем‑то вроде их командира.

– Я вложил в них часть своей старой искры. Ярина сплела их из плоти леса. Они не чувствуют боли, им не нужна еда. Они – твои глаза там, куда ты не сможешь зайти сам, – объяснил Ярослав.

– Выглядят они как куча дров, – заметил я. – Любой дворовый пёс их за милю учует.

Ярина обиженно фыркнула и прижала ладонь к моей груди. Я почувствовал, как по рёбрам прошла волна её силы.

– Смотри внимательнее, друид. Неужели ты думаешь, что я такая дура? – пропела она.

Она щёлкнула пальцами. Существо внезапно обмякло и рассыпалось. Коряги замерли, шишки откатились к плинтусу, а магический огонёк погас. Через секунду на полу лежала обычная кучка лесного сора, на которую не взглянул бы даже самый дотошный охранник.

– Они умеют мимикрировать, – пояснил Ярослав. – И я настрою их на твою частоту. Ты будешь слышать их шорох в голове. А другие люди – нет.

Я замер, прикидывая варианты. Завтрашний визит к Чернову обещал быть той ещё головной болью. Лезть в дом к вассалу Озёрова – это как совать руку в осиное гнездо. Если я смогу забросить десяток таких шпионов за забор, пока студенты будут развлекать барона… Что ж, это изменит всё.

Ярослав вышел на улицу вместе с новоиспечённым разведывательным отрядом, а Ярина осталась наедине со мной.

– Сколько их у вас? – я посмотрел на друидку.

– Три десятка уже собрали, – Ярина снова лукаво улыбнулась и зашептала так, что её губы чуть ли не коснулись моего уха. – Мы работали всю ночь, Дубровский. Я выложилась до донышка… Мои истоки совсем высохли. Мне бы сейчас тепла… Хорошей встряски, чтобы кровь закипела и мана восстановилась. Ну что, пойдём? У меня в саду есть одно хорошее местечко…

– Ярина, уймись уже! Опять ты за своё! – я мягко, но твёрдо отодвинул её за плечо. – Завтра вылазка. Твои деревянные уродцы едут со мной. Спрячь их в телегу, в двойное дно или под солому. И попроси Ярослава, чтобы к утру всё было готово. Я должен управлять ими интуитивно, без лишних жестов.

Ярина разочарованно надула губы, поправляя ворот своей рубахи, который и так был расстёгнут ниже приличного.

– Вечно ты так… Дела, приказы, долг. Скучный ты, Дубровский. Но ничего. Лес умеет ждать. Когда ты вернёшься победителем, тебе всё равно захочется разделить эту победу со мной. И тогда я не буду такой доброй.

Она развернулась и пошла к выходу, нарочито покачивая бёдрами.

Я остался один в тишине холла. План с разведчиками был по‑настоящему хорош. В мире, где маги ждут удара огненным шаром или проклятия, никто не ждёт подвоха от кучки старых сучьев.

Озёров думал, что я буду играть в честного барона или не буду играть вообще. Зря. Я собираюсь устроить Чернову такой концерт, какого он ещё никогда не видел.

Поднявшись к себе, я упал на кровать прямо в одежде. Сон пришёл мгновенно, но даже в нём я слышал шорох деревянных лап по паркету.

Завтра мы переходим в наступление.

Следующее утро началось с активных сборов. Студенты готовились, а Левачёв что‑то напряжённо бормотал себе под нос.

Степан сработал чётко: в Васильевке он арендовал невзрачную, побитую жизнью повозку у местного мужика. Чтобы не светить нашими лошадьми и не вызывать лишних вопросов у патрулей Чернова, извозчиком сел сам Левачёв. Он – предводитель нашей группы. Со стороны это должно выглядеть реалистично. Как отряд вымотанных походами студентов.

Костя хоть и покачивался, но нашёл в себе силы забраться в телегу. Бледный, с тёмными кругами под глазами, но живой. Ему стало гораздо лучше. Остались только косметические дефекты, которые скоро пройдут.

– Ты как, боец? – я запрыгнул на край повозки, поправляя непривычно узкие очки.

– Жить буду, барон… То есть Всеволод Сергеевич, – поправился он, глядя на мой новый прикид.

– Да, не забывайте. Я – один из аспирантов. Ваш научный руководитель.

Я сегодня кардинально сменил образ. Вместо привычного плаща – поношенная студенческая куртка. Волосы зачёсаны назад и стянуты в тугой хвост, на носу – те самые очки, а магическую ауру я забил вглубь каналов так плотно, что сейчас меня не отличил бы от обычного человека даже опытный маг.

Для всех я был ассистентом Севой. Тихим, неприметным книжным червём.

Несколько часов пути прошли под скрип колёс и редкие перепалки студентов. Игорь Левачёв то и дело хватался за свой портфель, проверяя, на месте ли все бумаги.

– Игорь, успокойся, – не выдержал я, когда он в десятый раз щёлкнул замком. – Ты сейчас выглядишь так, будто везёшь не записи о почве, а план ограбления императорской казны. Расслабься. Ты – важный учёный, тебе все должны. Так и будем себя вести.

– Легко вам говорить, – прошипел он. – А если Чернов решит, что мы слишком много знаем?

– Тогда он совершит ошибку, – отрезал я и устало прикрыл глаза.

В это время под соломой в двойном дне повозки шевелились разведчики Ярины. Три десятка сучков ждали своего часа. Как только мы пересекли границу владений Чернова, я почувствовал лёгкий зуд в затылке – связь, которую настроил Ярослав, работала.

Тихий шорох деревянных лап, который слышал только я.

Вскоре мы подъехали к имению Чернова. Солнце уже начало припекать. Место было живописное, если не знать, что здесь нас всех могут запросто прикончить.

– Вон они, – Игорь кивнул в сторону небольшого домика охотничьего типа у реки. Там уже дежурили люди барона. – Там мы провели вечер и ночь.

Как только мы остановились, я незаметно открыл заслонку в дне. Десяток фамильяров бесшумно метнулись в высокую траву и разбежались по всей территории. Мои “глаза и уши” начали расползаться по имению Чернова.

Мы вышли из повозки. Студенты начали копошиться с приборами, изображая бурную деятельность. К нам ленивой походкой направился рослый детина в кожаном доспехе с эмблемой Чернова. Тот самый стражник, который, по словам Кости, подливал им медовуху. Звали его, кажется, Саввой.

– Опача! – стражник оскалился в неприятной улыбке и зачем‑то поправил тесак на своём поясе. – Глядите‑ка, студентишки вернулись! А мы уж думали, вы там в своих Дубровских лесах сгинули. Где ваш третий‑то?

Игорь напряжённо сглотнул, но роль свою сыграл неплохо.

– Константину нездоровится, он в повозке. Мы приехали завершить замеры. Обнаружили… э‑э… критическую погрешность в анализе маны.

Савва подошел ближе. От него разило запахом перегара и потом. Его взгляд пробежался по мне. И Савва замер. Похоже, моя личность его заинтересовала. Я в это время старательно ковырялся в каком‑то медном аппарате, делая вид, что не могу открутить гайку.

– А это кто такой? Что‑то я тебя в прошлый раз не припомню, – стражник сузил глаза, и в них блеснуло недоброе подозрение.

– Это Сева, наш аспирант, – быстро вставил Левачёв. – Он в прошлый раз в Саратове оставался, отчёты оформлял.

– Аспирант, значит? – Савва подошёл ко мне вплотную. – Да ладно? Серьёзно, что ли? Ну‑ка, аспирант, взгляни на меня!

Плохо дело. Ситуация накаляется. Я медленно поднял голову, решил изобразить озадаченность и лёгкий испуг.

– Гайку… достать не могу… застряла! – промямлил я, чуть подёргивая пальцами.

Стражник нахмурился. Он явно чувствовал какой‑то подвох, но не мог понять, в чём он.

– Ты мне зубы не заговаривай. Чего глаза прячешь? А ну, покажи лицо!

Студенты замерли. Я почувствовал через фамильяра, что в главном доме Чернова началось движение – кто‑то выходил на крыльцо. Если Савва сейчас начнёт обыск или, что ещё хуже, кто‑то из местных магов почует остатки моей маны, план полетит к чертям.

– Господин стражник, – я перешёл на тонкий, заискивающий голосок. – Вы только не бейте… Мы просто… мы просто боимся, что барон Чернов нас прогонит. Нам очень нужны эти данные для диплома.

Да уж, так в актёра я ещё никогда не играл. Но раз уж начал – буду идти до конца. На этой миссии я не могу ошибиться. Нужно провернуть весь план по‑тихому.

Я протянул ему ладони. На них заранее нанёс сок жёлтого корня – теперь кожа выглядела покрасневшей и покрытой мелкими мозолями, как у человека, который целыми днями перемывает пробирки в едких растворах.

Савва брезгливо посмотрел на мои руки и сплюнул.

– Тьфу, химики! Вечно от вас какой‑то дрянью несёт!

Уж кто бы говорил!

Я аж с трудом усмешку сдержал. Но вроде план сработал.

Подозрение в его глазах чуть притухло.

Но он не унимался. Решил развлечься:

– Слышь, аспирант, а медовуху нашу будешь? А то Игорь ваш в прошлый раз быстро скис. Может, ты посильнее окажешься?

Он достал флягу и протянул мне. Я знал, что там может быть. Та же дрянь, что свалила Костю.

– Мне нельзя, господин… – я замахал руками. – Желудок слабый. Наставник ругаться будет.

– Пей, сказал! – Савва вдруг резко схватил меня за грудки и притянул к себе. Его лицо было в паре сантиметров от моего. – Или ты нас не уважаешь? Брезгуешь баронским угощением?

В этот момент один из моих разведчиков в траве под его ногами звучно щёлкнул сучком. Савва дёрнулся, оглянулся на звук, и хватка на мгновение ослабла.

Этого хватило. Я не стал бить его – это раскрыло бы меня. Я просто “случайно” споткнулся, навалился на него всем весом и одновременно влил в его шею крохотный импульс маны. Со стороны это выглядело так, будто неуклюжий студент запутался в собственных ногах.

Но на деле я использовал один из своих козырей. Теперь он точно от нас отстанет. И вскоре ослабнет.

Савва охнул, его рука сама собой разжалась, а фляга выпала из пальцев. Пойло вылилось на землю.

– Ах ты, криворукий! – взревел стражник, замахиваясь для удара.

– Савва! Оставь их! – раздался резкий окрик со стороны дома. К нам шёл рыжеволосый плотный мужчина в богатом охотничьем костюме. Чернов Пётр Алексеевич собственной персоной. За его спиной маячили ещё двое гвардейцев.

Савва тут же вытянулся в струнку, а я снова уткнулся в свою треногу, изображая крайнюю степень перепуга.

– Простите, ваше благородие! – запричитал Левачёв, выбегая вперёд. – Мой коллега… Он такой неуклюжий! Мы всё возместим!

Чернов остановился в паре шагов. Его взгляд был холодным, расчётливым. Он окинул нас взором хозяина, который смотрит на надоедливых мух.

– Снова вы, господа академики? – барон усмехнулся, и в этой усмешке было столько яда, что хватило бы на целую пятилитровую бутылку. – Что же вам не сидится у Дубровского? Неужели у меня трава зеленее?

– Исключительно научный интерес, барон, – Игорь поклонился. – Мы нашли уникальный пласт…

Пока они обменивались любезностями, я закрыл глаза, настраиваясь на разведчиков. Один из них уже пробрался во флигель через вентиляцию. Я увидел тёмный коридор. Почуял запах лекарств и услышал тихий стон из дальней комнаты.

Павел Демьянович был там. Живой.

Чернов тем временем подошёл ко мне. Савва что‑то зашептал ему на ухо, кивнул в мою сторону. Барон прищурился.

– Новый помощник? – он внимательно посмотрел мне в глаза. – Аспирант, значит? Что‑то у тебя взгляд не студенческий. Слишком спокойный для того, кто только что чуть не получил в зубы от моего стражника.

И новые проблемы. На этот раз выкрутиться будет сложнее. Я бы с радостью вмазал этому уроду и, скорее всего, даже смог бы его одолеть.

Но нельзя этого делать. Я должен следовать плану.

Барон был куда проницательнее своего громилы.

– Я просто… просто очень устал, ваше благородие, – я посмотрел на него через линзы очков, постарался изобразить усталую пустоты. – Мы полночи графики строили. У меня в голове одни цифры.

– Цифры – это хорошо, – Чернов медленно убрал трость. – Я люблю цифры. Особенно когда они сходятся. Ладно, работайте. Но чтобы к закату вашей повозки здесь не было. Савва, присмотри за ними. Если кто‑то отойдёт от лагеря хоть на шаг в сторону леса – стреляй без предупреждения. У нас тут… волки развелись. Очень кусачие.

Чернов развернулся и пошёл обратно к дому. Я выдохнул. Первый раунд остался за мной. Мы внутри, легализованы, и стражник теперь считает меня просто бесполезным мешком, который даже стоять ровно не может.

– Работаем, – тихо бросил я студентам, склоняясь над картами. А сам в это время отдавал команду разведчикам: “Окружить флигель. Ждать сигнала”.

Игра началась. И Чернов ещё не знал, что волки, которых он так опасается, уже сидят у него на пороге.

Солнце начало клониться к закату. На улице начало темнеть. Нам любезно предложили перебраться в местную таверну, примыкающую к хозяйственному двору. Уточнили, мол, нечего на виду у дома барина маячить. На самом деле Чернов просто хотел собрать нас в одном месте, под присмотром своих цепных псов.

Внутри таверны находиться было, мягко говоря, отвратительно. Стражники, которые получили свой выходной, надирались по полной программе. Вонь стояла невероятная. Именно здесь, как я понял, в прошлый раз отравили Константина.

Савва после того, как я коснулся его шеи, выглядел предельно бледным и постоянно тёр шею. Он уселся за наш стол, но пока что моя магия ещё не сработала. Остаётся только ждать.

– Садись, интеллигенция, – хриплым голосом скомандовал он. – Будем культурно отдыхать.

Студенты жались друг к другу так, будто на дворе зима, а не начало лета. Я сел с краю, поближе к тени.

Левачёв, молодец! Сразу завёл шарманку про классификацию чернозёмов, активно размахивал руками и отвлекал внимание. Стражники поначалу скалились, но бесплатная выпивка, выставленная якобы в честь нашего успешного исследования, быстро развязала им языки.

Они расслабились.

Я закрыл глаза, делая вид, что задремал, а сам направил слух в сторону соседнего стола, где сидели старшие гвардейцы.

– Слышь, а барон‑то сегодня сам не свой, – вполголоса произнёс один из них, прикладываясь к кружке. – Всё вокруг дома круги нарезает. Видать, чует что‑то.

– Ой, да брось, – отозвался второй. – С его‑то даром… Ты же знаешь, Пётр Алексеевич хорошо людей читает. Чувствует, что с жидкостями внутри них происходит. Я слышал, что он по этой схеме может даже характер человека определить. Не помню, как там эти жидкости называются… Желчь, вода, кровь… Да плевать! Какая разница? Главное, что под его началом мы всегда в безопасности.

Я зафиксировал. Водяной маг. Причём непростой. Похоже, умеет воздействовать на любые жидкости в организме человека. Стражники сейчас как раз говорят про то, что описывал когда‑то Гиппократ. Я об этом наслышан от Елизаветы.

Кровь, слизь, жёлтая желчь и чёрная желчь. Со современной наукой эти вещества не особо контачат, но способность управлять водой в телах людей куда опаснее, чем та же сила управления кровью.

Плохо. Значит, моя маскировка ауры может не спасти, если он решит просканировать поместье.

– Тише ты! – шикнул первый. – Лучше проверь, всё ли готово в гостевом крыле. Сказали, скоро высокий гость прибудет. Сам понимаешь, если что не так – барон нас в расход пустит раньше, чем гость из кареты выйдет.

Гость. Без имени. Нехорошо. Проблем становится всё больше и больше.

Я подал сигнал. Под столом что‑то зашуршало. Один из древесных разведчиков, пробравшийся в таверну через щель в полу, вцепился Савве в сапог и пустил струю сока, вызывающего резкую боль.

– А‑а‑а, зараза! – взревел стражник, вскочил и опрокинул наш стол. – Кто меня за ногу цапнул?! Да у нас тут крысы уже размером с кошку!

В таверне начался хаос. Студенты вскочили, стражники бросились давить воображаемых грызунов, которых Ярина с Ярославом наплодили в избытке. Вот только их это не убьёт. Восстановятся.

Воспользовавшись суматохой, я растворился в тенях за спинами дерущихся и выскользнул через чёрный ход.

Снаружи было уже темно. Связь с разведчиками я ещё не потерял.

Налево… десять шагов… за дерево… потом замереть!

Патруль прошёл в паре метров от меня. Я затаил дыхание, отдал приказ своей магии скрыть моё присутствие, убрать запах, замаскировать меня в окружающих деревьях.

Фамильяры работали идеально: они создавали шум в кустах на другом конце двора, отвлекая охрану. Один из них даже “случайно” уронил ведро, заставив часового уйти разбираться с источником шума.

Флигель показался впереди – приземистое здание, увитое диким виноградом. Окно на втором этаже было тускло освещено.

Я не стал лезть через дверь. Забрался по стене, цеплялся за выступы, которые подсвечивали мне мои разведчики. В итоге поднялся к окну. Замок поддался нажиму маны за секунду. И я скользнул внутрь.

В комнате, где должен был находиться отец Лизы, было очень душно. Старику даже воздуха не оставили. На кровати лежал исхудавший мужчина. Лицо бледное, глаза ввалились, но в чертах угадывалось сходство с Елизаветой. Павел Демьянович.

Я подошёл к нему и положил руку на плечо. Он вздрогнул, открыл глаза, в которых сначала отразился страх.

– Тише, – шепнул я. – Я от Лизы. Мы сейчас уходим. Телега ждёт, я вынесу вас.

Я уже потянулся к его рукам, чтобы проверить пульс и помочь встать, но старик вдруг проявил неожиданную силу. Его костлявые пальцы мёртвой хваткой вцепились в моё предплечье. Взгляд Павла Демьяновича впился в меня. И этот взгляд меня здорово напряг.

– Глупец… – прохрипел он. – Зря ты сюда пришёл. Это поместье… Это клетка. Я живым отсюда не выйду.

– Спокойно, Павел Демьянович, – я попытался высвободиться из его хватки. – Мы прорвёмся. Обещаю.

– Нет, – он покачал головой, и я почувствовал, как по полу прошла едва заметная вибрация. Вибрация магической мощи такого уровня, что у меня пересохло во рту. – Ты не чувствуешь? Земля… Она уже стонет под его шагами.

Я сразу понял, о ком идёт речь. Старик говорит о госте, которого ждёт барон Чернов. О человеке, с которым мы воюем уже давно, но с которым ещё ни разу не встречались лично.

Будь я проклят… Как же нам крупно не повезло!

Старик притянул меня ближе к своему лицу, его глаза расширились от ужаса.

– Это ловушка, парень. Он ждал, когда ты придёшь. Граф Озёров уже здесь.