Текст книги "Морально испорченная (ЛП)"

Автор книги: Вероника Ланцет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)

Глава 11

Марсель

– Ах, Марчелло! Погоди, или лучше сказать Марсель, – голос на другой линии звучит насмешливо.

– Влад, – напряженно отвечаю я. Ему всегда нравится нажимать на мои кнопки.

– Что я могу для тебя сделать, старый друг?

– Ты повеселился за наш счет в прошлый раз? – Сейчас я блефую. Я не совсем уверен, что Бьянка связана с Братвой, но аудиозапись, которую я получил от Тео, заставила меня заподозрить, что Влад мог играть с нами, когда мы просматривали записи.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает он обиженным голосом.

– Бьянка Эшби.

– О да, знакомое имя. Разве она не жена того stiff suit?

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я спрашиваю.

– Нет, не понимаю. Почему бы тебе не разжевать мне это по буквам?

– Она связана с тобой… профессионально?

– Ах, старый друг, даже если бы и была, разве я стал бы говорить?

– Я знаю, что не сказал бы. Но скажи мне что-нибудь, ладно?

– Она не представляет опасности ни для тебя, ни для того значка, к которому ты привязался, если ты спрашиваешь об этом. – Его тон больше не игривый, и я склонен ему верить.

– Это все, что мне было нужно знать. Спасибо.

– Ты стал мягким, Марчелло, – говорит Влад, смеясь.

– Не называй меня так, – шиплю я.

– Я задел твои нежные чувства?

– Конечно, у меня сердце кровью обливается, – фыркаю я.

– Если бы это было правдой… Ты забываешь, что я присутствовал при твоем первом убийстве Марчелло. Я даже давал тебе указания.

– Это было в другой жизни. Теперь я Марсель.

– Ты так думаешь? – спрашивает он, скорее риторически.

– Я вешаю трубку, – говорю я, собираясь завершить разговор, но Влад, будучи Владом, должен бросить мне бомбу.

– Как твой брат?

– Не моя забота.

– Он болен, ты знал?

– Мне все равно. Как и тебе. Насколько я помню, он предпочитал Мишу тебе.

Влад сухо усмехается.

– И даже если так, ты никогда не задумывался, почему он до сих пор жив? – Я не отвечаю.

– Береги себя, старый друг. – Он завершает разговор, и я остаюсь смотреть в пустоту.

Мой брат… Я уже давно не вспоминал о нем. Слишком давно. Я вздыхаю, качая головой. У меня нет брата.

Больше нет.

Ни через десять долгих лет.

Глава 12

Бьянка

Я играю одну и ту же роль слишком много лет. Я знаю, как контролировать свое выражение лица, чтобы казаться робкой, застенчивой, замкнутой. И все же, почему сейчас так трудно сохранять эту маску? Я чувствую себя так, будто задыхаюсь. Будто Тео все время ждет, когда я сорвусь. После моего плаксивого выступления прошлой ночью и минимального общения с Тео, я начала думать, что перестаралась. Но я продолжала.

В то же время, я хочу знать, как обстоят дела с Марселем. Я достаточно часто встречалась с ним на протяжении многих лет, но ни одна из наших встреч не показала, что Марсель знаком с подобными проблемами. А Тео говорил так, будто уборка для Марселя – это обычное дело.

Но одно я знаю точно. Я не могу позволить себе показать какие-либо дыры в моей личности. Именно поэтому мне пришлось сообщить Владу, что завтрашний день отменяется. Мне нужно вести себя как можно более нормально в ближайшее время.

Сейчас мы в моей комнате в доме моего отца. Тео стоит перед зеркалом, завязывая галстук. Я надела одно из своих летних платьев до середины бедра, выбирая непринуждённый, но не слишком повседневный образ.

Как только мы подъехали к дому, нас встретил помощник отца, который сказал нам, что у нас есть немного времени, чтобы подготовиться, и что будут другие гости. Мы ожидали, что будут другие гости, потому что мой отец приглашает нас только тогда, когда хочет продемонстрировать имидж семейного человека. Это хорошо для бизнеса, или так он всегда говорит.

– Ты не знаешь, кто остальные приглашенные? – спрашивает Тео меня, наконец нарушая мучительную тишину.

– Нет, но не волнуйся. Мы делаем то, что делаем всегда. Улыбаемся, ведем светскую беседу, а потом уходим.

– Действительно, – его глаза следят за мной через зеркало, и я набираюсь смелости, чтобы подойти к нему и дотронуться до него. У нас с Тео всегда были очень тактильные отношения, и держать дистанцию означало бы признать, что что-то не так.

Мои руки поднимаются по его безупречно белой рубашке и ложатся на его бицепсы.

– Мы справимся. – Я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы ненадолго прикоснуться губами к его губам. Он не двигается, даже не реагирует, в глазах мелькает какой-то блеск. Мы долго стоим так, глядя друг на друга, прежде чем его рука обхватывает мою талию, и он притягивает меня к себе, чтобы крепко обнять.

– Мы команда, – шепчет он, почти без убеждения.

– Всегда. – Я улыбаюсь ему в грудь, надеясь, что эти слова всегда останутся правдой.

– Ладно, хватит об этом. Давай спустимся и представимся гостям.

Он протягивает мне руку, и мы идем в сторону большой гостиной на первом этаже.

Дом моего отца огромен. В нем более 40 комнат, большинство из которых используются только тогда, когда мой отец устраивает одну из своих экстравагантных вечеринок. В центре вестибюля находится двойная спиральная лестница. Пока мы спускаемся в большой зал, я замечаю несколько фигур, пожимающих руку моему отцу и направляющихся в гостиную.

Когда мы приходим, кажется, что мы последние, и все взгляды внезапно устремляются на нас.

Пожилой джентльмен разговаривает с моим отцом, рядом с ним я вижу еще одного мужчину примерно возраста Тео, его рука клинически ощупывает женщину рядом с ним. Еще двое мужчин, уже глубоко погруженные в разговор, сидят на противоположном диване.

– А вот моя дочь и зять. – с широкой улыбкой на лице отец встает и подходит к нам. Другие люди тоже встают.

Да начнется игра!

Мои собственные губы немедленно растягиваются в полную силу, и я вижу, как Тео тоже изображает приятную улыбку.

– Джентльмен, – начинает мой отец, явно собираясь представить нас.

– Бьянка, Тео, это Рокко Агости и его сын Энцо Агости, а прекрасная дама рядом с ним – его жена Аллегра. – Он машет рукой в их сторону, и я почти ошеломлена личностью гостей. Рокко – грузный мужчина с седыми волосами, которому на вид около шестидесяти, если не больше. Его сын, однако, нисколько не похож на него. Он довольно высокий, мускулистый, но именно его лицо слишком удивительно. Если бы я была нормальной женщиной, я бы, наверное, упала в обморок. Симметрия его черт в сочетании с цветом лица – опасная комбинация. оливковая кожа, которая подчеркивают его ярко-зеленые глаза и темные волосы. Симпатичны мальчик… очень симпатичный. Слишком хорошенький, если сравнивать с его женой. На вид она маленькая и хрупкая, ее кости слишком ломкие. Лицо у нее не примечательное, наверное, на фоне своего мужа она просто… не запоминается.

– Агости, Бьянка и Теодор Гастингс. – отец завершает первый этап знакомства.

– Приятно познакомится, миссис Гастингс. – мурлычет Энцо с английским акцентом, берет мою руку и целует костяшки пальцев. Я заставляю себя продолжать улыбаться, но мои щеки выглядят неестественно сжатыми от его жеста. Тео тут же сжимает руку вокруг меня, и делает шаг, чтобы пожать руку Энцо, намеренно отвлекая его внимание от меня.

– Итальянец, верно? – спрашивает мой муж.

– Родился в Штатах, но вырос на Сицилии, – отвечает Энцо, демонстрируя белые зубы и ослепительную улыбку. Я сужаю на него глаза, не совсем понимая, как кто-то может выглядеть вот так. Затем я перевожу взгляд на его жену, и она кажется совершенно равнодушной к флиртующему обаянию своего мужа. Странно.

– А эти два джентльмена, – продолжает отец, – Мэттью Галлагер и его сын Куинн Галлагер из Бостона. – И отец, и сын невероятно красивы, их внешность противоположна всем присутствующим в комнате. Они красивы, в арийском стиле, но их поза говорит мне, что они также смертельно опасны.

Потом приходит осознание.

Ну, черт меня побери!

Если это не встреча с мафией…

Я не слишком много общалась с итальянской или ирландской мафией, но, похоже, мой отец быстро это исправляет. Я не тупая. Я умею читать между строк: Энцо с его сицилийским воспитанием или мужчины Галлагеры из Бостона, которые, я уверена, собирают боеприпасы, пока мы тут разговариваем.

Тем не менее моя улыбка не дрогнула. Тео тоже не реагирует, но я предполагаю, что он не понимает, что происходит. О том, что он немного вышел из своей зоны комфорта, говорит лишь то, что он держит меня прижатой к себе, а рука на моей талии впивается в мою кожу.

Мне очень хочется сказать ему, что ему не о чем беспокоиться, хотя любая здравомыслящая женщина признает, что внешность Энцо ослепляет. Поэтому, чтобы успокоить его, я прислоняюсь к его плечу, слегка прижимаясь щекой к его руке.

– Пойдемте, сядем. Нам есть, что обсудить. Мистер Эшби расхваливал вас обоих. Теперь я понимаю, почему он такой гордый папа. – говорит толстяк, а я чуть не поперхнулась, когда он произносит «гордый папа». Если бы он только знал…

Мы идем садиться на диваны, предположительно до тех пор, пока нас не позовут в обеденный зал. Я занимаю место рядом с Аллегрой и вижу, как Тео усаживают рядом с Агостисами. Галлагеры сидят прямо напротив нас.

После пристального взгляда на моего мужа Куинн Галлагер начинает разговор, со странного вопроса.

– Вы кажетесь мне удивительно знакомым, мистер Гастингс. Мы встречались раньше? – На лице Куинна видны следы бурной мафиозной жизни. Две белые линии пересекают его левую бровь, а его нос видел лучшие времена, возможно, до того, как его несколько раз ломали. Мой взгляд переходит прямо на его костяшки пальцев, и мои подозрения подтверждаются. Боец. Но тут меня осеняет мысль, и я поворачиваю голову в сторону Тео, сосредоточившись на его костяшках. Странно…

– О, он учился в Бостоне в Гарварде, может быть, вы крутились в одних и тех же кругах? – Я быстро встаю на защиту Тео.

Куинн начинает смеяться.

– О, я сомневаюсь, что…. не важно. – я одариваю его одной из своих «Да, оставь это» улыбок.

– Гарвард, да? – начинает Энцо. – Это там ты встретил свою очаровательную жену? – Его вопрос немного выбивает меня из колеи, в основном потому, что формулировка неуместна.

– Вообще-то, мы встретились в этом самом доме. Нас познакомил ее отец.

– Как жаль, что я не знал вас раньше, мистер Эшби. – добавляет Энцо поворачивается к моему отцу.

Все смеются. Я тоже притворно смеюсь, но, глядя на его жену, задаюсь вопросом, что у них за брак, что он так откровенно пренебрегает ею. Хотя она, кажется, не возражает. Я бы даже сказала, что ее улыбка – самая искренняя из всех, которые были до сих пор. Снова странно.

Тео смотрит в мою сторону на его комментарий, его глаза фиксируются на моем лице.

– Что могу сказать, я счастливчик. – наконец говорит Тео, и тема исчерпана.

Разговор продолжается еще некоторое время, прежде чем мы наконец отправляемся на обед, и мой отец раскрывает свои истинные намерения относительно этой встречи.

Глава 13

Тео

После событий прошлой ночи я никогда не думал, что меня ждет еще одно потрясение в виде моего прошлого, смотрящего мне прямо в глаза. Куинн Галлагер был человеком, которого я мимоходом знал более десяти лет назад, и очень наделся, что он не будет продолжать свою линию допроса. Если он продолжит, мне придется просто пожать плечами и сказать, что у меня важная встреча.

Вмешательство Бьянки спасло меня от ответа, но ее манера разговаривать с этими людьми как-то не та. Она слишком любезна с ними. Знает ли она кого-нибудь из них? Я был особенно потрясен, когда Энцо Агости сделал несколько откровенно кокетливых замечаний в адрес Бьянки, когда рядом с ним стояла его собственная жена.

Вся эта история попахивает чем-то большим, чем просто семейный обед. Я знаю, что Мартин сует свой нос в различные проекты, некоторые из них обходят черту законности, но присутствие Галлагеров здесь говорит мне о том, что это не просто вопрос лазеек.

Я знаю об их империи в Бостоне. Кто живет там и не знает об этом, или не связывается с такими, как они, даже неосознанно? Я также осведомлен об их личном бренде незаконности, который процветал в этом районе после того, как в 80-х и 90-х годах мафия Нью-Йорка объявила их здесь вне закона. И каким-то образом, связи в этим, я начинаю догадываться, зачем я здесь нужен.

А вот присутствие Агости? Это загадка.

Вскоре после знакомства с гостями Мартина дворецкий направляет нас всех в обеденный зал. И снова я могу сказать, что Мартин что-то задумал, просто по тому факту, что он позаботился о том, чтобы я сидел рядом с Рокко Агости и Мэттью Галлагером, а Бьянка рядом с Энцо Агости и Куинном Наллагером. У меня почти возникает искушение запротестовать, но потом я вспоминаю, что она может быть самой смертоносной в комнате, и решаю, что она может сама о себе позаботиться. Однако взгляд, которым она смотрит на меня, говорит о том, что она не совсем довольна таким раскладом. Молодая жена Энцо остается сидеть рядом с Мартином.

Мы некоторое время ведем светскую беседу, пока Мартин не поворачивается ко мне и не переводит разговор на мои текущие карьерные цели.

– Впечатляет, чего вы добились в столь юном возрасте, мистер Гастингс. – Это комментирует Рокко.

– Это было не легко, – осторожно отвечаю я.

– Я понимаю, что есть определенные темы, которыми вы очень увлечены.

– Да, верно. – соглашаюсь я, ожидая, к чему это приведет.

– Мой муж очень вовлечен в жизнь общества, – вмешивается Бьянка. – Он считает, что государственные служащие всегда должны работать в тандеме со своими общинами, а не только для них. – Она дарит мне улыбку, показывая ее гордость за мою работу.

– Это очень похвальная позиция, – добавляет Энцо, глядя на мою жену, как на пустыню, которой еще предстоит появиться. – Мы тоже глубоко верим в такое сотрудничество с нашими государственными служащими. Более того, за годы работы мы установили тесные отношения, которые принесли огромную пользу сообществам и районам.

– Чем вы занимаетесь? – спрашиваю я, и Энцо бросает на Мартина пристальный взгляд.

– Мы занимаемся всем. Но в основном мы владеем сетью ресторанов и отелей в центре города. Однако мы хотим расшириться.

– Мой сын прав. Наш бизнес – семейный, и мы давно занимаемся гостеприимством, – с гордостью говорит Рокко.

– Куда вы думаете расширяться? – На этот раз вопрос задает Бьянка.

– О, то тут, то там, но прежде всего мы рассматривали Верхний Манхэттен.

– Галлагер также думает о расширении своего бизнеса здесь, и Нью-Йорк оказался идеальным местом, с помощью Агости, конечно. – Мартин наклоняет голову к Рокко, и Мэттью кивает.

– Желаю вам удачи, я знаю, как трудно получить какое-либо помещение на Манхэттене, особенно достаточное для отеля или ресторана. – Я стараюсь быть дружелюбным и в то же время отстраненным. Должна быть причина, по которой Мартин заставил нас приехать сюда, и я готов поспорить, что это связано с планами расширения.

– Мы находимся в процессе выкупа другого семейного бизнеса, и Мэттью дал нам разрешение использовать его ресурсы.

– Это здорово, – говорю я, а затем решаю просто пойти на это. – Чтобы не показаться грубым, я буду говорить прямо. Что вам от меня нужно?

– Ох, – Мартин начинает смеяться, почти нервно. – Я же говорил, что он умный.

– Как уже говорилось ранее. – начал Энцо, его акцент стал более явным, чем раньше. – Мы тоже заботимся о благополучии общества и хотели бы, чтобы оно процветало. Мы видели ваш послужной список политики борьбы с преступностью, особенно с бездомными и проституцией.

– Да, верно. Я проводил религиозную кампанию, чтобы убрать людей с улиц. Исследования показали, что места, изобилующие бездомными и проституцией, чаще всего создают благоприятную среду для других преступлений. Моя цель – чтобы мои избиратели чувствовали себя в безопасности в своих домах и районах.

– Ах, я знал, что вы поймете. – Энцо хлопает в ладоши – Очень трудно убрать людей с улиц. – Я не успеваю ответить, как он продолжает: – Вам нужен кто-то, кто сделает за вас всю работу.

– Для этого у нас есть полиция Нью-Йорка, – добавляю я язвительно.

– А полиция Нью-Йорка существует уже около двухсот лет. Скажите, так ли уж она помогла?

– Все так, как есть. Я не буду сидеть здесь и петь дифирамбы полиции. Я знаю, что существует бюрократия, которая ослабляет систему, но что еще можно сделать?

– Мистер Гастингс, я надеюсь, вы знакомы с системой защиты на Сицилии?

– Вы имеете в виду защиту мафии? – О, здесь мы подходим к корню вопроса.

– Именно. Я провел большую часть своего становления на Сицилии, и получил значительное представление о плюсах и минусах такой практики. Вообще-то, я вижу в основном плюсы.

– Конечно, вы видите плюсы. – Мои слова, пожалуй, слишком резкие. – Для тех, кто предлагает защиту, а не для тех, кто действительно нуждается в ней.

– Увы, это было в прошлом. Сейчас новый век, новая эра. Мы можем учиться на наших ошибках и сделать так, чтобы от такой схемы выиграли все.

– Так что же вы, собственно, предлагаете, мистер Агости?

– Мы можем помочь вам в достижении ваших целей по очистке улиц и поддержанию низкого уровня преступности.

– Мы… кто мы?

– К этому моменту наша семья вступила в партнерство с семьей Галлагер. Объединив наши силы, мы сможем предоставить достаточно рабочей силы, чтобы обеспечить безопасность на улицах и чтобы жители больше не боялись.

– И как именно все выиграют от этого?

– Как я уже сказал, районы станут значительно безопаснее. Мы получим доход от платы за охрану, а вы? Ну, вы, конечно, выиграете от того, что у вас такой безупречный послужной список в выполнении ваших обещаний.

– Но это еще не все, не так ли?

– Ну, мы, конечно, были бы признательны, если бы наши предприятия оставались, скажем так, свободными от полиции?

– Это слишком большая просьба для первой встречи, мистер Агости.

– Разумеется. – Рокко наклонился вперед и начал. – Мой сын проделал отличную работу по объяснению проблемы. Мы планируем быть очень любезными, если вы решите помочь нам.

– В одном я не совсем уверен. Что интересует мистера Галлагера в Нью-Йорке? И что он получит? До сих пор он был единственным поставщиком в этом сценарии.

Я ожидаю, что на этот раз слово возьмет Мэттью Галлагер, который объяснит свою позицию. Однако говорить будет Энцо. Снова.

– Мистер Галлагер известен в Бостоне на подпольной бойцовской сцене. Он хочет перенести несколько своих арен сюда, в Нью-Йорк, и наша семья предложила свои места.

– Понятно… – говорю я, и я более чем понимаю. Они лишь царапают поверхность той информацией, которую предоставляют.

– Тогда вы понимаете, насколько это будет полезно для всех нас. Мартин рассказал нам и о фонде вашей жены. Я уверен, что и в этом случае можно сделать определенные послабления, – говорит Энцо, еще раз окидывая взглядом мою жену. От меня также не ускользнуло, что из всех присутствующих здесь, с Мартином у них более тесные отношения.

– Тогда позвольте мне сказать, что я не заинтересован в этой вашей затее, – говорю я, вставая, чтобы уйти.

– Бьянка, пойдем!

Она бросает на меня вопросительный взгляд, возможно, потому, что я поступаю грубо, а возможно, потому, что я никогда не вел себя подобным образом с ее отцом. Я не знаю, понимает она это или нет, но оба мужчины, сидящие рядом с ней, – мафиози. Куинна я знаю, и он смертельно опасный ублюдок. Энцо, хотя я не знаком с ним, но по этому короткому общению могу сказать, что он проницателен, возможно, слишком умен, и что он – мозг, стоящий за всем. Бьянка встает, чтобы последовать за мной, когда Мартин наконец заговаривает.

– Теодор, Бьянка. СЯДЬТЕ. – Его голос показывает, что он не играет с нами, но и Бьянка, и я все еще на ногах.

– Теодор, думаю, ты забыл, кто обеспечил тебе твою нынешнюю должность. – Мартин смотрит на меня, не решаясь пойти против него. – Ты, – его взгляд переходит на дочь. – Ты забываешь о том дерьме, которое я похоронил для тебя, когда ты была моложе. – Лицо Бьянки опускается.

Хотя я действительно нуждаюсь в его поддержке, я могу обойтись без нее – это значит пойти против своих принципов. Я уже сделал это однажды в жизни и пообещал себе никогда больше не делать этого.

– Мне плевать на ваши деньги и связи, – говорю я, и он ухмыляется.

– Тогда как насчет того, что твоя жена попала в тюрьму за убийство?

– Простите? – восклицаю я. Лицо Бьянки стало пустым, лишенным каких-либо чувств. Все за столом поворачиваются и выжидающе смотрят на нее.

– А я и не думал, что ты дикая. – Мэттью Галлагер наконец заговорил, усмехаясь.

– Что вы имеете в виду? – спрашиваю я, а затем смотрю на свою жену. – Бьянка? – Она не реагирует.

– Расскажи ему. Расскажи ему, моя дорогая дочь, как ты отравила свою няню, когда тебе было десять лет. Ты ведь помнишь, правда?

– Бьянка, это правда? – Я смотрю на нее, умоляя ее сказать «нет». Наконец она поднимает голову и смотрит на меня.

– Мне жаль, Тео.

– Нет… нет… – бормочу я.

– Итак, давайте попробуем еще раз. Вы согласны с тем, что здесь обсуждалось?

Я молчу несколько секунд, все еще глядя на жену. Все ещё надеясь, что она будет отрицать это. Но она не отрицает. Она просто снова садится, как будто ничего не произошло.

– Ладно, – в итоге отвечаю я, снова садясь на свое место.

Медленно, шаг за шагом, я теряю не только человека, которого, как мне казалось, я любил, но и самого себя.