Текст книги "Морально испорченная (ЛП)"

Автор книги: Вероника Ланцет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)

Глава 34

Бьянка

После того, как Адриан выбегает из кладовки, я бросаюсь за ним. В какой-то момент я теряю его из виду в толпе людей, поэтому хожу туда-сюда, пытаясь разглядеть его.

Нам все еще нужно выполнить задание!

Каким-то образом я оказываюсь в другом крыле дома, недалеко от кабинета.

Должна ли я…

Но потом я качаю головой. Я должна сделать это с Адрианом. Показать ему, что мы можем быть командой.

Я направляюсь в гостиную, поскольку это единственное место, где я не проверила.

Как только я вхожу внутрь, то сразу чувствую другую атмосферу. По всей комнате расставлено множество столов, как в казино. Люди курят и помещение превратилось в «хотбокс»

Я вхожу внутрь и осматриваю участников, мои глаза сканируют в поиске Адриана. Когда я его не нахожу, я поворачиваюсь, чтобы уйти, но не раньше, чем вижу вспышку белого цвета.

Я даже не осознаю своих действий. Мои ноги несут меня вперед, пока я не оказываюсь перед столом. Мужчина рассыпает кокаин по поверхности, готовясь вдыхать его. Сжимаю руки от внезапного желания пошевелиться и тоже принять участие.

Не сводя глаз с белого порошка, я ставлю одну ногу перед другой. В момент, когда я собираюсь подойти к человеку, нюхающему наркотик, кто-то тянет меня за руку и разворачивает.

Я оказываюсь лицом к лицу с Адрианом, его глаза пристально наблюдают за мной, и он приближает руку к моему лицу для легкой ласки.

– Закрой глаза и дыши, – говорит он низким голосом, и я подчиняюсь. Затем я сразу же чувствую лёгкое касание его губы на своих, а его язык гладит между моими губами, открывая их для его вторжения. И когда наши рты сливаются воедино, я забываю обо всем. Волшебный порошок всего лишь далекая мысль.

Я не хочу, чтобы это заканчивалось. Я крепко сжимаю руки вокруг бицепсов Адриана, цепляясь за материал его костюма, мое тело умоляет его никогда не отпускать меня.

Но он отпускает.

Я слышу, как вокруг нас хлопают в ладоши, и смотрю, что несколько пожилых мужчин за покерными столами свистят и хлопают в ладоши, глядя на наше публичное выступление.

Адриан извиняется и уводит меня в коридор. Он ничего не говорит, и я чувствую, что вынуждена заполнить тишину.

– Спасибо. За то, что отвлек меня. – Он только хмыкает на мою благодарность, до того как опускает голову, чтобы прошептать мне на ухо.

– Не благодари меня. Мне удалось установить один жучок. – шепчет он, и я почти чувствую разочарование. – Давай пройдем через кухню в кабинет.

Мы быстро придумываем предлог, чтобы оказаться на кухне, и пока Адриан болтает с персоналом, мне удается незаметно установить два жучка, одного на задней стенке холодильника и одного под раковиной. Дав ему знак «сделано» он откланивается, и мы направляемся в западное крыло, где находится кабинет.

– Пока все хорошо. – Говорит он, когда видит, что коридор чист.

Три двери далее, и мы останавливаемся перед кабинетом. Я даю ему сигнал открыть дверь, пока я стою на страже.

Он медленно, чтобы не шуметь, поворачивает ручку, но, к нашему обоюдному удивлению, дверь оказывается запертой.

– Конечно. Надо было догадаться, что он не собирается оставлять кабинет открытым во время домашней вечеринки? – сердито шепчу я.

– И что теперь?

– Отойди и стой на страже. – Мы меняемся местами, и я снимаю пару булавок из слоновой кости с подвязки. В последнюю минуту я решила добавить их, и они пригодились. Булавки очень тонкие, острые и прочные, что делает их идеальным мини-оружием для металлоискателей. При правильном использовании они также могут нанести большой ущерб.

Хотя я никогда раньше и не пробовала, возможно, их можно использовать и для взлома замка.

Первую булавку я использую в качестве натяжного ключа и вставляю его в нижнюю половину замка. Затем я добавляю вторую и начинаю непрерывно покачивать ее, одновременно усиливая давление на первую. Проходит около минуты, прежде чем первая булавка поддается, и раздается щелчок, сообщающий о том, что дверь теперь не заперта.

Я со скрипом открываю дверь и сигналю Адриану следовать за мной. Когда я поворачиваюсь, он смотрит на меня с выражением сродни благоговению.

– Впечатляет, – говорит он тихо, входя в комнату.

Кабинет Энцо выполнен в традиционном европейской дизайне с роскошной итальянской мебелью, в которой сочетается стиль нового и старого света. Я оглядываюсь вокруг и вижу бесчисленное множество книг на полках.

– Думаешь, Энцо это всё читает? – спрашиваю я, проводя руками по корешкам книг. Они тоже на разных языках.

– Он очень красноречив. Я бы поставил на то, что да, он их читает. – Я пожимаю плечами на слова Адриана. Мое первое впечатление об Энцо было не очень хорошим, но после нашего короткого общения внизу даже я могу согласиться, что он мог бы преподавать риторику грекам.

– Нужно найти несколько мест, которые он вряд ли тронет, – замечает Адриан, внимательно осматривая помещение.

– Ищите там где пыль, – говорю я и направляюсь за его стол, где на массивном блоке мебели от пола до потолка стоит бюст Макиавелли. Нащупываю рукой заднюю часть статуи, и там действительно есть пыль. Я достаю жучок и фиксирую его у основания фигуры.

– Один есть. – Я поворачиваюсь и вижу Адриана, приседающего на пол у подножья стола, где ножки стола кажутся немного неровными.

– Как думаешь, здесь достаточно места? – Я наклоняюсь, чтобы посмотреть, что он делает. Здесь явно не хватает места для руки, чтобы поставить жучок.

– Подожди, – говорю я и снимаю обсидиановый клинок со своего бедра. – Это должно быть достаточно тонким.

Адриан берет нож из моей руки и осторожно кладет жучка на лезвие, клейкой стороной вверх.

Осторожно он опускает его и вставляет в щель. Прилегание очень плотное, но при небольшом нажиме жучок остается на месте, когда он вынимает нож.

Он также не виден. Я вздыхаю с облегчением. Чем меньше времени мы здесь находимся, тем лучше. Теперь, когда все готово, мы можем уйти, пока нас не поймали.

– Пойдем. – Я киваю головой в сторону двери, и Адриан следует за мной. Слегка приоткрыв дверь, я смотрю, есть ли люди в коридоре, и веду его за собой, когда понимаю, что он пуст. Только когда мы снова оказываемся рядом с бальным залом, напряжение спадает с наших плеч.

Я смотрю на него с заговорщицкой ухмылкой, он отвечает и мы даём друг другу пять.

– Что вас так взволновало, голубки? – Энцо удивляет нас появляясь сзади.

– Ничего особенного, – отвечает Адриан. – Человек, которого прислал Хименес, где-то здесь? Я бы хотел представится. – Продолжает он, и Энцо тут же кривит губы от отвращения

– Он где-то здесь. Неприятный тип, я бы сказал. – Он качает головой, прежде чем продолжить. – Я пытался поговорить с ним, когда он прибыл, и у него хватило наглости сказать мне, что он здесь не для общения. Я хозяин! – восклицает Энцо, явно возмущённый тем, что его итальянский этикет был нарушен.

– Мне казалось, что цель всего этого – дипломатия, – добавляет Адриан, и Энцо соглашается.

– Так и должно было быть. Очевидно, у них были другие идеи. Но я позаботился о том, чтобы за ним кто-нибудь следил. Просто на случай, если он решит что-то предпринять. – Энцо похлопывает Адриана по спине и оставляет нас. Я ясно вижу, что эта ситуация его беспокоит, он даже не пытается флиртовать со мной.

– Жаль, что ты не знаешь, кого искать, – говорю я.

– Поскольку мы выполнили свою цель здесь, мы можем уйти. – Добавляет он, очевидно разочарованный тем, что ему не удалось встретить замену Хименесу.

Он кладет руку мне на поясницу и ведет меня к выходу. Мы находимся в фойе, когда из западного крыла дома раздается пронзительный крик. Даже с учетом перекрывающих друг друга голосов, которые разговаривают по всему дому, крик достаточно громкий, чтобы привлечь всеобщее внимание. Мы с Адрианом переглядываемся, прежде чем начать действовать, направляясь в сторону звука.

Пройдя вглубь западного крыла, мы следуем за другими людьми, пока не замечаем небольшую толпу перед кабинетом с Энцо перед дверью, который пытается сказать людям, чтобы они держались на расстоянии. Его челюсть напрягается, когда он видит нас, но подзывает нас к себе.

– Невозможно выразить это словами. – Начинает Энцо, и выглядит так, будто пытается найти слова. – Может, только Гастингс должен войти.

Подождите, что? Что происходит?

– Что случилось? – спрашивает Адриан, и Энцо гримасничает.

– В кабинете труп.

– Труп? – Я вскидываю брови. – Мы входим. – заявляю я, и Энцо, возможно, хочет что-то добавить, но я уже протискиваюсь мимо него и открываю дверь.

Меня встречает зрелище, которое я вряд ли когда-нибудь забуду. Я бы хотела иметь полароидную камеру, чтобы увековечить это. Это как будто сбылись все мои детские мечты, только немного кровавее. Вспомнив о маленькой камере в своей сумочке, я слегка наклоняю ее, чтобы запечатлеть беспорядок на полу.

Позже распечатаю.

Когда я сосредотачиваюсь на сцене передо мной, первое, что я замечаю, это сердце, лежащее в нескольких шагах от меня. След крови ведет от сердца к трупу. Тело было положено в сидячее положение на пол и придвинуто к кабинету. Рубашка разорвана, обнажая большую зияющую дыру в груди, где раньше было сердце. Чуть выше находится центральный элемент. На лбу мужчины вырезана большая буква «Т». Я быстро сканирую тело глазами на предмет других признаков ранения, любопытствуя о причине смерти. Толчок Адриана заставляет меня понять, что Энцо закрыл за нами дверь и выжидающе смотрит на меня.

Наверное, он хочет, чтобы я разразилась слезами или закатила истерику.

– Не скажу, что я удивлена, что мой отец умер смертью предателя, – сухо добавляю я, и оба мужчины хмуро смотрят на меня.

– Ты в порядке? – наконец спрашивает Энцо, и я отмахиваюсь от его беспокойства.

– Бьянка?

– Ты знаешь, кто это сделал? – спрашиваю я, подходя к телу и приседая рядом с ним.

– Нет. Я позвонил техническому специалисту, и весь вечер камеры работали в этом крыле. – Да, наверное, благодаря нам, – мысленно добавляю я.

– Он все еще горячий на ощупь, не могло пройти слишком много времени.

– Ага. Я сообразил это, когда увидел, что сердце все еще сочится кровью, когда пришел сюда.

– Кто нашел его?

– Одна из моих сотрудниц. Она сказала, что увидела тень в коридоре и хотела проверить. Нашла дверь в кабинет полуоткрытой, а потом, вы знаете. Бедная женщина, она, вероятно, травмирована на всю жизнь… – говорит он рассматривая меня. – Но ты нет. – добавляет он с любопытством, и я встаю, чтобы объективно оценить.

– Насколько хорошо ты знал Мартина?

– Не очень хорошо, в основном он был знаком с моим отцом… и моей женой.

– Не волнуйся, ты не много пропустили. Если честно, любой мог сделать это с ним. – Я указываю на букву «Т» на его лбу. – Он всегда был замешан в сомнительных сделках. Наконец-то они укусили его за задницу.

– Кто бы это ни сделал, ему нужна была аудитория. Чтобы сделать из него пример.

– Ты прав. Что означает… Мартин был не единственным, кто был связан с тем, кто его заклеймил.

– Такой вывод можно сделать далеко не сразу. – Адриан опровергает доводы Энцо, но тот не останавливается.

– Возможно, но почему именно мой дом, чтобы послать сообщение? Когда здесь присутствует столько людей, вовлеченных в мои дела. Однако ми не узнаем, пока не найдем того, кто убил Мартина.

– Твоя жена слышала? – спрашиваю я, любопытствуя, насколько тесными были ее отношения с моим отцом.

– Пока нет. Я позабочусь о ней позже.

– Что ты собираешься делать с телом? – Надеюсь, он не скажет, что мне придется иметь с ним дело.

– Я уже послал за бригадой. Они все хорошо уберут, а я перешлю тебе данные похоронного бюро. – Энцо говорит, не отрывая глаз от трупа. – Будешь устраивать похороны, нет? – Он поднимает голову в мою сторону, чтобы спросить.

Я поворачиваюсь к Адриану и вижу то же понимание в его глазах. Мы должны это сделать.

– Да. Спасибо, за помощь.

– Не беспокойся об этом.

Я бросаю последний взгляд на сцену и со вздохом направляюсь к двери. Как только я открываю ее, я вижу истеричную Аллегру, спешащую в кабинет. Остальные люди, ожидавшие этого зрелища, скорее всего, рассеялись благодаря охране Энцо. Но теперь некому помешать Аллегре увидеть Мартина в кабинете. Ну, технически, я могу. Но я не хочу этого делать. Вместо этого я пинаю дверь ногой, чтобы она могла пройти внутрь.

Она останавливается в дверях, ее дикие глаза оценивающе смотрят на меня. Проходит мгновение, прежде чем она начинает кричать. Я оглядываюсь и вижу, как Энцо небрежно качает головой, словно это последнее, с чем ему бы хотелось иметь дело.

Всё еще сосредоточенно глядя на безжизненное тело Мартина, Аллегра падает на колени. Медленно она подползает к его сердцу и прижимает его к своей груди, бормоча какую-то безумную чушь.

Я быстро поднимаю глаза, чтобы увидеть шокированные выражения Адриана и Энцо.

– Аллегра… – начинает Энцо, почти с трудом. – Отпусти это.

– Нет. – Она решительно качает головой, держа благоговейно сердце в руке.

– Теперь мы сможем быть вместе всегда. – Шепчет она сердцу, держа его рядом со своим лицом, размазывая кровь по коже.

Энцо закатывает глаза и достает телефон, чтобы набрать номер своей охраны. Вскоре несколько человек выходят вперед и пытаются вырвать сердце из рук Аллегры, не причинив ей особого вреда. Она держит его еще крепче, пальцами впиваясь в мышцы органа и слегка вминая его.

Что ж, если это не зрелище.

Наконец им удается заставить Аллегру бросить сердце, и они быстро удерживают ее.

– Отведите ее в комнату и позовите служанку. – Энцо отдает приказ, прежде чем повернуться к нам.

– Извините за это… она, наверное, просто в шоке, – добавляет Энцо, немного смущаясь. Я ничего не говорю в ответ, просто киваю. В этом выступлении было нечто большее, чем шок. Впрочем, это не мое дело, пока она держится подальше от Адриана.

Я поднимаю глаза и зазываю его уйти – слишком много волнений для одной ночи.

Глава 35

Адриан

Бьянка паркует машину на подъездной дорожке Влада, и мы оба выходим. Она настаивала вести, так как учуяла запах алкоголя в моём дыхании. В такие моменты я искренне сомневаюсь в отсутствии у нее эмпатии.

Но я отвлекаюсь.

Сейчас есть гораздо более важные дела, чем мысленно обсуждать, насколько моя жена действительно социопатка. Я отмахиваюсь от этих мыслей, когда мы встречаемся с Владом в его кабинете. Бьянка уже позвонила ему и сообщила, что мы приедем.

– Мои соболезнования по поводу твоего отца, маленькая богиня. Мне так жаль, что ты не смогла убить его сама. – Влад насмехается над Бьянкой, а она лишь бросает на него укоризненный взгляд.

– Да, что ж, вот она цель всей моей жизни – убить своего отца.

С этими двумя трудно понять, когда они шутят об убийстве, а когда нет, тем более что большую часть времени они не шутят.

– Чего хотел Мартин, когда отвел тебя в сторону? – спрашиваю я, вспоминая.

– Честно говоря, он был не очень понятлив. Ты заметил, как он был пьян. Это было не в его стиле. Он начал рассказывать, как его заманили деньгами, и что он не должен был делать что-то… Я понятия не имею, что это было.

– Думаешь, он боялся? Может, он знал, что его ждет?

– Может быть. – Она размышляет над этим и поворачивается к Владу. – Нам нужно послушать записи. Тот, кто убил Мартина, был там вскоре после того, как мы установили жучки.

– Я уже подготовил их. – Влад небрежно откидывается на спинку кресла и нажимает кнопку «проигрывать» на компьютере.

Появляется много статического шума, затем наши голоса, когда мы покидали комнату, а затем, после некоторой перемотки вперед, мы слышим голос Мартина.

– Ты пришел раньше, чем я ожидал. – Мартин говорил невнятно.

– Я делаю только то, что требует as mi senor¹⁷. – Отвечает другой мужской голос. Использование испанского языка может быть индикатором того, кто этот другой мужчина.

– Он так долго держал меня рядом как цирковую обезьянку… Всегда опасался, когда он нанесет удар.

– Ты должен был догадаться, что это произойдет. Рано или поздно. Особенно после того, как ты отказались отдать свою дочь.

– Я не отказывался. – Тут же возражает Мартин. – Это он не захотел выполнять мои условия. Но тогда я тоже его обманул, не так ли? Когда отдал ее Гастингсу. Он, наверное, все ещё раздражён, не так ли?

– Ты переоцениваешь влияние своей мелкой мести. Нет, я здесь не за этим.

– О, я знаю почему. Из-за Агости, да? – Мартин горько рассмеялся. – Тебе не нравится, что я сменил команду.

– Тогда ты знаешь, чего ожидать… как обращаются с предателем.

– Думаешь, я не знал, что ты придешь? Я хотел уйти на своих условиях. – Говорит Мартин, прежде чем какие-то движения указывают на борьбу.

– Hijo de puta!¹⁸ – восклицает другой мужчина.

После этого аудиозапись улавливает какие-то звуки, которые, скорее всего, издает человек, наносящий физические повреждения телу Мартина. Влад останавливает запись, и мы все в недоумении.

Я потрясен содержанием аудиозаписи. Мартин хотел продать Бьянку? Что это за хрень? Как он мог даже подумать об этом? Учитывая его богатство, чего еще он может хотеть, что готов променять на собственную дочь.

– Ну… – начинает Бьянка, и, похоже, ее ничуть не задело то, что она только что услышала. – Мы знаем, что нападавший говорил по-испански. Нам просто нужен список приглашенных, чтобы понять, кто это мог быть.

– И как ты собираешься его запросить? – спрашивает Влад. – Энцо захочет знать, почему по-испански, а ты не можешь ответить, что прослушивала его офис.

Бьянка поглаживает подбородок и думает, и через несколько секунд ее глаза загораются, и она тянется к телефону.

– Энцо. Да, это Бьянка. Я только что вспомнила кое-что, что может быть полезным. Перед тем как его убили, отец отвел меня в сторону и сказал, что у него проблемы с деньгами и что за ним охотится какой-то испанец. Да, я уверена, что он сказал «испанец»… Ты можешь проверить список приглашенных и переслать мне имена испанцев или испаноговорящих? Ты уверен?… И время совпадает?… А фотографии с камер видеонаблюдения случайно нет?…. Да, спасибо!

– Что там? – И я, и Влад спрашиваем одновременно

– Вам это не понравится.

– Выкладывай, Би! – Влад, похоже, встревожен не меньше меня.

– Энцо сказал, что единственный испаноговорящий человек, которого он может назвать, это заместитель Хименеса, и что человек, который следил за ним, потерял его примерно в то время, когда Мартин оказался мертв. После этого он просто исчез.

Мои глаза расширяются, когда я воспринимаю новую информацию.

– Мартин и Хименес? – Брови Влада взлетают вверх. – Вот об этом я не подумал.

– А ты? – спрашиваю я Бьянку, и мои слова выходят немного резче, чем я хотел.

– Нет, ничуть нет. – Она хмурится, задумавшись. – Я не всегда обращала внимание на то, куда ввязывался Мартин, но я бы никогда не поверила, что он настолько глубоко связан с картелем.

Я верю ей. У нее нет причин лгать, учитывая ее натянутые отношения с Мартином.

– Воспроизведи разговор ещё раз! – Я поворачиваюсь обратно к компьютеру, и Влад снова нажимает на кнопку «воспроизвести».

– Вот! – Я останавливаю его, и мы снова слышим, как Мартин говорит: – Это он не захотел выполнять мои условия. Но тогда я тоже его обманул, не так ли? Когда отдал ее Гастингсу. Он, наверное, все ещё раздражён, не так ли?

– Он планировал продать меня Хименесу? – Бьянка сужает глаза.

– Должно быть, это было примерно тогда, когда мы начали встречаться. Правда я не знаю, что он имел в виду, когда сказал, что отдал тебя мне.

– Думаю, он имеет в виду наши принуждение встречи. Признай, что после того, как он нас познакомил, ты навсегда стал неизменным гостем дома. Этого мне даже не пришлось создавать самой. – Иронично добавляет Бьянка, и, оглядываясь назад, я вынужден согласиться. Мартин пытался заставить нас сблизиться. Но почему?

– Почему ты? – Бьянка озвучивает мой собственный вопрос. – Вопрос теперь в том, был ли Хименес раздражён потому, что это был не он, или потому, что это был конкретно ты.

– И зачем ты нужна Хименесу? – Я содрогаюсь при мысли о такой возможности. Нет, лучше не позволять моим мыслям блуждать там.

– Зачем кому-то едва совершеннолетняя девушка? – Она пожимает плечами, и Влад находит это лучшее время для шутки.

– Было бы лучше, если бы твой отец отдал тебя Хименесу. – Когда никто из нас не отвечает, он добавляет. – Он был бы уже мертв. Да ладно, думаешь, Би пощадил бы его? – Он обращается ко мне.

– Наверное, нет… – отвечаю я.

– Нам нужно выяснить, какая связь была у Мартина с Хименесом, – говорит Бьянка, прежде чем посмотреть на свой телефон и нахмуриться. – Подожди. Влад, я пересылаю тебе фотографии от Энцо. Выведи их на экран.

Влад подчиняется, и на снимках с камер видеонаблюдения появляется седовласый мужчина в смокинге, который смешивается с гостями. Пролистывая снимки, он наконец останавливается на одном, где мужчина изображен крупным планом.

– Черт, – восклицаю я, придвигаясь ближе к экрану, чтобы убедиться, что я не ошибся.

– Кого-нибудь знаешь? – Влад поворачивает голову в мою сторону.

– Да… я знал его. Ну, думаю, что знал. Сейчас он, конечно, старше. Но я знал его больше пятнадцати лет назад.

– Кто он?

– Он был священником в церкви, которая взяла меня к себе после того, как я вышел из приемной семьи. Именно он помог мне встать на ноги и тренироваться для боев в малой лиге. Почему… – Я затихаю, не понимая смысла всего этого. Зачем человеку Хименеса помогать мне после того, как его собственный босс убил мою семью?

– Может, он тогда еще не работал на Хименеса? – предлагает Бьянка, и я качаю головой.

– Нет, не думаю. Тогда у него ни разу не проскользнул испанский акцент или испанское слово. Если он не был под Хименесом, зачем так стараться замаскировать свою речь?

– Но это означало бы… – начала Бьянка.

– Что Хименес всё это время знал, кто я такой.

– Подожди! – Бьянка вдруг вспоминает что-то и кладет свой клатч на стол, перебирает пальцами и извлекают то, что выглядит как карта памяти.

– Можешь воспроизвести и это? Теперь, когда мы знаем, на что он нацелен, возможно, мы сможем получить какие-то подсказки из того, что сняла моя камера. – Она передает карту памяти Владу, чтобы он вставил ее в компьютер.

– Я не знал, что ты снимала, – добавляю я.

– Заискивать перед врагом можно только для сбора информации. Давай посмотрим правде в глаза. Энцо может быть милым и вежливым, особенно после смерти Мартина в его доме, но он всё равно останется врагом, когда всё закончится.

– Справедливо. Мне нравится, что ты такая дотошная, – признаю я, мой голос наполнен восхищением. И это так.

Не знаю, потому ли, что она перестала притворяться, или потому, что не принимает наркотики, но эта версия Бьянки компетентна и пугающая.

И мне это нравится.

Влад подаёт сигнал, что видео загружено на компьютер, и воспроизводит его для нас.

– Повезло, что мы там были недолго, – добавляет Бьянка, понимая, что мы не можем просто перемотать его вперед, как это было с аудио.

Наши глаза прикованы к экрану, мы продолжаем смотреть.

– Вот. Видишь мужчину? – Влад указывает на седого мужчину в крайнем правом углу кадра. – Когда это было?

– Наверное, когда я разговаривала с Мартином. Он наблюдал за ним.

Мы продолжаем смотреть кадр за кадром, и мужчина еще несколько раз появляется на заднем плане. Большую часть времени он находился рядом с Мартином. Но в одном случае, когда мы были в гостиной, этот мужчина присутствовал, наблюдая за нами.

– Черт! – ругается Бьянка и поджимает губы. – Влад, что бы ты ни знал о Хименесе, думаю, сейчас самое время выложить это. Это выходит из-под контроля.

– Ты ранишь меня, маленькая богиня. Такая нетерпеливая.

– Влад!

– Ладно, ладно. Я сказал, что дам тебе название клуба, что он посещает. Он называется «Block» и находится в Атлантик-Сити. И он немного более… дикий. Кроме этого, я знаю несколько его бизнесов, но, честно говоря, половина информации, которую я получаю о нем, оказывается ложными слухами.

– Тогда откуда ты знаешь, что этот клуб правда?

– У меня есть очень близкие источники, которые подтверждают эту информацию.

– Отлично. Я дождусь похорон и поеду, – говорю я.

– Мы поедем, – поправляет Бьянка. – Я не отпущу тебя одного.

– Я прекрасно справлюсь сам.

– Прекрасно – это тебя убьет. Не волнуйся, я буду твоим телохранителем.

– Бьянка… серьезно?

– Я очень серьёзна. Ты никуда не поедешь без меня. И это окончательно. – Она складывает руки на груди, давая понять, что разговор окончен.

Я вскидываю руки в раздражении, и Влад усмехается.

– Я бы сделал, как она сказала. Она может быть очень упрямой. Но держи ее подальше от наркотиков. – Я качаю головой в знак покорности, не то чтобы я планировал оказывать слишком большое сопротивление.

– Но при одном условии, – добавляю я, нуждаясь в том, чтобы установить некоторые границы.

– Каком? – Бьянка смотрит на меня с невинным видом. Конечно…

– Никаких убийств. Ни Хименеса, ни любого другого человека. – Теперь она дуется.

– Почему? Хотя бы Хименеса. – Она умоляет.

– Нет. Я не просто так взял личность Тео и так далеко продвинулся в своей карьере. Я хочу, чтобы Хименеса привлекли к ответственности по всей строгости закона за его проступки. Это то, что я обещал себе, когда все это началось.

Бьянка закатывает на меня глаза, как будто это будет слишком сложным для неё, но в конце концов сдается.

– Хорошо. Никаких убийств, – вздыхает она и выглядит такой подавленной, будто я только что отобрала у нее любимую игрушку.

В этот момент звонит телефон Бьянки, и она говорит, что это снова Энцо.

– Да? Так быстро… О, я и не думала, что ты можешь узнать это так быстро… Нет, я правда не знаю… Спасибо за объявление… Да, скажи им, чтобы переслали мне все детали… Увидимся на похоронах.

Вздохнув от скуки, Бьянка пересказывает то, что сказал ей Энцо.

– Судя по предварительным результатам, отравление цианидом. Они нашли огромное количество во рту, так что подозревают таблетку для самоубийства.

– Этот шум мы и слышали на записи… – размышляю я вслух.

– Даже в смерти Мартин просто обязан оставить за собой последнее слово. – Бьянка звучит разочарованно.

– И что теперь? – внезапно спрашивает Влад, и мы с Бьянкой обмениваемся взглядами.

– Нам нужно спланировать похороны. Ура! – отвечает Бьянка с фальшивым энтузиазмом, прежде чем топнуть ногой в разочаровании. – Знаешь, что это значит? Что я должна буду, черт побери, притворяться, что мне грустно, что старика больше нет. Чееееерт! Нужно купить капли для глаз.

– Думаю, ты не единственная, кто попытается пролить фальшивые крокодиловы слезы. – Я знаю Мартина около десяти лет, и он никогда не производил на меня впечатление человека, способного вызвать подобные эмоции.