Текст книги "Крестьянка в наказание (СИ)"

Автор книги: Вероника Азара

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Столкнулась с глазами дамы, устремлёнными прямо на меня. И столько было в этом взгляде насмешки… Ох, как захотелось вцепиться ей в волосы…

"Нельзя! Держись!" – подбодрила сама себя.

И что меня дёрнуло? Не знаю. Представила на месте дамы Рулану, частенько насмехавшуюся надо мной. И так же, как Рулане, улыбнулась этой вертихвостке!

Даму ажно перекосило!

– Умничка! – шепнул тихо его величество, едва мы развернулись и снова взялись за руки, продолжив шествие по зале.

Удивлённо взглянув на кавалера, хотела спросить почему, но он сам сказал:

– Не обращайте внимания на потуги леди Теллис. Аугустусу она абсолютно не интересна! Учтите, его хотели женить именно на этой леди, но он предпочёл вас!

Встретилась взглядом с полными смеха глазами короля и почувствовала – хочу ответить что-нибудь ну очень неприличное. Остановило то, что передо мной наш король. Осталось мило улыбнуться, как учила леди Сарена, и продолжить танец…

Наконец мучения закончились. Я радовалась – ни разу не наступила на ногу самому королю и практически не сбивалась в фигурах… Ну, может быть раз-другой. Но его величество ловко меня поправлял. Надеюсь, со стороны это было не сильно заметно.

Танец закончили у того же места, откуда и начали. Остальные пары постепенно отходили в сторону, оставив в центре короля и его партнёршу.

Его величество слегка склонил голову, я смогла ловко присесть и мы направились в сторону герцога, ожидавшего меня.

– Аугустус, ты преувеличивал, когда говорил, твоя очаровательная супруга не сможет провести весь танец, – тихо, но насмешливо заявил король, едва подошли. – Благодарю вас, герцогиня, за доставленное удовольствие. Желаю хорошо развлечься этим вечером!

С этими словами передал мою руку герцогу и, коротко кивнув, направился на своё место.

– Вы справились, – тихо похвалил герцог. – Сейчас ещё один танец со мной и сможете отдохнуть.

Не успела кивнуть. В центре залы опять раздался стук палки толстого господина объявлявшего следующий танец.

Теперь гости не ждали, когда выйдет кто-то один. Прямо как у нас в деревне, пары устремились в центр залы, грянула музыка и мы влились в общий танец.

Этот танец был намного приятнее и веселее. Герцог кружил меня по зале, ловко скользя между другими парами. Мы ни разу ни с кем не столкнулись, хотя танцующих оказалось много. До меня долетали обрывки чужих разговоров, но мы молчали, пока его светлость вдруг не рассмеялся. Он неожиданно отпустил одну руку с моей талии, закружил так, что юбки вспорхнули, и слегка подкинул вверх, поймав обеими руками!

Едва не взвизгнув от неожиданности, засмеялась радостно и весело, как не смеялась с того самого дня, когда переступила порог храма и подошла к неведомому жениху.

Ах, жаль – быстро закончился танец! Но, увы, хорошее заканчивается быстро.

– Бегите в дамскую комнату, – шепнул на ухо герцог, притянув меня на последних тактах музыки. – Что вы придумали с леди Сареной?

В ответ таинственно улыбнулась и, оглянувшись, осознала – и правда, стоим рядом с дверью, ведущей в коридор. На сердце потеплело от внимания герцога. Надо же, не пришлось топать через всю залу!

Кивнув, как можно более плавным шагом, поторопилась в дамскую комнату.

Повезло, дам немного и одна из служанок, помогавших гостьям, оказалась свободна.

– Вам нужна помощь, миледи? – девушка присела в книксене.

– Да. Мне надо отстегнуть несколько крючков, не до всех дотянусь, – тихо сказала я и ухватила девушку за руку, увлекая её в свободный уголок, где мы не стали бы привлекать ненужного внимания.

Служанка удивилась. Наверное, я опять сделала что-то не так, но последовала за мной безропотно.

Быстро расстегнув застежку массивного пояса с каменьями, показала служанке на небольшие крючочки, спрятанные за золотом украшения и верхней оборкой подола. У девушки удивлённо распахнулись глаза. Она неверяще уставилась на меня, опять на крючки…

– Ну, что же ты?

Пришлось поторопить девушку, боясь – сейчас кто-нибудь из дам обратит на меня своё неблагосклонное внимание. Заметила уже несколько косых взглядов в мою сторону от одной барышни, той не досталось свободной служанки.

– Отстегни.

Помедлив минуточку, девушка начала отстёгивать крючки, ошалелым взглядом провожая мой подол, начавший на глазах удлиняться. Юбка из "танцевальной", как я это назвала, укороченной до лодыжек, превращалась без всякой магии в длинную. Эту уловку придумала леди Сарена, знавшая господ, которые должны присутствовать на приёме. Если юбка для танцев, то наверняка найдётся какой-нибудь остряк, кому захочется поиздеваться над крестьянкой, пробравшейся в герцогини. А вот длинная юбка… Ах, господа, я не танцую! И пусть думают, что хотят!

Пока старательно отворачивалась от присутствовавших дам, горничная уже успела маленьким камушком разгладить лёгчайшие заломы на ткани, убранной в складку на талии, застегнула на мне пояс и улыбнулась:

– Впервые такое вижу…

Девушка что-то хотела ещё сказать, но, видимо, осознала, где находится и с кем говорит… Она прикрыла рот ладошкой и испуганно, умоляющим взглядом уставилась на меня.

– Не переживай, – утешила тихонько свою помощницу. – Сама то и дело…

Повертела в воздухе рукой. Служанка поняла и заулыбалась.

– Но т-с-с…

Девушка кивнула. Она ловко помогла поправить прическу, красиво разложить складки на платье и я неспешным шагом поплыла на выход из дамской комнаты, не забыв всунуть в ладошку служанки монетку, выданную леди Сареной.

Герцог ждал неподалёку от двери в залу. Увидела его удивлённо вскинутые брови и лицо, на мгновение принявшее смешное выражение потрясения. Стало весело.

Всё же леди Сарена такая умная! Она предсказала реакцию его светлости. Вот теперь пусть подойдёт ко мне хоть кто с приглашением на танцы! И герцогу не придётся выступать в роли грозного мужа, лишающего жену удовольствия танцевать, и мне не придётся смешить народ своей неловкостью! Так всем им!

– Потрясён! И чья была идея? – шутливо проговорил его светлость.

– Наша совместная. А придумала, как всё сделать, леди Сарена. Боялись только, что-нибудь не получится.

– Получилось! Ай да дамы!

Мне доставило удовольствие видеть – герцог не сердится, а удивлён и даже доволен нашей проделкой. Взяв его под руку, встала рядом, с восторгом наблюдая за движениями танцоров.

Объявили следующий танец. И тут случилось то, что предвещала леди Сарена.

Его светлость отвлёк высокий седовласый господин, а ко мне со всей дури разогнался какой-то смешно одетый в жёлтое хлыщ. Его холёные руки были унизаны перстнями, на шее в кружевах горела огнём брошь с огромным камнем, пряжки туфель были тоже усеяны каменьями. Видела этого хлыща незадолго до этого момента. Он стоял неподалёку, болтая с дамами, среди которых была обтиравшаяся о герцога во время первого танца. Дамы косились в мою сторону, что-то говорили этому хлыщу, а он соглашался.

И вот теперь разлетелся ко мне, а я не успела среагировать и отвернуться.

– Позвольте пригласить на… – начал он.

Но больше сказать ничего не успел. Герцог отвернулся на миг от собеседника.

– Барон, у вас совсем плохо со зрением? Дама не танцует, разве не видно?

Ух, и каким образом сказал! Ледяной голос и одновременно казалось, герцог говорит с малым дитятей. Кавалер покраснел, побледнел, окинув меня взглядом, и согнулся в поклоне.

– Но, может быть, герцогиня согласится прогуляться…

– Барон, я ещё раз повторяю, эта дама не танцует.

Хлыщу осталось скрипнуть зубами, старательно сохраняя улыбку на лице, несмотря на злющие глаза, и откланяться.

Герцог и его собеседник проводили хлыща взглядами, седой господин тихо сказал что-то его светлости. Оба посмотрели на меня одобрительно и заулыбались…

Музыка играла, дамы и кавалеры кружились в танцах, к нам то и дело подходили разные важные господа, иногда со спутницами, смотревшими на меня с лёгкой или не очень толикой презрения. Меня представляли, мне кланялись и улыбались… А у меня от шума, духоты, толпы посторонних людей вокруг, жестко затянутого корсета и новых туфелек всё сильнее болела голова, ноги и спина. Ноги давно уже отказывались служить и подкашивались. Никак не удавалось хоть на минуточку остаться наедине с его светлостью и спросить, как скоро сможем уйти.

Эх, дома хорошо было – устала на гулянье и пошла себе тихонечко домой. Я всё время удивлялась на Рулану. Та могла всю ночь отплясывать и хоть бы хны! Я эдак никогда не умела. Да и то сказать – нашим деревенским кавалерам стала интересна, хоть капельку, когда за моё кружево платить хорошо стали. А до того и не смотрел никто в мою сторону – кому нужна тощая жена, которая в поле не работник.

Так задумалась, не заметила – его светлость наклонился к самому моему уху и что-то сказал. Осознала это, когда он чуть крепче сжал мои пальцы.

– А? Что? – вскинулась я.

– Хотел бы знать, о чём вы таком задумались, – хмыкнул герцог. – Но я не об этом. Мне придётся отойти на несколько минут, его величество зовёт к себе. Хотите, провожу вас на балкон. Там есть где присесть. Подождёте меня на свежем воздухе.

Не говоря ни слова, радостно кивнула и повернулась в сторону широко распахнутых окон.

На балконе его светлость заботливо отправил слугу за напитком и помог мне пристроиться на небольшой лавочке со спинкой в тени плетей густого растения, свисавших из большой миски, стоявшей на высокой подставке. Здесь и музыка играла гораздо тише, и народа почти не было.

– Всё в порядке?

Довольная передышкой, кивнула.

– Не уходите отсюда. Мой человек присмотрит, как бы не пристал какой-нибудь лорд, но вам мешать он не будет.

Ох, даже и не подумала. Тот, приглашавший, уже вылетел из головы… А ведь, поди, он тут не один такой!

– А ваш человек не уйдёт?

– Ни в коем случае. Если потребуется, он подойдёт и вмешается.

Глубоко вздохнув, опять кивнула и проводила взглядом удалявшегося герцога.

Ночь охватила свежим прохладным воздухом. Да уж, живут же господа – ночь не ночь, а всё гуляют. И спят чуть не до полудня. Я так ещё не привыкла и сейчас радовалась наступившему покою. Лишь бы не заснуть.

Огляделась по сторонам, потягивая из высокого бокала, принесённого слугой, удивительно вкусный взвар. И из чего такой делают? Кисленько, но сладенько, очень ароматно. И аромат какой-то кисловатый. Такого и не пробовала ещё. Не очень опозорюсь, если у герцога спрошу из чего это такое?

Неподалёку прогуливались редкие пары, тихо переговаривались, склоняясь друг к другу. Стало весело – ну совсем как в деревне. На гулянках тоже парочки то и дело в сторонку норовят ускользнуть.

Долго просидеть в одиночестве не удалось.

Неподалёку, не обратив на меня внимания, остановился у самых перил нарядный кавалер. Он смотрел в сторону распахнутых дверей, из которых лился свет бальной залы.

Ждать не пришлось. Из двери выскользнула женская фигурка. Она подбежала к кавалеру и прижалась к нему.

Парочка стояла так, чтобы оказаться в тени. Из залы их было не рассмотреть, но я отлично всё видела. Женщина повисла у кавалера на шее, его рука смело скользнула в глубокий вырез… Дама застонала… Поцелуй стал глубже…

Потом дама отстранилась и я узнала её, едва отблеск света упал на лицо, стоило даме повернуться в сторону залы. Это была одна из тех, кто смотрел на меня словно на падаль под ногами. Одна из тех, что следовали за её величеством.

Дама быстро заговорила. Как раз закончилась музыка и наступила тишина, поэтому я всё отлично расслышала:

– Дорогой, позже! Я буду ждать у себя через час. Муж занят и не помешает нам…

Она что-то ещё говорила, но я, в потрясении, не слушала. Вот это да! Дворец, знатные господа и такое?! Да у нас в деревне…

Пока пыталась осознать происшествие, кавалер коснулся губами плечика дамы и вернулся в залу.

Дама оправила платье, причёску…

И увидела меня…

Она застыла на мгновение, но я видела в отблесках света злобно сверкнувшие глаза. Дама вскинула подбородок, облила меня презрением с головы до ног…

– Деревня… – донеслось до меня едва слышное, словно проклятие, и дама тоже вернулась в залу.

И чего злится? Я раньше пришла и не специально за ней следила. Ну да, я из деревни. Но у нас нравы-то построже будут. Это ж надо – мужняя жена!

Хлебнула ещё из бокала и решила выкинуть происшествие из головы. Грязных людей везде хватает. И далеко не всегда грязь снаружи. И в деревне у нас было пару таких, кто в глаза улыбается, а за спиной так польют, не отмыться вовек. Мне ли не знать.

Когда господин Кольден стал кружево покупать, сестра матушки уж такие слухи распускать стала! Мне на улицу выйти стыдно было. Вроде не за работу мне платят, а за шашни с господином Кольденом. Хорошо тогда матушка да вдовец Маниты за меня встали. Матушка с сестрицей разругались, полдеревни сбежалось на скандал любоваться! Тётушка позже извиняться пришла, но слово-то не воробей. На меня долго косо смотрели. Только когда поняли – в город не мотаюсь, вроде как с полюбовником повидаться, разговоры прекратились. Да и то – господин Кольден человек богатый, ему деревенская девка не больно-то нужна, когда в городе своих хватает.

Раздумывала так и понемногу успокоилась, да рано, оказалось.

Из дверей залы выпорхнуло сразу несколько нарядных барышень. Будто птички, переговариваясь высокими нежными голосками, они встали неподалёку от меня, не выходя из луча света.

Я на них не очень-то и внимание обратила. Да и не стала бы прислушиваться к их разговору, если бы не говорили громко. Даже не сразу поняла – говорится так, чтобы до меня долетело. А главной была та самая особа, обжимавшаяся недавно с кавалером.

Вот зараза! Это она специально, что ли?

– Ах, леди, чудесный вечер, не правда ли? – начала эта дама.

Леди загалдели на все голоса, соглашаясь. Пока одна, чуть повернув в мою сторону голову, не сделала вид, точно втягивает свежий ночной воздух. Вдохнула и вдруг поморщилась.

– Не пойму… Вам не кажется, садовник перестарался?

Ещё одна тоже принюхалась:

– Кажется. Надо обязательно сказать дворецкому, пусть бы отругал садовника.

– Безобразие, – поддержала ещё одна. – Перед самым приёмом удобрить прекрасные цветы! Всё настроение испортил!

Дамы одна за другой косились в мою сторону, проверяя, слышу или нет.

– Да нет, – принюхалась та, обжимавшаяся не с мужем, – не верю. Королевский садовник не мог подобным образом поступить! Никогда не замечала, чтобы в парке дворца пахло удобрением!

– Мне тоже не доводилось такого замечать, – присоединилась прехорошенькая блондинка. – Да и запах идёт не из парка.

И дамы дружно обернулись в мою сторону и, так же дружно, сморщили носики и поднесли к ним кружевные надушенные платочки…

– Вот откуда, – проговорила одна, словно только заметив в тени меня.

– О да, – поддержала ещё одна, сморщившись так, что мне невольно стало интересно – не останется ли у неё на лице следов от гримасы отвращения.

– Надо уходить, дамы, я не выдержу этот отвратительный деревенский запах!

Та, с чужим кавалером, окинула меня взглядом с головы до ног.

Я заметила позади группы этих нежных девиц пару – высокий солидный мужчина в годах и госпожа, совсем непохожая на всех, кто присутствовал на приёме. Приметила её в зале, но не решилась попросить познакомить. Она отличалась и простотой богатого наряда (никаких оборочек), не самыми крупными драгоценностями, и невысокой причёской. Отличалась, но все в зале провожали её глазами. Мужчины взбадривались при её приближении, а большинство дам старательно отводили глаза, иной раз наполненные какой-то бессильной злобой. Мне ни кавалера, ни эту даму не представляли, и я понятия не имела, чего ждать от подошедшей пары.

Заслышав разговор, мужчина, казалось, хотел вмешаться, но дама остановила его лёгким прикосновением.

Сидя в тени, я выслушивала всё более и более распалявшихся девиц, по нашим деревенским меркам уже давно напросившихся на хорошую плюху. Рука всё с большей силой стискивала бокал. Испугалась – сейчас раздавлю тонкое стекло и испорчу красивое бальное платье…

Последней каплей стало брошенное одной из девиц:

– И как в общество допускают деревенских девок…

Вот тут меня прорвало!

Всплыло вдруг всё – леди Доротея и её хлыстик, синяки от этого хлыстика, все унижения, свадьба с неизвестным человеком, родные, которых могу никогда не увидеть, неумение себя вести и неумение говорить гадости, как эти дамочки…

Но они перешли черту и дали мне возможность заговорить по-простому, по-деревенски, так, как привыкла в словесных перепалках с Руланой!

Медленно, не давая себе сорваться и наделать глупостей, поднялась с места, расправила плечи, начала сжиматся, стараясь сделать меня незаметной для острых языков городских барышень… Медленно и плавно, стараясь делать всё, как учила леди Сарена, подошла к компании девиц, неожиданно дружно смолкших, словно им разом заткнули рты. Поймала несколько насторожённых взглядов на бокал, всё ещё сжатый в руке. Боятся, оболью и попорчу наряды или причёски? Правильно боятся! Но драться с ними я не собираюсь. Вот ещё! Позорить герцога дракой не буду!

Приблизилась к зачинщице и встала с ней нос к носу. Покачала в руках бокал, поймав встревоженный взгляд, доставивший радость, и прошептала, но так, чтобы услышали все, стоявшие рядом:

– Да, я деревенщина, я крестьянка и всю жизнь возилась с навозом и скотиной, – ох, какое удовольствие мне доставило обалдение в глазах противницы. – Что, такие слова в вашем обществе не приняты? А мы в деревне привыкли навоз называть навозом! И привыкли к порядочности! Вот если бы некоторые в деревне позволили себе обжиматься с посторонним мужиком, пока муж не видит, то муж такую бабу за косы бы по всей деревне протащил, подол на заднице задрал да и отходил вожжами! Сидеть неделю не смогла бы!

С наслаждением увидела – моя противница аж передёрнулась, представив это позорище. Её подружки с восклицаниями подались от меня подальше.

Вздёрнула подбородок, повторив движение, этой дамочки, сделанное совсем недавно, сделала шаг назад, осмотрела всё ещё молчавших барышень, постаравшись вложить во взгляд всё презрение, какое сейчас испытывала к этим красивым, но таким гадким девицам.

– Желаю приятно провести вечер, дамы, – вовремя вспомнились советы леди Сарены.

Развернувшись, поплыла в залу, стараясь не прибавить шагу или не сгорбить плечи, так жгли взгляды оставшихся на балконе девиц.

Раздавшихся хлопков не ожидала.

Резко развернувшись, увидела, как та красивая дама, отпустив руку своего кавалера, хлопает в ладоши.

– Браво, герцогиня!

Дама склонила голову и двинулась в мою сторону. Кавалер двинулся следом, а я с удивлением смотрела на то, как яркая группка барышень, бочком пробирается мимо дамы и меня, стараясь незаметно проскользнуть в залу, где по-прежнему гремела музыка.

– Нас не представили друг другу, – заговорила дама. – Но я знаю, кто вы. И покорена вашей решительностью! Браво! Позвольте представиться?

Нерешительно глянув на даму, кивнула.

– Графиня Белторн. Откровенно говоря, думала, вас придётся спасать, – дама открыто улыбнулась, я невольно удивилась, не принято здесь открыто улыбаться. – Но вам пальца в рот не клади! Вы молодец. Подобным образом осадить этих гарпий надо уметь! Буду рада, если вы навестите меня. Скажите герцогу и он проводит вас ко мне.

– М-м, благодарю за приглашение, но я уезжаю завтра или послезавтра.

– Жаль. Надеюсь, по возвращении мы с вами будем общаться. Есть небольшой кружок дам, в который я вхожу и где увлечены не одними балами и нарядами. Думается мне, вам будет интересно.

Графиня вдруг наклонилась и проговорила тихо, я едва расслышала:

– Если его светлость решит оставить вас жить в поместье – не позволяйте этого!

– Это о чём вы шепчетесь? – неожиданно за моей спиной раздался голос герцога.

И не заметила, когда он успел подойти.

– Наши женские секретики, – поворковала графиня. – Мужчинам этого знать не нужно.

– Долли, не портите мне жену!

Несмотря на слова, чувствовалось, его светлость не сердится, его скорее смешило происходящее.

– Испорчу, обещаю!

Графиня рассмеялась грудным смехом. Чуть склонила голову и проворковала:

– Увы, нам пора. Желаю приятного вечера.

Она посмотрела на меня и чуть подмигнула, словно мы две заговорщицы. Я невольно улыбнулась в ответ.

Пара прошествовала в залу. Мы с герцогом проводили их глазами и повернулись друг к другу.

– Мне сказали, здесь была очень неприятная ситуация, – посерьёзнел его светлость.

И мне стало вдруг так стыдно за выходку. Даже голова опустилась сама собой.

– Они оскорбили вас…

Не дала договорить:

– Скорее это я оскорбила их, – повинилась. – Простите, не сдержалась…

И чего хохотать?

Отсмеявшись, герцог покачал головой и спросил:

– Сильно устали? Домой или ещё побудем?

Это он меня спрашивает? А если домой попрошусь? Я, и правда, уже на последнем издыхании. Не по мне все эти барские танцы и гадости, высказанные милыми голосками…

– Домой? – робко посмотрела на его светлость. – Можно?

– Конечно. Его величеству вас представили, обязательные танцы станцевали, мы с его величеством всё решили, вы свой характер показали… Не опускайте голову. Я не виню вас ни в чём. Приём прошёл гораздо лучше, чем я мог ожидать. Горжусь вами!

Губы расплылись сами собой. Вот чего не ожидала от герцога, так это похвалы!

Обойдя медленным шагом толпу гостей, успев раскланяться с несколькими из них, мы, наконец, вырвались в большую прихожую, где слуга подал накидку. Его светлость тщательно завернул меня от ночного холода, охватившего разгорячённое тело, едва вышли на крыльцо. Мимо по кругу медленно двигались кареты. Слуга выкрикивал имена гостей. Уезжал ещё мало кто, поэтому наша карета подъехала быстро. Ловко подсадив в карету, его светлость захлопнул дверцу. Со вздохом облегчения, откинулась на спинку сиденья. Герцог, сев рядом, вытянул ноги, будто и ему это вечер дался непросто.

– Подремлите, ехать долго, – тихо посоветовал, осторожно прислоняя меня к сильному плечу.

Ох, блаженство-то какое! Карета мерно покачивалась, мимо проплывали освещённые улицы, проезжали другие экипажи… А мои глаза сами собой закрылись, голова сама пристроилась на широком плече. Я ещё чувствовала – его светлость поудобнее устраивается на сиденье и обхватывает меня руками, но это так, сквозь сон…

Да уж, работать в поле тяжелее, но… Привыкну ли я к этому всему? И стоит ли привыкать? Может быть, жить, как остальные простолюдинки, взятые в жёны богатыми магами – в поместье герцога, в тишине, подальше от этого развратного вертепа…

Но нечто во мне противилось этому. Сама не знаю, что… Этот вечер впервые заставил сказать гадкие слова чужим людям. Батюшка учил: "Молчи!" Не смолчала. Не сдержалась… И почему-то совсем не жалею об этом!

"Навоз им не нравится! А булки кушают!" – последнее, что помню в этот день.