Текст книги "Крестьянка в наказание (СИ)"

Автор книги: Вероника Азара

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

– Вам хочется меня побыстрее в столицу отправить? – усмехнулся его светлость.

Мне зябко стало от такой его мысли. Я же хотела как лучше…

Но сказать ничего не успела, супруг перегнулся через стол и чуть тронул кончик моего носа.

– Не пугайтесь так, шучу. Была такая мысль, предложить Гэдвину место управляющего…

Герцог замолчал, вертя в пальцах вилочку для пирожного. Пришлось поторопить:

– Думаете, он не согласится?

– Он-то согласится, в этом уверен. Он пятый сын, на наследство рассчитывать особо не может. Он и сейчас у меня служит. Должность управляющего для него отличная возможность скопить денег на своё поместье.

– В чём тогда дело?

– Да он мне в столице очень помогает…

Недоверчиво посмотрела на супруга:

– За последние месяца три он, что ни неделя, к нам в поместье приезжал. С вашими же подарками, – добавила вопросительным тоном, намекая – или подарки не ваши.

– Да, он частенько отпрашивался. Но причины всё такие странные выбирал…

– У него, как мне кажется, одна причина, – отправила в рот кусочек пирожного, будто не замечая приподнятых бровей его светлости. – Леди Мальвина!

Супруг призадумался. На его лице медленно проступила улыбка. Он посмотрел вопросительно в мою сторону и я, в ответ на незаданный вопрос, покивала головой, пояснив:

– Оба молчат, блюдут приличия, но смотрят друг на друга, у-у-у…

– Ага, – кивнул герцог. – А я понять не мог, что это он посыльным взялся подрабатывать. Боялся даже, это он нас с вами свести пытается, даже сердился… А он тишком себе жену присмотрел?

– Как бы они, со всеми этими правилами приличия, своё счастье не прозевали.

– Не прозевают! – решительно принялся за пирожное супруг. – С утра предложу ему место! Вы ведь ещё поживёте здесь?

– Мы же договорились – вернусь летом, когда дороги будут сухими. А пока в замке порядок с леди Мальвиной наведём. Мне надо бы у неё замководству научиться.

– Чему научиться, – от удивления герцог поперхнулся пирожным.

– Ну, не знаю, как это называется – ведением хозяйства в замке, так что ли?

– Ну-ну, – супруг откашлялся и запил пирожное взваром из местных трав.

Так на следующий день лорд Итори стал управляющим поместья рода ди Стель, а его светлость отбыл в столицу.

Я грустно смотрела с продуваемой ветром стены, на скрывающийся вдали небольшой отряд. Леди Мальвина заботливо укутала мои плечи плащом и потянула в сторону лестницы.

– Миледи, нам грустить некогда. Надо проследить за служанками…

Так и прошли последующие два месяца.

Лорд Итори крутился с делами поместья, мы с леди Мальвиной руководили уборкой и наведением порядка в замке. Очень повезло, что до весенней страды было время и в деревнях поблизости оказалось много желающих поработать в господском доме. И мужики и девки работали за плату, та многим была солидной прибавкой в хозяйстве.

Мой кровный родитель, не к ночи будь помянут, вёл хозяйство из рук вон плохо и люди в деревнях едва сводили концы с концами. Поэтому каждой монетке, полученной за работу в замке, радовались искренне. Тем более, приближалась посевная. Благодаря заработанным деньгам многие могли себе закупить семена, их у людей явно не хватало.

Прослышав о заработках, в замок потянулись и из дальних деревень. Очередь желающих работать выстраивалась каждое утро.

Отбирала служанок я. Мужчинами распоряжался мажордом, его отыскали в деревне. Старик служил в замке не один год и знал все тонкости. Я уговорила его вернуться.

Леди Мальвина учила управлять хозяйством. Теперь она взялась за обучение этому делу всерьёз. Результат стал заметен уже через месяц. Компаньонка удивилась, когда я выгнала двух девиц, спустя рукава убравших порученные комнаты.

– Леди Мальвина, я крестьянка. За такую работу батюшка так отходил бы вожжами, неделю ела бы стоя! А я их всего лишь уволила. На их место придут те, кто работать хочет и будет. А то пришли сюда задами крутить, а не полы драить!

Услышав про вожжи леди Мальвина, не удивилась. Разумеется, я вцепилась и не отстала, пока леди не призналась – в дворянских семьях вожжами, конечно, никого не учат, а розги в ходу. Потрясающе, неужели этих хорошеньких капризных куколок кто-то решается пороть? Да-а, так вот смотришь на красивую жизнь со стороны и завидуешь, а как посмотришь изнутри…

За три месяца практически наладили жизнь.

Наняли хорошую экономку – бездетную леди из далёкого поместья, которую в письме порекомендовала леди Сарена. Оказалась приятная дама, резво начавшая наводить порядок, но относившаяся ко мне с должным почтением.

Лорд Итори присматривал за поместьем, помогал крестьянам, если недоставало на что-то средств – нельзя требовать хороших доходов, ничего не вкладывая в хозяйство. Прежний хозяин этого, похоже, знать не желал. Теперь лорду Итори пришлось разгребать. Но, слава богам, постепенно жизнь налаживалась. Да и весна была удачной, так что можно надеяться на хороший урожай по осени.

Мы привели замок в порядок. Ну, не мы с леди Мальвиной и экономкой, конечно, хотя меня иногда тянуло взять веник да тряпку в руки и самой сделать то, что приходилось некоторым косоруким объяснять по десять раз. Правда, после первого увольнения стало легче, выслушивали мои распоряжения внимательнее. То ли напугала знатно, то ли научилась командовать, уж не знаю.

В замке теперь можно жить с удобством. Чем Хранитель оказался очень доволен.

Лорд Итори Хранителю понравился, а однажды ночью призрак вдруг заявился в мою спальню, доведя чуть не до истерики от испуга. А всего-то хотел поговорить о том, что хотел бы и леди Мальвину оставить в замке, когда герцог меня увезёт.

Отругав Духа рода всеми бранными словами, какие знала, чем привела беднягу в ступор, сообщила – отношения между этими двоими торопить не стоит. Леди Мальвина не торопится снова связать себя узами брака, памятуя о том, как обошёлся с ней предыдущий супруг. Пришлось вкратце рассказать её историю. Хранитель призадумался, но согласился со мной.

– Здесь неподалёку есть поместье. Принадлежит короне… – хитро глянул на меня призрак. – Поместье без хозяина давно. Его бы лорду Итори… И в этом поместье работать сможет, и за своим домом присматривать. И леди твоя была бы не прочь свой дом иметь.

Идея мне понравилась. Вот бы его светлость это поместье купил. Раз оно давно без хозяина, наверняка незадорого продадут. А к свадьбе такой подарок…

И тут же оборвала сама себя. Ишь, госпожой себя почувствовала. Уже герцогской казной распоряжаюсь, поместья покупаю да раздариваю. Нет уж. Пускай дело идёт своим чередом. Если решат пожениться, тогда и поговорю с супругом о подобном подарке. О чём Хранителю и сообщила. Удовлетворившись таким решением, он растаял, оставив меня. После долго лежала и таращилась в темноту.

И мысли были такие спокойные. Впервые за долгое время.

Взглянула на свою нынешнюю жизнь со стороны.

Отношения с супругом, похоже, налаживаются. Обучение ещё долгим будет, но учиться мне понравилось. Понравилось и большим домом управлять. Уж теперь ни госпоже Ленст, ни господину Дейтену не позволю снисходительно ко мне относиться. Здесь, в замке, привыкла разбираться с домашними проблемами. Леди Мальвина действительно оказалась бесценной помощницей. Жаль будет с компаньонкой расставаться, но ей тоже хорошо бы свою жизнь наладить.

А наутро приехал его светлость. Совершенно для меня неожиданно. Погода стояла хорошая, путь должен быть лёгким. Да, пора в столицу.

Его светлость сообщил – в столице меня ждёт осмотр у лучших медикусов-магов. Пожала плечами – в деревне повитухой обходятся. В ответ услышала:

– Вы теперь не крестьянка. И не забывайте – ваша обязанность родить, как минимум, двух детей. Вы, миледи, теперь за два рода ответственность несёте.

Ну и несу, и ничего страшного. Самочувствие, с помощью Духа рода, хоть паши на мне. Так что и дорогу перенесу хорошо, и осмотр постараюсь вытерпеть. Об одном супруга попросила – пусть без него чужие мужики меня не трогают, медикусы они там, или не медикусы, а мерзко.

В ответ герцог прижал слегка к себе и поцеловал лёгким поцелуем.

Ладно, вытерплю, раз уж ему хочется меня медикусам этим показать!

Дорога в столицу оказалась и правда лёгкой. Ехали неспешно. Мы с компаньонкой занимали одну карету, довольная донельзя Галита делила карету с камердинером его светлости. Его светлость ехал или верхом, или с нами в карете. Он рассказывал о делах в столице.

Оказывается, розыск виновных в нападении на короля закончили месяц назад. Виновные наказаны и теперь следователи занимаются поиском последних мелких заговорщиков, сумевших ускользнуть от правосудия. Весна в столице прошла печально – все развлечения отменили, да и то сказать – какие уж балы, когда казни идут. Мы с леди Мальвиной ничего не потеряли…

На это мы с леди переглянулись и рассмеялись – вот уж чего не хотелось совсем, так посещать балы! Что в сторону леди Мальвины норовили пальцем ткнуть, памятуя историю с её супругом, что в мою сторону – как же, крестьянка, фу!

Его светлость был всю дорогу на удивление расслаблен. Смотрела на мужчину и удивлялась – и почему он мне при встрече показался таким суровым и холодным. Уж если быть откровенной с самой собой, ничего плохого от супруга не видела. Он всегда был внимателен, заботился обо мне даже тогда, когда собирался отправить от себя подальше. Повезло с мужем!

А через несколько дней я радоваться перестала.

После осмотра медикусы устроили совет, "консилиум" назвали. И после этого сообщили его светлости – родить сама я никак не смогу. Необходимо будет присутствие рядом медикуса-мага, а желательно и не одного.

Супруг после такого известия призадумался, да и решил – остаток срока буду дохаживать в столице, поближе к нему и к медикусам.

А у меня в голове звучали слова Духа рода о рождении детей в родовом гнезде, иначе сильными магами они быть не смогут!

Вот я и упёрлась всеми четырьмя – едем в родовой замок рода Отеро, и всё тут. Его светлость поначалу убеждал меня, после рычал… Мы впервые поссорились.

Он обозвал меня "дурной бабой, такой же дурной, как и все остальные"!

Это возмутило больше всего. Леди Мальвина пыталась успокоить, но ничего не вышло.

Я спряталась в одной из пустых гостевых комнат и выревелась всласть. Не думала, что мой внимательный и заботливый супруг считает меня совсем дурной! Не о себе же думаю, о его собственном ребёнке! Какая жизнь будет у мальчишки, если у него и мать крестьянка, да ещё и магия – пшик?

Проревевшись, пробралась в свои покои и попросила Галиту помочь привести себя в порядок – пора спускаться к обеду.

На обеде его светлость поглядывал в мою сторону с каким-то сначала удивлением, затем насторожённо, а потом…

Жестом выгнал слуг из столовой, глянул на компаньонку – та едва не подавилась нежнейшим суфле, быстренько прокашлявшись, вспомнила о каком-то срочном деле и выскользнула из-за стола.

Мы остались вдвоём.

– Итак, слушаю, – голос супруга звучал устало и безнадёжно.

Уставилась на него в полном недоумении.

– Какие ваши требования, миледи.

Удивилась ещё больше. Какие такие требования и по какому поводу?

Откашлявшись, смогла выдавить только:

– Не понимаю.

– Что вы не понимаете? Я же вас обидел, накричал, что вы хотите в качестве извинения.

Уставилась на супруга так, словно у него внезапно рога отросли.

– Вы не кричали, вы рычали, – всё, что пришло в голову. – Ну и… Вы же муж.

Вот тут у герцога опустились руки. Он осторожно положил на тарелку приборы и сложил руки на груди.

– И истерики не будет?

– Больше не будет.

– Что значит больше? – теперь непонимающе смотрел уже он.

– Ну, я уже всё, – пожала плечами, тоскливо глядя на пирожное, лежавшее на тарелочке.

– Вы плакали?

– Ну, да…

Герцог поставил локти на стол, сцепил пальцы и опустил на них лоб.

Его плечи начали подрагивать. Я уж испугалась – он плачет? Наверное, очень сильно его обидела этим плачем украдкой…

Его светлость, наконец, поднял голову. Он смеялся!

Глянув на моё вытянувшееся лицо, откинулся на спинку стула и расхохотался уже в голос.

Я обиделась. Теперь серьёзно обиделась – чего такого смешного сказала?!

Утерев глаза салфеткой, его светлость бросил её рядом с тарелкой и, всё ещё смеясь, посмотрел на меня:

– Анна, вы чудо! Никак не могу привыкнуть к тому, что вы совсем другая!

– Ну, другая, – пожала плечами и не выдержала, отломила кусочек пирожного с желейным цветочком и ягодкой. – И что?

– Ладно!

Отсмеявшись и поняв – пирожное привлекает меня больше сцены, которую мы устроили, герцог снова поставил локти на стол и опёрся о них подбородком.

– Доедайте ваше пирожное и постарайтесь объяснить, что именно расстроило в желании медикусов оставить вас в столице.

Едва не подавившись кусочком пирожного, отпила глоток взвара и, помедлив пару мгновений, ответила честно:

– Меня волнует наш сын. Вы же понимаете, ему будет непросто, имея такую мать, как я. А Хранитель сказал – вдали от родового камня силы у него, как у мага, будет мало. Род ди Стель выродился именно потому, что детей рожали, боги знают где, только не в родовом замке. Я так не хочу.

– Но ведь опасно, и для вас в первую очередь!

Его светлость прикрыл глаза, после прямо взглянул на меня. Очередное пожатие плечами его не устроило, поджал губы. Подумал несколько минут, глядя, как я доедаю злополучное пирожное.

– Хорошо, давайте так – лето проведёте в столице под присмотром медикусов. Особых мероприятий по летнему времени не будет, да и ваше положение позволит вам появляться лишь там, где сами захотите. Ближе к осени решим, что и как. Время у нас ещё будет.

Я почувствовала, как от радости губы расплываются в улыбке!

Эпилог

Со двора донеслись крики. Пришлось отвлечься от урока и выглянуть в окно. Так и есть! Алиан и Гэртон снова устроили громкую и опасную возню! И как усмирить этих мальчишек?

Супруг с утра уехал по делам, я занималась с дочерью уроками, а сыновья опять вытащили из клетки детёныша гайена (их его светлость сумел приручить несколько лет назад). Гоняют бедного зверёныша по двору, норовя попасть тому на мелкие ещё, но очень опасные зубы.

Прислуга, естественно, разбежалась кто куда, а эта парочка…

А, нет, вон в тени у стены стоит Патрик, внимательно наблюдая за происходящим. Тогда не страшно. Из мальчишки вырос на удивление сильный воин, несмотря на ещё совсем молодой возраст. Интересно, а где…

Присмотрелась внимательно к стенам. Точно – на стене, окружавшей двор, как кошка пристроилась Вирелейна. Вот непоседа! Обидно ей – мальчишки не берут в подобные забавы, приходится смотреть с безопасного расстояния. И правильно! Герцог обещал, если с девчонкой что-то по вине двух непосед произойдёт, он не посмотрит на их титулы и возраст, а отлупит, сидеть не смогут. Прямо так и сказал! Я старательно прятала в этот момент лицо, что бы дети не увидели моего смеха. А как не смеяться? Это все дворяне страны трепещут перед грозным советником, даже его величество не очень-то командует, но я-то точно знаю, насколько добр этот мужчина.

Пока отвлеклась, позади раздался шорох, стук и негромкий вскрик.

Ну вот, опять! Ни на минуту нельзя оставить без присмотра!

– Руситана, я всё же приглашу учителей из столицы.

– Матушка, я не нарочно!

Оглянулась, не отходя, впрочем, от окна. Ну что с ней делать?! Опять вместо урока пыталась магию пробудить. На столе пятно чернил, растёкшихся из стоявшей на краю чернильницы. Перья рассыпались. Опять пыталась магией перья поднимать? Не терпится девчонке, просто не терпится. У братьев магия чуть не с рождения проснулась, а у неё никак, а ей уже шесть лет.

– Не спеши, – всё же подошла к расстроенной дочери и потрепала её по взъерошенной макушке.

Удивительно, девочка вроде, а стоит выйти утром из детской и уже выглядит разбойницей с большой дороги. Платьев не напастись, волосы из причёски вылезают…

– Да, не спеши, – проныла кроха. – У всех вас магия есть, а я!..

– И у тебя есть, тебе же сказано, подождать надо. У меня магия тоже поздно проснулась.

– Ага, вы это меня утешаете, – на серых глазёнках блеснули слезинки.

– Это совсем не так. Мы правду тебе говорим. Ты родилась в родовом замке, а значит и твоя магия проснётся. Но надо потерпеть. Возможно, у нас с тобой будет одинаковая.

– Тогда и я смогу кружева плести?

Я подняла дочку, села на её место и устроила расстроенную кроху на коленях.

– И ты сможешь. О моей магии знают очень мало. Возможно, она рано и не просыпается.

– А кружева когда можно учиться плести?

– Скоро. Вот инструменты для тебя сделают…

– А заказали уже?

– Заказали, заказали, не волнуйся. Привезут прямо в замок.

– А зачем нам в замок? Разве в поместье плохо?

– Ты же знаешь, у тебя сестрёнка будет.

– И я буду с ней играть как Алиан с Гэртоном?

– Будешь. Подрастёт она немножко, будешь с ней играть. Будешь учить всему, что сама знаешь и умеешь.

– Я Хранителя попрошу – пускай она быстрее растёт.

Тихо засмеявшись детской наивности, прижалась щекой к тёплой головке, осторожно оглаживая хрупкие плечики.

В такой позе и застал нас супруг.

– О, смотрю, мои девочки приуныли?

– Папа!

От грусти не осталось и следа. Его светлость подхватил на руки бросившуюся навстречу дочь и, несмотря на перепачканные чернилами руки, дал обнять себя за шею.

– Чем занималась моя красавица?

– Мы с мамой учили буквы, потом читали, а потом мальчишки во дворе шум подняли и мама отвлеклась. А потом мы с мамой о сестричке говорили, – сдала всех любимому папочке кроха.

Встретились с супругом глазами и заулыбались.

– Беги, переоденься, скоро вам стол накроют, – спустил дочь Аугустус, не отрывая от меня глаз.

Малышка торопливо покинула комнату, пока папочка не заругался за очередную попытку применить магию.

Только головой покачала ей вслед.

– Что наши сыновья за шум подняли?

– Ничего серьёзного, – не захотела сдавать мальчишек.

– Настолько ничего, что вы даже от урока отвлеклись? – глаза супруга блестели от сдерживаемого смеха.

Что оставалась? Наверняка, пока мы с дочерью миловались, его светлости уже всё доложили.

– Они же мальчишки, а вы сами запретили им покидать поместье и болтаться в крестьянских домах.

– После того, как они разогнали всю деревенскую птицу и перепугали коров. Те молоко давать перестали, – напомнил супруг.

– Так я же и не спорю, – пошла на попятный, – но им куда-то надо энергию девать. Кстати, можно было и не отвлекаться, у Патрика всё под контролем…

Договорить не успела, со двора раздался девчачий визг и крики взрослых.

Только лицо ладонью закрыла. Опять Вирелейна! Не может сидеть в стороне, когда мальчишки возню затеяли! Это не девчонка растёт, это стихийное бедствие! Скоро замуж отдавать, а она всё с мальчишками забавляется!

Когда опустила руку, герцог уже стоял у окна с грозным видом, сложив на груди руки. Этакий памятник суровости. И, судя по тишине, воцарившейся на дворе, его светлость заметили.

– Юные лорды, и вы, юная госпожа, после обеда жду в кабинете!

Постепенно звуки приобрели обычное рутинное звучание. Заговорили слуги, раздалось ржание лошадей, взбрёхивание собак… Мне тоже хотелось подойти к окну. Посидела, искоса глядя на сурового супруга, за чем-то внимательно наблюдавшего, и не удержалась. Подошла и пристроилась рядом.

Да уж, картинка очень красноречивая. Троица медленно-медленно двигалась в сторону входа в дом. Порой казалось, дети топчутся на месте, так не хотелось им оказаться поблизости от сердитого герцога.

– И как вы намерены их наказать? – не удержалась, закусив губу, чтобы не разулыбаться, это было бы сразу замечено хулиганистой компанией.

– Да как их накажешь?

– Да уж, в комнатах не посадить, хуже будет.

Его светлость хмыкнул в ответ от воспоминаний.

– Ничего, просто отругаю, а после этого им придётся расстаться. Вирелейну хочу в столицу, в школу отправить, тем более Патрик в этом году учиться пойдёт. А нашей парочке учителей пришлю. Некогда будет шалить. Кстати, миледи, вы не передумали в замок ехать?

Даже рот открывать не пришлось, хватило одного взгляда. Да что бы я своего ребёнка, пусть и девочку, лишила части магии, которую может дать родовой камень? Да ни за что! И его светлость это прекрасно знал.

– Ладно-ладно, – засмеялся Аугустус, – всё понял, извините. Уж очень не хочется расставаться так надолго.

– Ну, не так уж и надолго. Сначала в столицу заедем. Вы же говорили – мне необходимо присутствовать на представлении невесты его величества. Поживём в городе месяцок. После этого хочу заехать ненадолго к моим, давно уже их не видела. А там и в замок.

– А в деревню обязательно?

– Так после родов долго не смогу съездить, а матушка, как написала Олена, слабеет. Кто его знает, – мне стало на минутку грустно, когда вспомнила последнее письмо сестрицы.

Супруг долго грустить не дал. Тихонечко обнял и погладил по спине.

– Что делать. Вы же знаете, маги дольше живут и наша судьба пережить многих.

Уткнулась в широкое плечо и кивнула. Да, придётся пережить почти всех родных. Но есть и моя собственная семья. Супруг, дети…

Какое счастье, что все мы маги!

***

К деревне подъезжали ближе к обеду.

Я послала гонца к родным, чтобы не свалиться нежданной на головы. Сама же сидела в карете и вглядывалась в проплывавший мимо пейзаж.

Неожиданно на колени упал крошечный букетик полевых цветов. Узнаю моих мальчиков! Знают – как бы ни были красивы цветы, выращенные нашими садовниками, а мне милее именно простые, полевые. Каждый раз приносят из своих похождений хоть несколько цветочков. Жаль только, не долго стоят сорванные полевые цветы.

Высунулась неприлично из окошка кареты и помахала скакавшим верхом сыновьям. Совсем становятся взрослые. Уже отказались всю дорогу проделать в карете с Руситаной и её гувернанткой, ехавших следом за мной.

Госпожа Флонд, сменившая на должности компаньонки леди Мальвину, лишь недовольно покачала головой, глядя на мои замашки. Но я уже давно не та тихая крестьяночка, готовая пустить слезу по любому поводу, боясь опозорить своего грозного супруга. Компаньонка может сколько угодно морщиться, но я буду делать то, что считаю нужным. Нет, она вовсе не плохая женщина, но нет в ней той теплоты, бывшей в леди Мальвине. Подругами мы не стали, и, думается мне, не станем. Ну и не надо. Сейчас она со мной для одной цели – придать приличия моему путешествию. Всё же заботиться о приличиях я вынуждена, несмотря на то, что меня в свете называют "эксцентричной герцогиней".

За окном, наконец, стали попадаться знакомые места. Вот и мост через речку. Новый. Недавно, похоже, отстроенный. Знакомое старое дерево. Уже почти сухое. Скоро его срубят, но рядом молодой тонкий ствол. Будет путникам где передохнуть в жаркий день. А вот и крыши нашей деревни…

Да, за прошедшие годы деревня разрослась.

Я уезжала, когда в ней было всего одна улица. А теперь расстроилась. Дома всё больше хорошие. Мы двигались мимо заборов, из-за которых высовывались головы крестьян из тех, кто не занят на полевых работах. Мелкая ребятня бежала рядом с каретой, с визгом и криками, стараясь в прыжке заглянуть в карету. Ребятня постарше вежливо кланялась богатому выезду.

В конце знакомой улицы высился двухэтажный дом.

Ух ты, как расстроились! Не просто так Олена писала – места мне хватит, если решусь навестить родных.

У ворот карета остановилась, я легко выпрыгнула, проигнорировав руку лакея.

– Госпожа Флонд, как и договорились, вам лучше отправиться на постоялый двор или в дом старосты.

Повернулась к застывшему рядом лакею:

– Снимите эти сундуки и несите в дом. Детские вещи тоже достаньте, гувернантка скажет какие, и туда же. Сами поезжайте до ближайшего постоялого двора, расспросите…

Договорить не успела. Старый охранник, бывший командиром моего отряда, жестом остановил раскомандовавшуюся барыню и, поклонившись, пошёл командовать сам.

Пожала плечами – ну, и пожалуйста, мне же хлопот меньше, тем более, карету из дома заметили и из двери уже показалась дородная фигура матушки.

– Рушка!

Бросилась навстречу, словно и не было этих лет. И суровая матушка теперь обняла так ласково… Заныло сердце, когда рассмотрела лицо с синяками под глазами. И правда, болеет. Ну да ничего, специально для всей семьи своего заветного кружева наплела. Старое, что в прошлый раз привезла, небось, истрепалось всё.

– А это кто ж такие?!

Оторвалась от матушки и оглянулась.

– А это внуки твои.

– Ох, ты ж, такие большие!

И правда, большие. Наша троица сейчас стояла смирнёхонько во дворе дома и дружно поклонилась. Гувернантка поморщилась, но перечить не посмела.

Пробовала ещё дома. Начала нотацию читать – детям герцога невместно кланяться каким-то там крестьянам, несмотря на то, что это их собственные бабка с дедом.

Ничего, услышавший эти разглагольствования супруг быстро окоротил зарвавшуюся особу, сообщив – его детям не стыд поклониться старшим родичам. Лично он не считает это зазорным. И вопрос был решён. Я разъяснила, как принято в деревне приветствовать старших и дети сейчас всё выполнили в точности.

Интересно, надолго хватит их воспитанности?

Вспомнилось, как привезла их в деревню шесть лет назад.

Алиану было ещё четыре, а Гэртону всего три. Какими круглыми глазами они, дети, прожившие всю свою жизнь в герцогском доме, под присмотром нянек и гувернантки, смотрели на обычную деревенскую жизнь. Как глаза увеличиваются, когда видят настоящих живых гусей, важно шествующих с реки, когда заслышали визг подравшихся поросят… Как чуть не уселись на землю, впервые услышав рёв коровы…

Да, наверное, именно та поездка пробудила в двух чинных воспитанных мальчиках двух любопытных до всего экспериментаторов. После поездки они были чаще в ближайших деревнях, чем в доме. Впрочем, я на это не жаловалась. Главное, тяга к учению у всех троих моя и загонять их за учёбу никогда не приходилось. Ну, а уж учитель отпустил – свобода.

Между тем, матушка, засуетившаяся, не знающая что сказать, как повернуться, начала приглашать дорогих гостей в дом.

Махнув детям, подошла к матушке и обняла её.

– Матушка, я всё та же Рушка, та самая, которую ты частенько ругала, а порой охаживала полотенцем. И, должна признать – за дело, – тихо шепнула на самое ухо.

Матушка вдруг тихо всхлипнула, прикрыла передником лицо и прижалась ко мне.

– Да вы ж совсем теперь другая. И глазки по-другому смотрят, и повадка…

– Нет, матушка, я всё та же. Обучилась разному, а была непутёвая, такой и осталась. И выкать мне не надо, а то странно даже. Ты же помнишь, как я в прошлый раз приезжала?

Тихо засмеявшись, матушка взбодрилась и закричала, совсем как в стародавние времена:

– Оленка, где тебя носит! Рушка приехала, а ты и носу не кажешь! Помоги гостям дорогим разместиться!

Из глубины дома застучали шаги по лестнице и показалась Олена. Да уж, она совсем стала похожа на матушку – такая же дородная, пышущая жизнью.

– Ой, гости дорогие, да заходите же, – бросилась к гостям.

Начала вертеть меня из стороны в сторону:

– Рушка, да ты совсем на герцогиню не похожа!

В ответ засмеялась – Олена есть Олена. Это матушка мне ни с того, ни с его выкать начала. У сестрицы всё просто.

– А ты хотела, чтобы я в дорогу драгоценностями обвешалась людям на смех?

– Ну, хоть платье-то другое наденешь?

– Надену-надену, ты давай нам комнаты покажи. Где расположиться.

– Ну, для маленьких господ мы спаленку отвели, – она склонилась ко мне и тихо спросила: – Ничего, что одна на двоих?

– Да им только веселее будет.

– Ну и ладно! – повеселела сестрица. – Для маленькой барышни и её госпожи гуветантки, – смешно исковеркала слово, – тоже отдельная комнатка. Дом, сама видишь какой теперь. И тебе отдельная комнатка есть. Я своих девчонок потеснила. Погода хорошая, да и они давно просились на сеновале поночевать, помнишь?

Ещё б не помнила эти дивные ночи, когда родители разрешали пойти ночевать в сене! Этот аромат скошенной травы, это тихое шевеление и дыхание животных под сеновалом, разговоры до рассвета…

Быстро устроившись в комнате, достала платье, приготовленное камеристкой. Помнила разочарование родни в прошлый мой приезд, когда вышла к столу, а к нему пригласили практически всю деревню, в простом платье. Хорошо, матушка меня первая увидела, а я заметила её разочарование – как же, дочка-герцогиня, а платье чуть лучше, чем у внучки старосты. Пришлось тогда бежать переодеваться.

В этот раз попросила Галиту, отправившуюся с гувернанткой на постоялый двор, сразу положить платье, какое смогу надеть сама и маленькую шкатулочку с драгоценностями.

Оделась, свернула волосы в пышный узел, спрятав привычно концы волос, давно отливавшие искристым снегом.

Так что, к ужину, спустилась во всём блеске, поразив всех соседей. Смешно было наблюдать за восхищёнными взглядами, устремлёнными на меня со всех сторон, как рассматривали настоящих детей важного герцога. Те, впрочем, уже успели перепачкаться будто поросята.

Весь вечер пришлось слушать разговоры, с ними считал нужным подойти каждый. Ничуть не проще, чем на королевском приёме. Даже завистливого рассматривания не меньше.

Наконец праздник перешёл в ту стадию, когда до приезжей особы никому дела уже нет. Зазвучала музыка, кто-то принялся танцевать, кто-то пел, народ разбивался на группки и отовсюду звучали разговоры.

Почувствовала, на плечи опустилось что-то тёплое. Повернулась – батюшка. За весь день так и не смогла с ним поговорить. Даже виделись мельком. Когда приехали, он в поле ездил, после вернулся, а я занята сборами к празднику была…

– Совсем замёрзла, погляжу, с голыми плечами-то, – тихо пробасил батюшка.

– Есть такое, – посмотрела в усталые глаза и вдруг, сама не знаю почему, так захотелось обнять его… – Батюшка!

Почувствовав моё желание, он коротко, но очень крепко обнял и сразу же отстранил, заглянув пристально в глаза.

– Жизнь-то как? Не те сказки, что народу рассказывала, а на самом деле?

– Хорошо, батюшка. Правда, хорошо. Теперь много легче. Хотя и плюются порой в спину – крестьянка, а с моим супругом не забалуешь. Да и сама теперь ответить могу. Магия моя совсем раскрылась. Дети, сам видишь, удались. Вторую доченьку жду. От вас сразу в родовой замок отправлюсь.

– У нас не поживёшь?

– Нет, батюшка. Мне очень повидаться хотелось. Кто его знает, когда смогу приехать.

– Матушка слабеет.

– Олена написала. Я привезла кое-что. Надеюсь, поможет.

Батюшка опять коротко прижал к себе.

– Хорошая ты, Рушка. Спаси боги тебя и твоих близких.

– И тебе того же, батюшка.

Он кивнул и отошёл к мужикам, обсуждавшим какие-то свои деревенские дела.

Утро началось непривычно рано. Я давно уже отвыкла вставать с рассветом, но тут проснулась. Первое, что услышала, крик петуха, зашумело на скотном дворе. Послышался шёпот в коридоре и поскрипывание половиц. Ага, встали мои детушки. Встали и уже что-то затеяли. Ладно, пусть их. Мальчишки они сильные, а за сестрой присмотрят.