Текст книги "Черты и силуэты прошлого - правительство и общественность в царствование Николая II глазами современника"

Автор книги: Василий Гурко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 67 страниц)

608

Штунда – общее наименование ряда сект, появившихся в 1860е гг. в южных губерниях России под влиянием баптистов из немецких колоний. Особенностью ежедневного распорядка жизни было у штундистов выделение определенного времени для изучения Священного писания (название секты – от нем. Stunde – час). В начале XX в. секты слились с баптизмом.

609*

Гурко, с достаточной наивностью, именует льготами меры, частично смягчающие существовавшую дискриминацию евреев.

610

Коковцов в первую очередь имел в виду проживание множества евреев вне черты оседлости (при каких-либо нарушениях весьма сложных правил, определявших такую возможность), сопровождавшееся постоянными взятками полиции.

611*

Гурко использует типичные для эпохи антисемитские произвольные утверждения, традиционно выдаваемые за аргументы.

В частности, трудно понять, как может возникнуть и чем именно вредоносно в учебных заведениях «еврейское засилье», если правила поступление и плата за обучение одинаковы для всех, а оценки выставляются объективно. Соображение о «разлагающем действии» евреев вообще не может быть опровергнуто по причине абсолютной беспредметности.

612

10 декабря 1906 г. Николай II вернул П.А.Столыпину неутвержденным журнал Совета министров по еврейскому вопросу, ссылаясь в сопроводительной записке на «внутренний голос», который «все настойчивее твердит мне, чтобы я не брал этого решения на себя». Столыпин просил императора хотя бы поставить резолюцию: «Не встречая по существу возражений против разрешения поднятого Советом министров вопроса, нахожу необходимым провести его общим законодательным порядком, а не на основании 87-й статьи законов основных, так как 1) вопрос этот крайне сложен, 2) не представляется, особенно в подробностях, бесспорным и 3) не столь спешен, чтобы требовать немедленного разрешения за два месяца до созыва Государственной думы». Такая резолюция должна была, по мысли П.А.Столыпина, изменить ситуацию в глазах общественного мнения, в противном случае, писал он, «для общества еврейский вопрос будет стоять так: Совет единогласно высказался за отмену некоторых ограничений, но Государь пожелал сохранить их». 11 декабря 1906 г. Николай II ответил: «Из предложенных Вами способов я предпочитаю, чтобы резолютивная часть журнала была переделана в том смысле – внести ли вопрос в Думу или разрешить его в порядке ст. 87» (Красный архив. 1924. № 5. С. 105–107).

613*

Подоходный налог (как отдельный налог, а не часть промыслового налога) был введен с 1 января 1917 года; но так никогда и не был собран, так как подлежал уплате после завершения облагаемого года, то есть весной 1918 года.

614*

Лидваль недопоставил зерно (и не вернул полученные от казны средства) на сумму 600 тыс. рублей при общей стоимости контракта с ним около 1 млн рублей.

615*

Гурко сделался объектом нападок сатириков и карикатуристов бульварной прессы. Например, иллюстрированный листок «Вихрь» (1906. № 18) опубликовал сатирический вызов:

Родичеву от Гурко,

Едкий Родичев! Напрасно Говорильное ты жало Обнажил весьма ужасно На лихого «объедалу»! Храбрый Гурко по наследству, Я ведь отвагою владею И, обросши рожью с детства. Стрелять авансом я умею.

Черновик слидвалил Петрик.

616*

Надежды Гурко на суд оправдались отчасти. Гурко был признан судом Сената виновным в «нерадении по должности», выразившемся в заключении контракта на поставку зерна казне с нарушением установленных законом правил, но без корыстного мотива. Ни предварительное следствие (производившееся особым присутсвием Государственного совета), ни обвинение в суде даже не упоминали о возможности получения Гурко каких-либо незаконных доходов. Это привело к тому, что политическая репутация Гурко не пострадала, и он впоследствии был избран предводителем дворянства Тверского уезда, а затем и членом Государственного совета от Тверского земства.

617

Мысленно я упрекал Столыпина, упрекаю его и доселе, лишь за одно, а именно что он не пожелал лично появиться на суде и там публично дать свои свидетельские показания, а потребовал, чтобы суд в полном составе явился к нему в Каменноост-ровский дворец, в котором он в то время жил, и там, при закрытых дверях, дал свои показания, предпослав им пышный дифирамб моей деятельности. Самый вызов не свидетеля в суд, а суда к свидетелю, хотя закон на это давал право лицам, состоящим в определенном чине или классе должности, был фактом беспримерным и свидетельствовал о том, до какой бесцеремонности дошел Столыпин уже год спустя после своего назначения главой правительства, о чем я в дальнейшем скажу несколько слов. Мне казалось, что обязанность Столыпина, не по отношению ко мне, а в интересах защиты престижа власти, состояла в том, чтобы присутствовать на суде с самого начала и, таким образом, вполне выяснить для самого себя, виноват ли я в чем-либо или нет, и в зависимости от создавшегося у него убеждения либо призвать на меня все громы и кары правосудия, либо, наоборот, указать на то, что правительство не остановилось перед преданием суду одного из своих ставленников, коль скоро появилось у общественности подозрение в законности его действий, но оно же считает долгом, по выяснении истинных обстоятельств дела, защищать своих слуг от клеветы и грязи, которые, преследуя все ту же цель – развенчать в общественном мнении власть, столь недобросовестно нагромождала оппозиция.

Не могу я при этом не упомянуть про странное, чтобы не сказать более, вчинение мне в вину обер-прокурором Сената Кемпе моего стремления понизить цену на хлеб, приобретаемый казной для голодающего населения, что привело к тому, что цена на зерно вообще понизилась на рынке. Действительно, сделка с Лидвалем, равно как все остальные заключенные мною сделки, благополучно исполненные, были заключены по цене ниже биржевых. Вменение в вину представителю государственной власти, обязанному беречь интересы казны, его старания заключать торговые сделки на выгодных для казны условиях, равно как признание, что понижение цен на зерно на рынке в голодный год не отвечает интересам населения, до – стойны фигурировать в юмористическом журнале. Я должен, однако, сказать, что оно было лишь отражением того неудовольствия, которое я вызвал мерами, направленными к понижению цен на зерно, как в хлеботорговых, так и в землевладельческих кругах, вследствие чего я оказался под перекрестным огнем. Негодовала на меня оппозиция по вышеприведенным причинам. Недовольны были мною и критиковали мои действия и беспринципные хлеботорговцы и определенно правые земледельческие круги. Я не намерен приводить до-ка-зательств моей невиновности, но я надеюсь, что на меня не посетуют и признают за мною законное право привести по этому поводу чужое мнение, не лишенное интереса и в данном вопросе авторитетное. Уже во время бытности моей в эмиграции в Париже я познакомился с бывшим московским городским головою Н.И.Гучковым, входившим в состав того присутствия, которое меня судило. Вот сведения, полученные от него:

Париж, 20 июля 1924 г.

Глубокоуважаемый Владимир Иосифович,

Узнав, что Вы заняты составлением Ваших воспоминаний, в которых Вы, вероятно, коснетесь громкого в свое время дела по обвинению Вас в превышении власти, я считаю долгом довести до Вашего сведения один факт, касающийся этого дела, который не может Вас не интересовать.

Назначенный в ноябре 1907 г. по Высочайшему повелению в качестве московского городского головы членом Особого присутствия Сената, перед коим Вы должны были предстать в качестве обвиняемого в преступлении по должности, я должен сказать, что был настроен по отношению к Вам, которого до тех пор в глаза не видел, довольно отрицательно. Газетная травля, которой Вы подвергались в течение целого года, не могла не действовать на людей, не знакомых ближайшим образом с делом, по которому Вы обвинялись.

С первого же дня судебного следствия все дело предстало для меня, да, смею сказать, и для других членов Особого присутствия, в совершенно другом свете, нежели оно изображалось в печати. Для меня стало ясно, что Вы явились жертвой оппозиционной общественности, всячески старавшейся в ту пору очернить правительство и составлявших его отдельных лиц. По отношению к Вам эта общественность питала, по-видимому, особую злобу и проявляла необыкновенное ожесточение.

По мере хода процесса полученное у меня в его начале впечатление все усиливалось и сложилось, наконец, в определенное убеждение в Вашей полной невиновности.

Такое же мнение сложилось, очевидно, и у других членов присутствия – представителей общественности, а именно у петербургского губернского предводителя гр. Гудовича и волостного старшины одной из волостей Петербургской губернии (фамилии его не помню), так как при постановке приговора мы все трое высказались за Вашу невиновность и, следовательно, оправдание. Иного мнения оказались сенаторы, коих было пять. Невзирая на все наши доводы, они остались непреклонны.

Необыкновенная, по моему мнению, настойчивость сенаторов, а в особенности то обстоятельство, что уже при обсуждении проекта пунктов обвинения сенаторы возражали и отвергли внесенные мною некоторые поправки, облегчавшие возможность оправдательного приговора, навели меня на тяжелую мысль, что они связаны с полученными сверху директивами.

На другой же день после состоявшегося приговора я, смущенный и взволнованный, поехал к председателю Совета министров П.А.Столыпину, которому счел долгом точно изложить мое мнение о полной необоснованности состоявшегося приговора и о том, что для самого привлечения Вас к ответственности у Министерства внутренних дел не было никаких оснований.

По-видимому, хотели, сказал я, бросить Гурко как некую кость для успокоения оппозиционной части общественности и тем привлечь ее симпатии к правительству; но справедливо ли это и отвечает ли истинным интересам государства и олицетворяющей его власти?

П.А.Столыпин на мои слова ничего определенного не ответил. Примите уверения в глубоком моем уважении.

Н.Гучков

(Прим. автора)

618*

Гурко излагает дело односторонне. Суть уголовного обвинения против Гурко состояла в том, что он заключил контракт с Э.Лидвалем, нарушив обязательные требования о предоставлении поставщиком залога в обеспечение своих обязательств, а также полностью оплатив конракт авансом. В результате этого казна, при последующем отказе Лидваля исполнить поставку, не смогла возместить свои убытки за счет залога. Разумеется, заключение контракта без залога улучшило условия для поставщика, что позволило ему выставить более низкую цену; но, в то же время, это было сделано ценой увеличения риска получения казной убытка, который в действительности и случился.

619

Государственный переворот (фр.).

620*

Гурко цитирует окончание речи П.А.Столыпина в Государственной думе 10 мая 1907 г. по аграрному вопросу, где премьер-министр отвергал радикальные программы «трудовиков» и кадетов, настаивая на постепенности преобразований и неприкосновенности частной земельной собственности. «Пробыв 10 лет у дела земельного устройства, – говорил Столыпин, – я пришел к глубокому убеждению, что в деле этом нужен упорный труд, нужна продолжительная черная работа. Разрешить этого вопроса нельзя, его надо разрешать. В западных государствах на это потребовались десятилетия. Мы предлагаем вам скромный, но верный путь. Противникам государственности хотелось бы избрать путь радикализма, путь освобождения от исторического прошлого России. Им нужны великие потрясения, нам нужна Великая Россия!» (Государственная дума. Стенографические отчеты. Созыв II. Сессия II. СПб., 1907. Т. 2. Стб. 445).

621

Между П.А.Столыпиным и А.И.Гучковым, возглавлявшим в Третьей Государственной думе фракцию октябристов, существовали довольно близкие личные отношения. Они познакомились 27 апреля 1906 г. в доме петербургского журналиста А.А.Столыпина (брата премьера), и между ними сразу возникла «дружеская приязнь», они часто встречались в неофициальной обстановке, обсуждали политические вопросы и совместную тактику действий, обменивались письмами. Однако на приглашение Столыпина войти в правительство Гучков ответил отказом, так как не были приняты его условия (объявление программы действий кабинета). Позже, когда Столыпин под давлением консервативных сил из императорского окружения брал «правый крен», Гучков уговаривал его дать «открытый бой» камарилье. Однако премьер фактически капитулировал и, по выражению Гучкова, «умер политически задолго до своей физической смерти». В апреле 1911 г. Гучков в знак протеста против проведения Столыпиным закона о земстве в западных губерниях в обход Думы (законодательные палаты были распущены на три дня 12–15 марта, и закон принят в чрезвычайном порядке, предусмотренном статьей 87 Основных законов) оставил пост председателя, с этого момента политические отношения были испорчены, хотя добрые воспоминания о Столыпине Гучков сохранял до конца дней (см.: Баженов А.Н. Александр Иванович Гучков // Исторические силуэты. М., 1991. С. 84, 89).

622

Имеется в виду объединенная «русская национальная фракция», которая была образована в Государственной думе 25 октября 1909 г. в результате слияния фракции умеренно-правых (председатель которой П.Н.Балашев стал главой объединения) и национальной группы (лидер А.П.Урусов) по настоянию П.А.Столыпина, стремившегося к созданию устойчивого правого большинства в парламенте. Однако в это время Столыпин, несмотря на смещение вправо, еще не собирался отказываться от союза с октябристами. Окончательно союз Столыпина с октябристами был разорван в апреле 1911 г., когда лидер октябристов А.И.Гучков демонстративно покинул пост председателя Думы в знак протеста против утверждения в чрезвычайном порядке закона о введении земских учреждений в шести западных губерниях.

623*

Гурко излагает историю неверно. Внесенный правительством законопроект о штатах Морского генерального штаба был принят Думой 19.12.1908 без прений и перешел в Госсовет, где рассматривался с большими прениями (посвященности исключительно уместности применения к штатам законодательного порядка утверждения) и одобрен незначительным большинством голосов 19.03.1909. Император, однако, 25.04.1909 не утвердил закон, и вслед за тем те же самые штаты 24.08.1909 были приняты как Высочайше утвержденное Положение Совета министров, то есть не в законодательном порядке. Данный случай представлял собой характерный пример рассогласованности государственного управления, так как император считал необходимым никогда не отказывать в утверждении законопроектов, прошедших через Думу и Государственный совет (этот случай был одним из двух исключений из данного негласного правила); особенно нелепым было то, что утвержедн-ный законопроект был внесен правительством и принят без изменений.

624*

Гурко излагает дело неверно. Парадоксальность данной ситуации состояло в том, что правое крыло Государственного совета, традиционно стоявшее на националистических позициях, в видах выражения неодобрения правительству внезапно отказалось от этих позиций, столкнувшись с таким законопроектом, который, казалось бы, точно соответствовал их собственной позиции. Смысл правительственного законопроекта состоял в том, чтобы разделить земских избирателей-землевладельцев на две курии, польскую и непольскую (де-факто русскую), что лишило бы польских помещиков, составлявших большинство помещиков-избирателей, большинства в земских собраниях. Так как в неземских губерниях члены Государственного совета выбирались от землевладельцев, все они де-факто оказывались поляками; после введения земств их должны были сменить члены от земств, которые бы уже оказались русскими, благодаря искусственно созданному русско-дворянскому большинству в земских собраниях. Государственный совет с полной внезапностью, в последгий момент вычеркнул из закона положение о создании сепаратных русской и польской курий, лишив его всего националистического смысла, вложенного в него правительством. Это было очевидным проявлением политической беспринципности и интриганства со стороны правых членов Государственного совета. После этого и произошли описанные Гурко события с трехдневным роспуском законодательных учреждений.

625*

Гурко использует неточное выражение. Государственный Совет (как законодательное учреждение) состоял из равного числа членов по выбору и членов по назначению от правительства. Между тем, фактически назначенных правительством членов всегда было больше; для разрешения этого противоречия император к началу каждого года назначал к присутствованию в Совете установленное законом число членов, а все остальные оказывались т. н. «неприсутствующими». Николай II не стал нарушать обычай, переводя Дурново и Трепова в непристут-свующие члены не в общий срок, а просто передал им неформальное указание более не являться в Совет в оставшееся время сессии, сказавшис больными.

626*

Следует понимать, что описанные Гурко политические принципы были не более чем благими пожеланиями отдельных лиц. Закон (Учреждение Совета министров 1906 года) расматривал председателя Совета министров просто как лицо, ведущее его заседания и особо ответственное за координацию действий ведомств. Никакое участие председателя Совета в выборе министров не предусматривалось, и министры продолжали индивидуально докладывать дела по своей части императору.

627

Имеются в виду богато иллюстрированные издания Главного управления земледелия и государственных имуществ: Азиатская Россия. Т. 1–3. СПб., 1914; Переселение и землеустройство за Уралом. СПб., 1912–1916.

628

Необходимость локализовать пожар (фр.).

629

А.В.Кривошеин после окончания университета (1888) познакомился с железнодорожным магнатом С.И. Мамонтовым, который предложил ему должность юрисконсульта Северо-Донецкой железной дороги и ввел в высший московский купеческий «свет» (Морозовы, Крестовниковы, Якунчиковы). В 1892 г. А.В.Кривошеин женился на Е.Г.Карповой, дочери историка, профессора Московского университета Г.Ф. Карпова и А.Т.Мо-розовой – дочери Т.С.Морозова.

630*

Гурко цитирует монолог Барона из второй сцены трагедии А.С. Пушкина «Скупой рыцарь».

631*

К началу 20 века государство активно участвовало в финансировании частного железнодорожного строительства. Основным методом была скупка облигаций новых железных дорог с последующим рефинансированием этих расходов за счет выпуска казенных консолидированных железнодорожных облигаций. Эта практика привела к тому, что рынок проявлял слабый интерес к железнодорожным ценным бумагам, выводимым на него напрямую. В результате, осторожная политика Коковцова подавила не только строительство казенных железных дорог, но и финансирование строительства частных дорог.

632*

Политика Коковцова в области денежного обращения стремилась к тому, чтобы государство не использовало свое эмиссионное право (по закону 300 млн. рублей сверх золотого запаса), а поддерживало полное покрытие банкнот в обращении золотым запасом. Результатом такой политики была некоторая нехватка наличности, постоянно ощущаемая населением и бизнесами. Это приводило к широкому использованию в деловых расчетах государственных облигаций (и даже вырезанных купонов к ним) вместо денег; отказу розничной торговли от расчетов в копейках со знакомыми покупателями (товар продавали «на запись», пока не набирался целый рубль), попыткам предприятий выдавать часть заработной платы талонами в заводскую лавку и т. п. разнообразным явлениям.

633

Задним числом (лат.).

634

См.: Гурко В.И. Наше государственное и народное хозяйство: Доклад, представленный V съезду уполномоченных объединенных дворянских обществ. СПб., 1909.

635

Управлять – значит предвидеть (фр.).

636

Далее зачеркнуто: «Такие же приблизительно отношения установились у Макарова с членами Государственной думы. Одна его сухая, тощая фигура с прилизанными волосами, тщательно расчесанной бородой и очками на носу, равно как его размеренная бесстрастная речь, наводили на собеседников тоску и какое-то чувство безнадежности что-либо от него получить и бесцельности разговора с ним. К тому же отличался он чрезвычайной мелочностью и во всяком деле, как во всякой представляемой ему к подписи бумаге, видел не суть вопроса, а те запятые, которыми разделяются отдельные их части и положения».

637*

Гурко частично ошибается; иркутский генерал-губернатор Л.М.Князев оставался в должности до 1915 года.

638*

Гурко ошибается: Маклаков был коренным москвичом, дворянином Московской губернии и сыном профессора Московского университета.

639

Рожденная Чичерина, родная тетка большевистского наркоминдела, убитая и, как говорят, предварительно замученная большевиками в Тамбове. (Прим. автора)

640

К моменту личной встречи с Николаем II Н.А.Маклаков занимал должность управляющего казенной палатой в Полтаве; после знакомства, состоявшегося на торжествах по случаю двухсотлетия Полтавской битвы, Маклаков получил звание камергера и был назначен черниговским губернатором. (Подробно о назначении Маклакова министром внутренних дел см.: Аврех А.Я. Царизм и IV Дума: 1912–1914. М., 1981. С. 255–264, 282.)

641

Редкостная палата (фр.).

642

Инициированный П.В.Каменским и подписанный 107 депутатами Государственной думы запрос министру торговли и промышленности по поводу незаконных действий правительственного маркшейдера Горного управления Южной России, приведших к неправильной оценке угольных запасов и вычислению цены земельного участка, проданного Александро-Свирской церковью села Александровки Бахмутского уезда Екатеринославской губернии агроному П.М.Волынскому, был внесен в Думу 4 мая 1909 г. (см.: Приложения к стенографическим отчетам Государственной думы. Созыв III. Сессия II. СПб., 1909. Т. 2. № 417).

643*

С лета 1908 года депутаты Государственной думы получали содержание в размере 4200 рублей в год; те, кто работал в комиссиях вне времени сессий, получали еще 10 рублей за день работы.

644

В избрании по куриям землевладельцев участвовали все губернские выборщики, но избираемый должен был принадлежать к курии землевладельцев, владеющих полным земским земельным цензом, а посему выборщикам из крестьян и из духовенства не было никакого смысла их забаллотировать, ибо сами они по этой курии избраны быть не могли, вследствие чего обе эти группы охотно соглашались на любого выставляемого большинством выборщиков из землевладельцев кандидата. (Прим. автора)

645

При баллотировке шарами, принятой в дворянских и земских собраниях, избиратель брал шар и вкладывал руку в трубу, прикрепленную к ящику с двумя отделениями. Шары, положенные в левое, считались «черными» (против), направо – «белыми» (за).

646

Чрезвычайная комиссия Временного правительства для расследования преступлений по должности бывших министров допрашивала А.А.Макарова о выборах депутатов Четвертой Государственной думы по рабочей курии в Москве, рассчитывая установить, какой помощью властей пользовался на выборах Р.В.Малиновский. Макаров решительно отрицал свое личное вмешательство в процедуру выборов (см.: Падение царского режима: Стенографические отчеты допросов и показаний, данных в 1917 г. в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. Л.; М., 1925. Т. 2. С. 113–119).

647

См.: Дело провокатора Малиновского. М., 1992; Розенталь И.С. Провокатор. М., 1996.

648

Обновленчество – течение внутри Русской православной церкви, преследующее цели модернизации церковной жизни и быта духовенства. Возникло весной 1922 г. Первоначально существовало в виде реформаторских групп: «Живая церковь», «Союз церковного возрождения», «Союз общин древнеапостольской церкви», «Народная церковь» и др., создавших общий орган руководства церковью – Высшее церковное управление. Каждая группа разрабатывала собственную программу более или менее радикального обновления церкви (как правило, предусматривались усиление роли мирян в делах прихода, выборность всех пастырей, женатый епископат, второбрачие духовенства, упрощение богослужения, ведение его на русском языке, перемещение престола из алтаря в центр храма и т. п.). Созванный обновленцами поместный собор в мае 1923 г. объявил о лояльности обновленцев к советской власти, низложил патриарха Тихона и частично санкционировал церковные преобразования. Патриарх Тихон, не признавший соборных решений, анафематствовал обновленцев. В конце 1923 г. было принято решение о роспуске всех групп и объединении их членов в единую обновленную православную церковь. Был создан Синод во главе с митрополитами Евдокимом (Мещерским), затем с 1925 г. – Вениамином (Муратовским), с 1930 г. – Виталием (Введенским), после смерти которого (1946) обновленческая церковь формально прекратила свое существование, но подавляющее большинство приходов перешли под юрисдикцию митрополита Сергия вскоре после опубликования им «Декларации» 29 июля 1917 г. о лояльности советской власти. В.Н.Львов, эмигрировавший в 1920 г., примкнул в Париже в ноябре 1921 г. к «сменовеховцам», вернулся в 1922 г. на родину и до ареста в 1927 г. принимал активное участие в движении «Живая церковь», работая в Высшем церковном управлении.

649

Партия прогрессистов была создана в ноябре 1912 г. на основе фракции прогрессистов в Третьей Государственной думе. Своей задачей партия и фракция ставили объединение октябристов и кадетов в «единый фронт либерализма», способный остановить наступление революции. Основные программные требования включали завершение реформ, провозглашенных Манифестом 17 октября 1905 г., обновление избирательного закона, расширение прав Государственной думы и реформу Государственного совета, создание правительства, ответственного перед народным представительством. Лидер – И.Н.Ефремов. Организаторами партии выступили С.Н.Треть-яков, Г.Е.Львов, Д.Н.Шипов. В Четвертой Думе фракция прогрессистов насчитывала до 48 депутатов. Более радикальную позицию, нежели кадеты, партия заняла только в 1915 г., выступив с инициативой создания военно-промышленных комитетов. Органы: журнал «Московский еженедельник» и газета «Русская молва». После Февральской революции деятельность партии прекратилась.

650

Трудовая народно-социалистическая партия (народные социалисты, энесы) объявила о своем образовании в сентябре 1906 г. (учредительная конференция состоялась в ноябре в Финляндии). Идеологами и инициаторами создания партии являлись сотрудники журнала «Русское богатство» А.В.Пешехонов, В.А.Мякотин, Н.Ф.Анненский, В.И.Чарнолусский, С.Я.Елпатьевский, В.И.Богораз-Тан и В.И.Семевский. Программные требования (гражданские свободы, всеобщее избирательное право, однопалатный парламент, предоставление автономии национальным меньшинствам, национализация земли) партии были близки к эсеровским. Во Второй Государственной думе энесы образовали отдельную фракцию (председатель В.В.Волк-Карачевский); в Третьей и Четвертой – вели избирательную кампанию и образовали единую фракцию с трудовиками, с которыми окончательно организационно объединились на первом всероссийском съезде партии в июне 1917 г.

651*

Гурко ошибается, М.А.Караулов в Государственной думе «примыкал к прогрессистам» (см.: Политические деятели России. 1917: Биографический словарь. М., 1993. С. 139).

652

Трудовая группа была образована 28 апреля 1906 г. депутатами Первой Государственной думы с целью «объединить вокруг неотложных требований трудящихся, которые должны и могут быть осуществлены в ближайшее время через государственную думу» представителей «всех трудящихся классов народа: крестьян, фабрично-заводских рабочих и интеллигентных тружеников». Программа, опубликованная 19 мая 1906 г., содержала требования всеобщего избирательного права, упразднения Государственного совета, национализации земли и передачи ее в пользование крестьян. В 1906 г. фракция насчитывала до 150 депутатов, председатель постоянного совета – С.В.Аникин. Во Второй Государственной думе было 105 «трудовиков», председатель постоянного совета – А.Л.Караваев. В Третьей Думе «трудовики» получили 14 мест – председатель А.А.Булат. В Четвертой Думе было 10 «трудовиков», которых возглавлял В.И.Дзюбинский (с 1915 г. —А.Ф.Керенский). V съезд «трудовиков», проходивший 7—11 апреля 1917 г., провозгласил группу социалистической партией. VI съезд (17–23 июня 1917 г.) принял решение о слиянии с Трудовой народно-социалистической партией.

653

Меньшевик Н.С.Чхеидзе был председателем объединенной социал-демократической фракции в Третьей и Четвертой Государственных думах. В октябре 1913 г. большевики образовали особую социал-демократическую рабочую фракцию.

654

«Ради открытого окна», т. е. во всеобщее сведение (нем.).

655

«Земщина» – ежедневная политическая, общественная и литературная газета» (СПб., 1909–1917). Ред. С.К.Глинка-Янчев-ский, в 1912 г. – Н.П.Тихменев; изд. С.А.Володимеров, с середины 1915 г. – Н.Е.Марков. Орган крайне-правой фракции Третьей и Четвертой Государственных дум. Газете сочувствовал Николай II, постоянно державший ее на своем письменном столе. В.Н.Коковцов «никогда не скрывал, что отпускавшиеся на издание этой газеты 180 тыс. в год (15 тыс. в месяц) были просто выброшенными деньгами и служили только к общему соблазну, потому что все отлично знали, на какие средства издается эта, никем не читаемая газета» (Коковцов В.Н. Из моего прошлого: Воспоминания 1903–1919. М., 1992. Кн. 2. С. 93).

656

Длительное отсутствие членов правительства в Думе, называемое иногда «министерской забастовкой», было результатом грубой выходки Н.Е.Маркова, заявившего в речи по поводу сметы Министерства финансов 27 мая 1913 г., что министр финансов В.Н.Коковцов «совершил чудо <…> он объединил Четвертую Государственную думу в одном порыве, и этот один порыв <…> он гласит два слова (голоса слева: в отставку): красть нельзя. (Чхеидзе: позвольте вашу руку)». После предостережения председателя Марков разъяснил, что слова «красть нельзя» относились не к одной какой-нибудь личности или целому ведомству, а означали лишь, что нельзя красть в ведомствах безнаказанно. Я это сказал после того, как перечислил ряд определенных фактов…» (Государственная дума: Стенографический отчет. IV Созыв. Сессия I. Ч. 3. СПб., 1913. Стб. 66). Перед этим Марков привел ряд примеров из отчета государственного контролера Харитонова, требовавших как минимум служебного расследования, на что министр финансов не дал разрешения, что и дало основание Коковцову принять оскорбление на свой счет (см.: Коковцов В.Н Указ. соч. С. 137–140).