Текст книги "Клуб четырёх теней (СИ)"
Автор книги: Валери Рэм
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)
Глава 13. Тайны
Мы – это стороны света.
Но смогут ли они спасти от тьмы?
Влад
Капли дождя медленно стекают по стеклам. Новое пластиковое окно в квартире теперь выглядит несуразно, но других вариантов не было. Влад рад только тому, что его установили за счет управляющей компании.
Он устроился поудобнее и достал из-под кровати записную книжку, которую нашел в букинистическом магазине, и стал ее рассматривать. Слегка потертая, с исписанными вдоль и поперек листами. И кто мог вести летопись Клуба и всех тех дел, которые они расследовали?
Влад открывает первую страницу. Перед ним предстали исчерканные заметки, рисунки на полях, кляксы. Видно, что это написано не обычной ручкой, а перьевой.
Среди неразборчивого почерка Влад читает:
Первая тень появилась в 1879 году, когда студент-историк Александр Соболев увидел женщину, вылезшую из зеркала. Он собрал таких же странных, и они дали обет помогать тем, кто застрял между мирами…
Влад запинается. Получается, что Клуб зародился очень давно, еще позапрошлом веке. Знают ли Варя и Марк об этом?
Он видит заметки на полях:
Почему четыре? Исходя из моих наблюдений, я могу предположить, что четверка – это фундамент, как четыре стороны света. Марк – наша точка опоры, север. Варя, чувствующая связи между душами, – наш восток, откуда приходит свет понимания. Влад, не знающий преград, – наш юг, стихия движения и импульса. А я…
Опять что-то неразборчивое, а затем приписка:
Они не помнят самого главного: только четверым под силу удержать тьму, что стучится в двери нашего мира. Они не помнят, что мы – щит. И этот щит дает трещину.
Влад перечитывает строчки, все еще не понимая, что это значит. Четвертый участник Клуба? Но кто он? Их было всегда трое, а теперь оказывается, что кто-то вел записи, рассуждая о природе Клуба.
Он листает дневник дальше, пока не натыкается на следующее:
7 августа. Призрак смотрителя.
Влад помнит это дело. Малоохтинское кладбище, в котором захоронены старообрядцы. Они расследовали дело одного мужчины, душа которого не могла найти покоя. Духи-старообрядцы удерживали смотрителя в этом месте, так как именно он являлся проводником в мир живых. Ребята смогли освободить его.
Но там были только Марк и Варя, кто мог еще знать об их расследовании? Явно тот четвертый, кто и оставил эти заметки на полях. И тот, кто знает все о Клубе.
Ветер резко распахивает окно, врываясь в комнату. Влад немного вздрагивает, но закрывает ставни. Возвратившись к дневнику, он обнаруживает, что страницы перелистнулись от ветра.
29 сентября. Марсово поле.
И это дело Влад помнит отчетливо. Только тогда захороненные там революционеры не захотели, чтобы их тревожили. А по правилам Клуба, они ничего не смогли сделать.
Может, призраки смогут что-то рассказать о четвертом участнике?
Пока ночь, может быть, стоит съездить туда и все узнать?
Влад накидывает куртку и выходит из квартиры.
Пахнет весенней свежестью. На Марсовом поле практически нет людей, только фонари отбрасывают на деревья и кустарники оранжевые тени. Легкий ветер щекочет нос, небо чистое и на нем даже можно разглядеть несколько звездных точек.
Влад стоит у надгробных камней, читая надписи:
Володарский. Убит в 1918 году.
Восков. Умер в 1920 году.
Газа. Умер в 1933 году.
Он склоняется к плитам, касаясь их, и перемещается.
Не успевает Влад восстановиться, как слышит позади себя:
– Что вы здесь делаете?
Влад оборачивается и видит перед собой мужчину, одетого в серый костюм с галстуком. Он смотрит на Влада сквозь круглые очки на веревке. Взгляд его спокойный, кажется, что призрак настроен на дружелюбную беседу.
Влад не знает, кто это, потому что плохо знает историю, но все же проявить уважение необходимо.
– Мне нужна ваша помощь… – запинается Влад. – Если позволите.
– Я помню вас, молодой человек, – призрак склоняет голову набок. – Вы однажды уже тревожили нас. Но смотрю, что вы здесь один. Где же остальные трое?
Влад сглатывает. Все-таки их тогда было больше. Не только Марк и Варя.
– Я как раз и пришел за этим, – говорит Влад, стискивая пальцами куртку. – Мне нужно знать о четвертом участнике, который был с нами.
Призрак все еще изучающе смотрит на Влада. Ветер стих.
– Он среди нас, – подает голос мужчина. – Наблюдает за вами.
– Но кто он?
– Тот, кто заплатил свою цену. И теперь пытается выбраться назад.
– Он говорит с вами?
– Нет. Практически нет. Он ищет путь домой. И только вы сможете ему помочь.
– Но как? – спрашивает Влад.
– Принять его.
Влад приглаживает волосы и отводит взгляд. Но никто: ни Варя, ни Марк, ни даже он не знает, кем является этот человек, которого они ищут.
И тут он вспоминает, что тогда, во дворе во время перемещения он видел парня. Кудрявые каштановые волосы, пустые глаза, но они будто еще видели надежду.
– Вспомнить – это не самое главное. Главное – это признать, что он существует. И признать то, что он сделал, – произносит призрак, поправляя галстук на шее. – Когда он вернется – пути назад не будет.
– Вы знаете его имя?
Призрак медлит. Он смотрит куда-то сквозь Влада, будто обдумывает, стоит ли делать то, что он сделает сейчас.
– Его имя – свет во тьме. Его имя и петля, что сбивает с пути.
Поблагодарив призрака, Влад спешит домой.
Он должен узнать разгадку.
Напоследок мужчина бросает:
– Помните о нас, и мы поможем вам.
Влад кивает и уходит.
Покопавшись в интернете, Влад обнаруживает, что имя это – Лука.
В сердце образуется дыра, грудь как будто прожигает насквозь. Как они могли забыть человека, который был частью их Клуба? Возможно, даже лидером.
Но как не пытался Влад, он не мог вспомнить, чтобы этот Лука как-то участвовал в их делах, которые они расследовали.
Их же было трое. Как и всегда.
– О чем задумались, Влад? – Аркадий Андреевич улыбается и кладет ему руку на плечо. – Сегодня словно в облаках витаете.
– Не выспался немного, – Влад даже не врет, потому что именно этой ночью он был на Марсовом поле. Но подробности с призраком, конечно же, лучше упустить.
– Протрите еще здесь и на сегодня можете быть свободы.
Влад сегодня даже продал несколько книг, чему Аркадий Андреевич был несказанно рад. Несмотря на усталость, Влад все равно излучал тот энтузиазм, который, наверное, так нужен был Баженову. За это он даже похвалил его.
Влад все еще обдумывал то, что прочитал в дневнике и то, что сказали ему дух на Марсовом поле.
Лука…
Редкое и интересное имя. Неужели он был четвертым? Влад это никак не мог уложить в своей голове. Он помнит все дела, которые были описаны в дневнике, но не помнит, кто еще помогал им и был вместе с ними.
Закончив, Влад замечает, что Аркадий Андреевич шерстит в подсобке.
– Вам помочь? – спрашивает он.
– Ох-ох, – изнутри доносятся только вздохи.
Влад находит Аркадия Андреевича склоняющимся за коробкой книг. Царит небольшой бардак.
– Что-то ищете?
Баженов качает головой:
– «Тайные карты Петербурга». Они должны были быть здесь, но книга куда-то пропала.
Звенит входной звонок. Влад только хочет отлучиться, как Баженов его одергивает:
– Твой рабочий день окончен. Я сам.
Он выходит, а Влад остается в подсобке один.
Может быть, стоит применить способности и помочь Баженову? Он не нарушит Правило Клуба, потому что поиск книги – лишь добровольная услуга, не застрагивающаяся судьбы других.
Влад закрывает глаза, а когда открывает их, то замечает, что в комнате пусто. Ни одной книги, ни одной вещи. Лишь пыльные полки и пустые коробки. Он проходит мимо них, замечая внутри пульсацию. Присев на корточки, он вытаскивает завалявшийся пыльный том.
Тайные карты Петербурга.
Пролистнув несколько страниц, он понимает, что это не просто карты. Здесь обозначены тайные ходы, аномалии и интересные места города. Но зачем она понадобилась Аркадию Андреевичу?
Вернувшись обратно, Влад оглядывается и выходит к Баженову. Тот уже отпустил посетителей с покупками.
Увидев в его руках книгу, Баженов вскидывает брови и молниеносно оказывается рядом с ним:
– Боже правый, где вы ее нашли?
– В углу завалялась… – Влад чешет затылок.
Аркадий Андреевич смотрит на него поверх очков, но ничего не отвечает.
– А что это за книга? – спрашивает Влад.
– О, это моя отдушина, – говорит Баженов. – Хочу все посмотреть на тайный Петербург, но ноги уже не те. Возраст уже не тот.
Он листает книгу, а затем произносит:
– В свое время я пытался изучать потайные ходы города, но так ни до одного и не добрался. Например, посмотрите: Ротонда на Гороховой. Говорят, что если закрыть глаза и подниматься по ступеням, то можно никогда не дойти до конца. Или… дворик в Соляном переулке. Всегда мечтал там побывать. У меня есть даже коллекция старых фотографий дворов. Но полную серию так собрать и не удалось…
Влад задумывается. Он всегда чувствовал себя ненужным в Клубе, мрачной тенью на фоне Марка и Вари. А тут он может быть полезен Баженову, доказав свою значимость. Хоть для кого-то. И да, нужен он был только Кате.
Влад решает начать с Ротонды.
Закончив работу, Влад выходит из магазина. У него стоит Марк, сложив руки на груди. Они договорились вместе поехать к Фурманову, чтобы попробовать еще раз поговорить.
– И ты здесь работаешь? – морщится Марк. – Ладно, поехали.
Влад ничего не отвечает, только опустив голову. Ну, конечно, крутому Марку с его фирмой отца он и в подметки ему не годится.
Подъехав к «Розе», Марк и Влад обнаруживают, что магазин закрыт. Подергав ручку, Марк произносит:
– Что-то тут нечисто. Разгар рабочего дня.
Марк достает телефон, что-то набирая.
– Фурманов был в сети несколько дней назад. Как раз в ту дату, когда мы его навещали. Куда он мог деться?
– Испугался чего-то?
– Или кого-то… – Марк убирает смартфон обратно в карман.
– Попробуем в следующий раз, – констатирует Марк.
Марк и Влад позже снова навещают Варю. Ее должны скоро выписать. Затем Влад едет домой, чтобы снова заняться дневником.
Листая страницы, он видит заметку:
Влад, если ты это читаешь, открой последнюю страницу.
Кровь застывает в жилах, Влад округляет глаза. Он судорожно доходит до конца записной книжки. То, что он там видит, заставляет сердце чуть ли не выпрыгивать из груди:
Наступит ли у Клуба конец? Этот вопрос не дает мне покоя. Один уйдет – пропадут все. Вот только я уже пропал. И спасти меня может только их цена.
Что это значит? Но сон берет свое. Веки начинают прикрываться. Влад засыпает.
– Жаль, что ты отчисляешься, – вздохнула Катя. —Точно в этом уверен?
Осенний ветер задувал в парке, разнося по округе пеструю листву.
– Хочу начать все с чистого листа, – Влад смотрит вперед.
– Ты же знаешь, что я всегда поддержу тебя, – Катя касается его руки. – Главное, чтобы ты сам был уверен в себе.
– Я уверен, – кивает Влад. – И… спасибо.
Катя вопросительно смотрит на него.
– За то, что рядом.
– Знаешь, – она чуть медлит, а затем произносит: – мне иногда кажется, что жизнь – не моя. Это не я, и не должна быть здесь.
– Остался последний курс. И будет свобода, – улыбается Влад.
– Нет, – Катя опускает взгляд. – Борьба только начинается.
Влад не понимает, о чем говорит Катя. Но тогда уже были определенные звонки. Тревожные звонки. Она тогда уже думала о смерти, а Влад даже не замечал этого. Он понимал, что четвертый курс – это тяжело, сложно. Но тяжело и сложно было не снаружи, а внутри. Боль Кати, ее раны – все это как-то уживалось с ней все это время. Вот только она не смогла смириться.
Все произошло внезапно. Не было весомых причин, которые поспособствовали ухудшению ее состояния. Это была депрессия. Взявшаяся из ниоткуда. А, может быть, таившаяся все это время в ней.
Катя вдруг придвинулась ближе и порывисто обняла его.
– Обещай, что всегда будешь рядом, – она стискивает его сильнее. – Просто обещай.
– Обещаю…
И теперь, как и тогда, он снова не сдерживает слово – на этот раз по отношению к тому, кого даже не может вспомнить.
Влад просыпается от настойчивого стука. Почти рассветает. Он тихо проходит по коридору, заглядывая в глазок.
Никого.
Влад открывает дверь и тут резко в квартиру вваливается Фурманов, запыхавшись. Волосы взъерошены, глаза бегают туда-сюда, куртка помята.
– Помогите мне, – с мольбой произносит он.
Утром приезжает Марк. Фурманов сидит на кухне, весь съеженный, он постоянно оглядывается по сторонам, будто боится кого-то увидеть. Откуда он вообще узнал их адрес?
– Вы здесь в безопасности, – пытается успокоить его Влад.
– Я нигде не в безопасности, – нервно произносит Фурманов.
– Куда вы пропали? – спрашивает Марк. – И откуда вы узнали, где мы живем?
Кирилл немного медлит, а затем вздыхает и говорит:
– Он пришел за мной.
– Кто? – хором интересуются Марк и Влад.
– Он давно следит, давно наблюдает, – Фурманов сужает глаза. – Вам что-то известно о Проводнике?
Марк и Влад переглядываются. Фурманов вздыхает.
– Хранитель мостов Петербурга, дух города, собиратель душ. Его называют как угодно, но ясно одно: он не хочет, чтобы кто-то вмешивался в дела города.
Марк бледнеет. Видимо, он уже обо всем догадался. Фигура в черном.
– Но откуда вам о нем известно?
– Я… – запинается Фурманов.
И тут на пороге появляется Варя.
Марк вскакивает:
– А ты откуда здесь?!
Варя мнется:
– Меня только сегодня выписали. Решила приехать. Почуяла неладное. И, видимо, оказалась права.
Марк будто что-то хочет сказать, но кидая взгляд на Фурманова, останавливается.
– А это… – запинается он.
– Она с нами, – говорит Влад. – Варя поможет.
– Что случилось? – спрашивает она.
Влад рассказывает ей все до мельчайших подробностей.
В это время Фурманов подает голос:
– Я знаю, что вы способны помочь.
Все трое замирают. Откуда он…
Вдруг Варя прерывает мысли Влада:
– Он… не человек, – шепчет она. – Призрак, что застрял между мирами. Нить оборванная, прозрачная.
Они оборачиваются и смотрят на Фурманова. В это время он из куртки достает кулон.
– Он ведь вам нужен? – горько усмехается он. – Помогите мне и я помогу вам.
– Мы поможем, – говорит Марк. – Но сначала вы расскажете нам о себе и о Проводнике.
Марк, Влад и Варя садятся напротив Фурманова. Тот потирает шею и начинает свой рассказ:
– Мое имя не Кирилл. Я Филипп. Тот самый палач Софьи Перовской. Я дух, путешествующий между телами, перерождаясь снова и снова в образе своих потомков.
Влад смотрит на Марка и Варю. Те, замешкавшись, продолжают слушать дальше.
– Я хранил вещи своих жертв. Всех тех, кого когда-то казнил собственными руками. И сберегал эти трофеи. Проводник каждый раз приходил за одним из них, забирал души убиенных. Раз в десять лет. Остался кулон Перовской. Но я не хочу его отдавать. Потому что тогда мой путь закончится, и я исчезну.
– А Проводник? – спрашивает напористо Марк.
Фурманов трет переносицу:
– Как я уже говорил, Проводник – хранитель мостов Петербурга, хранитель города, собиратель душ. Доподлинно неизвестно, откуда он появился и кем был на самом деле. Он приходит тогда, когда тревожат город, когда пытаются нарушить баланс. А еще он поглощает «слабые» души, чтобы в городе был порядок.
Влад, Марк и Варя смотрят друг на друга.
Поэтому призрак Лизы появился за пределами Небытия?
Проводник готовил ее, чтобы поглотить, но ребята вовремя успели.
После того, как они помогут Фурманову, нужно будет обсудить многое.
– Кулон для меня – это защита. Если я его потеряю, то вся месть Перовской выльется наружу. Но в то же время это мое проклятие. И мое бремя.
– Но, тогда как мы поможем? – интересуется Варя.
– Вы пытаетесь упокоить душу Перовской? – спрашивает Фурманов. – Если вы сделаете это первее Проводника, применив способности, то я смогу остаться здесь.
– Но тогда мы нарушил Правило, – говорит Влад. – От призрака нужно добровольное согласие.
– К черту это Правило, – хмурится Марк. – Мы должны спасти и Варю, если ты не забыл.
Варя их прерывает:
– Давайте разберемся на месте.
После непродолжительной паузы Фурманов добавляет:
– Сущность Перовской обитает на Семеновском плаце. Оборвите связь с ней. Она должна подчиниться.
Ночью они отправляются на Пионерскую площадь. Именно так сейчас называется Семеновский плац. Среди деревьев, театра юного зрителя и памятника Грибоедову расположилась небольшая клумба, на которой еще не высажены цветы.
Серые тучи грузно нависают над этим местом, будто хотят поглотить его полностью. И Владу кажется, что люди давно забыли всю ту историю, которая здесь творилась. Сама площадь впитала в себя бездонную боль казненных преступников, всю их решимость и волю.
Начинается сильный дождь. Из-за пелены, застилавшей глаза, ничего не видно даже на расстоянии вытянутой руки. Варя, Марк и Влад решают держаться вместе. Куртка Влада промокает сквозь, с длинных волос стекают капли воды.
Фурманов же куда-то пропадает.
Они перемещаются с помощью Влада и оглядываются. Ливень и здесь не прекращается, а кажется, что только усиливается.
– Попробую найти нить Перовской, – Варя сбивается, вытирая мокрый лоб. Она замирает, пытаясь сосредоточиться.
Марк садится на корточки, разглядывая отражение в луже:
– Пока никого не вижу.
Дождь заглушает голос Марка. Кажется, что его силуэт растворяется и превращается в черное пятно.
– Странно, – растерянно говорит Варя. – Я не чувствую даже нити Фурманова. Куда он вообще мог подеваться?
– Нам нужен чертов кулон! – рявкает Марк. – Вот и доверяй после этого…
– Предлагаю пройти на саму площадь, – говорит Влад. – Может быть там мы найдем ответы. Я попробую посмотреть.
Когда они оказываются на открытом пространстве, Влад пытается нащупать брешь, самое уязвимое место. Но вместо этого чувствует пульсацию. Другого характера. Пальцы обжигает, как будто они касаются раскаленного металла.
Кулон?
Влад решает довериться ощущениям и идет на этот зов. Пульсация усиливается, пока Влад продвигается на южную часть площади.
Сильнее и сильнее. Горячее и горячее.
Голова разрывается то боли, ноги не слушаются, но Влад не останавливается.
И внезапно что-то толкает его в живот, и Влад падает плашмя на землю, ударившись головой. Сознание спутывается, перед глазами мелькают черные точки.
Через время картинка становится четче. Перед ним склоняется женщина в шляпе.
– Влад! – он слышит голос Вари.
Она с Марком помогает ему подняться, а затем все трое устремляют свой взор на призрака.
– Перовская… – шепчет Варя.
Дождь словно усиливает ее присутствие, четко выделяя черты лица: ее глаза выпучены, а губы сомкнуты. Она вытягивает руку, а затем прикладывает ее к груди:
– Вы пришли не с добрыми намерениями, – жестко произносит она, ее голос звенит в ушах. – Вы пытаетесь спасти моего палача.
Влад потирает ушибленное место на голове, пытаясь сосредоточиться.
– И освободить вас, – подает голос Варя. – Позвольте нам помочь.
Призрак щурится:
– Я помню тебя. Потому что пыталась предупредить.
– Ты прокляла ее! – вмешивается Марк. – Она была на волоске от смерти!
– Это не отменяет всего того, что сейчас произойдет… – она поднимает голову к небу и закрывает глаза. – Он уже здесь.
Могильный холод пронизывает и без того промокшего Влада. Он чувствует его от макушки до пят. До кончиков пальцев.
Столп дождя превращается в шторку, отделяя Проводника. Он парит в воздухе, рядом неподвижно стоит Фурманов, опустив голову. Кажется, что он обездвижен.
– Помогать другим – это благородно, – спокойным тоном произносит Проводник. – Но теперь вам придется выбирать: либо Перовская, либо Фурманов.
Влад растерянно смотрит на Влада и Марка. Марк стискивает зубы, отвечая:
– Тут и думать нечего: конечно же Перовская!
– Марк, постой, – окликает его Варя. – Мы же ведь обещали…
– Мало ли, что мы обещали, – Марк тяжело дышит. – В первую очередь нужно спасти тебя.
Влад в это время смотрит на Фурманова. У него находится кулон. Если только можно как-то отвлечь Проводника.
– Меня не нужно спасать! – кричит Варя. – Как ты не поймешь…
– Как драматично, – кажется, что Проводник только и питается отчаянием. – Он хочет спасти тебя, Варя. Разве это не благородно?
Варя сжимает кулак и выдыхает.
Влад понимает, что это его шанс. Он закрывает глаза и резко перемещается, оказавшись за спиной у Фурманова, толкая его в спину. Он падает, из кармана вываливается кулон. Влад перепрыгивает через Филиппа, хватает украшение и кидает Варе.
– Ну же, быстрее!
Варя пытается поймать его, но кулон выскальзывает из ее мокрых рук, и он отлетает в сторону.
Марк срывается с места и бежит, чтобы забрать его. А Проводник даже не пытается его остановить. Какую игру он затеял?
И тут Перовская, которая все это время наблюдала со стороны, подлетает к Фурманову. Ее глаза горят, наливаются красным:
– Ты обрел меня на страдания… Моя жизнь оборвалась из-за тебя!
– Я лишь выполнял свою работу… – с сожалением говорит он.
– Этот кулон – твое проклятие и твой способ остаться здесь. Но я не позволю этому случиться!
Дело плохо. Если Перовская не согласиться, чтобы ее освободили, то они ничего не смогут сделать. Им остается лишь наблюдать.
– Тогда он заберет тебя, – произносит Фурманов.
Перовская вдруг замирает. Ее взгляд темнеет.
– Да, я продолжу жить, но ты освободишься, – Фурманов указывает на Проводника, – а если попадешь к нему, то навсегда останешься его пленницей.
Проводник почему-то не вмешивается, продолжая наблюдать. Владу на секунду кажется, что он наслаждается развернувшимся представлением. Он будто питается этим.
Марк в это время всматривается в свое отражение, но Варя его останавливает, дергая за руку:
– Марк, прошу! Ты ходишь по краю.
– Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
– Ради меня…
Марк замирает. Не мигая, он смотрит на Варю, а затем опускает голову.
Фигура подплывает к ним:
– Фурманов станет моим пленником, но так вы сможете освободить Перовскую, не нарушая ваши… Правила.
Влад с сожалением смотрит на Фурманова, который находится в замешательстве. Но они обещали ему помочь…
– Было непросто на него выйти, – продолжает Проводник. – Но подбросив вам поддельный кулон…
Внутри Влада все замирает. Фигура знает, где находится их штаб-квартира.
И тут Фурманов делает шаг вперед:
– Кажется, что это наилучший выход.
– Но вы… – вмешивается Варя.
– Перовская права: я обрел ее на страдания. И себя. Мне пора заплатить за то, что я сделал.
Все-таки Фурманов принимает свою участь. Он, наверное, долго таил это в себе, но все же осознал, что совершил ошибку еще тогда, больше двух веков назад. Он нес свою ношу все это время, но хотел жить. Однако сейчас готов заплатить за грехи.
– Главное, чтобы Варя избавилась от проклятия, – говорит Марк. – На остальное мне плевать.
Варя же находится в замешательстве. Влад не знает, сколько времени прошло, прежде чем он кивнула.
Фурманов закрывает глаза, будто уже со спокойной душой принимает свою участь. Наверное, это правильное решение. Наверное, все так и должно случиться.
Перовская медленно поворачивается к Владу. Не к Варе или Марку. Именно к нему. Влад вытягивается, как струна, но выдерживает пронзительный взгляд Перовской. Но между тем, кажется, что в ее глазах таится что-то грустное, печальное и потерянное. Она больше не будет пытаться навредить или продолжать держать свою линию революционера. Перовская просто осознала, что не все в это мире решается борьбой. Иногда лучше отпустить. В том числе и себя.
– Ты понял меня, – шепчет она.
Влад не уверен, говорит ли она вслух или только в его голове. Что-то тяжелое и холодное покалывает в груди.
– Ты не хотела смерти, – произносит Влад дрожащим голосом. – Ты хотела, чтобы тебя помнили.
Кажется, что даже дождь вокруг замирает. Перовская будто становится живой. И впервые выбирает сама.
– Помнят, – Влад делает шаг к ней. – Теперь точно помнят.
Проводник кладет ладонь на плечо Фурманова.
– Готов?
Тот без колебаний кивает.
Тишина накрывает двоих как волна. И они исчезают.
Перовская поворачивается к Марку. Он уже в это время всматривается в отражение кулона, чтобы освободить Перовскую.
Мир меняется. Нить оборвалась, но видимый след все-таки остается.
Иногда должно упокоить не мертвых, а то, что удерживает нас.
Дождь прекращается. Варя дрожит от холода, Марк стоит поодаль от них. И Влада вдруг осеняет:
Это не конец, а начало расплаты.




























