Текст книги "Клуб четырёх теней (СИ)"
Автор книги: Валери Рэм
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)
– Как мне быть?
Она ведь даже не знает, что происходит в его жизни. Но тем не менее, мать начинает серьезно говорить:
– Будь собой. Будь настоящим. Не прячься за маской. Тебе это не к лицу.
– Я ушел от друзей. Сделал больно девушке, которую люблю. И…
Он чуть не проболтался о самом главном. Губы матери трогает едва заметная улыбка, она размеренно произносит:
– Никогда не поздно начать заново. Ты сам вершитель свой судьбы. И друзья, которые рядом с тобой, поймут тебя. Главное – сделать шаг. А остальное – за малым.
Только сделать шаг. Но это больно, это тяжело, невыносимо до трескающихся ребер.
– Я люблю тебя, Марк.
Он вздрагивает. И накрывает ее ладонь своей, смотрит в глаза. Неужели в этом мире появляется та опора, в которой он так нуждался? Он потерял все, но надежда еще есть. Она рядом, она поправляется, она… помнит.
– И я.
Марку иногда кажется, что он превращается в Влада. Такого же странника, который не может найти себя в жизни. Он скитается по улицам, слушая музыку, беспробудно спит больше положенного. Встает в обед, засыпает под утро. Алкоголь больше не спасает. Да ему это больше и не нужно.
Однажды, возвращаясь домой, он замечает в почтовом ящике письмо. От Вари. Наверное, она боится его тревожить, поэтому пошла другим путем. Он приложил конверт к губам, вдыхая запах Вари. Да, пахнет ее цветочными духами.
Марк долго не решается раскрывать письмо, но затем что-то торкает внутри. Он всегда делал ей больно. Всегда говорил то, что не стоило говорить. А Варя видела Марка насквозь, понимала, никогда не отвергала.
Дорогой Марк!
Я понимаю, что так бы ты не стал меня слушать, поэтому решила написать это письмо в надежде, что когда-нибудь ты его прочтешь. Когда придет время. И если ты открыл его, значит оно пришло. Я долго думала, что тебе сказать, но слова сначала не складывались в предложения.
А сейчас я поняла.
Марк, я не прошу тебя вернуться к нам, хотя без тебя и пусто. Не жду от тебя слов прощения или чего-либо еще. Все, что я хочу: чтобы ты был счастлив. Ты любишь отталкивать людей, любишь говорить горькую правду. И да, цинизм – твое второе имя. Но мне лишь важно знать, что ты в порядке.
Ты лишился фирмы. И я понимаю, какой это удар для тебя.
Но мы рядом. Всегда.
Если нужна какая-либо помощь – обращайся. Мы тебя не бросим. Потому что ты часть нас, а мы – часть тебя.
Варя
Марк проводит пальцами по строчкам, представляя, как Варя их пишет, обдумывает каждое слово. И давались эти слова, наверное, с большим трудом. Но она сделала этот шаг, почему же его не может сделать он?
Слова Вари не режут по живому, они запечатывают раны. Она не гневается на него за Никиту, она лишь хочет лучшего для него. Нет, этот мир недостоин ее. Она слишком светлая и слишком ранимая.
Но как теперь все исправить? Вернуться в Клуб? Извиниться перед Варей? Наверное, все стоит делать постепенно, не сразу.
Марк достает телефон, открывает контакт Вари в мессенджере и пишет:
Я не знаю, как быть другим. Но хочу попробовать.
Глава 18. Декоратор
Кажется, что я могу его простить.
Варя
– Все-таки решила навестить?
– Я не могла не прийти.
Варя сидит у больничной койки Никиты, который уже постепенно поправляется после драки с Марком. Варя обращает внимание на заплывший глаз Никиты и его сломанный нос, который в ближайшее время должны были вправить. Марк постарался на славу. Как будто он тогда вылил всю свою злость на него, весь гнев.
– И все же интересно, – чуть слышно усмехается Никита. – Кто этот Марк тебе?
– Это… друг, – небрежно бросает она.
– Хороший друг, – Никита жмурится от боли, но потом добавляет: – Так заботится…
– Не надо, – Варя останавливает его. – Давай не сейчас.
– Он тебе нравится? – супится он, смотря вдаль. – Только ответь честно.
– Тебе это так важно?
– Черт возьми, да! – вскрикивает он, а потом шепотом произносит: – Прости. Но тот поцелуй для меня не просто поцелуй. Это большее.
А Варя не знает, что для нее это «большее». Она не может ответить ни на вопрос Никиты, ни на что вообще. Он для нее действительно как что-то запретное, бесконтрольное, не поддающееся логике. Но она пришла сюда, а это значит, что хочет его видеть, хочет узнать, как он себя чувствует. Никита ей небезразличен?
– Скажи хоть что-нибудь, – он прерывает ее мысли. – Я тебе противен?
– Нет, – она нервно хрустит пальцами. – Не противен.
– Я хочу быть с тобой, Варя, – он приподнимается и берет ее за руку. – Пойми.
– Почему? – она встречается с его взглядом.
Никита отвечает почти сразу же:
– А разве нужны причины? Мне казалось, что люди просто любят.
Похоже, он искренне удивляется, а Варя мнется:
– Наверное.
У Вари никогда до этого не было отношений, даже в школе. Она не знает, как это – любить кого-то, просыпаться с кем-то вместе, готовить завтрак, гулять. Хотела бы она, чтобы Никита открыл дверь в этот неизвестный для нее мир?
А если Эля однажды вспомнит Варю? Что тогда будет? Она уже и так чувствует перед ней непосильную вину, а теперь как будто Варя пытается себя закопать еще сильнее.
– Я могу подумать? – спрашивает робко она.
Никита поджимает губы, но отвечает что-то вроде «хорошо».
Они сидят какое-то время в тишине. Никита ее все-таки привлекает. И она не может убежать от этого чувства. Да, он сам себе на уме, но ведь противоположности притягиваются, не так ли? Может быть, Варя научится у него быть другой. А, может быть, он выведет ее на дурную тропу.
– Эля тебя так и не вспомнила? – спрашивает Никита.
Варя мотает головой, сердце начинает биться сильнее.
– Мне кажется, что этого и не произойдет.
– Что ты чувствуешь?
Варя вздрагивает. Она бы могла спросить, к чему такие вопросы, но он интересуется ее состоянием, спрашивает, как она. Все спрашивают о здоровье Эли, но редко кто спрашивает, как дела именно у Вари. Что у нее на душе. Это чертовски льстит.
– Я потеряла часть себя. Мне кажется, что мир вокруг меня рушится, а я остаюсь в пустоте. Это очень больно.
– Скажи мне: когда ты последний раз нормально спала?
Как удар ножом по живому. Варя действительно плохо спит, ей снятся странные сны, она чаще всего просыпается разбитой. Просто об этом никто не знает.
По ее глазам Никита как будто все понимает и вкрадчиво произносит:
– Не позволь прошлому разрушать тебя.
– Но Эля не мое прошлое, – Варя хмурится.
– И все же она невидимой нитью пытается пробиться в настоящее. И ты впускаешь ее. Мне кажется, что это неправильно.
– Почему?
– Потому что ты теряешь саму себя в первую очередь. Я бы как будущий психолог предположил, что ты несешь в себе какую-то вину, но не могу понять, какую.
Он, кажется, читает ее даже по глазам. Варя всегда знала, что Никита способный, но, чтобы настолько. Она трогает себя за плечо и закрывает глаза, обдумывая его слова. Но Варя не может бросить Элю. Только не сейчас. Только не в самый сложный период ее жизни. Она должна быть рядом и поддерживать подругу, даже если для этого придётся пройти через сотни кругов ада.
– Если хочешь, – он касается рукой ее лица. Нежно, тихо, почти невидимо, – я могу быть рядом. Только попроси.
Ей бы очень этого хотелось. Варя дрожит, глядя на Никиту. Он улыбается. В его глазах она видит желание поддержать, обнять и не отпускать. И Варя, кажется, чувствует то же самое. Как же она давно в этом нуждалась. Варя после произошедшего с Элей чувствует себя одинокой, сломленной. И слова Никиты, его поддержка не остается без внимания. Она хочет теплоты живого человека, а не темные объятия своих мыслей. А, быть может, это жалость?
– Хочу, – шепчет Варя.
И она не знает, кому отвечает: ему, самой себе или пустоте, которую боится.
Никита притягивает ее к себе, она садится на край койки. Он касается ее прядей, закидывая их назад, а затем проводит большим пальцем по скуле. От этого кровь приливает к щекам. А затем целует. Нежно, без напора, но глубоко. И Варя понимает, что она плачет. Слезы медленно текут к губам. Теперь на них ощущается солоноватый привкус.
И почему она не может быть счастливой? Почему не может жить своей жизнью? Это так приятно. Быть нужной и быть принятой.
Лука срочно всех созывает в квартиру Клуба. Кроме Марка. Хотя Варя уже получила сообщение от него и подумала, что он мог прийти.
В воздухе все еще витает неловкость. Варя небрежно поправляет волосы, Влад сует руки в карманы. Никто не решается садиться за стол, где раз за разом обсуждались дела Клуба. Как будто что-то поменялось. Как будто невидимая сила не хочет, чтобы они занимались расследованиями. Но Лука тут же жестом приглашает их присесть. Варя делает это осторожно, не глядя на Луку. Наверное, он и сам пока чувствует себя чужим здесь. Нельзя сказать, что он уже освоился после возвращения. Он постоянно смотрит в пол, хмурится, качает ногой.
Повисает неловкая пауза.
Лука достает брошь и кладет ее на середину стола.
Варя вглядывается: она обрамляется крупными рубинами, которые переливаются при дневном свете, а посредине высечена буква «Б».
– Нашел в антикварном магазине, – бросает Лука. – Сначала ничего не почувствовал, а потом… услышал мольбу, просьбу о помощи. Мужской голос сказал что-то про Эрмитажный театр.
– И больше ничего? – вдруг подает голос Влад.
Лука поджимает губы и мотает головой:
– Думаю, что стоит проверить.
Если бы тут был Марк, то он бы точно посчитал эту затею глупой. Но Варя бы не стала перечить Луке. Даже сейчас. Да и Влад тоже. У Луки всегда была какая-то таинственная чуйка на дела.
– Вы когда-нибудь были в Эрмитажном театре? – спрашивает Лука.
– Как-то раз с родителями, когда они приезжали ко мне в гости, – говорит Варя. – Но туда не так просто попасть. Билеты дорогие.
– Дела-а-а, – протягивает Влад. – Может у кого-то есть знакомые, кто мог бы нам помочь?
У Марка есть много связей. Но ей тяжело просить его об этом.
Варя сглатывает.
Она открывает телефон, видя последнее сообщение от Марка:
Я не знаю, как быть другим. Но хочу попробовать.
Варя отправила то письмо не для того, чтобы Марк вернулся. Она сделала это, потому что думала, что прощается с ним. И единственное, что она могла сделать – написать. Тихо, осторожно, не провоцируя. Хотя, Марк никогда на нее не срывался. Даже если находился в лютом гневе.
Но, кажется, он выбирает двигаться дальше. От этой мысли Варя внутри себя улыбается. Но улыбка эта немного грустная.
Она набирает Марку сообщение и откладывает телефон.
Влад и Лука в это время читают о легендах в интернете, связанные с Эрмитажным театром.
– Единственное, что удалось откопать, – Лука отрывается от компьютера, – так это информацию о призраке декоратора и архитектора Бригонци. Может, это и есть наш «клиент»?
– А что о нем известно? – интересуется Варя, заглядывая в монитор.
– Итальянец по происхождению. Прибыл в Российскую империю во времена правления Елизаветы. Создавал сложные механизмы для сцены.
Влад подхватывает:
– А затем его попросили построить одно общественное здание, но что-то не срослось. От горя он утопился.
Слишком много плохого переживали некоторые известные личности. Особенно в Петербурге. Ей на секунду показалось, что этот город как будто притягивает к себе несчастья. Хотя до этого Варя всегда старалась думать о Петербурге только хорошее. Но что-то не получается.
– Если мы проверим, то ничего не потеряем, – заключает Лука. – Так, а это что…
Он достает мобильник и вглядывается в экран.
– Марк достал нам билеты… – на одном дыхании произносит он.
Сердце замирает. Варе почему-то сразу становится тепло на душе от этой новости. И не потому, что они идут в театр. А потом у что Марк все еще часть Клуба. Или он достал только билеты на троих?
– А Марк… – шепчет Варя.
Но Лука, видимо ее не слышит, потому что в следующее мгновение говорит:
– Нам бы подготовиться.
Он оглядывает себя, а затем переводит взгляд на Влада.
– О, боги! – Влад хватается за голову. – Только не говори мне, что я должен надеть какой-нибудь дурацкий костюм!
– Именно так, – улыбается Лука.
– Издеваешься? – Влад смеется. – Да я костюмы не носил со времен школьного выпускного. У меня даже брюк нет…
– Пора бы приобрести.
Варя смотрит на Влада и Луку, а на душе растекается спокойствие. Может быть, все будет как раньше? Расследование дел, шутки, приключения. Она так по этому скучает.
Попасть в театр удается только через пару недель. У Вари уже начались экзамены, поэтому выкроить время было затруднительно.
Неудивительно, что посмотреть спектакль собирается много людей. Контингент разный: от ухоженных дам до подростков с родителями, которые просто пришли отдохнуть.
Влад постоянно заправляет рубашку в брюки, нервно дергаясь и оглядываясь. Лука каждый раз его тихо дергает. Варя же много раз бывала в театре: и с родителями, и с Элей.
В этот раз ставят «Лебединое озеро». Классический балет с видеоэффектами.
Когда они входят в театр, Варю сразу же встречает большой мраморный зал с лестницей, лепниной и высокими потолками, на которых красуются необыкновенной привлекательности гравюры. Около стен располагаются статуи в античном стиле, а над потолком висит огромная люстра.
Варю подгоняет толпа, она пытается не отставать от Луки с Владом. Кажется, Лука уже был настроен на то, чтобы начать расследование. Главная цель – поймать призрака. Но как они это сделают в такой шумной толпе? Да и призраки редко появляются при таком большом скоплении людей. Лука же постоянно мельком касается колонн, перил. Наверное, надеется что-нибудь почувствовать. Но, каждый раз, глядя на Варю, он лишь разводит руками. Может они выбрали неудачное время?
В зал со сценой еще не приглашают, поэтому Влад, Варя и Лука располагаются недалеко от входа у большого зеркала с позолоченной рамой.
– Предлагаю разделиться, – Лука поправляет рукава рубашки. – Варя, Влад, если почувствуете что-нибудь, то напишите мне.
Они кивают и расходятся в разные стороны.
Варя подходит к мраморной колонне, глядя по сторонам. Никто как будто ее и не замечает. Люди тихо разговаривают, ожидая представления.
Она закрывает глаза, начиная тихо перебирать нити. Но в такой толпе оказывается очень сложно поймать разорванную судьбу. Особенно после того, как Варя пожертвовала частью способностей.
Нитей много, но это все живые люди: кажется, одна женщина переживает потерю мужа, другого мужчину занимают мысли о завтрашней работе. Очень смутно, судьбы ускользают из рук Вари.
Нет. Все не то.
Варя пробуждается, когда она чувствует знакомый запах – терпкий и холодный. А затем на ее плечо ложится рука. Варя оборачивается и застывает. Перед ней стоит Марк. Его образ такой идеальный, что Варя невольно засматривается: зачесанные назад черные как смоль волосы, костюм тройка с золотыми запонками на рукавах, свежий аромат парфюма. Но в его глазах Варя читает совсем не другое: неловкость, стеснение, стыд.
Марк отводит взгляд:
– Я напугал тебя?
Варя хлопает глазами, небрежно кидая:
– Нет, все в порядке.
Они молчат.
– Ты злишься на меня? – вдруг подает голос Марк.
– Немного, – голос Вари дрожит.
– Я не должен был…
Их прерывает уведомление на телефоне Вари. Лука всех просит собраться на том же месте.
Когда Варя и Марк приходят, Влад теряет дар речи, но в его глазах горит тот самый огонек радости. Лука же держится холодно, лишь кивая.
– Ох, ребята, – потирает руки Влад. – Воссоединение года. Нет… я бы даже сказал, столетия.
Он поднимает указательный палец вверх.
Варя не успевает разобраться в своих эмоциях, потому что ее мысли прерывает Лука:
– Нашли что-то?
Варя лишь качает головой, а Влад произносит:
– Заметил брешь недалеко от сцены. Как еще не заметили. Пронесло… Кажется, нам придется смотреть спектакль.
Марк все это время поглядывает на Варю, как будто хочет что-то сказать, но не решается.
– Марк, – начинает Лука. – Может ты тоже посмотришь?
Он лишь кивает, подходя к зеркалу. Марк всматривается в отражение. Кажется, что проходит несколько минут, все застывают в ожидании.
Марк оборачивается и говорит:
– Вижу одного, но очень смутно. Это мужчина в парике и камзоле. Но лицо сложно рассмотреть, как будто его намеренно стирают.
– Хорошо, – говорит Лука. – Тогда пойдемте.
– Погодите, – окликает их Варя. – Я хочу кое-что сделать.
Она достает телефон и встает напротив зеркала.
– Фото на память.
– Варя, сейчас не время… – начинает Лука. Но, замечая ее умоляющий взгляд, становится рядом.
Все четверо смотрят в камеру: Влад улыбается, показывая два пальца, Марк поправляет прическу, а Лука, как всегда, глядит задумчиво куда-то вдаль.
Щелк.
Камера ловит этот момент, запечатывает в себе. Варя запоминает их такими живыми, такими разными. Но они вместе. И это главное.
Зал оказался небольшим, но очень уютным. Расположение напоминает амфитеатр. Сидения с красной бархатной обивкой гармонично вписываются с таким же цветом высокими мраморными колоннами. С потолка на Варю смотрит огромная хрустальная люстра, которая, кажется, вот-вот рухнет под своей тяжестью. Но она висит неподвижно.
Марк достал билеты практические в первые ряды. Варя садится между Лукой и Марком.
Влад, оглядывая зал, чуть слышно присвистывает:
– Вот это, конечно, хоромы.
– Что, странник, впервые такие впечатления? – усмехается Марк.
– Да я даже ни разу… Ой, все.
Влад дуется, а Варя чуть слышно смеется. Она встречается с Марком взглядами, который тоже улыбается ей в ответ. Но она отворачивается и устремляет свой взор на сцену. Варя не понимает саму себя. Ей кажется, что она его избегает. Или она просто так думает?
Занавес приподнимается и на сцене появляются прима-балерина. Одетт сидит в старинном парке, на лице – грусть. Но тут появляется злодей Ротбарт, предлагая Одетт выйти на него замуж. Она отказывается, и он превращает ее в белого лебедя…
Варя смотрит, затаивая дыхание. На сцене играют разные видеоэффекты, появляются необычайной красоты декорации, а артисты… Они будто плывут по сцене, вкладываясь в свои роли без остатка.
Вдруг Варя чувствует на себе чей-то взгляд. Она поворачивается, видя, как Марк иногда поглядывает на нее.
– Ты простишь меня? – робко спрашивает он.
– Не знаю, Марк, – вздыхает Варя.
– Я… не должен был этого делать.
– Главное, что Никита в порядке, – бросает Варя.
– Никита… – кивает Марк и поджимает губы, глядя на сцену.
– Варя, попробуй еще раз нащупать, – говорит Лука. – Мы не просто так сюда пришли.
Варя незаметно выставляет руки вперед, перебирая нити.
И тут она замечает ее. Тоненькую, оборванную, прозрачную, словно стекло. Но тут…
– Лука… – шепчет Варя. – Тут не один призрак…
Не успевает она договорить, как со сцены начинается доноситься треск досок. Сначала едва слышимый из-за музыки, но затем он становится все громче и громче. Зрители начинают недоуменно оглядываться в поисках шума.
И тут происходит то, чего никто точно не ожидает. Деревянная сцена проваливается вниз вместе с артистами.
Глава 19. Перстень
Иногда я не слышу его,
Но чувствую.
Лука
Пыль летит в глаза. Нос щекочет запах дерева и старой краски. Лука прикрывается рукой, тяжело дыша. Он пытается глазами отыскать кого-то из своих, но пелена позволяет увидеть только очертания Влада. Слышны крики, недоуменные возгласы, Лука нутром ощущает чувство паники.
Шум был оглушающим. Но сквозь него Лука чувствует что-то еще. Как будто отчаянный и тихий голос повторяет:
Помоги.
Влад кашляет:
– Лука?
– Я здесь.
– Марк и Варя, они тут?
Пыль постепенно рассеивается, и Лука видит перед собой только Варю, которая держится за сердце.
– Лука… здесь слишком много нитей, слишком большая паника. Тяжело…
Он берет ее за локоть:
– Нужно эвакуироваться.
Толпа уже бежит к выходу. Начинается давка. Персонал театра пытается успокоить присутствующих, но их голоса заглушает возникшая паника.
Кто-то же из зрителей остается у сцены, чтобы помочь артистам. Влад идет туда. Лука и Варя направляются к выходу, но толпа не дает им пройти. Лука замечает, что рядом с персоналом стоит Марк, помогая присутствующим спокойно выйти на улицу.
На секунду Лука задумывается: что-то поменялось. Перед спектаклем они сидели рядом, но были дальше друг от друга чем когда-либо. И если Клуб разойдется, то все моментально закончится. Рухнет.
Лука оборачивается, чтобы оценить последствия обрушения. И его глаза тут же округляются: яму в сцене словно вырезали.
Постепенно Лука, придерживая Варю, выходят в фойе. Уже приехали полиция и скорая. Лука оглядывается, чтобы оценить обстановку, как вдруг видит за одной из колонн силуэт: мужчина в старинном камзоле и парике, но лица не разглядеть. Призрак смотрит на Луку, не подходит. Лука делает шаг вперед, но призрак исчезает.
Боится или его кто-то удерживает? Он пытается предупредить Луку или сам устроил этот погром? Если Варя сказала, что здесь две тени…
Уже на улице рука осматривает Варю:
– Ты как?
– Полегче… вроде, – Варя прислоняется к стене, тяжело дыша. – А где Марк и Влад?
– Они еще внутри, помогают другим. Сможешь пока побыть тут?
Варя кивает, а Лука, воспользовавшись замешательством толпы, ныряет внутрь.
У зала Лука встречает Марка, который все еще продолжает помогать персоналу.
– Варя в порядке? – спрашивает он.
Лука описывает ее состояние, после чего видит печаль в глазах Марка. Он поджимает губы и отвечает:
– Я должен быть с ней.
– Марк… нужно помочь остальным, – прерывает его Лука. – А еще я видел кое-кого.
Марк оживляется, а Лука вкратце ему рассказывает о призраке.
– Попробуй потом осторожно в зеркалах посмотреть.
– Хорошо.
Лука ищет в толпе Влада. Чуть позже он замечает его у сцены. Влад помогает врачам перекладывать пострадавших артистов на носилки.
Лука еще раз оглядывает идеальный круг, внутри которого точат сломанные доски, а затем пытается вывести оставшихся людей наружу.
Снова выйдя в фойе, Лука замечает встревоженного Марка, который всматривается в зеркало:
– Тут действительно их двое. Первого разглядеть сложно, а второй… не могу понять. Но они быстро рассеиваются, сложно сосредоточиться.
Обдумывая слова Марка, Лука опирается о колонну, закрывая глаза. Сначала он слышит нарастающую какофонию звуков, но затем к нему подкрадывается едва различимое:
Помоги. Дух здесь.
После пыльного зала воздух на улице – настоящее спасение. Лука делает глубокий вдох, освобождая мысли. Марк и Влад тоже выходят наружу, окружая Варю и спрашивая о ее состоянии. Лука замечает, что она смотрит на Влада, как будто общается только с ним. Марк в это время хочет то ли окликнуть ее, то ли протянуть руку, но вовремя останавливается, опуская голову.
– Все видели разрушение? – спрашивает Лука.
Влад и Марк кивают, а затем объясняют Варе.
– О намеренности действий никто не спорит, – говорит Марк. – Вопрос в другом: какой из призраков это совершил?
– Уж точно не тот, что просил о помощи, – констатирует Лука.
Вдруг среди людей, которые остались стоять у театра, он слышит разговоры:
– Уже и не впервые такое…
– Да, но в этот раз что-то совсем из ряда вон выходящее.
– А что в прошлый раз случилось?
– Занавес упал. И до этого странности всякие происходили…
Варя вдруг вкрадчиво произносит:
– Лука… Пока мы выходили, я кое-что почувствовала.
Он вопросительно на нее смотрит.
– Несколько нитей. Они не оборваны. Но как будто их намеренно подрезали…
Уже в квартире все замирают в ожидании новостей. Может быть, появятся какие-то подробности.
Позже они узнают, что в результате обрушения серьезно пострадали несколько артистов. В комментариях люди также пишут, что это уже не первое происшествие в театре. Кто-то верит в мистику, другие указывают на ветхое состояние сцены.
Но ничего, кроме этого, им найти не удается.
– Считаю, что просто так это оставлять нельзя, – заявляет Лука. – Мы должны разобраться, в чем тут дело.
Все соглашаются.
– Только проблема, – вмешивается Марк. – Как мы теперь отыщем призрака?
– Попробую еще раз с ним связаться через брошь. А дальше посмотрим.
– Если их двое, то это существенная проблема, – говорит Влад. – Может быть, один удерживает другого?
– Похоже на то, – соглашается Варя. – Но если у Луки не получится связаться с ним, то предлагаю применить квинтэссенцию.
– Это на крайний случай, – Лука задумчиво смотрит в окно. Если призрак действительно просит о помощи, то что с другим? Это его враг? Необходимо узнать, с кем близко мог контактировать в те времена Бригонци.
– И еще одна проблема: о Бригонци вообще мало известно, – Марк разводит руками. – Как мы выяснили, даже ни одного его прижизненного портрета не сохранилось. И его лица разглядеть я не смог.
– Лука… квинтэссенция бы существенно помогла нам. Сейчас наши способности… – говорит Варя.
Да, он понимает, что и Влад, и Марк, и Варя используют силу на максимум, потому что иначе никак. Проводник забрал их силы, но только часть. И не проходит и дня, чтобы Лука не думал об этом. Каждый раз он винит себя за произошедшее. Но, что самое главное: ребята ни разу с ним об этом не говорили. Осуждают ли они его или просто боятся признаться? В любом случае, однажды за свои ошибки придется заплатить сполна.
В антикварной лавке никого нет. Лука как обычно зашел в свою любимую – ту, что на восьмой линии Васильевского острова. Продавец скучающе наблюдает за Лукой. От большого количества предметов не рябит в глазах. Наоборот, Лука все больше и больше внутри себя радуется, что теперь по возвращении он снова на своем месте. Лука проводит рукой по старинным вещам, пытаясь поймать их отголоски. Какие-то что-то ему говорят, другие молчат. Лука пытается как можно сильнее насытиться этим, почувствовать единение сполна. К пальцам приливает кровь, кажется, что на их кончиках скапливается легкий электрический заряд.
Открывается входная дверь, но Лука не видит, кто заходит, погружаясь в свои мысли.
Удастся ли им отыскать Бригонци? О чем же он все-таки предупреждал? В этой истории полно загадок, но Клуб просто обязан помочь. Иначе в театре так и продолжат происходить несчастья.
Лука берет в руки старинный бинокль, разглядывая. Ему нравится, как он выглядит: уже потертый, с большими линзами. Лука сразу чувствует единение с историей, которая запечатана в нем.
За спиной раздается голос:
– Извините, а вы верите в энергию предметов?
Перед ним стоит девушка среднего роста. Рыжие волосы собраны в небрежный хвост, на носу россыпь веснушек, одета она в голубые шорты и пиджак, из-под которого выглядывает цветастая футболка с непонятной надписью. Она улыбается ему, держа в руках фарфоровую статуэтку.
Лука сухо отвечает:
– Нет.
– А зря, – говорит она серьезно, а затем шепчет продавцу: – Эта статуэтка треснет в течение недели, я предупреждала.
Продавец отмахивается, явно раздраженный ее присутствием:
– Девушка, вы уже в который раз приходите и говорите чушь. Покупатели жалуются.
– Я не мошенница, – девушка разводит руками. – Просто… иногда чувствую вещи.
Лука почти незаметно фыркает.
– А вот вы… чувствуете вещи?
– Нет, – бросает Лука.
– Лжете, – она щурится.
Лука замирает. Он не привык, чтобы что-то подобное говорили ему прямо в лицо.
– Ася… иногда слишком уверенная в себе.
Она протягивает руку. Лука, чуть помедлив, пожимает ее в ответ. Очень теплую.
– Лука.
– Какое интересное имя. Редкое. Подходит вам. Вы больше походите на человека, который хранит тайны.
– Я не…
– Да-да… конечно, – она подмигивает. – Вы просто смотрите так, будто видите больше, чем говорите.
Лука теряет дар речи. Он резко отводит взгляд, возвращаясь к биноклю.
– Ох, простите меня, – мягко говорит она. – Я говорю больше, чем положено.
Она идет к выходу, но останавливается и кидает через плечо:
– Если вас интересуют старые вещи, загляните как-нибудь в особняк Устинова на Моховой улице. Там есть то, что хранит история.
И исчезает.
Лука смотрит на бинокль, а в голове проносятся разные мысли. Странная девушка, странный разговор, странное все. Она как будто прочитала его. Нет, он это точно просто так не оставит. Да и тем более интересно, что же находится там, в доме на Моховой улице. Может быть, там есть какое-то собрание старинных предметов, о которых он еще не знает?
Возвращаясь домой, Лука все еще думает об этой и о том, что она сказала. Может быть, у нее тоже есть какие-нибудь скрытые способности, о которых никто не знает?
Влада дома нет. Лука, отреставрировав одну аудиозапись, возвращается к броши, которая принадлежит призраку. Он садится, проводя пальцами по гранёному рубину. Немного колется.
Лука сосредотачивается, будто впускает все чужие мысли, собирает их в одну кучу, не дает расползаться. Сначала он слышит голоса где-то вдалеке. Затем они начинают усиливаться, приближаться. Медленно, но верно.
– Нет, этого не может быть! Здание должно было выстоять!
– И это будет ваша последняя работа.
– Не смейте мне угрожать!
– Что вы, я бы не посмел. Я не угрожаю… а предупреждаю.
Лука выныривает обратно.
Больше он ничего не слышит. Кто это говорил? Первый – Бригонци. Это его голос. Но там есть кто-то еще. Кем он был? И почему угрожал?
В комнату врывается порывистый ветер, колыша занавески. Лука притаивается, наблюдая. Вдруг радио, которое стоит на подоконнике, включается. Начинается треск и сильное шипение. Лука медленно подходит и берет приемник в руки, прислоняя к динамику ухо.
Скрип входной двери.
В гостиную входит Влад, заставая Луку.
– Все в порядке?
– Да, – Лука откладывает радио. – Как на работе?
– Знаешь, – Влад чешет затылок. – Прозвучит странно, но мне даже там нравится. Да, где-то раньше платили больше, но все же я чувствую, что дело интересное.
– Я рад.
– А ты как?
– Посмотрел брошь. Услышал странный диалог.
Лука рассказывает Владу, что почувствовал.
Влад удивляется:
– Может быть, Бригонци кому-то перешел дорогу?
– А может, перешли дорогу ему, – Лука качает головой.
– В любом случае Варя права: квинтэссенция – лучший вариант. Мы, кстати, как-то пробовали ее провести без тебя, но у нас ничего не получилось.
Влад мнется, а Лука думает о том, какого же им было без него. Да, они его не помнили на тот момент, но все же Лука пытался ворваться в их жизнь, достучаться. И понимать, что в картинке не хватает пазла – это тяжело. Особенно, если даже не понимаешь, кто исчез из твоей жизни.
И как только Проводник позволял Луке косвенно общаться с Клубом? Как будто тот хотел, чтобы он вернулся обратно. Не без высокой цены, конечно. Ребята пошли на это, потому что хотели сохранить Клуб. И Лука это очень ценит. Хотел ли он вернуться? Очень. Вот только Серафима он так и не запомнил.
На улице моросит. Лука прибывает на Моховую улицу, разглядывая арку. Снаружи – ничего примечательного. Про какое место говорила Ася?
Он проходит внутрь и видит вывеску: «Каменный дом». Лука подходит к старой двери, выдыхая.
Войдя, он блуждает по коридорам, пока не добирается до нужного места. Перед ним предстает большой магазин антикварных вещей. Такого масштаба, какого Лука никогда не видел: на огромных стеллажах лежат диковинные предметы от брошей до оружия. В воздухе витает запах старины. Такой, которая была нужна Луке. Он попал в ту самую тайную комнату, нашел клад.




























