444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Валери Рэм » Клуб четырёх теней (СИ) » Текст книги (страница 13)
Клуб четырёх теней (СИ)
  • Текст добавлен: 29 октября 2026, 20:30

Текст книги "Клуб четырёх теней (СИ)"


Автор книги: Валери Рэм



сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

И народа здесь побольше. Как будто многие знали об этом месте, кроме Луки.

Он подходит к старому проигрывателю, от которого сразу же ощущает пульсацию. Затем переходит к маске конца семнадцатого века. Он чувствует исходящий от нее мороз, ощущая его каждой клеткой тела. В следующий момент у него в руках оказывается канделябр, в котором он слышит едва уловимое эхо чужой судьбы.

Лука оглядывается в поисках интересного, пока не замечает Асю, которая непринужденно болтает с покупателями. Заметив его, она машет рукой. Он кивает.

Отпустив посетителей, Ася подходит к нему:

– А я думала, что вы не придете, – она улыбается. Луке на секунду кажется, что она его ждала.

– И все же я здесь.

– Хотите проведу вас экскурсию? Может быть, что-нибудь прикупите.

– Не откажусь.

Она начинает вести его, а затем через плечо бросает:

– Думаю, что можно перейти на «ты», как считаете?

Лука бросает что-то наподобие «да» и идет следом.

Ася останавливается напротив одного из стеллажей, рассказывая отдельно о каждом предмете. Затем переходит к одному и еще одному. Лука думает, что прошла целая вечность, но одновременно и миг. Так увлеченно Ася рассказывает о вещах. Она слегка дергается, поправляя свой небрежный хвост:

– А ты коллекционер?

– Можно и так сказать.

– Таких людей я ценю, – кивает Ася. – Они немного…

– Странные?

– Нет, особенные. В них просыпается та сама жилка.

– А ты давно здесь работаешь?

– Это магазин моего отца. Можно сказать, что я вскормлена не молоком матери, а памятью этих вещей.

Она смеется, а Лука обращает внимание на ее ямочки на щеках.

Но в тот же момент одергивает себя.

– А ты много уже собрал вещей?

– Достаточно, – бросает он, как будто говорит о погоде.

Лука подходит к полке, на которой лежат старинные карманные часы. Практически не тронутые временем, они выглядят идеально. Отполированные, серебряные.

Ася заглядывает через его плечо:

– Я так и не помню, как они сюда попали. Но отец сказал, что они восемнадцатого века. Он много денег потратил на их реставрацию.

Пока Ася говорит, Лука кидает взгляд вправо и застывает: среди вещей лежит перстень. Но не простой. Точно такой же был у Серафима.

Сердце проваливается, руки трясутся, в горле встает ком. Это что, какая-то шутка? Откуда этот перстень здесь?

Он тут же хватает его и разглядывает. Белое золото с печаткой. Посередине высечены буквы. «С.В».

Лука отшатывается, не зная, куда себя деть. По спине струится холодный пот, ноги становятся ватными, кончики пальцев немеют. Может быть, это другой перстень. Может быть, это ошибка? Но украшение слишком уж похоже на то, что всегда носил Серафим. Он никогда с ним не расставался. Потому что это был подарок Луки.

И в этот момент рядом появляется Ася:

– Он зовет тебя?

Лука молчит.

Она касается рукой стеллажа:

– Иногда некоторые вещи хотят, чтобы их нашли. Но в нужное время.

Лука едва сдерживает себя, чтобы не схватить этот перстень и сбежать. Он закрывает глаза, считает до трех. Сердце стучит медленнее, но в голове проносится образ брата. Такого правильного и думающего. Как и он. Они всегда были не разлей вода.

Но самый главный вопрос: кто эта Ася? И почему она так чувствует людей?

Глава 20. Квинтэссенция

Она гасла на моих глазах,

Но я не смог помочь

Влад

– Катя? – окликнул ее Влад.

Ответа нет.

Он стоял напротив двери в ее съемную квартиру. И сколько времени она уже приоткрыта?

Катя не отвечала на звонки и сообщения, поэтому Влад решил приехать лично. Но то, что он увидел, заставило сердце замереть: в коридоре и комнате валялись вещи, ощущался спертый воздух, стояла загробная тишина.

И тут Влад увидел ее. Катя лежала на кровати и смотрела в потолок. Ни одной эмоции. Она ни плачет, ни грустит. На лице словно маска, которая срослась вместе с ней. Синяки под глазами, бледное лицо, спутанные волосы, рассыпанные по подушке. Она даже не обратила внимания на приход Влада. Нет улыбки, которая была раньше. Нет радости, которую он видел в ее глазах. Только мрак и безысходность.

– Катюш, – Влад сел перед ней на корточки и взял за руку.

Она не обращала на него внимания, но ее губы чуть заметно зашевелились:

– Мне… плохо…

Рваное дыхание, низкий шепот. Что с ней случилось за такое короткое время? До этого Влад не знал много о депрессии, о чем очень жалеет. Если бы он мог повернуть время вспять…

– Как мне помочь тебе? – он взял ее за плечи и посадил на край кровати. Катя словно тряпичная кукла повиновалась ему. Не сопротивлялась, не дергалась.

– Устала… – он громко выдохнула. – Я очень устала.

Влад еле-еле разобрал ее шепот. Он стал поглаживать ее руку, поерзав:

– Скажи, что мне сделать?

Она молчала.

– Влад? – Катя поднимает на него свой взгляд. Безжизненный, пустой, непонимающий.

Он встал перед ней на колени, взял ее лицо в руки и начал целовать. В уголок губ, в щеку, в нос с горбинкой. Нежные, легкие поцелуи. Он не знал, как помочь, как ее вытащить из этого состояния. И, похоже, Катя тоже не знала.

Ее глаза словно стекло. От этого все внутри Влада похолодело.

– Давай выйдем, прогуляемся? – спрашивает он ласково.

– Нет.

– Давай хотя бы еду тебе приготовлю? Ты, наверное, голодная?

– Не хочу.

Сердце сжималось. До невыносимости. До боли в груди. Он никогда не видел ее такой, ему сложно было понять ее состояние. О чем он жалеет и до сих пор. А ведь она давала ему знаки.

Ком подступил к горлу, на глазах навернулись слезы.

– Как ты думаешь, это может быть концом? – спрашивает Катя ровным тоном.

– Концом чего? – Влад напрягся.

Но снова ответа нет.

– Катя, прошу, – он поправил ее волосы и взял в ладони ее лицо. – Катенька…

– Влад, – в ее глазах что-то сверкнуло. – Я люблю тебя…

Влад не отшатнулся, но постарался скрыть удивление. До этого она никогда не признавалась ему в чувствах. Катя всегда была веселой, любящей жизнь. Но что-то в ней сломалось. И видимо это «что-то» очень сильно повлияло на ее состояние.

– Я… я тоже тебя люблю.

Он сглотнул. Похоже, что он тонет рядом с ней и не знает, как выбраться.

Наступил вечер. Влад лег рядом с Катей, обнимая ее сзади. Они так пролежали всю ночь. Катя ни разу не шевельнулась, ни разу потом ничего не сказала. Влад думал о том, как помочь ей, как спасти. О чем думала она?

Он об этом узнал потом. Когда было поздно.

Почему он в тот момент не мог помочь? Если бы он знал, чем это обернется. Если бы он знал, что нужно действовать быстро. Но уже ничего не вернешь. Катя была чем-то ускользающим из его рук. И однажды ее жизнь оборвалась.

Гороховая улица. Влад проходит практически до набережной реки Фонтанки, но, видя пятьдесят седьмой дом, останавливается напротив арки. В Петербурге начались белые ночи, поэтому скрыться от посторонних глаз будет сложновато. Влад оглядывается и проходит внутрь.

Обычный двор с припаркованными машинами и множеством подъездов. Зеленые деревья тихо покачиваются в такт ветру, слышен шелест листвы.

Влад заглядывает в телефон, изучая карту, чтобы определить, в каком месте находится Ротонда. То самое место, фото которого попросил однажды Баженов.

Использование способностей в личных целях допускается только если это не затрагивает чьи-то судьбы.

Влад эту выучил это правило, как мантру. Но что-то гложет внутри.

Подойдя к пятому подъезду, Влад выдыхает. Если сделает это, то пути назад не будет. Но он так хочет выделиться, так хочет быть полезным, что приходиться идти на крайние меры.

К Ротонде сейчас не попасть, путь к ней закрыт. Поэтому придется применить способности. Влад закрывает глаза. Но получается не с первого раза. Он так и стоит во дворе, не переместившись.

«Чертовы способности, – думает Влад. – Чертов Проводник».

После нескольких попыток он все-таки оказывается внутри.

Перед ним предстает она. Та самая Ротонда, о которой он уже тысячу раз прочитал в интернете. Разрисованные голубые колонны, приклеенные маленькие записки в углу от туристов, и, конечно, та самая винтовая чугунная лестница, уходящая, кажется, в беспроглядную ввысь. Здесь проводили обряды, были самые известные музыканты. Ротонда впитала себя большое количество историй.

Влад думает, что если он не смог помочь Кате, то поможет кому-то другому.

Он делает фотографии с разных ракурсов, наслаждаясь видом.

Ступая на лестницу, Влад начинает подниматься. И чем дальше он идет, тем больше ему становится не по себе. Путь как будто не заканчивается, хотя Влад уже выбивается из сил. Он оборачивается и понимает, что все это время был на втором этаже, и даже ни разу не сдвинулся с точки.

А ведь Катя тоже как будто двигалась вверх по ступеням, но одновременно и стояла на месте.

Влад мотает головой и спускается вниз.

Ему на момент кажется, что Ротонда оценивает его. И принимает решение.

Оказываясь на улице, Влад спешит к Баженову.

В магазине он постоянно поглядывает на Аркадия Андреевича, чтобы подловить момент и показать ему фотографии. Но он вечно занят. Влад отворачивается, продолжая расставлять книги и протирать пыль.

Влад всегда думает о том, чтобы было бы, если бы Катя узнала о его способностях. Приняла, отвергла? Ему это было важно. Может быть, она наблюдает откуда-нибудь? Знает о нем все?

И дело Бригонци тоже не дает покоя. У них не так много возможностей отыскать призрака. И не так много информации о нем.

– Влад, – его мысли прерывает Баженов, кладя руку ему на плечо, – как вы тут?

Влад чешет затылок, показывая ему результаты работы. Аркадий Андреевич кивает и говорит, что тот может быть свободен.

– Только у меня есть для вас кое-что… – Влад сует руку в карман и достает оттуда фотографии Ротонды.

Аркадий Андреевич вглядывается в снимки, а затем вскрикивает:

– Боже правый! Так это же… Но как?!

– Знакомые помогли, – врет Влад.

Аркадий Андреевич подпрыгивает и снова продолжает рассматривать фотографии, но в этот раз уже снимая очки и водя ими туда-сюда, как будто цепляется за что-то.

– А эта шикарная лестница, а колонны…

И тут он запинается. Влад спрашивает:

– Что-то не так?

Баженов снова надевает очки и пристально глядит на Влада. Внутри вся стягивается в тугой узел.

– Но… Ротонда сейчас выглядит по-другому.

– Что вы имеете в виду?

– Насколько я знаю, оттуда убрали надписи, убрали эти записки на стене…

Влад что, провалил миссию?

– Откуда вы взяли эти снимки? – интересуется Баженов.

Влад понимает, что сейчас находится в безвыходной ситуации. Он достает телефон, начиная листать фотографии:

– Вот, посмотрите на даты снимков. Они были сделаны сегодня ночью.

Баженов сначала смотрит на экран, а затем переводит взгляд на Влада.

Слышится смех:

– Влад, да на вас лица нет. Что ж вы, в самом-то деле.

Он хлопает его по спине:

– Наверное, снова открыли вход в Ротонду, да?

– Да… – мнется Влад.

– Как прекрасно. Хотел бы я посмотреть на нее воочию. Вот только точно до туда не доеду.

Кажется, что сердце проваливается куда-то в пятки. Его чуть не раскусили.

– Но и ваши снимки – это нечто прекрасное. И очень ценное для меня. Спасибо, Влад.

– Если хотите, я могу еще что-нибудь сфотографировать для вас.

Баженов задумывается, касаясь пальцами подбородка.

– Не хочу тратить ваше время…

– Что вы, совсем не тратите! – Влад размахивает руками. – Мне тоже это интересно. И не сложно.

– Ну, хорошо…

Баженов идет в коморку, возвращаясь с той самой книгой про тайные карты Петербурга.

Он листает ее, пока не доходит до одного места.

– На Большом проспекте есть Двор Духов, – Баженов показывает на карте двор-колодец. – Говорят, если загадать желание, то оно непременно сбудется.

– Я сделаю для вас фотографии, – говорит Влад.

– Только будьте осторожны, – ухмыляется Аркадий Андреевич. – Будьте осторожны…

Лука ходит туда-сюда, закладывая руки за спину. Марк тихо наблюдает за ним исподлобья. Варя смотрит на наручные часы и вздыхает. Лука решает, использовать ли им квинтэссенцию, чтобы поймать призрака, однако после это может ослабить их способности на какой-то момент. Для Луки это практически не будет ничего стоить, а ребята практически лишатся сил. И сколько времени уйдет на восстановление, никто не знает. Каждый раз было по-разному.

– Мы тут уже полчаса стоим. – пожимает плечами Марк. – А других вариантов я не вижу.

Лука бросает взгляд на Марка:

– Я не могу вами рисковать. Вдруг…

– Вдруг что, Лука? – вмешивается Варя. – Это наши способности. Не твои. И мы должны помочь Бригонци.

– Поддерживаю, – говорит Марк.

Варя опускает взгляд.

– И вообще, – Марк делает шаг вперед. – Ты пропал на такое время, а потом возвращаешься и печешься о нас? Скажи спасибо, что мы вообще с тобой общаемся.

Влад смотрит на реакцию Луки. Они с Марком будто устроили мысленную дуэль. Все понимают, ради чего это сделал Лука. Точнее, ради кого. Его тоже можно понять. Но в какой-то степени Марк прав.

– Так, – Варя встает между Марком и Лукой и разводит руки, – давайте успокоимся. Мы все тут на взводе, но главная цель сейчас – найти Бригонци. Используем квинтэссенцию и покончим с этим.

Влад выключает свет и садится вместе со всеми на пол, образуя круг. Сумерки ложатся на город, но время только близится к двенадцати ночи.

– Только призрак, – говорит серьезно Лука. – Поговорим с ним, насколько позволят ваши силы.

– Начинаем уже, – сквозь зубы шипит Марк.

Все четверо сцепляют указательные пальцы и закрывают глаза. Для квинтэссенции нужно раскрыть свои способности и направить их в одну точку, соединяясь с остальными. И вот сознание приходит в чувство, пытаясь найти опору.

Влад слышит голос Луки. Затем вдалеке появляется несколько искр, которые летают вокруг пустого пространства. Влад спешит. Спешит, чтобы он, Марк, Лука и Варя слились в единое целое.

Раз, два…

Силы четверых пытаются ухватиться друг за друга. Голос Луки уже помог им найти друг друга. Влад закрывает пространство, чтобы никто не смог ускользнуть. Марк позволяет силам отскакивать друг от друга с помощью зеркал, а Варя сцепляет силы четверых нитями судьбы.

Перед глазами начинают мелькать вспышки. Тело пронзает ударная волна, но Влад остается сидеть на месте.

– Ищем призрака, – Влад мысленно слышит голос Луки. – Я зову, Варя связывает нитями, Влад сужает пространство, Марк с помощью отражений удерживает наши силы.

Вдруг появляется тень. Чуть видимая, но осязаемая. Она мечется, не знает, куда себя деть. Влад ощущает ее дрожь.

– Открываем глаза на счет «три».

Пока Лука считает, призрак начинает трансформироваться, приобретать форму.

Три…

Влад приоткрывает веки и замечает боковым зрением движение слева.

Перед ними стоит Бригонци. Лицо стерто, кроме губ, виден только роскошный парик и камзол.

– Вы… как вы это сделали? – спрашивает Бригонци с легким акцентом, оглядываясь.

– Пальцы не разжимаем, – говорит Лука, а затем обращается к призраку: – Скажите, кто вы и что случилось в театре?

Призрак, видимо растерян, но, замечая напряженный взгляд Луки, начинает говорить:

– Меня зовут Джузеппе… Джузеппе Бригонци. Я декоратор и архитектор…

Он запинается, а затем продолжает:

– Меня удерживают в театре. Не дают освободиться.

– Кто? – спрашивает Лука.

– Дух опасен. Слишком опасен, – сглатывая, говорит Бригонци. – Его зовут…

Вдруг призрак дергается.

– Кто-то слабеет, – говорит Лука. – Следите за эмоциями.

– Подкинь мне парочку силенок, тогда, может быть, подумаю, – рявкает Марк.

– Хватит, умоляю, – жмурится Варя. – Я держусь из последних сил.

– Дух ищет меня… – нервно говорит Бригонци. – Дух скоро будет здесь…

– Что мы можем сделать? – спрашивает Лука.

– Дневник… найдите мой дневник. Там есть вся моя жизнь.

– Но где?

И призрак исчезает, А Влада словно пронзает током. Он резко одергивает руку. Что делают и остальные.

Влад тяжело дышит. В теле чувствуется сильная слабость. Он выдыхает, встает и на гнущихся ногах идет включать свет.

Лампа озаряет лица остальных. Все смотрят друг на друга, но так и не решаются произнести и слова.

– Что-то мне нехорошо, – потирает шею Марк. – Очень нехорошо…

– Аналогично, – ежится Варя.

Тело будто обмякает, чувство притупляются, а кислорода не хватает. Влад садится на диван, закрывая ладонями лицо. Когда ему бывает плохо, он всегда вспоминает Катю. Сейчас он собирается сделать то же самое. Ее улыбку, глаза, добрый смех. Как они гуляли по крышам до утра…

Через время все приходят в себя.

– И где нам искать дневник? Архивы? Театр? Может, он где-то закопан? – подает голос Марк.

Влад понимает, что это его шанс, но силы сейчас на исходе.

– Я… Я могу попытаться.

– Сначала всем нужен отдых, – отрезает Лука. – Завтра соберемся и решим. Предлагаю всем переночевать здесь.

Все соглашаются. Марк смотрит на Варю, а та отводит взгляд.

– Я посплю на полу, – прочищая горло, произносит он.

Но спать пока никто не собирается. Все молчаливо смотрят друг на друга, видимо, обдумывают произошедшее.

– Лука, – говорит Варя. – Когда Проводник заключал с нами сделку, он сказал, что способен забрать только часть сил. Почему?

Лука не удивляется, смотрит пронзительно на Варю, а затем отвечает:

– Вы же помните, как мы стали… Клубом?

Все кивают.

– Добровольно вступив в Клуб, мы подписали договор. Так было сказано в записях. И этот договор нерушим и полностью способности у нас никто отнять не сможет. Часть – да. Силы можно лишиться при нарушении Правил.

Внутри Влада что-то переворачивается. Он вспоминает, как снова и снова возвращался на крышу дому, чтобы увидеть Катю. А если Влад ее коснется…

Он чувствует на себе чей-то взгляд.

– Влад, все в порядке? – спрашивает Лука.

Все трое смотрят на него.

Влад нервно кивает и выдавливает из себя что-то наподобие улыбки.

– Денек ужасный, – констатирует Марк. – Кажется, что только одному Луке тут нормально…

– А что вы почувствовали, когда, ну… – начинает Варя, – использовали квинтэссенцию?

– Словно ведро ледяной воды вылили, – выпаливает Марк.

– А меня будто в кулак сжали, – говорит Варя. – Интересные ощущения. Влад не поделишься?

Влад мнется. Он точно не отвертится от этого вопроса.

– Словно током ударили.

– Вот видите, как у всех по-разному, – задумчиво произносит Варя.

Влад замечает, что Лука себя ощущает немного неуютно. Он втягивает голову в плечи, но остается таким же спокойным.

Поговорив еще какое-то время, ребята расходятся.

Влад ложится на кровать, обдумывая прошедший день. Из гостиной доносится тихий шепот. Марк и Варя о чем-то разговаривают.

Он переворачивается на бок и смотрит на стену.

Как он хочет быть нужным. Не существовать как призрак. Потому что он ощущается им везде: в Клубе, в жизни, даже помогая Баженову.

– Катя, что мне делать? – шепчет Влад. – Ты всегда знала, что мне делать.

Вдруг скрипит оконная рама. Наверное, ветер снова стучится в квартиру. Влад вскакивает, вглядываясь в темноту.

Никого.

– Катя? – спрашивает Влад.

В ответ пустота.

На секунду ему чудится запах ее духов.

Влад берет с тумбочки фотографию, на которой запечатлены он и Катя. Влад грустно улыбается, разглядывая снимок.

Он помнит, когда они его сделали. Это случилось за неделю до того, как Кати не стало. Она тут счастливая, совсем не похожая на себя. А Влад тогда был только рад ее настроению. Но вот только почему он многого не знал? Почему не предчувствовал беды?

И вдруг он видит, как из центра рамки начинает расходиться трещина. Глубокая, резкая. Она заполняет всю фотографию целиком.

Глаза Влада расширяются, он не понимает, что происходит.

А затем стекло взрывается с глухим треском.

Глава 21. Последствия

Я рискую ими,

Но чувствую ли что-то?

Лука

Лука обводит взглядом Влада, Марка и Варю, которые за все утро не проронили ни слова.

Варя дрожит, помешивая в чашке кофе, Влад выглядит разбитым, а у Марка явные синяки под глазами, хотя он, кажется, старается держаться до последнего.

Лука боялся, что квинтэссенция повлияет на них сильнее обычного. Внутри что-то сжимается. Наверное, это чувство вины или, может быть, стыд.

И как бы Лука не хочет этого скрывать даже от самого себя, ясно одно: он боится, что Клуб однажды распадется и они разойдутся. Каждый в свою сторону. Но Лука так надеется удержать их вместе. Хоть они и разные, но все же он не может их потерять. Как когда-то потерял брата.

– А я смотрю, ты у нас самый бодрый в это прекрасное утро, – Марк салютует Луке чашкой и делает глоток. Нельзя сказать, что его слова задевают Луку, потому что тот прав как никогда.

Почему Лука практически не ослаб после квинтэссенции? Он, по сути, связующее звено Клуба. Да, у него не отнимали часть способностей, но должно быть хотя бы легкое недомогание.

– Марк, перестань, – Варя дергает его.

– Нет, Варя, – отрезает Марк. – Я не успокоюсь, пока не выясню, какого черта он бодр и свеж как никогда.

Варя пытается унять дрожь рукой. Влад смотрит в одну точку, даже не притронувшись к кофе.

Марк равняется с Лукой, заглядывая ему в глаза. Что он пытается уловить? Тревогу, страх, сомнение, неуверенность в себе? Или все месте?

– Знаешь, – начинает Марк, – возвращение в Клуб далось мне с трудом. Огромным трудом. Но я все еще не доверяю тебе. Ты у нас, Виленский, – самая большая загадка Клуба, а не те призраки, которым мы помогаем. Жаль у меня нет той самой чуйки Вари.

Лука смотрит на него. Глаза Марка горят, даже несмотря на слабость.

Настает молчание, после которого он спокойно произносит:

– Подумай лучше о том, что тебя тревожит, Марк. Или, если быть точнее, кто.

Марк цепенеет. Он понимает, про кого говорит Лука. Его мать. Самое слабое место, которое можно найти.

Отвернувшись, Марк произносит:

– Мы с тобой еще поговорим.

Лука знает и слабые места Вари, Влада. Однажды они поделились с ним этим. Своей болью, которую не унять. У Вари – Эля, у Влада – Катя. Даже Марк однажды ему рассказал о своей матери. И Лука несет эти секреты в себе. Вот только что с ними делать? Воспользоваться или унести с собой? Он сам и не понимает, как начинает применять первое.

– Пока отдыхайте, – говорит Лука, – а я постараюсь найти дневник.

– Ты уверен, что справишься? – Влад словно выныривает из своих мыслей. – Я в состоянии помочь…

Лука мотает головой и продолжает:

– Сейчас главное, чтобы вы восстановились. А об остальном я позабочусь.

Ему никто не отвечает. Видимо, они согласны с предложением Луки. Ему кажется, что он все дальше и дальше от них, как будто наблюдает на расстоянии. Варя эмпатична, но она боится, Влад вызывается помочь, потому что всегда к этому стремится, а Марк… Марк просто насильно привязан к Клубу. И он бы был только рад избавиться от всего этого. Хотя, теперь его тут удерживает и Варя.

Марк уезжает к себе. Варя засыпает на диване, а Влад уходит в свою комнату. Войдя к нему, Лука видит рассыпанные осколки на полу и треснувшую фоторамку. Влад сразу же вскакивает и закрывает тумбу собой.

– Уронил, – он отводит взгляд. – Не успел убрать.

Но Лука почему-то чувствует, что здесь что-то не так. Влад бережет эту фотографию, и Лука это знает. Что происходит с Владом?

– Ты в порядке?

Лука и не надеется, что Влад снова с ним поделиться мыслями. Как раньше.

– Ах, да, – Влад чешет затылок. – Сам понимаешь: квинтэссенция, все дела…

– Влад, если тебе нужна хоть какая-то помощь, – Лука садится рядом с Владом на кровать, – ты же меня знаешь.

Но Лука не уверен, знает ли даже самого себя. Он нагло врет Владу, хочет войти в его доверие.

– Да… конечно, – выдавливает из себя тот.

Уже в своей комнате Лука достает брошь Бригонци и начинает ее разглядывать.

– Какие еще секреты ты хранишь? – вслух говорит Лука.

Он проводит пальцами по рубинам, очерчивая каждую грань и саму букву «Б».

И вдруг слышит голоса:

– Это был поистине прекрасный замысел, но… ваши старания не увенчались успехом.

– Я все исправлю!

– Здание рухнуло. Тут уже ничем не помочь.

Голоса замолкают. Лука не может понять, о чем этот диалог.

Затем снова:

– У меня нет врагов.

– У каждого они есть, Джузеппе. О, да на вас лица нет. Горюете?

– Я…

– Только смотрите, чтобы ваше горе не обернули против вас.

И снова обрывки, которые никак нельзя разгадать. Лука вздыхает и вглядывается в брошь.

Вдруг снизу Лука замечает полость. Как будто один камень чуть приподнят, а под ним что-то торчит. Совсем крохотное. Оказывается, что это кусок бумаги. Лука поддевает его ногтем и вытаскивает. Пожелтевший обрывок чудом сохранился в украшении, как будто не тронутый временем.

Лука осторожно разворачивает его и замирает.

На нем карандашом написано:

Колонна один.

Неужели брошь оказалась ключом к поиску дневника? Все это время информация была у них под носом.

Теперь придется возвращаться в театр, но уже не в качестве зрителей. И да, скорее всего, здесь не обойтись без помощи Влада.

Лука смотрит в телефон, когда на него приходит сообщение от Аси. Они ранее обменялись телефонами, чтобы Ася присылала ему новые интересные антикварные вещи.

Смотри, какая!

В мессенджере высвечивается фотография старой позолоченной вазы с осколком на горлышке.

Отец говорит аж девятнадцатый век!

Лука хотел бы еще приехать к Асе, чтобы разобраться с тем, откуда у нее оказался перстень Серафима. Он тогда быстро его выкупил и практически растворился в воздухе, оставив недоуменную Асю одну.

Теперь у него появился повод наведаться в «Каменный дом».

Подходя к антикварной лавке, Лука сталкивается с Асей в проходе. Она улыбается:

– А я думала, ты сегодня не придешь.

Она поправляет волосы и спрашивает:

– Ты хотел на вазу посмотреть? Отец сегодня отпустил меня пораньше, поэтому я еду домой. Но ты можешь заскочить. Заодно познакомитесь.

Луку такой расклад не устраивает. Как ему признаться, что он пришел за ответами? Именно к ней.

– Провожу? – бросает он.

Ася упирает руки в бока и смеряет его взглядом:

– В джентльмены заделался?

Теперь он выглядит еще нелепее. Лука в принципе редко так себя чувствует когда-либо.

– Просто провожу.

Ася хихикает и поправляет сумку на плече:

– Как знаешь. Я живу на Петроградке, но часто хожу пешком.

Солнце протягивает свои лучи, убаюкивая ими город. В воздухе чувствуется запах скошенной травы и влаги.

Лука и Ася поворачивают в сторону Троицкого моста.

– Как давно ты коллекционируешь антиквариат? – спрашивает Ася. Наверное, хочет нарушить неловкую паузу, которая ненадолго повисает между ними.

– Сколько себя помню, – пожимает плечами Лука. – А как давно твой отец занимается магазином?

– Это у нас семейное, – говорит Ася. – Уже несколько поколений, я даже со счету сбилась.

Лука обращает внимание, как Ася сегодня одета: свободная футболка, короткие шорты, вплетенная цветная ленточка в косичку. Она сейчас как будто что-то напевает себе под нос, наслаждается видами на Неву.

– Отец говорит, что я должна продолжать наше дело, – невзначай произносит она.

– А ты бы хотела?

– Конечно! – вскликивает Ася. – Это моя отдушина. Вот что тебя вдохновляет?

– Реставрация аудиозаписей.

– Круто! Тебе подходит.

Лука вскидывает бровь в немом вопросе.

– Ты как затворник. Постоянно в себе, наверное. А это занятие тихое, требующее внимательности. Я вот усидеть на месте не могу. Мама в детстве называла меня попрыгунчиком.

Зачем ему эта информация? Лука пытается собраться с мыслями, чтобы перейти к делу. Но Ася перебивает его мысли:

– Знаешь, когда я впервые тебя увидела, у меня такое чувство сразу странное появилось. Как будто ты хранишь какую-то тайну.

– У всех есть тайны, – бросает Лука.

– Не-е-ет, – протягивает она, практически распевая это слово, – у тебя особенная тайна. Как будто ты не из этого мира пришел.

Лука встает как вкопанный. Ася не замечает это и идет дальше, делая попутно фотографируя Петропавловскую крепость. Затем она оборачивается:

– Я что-то не так сказала?

Это становится все подозрительнее и подозрительнее. Луке не нравится, что его читают по щелчку пальцев. Даже Варя не до конца знает его.

– Тебе кажется.

– Знаешь, – она смотрит на него, словно анализирует, – я иногда такой бред несу. Не слушай меня.

Ася отмахивается, но Лука все равно остается напряженным. Внутри как будто все переворачивается от ее слов. Если она еще скажет, что он пробыл несколько месяцев в небытие, то совсем с ума сойдет.

Каменноостровский проспект встречает их гулом от машин и поднявшейся от колес пылью. Недалеко виднеется Соборная мечеть.

– Нам на улицу Мира.

Дойдя до подъезда двадцать восьмого дома, Ася останавливается:

– Пришли. А за вазой, кстати, ты успеешь еще зайти. Хотя, кажется, она тебе и не нужна.

Она смеется, а Лука все больше и больше мрачнеет. Ася, видимо, подхватывает его настроение и произносит:

– Я знаю, что у тебя ко мне вопрос насчет перстня.

Лука молчит, пристально разглядывая Асю. Пытаясь уловить хоть намек. Но она никак не поддается его прочтению. Вроде открытая, жизнерадостная, но что-то таящая в себе.

– Меня просто интересует, откуда он у вас.

– Понятия не имею. Многие вещи уходят от нас, но также и таинственным образом приходят. Но я знаю одно: каждая из них ждет своего владельца. Старинные вещи чувствительны. Как люди.

Ася только подкидывает в огонь дров, а не тушит этот таинственный костер. Видимо, придется разбираться самому. Но что все-таки скрывает сама Ася? Может, она знает больше, чем говорит, а сейчас притворяется?

Но пока на эти вопросы он не в силах ответить.

Однако он что-то чувствует. Его тянет к Асе. И этого нельзя отрицать.

Вечером Клуб собирается в полном составе. Лука делится находкой с Владом, Марком и Варей.

– Тут только способности Влада помогут, – вздыхает Варя. – Но…

– Я готов! – Влад вскакивает с места.

– Оу, странник, умерь свои стремления, – Марк кладет ему руку на плечо. – Лучше бы отдохнул, супчик там поел…

Влад смотрит на него и замолкает, садясь обратно за стол.

– Мы сейчас все не в ресурсе, – продолжает Марк, – а странника надо беречь. Даже его.

– Когда Влад восстановится, мы сразу же отправимся в театр.

– Я могу и сейчас, – Влад разводит руками. – Ну так что?

– Нет, – Лука задумывается. – Подождем немного. Лучше посмотрите на это.

Лука кладет перед ними брошь.

– Варя, Марк, может что-то почувствуете? Нам нужна любая зацепка.

Варя берет в руки украшение и закрывает глаза:

– Нить мечется. Будто неспокойна. Как будто вокруг много других… завистников. Чувствую сильную ненависть.

Затем Марк вглядывается в отражение. Он серьезно смотрит на брошь, а затем говорит:

– Как странно…

– Что? – оживляется Лука.

– Эту брошь ему подарили. Но я вижу, что она чернеет. Будто проклята. А еще…

Марк на мгновение замолкает.

– Это подарок от женщины. И она… явно недовольна тем, что мы вмешиваемся.

– Ты точно уверен? – спрашивает Лука.

Марк кивает, а Лука задумывается. Может ли быть эта женщина тем самым призраком, который удерживает Бригонци? Эту информацию еще стоит проверить.

– Знаете, – Марк меняет тон голоса. – А я бы перекусил.

– Ох, согласен, – потирает руки Влад. – У нас там что-то с утра осталось.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю