Текст книги "Клуб четырёх теней (СИ)"
Автор книги: Валери Рэм
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)
– А вы сами проверяли это место? – подает голос Марк.
Варя недовольно смотрит на него.
– Там уже давно никто не живет, квартира закрыта. Поверьте, я пытался.
– Мы верим, – чуть заметно кивает Варя, а затем тихо спрашивает: – Может быть, вы заметили еще что-то странное? Любая деталь, даже незначительная мелочь.
– Ох, – Николай Александрович касается пальцами подбородка. – Это даже не деталь, сколько факт: в том месте располагался музыкальный класс одной знатной дамы. Она воспитывалась еще в дореволюционное время в пансионе, а затем преподавала музыку, жила скромно. А потом, как я и говорил, там случился страшный пожар.
Варя замирает и глядит на профиль Николая Александровича. Он раскачивается взад и вперед, хмурит густые седые брови, как будто пытается еще что-то вспомнить. Его руки слегка дергаются.
– Мне кажется, что там происходит что-то из ряда вон выходящее, – говорит он. – Надеюсь на вашу помощь.
– Мы поможем, – с энтузиазмом произносит Влад.
Марк отводит взгляд, Варя понимает, что эта затея ему не очень нравится. Лука же как будто впитывает каждое слово Николая Александровича.
Варя замечает, что на верхнем этаже действительно закрыты несколько окон. Скорее всего, досками.
– Спасибо за чай, – благодарит его Варя. – Очень вкусный.
Николай Александрович берет чашки и отлучается на кухню.
Варя, Марк и Влад подходят к Луке.
– Что думаешь? – спрашивает Влад.
– Проверить точно стоит, – бросает Лука, опираясь пальцами о старый подоконник. – Снова это пение. А еще я понял, что один из голосов принадлежит Николаю Александровичу. Только он был… моложе.
– Но дверь в квартиру закрыта, ты вообще слушал его? – нервно произносит Марк. – Как мы туда попадем?
– Что-нибудь придумаем, – ежится Варя.
– У меня есть отмычка, – Влад поднимает указательный палец и прищелкивает языком.
– Что у тебя еще в рюкзаке? – усмехается Марк. – Мне кажется, уже весь склад. Используешь заклятие невидимого расширения?
– Тихо… – Лука обрывает их диалог.
Старик появляется на пороге и смотрит на них, видимо, ожидая окончательного вердикта.
– Мы проверим то место, – говорит Лука. – Дайте нам время.
– Конечно…
Уже в прихожей Марк спрашивает:
– А как вы вообще о нас узнали?
Старик сузил маленькие глазки и почему-то посмотрел на Луку:
– Мы много знаем о вас.
Марк поджимает губы. Да и сама фраза кажется очень странной. Кто это «мы»?
Дверь за ними закрывается, а Лука обращается к Варе:
– Что-нибудь почуяла?
Варя качает головой:
– Не смогла уловить его нить. Слабая и выцветшая.
– Странно, – задумывается Лука. – Тогда выдвигаемся в три ночи.
– Твои очередные хотелки не доведут до добра, – фыркает Марк, проходя под арку дома. – Помяни мое слово.
– Но ты часть Клуба, Марк, – Варя вытирает холодные потные ладони о пальто.
– Очередные приключения, – Влад прищелкивает языком. – Как же я скучал, ребята.
– Не взаимно, – бросает Марк.
Падает мелкий снег. Во дворе стоят несколько машин, в некоторых окнах еще горит свет, видны силуэты людей.
– Это доходный дом Бубыря, – говорит Варя. – Северный модерн.
– И без тебя знаем, – цокает Марк.
Пока они поднимаются по ступенькам, Варя все больше и больше чувствует запах сырости, а еще ощущает холодок и легкое покалывание на кончиках пальцев. Лампочки в парадной освещают им путь на последний этаж.
Когда Лука, Марк, Влад и Варя оказываются наверху, то замечают, что дверь в ту самую квартиру распахнута настежь.
Лука напрягается.
– Ведем себя тихо, – шепчет он.
– Мне это не нравится, – кидает Марк.
– Я могу пойти первым, – Влад хочет поставить ногу на очередную ступень, но Лука его одергивает.
– Не надо…
Варя слышит, как из квартиры завывает ветер.
У-у-у…
Звук нарастает все сильнее и сильнее, пробирает до костей. Но тут он начинает трансформироваться, как будто переключаются настройки на магнитофоне.
У-у-у…
Варе кажется, что плачет ребенок. Мурашки пробегают по коже.
– Вы это слышите? – спрашивает Лука.
Остальные кивают.
Осторожно поднявшись, Лука вглядывается в темноту. Он отводит руку назад, негласно предупреждая, чтобы они пока не входили.
Ветер снова завывает, однако никаких других звуков Варя больше не слышит. Пространство вокруг словно замирает вместе с ними.
Через время они осторожно проходят внутрь.
И внезапно входная дверь с треском захлопывается, а снаружи кто-то проворачивает ключ.
Варя вздрагивает. Лиц Марка, Влада и Луки она не видит, чувствуя лишь напряженное и учащенное дыхание.
– Дела… – шепчет Влад.
– И что теперь делать? – спрашивает Варя.
Лука подходит к двери, пытаясь ее открыть, но попытки оказываются тщетны. Они застряли тут.
Он включает фонарик.
– Предлагаю пока осмотреться.
Лука проходит дальше. Варя глядит на потолок: на нем образовалась многолетняя копоть. Пахнет плесенью и гнилым деревом.
У-у-у…
Она снова слышит голос.
Лука светит фонариком на старую дореволюционную печь, но там никого.
Кажется, что воздух пропитан болью и отчаянием, неслышной мольбой, который забирается в легкие, прожигая их насквозь.
Пока все разбредаются, Варя подмечает, что окна слишком чистые после случившего пожара. Выглядят они настолько белоснежно, что она не может отвести глаз, всматриваясь в темноту стекол, но видит лишь свое отражение.
Мелькает чья-то тень. Варя цепляет взглядом Луку. Он осматривает фортепиано. Такое же нетронутое, будто новое. Оно отдает рыжеватым оттенком.
Лука касается дерева, проводя по гладкой поверхности.
До, ре, ми…
Варя слышит голос. Детский, игривый. Он растягивает эти звуки, напевая.
Фа, соль, ля, си…
На «си» голос искажается, будто заело старую пленку.
Си, си, си…
Голос приближается, усиливается, забирается под кожу, пронизывая до костей. Душа уходит в пятки.
Варя и Лука смотрят друг на друга. Они слышат одно и тоже.
Она и без его объяснений понимает, что нужно делать.
Варя начинает перебирать пальцами воздух, словно играя на невидимой арфе. Она замечает две нити. Только они ускользают, обрываются, но не так, как уходит жизнь. Они то дергаются, то замирают.
– Нити ведут себя странно, – вкрадчиво произносит она. – Впервые такое…
– Эй, – перед ними вырастает силуэт Влада. – Вы должны это увидеть.
Лука и Варя следуют за ним в соседнюю комнату.
Когда они входят, Варя не верит своим глазам: детская комната, чистая и светлая. В углу лежат старые игрушки, но аккуратные, у стены стоит небольшая кровать. Кажется, что в этом месте пыль совсем не оседает.
– Комната застряла в прошлом, – констатирует Влад. – Я пытаюсь вернуться туда, но никого не вижу. Она все такая же пустая, не единой души.
Лука светит фонариком в угол и видит Марка, который замер у небольшого зеркала напротив. Он вглядывается в него, а затем отшатывается и смотрит на остальных немигающим взглядом, пряча руки в карманы:
– Здесь кто-то есть…
Зачем вы сюда пришли…
Они оборачиваются. На пороге мелькает тень, которая быстро растворяется в воздухе.
По позвоночнику пробегает холодок, заставляет ежиться.
– Я видел девочку, – констатирует Марк. – Она…
Снова тень, где-то на стенах.
Фонариком уже светит Влад, но там никого.
– Нам нужно узнать, кто она такая, – ровным тоном говорит Лука. – И почему она не в Небытие, как остальные призраки.
Звуки копошения.
Вдруг с печи падает кукла. Раздается глухой стук.
Мне здесь холодно…
Все четверо оглядываются. Значит, они тоже слышат то, что Варя и Лука. Слова въедаются в мозг, отдаются гулким эхом. Сознание становится туманным, походившим на облако, которое все никак не хочет рассеиваться. Варя отмахивается, но по телу бежит дрожь. Кто-то пытается проникнуть в самую душу. Голова идет кругом, в висках стучит.
Лука берет куклу в руки и сжимает ее, а Варя замечает, что в углу кто-то сидит.
Она дергает Луку за рукав, указывая вглубь комнаты.
Он медленно опускает фонарик. В полумраке Варя видит маленькую девочку, которая качается взад-вперед, обнимая себя за плечи. Ее глаза пусты, бездонны, лицо мертвенно-бледное. Одета она в легкое летнее желтое платье с цветами. Только оно давно уже выцвело, превратилось в лохмотья.
– Как тебя зовут? – Лука подходит ближе и опускается перед ней на корточки.
Девочка поднимает глаза, глядя на него. Ее голос полон мольбы и страха. Она дрожит.
– Лиза… Но меня никто не помнит.
Она всхлипывает и кажется, что вот-вот заплачет.
– Мы поможем тебе…
– Нет! Нет! Нет!
Лиза говорит это и начинает оглядываться, словно ищет кого-то. Варя следит за ее взглядом, но здесь кроме них больше никого.
Лука продолжает говорить:
– Что с тобой случилось?
– Он сказал, что я увижу родителей.
Первое слово она особенно выделяет. В ее словах Варя слышит надежду.
– О ком ты говоришь, Лиза?
Ее глаза начинают искрить, наливаться красным, а голос искажаться. Он больше походит на мужской бас.
– Он сказал, что так нужно. А вы все погубите.
– Мы лишь хотим помочь, – тихо говорит Лука.
– Не-е-ет!
Тело пронзает ультразвук. Кажется, что сейчас лопнут барабанные перепонки. Варя закрывает уши, а Лука продолжает говорить:
– Ты здесь одна?
Лиза поднимает голову и ухмыляется:
– Вам кажется, что я одинока, но задайте себе вопрос: не одиноки ли вы?
Варя вздрагивает, как будто что-то надломилось.
Лиза произносит эти слова и сливается со стеной. Чернота начинает растекаться по комнате, а затем исчезает. В воздухе незримо витает запах гари.
– Посмотрел еще раз, – Влад потер шею. – Почувствовал временную трещину. Комната «разрывается» на части. Это ненормально.
– Да снести ее к чертям! – кидает Марк.
– Дом надо слушать, а не ломать, – спокойно говорит Варя. – То, что ты предложил, никоим образом не поможет.
– Зато эффективно.
– Я бы поспорил, – вмешивается Влад.
– А ты лучше бы молчал, странник, – отмахивается Марк.
Влад лишь усмехается. Похоже, что эти слова никак его не задевают.
– Так просто это нельзя оставлять, – говорит Варя, а внутри что-то екает. Сейчас она хочет спасти Лизу, но Элю она так и не вернула.
– Ты же понимаешь, что это против Правил, – хмурится Лука. – Если призрак не хочет, чтобы его тревожили, то мы не можем вмешиваться. Тем более, за это ты должна заплатить свою цену.
– Я знаю, но попытаться стоит, – Варя понимает, что у нее встает ком в горле.
– Варя…
Она проходит вглубь комнаты, но чувствует вину. За то, что ослушалась Луку.
– Лиза… – шепчет она. – Мы хотим помочь. Позволь нам, пожалуйста.
Ответа нет.
Лука смотрит на нее с укоризной.
Снова пробегает тень.
Лиза оказывается в другом углу:
– Как вы можете мне помочь?
– О тебе вспомнят, Лиза, – ласково произносит она.
– Меня никто не любит. Он так сказал.
– Это неправда, – Варя мотает головой и делает осторожный шаг, протягивая руку. – Знаешь, я чуть ли не потеряла близкого человека. И мне бы очень хотелось помнить ее. Особенно такой же, какой она всегда и была: веселой и любящей жизнь.
На глазах наворачиваются слезы, рука дрожит.
Лиза внимательно на нее смотрит. Кажется, что в ее пустых глазницах что-то мелькнуло.
Варя подходит ближе:
– Все хорошо…
Лиза тянет руку в ответ и их пальцы соприкасаются, свечение пронизывает Лизу, соединяясь с ее душой.
Варя закрывает глаза и видит перед собой эту же комнату, только обставленную, живую.
Стены наполняются пением. За фортепиано сидит женщина и ударяет по клавишам. Наверное, это та самая учительница.
– Давай, Лиза, – она улыбается. – Повторим еще раз.
– До, ре, ми… – зал наполняется детским игривым пением. Оно слегка небрежно, но зато от души.
Женщина хлопает в ладоши:
– Замечательно! Давай продолжим.
Но вдруг за окном темнеет, а Варя чувствует запах дыма. Фортепиано резко загорается. Огонь начинает молниеносно распространяться по комнате.
Учительница вскакивает и только хочет взять Лизу за руку, как вдруг между ними вспыхивает пламя. Оно перекинулось на женщину.
Варя слышит нечеловеческие крики.
Лиза взвизгивает, задыхается. Она судорожно бежит к выходу, как вдруг пламя огораживает ее от двери, а перед ней из ниоткуда появляется некто в черном одеянии. Пламя облизывает его тело, но кажется, что это его совсем не волнует.
Варя не может разглядеть лица. Под капюшоном – белая маска с трещиной в уголке рта, однако у Вари появилось ощущение, что за ней наблюдают. По телу молниеносно растекается необъяснимая дрожь в теле. А еще холод. Могильный.
Лиза пискнула, но, увидев фигуру, невольно засмотрелась, не обращая внимания на полыхающую комнату.
Варя пытается сдвинуться с места, но ноги словно приросли к полу. Что-то мешает ей сделать даже малейший шаг. Варя делает глубокий вдох, но чувствует, как слабеет.
– Тебе страшно? – спокойный, но твердый голос.
– Немного, – Лиза замялась.
Огонь стал подползать к ней сзади все ближе и ближе. Варя тянет руку сквозь него, но пламя как лед – не обжигает, а заставляет руки неметь.
– У тебя есть родители?
– Они бросили меня.
Фигура наклонилась к ней, но Лиза даже не дернулась.
– Я могу тебе помочь.
– Как? – она протерла глаза после подступивших слез.
– Отправишься со мной и все узнаешь.
– Но меня ждет дедушка, – Лиза оглянулась и посмотрела в окно.
– Он больше не будет волноваться о тебе. Зато ты увидишь родителей.
– Правда? – с радостью спрашивает Лиза.
Фигура медленно кивает и протягивает руку в кожаной перчатке. Лиза невольно вкладывает в нее свою ладонь.
Варя моргает, снова очутившись в прежней комнате.
Лизы уже не было. Она исчезла. Уже навсегда. Но от чего пусто на душе? И Варя понимает: однажды и ее могут не вспомнить.
На улице вдалеке виднеется рассвет. Оранжевые и розовые блики играют на окнах. Птицы начинают громко распевать свою трель. Пахнет дождем и мокрым асфальтом.
Уже утром все четверо приходят в квартиру к Николаю Александровичу. Они звонят в дверь, но им никто не открывает.
– Может спит? – пожал плечами Влад. – Я бы на его месте еще вздремнул часок другой.
Лука стучит, но Варя не слышит никаких шагов с внутренней стороны.
– Что ты делаешь?! – она пытается остановить Марка, который уже открывает дверь.
Не заперто.
— Николай Александрович? – спрашивает Лука. – Вы дома?
Никто не отвечает.
Да и квартира как будто изменилась. Она выглядит старой, потрепанной, как будто здесь уже давно никто не живет.
Лука проходит внутрь, остальные следуют его примеру.
На полу валяются обрывки газет, каких-то писем, старые вещи. Кажется, что комната застыла в прошлом веке.
– Ничего не понимаю, – Марк потирает шею.
Все осматриваются. Рассветные лучи проникают в комнату, освещая пространство. Варе на мгновение показалось, что вдалеке слышится детский смех.
Она подходит к стеллажу, перебирая газеты.
– Взгляните…
Она начинает читать:
– Страшный пожар произошел на Стремянной улице. Мужчина, представившись Васильевым Н.А., обратился за помощью для поиска своей внучки Елизаветы, которая находилась в доме во время происшествия. Но позже скончался.
Варя все уже давно поняла. Еще тогда, когда Лиза упомянула про своего дедушку. Это был Николай Александрович.
Через время Варя подходит к подоконнику. Светит яркое солнце, а окна напротив уже не заколочены.
В этот же вечер Лука просит Варю приехать к нему после университета. И она знает, какой разговор ей предстоит. Все-таки Варя чуть ли не нарушила Правило, которое гласит:
Помощь от Клуба возможна лишь при добровольном согласии нуждающегося.
Изначально Лиза не хотела, чтобы ей помогали. Варя ходила по краю, о чем и сама знает. Но она уверена, что сделала правильный выбор. И все-таки беседа с Лукой от этого не растворится в воздухе.
Он сказал, что вы не должны вмешиваться!
Слова пульсируют внутри. Лиза говорила о той самой фигуре в черном. Но насколько она опасна? На этот вопрос Варя пока не может ответить.
Варя заходит в квартиру.
Гостиную освещает тусклая лампа. Лука не любит яркий свет, поэтому после переезда Влада это стало небольшой проблемой, потому что тот особо не экономит электричество.
Варя не знает, как эта квартира досталась Луке. Родителей он почти не помнит. Они умерли, когда Луке было три.
Легкий запах книг вперемешку с ароматом прошедшего дождя дарят спокойствие и умиротворение, заставляют сердце успокаиваться.
Лука сидит за столом и что-то пишет.
Варя подходит ближе, читая заголовок:
21 марта. «Дом с заколоченными окнами».
Название звучит очень банально, но Лука, наверное, слишком устал, поэтому не может придумать другое.
Лука начинает выводить буквы, которые складываются в целые слова, а слова в предложения. Почерк его ровный, размашистый, аккуратный. Он ведет своего рода летопись Клуба, чтобы вновь возвращаться к старым записям. Может быть, в будущем найдутся закономерности, зацепки.
Он начинает шептать:
– Audire disce, si nescis loqui[3].
Из другой комнаты выходит Влад с полотенцем на плечах. Похоже, собирается в душ.
– Варя! – он машет рукой. – Какими судьбами?
Лука, все это время сидящий за записями, разворачивается и произносит:
– У нас свои дела.
– Мне уйти? – неловко произносит Влад.
Она смотрит на Луку, но тот мотает головой.
Влад садится в кресло напротив, подается вперед и сцепляет руки в замок.
– Фух, ну и денек выдался… – он выдыхает. – Классно провели время.
Он смеется и откидывается на спинку дивана, что-то едва слышно свистя под нос.
– Ты так и не рассказал, как там на стройке, – Лука закрывает тетрадь.
Тот отмахнулся.
– Петрович опять за свое: «Наши вон десять лет без страховки работают, а ты…», – Влад почесал затылок. – А что я? Хоть и люблю приключения, но жизнь дороже.
– Ты уволился? – спросила Варя, присаживаясь рядом.
Влад вздохнул:
– Что-нибудь придумаю.
Влад постоянно перебивается подработками, одна сменяется другой, но он так и не может найти себя. Вечно куда-то бежит. То ли от самого себя, то ли от других.
Полноценная квартира обходится дорого, поэтому Лука позвал Влада жить к себе. Конечно же, с оплатой коммуналки пополам.
Влад опускает голову, явно о чем-то задумавшись.
– Ты в порядке?
– Да так… – он улыбается, но эта улыбка явно невеселая. Что-то таится внутри Влада. Варя это чувствует. И уже не раз говорила об этом Луке. – Потом еще поговорим.
Затем он будто выныривает из своих мыслей, мнет полотенце и произносит:
– Ну ладно… Я пойду.
Варя и Лука остаются наедине.
Они молчат уже несколько секунд. Марка бы это уже утомило, а Влада позабавило, но Варя всегда чувствует Луку и знает, где нужно выдержать паузу и просто посидеть молча.
– Варя, – подает голос Лука. Сидит он ровно. У него донельзя идеальная осанка. – Я не буду тебя учить или подводить к чему-то. Но помни: мы в ответе за каждое дело, которое у нас было. Вмешиваться или нет – это спорный вопрос, но как не ты знаешь на него ответ.
– Я понимаю, – Варя опускает взгляд. – Прости. Старые раны.
Лука щурится:
– Это из-за Эли?
– Да, – выдавливает из себя Варя, кусая ногти. – Но я не должна оправдываться. Ты прав. И всегда был прав. Просто неожиданно чувства взяли вверх.
– В нашем случае их лучше спрятать куда-нибудь глубоко, – отчеканивает Лука. – Но я тебя понимаю.
Варя недоумевающе смотрит на него.
– Знаешь, – он замолкает на несколько секунд, а затем произносит: – все люди уязвимы. Как и память.
Лука прав. Только вот Варя никогда не видела, чтобы Лука показывал свои слабости. И как лидер он прекрасно подходит Клубу. Беспристрастный, уравновешенный, думающий.
– Просто не забывай о том, кто ты есть Варя, – продолжает Лука. – А я буду рядом.
От этих слов ком встает в горле. Но она счастлива иметь такого друга.
– Спасибо, Лука, – Варя чувствует, как кровь приливает к щекам, а слезы наворачиваются на глазах. – Да, это была слабость с моей стороны. Но такого больше не повторится.
Он кивает.
– А какая была цена?
Варя шмыгает носом и грустно улыбается, поддевая нитку на покрывале дивана:
– Воспоминания о выпускном.
– Но Варя…
– Это мой выбор, Лука, – прерывает его Варя. – Тем более школу я особо не любила.
Она знает, что за любую помощь, которую они оказывают, применяя свои способности, назначается своя цена. У Вари – это потеря определенных воспоминаний.
– Знаешь, – Варя ерзает на диване. – Я кое-что видела, когда связывала присутствие Лизы с внешним миром.
Лука внимательно смотрит на нее.
– Фигура в черном. Я не знаю, кто это, но именно она тогда забрала Лизу. Лица я не разглядела, голова была скрыта под капюшоном. Только вот… ощущения были странными. Словно в этот момент меня незримо контролировали.
Лука отводит взгляд, закусывает щеку изнутри, а затем произносит:
– Разберемся с этим.
Варя застывает. Она была уверена, что Лука молниеносно бы этим заинтересовался, однако сейчас реагирует крайне спокойно.
Они молчат еще некоторое время.
– Ты часто навещаешь Элю? – спрашивает Лука.
Варя вздрагивает от этого вопроса.
– Стараюсь каждую неделю, чаще к ней не пускают, – Варя мнется.
– Если понадобится какая-то помощь, не стесняйся. Я верю, что Эля поправится.
Варя тоже верит, вот только с каждым днем эта надежда гаснет. Она ведь знает, что натворила. И из-за чего Эля теперь лежит в больнице. Варя всегда будет нести этот груз на сердце.
Свет от фар грузовика, искореженный автомобиль. Падающий крупными хлопьями снег.
– Ты тоже удивился, когда увидел Лизу за пределами Небытия? – спрашивает Варя.
– Да, – решительно произнес Лука. – Это до сих пор не дает мне покоя. Лиза была еще маленькой, когда погибла. Значит, ее душа «слабая». Но из Небытия в мир живых могут попадать только «сильные» души.
Небытие, – город мертвых, – то место, откуда призраки редко попадают сюда. Но Лизе все же это удалось. Как и почему – это еще им предстоит выяснить.
__________________
[1] От лат. «Никто не лишен пороков».
[2] «Катка» – в геймерском сленге уровень, этап, раунд игры либо отдельная игровая сессия.
[3] От лат. «Учись слушать, если не умеешь говорить».




























