Текст книги "Убийство среди книг"

Автор книги: Тони ЛоТемпио

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Сперва я решила, что дело в розетках, но ни одна из них не сдвинулась ни на йоту. Я попыталась восстановить сказанное Такером перед тем, как нас разъединили. Слова звучали довольно сбивчиво, но я помнила, что там определенно было «розе», и «скольз». И в самом конце – «зер», это точно. Зеркало?

Я вновь взялась за шкатулку и откинула крышку. А зеркальце-то немаленькое.

– Ладно, возможно, розетки ни при чем.

Я провела пальцем по краю зеркала и резко дернула. Ничего. Ладно, пусть не так просто. Попыталась сдвинуть зеркало в сторону. Опять ничего. Очертила указательным пальцем все зеркало по периметру – и в левом нижнем углу нащупала-таки крохотный выступ. Надавила на него ногтем и услышала резкий щелчок! Край зеркала отошел. Я потянула зеркало на себя и обнаружила за ним небольшую полость. Просунула палец как можно глубже и нащупала листок бумаги. Извлеченный наружу, он оказался точно таким же сиреневым бланком, как найденный мной в самом начале в подсобке, где было «позвонить Маре». На сей раз на листке красовалось одно слово «Джейми», но к нему прилагался номер телефона: 602-555-8962.

Сердце пустилось вскачь. Джейми. Это имя начиналось со звука «дж». Загадочный ухажер Шейлы? В голове свербело что-то еще, и тут меня осенило. Когда мы с Зейной искали информацию о Шейле Блэквелл в интернете, там всплыли два имени: Гэри Холлис и Джейми Спаркс. А вдруг это тот самый Джейми?

– Выяснить можно только одним способом, – пробормотала я, достала телефон и набрала номер.

После трех гудков мне ответил женский голос:

– Здравствуйте.

– Здравствуйте. Я ищу человека по имени Джейми Спаркс.

– У аппарата. А вы кто?

На мгновение я растерялась. Не ожидала, что Джейми окажется женщиной, но бывают же такие имена, которые равно годятся и мужчинам, и женщинам. Как мое прозвище Чарли, например.

– Меня зовут Чарли Джеймс, – ответила я. – Я звоню по поводу Шейлы.

– Шейлы, значит? – Джейми фыркнула. – А я-то думаю, что-то мне слишком долго везет. Что она натворила в этот раз?

Я точно знала, какой реакции жду, но определенно не такой.

– Простите?

– Вы сказали, что звоните по поводу Шейлы. Вы же про Шейлу Блэквелл, верно?

Я облизнула губы.

– Э-э-э… вообще-то ее зовут Шейла Краудер.

Снова фырканье.

– О, значит, она теперь использует девичью фамилию матери? Только не говорите мне, что она под арестом.

– Под арестом? Нет-нет, – возразила я. – Она собиралась начать бизнес с моей подругой, но в последнюю минуту отказалась.

Джейми тяжело вздохнула:

– Что ж, ничего удивительного. Когда она устроилась в тот книжный, мы все подумали, что она наконец-то образумилась, но, похоже, она снова взялась за старое.

– Ваше имя было указано в списке ее контактных лиц, – продолжила я. – Ваше и некоего Гэри Холлиса.

Моя собеседница громко фыркнула:

– Конечно, указано. Я же единственная кузина, когда-либо имевшая с ней дело, и, скажу вам, это моя ошибка. Мы поддерживали связь довольно долго. Она звонила мне каждые две недели, рассказывала, как она и что. Обещала навести порядок в своей жизни, но потом, по слухам, бросила тот книжный магазин и скрылась. А что касается Гэри, ну… Неровные у них были отношения. Думаю, она так и не очухалась до конца.

– Я слышала, Шейла страдала ПТСР. Мне подумалось, не было ли это следствием ее отношений с Гэри.

– ПТСР у Шейлы развился после жуткой автомобильной аварии, в которую она угодила, когда ей был двадцать один. Водитель сбившей ее машины погиб, а сама Шейла несколько недель провалялась в больнице. После этого она была в ужасном состоянии. Даже к психотерапевту ходила. А с чего вы решили, что Гэри как-то к этому причастен?

– Ну, иногда ПТСР бывает вызван насилием в паре.

– Нет, – твердо ответила Джейми. – Вы имеете в виду, не бил ли он ее или еще что? – Она расхохоталась. – Поверьте мне: если кто кого и лупил в той истории, так это Шейла.

– То есть этот Гэри тюфяк?

– Ну, тюфяком бы я его не назвала. Сдачи они оба дать умели, просто у Шейлы лучше получалось. Ссорились они часто, это я знаю. Знаете, бывают такие отношения, которые скорее «нет», чем «да».

Джейми оказалась довольно болтлива, учитывая, что совсем меня не знала. Я воспользовалась этим на всю катушку, и нет, мне не стыдно.

– Она что-то говорила про собаку, от которой ей пришлось избавиться из-за Гэри.

– О да. Из-за этой бедной собаки они страшно ругались. В защиту Гэри скажу, что у него была аллергия. Шейла хотела, чтобы ему делали уколы, а он отказывался. Она все твердила, что ей нельзя без собаки, мол, та помогает ей справиться с ПТСР, не дает съехать с катушек. Гэри считал, что это полная чушь. Так продолжалось несколько месяцев, и наконец, после того как у Гэри случился тяжелый приступ астмы, она согласилась собаку отдать. – Джейми помолчала, а затем добавила: – Вообще-то, собака досталась мне. Очаровательный метис спаниеля. Ни в коем случае не хочу никого обидеть, но со мной Олли лучше. – Она снова помолчала. – Забавно, что вы упомянули Гэри. Он мне пару дней назад звонил, спрашивал, не оставляла ли у меня Шейла что-нибудь. Я сказала ему, что если она что и оставила, то ему я это точно не отдам.

– Мисс Спаркс, когда я только назвала имя Шейлы, вы сразу подумали, что ее арестовали. У нее уже бывали приводы? В интернете я не нашла никаких сведений о ее судимости.

– Это случилось много лет назад, когда она еще подростком была. Дело закрыли за недостатком улик, и, думаю, записи потерли, она ж еще несовершеннолетняя была. Уже тогда делишки крутила.

– Делишки крутила?

– Ну да. Началось, когда она была совсем крохой. Это у нее от отца. Он провел в тюрьме за мошенничество больше времени, чем в трудах по обеспечению семьи. Мать Шейлы старалась подавать хороший пример, да только без толку. Девочка родилась мошенницей, и у нее это очень хорошо получалось. Единственное, с возрастом она стала осторожнее, чтобы не попадаться, – только один раз влетела, и даже тогда ей повезло. Какое-то время она держалась подальше от неприятностей… А потом встретила Гэри.

– Значит, Гэри тоже мошенник?

– Он себя таковым считает. По мне, так скорее мелкий аферист. Шейла никогда не рассказывала, проворачивали ли они какие-нибудь схемы на пару, а я и не спрашивала. Меньше знаешь, крепче спишь. Она клялась, что собирается начать с чистого листа.

– Вы ей не верили?

– Хотела бы, но вы же знаете старую поговорку: «Черного кобеля не отмоешь добела». Не звонит, чтобы я забрала ее под залог, и слава богу. – Джейми кашлянула и продолжила: – Последний раз я разговаривала с ней довольно давно. «Джейми, – говорит она мне, – свершилось. Мне наконец улыбнулось счастье. Я наконец-то смогу взять себя в руки. Больше никаких афер». Я ей и говорю: «Молодец, Шейла. Надеюсь, ты говоришь искренне». Потом она поведала мне, что окончательно ушла от Гэри. Я повторила, что надеюсь, она говорит это искренне, а она рассмеялась и сказала, что ей-то все равно, а вот он будет на нее очень-очень зол. – Собеседница остановилась перевести дух, а затем продолжила: – Потом мне позвонил ее начальник. Оказывается, она внезапно, без объяснений, уволилась из того книжного магазина. Просто исчезла. И Гэри тоже. Я подумала, что все ее клятвы мне были полной чушью, что они, по-видимому, провернули какую-то аферу и слиняли. Если, говорите, она стала использовать фамилию Краудер, то, по мне, и к гадалке не ходи.

– Несколько человек упоминали, что она опасалась, как бы ее не разыскал бывший. Я думала, речь о том самом Гэри, но вдруг это ее бывший начальник?

– Вполне может быть и тот и другой, – согласилась Джейми. – Я знаю, что Ричардсон не обрадовался тому, как она ушла. А может, это еще кто-то, кого она надула.

– Ах да, еще одно. А у Шейлы не было никого, кроме Гэри? Чья фамилия или имя начиналась на «дж»?

– Думаете, она ему изменяла? Что ж, не исключаю. Эта девица флиртовала со всем, что носит штаны. На «дж», говорите? Единственный мужчина на «дж», о ком она так восторженно отзывалась, не был ее любовником. Это был писатель, как его там, Дж. Сэлинджер. Она его просто обожала. Вообще, она мне именно так и сказала, когда мы в последний раз разговаривали. Мол, благодаря Дж. Сэлинджеру ей наконец-то привалило счастье.

Хм, интересно. Значит, она фанатела по Сэлинджеру. Теперь понятно, откуда цитаты из «Над пропастью во ржи».

– Большое спасибо, что уделили мне время, – сказала я. – Еще раз простите за беспокойство.

– Да ничего страшного, – отозвалась Джейми. – По крайней мере, вы меня предупредили. Полагаю, Шейла со дня на день мне позвонит. – Она вздохнула. – А я-то думала, что времена, когда я вытаскивала ее из разных передряг, наконец-то позади.

Я решила, что не мне рассказывать Джейми о случившемся с ее кузиной. Наверняка Грант скоро выйдет на нее, вот пусть они с Барби и сообщают печальную новость. Я уже собиралась попрощаться, когда меня посетила еще одна мысль.

– Последний вопрос, если вы не против. У Шейлы было какое-нибудь хобби? Работа по дереву или, например, фокусы?

– Забавно, что вы об этом спросили, – хмыкнула Джейми. – Фокусы ее всегда завораживали. Все шоу Дэвида Копперфилда смотрела и, думаю, мечтала поехать в Лас-Вегас и устроиться ассистенткой к фокуснику. Вечно выискивала в мебельных журналах сундуки, какие используют фокусники. Все хотела выяснить, есть в них потайные отделения или нет. Странное хобби, правда? Но в этом вся Шейла.

Я еще раз поблагодарила Джейми и повесила трубку. Разговор вышел продуктивный. Получается, Шейла была профессиональной мошенницей. Может, она и в букинистическом магазине какую-то аферу провернула? Такую, из-за которой пришлось бежать и менять имя? И от кого она скрывалась – от Ричардсона или Гэри Холлиса? Или от обоих?

Я прочесала волосы пятерней. А вдруг Эван Ричардсон выследил Шейлу здесь? Они поссорились – и он ее убил? Следов взлома не наблюдалось, а значит, убийцу Шейла наверняка знала. Меня не отпускала мысль, что преступник запихнул тело в сундук. Стало быть, он знал, что магазин пустует, и планировал вернуться и избавиться от трупа. Но не сделал этого. Почему?

Вдобавок я практически не сомневалась, что Шейла пришла от сундука в восторг, потому что распознала в нем ящик фокусника, – заявила же она Зейне, что сундук кажется ей волшебным. Наверняка именно он вдохновил ее на переделку шкатулки. «В ней все мои секреты», – сказала она Нэнси. Но где именно?

– Вопросов все больше, ответов все меньше, – пробормотала я.

По снова взмахнул лапой и зацепился когтем за одну из розеток. Начал его вытаскивать, и мне показалось, что резьба слегка сдвинулась.

– Что там у тебя, дружище? – спросила я кота.

Тот поглядел на меня и моргнул.

– Мяу.

– Думаешь, стоит проверить все розетки? Ладно.

Рука сама потянулась к той, за которую дергал По. Она находилась в самом конце резного узора на правой стороне сундука.

– Уверена, вот эта подвижна.

Я прижала розетку указательным пальцем и поелозила им взад-вперед. И действительно почувствовала, как дерево шевельнулось – сначала вправо, затем влево. Теперь надо вспомнить основы устройства движения шкатулки-головоломки – я их накопала в Сети, когда писала «Встречу в Судане». Стив Шепард сначала двинул значок-кнопку влево, затем вправо, затем немного вверх, и потайной ящик со щелчком открылся. Я прижала розетку пальцем и повторила движения. На толчке вверх я затаила дыхание, и… розетка ушла внутрь. Я нажала еще раз и отпрянула, когда из боковой стенки шкатулки, прямо под этой розеткой, выскочил ящичек.

– Бинго! – крикнула я, напугав По.

В ящичке лежало несколько листов бумаги, аккуратно перевязанных голубой ленточкой. Я их вытащила, закрыла ящик и развязала ленту. Всего листков оказалось четыре, исписанных с обеих сторон. Я взглянула на кота.

– Похоже, мы наконец-то нашли один из секретов Шейлы, По.

Я развернула верхний лист. Письмо было датировано примерно месяцем ранее и начиналось просто: «Милая моя Ш.».

Написанное ниже автор, как мне показалось, считал любовным стихотворением:

Глаза как звезды

Волосы как солнце

Походка словно сон

Такого я вообще не мог себе представить

Ты для меня – поэзия в движенье

Любить тебя я буду день за днем

Дж.

Я перевернула лист. Крупным почерком там было выведено: «Словами невозможно по-настоящему выразить мои чувства к тебе. С английским у меня в школе было не очень хорошо, но в это я вложил все свои чувства».

И снова подпись: «Дж.».

Я просмотрела остальные три послания. Они были написаны в течение пары-тройки недель. На лицевой стороне каждого шло небольшое стихотворение, а на обороте – признание, с каждым разом все более страстное. Последнее письмо указывало на то, что Шейла инициировала разрыв:

Ты все связи разрываешь

Мое сердце разбиваешь

Не могу я больше ждать

Ты должна уже понять

Как я хорош для тебя

А ты прекрасна для меня.

На обороте было написано:

«Милая моя Ш.,

Не могу поверить, что ты больше не хочешь меня видеть. Ты должна знать, что мои чувства к тебе искренние. Я бы никогда не причинил тебе такой боли, как Г.

Умоляю, передумай. Дж.».

Я нахмурилась. «Г.», несомненно, означало Гэри. К письму прилагалась маленькая открытка от цветочного магазина Зивицки, что находился в соседнем городке: «Люблю тебя всегда. Дж.». Открытка была вложена во второе письмо, отправленное две недели назад. Я схватила телефон, нашла номер Зивицки и набрала. Скучающий девичий голос ответил:

– Цветочный магазин Зивицки. Что вы хотели?

– Добрый день, – поздоровалась я. – Могу я уточнить кое-что по заказу, размещенному две недели назад?

– Конечно. Квитанция с номером заказа сохранилась?

– А, нет. Я спрашиваю для подруги, которая этот заказ получила. Она хотела бы ответить тем же, но не уверена в имени отправителя… композиции.

– Ладно, просто по номеру искать проще, – сказала девушка. – Назовите имя получателя, а я посмотрю, что у нас есть.

– Спасибо. Это мисс Шейла Краудер, и букет предполагалось доставить… – Я замялась. – Его предполагалось доставить в пансион миссис Динвидди, – решила я наконец. Как-то сомнительно, чтобы цветы отправляли в магазин, а другого адреса Шейлы у меня не было.

– Секунду. – Девушка поставила меня на удержание, и я целую вечность слушала фоновую музыку, хотя на самом деле прошло всего минут пять. – Окей, – сказала она, вернувшись на линию, – кажется, нашла. Вообще-то, заказов для Шейлы Краудер было три. Сначала желтые розы, потом розовые, а затем красные. Все доставляли в тот пансион.

Хм, трижды заказывать розы? Похоже, парня всерьез заклинило. Пересчитать, сколько раз Генри покупал мне розы, хватило бы пальцев одной руки, притом с запасом.

– А у вас не записано, кто их посылал?

– К сожалению, нет. Все заказы оплачивались наличными, а парень сам приходил и подписывал открытки. – Она хихикнула. – Вспомнила его. Это я ему розовые розы собирала. Он страшно нервничал.

– Вы собирали? А не помните, как он выглядел?

– Хм. Ну… высокий. Не дылда, но повыше меня. Во мне-то пять и восемь, а в нем… наверное, пять и десять или все шесть футов. Вряд ли выше шести. Красивый.

– А телосложение? Толстый, худой? Фигура? Спортивная или не очень?

– Ну, не знаю. Как-то не обратила внимания. Меня больше лицо занимало.

– Какие-нибудь особые приметы? Может, черты лица?

– Красивые. Знаете, на Райана Филиппа похож. Ой, нет. Скорее, на молодого Брэда Питта. Волосы такие светло-русые, и постоянно на лоб падают.

Я решила, что больше тут ничего не добьюсь, по крайней мере в плане описания.

– А даты заказов не подскажете?

– Конечно. – Она быстро перечислила требуемое.

Я отметила, что красные розы доставили на прошлой неделе, примерно в то время, когда Шейлу убили. Я поблагодарила девушку за помощь и уже собиралась повесить трубку, когда она воскликнула:

– Ой, погодите. Я еще кое-что вспомнила. На нем был черный комбинезон вроде униформы. Помню, еще подумала, как обидно, что он прячет такое тело, уж очень хорошо сложенным он выглядел.

– Комбинезон? То есть какой-то мастеровой?

– Ну, наверное.

– Думайте. На комбинезоне было вышито имя?

На миг повисла тишина, а затем раздался восторженный визг:

– Да, да! Вспомнила! Там было имя – Джефф. Это поможет?

– Я… Да-да, поможет. Спасибо.

Я нажала отбой и прислонилась к конторке. Постучала телефоном по подбородку. Спортивное телосложение, светло-русые волосы, напоминает молодого Брэда Питта. Конечно, под такое описание подпадает куча молодых людей, но все решило имя. Джефф Коннорс.

Имя Джефф начинается на «дж». Я вспомнила, как он зашел в магазин тем утром. На нем был черный комбинезон, а на правом нагрудном кармане ярко-желтым цветом было вышито его имя – Джефф. И еще вспомнила болтовню Зейны. Мол, Джефф недавно расстался с девушкой и, по слухам, перенес это очень тяжело.

Неужели Джефф Коннорс, моя школьная любовь, – тот самый загадочный Дж.? Младший поклонник Шейлы? Неужели давний объект моих воздыханий и есть убийца?

По взглянул на меня. Поднял лапу.

– Мяу.

Я немедленно взяла свою сумку. Захватившая меня идея была, вероятно, не самой умной, но я должна была все выяснить, и выяснить быстро.

Глава 23

«Электротовары Коннорса» занимали первый этаж простого беленого дома в центре города, на углу Двенадцатой и Центральной. Когда мы с По вошли в главную дверь, над головами у нас звякнул колокольчик, и я остановилась, осматриваясь. В центре магазина, в стеклянной витрине рядом с широким прилавком, демонстрировалось различное электрооборудование. Из задней части помещения доносился стук. Я подошла к прилавку и побарабанила по нему костяшками пальцев.

– Ау-у! Есть кто живой?

Через мгновение из подсобки выглянул сам Джефф. При виде меня лицо у него просветлело.

– Ча-арли, – протянул он, – какой приятный сюрприз! Что ты здесь делаешь? Мы вроде планировали встретиться у тебя в магазине в пятницу утром?

Я проглотила ком в горле.

– Да, планировали… в пятницу, но возникла необходимость увидеть тебя сейчас, – выпалила я.

Глаза у него самую малость расширились.

– Да ну? Ну, излишне упоминать, как я польщен, – Он глянул на часы. – Сейчас, только доделаю кое-что и буду свободен до конца вечера. Не хочешь поужинать пораньше?

– Вообще-то я не очень голодна. Просто мне надо с тобой поговорить.

Джефф обошел прилавок и встал передо мной. При виде По, свернувшегося калачиком у моих ног, улыбка его несколько померкла.

– Ты взяла с собой кота, – заметил он.

– Да. Это же ничего? Он ездил со мной в магазин, и неохота было тратить время, завозя его домой.

Однокашник настороженно разглядывал кота, затем покачал головой.

– Нет-нет, все в порядке. – Улыбка вернулась. – Ты вся такая серьезная. Что-то случилось?

– Надеюсь, нет. – Я огляделась. – Мы здесь одни?

– Да. Только ты и я. – Улыбка стала шире. – Ты на что намекаешь?

– Ты не мог бы кое-что для меня прояснить?

Улыбка истаяла, сменившись недоумением.

– В смысле, по светильникам? Конечно. У меня есть каталог, сейчас покажу. Выбери что хочешь, и закажем. Если сделать заказ до конца этой недели, то на следующей я их заберу и установлю. Самое позднее – через неделю.

– Я не о светильниках. То есть да, их нужно заказать, но у меня к тебе другой вопрос. Куда более важный.

Он нахмурил брови.

– Хорошо, спрашивай. Что?

Я прочистила горло:

– Я нашла шкатулку Шейлы для украшений.

– У Шейлы имелась шкатулка для украшений? – Сдвинутые брови чуть разошлись. – Л-ладно. А почему меня это должно волновать?

Я прислонилась бедром к прилавку и скрестила руки на груди. По встал в оборонительную позицию рядом.

– Точно не знаю. Пока.

Джефф нетерпеливо махнул рукой.

– Переходи к сути, Чарли. Я не такой фанат головоломок, как ты. Какое отношение шкатулка для украшений имеет ко мне?

– Шейла ее переделала. Превратила ее в шкатулку с секретом.

Теперь он смотрел на меня так, словно у меня вторая голова выросла.

– Шкатулка с секретом? Это как?

– Вкратце, такую шкатулку или сундук можно открыть, только разгадав загадку, – потому они так и называются. Обычно это шкатулки или иные предметы мебели с потайными отделениями и скрытыми отверстиями.

Джефф глухо хохотнул.

– То есть в этой шкатулке имеется потайное отделение?

– На данный момент я нашла одно. Возможно, их там больше. – Я сделала паузу. – Внутри обнаружилось нечто весьма любопытное. Не хочешь угадать, что именно?

Он переступил с ноги на ногу и сцепил руки перед собой.

– Ну, ты сказала, что шкатулка для драгоценностей, значит… какие-то украшения?

– Нет. Что-то гораздо более интересное. – Я полезла в карман жакета и вытащила пачку писем. – Узнаёшь?

Джефф сглотнул, краска сбежала со щек. Он даже не дернулся взять письма из моей протянутой руки.

– А должен?

– Думаю, да. – Я помахал письмами у него перед носом. – Это же ты Шейле писал? Ты – Дж., тот «молодой человек», с которым она встречалась.

Джефф уперся взглядом в пол.

– Ненавижу это выражение – «молодой человек», – пробурчал он. – Не настолько я ее моложе. Лет на девять-десять максимум.

Сердце ухнуло вниз. В глубине души я надеялась, что ошибаюсь.

– Значит, ты Дж. Ты был влюблен в Шейлу. – Я сформулировала это не как вопрос, а как утверждение, и теперь ждала реакции.

Мужчина поднял голову и впился в меня взглядом.

– Ну да, да. Мы встречались какое-то время. И что?

Я выложила письма на прилавок. По запрыгнул туда же, уселся рядом и придавил их лапами.

– Зейна упоминала, что ты недавно расстался с девушкой и очень тяжело это перенес.

Безрадостный смешок.

– Да. Смешно, правда? Главный плейбой остинской средней школы сходит с ума из-за женщины. Но это правда. Честно говоря, Чарли, я никогда не думал, что смогу влюбиться в кого-то настолько сильно.

– Это по стихам видно. Ты питал к Шейле глубокое чувство.

– Еще какое. – Он вздохнул и привалился бедром к прилавку. – Я встретил ее в баре на шоссе – «У Леона». Она сидела на табуретке в самом углу. Сказала, что прячется от какого-то парня, который ее донимал. Мы разговорились, и несколько раз я ее выводил в люди. Ничего особенного – поужинать там или в кино. У нее было отличное чувство юмора, и она действительно разбиралась в литературе. Говорила, что пару лет работала в книжном магазине, изучала этот бизнес и теперь собирается открыть свой собственный. – Джефф замолчал, переводя дух. – В общем, я стал посылать ей стихи и цветы. После розовых она мне позвонила со словами, что мне следует остановиться, что я ей нравлюсь, но не настолько сильно. Призналась, что у нее был парень, и те отношения оставили у нее неприятный осадок, и сейчас ей нужен просто друг.

– Но ты же не перестал, да? – спросила я, когда Джефф умолк.

Он покачал головой:

– Нет. Это было выше моих сил.

– А как насчет того парня, который, как ты выразился, ее донимал? Есть вероятность, что это тот самый бывший?

Джефф несколько минут таращился в пустоту, затем снова посмотрел на меня и пожал плечами.

– Может, и он. Точно не знаю. Знаю только, что бесил он ее страшно. А почему ты решила, что это ее бывший?

– В последнем письме ты говоришь, что никогда не причинил бы ей такой боли, как Г. Я и подумала, что это он, потому что его зовут Гэри.

– О как. Ну, Шейла никогда не называла его по имени. Просто сказала: «Г. не понимает слова “нет”». – Он помолчал немного, а затем поправился: – Знаешь, раз уж об этом речь зашла, может, она сказала: «Он не понимает слова “нет”». Говорила она очень тихо, так что я не уверен.

Я помрачнела.

– То есть, может, его имя вовсе и не на «Г» начинается?

– Говорю же, не уверен. – Джефф шумно выдохнул. – В любом случае я предпринял последнюю попытку с теми красными розами. Рассчитывал, что она хотя бы позвонит, но нет. А потом, когда мы ее нашли… – Голос у него дрогнул, голова поникла.

– Удивил ты меня, Джефф, – произнесла я. – Вот уж не думала, что ты такой хороший актер. В драмкружке для старшеклассников ты играл ужасно, но в тот день вел себя так, будто едва был с Шейлой знаком, хотя все это время…

Он прервал меня резким движением.

– Я не притворялся – я был в шоке. Я готов был встретить ее где угодно, только не там. И уж точно не ожидал увидеть ее мертвой.

– Разве?

Он резко поднял голову, приоткрыв рот.

– Чарли! Ты что, думаешь?.. Ты не можешь думать, что я… что я способен на такое, – пробормотал он.

– Я не хочу так думать, Джефф, – вздохнула я. – Мы знаем друг друга практически всю жизнь. Ты был моей первой любовью, моим первым парнем. Мы вместе ходили на выпускной бал. Но я слышала, как несколько человек говорили, что Шейла опасалась, что от этого «молодого человека», с которым она встречалась, могут быть серьезные неприятности.

Джефф выпятил челюсть.

– Ну и пусть, это не я. – С самым серьезным лицом он шагнул вперед и легонько коснулся моей руки. – Я понимаю, картина неприглядная, со всеми этими любовными письмами и вообще, но ты должна мне поверить, Чарли. Я не убивал Шейлу. Я не способен убить ни ее, ни кого-либо еще. – Он невесело рассмеялся. – Черт, да я даже муху не в состоянии прихлопнуть. Помнишь, как меня стошнило, когда нас заставили препарировать ту лягушку на биологии?

– Помню. – Я посмотрела ему прямо в глаза. – Я верю тебе, – тихо сказала я. – И прости, что поставила вопрос таким образом, но… мне необходимо было знать. Чтоб наверняка.

– Конечно, – кивнул он. – Я понимаю.

Мы помолчали немного, затем Джефф откашлялся и неуверенно спросил:

– Так на утро пятницы все в силе? У тебя в магазине? Ты по-прежнему хочешь, чтобы я занимался твоим освещением, да?

– Разумеется. – Моя очередь кивать. Я взяла письма с прилавка и убрала обратно в карман. – Девять тридцать, правильно?

– Правильно. – Он ткнул в торчащую у меня из кармана бумагу. – Эти письма… Что ты намерена с ними делать?

Я поманила за собой По, и мы вдвоем направились к двери.

– На данный момент… ничего. – Я затолкала письма поглубже в карман и вышла.

Вернувшись в арендованную машину, я устроила По на заднем сиденье, а сама снова достала письма и уставилась на них. Если Джефф Шейлу не убивал, то показывать их Гранту бессмысленно. Незачем без явной необходимости привлекать к Джеффу внимание, а я была практически уверена, что убийца не он.

Сейчас я ставила на Гэри Холлиса. После разговора с Джейми я все больше склонялась к тому, что эти двое были замешаны в какой-то афере вокруг книжного магазина и что Шейла, скорее всего, обманула Гэри. Говорила же она кузине, что тот будет очень-очень на нее зол. Обман, конечно, повод, но достаточно ли серьезный, чтобы толкнуть на убийство? Я вздохнула. Загадочный тип, в котором я подозревала Гэри, уже несколько дней не попадался на глаза. Неужто он решил наконец-то скрыться?

Телефон в кармане пиликнул входящим сообщением. Я достала гаджет и увидела письмо от Фредди Мейсона, Максова эксперта-шифровальщика. Ткнула на конвертик и прочитала:

«Изучил оба набора букв и цифр. Ни на один известный мне шифр они не похожи. Скорее всего, первая строка – это какое-то сокращение. Второй набор больше напоминает автомобильный номер. Надеюсь, это поможет. Фредди».

Я вздохнула. «Не особо, Фредди». Дотянулась до сумки, открыла кармашек на молнии, куда положила блокнот Шейлы, и перевернула страницу. Взглянула на последовательность цифр и чуть не упала с сиденья.

ESS36650. Последние две цифры совпадали с номером на черном фургоне. Случайность? Я нахмурилась, разглядывая написанное так и сяк. Затем схватила телефон и снова набрала Гранта. На сей раз он ответил сам:

– Шарлотта. Чему обязан удовольствием?

– Кажется, я знаю полный номер того черного фургона, – выпалила я.

– Правда? И как вам это удалось? Если я правильно помню, вы сказали, что плашку что-то загораживало и видно было только две последние цифры.

– Честно говоря, я не до конца уверена, что это нужный номер, но последние две цифры совпадают, поэтому, думаю, стоит попробовать. Вы же можете узнать, кому он принадлежит?

– У меня есть такая возможность, – ответил он. – Диктуйте номер.

Я протараторила цифры.

– Похоже на коммерческий номер, – заметил Грант. – Ладно, посмотрим, что удастся выяснить.

– Отлично. Ах да, возможно, имеет смысл проверить и другие штаты.

Голос снова помрачнел.

– Полагаете, номер из другого штата?

– Не исключено. Я бы сначала запросила Мэн.

Пауза. Затем:

– Вы не хотите рассказать мне, чем это все вызвано?

– Предположение, – быстро отмазалась я. – Возможно, ошибочное.

Снова молчание.

– Хорошо, я этим займусь. Спасибо, Шарлотта, – добавил он более мягким тоном.

– Знаете, а это уже входит привычку.

– Что именно?

– Ваша благодарность мне.

Грант усмехнулся:

– Да, вы правы. Придется нам что-то с этим делать.

Хотела поинтересоваться, что именно, но как-то побоялась услышать ответ. Вместо этого я просто попрощалась и повесила трубку. Не успела я выпустить телефон из рук, как он снова зазвонил. Глянула на экран, и сердце пропустило удар. «Антикварные книги Ричардсона». Я нажала на зеленую кнопку.

– Здравствуйте. Шарлотта Джеймс слушает.

– Мисс Джеймс, это Эван Ричардсон, – произнес глубокий баритон. – Насколько я понял своего заместителя, вы спрашивали о Шейле Блэквелл?

– Да, мистер Ричардсон, большое спасибо, что перезвонили.

– Не за что. Мне весьма любопытно, почему вы ею интересовались. Вы общались с ней? – В его тоне мне послышалось нетерпение.

– В некотором смысле. – Я не собиралась раскрывать информацию о смерти Шейлы. – Она… э-э-э… планировала начать бизнес с моей подругой, но в последнюю минуту вышла из дела. Мы пытаемся ее разыскать, и я подумала, вдруг у вас сохранились ее контакты.

– А-а-а, – протянул он, и я уловила в его голосе нотку разочарования. – Извините, ее контактов у меня нет. Более того, скажу вам по опыту: если Шейла не хочет, чтобы ее нашли, ее не найдет никто. У этой женщины определенно талант исчезать с лица земли.

– Она же работала у вас, да?

– Работала, и могу сказать, сотрудником она была образцовым. Приходила вовремя, отлично ладила с покупателями и в бухгалтерии разбиралась. Если бы не тот… инцидент, я бы, наверное, повысил ее в должности.

– Я так понимаю, ее разыскивает полиция Роббинстона. Имеет ли это какое-либо отношение к… упомянутому вами инциденту?

Когда Ричардсон заговорил снова, в его тоне прорезались нотки подозрения:

– Зачем вам это? Вы частный детектив, мисс Джеймс? Поэтому вы хотели со мной поговорить?

– Нет, мистер Ричардсон, я не частный детектив. Просто пытаюсь разобраться в этом деле ради подруги.

– Понятно. – Ричардсон помолчал, а потом заговорил снова: – Что ж, думаю, ничего страшного, если я вам расскажу. Шейла уволилась довольно неожиданно, как и ее… друг, Гэри Холлис. Через несколько дней после их отъезда я обнаружил, что пропал ценный журнал.

– Журнал?

– Да. Идеально сохранившийся экземпляр журнала «Кольерс»^[21], один из номеров за декабрь сорок пятого года.