Текст книги "Напиши меня для себя (ЛП)"

Автор книги: Тилли Коул

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 18

Джун

«Джесси и Джун. Долго и счастливо»

Я вышла из аудитории и направилась во внутренний двор. Люди лениво разлеглись на траве группами. Я достала мобильный, чтобы позвонить Джесси и спросить, где он, когда до моих ушей донесся его знакомый смех.

Оглядев двор, я нашла его в окружении большой компании товарищей по команде. Я улыбнулась, просто наблюдая, как он наслаждается вниманием, когда вдруг заметила группу девушек, идущих в сторону футбольной команды. Двое из них направлялись прямо к Джесси. Одна рассмеялась над его шуткой и коснулась его руки.

Джесси сразу отстранился, но я почувствовала, как внутри все сжалось, и всепоглощающая ревность накрыла меня с головой. Я мысленно заставляла себя идти туда, подойти к нему. Но мне все еще тяжело было справляться с вниманием, которое Джесси привлекал к себе здесь, в колледже. Каждый раз, когда мы были вместе, я чувствовала на себе оценивающие взгляды. И хотя я стала лучше справляться со своими комплексами, иногда меня вгоняло в оцепенение чувство собственной неполноценности. Джесси любил меня. Я знала это. Я любила его и верила, что мы созданы друг для друга. Но иногда я не могла избавиться от ощущения, что я этого недостойна.

Я ненавидела это ощущение и пыталась заставить себя не обращать на него внимания. Но это просто было не в моем характере. Привлекая лишние взгляды, я всегда чувствовала себя некомфортно.

Джесси проверил свой мобильный, начал что-то печатать, и мне пришло сообщение.

Джесси: Ты где, крошка? Встретимся?

Я попыталась сделать шаг вперед, просто быть смелой. Но когда Джесси поднял голову, высматривая меня во дворе, я развернулась и побежала обратно в библиотеку. Я не могла сейчас встретиться со всеми этими людьми. Поробую в другой раз – по крайней мере, так я пыталась убедить саму себя.

Улица была переполнена людьми, когда мы с Сидни шли вверх по ней. Из дома справа гремела музыка, а люди вываливались на газон, спотыкаясь и крича, веселясь во всю. Сидни крепче вцепилась в мою руку. Это место было абсолютно не для нас, но я пообещала Джесси прийти, а Сидни решила составить мне компанию.

Сегодня Джесси вывели на поле. Второй запасной квотербек получил травму, и он впервые сыграл на скамейке запасных. А когда травмировался и основной игрок, Джесси дали шанс. Он был просто невероятен, и я не могла им не гордиться.

Мы не ожидали, что Джесси выйдет на поле так рано. После прошлогоднего лечения я не была уверена, готов ли он, и волновалась, что его тело еще не настолько сильное, как у остальных игроков. Но я ошибалась, очень ошибалась.

И еще я поняла, что до сих пор жила в полном неведении. Увидев реакцию толпы на Джесси, который выглядел просто идеально со своей очаровательной улыбкой и невероятным талантом на большом экране стадиона, я осознала, насколько он великий и насколько я недооценивала популярность футболистов.

Благодаря игре все внимание сегодня было приковано только к нему.

Я позвонила маме Джесси по видеосвязи, чтобы она могла посмотреть кусочек игры во время перерыва на работе. Это сделало ее день. Но когда я попыталась поймать Джесси после матча, тренер попросил его дать несколько интервью. Он буквально ворвался в мир студенческого футбола, и внезапно каждый захотел получить частичку его внимания.

Я договорилась встретиться с ним сегодня вечером на футбольной вечеринке в доме студенческого братства, но теперь, оказавшись здесь, я начала сомневаться.

– Ого, – выдохнула Сидни, глядя, как высокий парень блюет в цветочный горшок у входа. В животе все сжалось на нервах. Я никогда не была на вечеринках в старшей школе, и это казалось мне крещением огнем.

Я написала Джесси, но он еще не ответил.

– Лучше зайдем и найдем его, – сказала я, цепляясь за Сидни, как за соломинку. Мы вошли внутрь и оказались в полнейшем хаосе. Музыка играла так громко, что я едва слышала собственные мысли, пол был липким от разлитых напитков, а воздух – тяжелым от дыма.

Ради этого я пропустила занятие по писательскому мастерству. Последние несколько недель я посещала небольшой клуб начинающих писателей в кофейне, и, не считая Джесси, это было лучшее, что случалось в моей жизни. Моя онлайн-история о нас становилась все популярнее, и я любила колледж и занятия. Не хватало только одного: больше времени с моим парнем. Между футболом и занятиями наши встречи стали редкими, и это разбивало мне сердце.

Я чувствовала, что нас тянет в разные стороны. Это меня пугало. Глядя на эту вечеринку, полную его друзей и незнакомых мне людей, я видела, насколько очевидна разница между нами.

– Джун! – Шеридан, товарищ по команде и близкий друг Джесси, увидел меня с лестницы и помахал рукой. Он держал красный стаканчик, пиво из которого выливалось прямо на пол пиво.

Мы подошли к нему, и он по-дружески обнял меня.

– Ты уже видела своего парня?

– Как раз его искала, – крикнула я в ответ.

– Что? – заревел Шеридан, а потом покачал головой. – Я тебя не слышу. – Он указал на кухню. – Он там.

Я крепко сжала руку Сидни, когда мы последовали за Шериданом. Нас толкали со всех сторон, и мне пришлось задержать дыхание, пока мы не вошли на кухню, и я не увидела его.

Джесси стоял с парнями из команды, держа в руке пиво. Он редко выпивал, но я догадывалась, что сегодня у него был повод. Стоило моим глазам найти его, как мое сердце приготовилось выпрыгнуть из груди. Похоже, вряд ли я когда-нибудь смогу смотреть на Джесси Тейлора и не чувствовать головокружения. Вололсы у него стали длиннее, вились у ушей, а непослушные локоны очаровательно падали на лоб. Он нарастил мышцы, что было заметно по майке «Лонгхорнс, демонстрирующей его рельефные бицепсы.

Будто почувствовав мой взгляд, Джесси поднял голову, и на его лице расцвела широчайшая улыбка. Несмотря на то, что мы виделись не так часто, как хотелось бы, в такие моменты казалось, будто луна и звезды наконец заняли свои места, и все в мире снова стало хорошо.

Джесси даже не дал другу договорить. Вместо этого он бросился прямо ко мне и, подхватив, оторвал от пола. Я обвила руками его шею, и вся вечеринка исчезла, оставив нас вдвоем в нашем маленьком мире.

– Джунбаг, – прошептал он и поцеловал меня так, что я поджала пальчики на ногах от этого приятного ощущения. Когда он отстранился, то прижался своим лбом к моему. – Ты пришла.

– Ты был великолепен сегодня, – сказала я, перебирая пальцами его кудри на затылке. – Я так горжусь тобой.

Его улыбка, казалось, озарила всю комнату. Я обняла его еще крепче, а потом он все же поставил меня на ноги.

И в этот момент я заметила группу девушек, которые сверлили нас злобными взглядами. Внутри все перевернулось. Это была еще одна сторона нашей жизни здесь, к которой я не была готова – внимание, которое Джесси получал со стороны девушек. Я доверяла ему на все сто процентов и знала, что была наивной, не ожидая такого. Но недоумение на лицах этих девушек, когда они видели нас вместе, задевало меня. Мне было стыдно признаться, но это было так. Я знала, что если он и дальше будет получать столько игрового времени и показывать такие же результаты, как сегодня, то все будет только хуже.

– Привет, Сид, – сказал Джесси Сидни и быстро обнял ее. – Хотите что-нибудь выпить?

– Содовую, пожалуйста, – сказала Сидни.

– А тебе воду, Джунбаг? – Я снова услышала несколько злобных комментариев от девушек неподалеку, но постаралась не обращать внимания. Я не пила алкоголь. После того, как пережила рак в терминальной стадии, я старалась беречь свое тело, как только могла. Конечно, я позволяла себе некоторые вкусняшки, но и Джесси, и я знали о вероятности рецидива и делали все возможное, чтобы дать себе шанс.

– Тейлор! – кто-то крикнул сзади, как раз, когда Джесси передавал нам напитки. Локвуд, защитник «Лонгхорнс», махал Джесси.

Джесси покачал головой.

– Я со своей девушкой. – Он обнял меня и прижал к себе. – Прости, что не смог увидеться сразу после игры. Было очень много людей.

Я улыбнулась ему. Он был так счастлив, буквально светился от радости.

– Ты был невероятен, – сказала я, обхватив его лицо ладонями.

Джесси поцеловал меня, но тут его снова кто-то окликнул. Он застонал и прижался лбом к моему.

– Зря я сюда пришел.

– Конечно, не зря, – возразила я, и меня искренне тронуло, как много людей хотели сегодня вечером отпраздновать его победу. Он так боролся за этот момент. Его мечта сбылась.

– Иди, – я указала на игроков, которые пытались привлечь его внимание. – Я подожду здесь.

– Ты уверена? – осторожно спросил он.

– Иди, – рассмеялась я, когда он снова поцеловал меня, а затем, уходя, сложил ладони сердечком – самый банальный жест, который только можно представить. Я повернулась к Сидни, которая стояла как олень, замерший в свете фар. Как только Джесси вышел, кухня быстро опустела, оставив нас одних.

– Он как знаменитость, – сказала Сидни, глядя, как все бросились к нему.

– Он всегда был таким притягательным, – ответила я, вспоминая свой первый день на ранчо «Гармония», и как все окружили его, включая меня. Девушки снова подошли к нему, пытаясь коснуться его рук, спины – чего угодно, лишь бы приблизиться.

– Тебя это не задевает? – спросила Сидни, явно замечая то же самое.

Я хотела сказать «нет», но это было бы ложью.

– Задевает, – честно призналась я. Меня затошнило, когда какая-то красотка повисла у Джесси на шее. Вежливо, потому что он был таким, он отодвинул ее. Затем повернулся и поймал мой взгляд. Не знаю, что он там прочел, но попытался сделать шаг в мою сторону, однако его тут же перехватила другая компания.

– Мне нужно в туалет, – сказала я Сидни. – Пойдешь со мной?

– Да, – кивнула она. Мы вышли из кухни и поднялись по лестнице. Нам пришлось подождать несколько минут, пока туалет освободится. – Иди первая, – сказала Сидни, прижавшись к стене. – Мне просто нужно передохнуть от этой толпы.

Я прекрасно понимала ее, поэтому просто зашла в ванную, закрыла дверь и дышала. Закрыв глаза, я пыталась прогнать образ той девушки, которая обнимала Джесси. Ненавидела ревность. Это было токсичное чувство, но сейчас оно будто подтверждало все мои опасения относительно наших различий.

Я подошла к раковине и вымыла руки. Взглянув на свое отражение, я решила не позволять себе снова скатываться в негативные мысли о себе или своей внешности.

Произнеся ободрящую речь в голове, я уже собиралась уходить, когда услышала:

– Не представляю, как они вообще могут быть вместе.

– Шеридан сказал, что они лежали в одной больнице или типа того, лечились от рака. Так и познакомились.

Я оцепенела.

Это обо мне.

Они говорили обо мне и Джесси.

– Это объясняет ее хромоту, – сказала одна из них, злобно рассмеявшись, от чего мое сердце сжалось.

– И эти жуткие нарощенные волосы, – добавила другая, и, несмотря на все усилия, на глазах все же навернулись слезы.

– Давайте честно, – продолжила первая девушка, – если бы не их привязанность из-за травмы, он бы на нее даже не взглянул. Джесси Тейлор красавчик. Одиннадцать из десяти. Она – в лучшем случае пять. Гарантирую, что он с ней только потому, что ему неловко бросать ее после того, как они оба выжили. Это даже печально. Судя по сегодняшней игре, его ждет большое будущее. Он не останется с ней надолго.

Меня словно ударили под дых. Сердце колотилось со скоростью миллион километров в час, и каждая мой комплекс вылез наружу. Я пережила рак в терминальной стадии. Мы победили. Но я все еще была уязвима к жестоким словам. Порой мир бывает мерзким местечком.

Дрожащей рукой я нажала на ручку и открыла дверь, оказавшись лицом к лицу с девушками с кухни. У них отвисли челюсти, когда я вышла. Я проклинала свою хромоту, проходя мимо них, и отчаянно пыталась держать голову высоко.

– Сучки, – прошипела Сидни, хватая меня за руку. – Если бы вы знали, через что она прошла, то на коленях умоляли бы о прощении. А что касается Джесси – вы просто завидуете, что он обожает землю, по которой она ходит, и не обращает внимания на таких дешевок, как вы.

Слезы покатились по моим щекам. Я просто хотела уйти. Я вытерла лицо, стараясь не оставять следов моего расстройства, и, спустившись вниз, начала искать Джесси в толпе.

– Что ты хочешь делать? – спросила Сидни, поглаживая меня по спине.

– Давай просто уйдем, – сказала я и направилась к выходу. Оказавшись во дворе, я попросила: – Пожалуйста, не говори ему ничего.

– Почему? – спросила она. – Он захочет убедиться, что с тобой все в порядке, и высказать этим курицам все, что думает о них.

– Нет, – выпалила я. – Я хочу, чтобы он насладился этим вечером. Он заслужил это, Сид. Ты даже не представляешь, как сильно. – Мои мысли вернулись к тем дням, когда он боролся изо всех сил, чтобы восстановиться. Он работал без передышки, чтобы быть в форме для этого сезона.

Сегодняшний день был кульминацией всех этих усилий.

– Ты же знаешь, что все, что они сказали, неправда? – спросила Сидни, хватая меня за руки. – Джун? Ты должна мне поверить. Ты красавица, а они просто завидуют тебе, потому что ты лучше, добрее и красивее, чем они вообще когда-либо смогут быть.

– Люблю тебя, Сид, – сказала я, обнимая ее, благодарная за поддержку. Своими словами она буквально разрубила этих девушек своими словами, защищая меня. Единственная проблема была в том, что их слова тоже полоснули по мне с идеальной точностью.

– Джунбаг? – Голос Джесси донесса из дома, и он появился в дверях.

Я отстранилась от Сидни, убедившись, что взяла себя в руки, и улыбнулась ему.

– Куда вы пропали? – спросил он, подходя ближе и всматриваясь в мое лицо, еего глаза сузились.

– Мне просто нужно было подышать свежим воздухом. – Я указала большим пальцем через плечо. – Но я, пожалуй, пойду домой. Устала.

Джесси побледнел и сглотнул.

– Это потому, что та девушка дотронулась до меня? Клянусь, я оттолкнул ее, Джун. – Он коснулся моего лица, и мне захотелось разрыдаться. Он был таким хорошим человеком, но, стоя здесь, у дома, полного футболистов и фанатов, пока мы с Сидни оставались снаружи, я не могла не видеть этой очевидной пропасти.

– Я доверяю тебе, Джесси. Ты знаешь это. – И я доверяла. Безоговорочно.

– Что-то случилось? – Его голос был полон тревоги. – Джунбаг?

– Нет, правда. Просто все это, – я указала рукой на дом и вечеринку, – не совсем мое, малыш. Но ты должен остаться. Наслаждайся вечером и своей победой.

– Я не останусь без тебя, – отрезал он.

– Я иду домой спать, – сказала я. – Мы обе. – Я указала на Сидни. – А ты оставайся. Тебе нужно побыть с командой. Это важный день для вас всех.

Я видела внутреннюю борьбу, отразившуюся на лице Джесси.

– Увидимся завтра, хорошо? – Я снова поцеловала его.

Он пытался прочитать что-то в моих глазах. Джесси знал, что я что-то скрываю, но я не собиралась портить ему момент.

– Ты уверена? – спросил он, когда Шеридан позвал его изнутри.

– Не пей слишкоммного, – сказала я, и тот самый страх, который я пыталась подавить глубоко внутри, снова всплыл на поверхность.

– Я не выпил ни капли, – сказал Джесси с легкой улыбкой на лице. – Просто держу пиво в руке и пью воду, когда никто не видит.

– Тебе пора, – сказала я, заметив, что Шеридан все еще ждет.

Джесси помедлил, а затем сказал:

– Спокойной ночи, Джунбаг.

Я едва сдержала слезы и ответила:

– Спи крепко.

Сидни взяла меня под руку и повела обратно в общежитие.

Мы с Джесси пройдем через это, я знала, что так и будет. Мы были предназначены друг другу – родственные души. Мне просто нужно было игнорировать того гложущего червячка сомнения, который поселился в моем сердце, и те внутренние шрамы, которые оставили слова тех девчонок.

Глава 19

Джесси

«Джесси и Джун. Долго и счастливо»

Одно было предельно ясно: Джун меня избегала.

Неделя. Прошла целая неделя с той вечеринки, и я знал, что в ту ночь что-то случилось. Я не мог понять, что именно, потому что Джун меня избегала. Все внутренности скрутило узлом.

Правда была в том, что я был напуган. Я больше не знал, кто я без нее. Она была для меня всем. Я был лучшим в футболе. Хендерсон, старший квотербек, все еще был вне игры, как и большинство запасных, и тренер давал мне все больше и больше игрового времени на тренировках. Я играл в футбол, как всегда и мечтал, и провел невероятный первый год в колледже.

Но это больше не имело такого значения, как раньше.

Джун пришла на последнюю игру, но нашла предлог, чтобы не оставаться после матча. Между нами чувствовалось напряжение, и я не имел представления, почему.

Завтра утром мне нужно было ехать на выездной матч, и я знал, что Джун сегодня вечером будет в своем клубе начинающих писателей. Мне нужно было увидеть ее и попытаться залатать эту трещину между нами.

Единственной причиной, по которой я знал, что она все еще дорожит мной, была глава, которую она опубликовала – истории о нас, в которой наше лечение не дало результатов... та самая, которая вывернула мою душу наизнанку.

Но даже несмотря на то, что она писала о нас, о наших попытках найти путь в безвыходной ситуации и о нашей любви – черт, меня это подкосило. И такие эмоции могли исходить только из одного места – из ее сердца. Из сердца, которое, как я знал, все еще хотело нас, хотело этого.

И если она этого не видела, то я должен был убедить ее.

Войдя в кофейню, я осмотрел переполненное помещение, пока не нашел группу студентов в глубине. Несколько человек уставились на меня. Странно, что стоило мне получить игровое время и помочь команде выиграть, как я стал своего рода звездой кампуса.

Какой-то журналист услышал мою историю о том, как я выжил после терминальной стадии рака, приняв участие в клинических испытаниях нового вида моноклональных антител, и за одну ночь она стала вирусной. Люди, казалось, видели во мне какого-то возродившегося спортсмена.

Мне было плевать. Все, чего я хотел, – это вернуть свою девушку. Неделя без нее тянулась бесконечно долго.

Я протиснулся мимо людей, которые тихо шептались о моем появлении здесь, и остановился возле столиков литературного кружка. Я нашел Джунбаг за секунду. В джинсах и розовой футболке, с небрежным пучком на макушке, Джун была погружена в разговор, ее карие глаза сияли, выражая заинтересованность.

Какой-то незнакомый мне парень, сидевший слишком близко к моей девушке, поднял голову и увидел меня. По приподнятым бровям было понятно, что он знает, кто я такой.

– Э-э, привет. Тебе помочь?

Тот, кто читал их работы, замолчал, и Джун оглянулась посмотреть, с кем разговаривает ее сосед. Она вздрогнула на стуле, как только увидела меня. Ее щеки побледнели, и мне больше всего на свете захотелось перегнуться через стол, поцеловать ее и напомнить, что она моя девушка, а я ее парень. Джесси и его Джун.

– Джесси, – прошептала она, нервно оглядываясь на сидящих за столом. – Что ты здесь делаешь?

– Пришел встретиться со своей девушкой перед отъездом в Клемсон, – сказал я. Поймав ее взгляд, я добавил: – Я скучал по тебе, Джунбаг. – Я слышал напряжение в собственном голосе, которое свидетельствовало о том, насколько правдивыми были мои слова.

Парень рядом с Джун повернулся к ней.

– Ты встречаешься с Джесси Тейлором?

Парень вел себя как мудак, но я проигнорировал его, затаив дыхание в ожидании ответа Джун.

– Да, – ответила она ему, а затем встала и, собрав свои вещи, подошла ко мне. – Пойдем на улицу.

Я пошел за ней. Черт, я бы пошел за этой девушкой хоть на край света. Как только мы вышли на улицу, Джун повернулась ко мне. Она прижала сумку к груди, как щит, встала в оборонительную позу и едва смотрела на меня.

– Джунбаг? – прошептал я. – Что происходит?

Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль. Когда она снова повернулась ко мне, выражение лица было растерянным, а большие карие глаза – печальными.

– Я думаю... – сказала она, качая головой. – Я чувствую, что мы движемся в двух совершенно разных направлениях, Джесси.

Я почувствовал, как мое сердце разлетается на тысячи осколков. Медленно, один мучительный удар за другим.

– Что? – вырвалось у меня в отчаянии. – Что ты имеешь в виду?

Глаза Джун наполнились слезами.

– У тебя есть футбол. У тебя есть твоя мечта, Джесси. И я так счастлива за тебя. Но я явно не вписываюсь в этот мир. – Она указала на кофейню за спиной. – У меня есть литературный кружок, Сидни и моя онлайн-история. Я сижу дома и читаю книги в свое удовольствие. А ты играешь перед десятками тысяч людей на стадионах, и в твою честь устраивают вечеринки.

– И что с того? – быстро перебил я. – Это все просто шум. Для меня важны только ты и я.

– Тебе важен и футбол, Джесси. И так и должно быть. Это все, о чем ты когда-либо мечтал. Ты занимаешься тем, о чем мы молились, когда думали, что у нас нет будущего.

– Ты – мое будущее, Джун! – Я нервно провел рукой по волосам. – Что на самом деле происходит? – спросил я. – Ты не обязана ходить на вечеринки. И я не пойду, если ты так захочешь.

– Я бы никогда с тобой так не поступила, Джесси. Разве ты не понимаешь? – Слезы катились по ее щекам. – Ты заслуживаешь всю эту славу, все внимание, которое тебе достается. Но я с этим не справляюсь... Я не выношу, когда на меня смотрят.

– О каком внимании речь? – спросил я, полностью сбитый с толку.

Джун внезапно замолчала, ее лицо превратилось в непроницаемую маску.

– Джунбаг, пожалуйста, – сказал я и подошел ближе. Мне хотелось обнять ее, но она выглядела такой сломленной и хрупкой. – Что-то случилось? На прошлой неделе в доме братства что-то случилось, не так ли? Именно тогда ты начала отдаляться.

Джун так долго молчала, что я уже засомневался, заговорит ли она вообще.

– Они смеялись надо мной, – наконец тихо сказала она.

Я замер, чувствуя, как начинают трястись руки.

– Девчонки, которые пытались привлечь твое внимание.

Кровь в моих жилах превратилась в лед. Ее затравленный взгляд встретился с моим.

– Они смеялись над моей хромотой, Джесси, над моими волосами... – Ее слова кромсали мне сердце как лезвия бритвы. – Они не могли понять, почему мы вместе, и говорили, что это лишь из-за рака, а сейчас, после выздоровления, ты просто чувствуешь себя обязанным быть рядом со мной.

– Но это же неправда, – сказал я. Ледяной холод исчез. Вместо него гнев, обжигающий и мощный, захлестнул меня настолько, что я чувствовал, будто весь объят огнем. Я подошел ближе к Джун и осторожно положил руки ей на плечи. – Крошка, ты же это знаешь. – Слезы, струящиеся по ее щекам, казались реками, которые мне нужно было остановить.

– Это глупо. Мне должно быть безразлично мнение таких людей – жестоких, которые только и стремятся уничтожить других. Но я почувствовала себя такой никчемной, Джесси.

– Ты не никчемная, – сказал я, стиснув зубы. – Никогда так не думай, Джунбаг. Ты прекрасна, ты удивительна. Боже, Джун, ты – причина, по которой я сейчас жив. Причина, по которой у меня есть все это. Мне плевать на футбол, если рядом не будет тебя.

Джун смотрела на землю. Мое упало туда же вместе с ее взглядом. Она была сломлена – я видел это по ее поникшим плечам.

– Я очень ранимый человек, Джесси. И, возможно, они правы, возможно, нас бы здесь не было, если бы не ранчо. Возможно, мы вцепились в друг друга во время болезни и просто не поняли, когда пора уйти.

Она могла бы выстрелить в меня, и это было бы не так больно.

– Ты сама в это не веришь, – сказал я дрожащим от страха голосом. Она меня по-настоящему напугала. Джун ничего не ответила. Я отступил на шаг. – И что же? Ты уходишь? От этого, от нас? После всего?

Плечи Джун опустились.

– Я думаю, нам следует провести некоторое время порознь. Просто взять паузу, сосредоточиться на себе. Просто... подышать.

– Ты бросаешь меня? – прошептал я, чувствуя, как земля ускользает из-под ног.

Джун резко подняла глаза и встретилась с мной взглядом.

– Никогда, – решительно ответила она, и это было единственным утешением, которое я услышал от нее за весь этот безумный разговор. – Но мне просто... Мне нужно немного отдохнуть от внимания, немного скучной жизни. – Она покачала головой, но не отводила взгляд. – Последние несколько лет были как американские горки. Для нас обоих. Мне просто нужен покой, чтобы найти себя в колледже без всей этой шумихи и осуждения.

– А со мной тебе не спокойно? – спросил я. Я чувствовал себя ошеломленным. Разорванным.

Джун сделала шаг вперед и приложила ладонь к моей щеке. Я прильнул к ее мягкой, теплой руке.

– Пожалуйста... это совсем ненадолго, – сказала она. – Обещаю. Я... – Ее дыхание сбилось. – Я чувствую себя раздавленной, и, честно говоря, то, что сказали те девчонки... Я чувствую, что не готова справляться с таким давлением прямо сейчас. Я все еще восстанавливаюсь эмоционально, и знаю, что ты тоже. Просто...

– Я понимаю, – сказал я, и это была правда. Джун была скорее интровертом. Ей было уютно в маленьком кругу друзей, в ее творчестве, которое было некоей связью между ее душой и страницами книги. Я был шумным и любил находиться в центре стадиона. Обожал этот азарт от футбола, когда ставишь на карту все.

То, что наговорили те девчонки, буквально уничтожило ее. Я знал, что она стеснялась своих волос и хромоты. Джун очень переживала из-за этого, когда еще мы только начали встречаться. Но для меня она всегда была воплощением совершенства. От мысли, что они причинили ей столько боли, мне хотелось закричать.

– Я понимаю, – повторил я и поцеловал ее ладонь.

А затем наклонился и прильнул к ее губам. Они были мягкими и еще хранили вкус корицы, которую она добавляла в кофе.

– Только не пропадай надолго, хорошо? – хрипло сказал я и поцеловал ее снова. – Ты все еще моя девушка, моя родственная душа... моя Джунбаг.

– Спасибо, – выдохнула она с явным облегченнием от того, что я не стал спорить.

– Вторая группа победит. – Со слезами на глазах я поднял кулак.

Джун подняла свой и стукнулась им со мной, ее нижняя губа дрожала.

– Вторая группа победит.

Я грустно улыбнулся ей.

– Спокойной ночи, Джунбаг, – сказал я и пошел в сторону общежития. Мне нужно было уйти сейчас, иначе я бы упал на колени и стал умолять ее остаться. Но я не мог быть эгоистом. Ей нужно было время, чтобы побыть одной, даже если это разрывало мне душу.

– Спи крепко, – прошептала она, но я не обернулся.

Я был уверен, что оставил в ее руках свое сердце и душу. Она скоро вернется ко мне. И я с нетерпением буду этого ждать.

Буду ждать вечно, если понадобится.