Текст книги "Напиши меня для себя (ЛП)"

Автор книги: Тилли Коул

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Глава 32

Джесси

«Джесси и Джун. Долго и счастливо»

Я зашел в знакомую раздевалку и подошел к своему шкафчику. Провел рукой по номеру и фамилии на своей футболке. Закрыл глаза и глубоко выдохнул.

Я вернулся.

После месяцев тренировок и восстановления сил я снова был здесь. Я посмотрел на татуировку на пальце, на котором ношу обручальное кольцо, и улыбнулся. Мы с Джун были женаты уже несколько месяцев. Как и хотели, мы поженились через четыре дня после того, как я сделал ей предложение, в часовне больницы. Крис и Эмма были нашими свидетелями. Мы бы сделали это раньше, но закон заставил нас подождать три дня.

А этим летом мы устроили церемонию побольше в саду у дома, где выросла Джун. Мистер Скотт хотел провести Джун к алтарю, и мы хотели осуществить его мечту. Она была в старинном свадебном платье с кружевом и перьями. Крис был моим шафером, а Эмма – подружкой невесты. Все было идеально.

Когда мы вернулись в университет, нам выделили жилье для супругов. Каждый вечер возвращаться домой к моей Джун, моей жене, было всем, о чем я мечтал.

Теперь я вернулся в свою команду и полностью выздоровел. После двух сражений с острой миелоидной лейкемией я был твердо настроен раз и навсегда покончить с раком и прожить свою жизнь с моей Джун. «Маленькую жизнь», как она говорила. Хотя ее бестселлер уже вышел в книжных магазинах и на подходе были новые контракты, моя жена настойчиво боролась за то, чтобы наш круг общения оставался небольшим, а жизнь – как можно более спокойной.

И самое главное, мы были счастливы. Счастливее, чем я когда-либо мог представить.

– Ладно, одевайтесь! – крикнул тренер, вырывая меня из мыслей.

– Он вернулся, детка! – заорал Шеридан и запрыгнул мне на спину. В последнее время я уже не был таким хрупким.

Я со смехом сбросил его и начал одеваться к игре. Можно было услышать, как наверху топочет толпа. Все ходило ходуном. Первая игра сезона была в разгаре. Я посмотрел на потолок и успокоился, зная, что Джун там, наверху. Моя жена сидела на трибунах, ожидая, когда я выбегу на поле.

И сегодня я выходил в стартовом составе. Тяжелый предсезонный период позволил мне вернуть себе место основного квотербека. Ни рака, ни страха – отныне я смотрел только вперед.

Переодевшись в форму, мы выстроились в туннеле. Я крепко держал шлем и подпрыгивал на месте. Затем диктор объявил наш выход, и я выбежал первым.

Подняв шлем, я помахал толпе, а затем посмотрел на единственного человека, которого хотел видеть. Даже среди тысяч болельщиков я легко нашел Джун, она стояла с поднятой рукой, указывая на мое сердце на своей ладони. Я сделал то же самое, а затем поцеловал татуировку в виде обручального кольца на своей левой руке.

Джун улыбнулась и послала мне поцелуй. Я поймал этот поцелуй и подмигнул ей. Затем, вернувшись к своей команде, я надел шлем и начал проживать наш идеальный, маленький кусочек вечности.

Глава 33

Джун

Рука дрожала, когда я выводила то слово, до которого не думала, что когда-нибудь доберусь: «Конец».

Моя рука бессильно упала на кровать, и я вдохнула столь необходимый воздух из кислородной маски. Повернувшись, я провела рукой по месту, где спал Джесси. Два дня, его не было два дня, и я не думала, что можно так сильно скучать по кому-то. Я почти не спала, не могла есть, и мое тело начало отказывать. Его кепка лежала на подушке, и ее запах дарил мне крошечное утешение.

Но я так усердно работала, чтобы дописать наше «долго и счастливо». Я провела рукой по блокноту, и меня охватило чувство удовлетворения.

– Я сделала это, малыш, – прошептала я в пустой комнате. – Подарила нам тот счастливый финале, который обещала. – Я закрыла глаза и почти увидела его широкую улыбку. Почувствовала, как он наклоняется и целует меня.

«Я так горжусь тобой, Джунбаг».

Мои родители только что вышли за водой, и, чувствуя, как я начинаю все глубже погружаться в матрас, надеялась, что они скоро вернутся. Дыхание становилось более редким, но я улыбнулась, видя, как Имбирчик подходит к забору возле нашего крыльца.

Звезды сияли в небе, а ночь была тихой. Идеальная техасская ночь. Дверь моей спальни открылась, и ко мне зашли мама с папой. Я не знала, что они увидели, взглянув на меня, но тут же бросились к моей кровати.

Мама села на матрас рядом. Ее глаза наполнились слезами.

– Я закончила, – едва слышно произнесла я.

Мама кивнула, положила руку на мой блокнот и наклонилась, чтобы поцеловать меня в лоб.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

Папа тоже сел.

– Ты хочешь что-нибудь, дорогая? – спросил он.

Я снова посмотрела на прекрасного коня за окном.

– Вы можете отвезти меня к Имбирчику?

Папа смотрел на меня чуть дольше обычного. Он понимал, что я имела в виду – я хотела попрощаться.

– Конечно, – прохрипел он. Папа поднял меня на руки и посадил в инвалидную коляску. Мама открыла дверь, и я позволила теплому техасскому бризу обволакивать меня. Словно шелк касался моих щек. Папа выкатил меня на крыльцо, и я посмотрела на кресло-кокон, которое хранило столько воспоминаний. Если я закрыть глаза, можно было почувствовать, как мы с Джесси, обнявшись, качаемся взад-вперед, делясь своими мечтами. Делясь словами и рисунками...

Делясь своими сердцами.

Имбирчик заржал у забора, и папа подтолкнул меня к нему. Когда мы поравнялись с оградой, конь склонил голову, и я, подняв руки, и провела ими по его морде.

– Спасибо, что был рядом, – сказала я и поцеловала его в лоб. – Я буду скучать по тебе.

Я гладила Имбирчика, пока не заболела рука и силы окончательно не иссякли. Папа помог мне сесть в коляску после того, как я поцеловала любимого коня в последний раз.

– Подождите, – сказала я и подняла руку. Я указала на звезду, которая теперь, как мне казалось, принадлежала мне и Джесси.

Мои родители молчали какое-то время, глядя на ее мерцание, и вдруг папа произнес:

– Мы всегда будем смотреть на эту звезду и знать, что она принадлежит тебе и Джесси, дорогая. Мы будем искать ее каждый вечер до конца своей жизни, чтобы ты была всегда рядом с нами.

Представив, как мои родители делают это в нашем любимом доме, я почувствовала себя счастливой. Но потом я сказала:

– Я устала, пап, – и услышала его резкий вдох.

Мама взяла меня за руку, и мы молча вернулись в мою спальню. Папа поднял меня с коляски, уложил на кровать и укрыл одеялом, а я перехватила его руки.

– Я люблю тебя, – прошептала я. – Спасибо, что был моим папой.

Он опустил голову, и его плечи задрожали.

Я повернулась к маме, которая лежала на краю рядом со мной, и убрала прядь волос с ее лица.

– Ты лучшая мама, о которой можно мечтать. Спасибо, что так сильно меня любила.

Мама покачала головой.

– Ты была нашей мечтой. – Она поцеловала меня в лоб. – Отдыхай, солнышко. Ты заслужила покой.

Я улыбнулась и позволила сладкому оцепенению охватить меня. Веки стали тяжелыми, и я почувствовала соблазнительное притяжение сна. Но как только мои глаза закрылись, я увидела рисунок, на котором мы с Джесси стояли на крыльце, а наша мечта была высечена углем. Мое сердце наполнилось радостью, потому что я знала, что подарила эту мечту Джесси и Джун в нашем «долго и счастливо».

Там, в той вселенной, мы жили той мечтой.

Мое дыхание замедлилось, и глаза закрылись. Я протянула руку, погружаясь все глубже и глубже вмир без боли, и почувствовала, как знакомая ладонь обхватила мою.

Он дважды сжал ее.

И мое сердце наполнилось счастьем.

Он сдержал свое обещание.

Эпилог

Джун

«Джесси и Джун. Долго и счастливо»

Топот от по меньшей мере десяти пар ног разносился по всему дому, а запах барбекю доходил до кухни из заднего двора.

Снаружи слышались смех и крики, в небе ярко сияло солнце. Я вытерла руки о фартук и вынесла на крыльцо два стакана сладкого чая.

Джесси уже меня ждал.

– Ты опередил меня, – сказала я и села рядом на наши старые любимые качели.

Как только я подала ему напиток, он поставил его рядом и взял меня за руку. Джесси поднес наши соединенные руки к своим губам и поцеловал. Я прижалась к нему, а он ногами раскачивал нас.

Я рассмеялась, когда наш младший внук обдал своего папу, нашего сына, из водяного пистолета. Джесси улыбнулся, а потом поцеловал меня в макушку. Посмотрев на сад, на наш дом, полный любви и счастья, я подняла взгляд на своего мужа.

Наши лица были покрыты глубокими морщинами, волосы редели и седели, а складки от смеха... они были моими любимыми. Глубокими и длинными, что свидетельствовало о жизни, полной веселья и радости.

– Ты все еще красавчик, – сказала я Джесси.

Он повернулся ко мне с дерзкой улыбкой.

– Джунбаг, ты со мной флиртуешь?

– Всегда, – ответила я, и мой муж поцеловал меня.

Я положила голову ему на плечо и наслаждалась спокойствием этой жизни. Мы прожили полную и счастливую жизнь. Джесси – футбольным тренером и художником, а я – писательницей. После двух сражений с раком тело Джесси уже не было таким сильным, как раньше. НФЛ больше не светило ему в будущем. Но он любил тренировать больше, чем играть. Мы переехали в мой родной город, где он стал тренером по футболу в средней школе, очень талантливым. Совмещая тренерскую карьеру с выставками своих работ в местной галерее Джесси никогда не хотел ничего другого.

Я все еще писала, и моя страсть не угасала. Каждая история любви, которую я изливала на бумагу, была вдохновлена моей собственной жизнью. У нас была своя маленькая жизнь. Но наше самое большое достижение было впереди. Двое наших детей, мальчик и девочка, и целая куча внуков.

– Мне понравилась наша жизнь, – сказала я Джесси с улыбкой в голосе.

– Мне тоже, – ответил он и поднял пальцем мой подбородок. Затем снова поцеловал меня, так же, как целовал все эти годы, что мы прожили вместе. Так, будто нам было все еще семнадцать, и мы только что встретили свою вторую половинку.

Джесси сжал мою руку в своей. Свободную руку он сжал в кулак и произнес:

– Вторая группа победила, Джунбаг.

Я подняла кулак и стукнулась с ним.

– Вторая группа победила.

Потому что так и было. Мы жили, мы процветали, мы любили, и мы абсолютно точно и несомненно победили.

Конец

Notes

[←1]

ОМЛ(Острая миелоедная лейкемия) – агрессивное злокачественное заболевание крови и костного мозга при котром незрелые лейкоциты(миелобласты) бесконтрольно делятся, вытесняя здоровые клетки.

[←2]

Кресло Адирондак – это культовая садовая мебель с узнаваемым силуэтом: наклонным сиденьем, высокой реечной спинкой и очень широкими подлокотниками. Оно было создано более 100 лет назад в США для отдыха на неровном ландшафте гор Адирондак и с тех пор стало символом загородного релакса.

[←3]

Junebag – июньский жук. Игра слов именем June, милое прозвище.

[←4]

Порода крупного рогатого скота с огромными рогами, символ штата Техас.

[←5]

Mylo от «Myeloid» – миелоидный лейкоз.

[←6]

Квотерхорс (американская четырехмильная лошадь) – порода, выведенная для скачек на короткие дистанции, известная своей скоростью, маневренностью и силой. Крепкая мускулистая лошадь, с короткой спиной, широкой грудью и мощными задними ногами, отличается послушным нравом и выносливостью.

[←7]

Дэвид Веттер (1971–1984) – американский мальчик, который провел почти всю свою 12-летнюю жизнь в стерильной пластиковой камере из-за редкого заболевания – тяжелого комбинированного иммунодефицита.