Текст книги "Безмолвная ясность сознания (ЛП)"
Автор книги: Тиффани Робертс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)
Жилище по размерам походило на конспиративную квартиру, в которой на них напали. Большая прихожая служила одновременно гостиной и кухней, у кровати была отдельная комната в задней части с примыкающей ванной. Хотя конспиративная квартира была обставлена минимумом чисто функциональной мебели, это место казалось жилым. Так и было еще несколько месяцев назад, что доказывали случайные безделушки, разбросанные повсюду, голографические картины на стенах, выставленные напоказ.
Закрыв и заперев дверь, он повернулся к Абелле, стоящей в центре главной комнаты и изучающей окружающее пространство. Квартира ни в коем случае не была роскошной, но вполне соответствовала их потребностям. Робот-уборщик, по-видимому, выполнил свою работу, поддерживая порядок в квартире, несмотря на постоянное отсутствие жильца.
– Как долго мы собираемся оставаться здесь? – Спросила Абелла, глядя на него через плечо.
– Столько, сколько потребуется.
Она кивнула и снова посмотрела вперед, подняв руки, чтобы снять плащ. Она прошла дальше в комнату и повесила плащ на спинку стула на кухне.
– Это еще одно убежище?
Тентил подошел к другому креслу и сбросил плащ, перекинув его через руку, прежде чем положить на стол.
– Нет. Принадлежало цели.
Она на мгновение замерла, затем покачала головой и пробормотала:
– Думаю, спать в квартире мертвеца все же лучше, чем у Каллиона, – она нахмурилась и снова посмотрела на него. – Скольких ты убил?
Он выдержал взгляд, но ничего не ответил, так как не знал ответ.
– Глупый вопрос, да? Не думаю, что я даже хочу знать, – она запустила пальцы в волосы и прикусила нижнюю губу. – Можешь хотя бы сказать, нравится ли тебе это?
– Только один раз.
– Один?
Тентил кивнул, подошел к раковине и провел тыльной стороной ладони по прибору. Из крана потекла горячая вода.
– Каллион.
– Ох…
– В остальных случаях ничего особенного не чувствовал, – он выключил раковину и повернулся к ней лицом. Ее глаза были прикованы к нему, голова слегка наклонена, но он не мог прочитать выражение лица, не мог угадать мысли. – Там есть горячая вода и душ.
Глаза Абеллы округлились, губы приоткрылись, брови высоко поднялись.
– Душ? Правда?
Он кивнул, не в силах сдержать от улыбки.
– Иди.
Черно-синие волосы веером рассыпались по плечам, когда она отвернулась от него и выскочила за дверь спальни.
Несколько мгновений спустя в ванной зазвучала вода, а затем раздался голос Абеллы.
– О, Боже мой, да!
Грудь Тентил наполнилась внезапной гордостью. То, что такая простая вещь, как горячий душ, могла вызвать в ней такую радость, было чудом, и он был катализатором ее радости. Осознание того, что он принес немного счастья, каким бы маленьким и мимолетным оно ни было, доставило Тентилу чувство удовлетворения, которого он никогда не испытывал. Он подошел к двери спальни и прислонился к внутренней стороне рамы, скрестив руки на груди и закрыв глаза.
Глубоко в его самых старых, смутных воспоминаниях были несколько разговоров между его родителями, тихих моментов, которые до сих пор казались несущественными. Он вспомнил, как мать подарила отцу новую сумку, сшитую ею из кожи и сухожилий, с маленькими узорами, выбитыми на клапане, удовлетворение на лице отца и гордость на лице матери. Или когда отец после долгой охоты принес домой большой пучок крошечных фиолетовых цветов и вручил их матери Тентила. Именно такие она использовала для приготовления своей любимой краски. Они смотрели друг на друга так, словно больше никого в мире не существовало.
Теперь Тентил понял кое-что новое, то, чего он не осознавал раньше, то, чего никогда бы не узнал без Абеллы – он мог получать радость от удовольствия своей пары. Делая ее счастливой, он чувствовал себя счастливым… и это была не та эмоция, с которой он был хорошо знаком.
Он открыл глаза при звуке ее шагов. Она появилась в дверях ванной, поймала взгляд, ухмыльнулась и закрыла дверь.
Сердце Тентил пропустило удар, это первая улыбка, которую он увидел от нее с тех пор, как они танцевали в Искривленных Пустотах, и он забыл, какой лучезарной, какой заразительной она была. Тепло пронзило его грудь и распространилось по всему телу, он сам не смог удержаться от усмешки.
Возможно, у меня все-таки есть шанс сделать ее счастливой.
До него донесся новый звук из ванной, несмотря на приглушающий эффект закрытой двери – нежный шелест ткани. За этим последовало изменение тона падающей воды, Абелла вошла в душевую кабинку.
Она издала долгий, низкий стон.
Удовольствие в ее голосе переключило мысли Тентила в другом направлении. Так ли она будет звучать, когда они соединятся? Он видел ее обнаженное тело, когда она была без сознания на конспиративной квартире, но ему каким-то образом удалось сосредоточиться на лечении ее ран. Теперь он не мог не представить, как вода каскадом стекает по обнаженной коже с кончиков маленьких розовых сосков к холмику и подтянутым бедрам.
Он застонал от боли, когда член встал, опустив руку к паху, чтобы обхватить пульсирующий ствол через штаны. Сколько времени прошло с его последнего оргазма? В обществе Абеллы время потеряло значение. Возможно, прошли дни. Не то чтобы его собственная рука принесла большое облегчение. Все, что он делал для себя, было пустым, бессмысленным, не приносящим удовлетворения. Лечение симптома, а не причины.
Он нуждался в ней.
Заставив себя поднять руку, он прошел в спальню, снял рюкзак и поставил его рядом с собой, а сам сел на край кровати. Как только он снял ботинки и отставил их в сторону, он стянул рубашку через голову и бросил ее рядом с рюкзаком. Ласка прохладного воздуха на обнаженной коже ничуть не ослабила желание, горящее в его венах. Он сжал руки в кулаки и положил их на бедра, склонив голову.
Я могу сосредоточиться на прошлом. Я контролирую себя.
Из-за двери ванной донесся другой звук – музыка. Его пара пела.
Тентил поднял голову и уставился на дверь, его уши затрепетали, когда песня стала низкой и нежной – такой нежной, что он с трудом расслышал ее сквозь барьер и шум падающей воды. Сам того не желая, он встал и направился в ванную, его разум был затуманен дымкой, созданной очарованием сладкого голоса его пары.
Он наклонился вперед, прижимая руку и ухо к двери. Ее голос неуклонно становился громче, по мере того как она продолжала петь. Несмотря на то, что переводчик давал ему знание каждого отдельного слова, он не мог до конца понять их значение, когда они соединялись в песне, но ему было все равно, потому что она пела, и это было прекрасно, особенно после долгого молчания.
Песни менялись несколько раз, пока он слушал Абеллу в течение пятнадцати или двадцати минут, у каждой была своя мелодия, ритм и слова, но ее голос оставался неизменным. Она звучала беззаботно. Счастливо.
Я хочу, чтобы она всегда звучала именно так.
Даже когда она выключила воду, Тентил не мог заставить себя отойти от двери. Ее слова сменились приятным мурлыканьем, таким же чистым и чарующим, каким было пение. Он сжал пальцы на двери. Он никогда бы не позволил Мастеру заставить ее замолчать. Никогда бы не позволил этому миру или какому-либо другому забрать ее у него.
Щелчок внутренней ручки был его единственным предупреждением, прежде чем дверь открылась, дав ему долю секунды, чтобы выпрямиться. Абелла ахнула и застыла в дверном проеме, все еще держась одной рукой за ручку, и удивленно уставилась на него.
Тентил окинул ее пристальным взглядом. На бледной коже появился здоровый розовый румянец, а темные мокрые волосы рассыпались по плечам, на их кончиках выступили капельки воды. Она была одета только в старое полотенце, обернутое вокруг торса. Оно открывало верхнюю часть ее груди и заканчивалось на середине бедра, демонстрируя длинные ноги.
Этого единственного взгляда было более чем достаточно, чтобы вновь разжечь желание Тентила. Оно с ревом ожило внутри, закружившись огненной бурей и заполнив все тело.
– Ты все это время стоял за дверью? – спросила Абелла, заправляя прядь волос за ухо.
Он сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Абелла не отступила, она просто откинула голову назад, чтобы не отрывать от него взгляда. Теплый, влажный воздух в ванной комнате только усилил аромат, который окутал его и добавил похотливую нотку к затянувшемуся туману в сознании.
Тентил поднял руку и провел тыльной стороной пальцев по ее щеке. У нее вырвался прерывистый вздох. Он провел пальцем ниже, по изящному изгибу ее подбородка, по изящной линии шеи, по нежной выпуклости грудей. Она задрожала, груди напряглись под полотенцем. Его глаза следовали за тем местом, к которому он прикасался. Он был заворожен реакцией ее тела, очарован ароматом, восхищен ощущениями.
Он встретился с ней взглядом. Желание горело в зеленых глубинах ее глаз.
Его тело напряглось, и он стиснул зубы. Инстинкт взревел, требуя обладать ею, овладеть, сделать своей.
– Тентил…
Хотя она просто произнесла его имя, насыщенный тайнами голос говорил бесконечно больше.
В порыве он обхватил руками задницу Абеллы, тыльную сторону ее бедер и оторвал ее от пола. Она обвила ногами его талию и запустила пальцы в волосы. Тупые ногти задели его кожу головы. В три быстрых шага он отнес ее в ванную и прижал спиной к стене, его рот потянулся к ее губам, чтобы завладеть ими в диком поцелуе.
Тентил застонал от удивления, когда ее язык скользнул по его губам, чтобы погладить их. Ее сладость наполнила рот, и он проник глубже, ища большего. Он уперся членом в стык ее бедер. Она сильнее вцепилась в его волосы и застонала, в ответ покачивая тазом напротив. Сильное наслаждение захлестнуло его. Когти удлинились, и он зарычал ей в рот, когда дрожь сотрясла тело. Ее жар пульсировал в нем через штаны, и аромат ее желания, густой и возбуждающий, затопил чувства, соединяясь со вкусом, доводящим его до крайности.
– Абелла, – прорычал он.
ГЛАВА 9
Абелла горела от желания. Пальцы Тентила клеймили бедра и задницу, обжигая, разжигая огонь в животе. Каждое прикосновение мозолистых ладоней, каждый укол когтей вызывали волну возбуждения, и лоно сжималось от желания. Она подтянула ноги, упираясь пятками в его поясницу и бесстыдно покачиваясь на твердой длине члена через штаны.
Она тяжело дышала напротив его рта, когда нарастало удовольствие. И о Боже, его рот был великолепен! Она покусывала, посасывала его губы и гладила его язык своим. Древесная сладость разлилась по ее вкусовым рецепторам, напомнив о корице, и она наклонила голову, чтобы поцеловать его крепче, глубже, не в силах насытиться ароматом. Даже прикосновения его клыков к ее губе было недостаточно, чтобы удержать ее от этого – от него.
Тентил прижался к ней, текстура его штанов усилила восхитительное трение, когда они потерли клитор. Ее полотенце свободно упало на его руки и повисло вокруг ее бедер. Она воспользовалась возможностью, чтобы прижаться грудью к его груди, вибрирующей от глубокого, удовлетворенного рычания, стимулируя набухшие соски.
Ее не волновала собственная нагота – ей нужно было, чтобы он был ближе, нужно было чувствовать его кожу на своей, нужно было, чтобы он был внутри нее.
Мысль о том, как он входит в нее, растягивает, наполняет, послала пульсирующий, электрический трепет к сердцевине, зажигая ее изнутри. Она опустила руки и схватила его за плечи, когда экстаз пронзил ее.
Абелла оторвала свой рот от рта Тентила. Гортанный крик вырвался из ее горла. За пределами сознания, за пределами чувств. Тело напряглось, когда наслаждение пронеслось по ней, зажигая каждый нерв восхитительной мукой, наполняя жидким теплом. Ее ногти впились в спину Тентила.
Его толчки стали более мощными, более настойчивыми, дыхание обдавало ее шею. Он провел губами по чувствительной коже ее горла, и Абелла откинула голову назад, чтобы дать больше доступа.
Тентил усилил хватку на бедрах, когда его тело напряглось, вдавливая кончики когтей в ее плоть. Он приоткрыл рот у ее шеи.
Острая боль прорвалась сквозь туман похоти Абеллы. На мгновение охваченная паникой, Абелла замерла, не зная, что делать, Тентил вонзил зубы в плоть между ее шеей и плечом. Но какие бы мысли у нее ни были, какой бы страх она ни испытывала, он был сметен цунами нарастающего удовольствия, которое смыло все внутри нее и оставило после себя только ошеломляющее возбуждение.
Она закричала и вцепилась в него, достигнув очередного пика, на много миль превосходящего все, что она считала возможным. Покалывающее, дразнящее тепло распространилось от места укуса. Это было так, будто он касался каждой частички ее тела, будто он был внутри нее, будто они были единым целым. Это было потрясающе. Это было мучительно.
Абсолютное блаженство.
Тентил издал звериный рык. Его бедра дернулись вперед, и он притянул ее ближе, чтобы потереться о лоно. Она почувствовала, как член набухает и пульсирует сквозь штаны, почувствовала свежий жар, когда он кончил.
Затаив дыхание, Абелла продолжала держать его за плечи, пока Тентил содрогался вокруг нее, пока, наконец, он не вытащил свои клыки.
Он укусил меня.
Он убрал одну руку с бедра и прижался предплечьем к стене, собираясь с силами. Его широкие плечи и мощная грудь вздымались от неровного дыхания. Он провел носом по ее шее, за ухом и зарылся в волосы, прежде чем глубоко вдохнуть.
Он укусил меня.
Горячая эйфория все еще текла по ее венам, результат того, что он вколол.
Реальность обрушилась на Абеллу. Она была обнажена, прижата к стене и в объятиях инопланетянина. У нее только что была близость с инопланетянином. У нее чуть не произошел секс с инопланетянином. И он укусил ее.
Абелла опустила ноги, положила руки ему на грудь и толкнула. Он, пошатываясь, отступил на несколько шагов. Его брови нахмурились над черными глазами.
Она оперлась о стену, схватила края полотенца и обернула его вокруг туловища. Подняв руку, она прижала пальцы к месту между шеей и плечом, где он проколол кожу. Колотые раны представляли собой две пары выпуклостей, нежных на ощупь, и на кончиках ее пальцев были следы крови и прозрачной неизвестной жидкости, когда она убрала их от шеи и посмотрела вниз.
Она впилась взглядом в Тентила.
– Ты укусил меня!
Он моргнул и провел рукой по лицу, качая головой. Медленно чернота его зрачков отступила. Его глаза расширились, когда он перевел свое внимание на ее плечо, и он шагнул вперед.
Абелла протянула к нему руку ладонью вверх.
– Нет.
Он остановился, окинув ее обеспокоенным взглядом.
– Абелла…
Она покачала головой и отошла в сторону вдоль стены не в силах игнорировать влажность между бедер, когда двигалась, направляясь к двери ванной.
– Послушай, мы оба были захвачены моментом, и для меня это было очень, очень давно – «так чертовски давно» – и это просто случилось. Не должно было, но это произошло. Давай просто, эм… двигаться дальше, хорошо? Я даже прощу тебя за то, что ты меня укусил.
Что тут прощать? Это было так приятно.
Даже сейчас, когда она отступала, ей ничего так не хотелось, как снова броситься в его объятия и сделать больше, ощутить его внутри себя. Она хотела чувствовать, как он входит в нее и выходит, хотела, чтобы его руки и рот касались всего ее тела, хотела, чтобы он доводил ее до оргазма снова и снова.
Что, черт возьми, со мной не так? Он укусил меня! И кто знает, какую странную инопланетную дрянь он мне вколол. Я не должна думать о сексе!
Абелла разглядывала его шрамы, его стройное, мощное, греховно сексуальное тело и очертания члена, отчетливо проступающего сквозь брюки. Лоно сжалось, очевидно, ее тело и разум думали по-разному.
Он чувствует запах моего желания.
Дыхание перехватило, и она подняла на него взгляд. В его глазах вновь зажегся голод, а зрачки расширились. Он сделал шаг.
О, черт. Мне нужно убираться отсюда.
– Душ в твоем распоряжении! Наслаждайся! – Абелла метнулась в дверной проем и захлопнула за собой дверь. Она прислонилась к ней, прижимая полотенце к вздымающейся груди, и крепко зажмурила глаза.
Черт! Черт! Черт!
Что она собиралась делать? Она никогда не была с мужчиной, который вызывал хотя бы малую толику отклика от ее тела, как Тентил, и никто никогда не смотрел на нее со страстью, которая горела в его глазах. Как бы сильно она ни хотела сопротивляться, ее, несомненно, необъяснимо тянуло к этому мужчине.
Он мой похититель. Он ничем не лучше Каллиона…
Но он был лучше. Он никогда не причинял ей вреда, за исключением укуса, но даже это было приятно, и он обращался с ней так, будто она была самым ценным в его жизни. Не потому, что хотел продемонстрировать свой статус, разгуливая с экзотическим домашним животным, а потому, что ему было не все равно.
Нет. Она не могла позволить себе развить… чувства к нему. Не могла позволить себе беспокоиться.
Но она чувствовала. И она хотела его.
– Это просто секс, – прошептала она.
Но это был бы не просто секс. Для Абеллы никогда не было просто секса. Она никогда не занималась случайным сексом, она должна была что-то чувствовать, должна была чувствовать, что она что-то значит. Если бы она прошла весь путь с Тентилом, что-то внутри нее необратимо изменилось бы, и он поглотил бы ее.
Она станет его.
И он принадлежал бы ей.
Какая жизнь могла бы у нее быть с ним? Он был убийцей. Она видела, как он без колебаний отнимал жизни, и он признался, что был убийцей, будничным тоном. Казалось, он не испытывал угрызений совести за то, что сделал.
Но он сказал, что ему это не нравилось. Разве это ничего не значит?
Если бы она осталась с ним, они постоянно были бы в бегах, за ними вечно охотились бы темные силы.
Она скучала по своему дому, по семье, и у нее наконец появился реальный шанс вернуться к ним. Ей нужно было воспользоваться этой возможностью. Она не могла позволить себе отвлекаться, не могла позволить похоти затуманить разум. Она не могла позволить сердцу потеплеть к Тентилу еще больше, чем сейчас.
Включился душ. Звук приглушенный, но безошибочный из-за двери за ее спиной. Она вздохнула с облегчением, он не пошел за ней.
Взгляд Абеллы упал на рюкзак, лежащий на кровати.
Он не придет.
Она обернулась и уставилась на дверь ванной, мягко приложив к ней ладони, как будто та могла распахнуться в любой момент. Через несколько секунд она отступила, делая нерешительный шаг за шагом. Звук воды изменился, он встал под душ.
Теперь у нее был шанс.
Она подкралась к кровати и открыла рюкзак, перебирая его содержимое, пока не нашла запасную одежду, которую упаковал Тентил. Она отбросила полотенце и быстро оделась, сердце бешено колотилось, взгляд постоянно метался в сторону ванной. Ее вещи были там, с ним. Надеюсь, это заставит его думать, что она никуда не планировала уходить. Она затянула ремень вокруг талии, проведя кончиками пальцев по бластеру и прерывисто вздохнув.
Абелла на цыпочках подошла к ботинкам, она сбросила их, когда впервые вошла в спальню, и надела сейчас. Выйдя из спальни, она осторожно закрыла дверь, прежде чем поспешить к креслу, чтобы взять плащ и набросить на плечи.
Пока она держала капюшон надетым, голову опущенной и не привлекала к себе внимания, она могла найти одного из миротворцев Вечной Стражи, расквартированных [4] по всему городу. Она несколько раз видела их, сидя в клетке на заднем сиденье ховеркара Каллиона, и заметила нескольких, когда ехала сюда с Тентилом. Они бы знали, где находится посольство людей, они бы помогли ей.
Скоро она будет на пути домой.
Подойдя к двери, Абелла заколебалась и оглянулась через плечо в сторону спальни.
Она неоднократно просила Тентила отвезти ее в посольство, помочь найти дорогу домой, но он отказывался отвечать. У Тентила были секреты, вероятно, больше, чем она могла себе представить, но он показался ей осторожным, а не нечестным. Он уклонился от ответа, потому что не собирался приводить ее к людям.
Он думал, что защищает ее, но в процессе лишал ее выбора. Он игнорировал ее желания. Он действовал как ее владелец, а не защитник.
Если я не уйду сейчас, у меня может никогда не появиться другого шанса. Я не могу снова стать рабыней. Не могу.
Нахмурив брови, Абелла посмотрела вперед, подняла капюшон и нажала кнопку на стене. Дверь скользнула в сторону. Больше не оглядываясь, она переступила порог.
Она сделала паузу, когда дверь закрылась, и обвела взглядом коридор. Вход в квартиру находился в нише длинного, тускло освещенного проема. Тентил провел ее по нескольким таким переходам после того, как они покинули улицу, все глубже и глубже углубляясь в хаотичную массу зданий, составляющих большую часть Подземного города. Какими бы запутанными ни были эти коридоры, многие из них выглядели одинаково, она бы снова нашла выход на улицу.
И как только она окажется там, то получит помощь.
Задав быстрый темп, Абелла вернулась к тому пути, которым Тентил добрался до квартиры, насколько она помнила.
Было странно чувствовать, что она не прижимается к нему сбоку, а его рука не обнимает ее за плечи во время ходьбы. Это ощущение усугублялось растущим чувством одиночества, когда она спешила по пустынным коридорам, поднималась по нескольким лестницам и проходила мимо множества закрытых дверей.
Она слышала, как люди называли Артос Бесконечным городом, больше раз, чем могла сосчитать, и предположила, что здесь живут сотни миллионов, если не миллиарды, людей. Как можно чувствовать себя одинокой в так сильно населенном месте?
Через некоторое время страх поселился в животе, и она внезапно не почувствовала себя такой уж одинокой. Опустив голову, она оглянулась.
Четыре фигуры, одетые в те же черные одежды, что и убийцы из конспиративной квартиры, следовали всего в десяти-пятнадцати метрах позади.
Кровь Абеллы заледенела. Повернувшись лицом вперед, она опустила руку на бластер на бедре и ускорила шаги, сделав несколько случайных поворотов в надежде оторваться от преследователей. Бешеный стук сердца отдавался в ушах, а дыхание обжигало горло. Когда она снова оглянулась через плечо, темные фигуры были только ближе.
Нет. Нет, нет, нет, нет!
Как они нашли ее?
Тентила тоже нашли?
Страх скользнул по телу Абеллы и обвил сердце холодными щупальцами. Когда она уходила, он был в душе, и никто не предупредил его об опасности.
Слезы защипали глаза, когда она бросилась бежать. Несмотря на безмерность страха, его пересилило сожаление. Все, чего она хотела в течение четырех лет – это вернуться домой, но какую цену она была готова заплатить, чтобы попасть туда? Была ли она готова пожертвовать жизнью человека, который освободил ее от Каллиона, если это означало снова увидеть Землю?
Теперь у нее не было выбора. Она провела убийц через столько перипетий, что даже не знала, как вернуться в квартиру.
Тентил знает, как о себе позаботиться. Я видела, как он сражается. Он будет… с ним все будет в порядке.
Но эта мысль не принесла утешения. Она оставила его уязвимым. Она ушла, не сказав ни слова.
Абелла завернула еще за один угол, и часть надежды внезапно возродилась – всего в пяти или десяти метрах впереди коридор выходил на главную улицу, где множество инопланетян различных форм и размеров занимались своими делами. Тусклое, гнетущее освещение коридоров, по которым она бежала, уступило место ярким, калейдоскопическим проекциям, популярным в Подземном городе.
Она никогда не была так счастлива, видя рекламу.
Абелла не осмеливалась оглянуться назад, пробегая оставшееся расстояние до улицы, она чувствовала близость преследователей, и даже самый быстрый взгляд назад слишком сильно замедлил бы ее. Она нырнула в толпу, бормоча извинения, когда натыкалась на инопланетян по пути, и перешла на быстрый шаг. Быстрые, неровные вдохи обжигали легкие и горло, когда она влилась в общий поток пешеходов.
Она оглядела толпу в поисках одетых в золото членов Вечной Стражи. Это самое безопасное место, пока она не найдет помощь, Тентил сказал, что убийцы действовали секретно. Они не стали бы что-то предпринимать в присутствии такого количества свидетелей.
Или стали?
Сохраняя инерцию движения, она повернулась, чтобы проверить, что происходит у нее за спиной. Хотя они разошлись веером, она быстро заметила все четыре фигуры в плащах, следовавшие за ней, они легко пробирались сквозь толпу, неуклонно сокращая расстояние, отделяющее их от Абеллы.
Она повернулась лицом вперед и поспешила вместе с толпой, пока безумный взгляд наконец не остановился на миротворце. С трепещущим сердцем она бросилась к нему сквозь толпу, игнорируя ехидные замечания и угрозы, брошенные в ее адрес, отмахиваясь от сердитого толчка локтем в бок. Когда она, наконец, вырвалась из толпы, то спотыкаясь двинулась вперед. Она схватила миротворца за руку, чтобы удержаться на ногах.
– Пожалуйста, – прохрипела Абелла, запрокидывая голову, чтобы посмотреть в лицо миротворцу. Он был борианианцем с резкими и утонченными чертами лица более двух метров ростом. Его вид напоминал эльфов из фантастических книг и фильмов, если только эти эльфы были бы широкоплечими, высокими воинами-варварами. – Мне нужна помощь.
Миротворец нахмурился, глядя сверху вниз. Острые брови низко нависли над прямым аристократическим носом.
– Наложение руки на члена Вечной Гвардии является уголовным преступлением.
Абелла посмотрела на свои руки, отпустила его и сделала небольшой шаг назад, прежде чем снова встретиться с ним взглядом.
– Мне нужна ваша помощь, пожалуйста. Меня похитили и продали, и я просто пытаюсь вернуться домой, а теперь за мной следят убийцы.
Миротворец поднял бронированное предплечье и прижал палец к напульснику. Крошечный шар поднялся из брони и завис в воздухе между Абеллой и борианцем, лучики мягкого света пульсировали с его нижней стороны.
– Стойте спокойно, чтобы я мог отсканировать ваш идентификационный чип, – сказал он.
– У меня… у меня его нет.
Борианин нахмурился еще сильнее. Он снял палец с браслета, и сфера исчезла в броне. Опустив руки, одна из которых легла на рукоятку бластера в кобуре, он посмотрел мимо нее.
Глаза миротворца на мгновение расширились, прежде чем брови опустились. Он издал тихий звук – ворчание – и склонил голову набок.
– Пойдем со мной.
Облегчение затопило ее.
– О, спасибо.
Она придвинулась ближе к миротворцу. Когда Абелла оглянулась, в толпе не было никаких признаков убийц. Ушли ли они? Удерживало ли их простое присутствие Вечной Стражи?
Абелла шла рядом с борианцем, ей приходилось делать два шага, чтобы поспеть за одним большим шагом миротворца. Она удостоилась нескольких любопытных взглядов от окружающих их людей, но это, скорее всего, было потому, что она шла с охранником. Если бы поднятый капюшон не скрывал человеческие черты, взглядов, вероятно, было бы больше. Они были всегда.
– В городе есть человеческое посольство, верно? – спросила она.
Борианин взглянул на нее сверху вниз.
– Это то, кто ты есть?
Абелла нахмурилась.
– Ты никогда не видел человека? Хм, может быть, ты знаком со словом «Земляне»?
– Итак… ты похищенная землянка без идентификационного чипа, преследуемая наемными убийцами? Я что-то упустил?
– Нет… Это все, – она согнула пальцы и вытерла вспотевшие ладони о штаны. – Вы можете отвезти меня в посольство Земли, верно?
– Не волнуйся. Мы все решим.
Уклонение от вопросов пробило трещину в чувстве облегчения Абеллы, позволив просочиться легкому ощущению неловкости. Эта трещина стала шире, когда он привел ее на тихую боковую улицу, где не было толп, которые она видела в большинстве проулков.
– Посольство где-то здесь или оно на поверхности? – спросила она. – Разве нет более… общественного маршрута?
Он не смотрел на нее, когда отвечал.
– Это тот путь. Я доставлю тебя туда, куда нужно.
Несмотря на то, что казалось, он увидел убийц когда поднял глаза, миротворец не предпринимал никаких попыток осмотреть окружающую обстановку, он действовал так, как будто им вообще ничего не угрожало.
Абелла остановилась, когда он свернул в один из темных узких переулков, ответвляющихся от улицы.
Борианин прошел еще несколько шагов, прежде чем остановился и повернулся к ней лицом.
– Давай.
Она покачала головой.
– Я не знаю, что ты пытаешься сделать, но…
– Помогаю, – твердо сказал миротворец.
Абелла сделала шаг назад.
– Я… думаю, я найду кого-нибудь другого.
Твердая, сильная рука легла на ее правое плечо. Сердце Абеллы подпрыгнуло к горлу, когда она оглянулась и увидела женщину-илтурию, стоящую позади. Морда рептилии илтурии высовывалась из-под капюшона черного плаща, идентичного плащу Абеллы. В поле зрения появилось еще трое убийц в черных одеждах, один справа и двое слева, все в боевых доспехах, похожих на те, что были на Тентиле до того, как их выгнали из убежища.
– Что бы ни происходило в вашей организации, это ваше дело, – сказал миротворец, возвращая внимание Абеллы к себе, когда поднял пустые ладони и вышел из переулка. – Я ничего не видел.
Абелла ошеломленно уставилась на охранника.
– Ты помогаешь им?
– Я помогаю себе, – ответил он, поворачиваясь к ней спиной. – У тебя нет документов, ты не моя проблема. Я не собираюсь умирать за тебя.
Шок Абеллы рассеялся в пылу гнева.
– Ты мудак! – она дернула плечом вперед, пытаясь высвободиться из хватки илтурии.
Убийца усилила хватку, впившись когтями в плоть Абеллы через рубашку, и оттянула плечо Абеллы назад.
Поморщившись, Абелла вернула внимание к нападавшим. Страх закрутился глубоко в животе, но она не позволила ему победить, она не позволила им победить. Она не сдалась бы без боя.
По инерции, Абелла развернулась к убийце, опустила руку и вытащила бластер. Она выстрелила в тот момент, когда дуло было направлено на илтурию.
Узкие зрачки илтурии расширились от шока, и рептилия оскалила острые зубы. Рука упала с плеча Абеллы. Итлурия, спотыкаясь, сделала несколько шагов в сторону, прежде чем ноги подкосились, и она рухнула. Из светящегося отверстия от удара на бедре повалил дым.
Запах горящей плоти ударил Абелле в нос.
Абелла двумя руками схватила бластер и направила его на других убийц, но враги были слишком близко. Ближайший убийца метнулся вперед и выбил оружие из рук. Прежде чем она успела осознать, что произошло, чья-то рука обхватила ее сзади за шею и дернула назад.
Сдавленно прохрипев, Абелла схватилась за крепкое, как железо, предплечье обеими руками и, взмахнув ногами, пнула стоявшего перед ней убийцу. Удар пришелся в грудь, и мужчина отшатнулся назад.
Как только он восстановил равновесие, рука с серой кожей легла ему на плечо и развернула. Убийца дернулся, издал влажный булькающий звук и упал на землю.
Тентил стоял с другой стороны тела, держа нож в окровавленной руке. Его дикие черные глаза встретились с пристальным взглядом Абеллы.
***
Ярость ревела по венам Тентила, он был слишком потерян в дымке битвы, чтобы определить ее точные источники. Все, что имело значение в тот момент, – опасность для жизни его пары.
