Текст книги "Безмолвная ясность сознания (ЛП)"
Автор книги: Тиффани Робертс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)
Она повернулась и побежала, всего несколько шагов привели ее к окутанной тенью стене. Она скользнула руками по поверхности, ища дверцу, щель, ручку, что угодно, что указывало бы на выход.
Не было ничего.
Именно тогда она почувствовала это – прикосновение холодного пальца к сознанию, просеивающее мысли и оставляющее на мгновение в замешательстве. Дрожь пробежала по спине.
– Сядь и расслабься, это быстро закончится, – сказал Мастер.
Охваченная паникой, Абелла развернулась и обнаружила Мастера прямо перед собой. Она остановилась за мгновение до столкновения с ним и откинула голову назад. Его маска была окутана такой глубокой тьмой, что это наводило на мысль, что свет был всего-лишь иллюзией, плодом воображения, и она чувствовала, что тьма смотрит на нее, в нее.
– Нет, – сказала она, прижимаясь спиной к стене. Она медленно двинулась вдоль нее, вытянув руку, продолжая искать способ сбежать.
– Расскажи мне о своих отношениях с Тентилом.
Абелла посмотрела на него снизу вверх и поджала губы. Она так много отдала Каллиону, уступила многим его требованиям, но отказывалась сдаваться сейчас. Она никогда бы не предала Тентила. Она никогда бы не предала их любовь.
Хотя Мастер стоял неподвижно, его присутствие в сознании Абеллы усилилось, казалось, что его руки с холодными, тонкими пальцами погрузились в ее голову, чтобы разобраться в воспоминаниях, как будто он просматривал коллекцию книг в поисках чего-то интересного.
Она зажмурилась и стиснула зубы, сопротивляясь вторжению. Глухая пульсация отозвалась в черепе. Несмотря на борьбу, несмотря на силу воли, ее мысли устремились к Тентилу. Воспоминания об их совместном времяпрепровождении прокручивались в ее голове, как будто она смотрела фильм. Их первый танец, их разговоры, ласки, поцелуи и каждая деталь занятий любовью – все это было там, обнаженное.
Я чувствую это внутри. Я узнаю это по твоему запаху. Ты моя пара.
– Его пара? – спросил Мастер. – Я знал, что ты важна для моего заблудшего ученика, но недооценил его связь с тобой. Два животных, обезумевших от запаха друг друга. Это почти заставляет меня сожалеть о том, что я должен сделать.
– Что ты, блядь, такое? – Абелла стиснула зубы. Боль в голове усиливалась с каждой секундой его вторжения. Она подняла руки, прижимая их к вискам. – Убирайся из моей головы!
– Я думал, ты симптом его поведенческих проблем, – сказал Мастер.
Давление усилилось, угрожая расколоть череп. Она упала на колени с мучительным криком.
– Я думал, что вытеснил из него звериные инстинкты, что создал существо, неподвластное таким первобытным побуждениям, – продолжил он. – но они все это время дремали. Возможно, он скрывал их на время, но ничто не остается скрытым от меня навсегда.
– Оставь его в покое, – прохрипела Абелла, свирепо глядя на существо перед собой. Еще одна волна боли согнула ее пополам. Она опустила руки, успев удержаться, прежде чем ударилась лицом об пол.
Ледяное прикосновение Мастера немного исчезло из ее сознания.
– Энергичное создание. Интересно…
Абелла вскочила на ноги и, взмахнув рукой, ударила кулаком по его маске.
Его голова дернулась в сторону, и маска со звоном упала на каменный пол. Прежде чем она смогла оправиться от нападения, он ударил ее тыльной стороной ладони по лицу, отчего Абелла пошатнулась. Огонь пробежал по ее щеке, и она ударилась спиной о стену. Медный привкус распространился по языку. Но она удержалась на ногах. В дисциплинарной комнате Каллиона приходилось и похуже.
Абелла вздернула подбородок и посмотрела в обнаженное лицо существа, которое хотело убить ее и ее пару. Она резко вдохнула.
Кожа Мастера была белой, а пряди прямых черных волос свисали на угловатые скулы. Его губы, почти такие же темные, как волосы, были сжаты в тонкую линию, а безволосые брови сдвинуты вниз. Он бы выглядел почти человеком, почти красивым, если бы не глаза.
Его склеры были угольно-черными, радужная оболочка – кроваво-красной, а три дополнительные пары глаз, каждая немного меньше предыдущей, смотрели на нее со лба. Глаза голодного паука.
– Прошло много времени с тех пор, как кто-либо видел мое лицо, – сказал он, не меняя холодного выражения. – И еще больше времени с тех пор, как кто-либо удивлял меня. Ты очаровательное создание. Мне придется повнимательнее присмотреться к тебе подобным после того, как ты уйдешь. Из тебя мог бы получиться талантливый послушник.
Двигаясь с небрежностью, которая противоречила ситуации, он подошел к маске, наклонился вперед и поднял ее с пола.
Абелла оставалась неподвижной, грудь вздымалась от тревожных, испуганных вздохов. Она была напугана, но не показывала этого – последние четыре года она провела в страхе, что никогда не мешало стремиться к свободе. Она понимала эту ситуацию, понимала свои обстоятельства.
Для Каллиона она была животным, нуждающимся в дисциплине. Канарейка с подрезанными крыльями в позолоченной клетке. Любимица хозяина, но это не мешало ему бить ее. Но здесь… здесь она даже не была животным. Она была приманкой, предназначенной для того, чтобы заманить животное в ловушку. Она должна была привести мужчину, которого любила, к смерти.
Мастер выпрямился и поднял маску на ладони, рассматривая ее.
– Возможно, я открою ему этот последний секрет, когда он придет. Пусть он узнает лицо того, кто его создал.
– Он придет убить тебя, – сказала Абелла.
Мастер повернул к ней голову, выражение его лица внезапно стало безразличным.
– Его имя уже было прошептано в Пустоту. Его судьба решена. Но в твоем разуме есть секреты, которые еще не раскрыты, маленький человечек. Давай поищем их вместе? Могу ли я начать изучать людей, пока мы ждем твоего возлюбленного?
Абелла собралась с духом, попыталась блокировать нападение, но он прорвался сквозь барьеры, будто они были сделаны из папиросной бумаги. Он копался в ее сознании, казалось, целую вечность, не оставляя ничего нетронутым. Он забрал все. В какой-то момент она поняла, что звук в ее ушах был звуком ее собственного неровного крика, но мгновение спустя чернота поглотила ее, избавив от агонии в сознании.
ГЛАВА 17
Когда он отправился забирать Абеллу из поместья Каллиона, Тентил знал, что возвращение в храм будет означать смерть. Его смерть. Но с тех пор столько всего произошло. Так много изменилось. Для каждого храм означал обреченность, последнее погружение в забвение, холодные объятия Пустоты. Десять лет существо сражалось бы, движимое инстинктом самосохранения, и умерло с оружием в руках, ничуть не удивленное потоком собственной крови на безразличном каменном полу.
Но для Тентила, пары Абеллы, смерть не была ни неизбежной, ни приемлемой. Его борьба была не только за выживание. Он не искал справедливости за причиненное зло, не искал платы за украденный выбор. Хотя горечь, бунтарство и ненависть подпитывали, как и всегда, они больше не были основной мотивацией. Больше нет. Даже его гнев, пылающий так, как никогда прежде, не был главной движущей силой.
Впервые в своей жизни им двигала любовь.
То, чего он никогда не проявлял до Абеллы.
Теперь он понимал ее широту и сложность. Любовь не была отдельной идеей, отдельной эмоцией – это было всё. В своей любви к Абелле Тентил столкнется лицом к лицу с собственной погибелью.
И он бросил бы вызов смерти, чтобы снова иметь ее рядом с собой.
Мастер расставил ловушку, но его высокомерие, несомненно, привело бы в конечном итоге к фатальной ошибке. Он ждал бы в центре ловушки, чтобы самому захлопнуть ее. Чтобы лично уничтожить свое величайшее разочарование.
Тентил сбросил газ, замедляя ход ховербайка. Огни проливали свет на окрашенный железобетон, на граффити и мусор, на туннель, служащий путем к храму тайн, храму, погребенному глубоко в грязных, вонючих внутренностях огромного города. Неглубокий мутный сток у основания туннеля рябил под пульсирующими двигателями мотоцикла.
Он подвел ховербайк вплотную к стене туннеля и остановился, протянув руку, чтобы нажать кнопку, скрытую на ближайшей опорной балке. Потайная дверь открылась так же плавно и бесшумно, как и всегда. Он уперся ботинком в стену, поднажал на рычагах управления байком и оттолкнулся, выставив заднюю часть мотоцикла вперед, чтобы направить его переднюю часть в отверстие туннеля. Тентил выключил фары.
Ведя машину по туннелю, Тентил мысленно провел инвентаризацию снаряжения: высококлассная боевая броня, пара бластеров на бедрах, несколько ножей и энергетических лезвий, взрывчатка и электрошоковые заряды, закрепленные в бронированном чехле на поясе, и автоматический бластер, перекинутый через плечо. Большую часть этого он получил в «Ниссе Вай» за неправедно заработанные кредиты Каллиона.
Больше, чем он обычно носил, но Орден ожидал его, скрытность мало помогла бы, особенно против бдительности Мастера. Даже если Тентил прятался от оборудования наблюдения, Мастер контролировал все возможные точки входа и прекрасно знал, на что обращать внимание – дверь, открывающаяся, казалось бы, сама по себе, была единственным подтверждением, которое требовалось Мастеру от прибытия Тентила.
Огни туннеля включались по одному участку за раз перед ховербайком Тентила. Он стиснул челюсти и отогнал большинство мыслей, за исключением самых важных.
Ради Абеллы. Ради моей пары. Я скоро обниму ее.
Впереди плавный изгиб туннеля позволил ему впервые увидеть дверь гаража. Он переложил рукоятку автоматического бластера в правую руку, упер приклад в плечо и просунул ствол между рукоятками.
Большую часть своей жизни он тренировался с послушниками Ордена под наблюдением и опекой Мастера. Несмотря на бесчисленные секреты, которые хранил Мастер, Тентил знал, как думал его таинственный бывший лидер. Он знал, как Мастер использует ресурсы Ордена, включая послушников. И он знал, что идеальной ловушки не существует.
Большим пальцем левой руки Тентил деактивировал энергетическое поле, создаваемое мотоциклом, чтобы блокировать ветер. Он нажал на газ. Мотоцикл рванулся вперед с внезапным всплеском скорости.
Дверь гаража начала плавно подниматься.
Упираясь бедрами в бока мотоцикла, Тентил повел байк вверх по изогнутой стене туннеля и напряг мышцы, когда перевернулся вверх ногами. Гравитация давила, но он цеплялся за мотоцикл, не сводя глаз с гаража.
Открывающаяся дверь понемногу открывала вид на помещение за ней. Бетонный вход, разрисованный предупреждающими линиями, нижние части транспортных средств, припаркованных ближе всего к двери, и, наконец, то, чего ожидал Тентил – ступни по меньшей мере полудюжины послушников, собравшихся в ожидании.
Первая засада.
Направив бластер в сторону послушников, он нажал на спусковой крючок и провел оружием слева направо. Бластер издал серию воющих ударов, быстро извергая плазменные разряды, наполняя воздух бледно-голубым свечением. Многие выстрелы прошли мимо, оставив дымящиеся дыры в полу и припаркованных машинах, но достаточно попали точно, чтобы отправить большинство послушников на пол. Тентил отвел оружие в противоположном направлении, все еще удерживая спусковой крючок, прежде чем кто-либо из послушников успел хотя бы скорчиться от боли из-за ран. Их броня недолго выдерживала поток раскаленной плазмы.
Оттолкнувшись ногами, Тентил развернул ховербайк правой стороной вверх как раз в тот момент, когда дверь открылась достаточно широко, чтобы оставшиеся послушники, укрывшиеся за припаркованными машинами, могли открыть ответный огонь. Тентил на мгновение отключил антигравитацию мотоцикла, опуская его обратно на пол туннеля. Задняя часть ударилась о землю со скрежещущим металлическим скрежетом, прежде чем он снова включил антиграв. Мотоцикл отскочил назад до минимальной крейсерской высоты в полметра.
Потрескивающие белые шары, выпущенные послушниками из шоковых посохов, ударились о потолок и рассеялись.
Если они использовали шоковые посохи – оружие, которое можно было приспособить для стрельбы обездвиживающими снарядами или наносить удары в ближнем бою с той же парализующей энергией, они хотели взять его живым.
Возможно, они не понимали, каковы ставки в этой битве.
Он увеличил скорость ховербайка и выпустил еще одну волну выстрелов в послушников, прежде чем они смогли дать второй залп. Они нырнули за укрытие. Попал он в кого-нибудь из них или нет, не имело значения, только то, что ему было предоставлено мгновение передохнуть.
Когда ховербайк влетел в ворота гаража, он направил его к одному из ховеркаров, укрывавших послушника, собрался с духом и спрыгнул. Ховербайк с оглушительным треском врезался в припаркованный автомобиль. Погнутый металл и разбитые детали разлетелись в стороны от места удара, и автомобиль на воздушной подушке врезался в следующий, вызвав еще одну аварию.
Ради Абеллы.
Тентил сильно ударился плечом о землю и покатился по инерции. Это прекратилось только тогда, когда его тело ударилось о другую стоящую машину. Он стряхнул с себя боль, броня приняла на себя большую часть удара, и он не мог позволить, чтобы что-либо замедлило его. По крайней мере, до тех пор, пока он снова не обнимет Абеллу. Он вскочил на ноги, позволив автобластеру упасть и повиснуть на плечевом ремне, и вытащил один из бластеров и дуговую гранату.
Шаги приближающихся послушников были почти бесшумными, но «почти» было недостаточно, чтобы спасти их.
Он активировал дуговую гранату и бросил ее в сторону приближающихся послушников, прежде чем нырнуть за заднюю стенку машины, на которую приземлился. Взрыву предшествовало лихорадочное движение. На долю секунды гараж осветился яркой белой вспышкой, сопровождаемой потрескиванием и жужжанием электричества.
Тентил достал второй бластер и вышел из укрытия, чтобы продвинуться вглубь гаража.
Двое послушников корчились на полу в тонком облаке дыма. Трое товарищей лежали неподалеку, их искривленные, неподвижные тела были покрыты электрическими ожогами, от которых вились свежие струйки дыма. Было слышно шипение их плоти. Тентил отвлек свое внимание от них, повернувшись к движению на периферии зрения. Он выстрелил, прежде чем позволил себе осознанно подумать. Его выстрелы срикошетили от бронированного капота одной из машин на другом конце гаража, попав в лицо прятавшемуся за ним послушнику, но другие выстрелы были слишком высоко, чтобы поразить второстепенную цель.
Несколько шоковых шаров метнулись к Тентилу. Он нырнул под них, и когда они пронеслись над головой, волосы встали дыбом от электрического гудения. Тентил поспешил вдоль стены, направляя бластеры на ряды между неподвижными машинами.
Двое ближайших послушников, стоявших на коленях за отдельными машинами на противоположных концах одного из рядов, казалось, не были готовы к агрессивности Тентила. Он выпустил в них поток зарядов из обоих бластеров, достаточный, чтобы пробить их броню и гарантировать, что они не выживут после полученных ран.
Ассасинов учили, что планирование и терпение – лучшие средства для достижения максимально чистого убийства, максимальной эффективности и сохранения секретов Ордена. Возможно, это было то, чего ожидали от Тентила – ясности ума и спокойствия перед лицом опасности. Холодного, методичного подхода. Попытки действовать эффективно.
Они, вероятно, ожидали, что он прокрадется в храм подобно тени.
Но он больше не был тенью, он был пламенным предвестником мести. Он был противоположностью Пустоте.
Он продолжил наступление, уклоняясь в сторону, чтобы избежать выстрела другого послушника, прежде чем выпустил пять плазменных разрядов в быстрой последовательности: три попали в броню его цели, не причинив вреда, в то время как последние два попали послушнику в лицо.
Тентил взмахнул руками вправо, навстречу движению, видневшемуся боковым зрением. Пара послушников бросилась к нему вдоль стены, они выстрелили из шоковых пушек одновременно с тем, как выстрелил он.
У него было достаточно времени только для того, чтобы оторваться от стены и выхватить бластеры. Если бы тело напряглось, он рисковал опустить затвор позже, чем шоковые шары ударили его в грудь. Электричество пробежало дугой по телу, сковывая мышцы. Он сильно ударился о землю, сжав пальцы, выгнув спину и откинув голову назад, ударившись о бетон.
Рыча, он опустил руки, уперся ладонями в пол и поднялся. Физическая боль не имела значения. Ничто, что они могли сделать, не могло сравниться с болью от потери Абеллы. Одна только мысль о том, что он никогда больше не увидит ее, никогда больше не заговорит с ней, не обнимет ее или не прикоснется к ней, была больше, чем он мог вынести. Он не вынес бы этого.
Первый из наступающих послушников обогнул повозку, за которую бросился Тентил, держа шоковый посох как оружие ближнего боя. Пульсирующий луч энергии пробегал вдоль его древка от одного конца до другого, в нескольких сантиметрах от рукояти.
Тентил ударил каблуком ботинка в колено послушника сбоку.
Послушник потерял равновесие, его верхняя часть тела накренилась в направлении, противоположном подогнувшемуся колену, и он уперся рукоятью оружия в пол, пытаясь выпрямиться. Вскочив на ноги, Тентил схватил горсть волос у основания черепа послушника. Он ударил ногой по нижней части шокового посоха, на сантиметр уклонившись от энергетического луча.
Лишившись своей единственной опоры, послушник упал вперед, и Тентил изо всех сил толкнул его, чтобы помочь. Лицо послушника врезалось в следующий автомобиль на воздушной подушке с такой силой, что на двери осталась большая вмятина.
Второй послушник перепрыгнул через падающего товарища и ткнул ударным посохом в сторону Тентила, вероятно, надеясь воспользоваться относительно узким пространством и поймать врага, неспособного маневрировать в сторону.
Тентил зашипел и уклонился в сторону. Ударный посох пронесся в воздухе на волосок от его лица. Он взмахнул рукой и обхватил пальцами древко, не обращая внимания на гудение энергетического луча возле пальцев и носа, и потянул.
Потеряв равновесие после атаки, послушник, спотыкаясь, двинулся вперед. Тентил выбросил свободную руку и схватил послушника за горло, вонзив когти в плоть. И сжал.
Послушник с бульканьем подавился, выпустил шоковый посох из онемевших пальцев и рухнул на пол. Тентил вырвал руку и дернул запястьем, разбрызгивая кровь и несколько разорванных кусков плоти по бетону. Другой рукой он отбросил шоковый посох в сторону.
Без колебаний Тентил присел на корточки и собрал брошенные бластеры. Он опустил один из них в кобуру и открыл брешь в другом, выбросив частично разряженный элемент питания и заменив его другим, снятым с пояса. Как только брешь была закрыта, он продолжил движение вдоль стены к внутренней двери гаража. Оставшиеся послушники открыли по нему огонь с противоположной стороны, они столпились вокруг одной из больших машин, используя ее как укрытие.
Тентил вытянул правую руку и сделал несколько выстрелов, заставив помощников нырнуть за машину, в то время как он опустил левую руку к своему футляру со взрывчаткой. Он достал термоядерную бомбу и швырнул ее через гараж, подпрыгнул один раз и остановился под большим автомобилем. Опустил ствол бластера и бросил еще одну бомбу.
Тентил нырнул за ближайший автомобиль на воздушной подушке, когда прогремела пара взрывов, один сразу после другого, за чем последовавл нагретый воздух и расплавленные, дымящиеся обломки полетели прочь. Красный свет детонирующего заряда смешался с синим светом взрывающегося антигравитационного двигателя, ненадолго окрасив стену. Не сводя глаз с двери, ведущей в храм, он вытащил и перезарядил запасной бластер одной рукой. Части автомобиля с другого конца гаража с грохотом упали на пол вокруг него и с глухим стуком повалились на машину за его спиной.
Когда эхо взрывов наконец стихло, остались только звуки потрескивающего пламени и приглушенные, полные боли стоны раненых.
Тентил встал и направился к двери храма. По пути он не встретил других послушников.
Дверь была не заперта, и темный коридор за ней был пуст. Он убрал бластеры в кобуры и выставил автоматический бластер вперед, взяв его обеими руками и прижав к плечу. Сердце бешено колотилось, когда он шагал по безмолвному коридору. Это поле битвы сильно отличалось от гаража. В относительно тесных помещениях храма среди его обильных теней, требование элемента внезапности стало вопросом осторожности, а не агрессии. Весь Орден, без сомнения, знал, что он сейчас здесь. Исход столкновений в этих стенах будет зависеть от того, кто первым обнаружит врага и кто быстрее всех отреагирует.
Вестибюль тоже был пуст, и двойные двери во внутренний двор были открыты. Приближаясь к проему, Тентил держался стены, на которой располагался дверной проем. Он наклонился в сторону, чтобы проверить углы в галерее, прежде чем войти.
Во дворе воцарилась тишина. Над головой нависало темное, фальшивое небо, на котором не было и следа обычных звезд и галактик. Тентил вышел вперед. Его кожа зудела от ощущения, что за ним наблюдают, что он слишком беззащитен, но он отказывался останавливаться. Это было ради Абеллы.
Хотя он продолжал осматриваться по сторонам, он замедлил шаг, проходя мимо Источника Тайн. Наклонившись ближе к чернильному содержимому, он прошептал:
– Тот, кто называет себя Мастером, под любым из его имен.
Тентил перевел взгляд на двери, ведущие к покоям Мастера, но в массивной комнате было мало практичного укрытия. На таком открытом пространстве гнев и ненависть Тентила не могли защитить его от захвата.
Держись, Абелла. Я иду.
Выбрав альтернативный путь через одно из боковых крыльев, он вышел со двора и быстро и бесшумно двинулся по коридорам. В глубине души он отслеживал шаги, отсчитывая расстояние между собой и Мастером.
Под яростью и инстинктами, бушевавшими в нем, скрывалось странное чувство предопределенности. Часть его всегда знала, что однажды он выступит против Мастера, что один из них всегда был конечной судьбой другого, но он никогда не мог предположить, насколько высоки будут ставки во время их неизбежного противостояния. Тентил никогда ничего не ценил выше собственной жизни, которую даже он считал в конечном счете бесполезным расходным материалом.
Но теперь у Тентила была Абелла. Она все изменила.
В воздухе витал аромат, это было немногим больше, чем призрачный намек, но он, несомненно, принадлежал ей. Она недавно проходила через эти залы.
Легкий звук – мягкое скольжение ботинка по полу – заставил Тентила резко остановиться. Звук доносился из левого ответвления пересекающегося коридора в нескольких шагах впереди. Он оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что коридор позади него свободен, прежде чем возобновить медленное продвижение. Когда он приблизился на метр к перекрестку, он услышал другой звук – тихое дыхание.
Отпустив цевье [8] автоматического бластера, он переместил левую руку к футляру со взрывчаткой на поясе и нажал на крышку. Защелка открылась с тихим щелчком, который разнесся по всему безмолвному коридору.
Одетые в черное послушники выскочили из-за угла в коридор. Крупный борианин, рогатый гроалтуун и пара долговязых даэв с фиолетовыми глазами и одинаковыми, но зеркально отраженными белыми полосами на лазурной коже. Тентил нажал на спусковой крючок автобластера, выпустив очередь плазменных разрядов в нагрудную броню борианца.
Прежде чем бластерный огонь смог пробить броню, гроалтуун сделал выпад и взмахнул шоковым посохом по дуге вниз, попав в автобластер почти на конце его ствола. Сила удара выбила оружие из рук Тентила. Тентил уклонился от удара борианца, чей нагрудник пылал от скопления плазмы, и снял с плеча ремень автоматического бластера. Тот звякнул о каменный пол, когда гроалтуун снова взмахнул посохом.
Тентил пригнулся под ударом, едва избежав потрескивающего электрического луча, едва успев поднять левую руку, чтобы отразить тяжелый удар борианца. Опустившись ниже, он выбросил правую ногу, выбив ступни гроалтууна из-под себя, и откатился назад. Вскакивая на ноги, он выхватил рукоять энергетического клинка. Зеленый свет залил близлежащие стены, когда он активировал оружие, отбрасываемое сформировавшимся широким, плоским, гудящим плазменным лезвием.
Борианин достал свой собственный энергетический клинок и шагнул мимо гроалтууна, который мгновением позже поднялся на ноги. Узость коридора вынудила дэвов держаться поодаль, пока борианин и гроалтуун продвигались вперед.
Больше никаких препятствий.
Прежде чем враги смогли атаковать, Тентил бросился на них, описывая клинком плавные, непрерывные дуги. Движение клинка не оставило послушникам возможности для контратаки. Борианин и гроалтуун отступили, яростно парируя удары своим оружием. Вспышки тепла и света подчеркивали каждый момент соприкосновения лезвий с посохом.
Когда Тентил опустил клинок, гроалтуун широко раскинул руки и блокировал удар центром посоха. Электрический луч, проходящий по всей длине, гудел и шипел, связывая энергетический клинок.
С рычанием Тентил опустил свой клинок. Электрическая лента зашипела, дрогнула и сломалась. Мгновение спустя он перерезал древко другого оружия.
Стойка гроалтууна дрогнула, когда оружие раскололось пополам. Он отклонился, чтобы избежать удара клинка Тентила, задевшего броню гроалтууна и оставившего шипящий след на нагруднике. Гроалтуун наткнулся на борианца позади себя.
Тентил схватил левой рукой свой запасной бластер, большим пальцем увеличил мощность до максимальной, когда доставал его, и направил ствол в сторону потерявшего равновесие гроалтууна. Он нажал на спусковой крючок. Оружие издало пронзительный вой, и Тентил почувствовал сквозь перчатку его нарастающий жар.
Глаза гроалтууна округлились.
Мощный сноп плазмы вырвался из ствола бластера, окутав верхнюю часть тела гроалтууна.
Когда взрыв закончился, а длился он всего долю секунды, несмотря на то, насколько долгим казался, от гроалтууна не осталось ничего, кроме пары ног, удерживаемых вместе тлеющим тазом. Левая половина туловища борианианца отсутствовала, осталась только обугленная плоть и тлеющие угли по краям огромной раны. Путь плазмы продолжался сквозь тела, оставив массивную полукруглую дыру в углу перекрестка и еще большую в стене напротив. Останки борианианца и гроалтууна рухнули.
Дэвы которым удалось распластаться на полу незадолго до взрыва, дружно встали. Каждый поднял энергетический клинок, взяв оружие двумя руками, и прищурил глаза. Их длинные, тонкие хвосты синхронно раскачивались из стороны в сторону.
Тентил мало что знал об этих конкретных дэв, но он знал достаточно об их виде, чтобы распознать угрозу, которую они представляли – дэвы мужского пола всегда рождались близнецами, связанными экстрасенсорной связью.
Он отбросил дымящийся бластер в сторону. В воздухе пахло горелой плотью, закороченной электроникой и плавящимся камнем, но под всем этим чувствовался слабый, но безошибочно узнаваемый запах Абеллы.
Она была жива. Она должна была быть. И ей нужен был Тентил.
Он бросился вперед и атаковал как раз в тот момент, когда дэвы сделали свой ход.
Узкий коридор превратился в размытое пятно из рубящих энергетических клинков, оставляющих на стенах временно светящиеся шрамы, пока сражающиеся исполняли па своего смертельного танца. Вскоре Тентил оказался в обороне. Хотя ни один из дэв не мог сравниться с ним в скорости или мастерстве, их скоординированные атаки не оставляли пробелов в коллективной защите и вынуждали Тентила создавать уязвимые места в своей. Парировать удар одного из их клинков часто означало оставлять себя открытым для другого.
Его разочарование росло по мере того, как приближались дэвы-близнецы. Он не примет поражения, не потерпит промедления. Изменив позу так, чтобы его тело было перпендикулярно послушникам, он вытянул правую руку, чтобы парировать их атаки. Изменение скрыло от них левую руку на достаточно долгое время, чтобы вытащить из-за пояса электрошоковый заряд. Он активировал детонатор устройства при ударе.
Тентил зарычал и провел быструю серию диких контратак, на короткое время создав стену из жужжащей плазмы между собой и своими врагами. Дэвы предприняли самое разумное действие – они отступили за пределы досягаемости его ударов. Он отпрыгнул назад, выбросил левую руку вперед, выпустил электрошоковый заряд и закрыл глаза.
Яркая вспышка от взрыва устройства была видна даже сквозь веки, а грохот, усиленный каменными стенами, полом и потолком, оглушил его, оставив громкий, настойчивый звон в ушах. Он прищурился, бросаясь вперед. Дэвы прикрывали глаза предплечьями, держа энергетические клинки вертикально в слепой, неуверенной защите.
Сердцебиение отдавалось в голове, Тентил нырнул вперед.
Дэвы одновременно взмахнули оружием. Энергетические клинки рассекли воздух над спиной, когда он низко пригнулся и перекатился между врагами, оказавшись на одном колене позади них. Одной ногой он развернулся, опершись на колено, и взмахнул оружием тыльной стороной руки. Лезвие прочертило широкую дугу от одной стены до другой, пронзив обоих даэвов на уровне пояса.
Тентил встал, когда близнецы упали, их туловища отделились от ног.
Если не считать тел, коридор был пуст, и тишина вновь воцарилась, когда звон в ушах Тентила постепенно утих. Он деактивировал клинок, перебросил рукоять в левую руку и снял бластер с правого бедра, прежде чем продолжить движение. Коридоры становились все более темными и безжизненными. Тентилу казалось, что он проваливается все глубже в космос, в пустоту, и единственным возможным пунктом назначения была сама Пустота. Он бросался вперед в темноту, которая пугала стольких людей.
Но Тентил не испытывал страха. Где бы ни была его пара, он пойдет к ней. Он последует за ней за край Вселенной.
Поворот направо привел его к лестнице, по которой он поднялся быстро и осторожно, держа бластер наготове. Но лестница была пуста, как и коридор далее. Его подозрения достигли пика, когда он шел по коридорам, ведущим в главный зал, где его приветствовали только холодные безликие статуи в нишах по всей длине.
Тентилу никогда не нравились эти статуи.
Когда он крался по коридору к зловещей двери в его конце, проверяя каждую нишу и боковой коридор, его ярость вспыхнула с новой силой. Он понятия не имел, сколько послушников обитало в этом храме, никто не знал, кроме Мастера и, возможно, его заместителя, но Тентил понимал, что убил не всех. Даже близко.
Когда Тентил был в десяти шагах от покоев Мастера, из правой ниши, ближайшей к двери, вышла фигура в черном. Он узнал ее еще до того, как она протянула руку и откинула капюшон – негодование в позе было очевидным.
Глаза Корелти сверкнули, когда они встретились с глазами Тентила.
– Он не позволил бы мне охотиться на тебя.
