Текст книги "Орфей спускается в ад"

Автор книги: Теннесси Уильямс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Действие третье

Чуть позже тем же вечером. Спальня в отеле. Ставни в мавританском углу открыты, за ними пальмовая рощица. По-прежнему слышны разрозненные звуки недавнего происшествия. В пальмовой рощице что-то горит. Чучело? Эмблема? Пляшущие отблески пламени падают на фигуру Принцессы. На фоне интерьера видны величественные очертания пальм и звездного неба.

Принцесса (расхаживает туда-сюда с телефоном в руках). Портье! Что там с моим шофером?

На галерею входит Чанс, видит приближающиеся с противоположной стороны фигуры, быстро отступает и скрывается в темном углу галереи.

Вы сказали, что обеспечите мне шофера… Почему не можете, вы же обещали! В этом отеле кто-то уж точно мог бы сесть за руль и увезти меня отсюда за любую цену! Лишь бы прочь из этого ада…

Она внезапно оборачивается, когда в дверь стучит Дэн Хэтчер. За его спиной показываются Том-младший, Бад и Скотти, потные и помятые после потасовки в пальмовой рощице.

Кто там?

Скотти. Она не откроет. Ломай дверь.

Принцесса (роняя телефон). Что вам нужно?

Хэтчер. Мисс дель Лаго…

Бад. Не отвечай, пока она не откроет.

Принцесса. Кто там?! Что вам нужно?

Скотти (трясущемуся Хэтчеру). Скажи, чтобы она выметалась из номера.

Хэтчер (с наигранной важностью). Заткнись. Сам разберусь… Мисс дель Лаго, время вашего проживания закончилось в половине четвертого дня, а сейчас уже за полночь… Прошу прощения, но вам больше нельзя занимать этот номер.

Принцесса (распахивая дверь). Что вы сказали? Повторите, что вы сказали! (Ее властный голос, драгоценности, меха и повелительные манеры на какой-то момент обескураживают их.)

Том-младший (первым приходя в себя). Это мистер Хэтчер, заместитель управляющего. Вчера вечером вы остановились в отеле с человеком, чье присутствие здесь нежелательно, и нам сообщили, что он находится у вас в номере. Мы прибыли сюда с мистером Хэтчером напомнить вам, что время вашего проживания давно закончилось, и…

Принцесса (повелительно). Время моего проживания в любом отеле мира заканчивается, когда я этого захочу…

Том-младший. Это не любой отель мира.

Принцесса (преграждая им путь). К тому же я не разговариваю с заместителями управляющих, когда хочу пожаловаться на неучтивое ко мне отношение, о чем мне, безусловно, придется заявить касательно моего здесь пребывания. Я не говорю даже с управляющими гостиниц, я разговариваю с их владельцами. Именно с ними касательно проявленной по отношению ко мне неучтивости. (Берет в руки атласное постельное белье.) Это мое белье, и я заберу его с собой. Я никогда прежде не испытывала такого невнимания ни в одном отеле, нигде в мире. Мне известно имя владельца этого отеля. Это сетевой отель, и владеет им мой личный друг, чьим гостеприимством я пользовалась в столицах таких иностранных государств, как… (Том-младший протискивается в номер.) Какого черта он делает в моем номере?

Том-младший. Где Чанс Уэйн?

Принцесса. Так вы ради этого явились? Тогда можете уходить. Его здесь нет с утра, он уехал.

Том-младший. Скотти, проверь ванную… (Открывает шкаф, нагибается и заглядывает под кровать. Скотти уходит вправо.) Как я уже говорил, мы знаем, что вы – Александра дель Лаго. Вы путешествуете с негодяем, о чем вы, уверен, не имеете ни малейшего понятия. Поэтому вам нельзя оставаться в Сент-Клауде, особенно после скандала, который мы… (Скотти возвращается из ванной и знаком показывает, что Чанса там нет.) Так вот, если вам нужна помощь, чтобы уехать из Сент-Клауда, я…

Принцесса (перебивая). Да. Мне нужен шофер. Кто-то, кто сел бы за руль моей машины. Я хочу отсюда уехать, очень хочу. Сама я водить не умею. Меня нужно отсюда увезти!

Том-младший. Скотти, подождите-ка с Хэтчером за дверью, пока я тут кое-что ей объясню… (Те выходят и ждут за дверью в левом конце галереи.) Я обеспечу вам водителя, мисс дель Лаго. Если не смогу, то найду полицейского, полдюжины полицейских. Хорошо? Как-нибудь потом приезжайте в наш город, слышите? Мы расстелим вам красную ковровую дорожку, хорошо? А сейчас до свидания, мисс дель Лаго.

Они удаляются по затемненному коридору. Чанс выходит из своего укрытия в другом конце, медленно и осторожно приближается к двери номера. На пальмовую рощицу налетает ветер. Похоже, он разгоняет гуляющих там, остаток пьесы играется на фоне ночного неба. Ведущие на террасу двери с жалюзи открываются, в номер входит Чанс. Со времени последнего своего появления он демонстрирует гораздо меньше благоразумия. Принцесса не замечает его, пока он не хлопает дверьми. Она ошарашенно поворачивается к нему.

Принцесса. Чанс!

Чанс. У тебя тут были гости.

Принцесса. Тебя искали какие-то мужчины. Сказали, что мое присутствие в отеле и в городе нежелательно, потому что я приехала сюда с преступником и выродком. Я попросила, чтобы мне нашли водителя, чтобы отсюда уехать.

Чанс. Я твой водитель, я пока еще твой водитель, принцесса.

Принцесса. Ты не мог проехать через пальмовую рощицу.

Чанс. Через минуту я буду в норме.

Принцесса. На это уйдет больше минуты, Чанс, послушай меня, а? Можешь меня выслушать? Сегодня утром я слушала с жалостью и пониманием, да, с жалостью слушала твою историю. И в сердце своем прониклась к тебе чувством, на которое, как мне казалось, я уже не способна. Вспомнила молодых людей, которые были для меня тем же, что и ты, или на что ты надеешься. Я ясно всех их видела – глаза, голоса, улыбки, тела, очень ясно. Но имен их я вспомнить не смогла. Я не смогла бы вспомнить их имен без того, чтобы раскопать программки пьес, в которых я начала играть в двадцать лет, где они говорили: «Мадам, граф ожидает вас» или же… Чанс? Им почти это удалось. Да-да, Франц! Да, Франц… как его? Альбертцарт. Франц Альбертцарт. Боже, боже, Франц Альбертцарт… Пришлось его уволить. Он слишком крепко держал меня в сцене вальса, от его жадных пальцев оставались синяки, однажды он мне позвоночный диск сместил, и…

Чанс. Я жду, пока ты замолчишь.

Принцесса. Недавно я встретила его в Монте-Карло. Он был с семидесятилетней женщиной, но, судя по его глазам, сам выглядел гораздо старше. Она вцепилась в него и вела на невидимой цепи по «Гранд-отелю»… по вестибюлям, казино и барам, словно слепую умирающую болонку. А он был ненамного старше тебя. А вскоре он на своем «альфа-ромео» или «феррари» сорвался с утеса на горной дороге где-то на Лазурном берегу. Случайно? Череп у него раскололся, как яичная скорлупа. Интересно, что оказалось внутри? Старые непомерные амбиции, маленькие предательства, возможно, даже скромные попытки шантажа, которые так и не удались, и какие-нибудь остатки былого обаяния и привлекательности. Чанс, Франц Альбертцарт и есть Чанс Уэйн. Пожалуйста, посмотри правде в глаза, и тогда мы продолжим наши отношения, а?

Чанс (отстраняясь от нее). У тебя все? Закончила?

Принцесса. Ты меня не слушал, так?

Чанс (снимая телефонную трубку). И не надо было. Я утром тебе рассказал свою историю и не собираюсь ниоткуда срываться и разбивать себе башку, как яичную скорлупу.

Принцесса. Нет, потому что ты не умеешь водить машину.

Чанс. Коммутатор? Междугороднюю, пожалуйста.

Принцесса. Ты врежешься в пальму. Франц Альбертцарт…

Чанс. Где твоя записная книжка?

Принцесса. Не знаю, что ты там задумал, но все без толку. Сейчас единственная твоя надежда – позволить мне вести тебя на дивной невидимой стальной цепи по «Карлтонам», «Ритцам», «Гранд-отелям» и…

Чанс. Разве ты не знаешь, что я скорее умру? Уж скорее умру… (В трубку.) Барышня? Срочный личный звонок от мисс Александры дель Лаго мисс Салли Пауэрс в Беверли-Хиллз, штат Калифорния…

Принцесса. О, нет! Чанс…

Чанс. Мисс Салли Пауэрс, голливудская журналистка, да, Салли Пауэрс. Да, посмотрите в справочнике. Я подожду, подожду…

Принцесса. Ее номер – Колдуотер пять-девять тысяч… (Зажимает рот рукой, но слишком поздно.)

Чанс. В Беверли-Хиллз, Калифорния, Колдуотер пять-девять тысяч.

Принцесса выходит на авансцену, пространство вокруг темнеет, видна лишь пальмовая рощица.

Принцесса. Зачем я дала ему номер? Ну, а почему бы и нет, все равно я рано или поздно все узнала бы… Я несколько раз начинала звонить, снимала трубку, а потом снова вешала. Так пусть он сделает это за меня. Что-то произошло, я дышу глубоко и свободно, словно паники как не бывало. Может, она исчезла. Он делает за меня то, чего я так боюсь, и ищет за меня ответ. Сейчас он для меня лишь тот, кто совершает этот ужасный звонок и ищет ответ. Я вся в свете. Его почти не видно. Что бы это значило? Может, то, что меня еще рано сбрасывать со счетов и отправлять в тираж?

Чанс. Хорошо, позвоните в «Чейсен». Постарайтесь там до нее дозвониться.

Принцесса. Ну, ясно только одно. Мне нужен лишь этот звонок. Похоже, я стою в круге света, а вокруг все темно. Он где-то там, на заднем плане, словно и не выходил из мрака, где родился. Я снова притягиваю свет, словно корону на голове, предназначенную мне с рождения чем-то особенным в крови. Она моя, я рождена, чтобы ею владеть, как и он рожден для того, чтобы за меня позвонить Салли Пауэрс, дорогой хранительнице моей полузабытой легенды. (Вдалеке звонит телефон.) Легенды, которую я пережила… Чудовища нескоро умирают, они живут долго, ужасно долго. Их тщеславие безгранично, как безгранично их отвращение к самим себе… (Телефон звонит громче, одновременно с этим софиты снова освещают спальню. Она поворачивается к Чансу, и обстановка снова становится более реалистичной.) А телефон все звонит и звонит.

Чанс. Мне дали еще один номер…

Принцесса. Если ее там нет, назови мое имя и спроси, куда до нее можно дозвониться.

Чанс. Принцесса?

Принцесса. Что?

Чанс. У меня есть личные причины для этого телефонного звонка.

Принцесса. Ничуть не сомневаюсь.

Чанс (в трубку). Я звоню по поручению Александры дель Лаго. Она хочет поговорить с мисс Салли Пауэрс… А нет ли другого номера, по которому принцесса могла бы до нее дозвониться?

Принцесса. Если тебе дадут номер, это добрый знак.

Чанс. Как? Хорошо, я туда позвоню… Барышня? Попробуйте позвонить мисс Салли Пауэрс по другому номеру. Каньон семь-пять тысяч… Скажите, что срочно, на проводе принцесса Космонополис…

Принцесса. Александра дель Лаго.

Чанс. Александра дель Лаго звонит мисс Пауэрс.

Принцесса (себе). Кислорода бы чуточку, пожалуйста…

Чанс. Это вы, мисс Пауэрс? Говорит Чанс Уэйн… Я звоню по поручению принцессы Космонополис, она хочет с вами поговорить. Через минуту подойдет к аппарату…

Принцесса. Не могу… скажи, что я…

Чанс (вытягивая телефонный шнур). Дальше не вытягивается, принцесса, придется тебе подойти.

Принцесса нерешительно мнется, затем подходит к протянутой трубке.

Принцесса (тихим, но резким голосом). Салли? Салли? Это вправду ты, Салли? Да, это я, Александра. Это все, что от меня осталось, Салли. Да-да, я там была, но продержалась лишь несколько минут. Как только они начали смеяться не там, где надо, я бросилась бежать по проходу, вылетела на улицу с криками «Такси, такси»… И вот до сих пор бегу. Нет, ни с кем не говорила, ничего не слышала, ничего не читала… Хотелось просто… темноты… Что? Это ты просто снисходительна.

Чанс (словно себе). Скажи ей, что открыла новых звезд. Две звезды.

Принцесса. Минутку, Салли, что-то… дышать нечем!

Чанс (хватая ее за руку). И понапористей. Скажи, чтобы завтра она написала это в своей колонке, во всех колонках, во всех своих интервью на радио сказала… Что ты нашла пару молодых людей, звезд завтрашнего дня!

Принцесса (Чансу). Иди в ванную и подставь голову под холодную воду… Салли… Ты и вправду так думаешь? Ты не льстишь, Салли, ради нашей прежней дружбы?.. Вырос, говоришь? Мой талант? Это как, Салли? Стал глубже? Больше чего? Ах, силы! Ну, дорогая Салли, дай тебе Бог здоровья.

Чанс. Хватит болтать. Скажи обо мне и Хевенли!

Принцесса. Нет, разумеется, рецензий я не читала. Сказала же, что сбежала, сбежала. Со всех ног, куда глаза глядят. Что-что? О… Очень мило с твоей стороны, Салли. Мне даже все равно, если ты говоришь это не слишком искренне. Салли, по-моему, ты знаешь, как для меня прошли эти пятнадцать лет, потому что во мне бьется… «рыдающее сердце артиста». Прости, Салли, я плачу, а салфеток под рукой нет. Прости, Салли, я плачу…

Чанс (шипит у нее за спиной). Эй, обо мне скажи! (Она пинает его по ноге.)

Принцесса. Ты о чем, Салли? Ты и вправду так думаешь? Кто? На какую роль? О господи!.. Кислород, кислород, быстро!

Чанс (хватает ее за волосы и шипит). Обо мне, обо мне! Ах ты, сука!

Принцесса. Салли? Слишком чувства нахлынули, прямо через край. Можно я тебе попозже позвоню? Салли, я перезвоню… (В восторженном полузабытьи вешает трубку.) Моя картина бьет рекорды по кассовым сборам в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе.

Чанс. Перезвони ей, пусть трубку возьмет.

Принцесса. Бьет рекорды. Величайшее возвращение в истории кинематографа – вот как она это называет…

Чанс. Ты обо мне ни слова не сказала.

Принцесса (себе). Сейчас появляться нельзя, рано еще. Надо на недельку лечь в клинику, потом на неделю или дней на десять съездить на ранчо в Вегасе. Неплохо бы вызвать туда Акерманна, чтобы тот сделал несколько кинопроб, прежде чем я отправлюсь на Западное побережье…

Чанс (у телефона). Иди сюда, перезвони ей.

Принцесса. Машину оставлю в Новом Орлеане и полечу самолетом в… в… в… Таксон. Надо привлечь Штрауса, пусть займется моей рекламой. И нужно хорошенько замести следы последних нескольких недель… в аду!

Чанс. Иди сюда. Вот, перезвони ей.

Принцесса. Чего-чего?

Чанс. Поговори с ней обо мне и о Хевенли.

Принцесса. Поговорить о мальчишке с пляжа, которого я подобрала ради удовольствия, чтобы отвлечься от депрессии? Теперь, когда кончился кошмар? Связать свое имя Александры дель Лаго, обладательницы… Ты же меня используешь. Просто используешь. Когда ты был мне нужен, то закричал: «Кресло-каталку!» Так вот, кресло-каталка мне не понадобилось, я сама выкарабкалась, как и всегда. Я вернулась в страну великанов-людоедов, где теперь живу одна. Чанс, ты проехал то, мимо чего нельзя было проезжать. Проехал мимо своей лучшей поры, мимо молодости. Это все, что у тебя было, а теперь этого нет.

Чанс. Да кто бы говорил, черт подери! Смотри. (Силой поворачивает ее к зеркалу.) Погляди в зеркало. Что ты там видишь?

Принцесса. Я вижу Александру дель Лаго, актрису и звезду. Теперь твоя очередь, что ты видишь?

Чанс. Я вижу Чанса Уэйна…

Принцесса. Франца Альбертцарта, лица которого безжалостно коснется завтрашнее утреннее солнце. Конечно, в самом начале ты был увенчан лаврами, на твоих золотистых волосах покоился лавровый венок, но золото тускнеет, а лавры вянут. Посмотри на себя, на жалкое чудовище… (Она гладит его по макушке.) Конечно, мне известно, что я тоже чудовище. Но с одним отличием. Знаешь, в чем оно? Нет, не знаешь. Так я тебе скажу. Из страсти и мучений своего существования я создала нечто, что могу открыть миру – скульптуру почти героическую, с которой я могу сбросить покров, и это правда. А ты? Ты вернулся в город, где родился, к девушке, которая не желает тебя видеть, потому что ты наполнил ее тело такой гнилью, что ее пришлось резать, вычищать и вешать на крюк, словно приготовленного для воскресного обеда цыпленка… (Он замахивается, чтобы ударить ее, но его поднятый кулак устремляется вниз и ударяет его в живот. Чанс сгибается пополам и жалобно вскрикивает. В пальмовой рощице шумит ветер, еле слышно вступает печальная музыка.) Да, и ее брат, один из тех, кто ко мне приходил, угрожал тебе тем же самым. Кастрировать тебя, если ты здесь останешься.

Чанс. Дважды этого сделать нельзя. Ты проделала это со мной утром, вот на этой кровати, где я имел честь, имел огромную честь…

Ветер шумит сильнее. Они отходят друг от друга: он – к кровати, она – к маленькому туалетному столику.

Принцесса. Годы проделывают с женщиной то же самое… (Ссыпает со столика в сумочку жемчуга и пузырьки с таблетками.) Ну…

Внезапно она бессильно обмякает, ее ярость улетучивается. В ее лице и голосе проявляется какая-то неуверенность, выдающая то, что она вдруг понимает, что ожидающее ее будущее – отнюдь не череда триумфов. Она по-прежнему держится величественно, когда подхватывает серебристый норковый палантин и закутывается в него. Тот моментально сползает у нее с плеч на пол; она, похоже, этого не замечает. Чанс поднимает палантин и набрасывает ей на плечи. Она презрительно фыркает и поворачивается к нему спиной. Затем решительности у нее убавляется, она поворачивается к нему лицом и смотрит испуганным, одиноким и нежным взглядом огромных темных глаз.

Принцесса. Я уезжаю, пора ехать. (Он слегка кивает, ослабляя виндзорский узел черного вязаного галстука. Она по-прежнему смотрит на него.) Ну так ты едешь или остаешься?

Чанс. Остаюсь.

Принцесса. Тебе нельзя здесь оставаться. Я отвезу тебя в соседний город.

Чанс. Спасибо, но… Спасибо, принцесса.

Принцесса (хватая его за руку). Едем, тебе нужно уехать вместе со мной. Мое имя связано с твоим, мы вместе зарегистрировались в отеле. Что бы с тобой ни случилось, в это впутают и меня.

Чанс. Все, что могло со мной случиться, уже случилось.

Принцесса. Что ты пытаешься доказать?

Чанс. У всего должен быть смысл, так, принцесса? Я о том, что если жизнь не имеет смысла, то ты ничего не достиг, всегда что-то оставалось, всегда чего-то не хватало, так ведь? Так вот, во всем по-прежнему должен оставаться смысл.

Принцесса. Я пошлю коридорного за багажом. Тебе лучше спуститься вместе с ним.

Чанс. Я не предмет твоего багажа.

Принцесса. А чем еще ты можешь быть?

Чанс. Ничем… но не предметом твоего багажа.

ПРИМЕЧАНИЕ. В этой сцене очень важно, чтобы поведение Чанса означало самоосознание, а не жалость к самому себе. В нем должны проявляться достоинство и честность обреченного человека. В Чансе и Принцессе нужно показать единение потерянных людей, но без фальшивой сентиментальности, а с правдивостью моментов, когда люди разделяют обреченность, когда вместе идут на расстрел, потому что Принцесса так же обречена. Она, в отличие от Чанса, больше не может повернуть время вспять, и время одинаково безжалостно к ним обоим. Для Принцессы – очень недолгое возвращение к призрачной славе. Сообщенное Салли Пауэрс может быть и наверняка является правдой, но показать, что она идет навстречу триумфу – значит исказить перспективу ее будущего. Принцесса подсознательно признается себе в этом, когда садится на кровать лицом к зрителям рядом с Чансом. Их обоих ждет катастрофа, и в глубине души она это знает. Они сидят рядом на кровати, как пассажиры на одной скамье в поезде.

Принцесса. Чанс, нужно двигаться дальше.

Чанс. Двигаться куда? Мне нельзя было проезжать мимо своей молодости, но я ее проехал.

Вступает печальная музыка и продолжается вплоть до занавеса.

Принцесса. Ты еще молод, Чанс.

Чанс. Принцесса, возраст некоторых людей можно определить только по уровню накопившейся в них гнили. По этой мерке я – древний старец.

Принцесса. А я кто? Знаю, я мертва, как старая египетская… Забавно, да? Мы еще сидим рядышком в этом номере, словно на одной скамье в поезде… и вместе куда-то едем… Гляди. Вон ослик ходит кругами, поднимая воду из колодца… (На что-то показывает, словно из окна поезда.) Смотри, пастушонок гонит стадо. Какая старая, безвременная страна. Гляди…

Все громче и громче тикают часы.

Чанс. Нет, послушай. Я не знал, что здесь есть часы.

Принцесса. По-моему, часы есть везде, где живут люди…

Чанс. Он идут – тик-так – тише, чем бьется сердце. Но это мина замедленного действия, она скоро взорвется и разнесет мир, в котором мы жили, на мелкие обгорелые кусочки… Время – кто может его одолеть, кто когда-нибудь сможет его победить? Может, герои и святые, но только не Чанс Уэйн. И я ведь чем-то жил… временем?

Принцесса. Да, временем.

Чанс. …которое грызет, как крыса грызет свою лапу, попавшую в капкан, а потом, отгрызя ее и вырвавшись на свободу, не может бежать, истекает кровью и умирает.

Тиканье часов стихает.

Том-младший (за сценой слева). Мисс дель Лаго…

Принцесса. По-моему, объявляют нашу… станцию…

Том-младший (за сценой). Мисс дель Лаго, я нашел вам водителя.

Входит полицейский и ждет на галерее.

С усталой грациозностью она встает с кровати, задержав руку на плече сидящего рядом Чанса, и, немного пошатываясь, идет к двери. Открыв ее, лицом к лицу сталкивается с Томом-младшим.

Принцесса. Пошли, Чанс, у нас тут пересадка… Идем же, нам надо ехать дальше… Чанс, прошу тебя…

Чанс качает головой, и Принцесса устало машет рукой. Уходит по коридору вместе с полицейским и скрывается из виду.

С лестницы входит Том-младший, останавливается и негромко свистит Скотти, Баду и третьему мужчине, которые входят и останавливаются в ожидании. Том-младший спускается по лестнице спальни и останавливается на нижней ступеньке.

Чанс (вставая и выходя на авансцену). Я не прошу у вас жалости, а всего лишь понимания… даже не его… нет. Просто узнайте в себе меня, а во всех нас – нашего общего врага, время.

Занавес