Текст книги "Против течения судьбы (СИ)"

Автор книги: Татьяна Зинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)

   Я улыбалась. Тони тоже.

   – Я бы показала тебе фотографии, но, боюсь, что батарейка в фотике села окончательно, и у меня ничего не получиться, – он сел, а я залезла на его коленки, и, сев к нему лицом, и обхватила ногами его тело. – Тони, я рада, что мне больше не нужно это от тебя скрывать.

   – И я рад, что ты знаешь, что я знаю... – от улыбнулся чистой мальчишеской улыбкой.

   Небо уже окончательно посветлело, и с низу донёсся стук копыт.

   – Пора, Кери. Скоро за нами придут... – он вмиг помрачнел.

   Я обхватила его лицо.

   – Не смей терять надежду! Вспомни про свою семью! Я уверена, что без тебя они, конечно, не пропадут, но твоя смерть их явно не порадует. И я бы никогда не поверила, если бы мне сказали, что Энтони Свон перестал бороться. Знай, я с тобой и я в тебя верю... – я этими словами я встала и стянула с него простыню, в которую мы с ним были замотаны, как в кокон.

   – Эй, – он сделал обиженное лицо, но тут же улыбнулся.

   – Ты мне так гораздо больше нравишься, – Ответила я, рассматривая его обнажённый торс.

   Пока Тони натягивал штаны, я подошла к окну, стараясь понять, где мы находимся. Вокруг был один лишь лес. Такое чувство, что этот замок забросили лет четыреста назад, и больше сюда никто никогда не приходил.

   – Надень это, – сказал Тони, протягивая мне рубашку, – А простынь завяжешь в качестве юбки, – Он ласково чмокнул меня в весок. – При всём уважении я не могу позволить тебе демонстрировать своё шикарное тело всякому сброду...

   Я не смогла сдержать себя и, обняв его за шею, нежно поцеловала.

   – Ты только моя... – он прошептал это с такой интонацией, что голова моя пошла кругом.

   – Я хочу, чтобы и ты был только моим, Тони... – сказала я, чувствуя как тону в голубых озёрах его глаз.

   Он было хотел что-то ответить, но тут дверь открылась и на пороге появился мой вчерашний знакомый здоровяк. Кстати, при свете дня он мне показался ещё более большим и грозным.

   – Ваше высочество, – он демонстративно поклонился Тони, – господин Капитан ожидает вас в холле. На сборы минута.

   Дверь за ним закрылась, и я принялась судорожно натягивать рубашку и обматываться простынёй. Тони же больше сейчас напоминал мраморную статую: бледный, ошарашенный и почти не дышит.

   – Тони... – я постаралась его поцеловать, но он не ответил на мой поцелуй.

   – Всё пропало... – он грустно усмехнулся. – Они знают, кто я.

   – Поверь мне, не знают. Этот приём на русском называется “брать на понт”, – слова родной речи резанули по уху. – Они как бы говорят тебе, что знают, что у тебя есть титул, но не знают при этом ничего наверняка. Просто, стой на своём, ты справишься. Если хочешь, скажи им, что я твоя жена, а они никогда не поверят, что я могу быть женой аристократа. Слишком много во мне плебейских замашек...

   В это момент дверь снова скрипнула, и громила вежливо предложил нам пройти вперёд.

   Мы долго спускались по тёмным лестницам и шли по старинным коридорам, пока, наконец, перед нами не открылся большой светлый зал. В отличии от нашей камеры, стены здесь были завешаны гобеленами, пол выложен мраморной плиткой, а окнах имелись стёкла. И мебель, и ковры, вот только не очень новые и не совсем опрятные, а так, очень даже ничего.

   – Батюшки, кого я вижу! Энтони Свон, собственной персоной! Как же тебя, мой мальчик вообще занесло в мои владения? – эти слова принадлежали высокому светловолосому мужчине, с идеальной осанкой, и цепким взглядом серых глаз. Я поняла, что всё пропало!

   – Добрый день, Дамиан, ты мне не поверишь, но безумно я рад тебя видеть! – проговорил Тони, улыбаясь так искренне и открыто, что я вовсе перестала понимать, что происходит. Мужчина с самым серьезным выражением лица медленно подходил к Энтони, и когда расстояние перед ними оказалось минимальным, резко обнял парня. Тони же обнял его в ответ.

   – Арк, выгони всех, и распорядись, чтобы принесли завтрак, – проговорил мужчина, но вся шайка продолжала стоять в полном недоумении, глядя на своего предводителя. Видя подобную реакцию, он закричал, да так, что всё тело в одночасье покрылось мурашками. – Вон! Все вон! Живо!

   Вот это эффект! С таким голосом у него бы хорошо получилось разгонять демонстрации. Всю шайку сдуло из комнаты меньше чем за десять секунд.

   – Да ребята, выглядите вы не важно, – сказал Дамиан.

   – Спасибо твоим головорезам, что вообще в живых оставили, – парировал Тони.

   – А, вы, мадмуазель, подруга этого оболтуса? – обратился он ко мне. Правда мадмуазель меня сейчас мог назвать только слепоглухонемой повеса. Мне, в моём нынешнем виде прекрасно подошло бы место с протянутой рукой в переходе.

   – Наверно, я больше подруга его сестре и его другу, чем ему. Мы с Тони, компаньоны, – ответила я.

   – Насколько я помню, у Тони всегда был только один друг, Алекс? – спросил предводитель разбойников.

   – Ничего не изменилось, – ответил Тони.

   – Значит, вы подруга Алекса? – удивился Дамиан.

   – Да, но, просто подруга. Точнее даже друг!

   – И как поживает Алекс? – спросил мужчина, почему то обращаясь ко мне.

   – Отлично, правда теперь у него только одна авантюра, зато постоянная. Вот уже третий месяц он пытается добиться расположения Мардж.

   Дамиан рассмеялся:

   – Алекс? С сестрой Тони?! Вот это поворот...

   Мужчина продолжал смеяться, а Тони сидел с каменным лицом.

   – И ты ему позволишь? – наконец, успокоившись проговорил мужчина.

   – Выбор только за Марджери. Как она решит, так и будет.

   – И с каких пор ты стал таким демократичным?

   – С момента появления в моей жизни вот этой особы, – он кивнул головой в мою сторону.

   – Хотите угадаю ваше имя? – обратился он ко мне.

   – Попробуйте...

   – Кери Вебер, правильно?

   Я была ошарашена.

   – Но как? – я решила, что гадать всё ровно бессмысленно. Проще спросить.

   – Мы тоже газеты читаем... – загадочным голосом проговорил он. – А если честно, то один торговец приехал накануне в деревню, а там и рассказал хозяину, о последних происшествиях в Лондоне. Все от души посмеялись.

   Я залилась краской. Да таким слоем, что наверно теперь до конца моих дней сходить будет. Значит, история моего триумфального дефиле в нижнем белье пошла по окраинам, а я то надеялась на то, что пока меня не будет в городе все сплетни благополучно улягутся. А не тут то было. Они преследуют меня по пятам.

   – Дорогая, не стоит так отчаянно краснеть... Все свои.

   – Да уж... Вы отпустите нас? – ситуация, конечно весёлая, но на главный вопрос пока так никто и не ответил.

   – Конечно, нет! – проговорил мужчина ровным голосом. – Пока не позавтракаете, я вас никуда не отпущу!

   Вот шутник, тоже мне. Я уже мысленно начала прощаться с жизнью, а он оказывается шутит...

   – Кстати, Кери, Алекс, мой родной племянник...

   В дверь вошли две женщины, неся на подносах чашки с чаем и какие-то булочки. Пока они расставляли всё это добро перед нами, я лишь ошарашено хлопала ресницами, пытаясь переварить информацию. Алекс племянник этого Дамиана? Как?

   – А можно на этом месте поподробнее? А то я совсем перестала понимать окружающий меня мир...

   – Нельзя... – он ответил мне со светской улыбкой, но я поняла, что докапываться дальше нет никакого смысла. Лучше потом спрошу у самого Алекса. – Тони, вы едите в Дувр?

   – Да, у нас там встреча с потенциальным партнером... – он одну за другой пожирал ароматные булочки с джемом, и я вспомнила, что последний раз ела вчера днём.

   – Как же так получилось, что вы оказались ночью одни на дороге? – продолжил допрос Капитан.

   – Решили прокатиться верхом, и потеряли счёт времени, – ответил парень. – Искать обратную дорогу пришлось в кромешной темноте, там мы и повстречали твоих ребят.

   – Ага, мой Буйвол надолго запомнит твою подружку... – опять рассмеялся Дамиан. Вижу у него вообще сегодня настроение весёлое.

   – Что он с ней сделал? – Тони вмиг изменился до неузнаваемости, лицо вытянулось, а судя по выражению его глаз, сейчас будет взрыв.

   – Да остынь ты, – осадил его дядя Алекса, – Он её ударил, да и то не сильно, а вот она на него с клинком кидалась и даже, представляешь, несколько минут держала лезвие у его шеи. Там даже рана осталась...

   – Кери, ты совсем идиотка?! – Тони смотрел на меня как на полоумную. – Ты вообще соображаешь, что он мог сломать тебя одним ударом.

   – Но не сломал же! – ответила я. – И вообще, что мне оставалось делать, ты был без сознания!

   – Ладно, детки, не ссорьтесь, и вообще, как я понимаю, вам пора... – проговорил хозяин дома. – Лошадей я вам верну, а с остальным уж извините. Ребята не станут отдавать свою добычу!

   – Спасибо, что живые уходим... – огрызнулась я, вставая из-за стола, вместе со всеми.

   – Если хочешь, я могу оставить тебя здесь, дорогая, ещё на несколько дней, – проговорил Дамиан, а я тут же спряталась за спину Тони. – Дерзкая девочка, как ты её терпишь?

   – Я уже научился получать удовольствие от её дерзости, – ответил Энтони.

   – Удачи вам, и привет моему племяннику, – сказал он нам на прощание, когда через полчаса, мы уже сидели на своих лошадях. – Заезжайте в гости! – “Нет уж, спасибо”, подумала я про себя, всё ещё до конца не веря, что мы остались живы ...

   Глава 26. У каждой ошибки есть свои последствия.

Закройте дверь перед всеми ошибками, и истина не сможет войти.

(Рабиндранат Тагор)

      Как только массивные ворота этого средневекового убожества закрылись за нами, и я окончательно осознала, что нашим жизням больше ничего не угрожает, то резко рванула вперёд, сразу пуская лошадь в галоп. Мне почему-то казалось, что я должна как можно скорее покинуть это место... Хотя, именно здесь, в этом ужасном сооружении из камня, в холодной камере, на неотесанных досках и была впервые по настоящему счастлива.

      Я неслась так, как будто за мной гналась как минимум стая голодных волков. А ведь это был всего лишь Тони... Но, наверно, в этой ситуации волки были ли предпочтительней.

   Отчего-то мне совершенно не хотелось с ним разговаривать... Почему? Да просто я трусиха! Просто было до жути страшно услышать от него, что либо... И не важно что. Всё ровно страшно!

   Вообще, я всегда считала себя смелой, мужественной, решительной... Но, только не сейчас.... Сейчас я бежала. Наверно, глупо бежать от будущего, от разговора, который всё ровно рано или поздно состоится. И пусть мозгом я всё это прекрасно понимала, но никак не могла заставить себя натянуть поводья и решить посмотреть в эти, так любимые мной, голубые глаза.

      И вот, дорога, по которой я мчалась, как ветер, начала плавно раздваиваться, как раз возле огромного дуба. И здесь, в этом самом месте, мне всё-таки пришлось затормозить. Может быть это было знаком, а может простым стечением обстоятельств, но всё выглядело так, что дальнейший путь без Тони я выбрать не могла...

      – Кери, скажи на милость, от кого ты бежишь?! – спросил мой спутник, останавливая своего замученного коня рядом с моей кобылой. – За нами уже никто не гонится!

      Он посмотрел на меня очень внимательно, и по его укоризненному взгляду стало понятно, что он не просто догадывается, а прекрасно знает, что именно заставило меня мчаться наперегонки с ветром. Наверно, сейчас я выглядела как потерявшийся беспризорник: оборванная, растрепанная и с жуткой растерянностью в глазах. Хотя, в данных обстоятельствах, сей факт волновал меня меньше всего.

      – Ничего не хочешь мне сказать?! – голос Тони звучал грубо, я бы даже сказала, что в нём промелькнула обида, а в его глаза я и вовсе старалась не заглядывать, прекрасно зная, что ничего утешительного там не увижу.

      – Нет... не сейчас, – ответила, опуская голову..

      Он подъехал ближе, и, коснувшись пальцами моего подбородка, приподнял лицо, заставляя посмотреть в его глаза.

      – Тони... – прошептала я, напоровшись на его внимательный взгляд. – Мы чудом избежали гибели... Я... просто не могу сейчас адекватно соображать.

      – Может, тогда нам лучше остановиться и передохнуть? – теперь в его голосе появились заботливые нотки. – Хотя, по моим расчётам, до Дувра осталось не больше трёх миль.

      – Тогда, лучше не останавливаться...

      – Ладно, – согласился он. – Но часть пути мы преодолеем шагом... Лошади устали.

      Он взял поводья моей кобылы, и мы тронулись в путь. Наверно Тони подозревал, что я опять могу сорваться на галоп, пытаясь убежать от всего, поэтому и решил перестраховаться.

      Мы ехали в полной тишине. И сейчас она давила как никогда прежде. Я лихорадочно думала, о чём можно спросить, чтобы разговор никак не мог перейти на наши отношения. И тут вспомнила...

      – Можешь объяснить мне, откуда ты знаешь этого Дамиана, и как он может быть дядей Алекса? – этот факт поверг меня в настоящий шок, и подходящего возможного ответа в голове никак не находилось.

      Тони усмехнулся.

      – Это долгая и старая история, – ответил он. – И поверь, для меня встреча с Дамианом стала огромным сюрпризом. О нём так давно ничего не было слышно, что мы с Алексом решили, что либо он в очередной раз подался в бега, либо давно покинул этот мир...

      – Даже так?! – ошарашено выпалила я. – Век – живи, век – удивляйся!

      – В общем, Дамиан – младший брат мистера Артура Митчелла, отца нашего с тобой общего друга. Алекс рассказывал, что он с самого детства любил везде таскать его с собой. А больше всего этот шумный повеса увлекался мореплаванием. Даже купил себе корабль с командой и отправился путешествовать. Где он только не бывал, куда его только не заносило попутным ветром. Но... – Тони глубоко вздохнул. – Вскоре, его отец, обанкротился и от былой мощи у семьи остался только титул. Да и тот, должен был достаться старшему брату. Вот тогда Дамиана перестали принимать в обществе, друзья покинули, а его многочисленные девушки, предпочли других, тех, у кого были деньги. Тогда-то он и подался в пираты. И знаешь, на мой взгляд, это занятие подходило ему идеально. Опытный мореплаватель, жестокий авантюрист, подкреплённый ненавистью к аристократии, ко всем, кто оказался фальшивыми друзьями, он стал грозой ближних морей. И продолжал жить в роскоши, хоть и вне закона... Но, когда его отец, дедушка Алекса, узнал о занятии сына, его сердце не выдержало.

   Мы ехали медленно, и слушая рассказ Тони, мне начало казаться, что мы с ним просто совершаем обычную верховую прогулку, а не бредём кое-как по неизвестному лесу... Что мы просто добрые приятели, а не жуткие враги, и всё просто замечательно...

     – Как старшему в сыну, после смерти отца, мистеру Артуру Митчеллу достался титул и куча долгов, – продолжил Энтони, светским тоном, что ещё больще укрепило мою глупую иллюзию. – Он крутился, как мог, стараясь спасти семью от полного разорения. Дело осложнялось тем, что будучи братом известного на всю страну пирата, он и сам стал изгоем для общества, как, в прочем, и вся его семья.

      Отец тогда запретил мне общаться с Алексом, запретил любому из членов его семьи переступать порог нашего дома. Но я не мог отказаться от друга, только потому, что так кто-то решил, пусть этот кто-то и был моим родителем. Мы продолжили общаться. Я бы даже сказал, что после этого мы стали ещё ближе.

      Финансовое положение их семьи тогда спас именно Дамиан. Он вручил брату крупную сумму денег, которых с лихвой хватило, для восстановления всех былых мощностей предприятий их семьи. Но большую часть они решили вложить в железную дорогу, и не прогадали. – Он усмехнулся, сильнее погружаясь в свои воспоминания. – Мы с Алексом даже несколько раз выходили в море на корабле Дамиана. Правда, в набегах нам так ни разу поучаствовать не удалось. Дамиан принципиально ни на кого не нападал, пока мы были на борту. Он говорил, что нам обоим ещё слишком рано пятнать свою репутацию. Особенно чужой кровью... Если бы отец узнал об этом, он бы убил меня собственными руками.

      Пока Тони рассказывал, его глаза горели, каким-то совершенно диким азартом. Я, конечно, знала, что в душе он авантюрист, ещё больший, чем его лучший друг. Но ему всегда удавалось мастерски скрывать это от окружающих.

      – Когда я познакомилась с Алексом, он как-то вскользь обронил, что как и я, в своё время был изгоем для вашей семьи. А потом долго смеялся, удивляясь таким совпадениям, – проговорила я, наблюдая за реакцией моего спутника. Тони же медленно хмурился.

      – Хочешь сказать, что я повёл себя так же, по отношению к Мардж, как и мой отец когда-то по отношению ко мне? – спросил он, злобно прищурившись.

      – Да. А разве ты так не считаешь? – ответила я, с вызовом глядя в его глаза. Можно сказать, что сейчас я несознательно провоцировала Тони на очередной скандал, или хотя бы перепалку. Но мне совсем не хотелось ругаться, просто за время нашего общения это уже успело стать моей странной защитной реакцией от его обаяния.

   Каждый раз, когда наше общение начинало заходить за рамки дружеского – мы ругались. И почти всегда инициатором этих ссор становилась именно я.

      Но в этот раз Тони меня удивил.

      – Возможно, ты и права... – ответил он. – Да, я тогда не стал вдаваться в подробности ваших отношений с Мардж, решил закрыть глаза на то, что она, наконец, выбралась из своего заточения, предпочёл не заметить, что она стала гораздо чаще улыбаться.

      – Тони... скажи, почему ты хотел выдать Марджери замуж за этого Ротвиша? – спросила я, но глядя на то, как странно потемнели его глаза и напряглись руки, трижды пожалела, что вообще решила задать этот вопрос. Пришлось срочно искать пути смягчения его гнева, а то, судя по колючему взгляду, ещё пару таких вопросов, и он с радостью прикапает меня под ближайшим кустом. – Понимаешь... теперь, зная тебя, Мардж и этого вашего графа Дронка, я не нахожу никакого разумного объяснения тому твоему решению. У меня в голове не укладывается, что должно было произойти, чтобы ты решил отдать свою родную сестру этому... хм... типу?

     Он одарил меня странным многозначительным взглядом, и мне даже на секунду показалось, что я сейчас услышу что это не моё дело. И пусть, Тони был одним из немногих, кто умеет признавать свои ошибки, но вот признаваться в них другим – было для него не так просто.

      – Это что, настолько важно? – в его вроде бы шутливом тоне сквозило жуткое раздражение.

      – Просто я хочу понять, что двигало тобой в тот момент... – ответила, поднимая на него взгляд. – Понимаешь, я услышала эту историю сначала от миссис Коул, а уже потом от самой Мардж. И мне очень хотелось бы услышать её от тебя. Может это глупо, но я хочу найти оправдание твоей глупости...

      – А если у неё нет достойного оправдания, что тогда? – спросил он.

      – Я просто хочу тебя понять... – тихо ответила я.

   После этих лов, он даже остановился, и повернувшись, посмотрел на меня со странной смесью удивления, недоверия, боли и раскаянием, что мне стало его жаль. Потом, грустно усмехнувшись какой-то своей мысли, снова отвернулся, и пустил коня шагом. Я же, так ничего и не добившись, уныло поплелась за ним.

      – В то время наша семья испытывала большие финансовые трудности, – начал он, а я удивлённо притихла, боясь, что он может в любой момент передумать рассказывать об этом, ведь сам факт подобного откровения уже можно было заносить в красную книгу, как нечто безумно редкое! – Всё былое состояние нашей семьи оказалось растрачено впустую, дома заложены, а отцовская фабрика – разорена. Во время поездок по миру, которые занимали почти всё его время, он оставлял меня управлять делами. Но, в то время спасать было уже не чего. Да и что я тогда мог?! – Тони грустно усмехнулся. – Я говорил отцу, что дела плохи, да он и сам это прекрасно понимал, но ничего предпринимать не собирался. Вернувшись из одного круиза, они с мамой тут же уезжали в другой. Они всё время бегали, как и ты...– он так многозначительно на меня посмотрел, что мне вдруг стало стыдно за своё поведение. Не думала, что моё поистине страусиное желание держаться по дальше от этого парня он может воспринять именно так... странно. – Мама пыталась убежать от воспоминаний о своём погибшем ребёнке, отец – от множественных кредиторов. И всё было терпимо, пока, четыре года назад, не пришла весть об их гибели...

      Тони замолчал, и в этот момент мне просто безумно захотелось обнять его, сказать, что я никогда его не брошу, что всегда буду с ним. Но... думаю, вряд ли бы он оценил такой порыв. И, к тому же, я совсем не уверена, что смогу остаться рядом с этим человеком, как и в том, что он тоже этого захочет.

      – Признаю, я обвинял мать в слабости, а отца в том, что он предпочёл сбросить на меня все свои обязанности, но... когда их не стало, я был просто потерян... Разбит. А вместе с горечью утраты на меня свалился титул, сестра, два малолетних брата и куча долгов... Для парня в двадцать два года это оказалось слишком... – Тони грустно улыбнулся. Жаль, что сейчас я не могла видеть его глаз. Но, увидев их, увидев всю боль и искренность отражённую там, наверно, я бы больше никогда не стала убегать от него. Просто не смогла бы уйти... Так что, даже хорошо, что я этого не вижу. – С каждым днём дела шли всё хуже и хуже. Я старался оттянуть полный крах, получая деньги от одних кредиторов, и отдавая их другим. Но так тоже не могло продолжаться долго. А в одни прекрасный день, мне сообщили, что единственный источник доходов нашей семьи – фабрика, сгорела дотла. Вот тогда у меня началась паника. Примерно в то же время и появился мистер Ротвиш... Он сообщил мне, что был близким другом отца, и что может помочь нам, выдав крупный заём без процентов и на длительный срок. Более того, он сказал, что поможет мне правильно вложить эти деньги, чтобы моя семья больше никогда не бедствовала. А когда я спросил, зачем ему это, он ответил, что хочет таким образом вернуть долг чести моему отцу... Жаль, что тогда я не знал, какого рода долг имел ввиду мой спаситель.

      Мы проехали мимо небольшого ручья, и здесь я очень явно почувствовала знакомый с раннего детства запах моря. Такой родной и далёкий... он напоминал о доме.... о прошлом. Но сейчас это означало только то, что до конца нашего путешествия до цивилизации осталось совсем чуть-чуть.

      – В общем, он попросил у меня позволения жениться на моей сестре. Сказал, что очарован её красотой и что если мы станем одной семьёй, он сможет выделить мне большую сумму и на больший срок. В тот момент, мне казалось, что с этим человеком Марджери будет хорошо. Во-первых он солидный, у него есть титул и много денег, а во вторых, мне было бы спокойней, если бы она оказалась под присмотром мужа... Понимаешь, в то время мы не могли себе позволить ничего лишнего. Я даже платье своей сестре купить не мог. И, естественно, хотел, чтобы она была обеспечена всем... Правда, Мардж долго отказывалась от этого брака, твердя, что выйдет замуж только по любви. Я же тогда был слишком циничен, чтобы верить в подобную чушь. И в итоге, она согласилась. На организацию церемонии ушли все последние деньги нашей семьи, и выходка Мардж тогда просто вывела меня из себя. Она одним словом перечеркнула всё, чего я так долго добивался. Но сейчас... я рад, что всё получилось именно так. – Он, наконец, повернулся ко мне. – Ты наверно считаешь меня извергом?

      – Совсем нет... – ответила, дотягиваясь до его ладони. Я не смогла удержаться от этого порыва. Это оказалось сильнее меня. – Ты хотел как лучше... и, знаешь, этот Ротвиш не похож на друга... Может, конечно, его так озлобил прилюдный отказ Мардж, но... после того, что он назвал “маленькой местью”, я начала его бояться.

      – Ты имеешь ввиду то, что он пытался напасть на Мардж в саду дома Робертсонов? – спросил Тони, сильнее сжимая мою руку.

      – Так ты всё-таки знаешь об этом? – удивилась я, ведь мистер Робертсон пообещал не сообщать Тони. Но, если он в курсе, то почему этот Ротвиш до сих пор жив?

      – Знаю... – ответил он, глухим голосом.

      – Но, откуда? – удивилась я.

      – От самого Ротвиша, – в голосе Тони было столько злости, что мне самой стало страшно.

      – Он что, имел наглость явиться к тебе и всё рассказать? И ты ничего ему не сделал?! – я была искренне шокирована, а мой мозг отказывался верить, что такое вообще возможно.

      – Нет... – ответил он.

      – Но почему, Тони?! – даже не думала, что такой его ответ может настолько меня взбесить, и даже постаралась вырвать свою руку, но он держал её слишком крепко.

      – У Ротвиша есть документы, которые подтверждают, что мой отец получал деньги от ряда правительств других стран, за то, что, якобы, занимался для них шпионажем. И если они станут достоянием гласности, то отца объявят предателем, всё имущество нашей семьи будет конфисковано, и титул в том числе.

      Я побледнела.

   Вот это поворот! Хотя, давно нужно было догадаться, что не всё в этой истории так просто, как кажется.

      – Твой отец на самом деле был шпионом? – стараясь не выдать своего волнения, спросила я.

      – Не знаю... – грубо ответил Тони. – Как ты понимаешь, спросить уже не у кого.

      – Вот засада... – проговорила я себе под нос.

      – Ещё какая. И выхода из неё не видно... Я уже не первый год стараюсь выяснить истину, но пока почти ничего не добился, – проговорил он, а потом вдруг легонько улыбнулся и продолжил. – Когда он сказал мне, кто осмелился оставить на его лице шрам, я еле сдержался чтобы не засмеяться в голос. Ещё тогда я должен был понять, что на подобное способна только одна девушка на Земле, но был так зол на вечно скрывающуюся от меня компаньонку Мардж, что даже не подумал что вы с ней, один и тот же человек.

      – Вот видишь. Оказывается, я тоже способна на подвиги... – ответила, старательно изображая гордого победителя.

      – Если б ты ещё хотя бы иногда думала, перед тем, как пойти на очередной подвиг, было бы вообще замечательно... – улыбнулся Тони, а в его глазах появились весёлые искорки.

      – Мне нужно сказать тебе, кое-что, касательно Ротвиша, – проговорила я, поражённая его откровение. Наверно, учитывая все обстоятельства, мне не стоило вообще говорить об этом Тони, но и молчать я больше не могла.

      – Я тебя внимательно слушаю, – он посмотрел на меня, и в глазах читалось явное беспокойство. Ведь кому, как ни Тони знать на какие подлости способен этот тип.

      – В общем, выходка Мартины на открытии ресторана Марджери, была разыграна с его подачи.

      – С чего ты это взяла?

      – Он сам мне сказал... – ответила я, и мне показалось, что Тони даже слегка перекосило.

      – Он приходил к тебе?!

      – Нет. Всего лишь встретил меня на улице, и тут же посчитал своим долгом сообщить, что мой прилюдный позор, его рук дело. А точнее не рук, а больной фантазии. Он сказал, что гораздо изящнее наносить удары в спину своему сопернику, а ещё лучше делать это чужими руками...

      – Вот сволочь! – выругался Тони.

      – А ещё сказал, что за шрам на его щеке, он поставил крест на моей репутации, – я грустно усмехнулась. – Знал бы он, что для меня в этом городе важно мнение только некоторых личностей.... И они, к счастью, не стали меня осуждать... А в остальном... неприятно, конечно, но не смертельно...

      Улыбнувшись, Тони притянул меня к себе и поцеловал в висок. Да так, что я чуть с лошади не навернулась.

      – Кери, ты моё маленькое чудо! Надеюсь, что ты никогда не перестанешь меня удивлять... – проговорил он, улыбаясь. А вот мне было не до улыбок. Как его понимать? Как относиться к его словам?

   Мне опять стало страшно. Не готова я пока к тому, чтобы решать своё будущее. И даже не понимаю, как воспринимать ситуацию. Я видела, что Тони неприятно моё замешательство, и он прекрасно понимает, что как только разговор заходит за рамки, я начинаю нервничать. Наверно, именно поэтому и решил пока дать мне время. И сейчас я была безмерно благодарна ему за подобное понимание...

       Почти всю дорогу было тихо и спокойно, и только на самом подъезде к городу нам встретилась группа людей. Не знаю, что именно они искали в лесу, может цветы, а может хворост, не имеет значение. Но важно то, как они на меня смотрели. В их глазах читалось какое-то жуткое призрение напополам с осуждением. Я уж было подумала, что они тоже читали в газетах о моём недавнем позоре, но.. там не было ни одной фотографии, а соответственно дело не могло быть в этом.

   И тут меня осенило.

      Просто девушка, одетая только в мужскую рубашку и обмотанная белой простыней не может не привлекать внимание.

      – Тони, мне нужно остановиться, – проговорила я, когда мы миновали путников.

      – Что-то случилось? – спросил он.

      – Посмотри на меня? Как думаешь, я не шокирую жителей Дувра своим внешним видом? – спросила я с сарказмом, а Тони одарил меня оценивающим взглядом, и многозначительно улыбнулся.

      – Предложения есть? – спросил он, едва сдерживая смех.

      – Есть одна идея, но мне понадобиться твоя помощь...

      – Всегда готов! – улыбнувшись ответил он.

      Мы спешились, и, привязав лошадей, принялись изобретать одежду. Благо размер моей набедренной повязки позволял проявить фантазию, и стянув её себя, я протянула простынь Тони. Он так странно на меня посмотрел, что я вмиг залилась краской.

      – Это совсем не то, что ты сейчас подумал! – поспешила оправдаться я.

      – И, что я по твоему подумал? – его улыбка была настолько самодовольной, что мне искренне захотелось его ударить.

      – Не важно... – отмахнулась я. – Можешь разорвать её на две равные части?

      Он посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на простынь.

      – Ты уверена? – он многозначительно взглянул на мои ноги, которые сейчас не прикрывало абсолютно ничего, а его смеющихся глазах зажёгся какой-то странный азартный огонёк.

      – Тони, ты обещал мне помочь, так помогай. И не нужно так на меня смотреть... Или ты хочешь, чтобы твоя спутница въехала в город в таком, мягко говоря, нецензурном виде?

      – Ладно, – он отвернулся, и одним рывком разделил ткань на две равнее половины. Получилось у него достаточно ровно.

      Забрав у него одну часть, я завязала её концы на талии.

      – А теперь, мне нужно сделать из этого штаны, – проговорила я. – У тебя есть нож?

      – К сожалению, у меня конфисковали всё оружие... – ответил он.

      – Тогда опять придётся рвать, – я не представляла, как объяснить этому нахальному типу, что и где придётся делать дальше. Да так, чтобы он не расценил это как намёк.

      – В общем, теперь нужно разорвать это подобие юбки на две части, чтобы потом связать концы и получить подобие штанов.