Текст книги "Спутница орков (СИ)"

Автор книги: Татьяна Демидова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

Глава 55. Вопрос

Глава 55. Вопрос

– Тахир, – начинаю я осторожно. – Можно тебя спросить?

Он тут же поворачивается ко мне. Изумрудные глаза чуть прищуриваются, но в них нет обычной усмешки. Скорее, внимательное ожидание.

– Спрашивай.

Я делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями. Кобылка подо мной идёт ровно, и это помогает, ритмичное движение успокаивает.

– Вы говорили, что король очень печётся о своей крови. О наследниках. Даже о тех, кто рождён вне брака. Почему?

Тахир молчит несколько мгновений. Смотрит вперёд, на дорогу, и я вижу, как его лицо становится серьёзным. Он думает, и от этого мне становится одновременно и тревожно, и приятно. Признаться, опасалась, что отделается шуткой или переведёт разговор.

Но Тахир переводит внимательный взгляд на меня, и я с удивлением читаю в его глазах то, что не ожидала увидеть. Интерес и… уважение.

– Правильный вопрос, Иола, – говорит он негромко. – Ты умеешь думать. Это хорошо.

Он выдерживает паузу, глядя на меня. От пристального взгляда этого опасного орка я даже пугаюсь немного, но жду, чувствуя, что мне всё же очень приятно от его слов.

– Правильно, что ты спросила именно у меня, – добавляет он, и теперь уже в его прищуре появляется что-то пытливое. – Янар или Оларх подсказали?

Я краснею. Опускаю глаза на гриву кобылки, потом снова поднимаю на него взгляд.

– Оларх сказал, – признаюсь я тихо. – Что с тобой… лучше. Что ты знаешь больше.

Тахир усмехается, но теперь как-то по-другому, не насмешливо, а скорее довольно.

– Оларх молодец, – говорит он. – С таким вопросом и правда лучше ко мне обращаться.

Он, привстав в седле, плавным движением достаёт из поясной сумки странный предмет. Овал, сплющенный к центру. По краям видны мелкие изумруды, вставленные в тёмный металл. Они тускло поблёскивают на солнце.

Тахир что-то выкрикивает на орочьем – резкое, гортанное слово, от которого несколько орков из нашего отряда сразу поворачивают головы, и немного отъезжают от нас.

А Тахир между делом крепит артефакт к ремешку на плече, изумруды начинают едва заметно светиться тёплым, мягким светом.

И вдруг я понимаю: этот артефакт похож на тот, что Оларх использовал в купальне. Только этот, кажется, работает иначе. Не глушит звуки, а скорее отгораживает нас от чужих ушей.

Чувствую это своим даром. Лёгкое, невесомое марево окутывает нас с Тахиром. До меня доносятся обрывки разговоров отряда, но они становятся далёкими, приглушёнными, будто я слышу их сквозь толщу воды.

Члены отряда поглядывают на плечо Тахира и отдаляются на почтительное расстояние. А кони Янара и Оларха, ехавшие впереди и сзади, неуловимо меняют направление, оказываются ближе к нам. Они обмениваются короткими взглядами.

– От тургхаров не должно быть секретов, – говорит Тахир, перехватив мой взгляд. – Тем более таких. А другим слышать незачем.

Он помолчал, глядя вперёд.

– Иола, ты спросила, почему король так печётся о своей крови. Это не только тёплые чувства к родне. Может, чувства тоже есть, но далеко не только в них дело.

Тахир выдерживает паузу. Его лицо становится серьёзным, и я вижу, как он подбирает слова. Я затаиваю дыхание.

– Я знаю это, потому что у меня очень непростая сеть агентов при дворе, – наконец, говорит он. – И не только рядом с королём. В моём клане хранят особое искусство, которого нет больше ни у кого. Мы многое знаем. И ещё многое можем узнать, если понадобится.

Он замолкает, его рука, лежащая на луке седла, чуть сжимается. Я молчу, опасаясь помешать, раз наследник вождя могущественного орочьего племени доверяет мне такие тайны.

– Королю важны не только законные дети, – продолжает Тахир. – Дело в магии, Иола. В той, что есть у королей.

Я моргаю. Магия у королей? Я никогда не слышала о таком. В королевстве все знают, что король – обычный человек, без дара. Или нет?

Тахир словно читает мои мысли. Он коротко усмехается.

– Короли не говорят об этом открыто. Но они собирают в своём роду магические дары. Очень сильные маги. И никогда не проявляют магию публично. С каждым поколением становятся всё мощнее. Берут в жёны и приближают женщин с даром. Ради того, чтобы кровь была сильной. Ради наследников.

У меня перехватывает дыхание от услышанного. Вот оно как...

– Поэтому король выбрал твою бабку, – продолжает Тахир. – Она была одарённой. И её дар передался твоей матери. А через неё – тебе.

Я молчу, поражаясь, что Тахир доверяет мне такие знания.

– Законная жена нужна, чтобы родить наследника с королевским даром, – говорит Тахир. – Это главное. А дочери и внуки от других одарённых женщин – это для рода как запас редкой, сильной крови. На всякий случай.

Тахир поворачивается ко мне, и его изумрудные глаза смотрят пристально, без обычной насмешки.

– Не все короли играют в эту игру, – продолжает он. – Кто-то любит жену и не ходит на сторону. Но Альдрик из тех, кто хочет больше наследников. Тот бастард, которого он пристроил в хорошее место, станет королём, если со старшим что-то случится. Я знаю ещё о двоих, кого король скрывает как запасных наследников.

Тахир делает паузу, давая мне переварить услышанное.

– От дочерей, по женской линии, может родиться сильный внук, – добавляет он. – Поэтому они тоже очень ценны. И ты, Иола, – его голос становится тише, – ты именно такая. Дочь дочери одарённой женщины. Королевская кровь, пусть и не от законного брака. И твой дар – он же не просто так. Он именно то, что королю нужно в роду. Или кому-то другому, кто хочет заполучить такую кровь для себя.

Я слушаю, и внутри у меня всё замирает.

Мама… она всегда умела отводить глаза. Я помню, как она останавливала стражников одним лишь движением изящных пальцев. Как мы проходили мимо, и они смотрели сквозь нас, будто нас не было.

Я умею так же. В замке я сливалась со стенами, делала себя невидимой. Это дар, переданный по женской линии. От бабки к матери, от матери ко мне.

И этот дар – то, за чем охотятся. Но это понимание порождает ещё больше вопросов.

– Ты умеешь отводить глаза, – говорит Тахир, заставляя меня вздрогнуть от того, как точно он прочитал мои мысли. – Это как раз то, что королю было надо. Именно поэтому ты ценна.

Я поднимаю на него растерянный взгляд.

– Но тогда почему вы видели меня? – вырывается у меня. – В замке, когда вы впервые приехали, я стояла под заклятием невидимости. Никто меня не видел. Ни стражники, ни слуги, ни граф. Только вы. Все трое. Почему?

Тахир усмехается, на этот раз привычно, но в глазах остаётся серьёзность.

– Сила орков – не магия, Иола. Это иное. Древнее. Против твоего дара отводить глаза она просто не действует.

Я смотрю на него, пытаясь осознать.

– Мы видим то, что скрыто, – продолжает он. – Простым оркам, может, ты и отвела бы глаза. Но нам троим, владеющим силами, нет.

Он направляет коня ближе ко мне, наклоняется чуть ближе, и я чувствую его горячее дыхание на своей щеке.

– И ты не думай, – говорит он тихо, серьёзно. – Мы с Олархом и Янаром полюбили тебя до того, как узнали, что ты такая ценная.

Я замираю. Сердце пропускает удар. Неужели он и мысли мои читает?.. Это ведь та самая мысль, что я тщательно отгоняю от себя.

Вскидываю взгляд на Янара и Оларха. Они кивают серьёзно, и я… отчётливо понимаю, что верю им. Верю! Потому что уже слишком хорошо их знаю. Чувствую их…

– Мы бы всё равно полюбили тебя, – продолжает Тахир. – Потому что ты – это ты. Мы любим тебя за то, какая ты есть. Сама по себе. Ты прекрасна, Иола, и дело здесь не в твоей крови.

Тахир снова ненадолго замолкает, и его глаза становятся совсем серьёзными.

– Но теперь, когда мы знаем, кто ты, ты должна понимать, какая за тобой идёт охота.

Слово «охота» бьёт в самое сердце. А ещё перед глазами встаёт мастерская Годрила. Колбы. Чёрный кристалл. Его приказ уничтожить.

Я чувствую, как холод пробегает по спине.

– Тахир, – голос мой звучит глухо. – Годрил и граф… они знали, кто я?

Глава 56. Брегвейн

Глава 56. Брегвейн

Тахир смотрит на меня пристально.

– С Годрилом и графом всё непросто, – начинает он медленно. – Мы думаем, что…

В этот момент – резкий, пронзительный свист.

Тахир мгновенно обрывает себя и меняется. Вся его расслабленность исчезает. Он выпрямляется в седле, рука уверенно ложится на кинжал, а взгляд становится острым.

Он снимает артефакт с плеча, и мир вокруг обретает прежнюю громкость звуков.

– Иола, – говорит он быстро и тихо. – Продолжим позже.

А я сжимаю поводья и смотрю вперёд, чувствуя, как внутри у меня всё холодеет. На нас снова нападают?

Янар оборачивается, его лицо становится жёстким.

– Маргаш! – рявкает он, и его голос, рычащий, властный, разносится над отрядом. – Разберись!

К нему тут же подлетает на сильном быстром коне молодой орк. Он держится с достоинством, без подобострастия, но я вижу, как он почтительно склоняет голову перед Янаром. Коротко, резко.

– Всё сделаем.

Маргаш вскидывает руку – сильные пальцы складываются в странный, рубленый жест, и из его горла вырывается гортанный, рычащий приказ на орочьем. Я не понимаю ни слова, но отряд точно знает, что делать.

Половина всадников отделяется от строя и, не сбавляя скорости, уходит в лес. Они скрываются между стволами, растворяясь в зелени.

Ни криков, ни суеты, только приглушённый стук копыт, быстро затихающий.

Другая половина тут же перестраивается, Янар, Оларх и Тахир ещё ближе ко мне.

Мы оказываемся в центре живого кольца из тел, доспехов и оружия, и меня поражает, как умело они используют пространство между деревьями.

Я невольно крепче вцепляюсь в поводья. Сердце колотится быстрее, но Тахир, едущий рядом, теперь выглядит расслабленным.

– Не бойся, Иола, – говорит он, и в голосе его звучит та ленивая уверенность, что всегда действует на меня успокаивающе. – Зря что ли мы отряд собирали.

Я хочу ответить, но в этот момент до меня доносятся звуки. Далёкий лязг металла, короткий, оборванный рык.

Бой. Где-то там, в лесу, куда направились воины.

Но вокруг нас тихо. Наследники едут ровно, не обнажая оружия. Их спокойствие передаётся и мне. Похоже, у них всё под контролем.

Мы продолжаем движение. Где-то там, в лесу, идёт бой, но половина отряда вокруг нас едет как ни в чём не бывало.

Проходит несколько минут. Может, четверть часа. Отдалённые звуки боя стихают.

Вскоре из леса вылетает всадник. Маргаш. Конь под ним взбудоражен, но сам орк выглядит невозмутимо.

Маргаш направляется к Янару, придерживая коня вровень с Янаром.

– Сбежали, – докладывает он коротко. – Ушли на восток, к болотам. Мы преследовать не стали.

Янар спокойно кивает, будто слышит именно то, что и ожидал.

– Пусть, – говорит он ровно. – Недолго им бегать осталось.

Маргаш прижимает кулак к груди и отъезжает, занимая место в строю.

Отряд снова перестраивается, защитное кольцо размыкается, но не до конца. Я вижу, что воины остаются ближе, чем раньше.

Я перевожу дыхание. Мои мужчины поглядывают на меня, я им улыбаюсь, но продолжать беседу с Тахиром уже кажется неуместным. Вижу, как он цепко смотрит по сторонам.

Мы продолжаем путь. На небольшом привале меня окружает забота моих орков. Хорошо мне от этого. Очень хорошо. Постепенно расслабляюсь и погружаюсь в новые ощущения.

После того, как я призналась в любви к Оларху, мне очень хочется и Янару с Тахиром сказать… И снова от них слова любви услышать.

Но вокруг нас постоянно кто-то из воинов отряда. И это кажется мне неуместным.

Привалы короткие. В пути я всё же устаю, хоть и стараюсь держаться. Когда мы останавливаемся на ночлег в небольших городах, в очень удобных и добротных домах, я почти не говорю.

Под внимательными взглядами моих мужчин пытаюсь держаться, но они всё видят. И сразу после ужина отправляют спать. Я ложусь одна и засыпаю тут же, едва опустив голову на подушку.

В пути мы много говорим с Тахиром. Мне очень нравится его слушать.

– Мы держим путь в Брегвейн, – говорит Тахир, выравнивая коня с моим. – Здесь большая орочья община. Мы остановимся там на несколько дней.

И Тахир начинает рассказывать. О том, как Брегвейн стал перекрёстком дорог, как после войны здесь осели те, кому не хотелось возвращаться в степи. О том, как орки и люди научились жить рядом, торговать, помогать друг другу.

– Мы уже провели проверки в городе, – говорит Тахир, покачиваясь в седле. – Ищем возможных предателей, тех, кто мог бы работать на тех, кто охотится за тобой. Пока всё спокойно. Были попытки внедрить кого-то, но мы их перехватили. Даже нескольких захватили. Приедем, сами допросим.

Он рассказывает увлечённо, с живыми интонациями, то и дело перескакивая с одного на другое – про местные обычаи, про рынок, про то, как здесь делают взвар, настолько вкусный, что его заказывает король, и вождям в степь тоже доставляют.

Я слушаю и понимаю: он старается отвлечь меня, заболтать, чтобы я не думала о тревожном.

Позволяю ему это. Мне нравится его голос, и правда, постепенно увлекаюсь его интересными рассказами.

Но вопросы остаются. Тот, что я задавала, всё ещё ждёт ответа. Я хочу спросить про Годрила, про то, что Тахир не договорил в лесу. Но никак не нахожу возможность задать этот вопрос, чтобы можно было снова с артефактом тишины.

Может, мы бы и поговорили. Но я вижу, что даже в пути наследники теперь всё время заняты.

К ним то и дело подъезжают гонцы. Орки и люди. Они что-то тихо докладывают, получают короткие ответы и отъезжают. Вечерами только кто-то один из трёх моих мужчин рядом со мной, у двух других всегда есть дела.

Я замечаю, как Янар хмурится, как Тахир иногда переглядывается с Олархом. Понимаю: они собирают информацию, даже когда отряд движется по дороге. Не стоит отвлекать их расспросами.

И всё же… каждый из них находит минуты, которые принадлежат только нам.

На одном из привалов Оларх подходит неслышно. Его руки ложатся на мои плечи, он разворачивает меня к себе и целует так жарко, что я забываю обо всём.

Потом отстраняется, и в его чёрных глазах светится что-то настолько глубокое, что перехватывает дыхание.

– Умница, что не спрашиваешь пока, – говорит он, касаясь пальцами моей щеки. – Мы пока собираем и уточняем сведения. Очень скоро всё прояснится.

На следующей остановке я таю в объятиях Янара. Как же он целует… Чувствую его яркое желание.

– Ты устаёшь, – говорит он, отпуская мои губы, пристально глядя в глаза.

Я пожимаю плечом.

– Вы ведь не зря так торопитесь, – улыбаюсь я.

– Торопимся, – серьёзно отвечает Янар. – Это и твоя безопасность. Пока видим по тебе, что терпимо. Ты очень стойкая и сильная у нас. В Брегвейне сможем отдохнуть. Мы уже близко.

А Тахир просто садится рядом со мной на очередном привале, накрывает мою ладонь своей и гладит большим пальцем костяшки, пока я молчу, чувствуя, как внутри утихает неясная тревога.

– Мы не договорили, – говорит он негромко. – Я помню твой вопрос.

Вскидываю на него пристальный взгляд.

Тахир привлекает меня к себе и целует в висок.

– Всё, что я тебе скажу, лишь догадки, – тихо шепчет он. – Сначала надо понять, кто и как. Когда будет полная картина, будь уверена, всё расскажем.

Я киваю, прижимаясь к нему, погружаясь в его большие сильные объятия. Хорошо мне очень. И я доверяю им. И если они говорят «потом», значит, так нужно.

Наконец, мы въезжаем в Брегвейн.

Этот город очень красив. Широкие мостовые, аккуратные дома, зелень вдоль улиц.

А на берегу реки – квартал, где дома стоят иначе: ниже, шире, с плоскими крышами, и пахнет там сушёными травами и чем-то пряным. Тахир замечает мой взгляд и поясняет: это орочий квартал.

Я с интересом смотрю по сторонам. Здесь много орков, но и людей тоже. Орки и люди идут по одним улицам, торгуются у одних прилавков, сидят в тени одних навесов. Здесь живут вместе, в достатке и уважении друг к другу.

Когда мы выезжаем на просторную площадь, я вижу толпу. Нас встречают с почётом. Кто-то кланяется, кто-то прижимает кулак к груди. Я вижу, как уважительно они смотрят на Янара, на Оларха, на Тахира.

И на меня смотрят. С любопытством, но без враждебности.

К нам приближаются высокие сильные орки в добротных, пожалуй, даже дорогих одеждах. Янар принимает приветствия, а я…

Мне кажется, что-то здесь не так. Оглядываюсь вокруг. Моё внимание привлекают высокие столбы. Всматриваюсь в них и вслушиваюсь своей магией. На них защитные амулеты.

Наконец, понимаю, что не так. Один из артефактов, чёрный камень в оплётке из серебряной проволоки, звучит вразнобой с остальными.

Глава 57. Крылья

Глава 57. Крылья

Я смотрю на артефакт, и внутри у меня всё холодеет.

Чёрный камень в оплётке из серебряной проволоки висит на высоком столбе справа от ворот, незаметный среди других амулетов. Но мой дар слышит его. Фальшивая нота, чужой звук, будто кто-то настроил его неправильно или вовсе подменил.

Рядом с наследниками уже несколько орков – высокие, мощные, в добротных одеждах с серебряной вышивкой. Они что-то вполголоса докладывают Янару, и тот слушает, наклонив голову, хмурясь. Оларх тоже подаётся вперёд, ловя каждое слово.

Я хочу сказать Тахиру. Он рядом, достаточно повернуть голову, коснуться его руки, прошептать… Но я вижу, как он напряжён, как его внимание полностью поглощено говорившими.

Замираю. Не сейчас. Не здесь, среди толпы и чужих ушей.

Вдыхаю глубже и опускаю глаза, придерживая увиденное в памяти. Потом скажу. Наедине.

Мы углубляемся в орочий квартал, и толпа расступается перед нами. Я стараюсь держаться прямо, хотя внутри всё дрожит от недавнего открытия.

Нас ведут к большому дому в центре квартала. Он просторный, сложенный из светлого камня, с широкими окнами и резными деревянными ставнями. Внутри тепло, пахнет сушёными травами и чем-то древесным, уютным. Полы устланы мягкими коврами, стены украшены гобеленами с орочьими узорами.

Нас размещают, для меня отводят отдельные покои – красивую светлую комнату с широкой кроватью, застеленной пушистым покрывалом, с окном, выходящим в маленький сад. В углу – большой сундук, на столе – кувшин с водой и свежие цветы.

Оларх входит следом за мной, оглядывает комнату быстрым цепким взглядом, а потом поворачивается ко мне. Его лицо смягчается.

– Нам надо принять донесения, – говорит он, обнимая меня. – Многое решить. Ты пока отдохни.

Я киваю, чувствуя, как усталость наваливается тяжёлой волной. Тело ноет после долгой дороги, глаза слипаются.

– Да, Оларх, мне и правда нужно отдохнуть, – говорю я, подставляя губы для поцелуя. – А вы? Будете отдыхать?

– Будем, – жаркое дыхание на моих губах. – Позже.

Оларх целует меня так крепко и жарко, что я тут же забываю обо всём. Но вскоре он отстраняется, касается пальцами моей щеки и выходит, прикрывая дверь.

Я остаюсь одна. Какое-то время просто стою посреди комнаты, прислушиваясь к тишине. Затем сажусь на край кровати, провожу рукой по мягкому покрывалу, и мысли наваливаются разом.

Королевская кровь. Охота. Смерть, которая идёт за мной по пятам. Столица, где меня никто не ждёт… Или наоборот, ждут, но вряд ли затем, чтобы осчастливить.

И снова тот же вопрос, который я пытаюсь отогнать, но он возвращается. Что мне делать дальше?

Я встаю, подхожу к окну. В саду – яркие цветы, над ними кружатся пёстрые бабочки. Где-то за стеной слышен смех. Обычная жизнь. Мирная. Та, о которой я так долго мечтала.

А внутри у меня – как в кипящем котле. Думаю об отце и матери. Об их судьбе. И о своей. Сжимаю пальцы в кулаки, глядя на цветущий сад.

Король. Мой дед. Тот, кто распоряжался судьбой матери и отправил моего отца на войну. Можно ли радоваться такому родству?

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

Странно, но думать об этом уже не так страшно, как раньше. Я не та запуганная должница, что дрожала в замке графа. Путь, который я прошла, многое во мне изменил. И, самое главное, я знаю: за моей спиной стоят трое, которым я могу доверять безоговорочно.

Они окружили меня заботой, и я чувствую – это не тот долг, которого я так боялась.

Это другое. Я принимаю это. Заставляю себя принять, хотя внутри всё ещё много сомнений.

Я не хочу быть обузой. Не хочу просто сидеть и ждать, пока меня спасут, защитят, отвезут в безопасное место.

Хочу быть полезной. Чтобы рядом с ними я была не только той, кого берегут.

Что я умею? Вышивать артефактные платки и усмирять магию. Умею отводить глаза. Как это может быть полезно?

Если я умею слышать магию, значит, я могу замечать то, что не видят другие. Как тот артефакт на воротах. Надо было сразу рассказать Оларху. Только я обо всём на свете забыла, глядя на него, в его объятиях, от его поцелуя.

Вспоминаю ощущения от артефакта. Я не чувствовала в нём угрозы. Значит, это может подождать? Или надо идти немедленно?

Нет, будь что-то страшное, я бы поняла. Подождать может.

Видела ведь, как они смотрели на меня. Скоро придут. Хоть кто-то из них. Чувствую.

От этой мысли внутри разливается что-то тёплое.

И снова думаю о столице. Отчётливо понимаю: я не хочу прятаться. И мешать моим мужчинам выяснить, что выяснить, что угрожает мне и, возможно, им самим.

В груди поднимается странная, холодная уверенность. Есть те, кто хочет моей смерти и охотится за мной. Но я устала быть их добычей.

Страх всё ещё есть, но теперь его вытесняет злость. Холодная, ясная. Я не хочу больше позволять кому-то решать мою судьбу.

Когда-то я хотела остаться в столице и шить. Теперь эта мысль кажется кощунственной.

Ведь тогда я не знала их, моих. Как я могу остаться здесь, если они уедут в степь? Я уже приняла их всех троих сердцем. И если они хотят на мне жениться…

Янар. Оларх. Тахир… Уйти с ними в степь?

Даже вздох облегчения прорывается, настолько легко мне при этой мысли.

Я вспоминаю рассказы Тахира о бескрайних степных просторах, о горных реках, о жизни орков. О ремёслах, которыми владеет каждый воин. Об их укладе, таком непохожем на человеческий.

Может ли это стать местом, которое станет моим домом?

Нет, не так должна я думать.

Может ли хоть какое-то место стать мне – домом – без… них?..

Замираю ошарашенно от этой мысли. И тут же взбудораженно делаю несколько шагов по комнате, понимая, осознавая всю глубину случившихся со мной перемен.

Мне не важно – где. Мне важно, жизненно необходимо, до боли в сердце нужно – с ними. С каждым из троих. Хоть где!

Едва я это окончательно понимаю, сразу всё на свои места устойчиво встаёт. Даже плечи расправляются и дышится полной грудью. Мурашками восторженными всю кожу осыпает, надо же, такая простая мысль, а так долго до меня доходила!

На губах расцветает улыбка, и я даже на дверь оглядываюсь, так хочется с ними поделиться! Раствориться в сильных объятиях, увидеть, как загораются радостным светом любимые глаза.

Знаю, что обрадуются. Зацелуют, залюбят… Все трое. Ух, как же я раньше-то… Какие же они у меня замечательные… Как же мне с ними повезло!

Не нахожу себе места от всего, что нахлынуло на меня разом. Пытаюсь успокоиться, но не получается. Внутри всё поёт, будто крылья появились, кажется, взмахну ими и взлечу!

И не важно, что во мне королевская кровь. Мне не нужны ни трон, ни титул, ни влияние. Я хочу только одного – быть с теми, кого я люблю.

Я хочу просто быть с ними.

Ведь я, так долго мечтавшая о свободе, наконец обрела её. Никогда и нигде я не буду чувствовать себя столь свободной, любимой и счастливой, как рядом с ними.

С ними… Я поднимаю руку к волосам, касаюсь двух кос – Оларха и Янара. И такое неправильно пустое место для третьей – Тахира.

Выйти замуж за троих. По-настоящему. Не только сердцем, но и перед всем миром.

Прежний страх, что брак сделает меня чьей-то вещью, теперь кажется таким пустым и нелепым. Ведь эти трое дают мне пространство дышать, выбирать, быть собой.

Я делаю глубокий вдох. И как мне теперь им об этом сказать?..

Смущение поднимается изнутри, разливается по щекам жаром. Я пытаюсь представить, как произнесу эти слова вслух…

И в этот момент дверь открывается.

Я вздрагиваю от неожиданности, оборачиваюсь, встречаясь с внимательными изумрудными глазами.

Тахир… Он останавливается на пороге и смотрит на меня пристально. Так, что я чувствую себя прозрачной, будто он видит все мои мысли, все сомнения и решения, которые я только что приняла.

– Любимая моя, – говорит он, и в его голосе отчётливо звучит мягкая, тёплая усмешка. – Я чувствую твои мысли. Они такие громкие… И, кажется, их направление нам очень понравится.

Я краснею, чувствуя как громко колотится сердце. Отвожу взгляд смущённо.

Тахир бесшумно и быстро подходит ко мне. Заложив руки за спину, он наклоняется ко мне так, что наши глаза оказываются на одном уровне. В изумрудной глубине пляшут тёплые искры.

– Может, ты уже решила, Иола? Может, ты уже готова стать женой нам троим? Готова сказать нам «да»?