Текст книги "Спутница орков (СИ)"

Автор книги: Татьяна Демидова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

Глава 35. Утро

Глава 35. Утро

Твёрдые властные губы Оларха накрывают мои, и все мысли рассыпаются.

Я таю в его руках, отвечая на поцелуй. Мои пальцы скользят по его широким плечам, чувствуя под пальцами твёрдые бугры мышц.

Он целует меня так, будто ночь не прерывала нашу связь. Глубоко, требовательно, с той властной нежностью, от которой у меня кружится голова, а тело наполняет сладкая истома.

Оларх отрывается от моих губ, смотрит в глаза, и в его чёрной бездне разгорается что-то жаркое, неукротимое.

– Желанная моя, – говорит он низко и хрипло, и от горячей искренности его слов внутри всё вспыхивает восторгом.

Я счастливо улыбаюсь и обнимаю его.

На этот раз всё по-другому. Оларх берёт меня с осознанием своего права присваивать меня. Со знанием, как именно сделать мне хорошо.

Знает, где прикоснуться, чтобы я выгнулась, где надавить, чтобы я застонала громче. Его сильные чуткие пальцы находят самые чувствительные места, и я горю в его руках, плавлюсь, теряю себя.

Он вторгается в меня одним плавным, глубоким движением, и это столь мною желанно, что я громко стону от того, как он заполняет меня до краёв. По всему телу разливается яркое, пульсирующее наслаждение.

Оларх двигается во мне сильно и ритмично, смотрит на меня сосредоточенно. А я тону в его взгляде и любуюсь… Красивый. Невыносимо красивый в своей силе, в своей власти надо мной.

– Мне… ах! Оларх… мне так… Так хорошо!.. – выстанываю я, глядя в его глаза.

Оларх вдруг замирает, глядя на меня, а затем впивается в мои губы голодным поцелуем. Спускается быстрыми поцелуями на шею. Низко, гортанно рычит. И ускоряется.

Его толчки становятся глубже, резче, и я лечу в пропасть, срываясь в восхитительно томную дрожь с громким, протяжным стоном.

Внутри всё сжимается, пульсирует, и я чувствую, как он замирает на мгновение в самой моей глубине, а потом содрогается вместе со мной, прижимаясь губами к моей шее.

Мы лежим так долго, сплетённые в единое целое.

Как же мне хорошо с ним… Слишком хорошо.

Поневоле мысли возвращаются.

Оларх предложил мне стать его женой. А я… не сказала ни да, ни нет. Правильно ли я поступила?

Внутри поднимается сомнение. Может, надо было сразу сказать «да»? Он же такой… Чего ещё желать?

Но где-то глубоко, там, где страх прячется за жаром и нежностью, звучит другой голос. Тихо, но настойчиво.

Я поступила честно. Намного хуже было бы согласиться на пике эмоций, когда всё внутри горит и кружится голова. А потом, когда жар спал бы, что…

Сложно мне поверить. Очень сложно. Даже не столько про себя я сейчас. У меня-то всё понятно. С ним, с Олархом, я точно бы навсегда.

Оларх – наследник орков. Будущий вождь могущественного племени. У него есть путь, долг, ответственность. А я… кто я?

Такому мужчине точно нужна какая-нибудь герцогиня, или даже принцесса. Или дочь вождя, по крайней мере.

Больно, конечно, от этих мыслей, но если чему меня жизнь и научила, так это не ждать от неё многого.

Сейчас мне хорошо. Очень. С ним. Даже не могла представить, что у меня может быть подобное счастье.

Вот и хорошо. Сейчас буду упиваться им, и ни о чём не жалеть.

Я поступила правильно. Такие решения не принимаются, когда эмоции зашкаливают.

Поток моих сумбурных отрывистых мыслей прерывается, когда Оларх отстраняется медленно. Потом смотрит на меня и снова целует. Так нежно и собственнически, что дыхание учащается и мне снова хочется, чтобы опять подмял под себя, и…

Но Оларх уже выпрямляется, деловито и быстро очищает нас артефактами. Пока я наслаждаюсь ощущениями чистоты, растекающейся по всему телу, он уже поднимается и протягивает мне одежду.

Одеваемся молча. Я натягиваю штаны, застёгиваю ремень. От воспоминания о том, как его расстёгивал Оларх, щёки заливает краской.

– Идём, – говорит он, когда мы полностью оделись.

Берёт меня за руку и ведёт к земляной стене. Ловко подтягивается и оказывается наверху. Оглядывается снаружи и наклоняется вниз, протягивая мне раскрытую ладонь.

Я берусь за его руку, и… ах!.. Дыхание перехватывает от того, как сильно и плавно он подтягивает меня вверх.

Опомниться не успеваю, как мы уже на земле, а корни у входа раздвигаются сами собой. Утренний свет бьёт в глаза, я щурюсь и глубоко вдыхаю. Хорошо…

Моя ладонь снова в сильной руке Оларха. Он ведёт меня между деревьев, и я невольно улыбаюсь от того, как он обводит меня вокруг корней и придерживает ветки, чтобы не хлестнули меня по лицу.

Мы выходим к ручью, у которого мирно пьёт воду его конь. Ручей небольшой, но быстрый, вода прозрачная, на дне видны гладкие камни.

По знаку Оларха я сажусь на большой валун, прогретый утренним солнцем.

– Подожди меня здесь.

Я киваю и смотрю на воду. Думаю об Олархе… А ещё о Тахире и Янаре.

Ловлю себя на том, что даже не заметила, как трое моих спутников настолько глубоко поселились в моём сердце.

Да, я с Олархом, но почему-то всё время думаю про Тахира и Янара…

И до меня доходит. Вот настоящая причина, почему я не сказала ни да, ни нет. Не только Тахиру, но и Оларху.

В себе я не уверена. Брак ведь это так серьёзно. Я ведь хочу, чтобы навсегда.

Но от себя-то не скрыться. Я-то про себя знаю, что, несмотря на близость с Олархом, я всё время думаю про двух других наследников.

Тахир и Янар… Глупо, конечно, думать о них. О том, что бы было, если бы я тогда не испугалась страсти Тахира. Если бы вдруг Янар тоже захотел меня в жёны.

А ещё… Что бы было, если бы можно было стать женой сразу… им троим?..

От этой странной, глупой и настолько непозволительной мысли всё внутри вспыхивает, а щёки заливает краской.

Иола, ну ты даёшь!.. Как можно о таком думать?..

Но я-то думаю. И это просто-напросто нечестно по отношению к Оларху.

Видимо, поломанная я такая… Немудрено. Примеров-то хороших и не видела перед глазами. В замке чего только не насмотрелась.

Ну и пусть. Зато я ухватила себе кусочек счастья. И ни на что его не променяю. Сейчас я с ним. И не собираюсь ни о чём жалеть. Никогда-никогда.

Только бы с Тахиром и Янаром всё было хорошо… Где же они?..

Оларх тем временем протягивает мне походную еду: сушёное мясо с ароматным сыром, какие-то странного вида коренья, мягкие наощупь, и флягу восхитительно прохладной воды.

Он садится напротив меня и начинает есть, я благодарю и тоже ем, поглядывая на него.

Мы едим молча. И мне это нравится. Очень вкусно и сытно. И ещё тепло от того, что это всё мне предложил Оларх.

Когда мы заканчиваем, он протягивает флягу, и я делаю ещё несколько глотков. Вода холодная, освежающая, пробирает до самого нутра.

Мы вместе убираем остатки еды. Пока я мою миски, Оларх быстро и ловко занимается конём.

Когда я снова сажусь на валун, ловлю его долгий пристальный взгляд.

– У тебя очень красивые волосы, – замечает он.

Я касаюсь головы. Не стала заплетать косу, оставила распущенными, уж очень мне понравилось, как они удобно лежат после очищающего артефакта, сверкающими лёгкими волнами.

Да и хотелось перед Олархом быть красивой. Не могу сдержать улыбки от того, что заметил. И ему понравилось.

Но того, что последовало дальше, я никак не могла ожидать.

Оларх стремительно приближается, и, к моему полному недоумению, обходит валун и встаёт за моей спиной.

– Я заплету тебе волосы, – говорит он, опуская ладони мне на плечи.

Я замираю, чувствуя, как его пальцы касаются моих волос.

– Оларх... – выдыхаю я, не зная, что сказать.

Тем временем он проводит ладонями по всей длине волос, пропускает их сквозь пальцы. От его прикосновений по позвоночнику бегут мурашки, внутри разливается тягучее, сладкое тепло.

– Это наша традиция, – говорит он негромко, начиная плести. – Когда воин присваивает свою женщину, он плетёт ей особенную косу. Чтобы все видели: он захотел её, и она приняла.

Глава 36. Коса

Глава 36. Коса

Он продолжает плести, и я смотрю прямо перед собой, на журчащий ручей, на гладкие камни на дне. Мысли путаются, в груди теснится столько всего, что не вымолвить ни слова.

Так приятно, и так… значимо то, что он делает.

А потом до меня доходит. Коса, которую он мне заплетёт… По ней все увидят, что…

– Это... можно будет понять по причёске? – наконец выдавливаю я.

– Да, – отвечает Оларх спокойно. – Любой орк, взглянув на тебя, поймёт. Ты – женщина, которую присвоил воин. И этот воин – я.

Кровь приливает к щекам, жар разливается по лицу, шее, груди. Любой орк поймёт...

Значит, Янар и Тахир тоже увидят.

Я зажмуриваюсь на мгновение, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами.

Перед глазами встают изумрудные глаза Тахира, его голос, сказавший тогда на палубе: «В жёны бы взял. И возьму».

И тут же следом – сапфировый взгляд Янара, тяжёлый, пристальный, в котором тоже было что-то такое, мужское, от чего внутри всё переворачивалось.

Они поймут. Увидят эту косу и всё поймут.

Стыд? Нет. Не стыд. Скорее странное, томительное волнение, от которого низ живота наполняется тягучей, пульсирующей тяжестью.

Потому что я не могу отрицать очевидное. Даже сейчас, когда Оларх заплетает мои волосы, объявляя всему миру о нашей близости, я думаю о них двоих. И моё тело отзывается на эти мысли жаром, от которого трудно дышать.

– Тахир и Янар тоже поймут, – я произношу эти слова до того, как успеваю подумать о последствиях.

Его пальцы замирают.

– Не хочешь, чтобы они знали? – спокойно спрашивает он.

Молчу. И холодею от того, что он начинает расплетать.

– Оларх.

Он молчит, продолжая расправлять заплетённое.

У меня же всё внутри обрывается от этого. Не хочу… Нет, я точно не хочу этого терять.

– Не расплетай, – твёрдо говорю я.

Оларх останавливается. Я запрокидываю голову, оборачиваясь к нему. Смотрю ему прямо в глаза.

– Ты мог мне не говорить, – объясняю я, чувствуя, как алеют щёки. – Я бы ходила с этой причёской, не зная её значение. Ты сказал. Значит, отдал решение мне. Я благодарна.

Его лицо бесстрастно, но пальцы легко поглаживают мои волосы, и продолжают расправляют пряди.

– Ты говорила, что не хочешь замуж, – смотрит пристально, а в уголках губ появляется лёгкая улыбка. – Если другие думают, что ты моя, никто и не предложит. Снова. Защита тебе. А будешь ты женой мне или нет, решишь потом.

Говорит и улыбается. А у меня аж в душе всё замирает. Ох, Оларх, а ты далеко ведь не так прост…

Я даже улыбаюсь невольно.

– Защита? – прищуриваюсь я.

– Конечно, – кивает он, и сдвигает пальцы на мою шею, легонько поглаживая.

Он улыбается совсем уж явно, и такой нестерпимо красивый становится при этом, что даже дыхание замирает. Я хочу его улыбку видеть чаще. Это совершенно точно.

Поймал меня. Совсем. Я ведь отказаться от косы теперь совсем не захочу. Ни за что.

И от ласки его на шее так приятно и волнительно… Влюблюсь ведь напрочь. Однозначно. Эх, Иола, вот и думай теперь.

Нет, не буду думать. Пусть все видят.

– Заплети, пожалуйста, – тихо прошу я.

Оларх наклоняется и целует меня так умело и страстно, что я сразу вспыхиваю желанием. Поднимаю руки, обнимаю его за крепкую шею, отдаваясь этому поцелую.

Омм… Как же жарко с ним… Все мысли сразу прочь.

Сразу хочется с ним обратно, в то наше земляное убежище. Щёки вспыхивают о осознания своего желания, что я бы с ним и прямо тут. Сразу. Снова. Быть – его.

Оларх отрывается от моих губ, а в глазах такое горит, что я сразу понимаю: тоже хочет. Прямо сейчас. Скорее всего тоже прямо тут. И от этого мне так томительно и хорошо…

Но Оларх лишь легко целует меня в губы, выпрямляется и опускает тяжёлые ладони на мои плечи и властно поворачивает меня к себе спиной.

Снова заплетает. Его пальцы двигаются уверенно, перебирая пряди, создавая сложное плетение. Я чувствую, как сосредоточенно и тщательно он это делает, словно занимается самым важным делом в своей жизни.

Я же думаю о принятом решении.

Всё правильно. В конце-концов, это честно.

Если Янар и Тахир увидят это сразу, то это очень правильно. Честно по отношению к Тахиру, по крайней мере. Он ведь звал меня замуж. Это даже удобно, увидит, и сразу всё поймёт. Не надо будет ничего объяснять.

Я очень хочу быть честной и с собой тоже. Вот и буду честной. Во всём.

Оларх заканчивает косу, закрепляет её. Я чувствую, как он что-то вплетает в волосы, наверное, маленькое кольцо или заколку. Обходит валун, наклоняется ко мне, упираясь ладонями по бокам от меня. Его лицо прямо перед моим.

– Красиво, – говорит он хрипло. – Ты вся очень красивая, Иола.

Я опускаю глаза, чувствуя, как щёки заливает румянец. Касаюсь косы пальцами. Плетение необычное, тугое, но не стягивает кожу. Очень легко и удобно.

Нащупываю заколку в волосах.

– Вплёл защитный артефакт, – понимает он мой вопросительный взгляд. – Защищать тебя хочу всеми доступными мне способами.

Улыбаюсь ему, чувствуя, как по всему телу от его слов разливается что-то такое тягучее, сложное, что даже дыхание перехватывает.

Вдруг Оларх напрягается всем телом. Мгновение – и его рука взлетает к топору.

Он уже на ногах с топором в руке. Развернулся к лесу, заслоняя меня собой.

Моё сердце начинает колотиться с бешеной силой, а по спине холод. Я тоже вскакиваю, выглядываю из-за его широкой спины.

Из леса появляются Янар и Тахир. Они идут верхом. Оба сосредоточенные, напряжённые. На их броне видны следы боя, сухая кровь, кое-где порезы. Но они целы. Живы.

Облегчение накрывает на меня меня волной такой силы, что ноги слабеют. Я делаю шаг вперёд, чтобы встретить их, но Оларх не двигается, продолжая стоять между мной и ними.

Они спешиваются, двигаются к нам навстречу, но тут же каменеют.

Взгляды застывают на моих волосах.

Почему-то я сначала смотрю на Янара. Его лицо окаменело. Желваки ходят на скулах. В его взгляде что-то такое тёмное, тяжёлое, от чего внутри у меня всё обрывается.

Перевожу взгляд на Тахира. На его красивом, волевом лице вспыхивает холодная, опасная злость.

– Оларх, – в низком, резком голосе Тахира отчётливо звенит металл. – Ты должен был увезти Иолу. Спрятать. А не…

Он обрывает свои слова, пристально глядя на Оларха.

– А не пользоваться её страхом и доверием, – мрачно заканчивает его фразу Янар.

Глава 37. Трое

Глава 37. Трое

Оларх не отвечает. Он просто стоит, сжимая топор, и его чёрные глаза смотрят на них обоих с непоколебимым спокойствием.

А я стою за его спиной, и моё сердце колотится так сильно, что, кажется, сейчас выпрыгнет из груди. Воздух между тремя орками становится плотным, тяжёлым, как перед грозой.

– Подожди, Янар, – вдруг усмехается Тахир.

И при этом руку вытягивает в сторону Янара, ладонью к нему, будто путь ему преградить хочет.

А я поневоле засматриваюсь на эту сильную руку, на гармонично-бугристые мускулы, широкое запястье, красивую сильную кисть с длинными пальцами.

Поднимаю глаза на Тахира и падаю буквально в кипящую зелень его глаз.

– Оларх тебе сказал, что значит эта коса, Иола? – с едва уловимой усмешкой, так не сочетающейся с острым льдом в глазах, спрашивает Тахир.

– Сказал, – не отводя взгляд, отвечаю я.

Что тут скрывать? Я свободная взрослая женщина. Не собираюсь жалеть ни о чём. И объяснять никому ничего не собираюсь, как и оправдываться за что-то.

Я им только спутница, и только. Только вот только ли?..

Тем временем, разговор между тремя наследниками продолжается.

– Интересно, если бы она отказалась принимать косу, что бы ты сделал? – переводя взгляд на Оларха, спрашивает Тахир.

– Тахир, ты не сдвинешь меня в оправдания, – мрачно отвечает Оларх. – И объяснять я вам ничего не собираюсь. Косу приняла. Меня приняла. Про замужество пока думает. Имеет право. И её право самой принимать решения, без давления, я буду отстаивать.

– Да пусть принимает, кто ж давит-то, и всё же? – прищуривается Тахир. – Это простой вопрос, Оларх. Ответь.

– Вы в любом случае узнали бы всё, если ты про это, – после паузы отвечает Оларх. – Мы втроём между собой бы разобрались. Не надо тревожить Иолу.

– Не надо без меня разбираться, – тут же говорю я. – Говорите всё при мне. Если что-то хотите выяснить… – я перевожу взгляд на пока ещё молчащего Янара. – Я сделала что-то плохое?

Все трое орков буквально каменеют и пристально смотрят на меня.

– Нет, Иола, – смягчает взгляд Янар.

– Тогда почему вы смотрите и говорите так, будто Оларх и я преступление какое-то совершили? – чувствуя, что непрошенные слёзы на глаза наворачиваются, спрашиваю я.

– Нет, Иола, ты нас неправильно поняла, – тут же отвечает Тахир, со странной усмешкой. – Не буду говорить за Янара, скажу за себя. Я сам хочу быть с тобой. Поэтому меня злость на Оларха разрывает. За то, что это он с тобой был. А не я.

– Я поэтому же, – мрачно добавляет Янар и пристально смотрит мне в глаза. – Никакого преступления нет, если это взаимное. Да, я зол. Не на тебя. Скрывать не буду. Я хочу тебя в жёны, Иола. Полюбил тебя. Сразу. Знаю, что моя. Но я видел, что меня боишься. Да и пришлось тебе нелегко. Поэтому ждал, когда привыкнешь, – тяжёлый взгляд на Оларха. – Ты быстрее привыкла к нему. Поэтому я зол.

У меня даже дыхание спирает, и ноги слабеют. Янар тоже…

Растерянно оглядываюсь, там где-то валун рядом был, на котором я сидела, да вот же он, рядом.

Сажусь, потому что ноги просто не держат, и в полном потрясении смотрю на трёх высоких мощных мужчин, которые вдруг с чего-то разом, все трое, захотели меня.

– И я полюбил, – добивает меня Тахир.

– И я по любви, – тяжело роняет Оларх. – От счастья своего отказываться не собираюсь. От Иолы не отступлюсь.

Все трое прожигают друг друга взглядами, а я пребываю в полном шоке. Полюбили? Все трое?.. Меня?..

Тахир переводит взгляд на меня, и вдруг расслабляет широкие плечи и улыбается мне. Хорошей такой, открытой улыбкой.

– Иола, ты должна знать кое-что. Ты можешь между нами не выбирать.

Недоумённо смотрю на него. Оларх же и Янар неуловимо подбираются и впиваются взглядами в Тахира.

– Оларх и Янар – достойные воины, – продолжает с улыбкой Тахир. – Орки, бывает, берут в жёны одну женщину. Когда её сердце не может выбрать. Им я готов доверить тебя. Но только им.

У меня голова совсем идёт кругом. Его слова доходят с трудом. Да и вообще, голова будто мотками шерсти вся набитая стала.

– Да, такой обычай есть, – медленно произносит Янар, пристально глядя на меня. – У людей, насколько я знаю, не так.

– Побратимами? – глухо спрашивает Оларх.

– Да, – тут же переводит взгляд на него Тахир.

Пока я ошеломлённо сижу, пытаясь осознать и хоть как-то уложить в голове происходящее, эти трое, как я и просила их, при мне, коротко и быстро решают всё между собой.

Договариваются, что, если я не смогу выбрать между ними, но приму троих, то они будут мне тремя мужьями, а сами станут побратимами.

Я же в полном шоке, пытаюсь сообразить, как это так всё получилось. Полюбили. Три мужа. Ох, как же это всё вот так…

Нахожу утешение в мысли, что по крайней мере, они обвинения друг другу не бросают, и из противостояния быстро объединились и договорились о сотрудничестве.

Наверное, у них, у орков, и правда всё так быстро и просто. Только вот мне с этим всем что делать?..

Вздрагиваю от того, что меня осторожно обнимает за подрагивающие плечи сильная мужская рука.

Вскидываю затравленный взгляд. Оларх. Обнял и смотрит пристально сверху вниз.

– Не говори пока ничего, привыкни к этой мысли, – его низкий сильный голос звучит успокаивающе. – У людей ведь таких союзов нет? Новое для тебя?

Киваю, переводя дыхание. Не могу сказать ни слова.

Впрочем, от его объятия мне сразу становится легче. Невольно прижимаюсь к Оларху, и он обнимает меня уже обеими ручищами, привлекая к себе, заслоняя от всего вокруг.

– Новое, – наконец, глухо говорю я.

– Думай пока о нас, как о защите, – произносит Оларх. – Мы тебя никому в обиду не дадим.

От его слов по всему телу разливается облегчение. Хорошо, что можно ничего не решать сейчас.

Невольно вспоминаю летящую в меня стрелу.

И, будто прочитав мои мысли, начинает говорить Тахир с мрачной усмешкой.

– Защита Иоле явно понадобится. Мы с Янаром выяснили, почему стреляли в Иолу. Почему её пытались убить.

Глава 38. Королевская кровь

Глава 38. Королевская кровь

Слова Тахира доходят до моего сознания с трудом. Встречаюсь с ним взглядом. Смотрит пристально, серьёзно. Ни тени привычной полу-усмешки, и глаза острые, пронзительные.

Янар тоже не отводит от меня взгляда.

Кажется, передышка мне нужна от всех этих новостей неожиданных.

Нет, не кажется. Нужна-нужна.

Я резко втягиваю воздух глубоко-глубоко, тру лицо.

Пытаюсь осознать себя.

Я сижу на большом валуне, прогретом утренним солнцем. На него я опустилась, когда ноги отказали от услышанного.

Тяжёлая рука Оларха всё ещё лежит у меня на плече, удерживая меня в мире, который только что перевернулся.

Ручей журчит совсем рядом. Ровный шёпот воды по гладким камням. Утреннее солнце дробится на быстрине золотыми осколками, и от воды тянет свежей прохладой.

Трое орков любят меня. Трое хотят взять в жёны. Я не успела даже уложить это в голове, а Тахир уже сказал, что мне понадобится защита, ведь они с Янаром выяснили, почему меня пытались убить.

Как хорошо, что они молчат. Дают мне время.

Усмехаюсь. Время… Когда я из замка сбежала, и когда выкупила свою свободу, я думала, времени у меня теперь много. А вот оно как, оказывается.

Боюсь спрашивать. Кажется, я на краю пропасти в какую-то совсем уж страшную неизвестность. И задать вопрос – значит шагнуть в неё. И всё изменится. Навсегда.

Может, лучше и не знать ничего?..

Ладно. Вдохнула. Выдохнула. Собралась.

– Тахир, расскажи, пожалуйста, – наконец, произношу я, глядя на ручей.

Голос звучит чужим. Как хорошо, что Оларх рядом, поглаживает слегка моё плечо, возвышается за мной, как скала. Надёжный. Непоколебимый.

И Янар с Тахиром подошли ближе, остановились в трёх шагах, будто заключая меня с Олархом в невидимое защитное кольцо. Сразу так спокойнее становится…

Тахир молчит почему-то, и я перевожу дыхание. Делаю долгий шумный выдох. Поднимаю взгляд, набираясь решимости.

– Мне нужно знать, – добавляю я твёрдо.

Тахир переглядывается с Янаром, и тот отвечает коротким кивком. В этом обмене взглядами – что-то давно решённое между ними, какой-то разговор, который вёлся без меня и обо мне.

Чуть в стороне переступают у воды кони, пьют из ручья, и эти обыденные детали почему-то особенно остро подчёркивают этот момент. На краю пропасти…

– Мы с Янаром смогли захватить некоторых из нападавших, Иола, – начинает Тахир, и в голосе звучит ещё мне незнакомая серьёзность. – Допросили. А потом ещё проверили то, что от них узнали. Потом свели вместе то, что добыли агенты Янара и мои. Давай по порядку, с самого начала, чтобы ты всё поняла.

Тахир чуть подаётся вперёд, собранный, хищно-внимательный. Утренний свет очерчивает его широкие плечи, упрямую линию челюсти. Оларх за моей спиной замер, но я чувствую его всем существом, и это придаёт уверенность.

– Ты знаешь, что твой отец – Элдар, рыцарь, спасший вождя, – продолжает Тахир. – Но это лишь половина. Вторая половина – твоя мать.

Вот оно. Кажется, это именно то, чего я боялась. Моё прошлое. Мама… Они смогли выяснить что-то о моей маме?

Тахир выдерживает короткую, тяжёлую паузу, будто давая мне время приготовиться. И всё равно застаёт меня врасплох.

– Твою мать на самом деле звали Тэйрина, – говорит он медленно, не сводя с меня пристального взгляда. – Она была внебрачной дочерью короля Альдрика.

В ушах звенит. Журчание ручья вдруг отдаляется, будто меня окунули под воду. Я открываю рот, но горло перехватывает немота. Дочь… короля? Моя мама?

Перед глазами встаёт мамино лицо, усталое, с тёмными кругами, но с такими добрыми глазами.

Та самая женщина, что отогревала дыханием мои пальцы, когда я маленькая, играя, застудила руки у такой же холодной, быстрой воды. Та, что ночами штопала моё платье при свете лучины и… скрывалась от кого-то. Бежала, меняла имена. Искала убежища в глухих деревнях, вздрагивая от каждого скрипа двери.

Дочь короля. Моя мама – дочь короля…

Слова доходят медленно, как вода, просачивающаяся сквозь плотную ткань. Рука Оларха чуть сильнее сжимает моё плечо, и от ощущения этой тяжёлой, спокойной руки ко мне возвращается способность дышать.

– Её хотели выдать замуж за влиятельного лорда, – продолжает Тахир. – Но Тэйрина сбежала с твоим отцом. По времени всё сходится. Мы связались с людьми в столице, за те несколько часов, что мы задержались в Рэйвале, они успели добраться до архивов и проверить записи.

– У короля нет других дочерей. Только сыновья, появившиеся в законном браке, и ещё один бастард, о котором известно, – добавляет Янар.

– Король к нему относится как к родному, – подхватывает Тахир. – Хорошо устроил его в жизни. Разве что прав на трон внебрачный сын не имеет, они у старшего наследника. О королевской крови король Альдрик печётся. Ты, Иола, – его кровная внучка. Незаконная, но…

– Но кровь есть кровь, – заканчиваю я глухо.

– Да, – кивает он.

Я снова молчу. В голове звенит, и сквозь этот звон, сквозь ровный говор воды пробиваются отдельные слова: король, дочь, замуж, королевская кровь. Я пытаюсь ухватиться хоть за что-то, за любую ниточку, что вернёт меня в реальность.

– Если мама – дочь короля… И я… – произношу я, наконец, на удивление ровным голосом. – Не понимаю, почему мама пряталась, а отца… На войну…

– Из того, что нам удалось узнать, такая картина складывается, – говорит Тахир. – Король хотел выдать незаконную дочь замуж за кого-то влиятельного. Пока не знаем, за кого. Твоя мать сбежала с твоим отцом. Значит, от брака бежала, так получается. Что там произошло, непонятно. Но твоя мать с маленькой тобой сбежала, а отец оказался на войне.

– Думаю, король разозлился, что Тэйрина разрушила его планы, – вдруг раздался низкий голос Оларха за моей спиной. – Отца Иолы отправил на войну. А её мать, судя по всему, смогла сбежать.

– Вот от кого умение исчезать у Иолы, – с усмешкой глянул на меня Тахир.

Я даже напряглась. Мой дар… Я же умею отводить глаза. Мама тоже умела. У нас были такие моменты, когда она от стражников ускользала.

– Тахир, сейчас не об этом речь, – мрачно произносит Оларх.

При этом привлекает меня к себе, и я прижимаюсь к нему, сразу расслабляя напряжённое тело.

– Не об этом, – чуть нахмурившись, цепко глянул на Оларха Тахир. – Я говорю, что это у них семейное. Дар по женской линии. Та женщина, с которой король мутил тогда, фавориткой была при дворе. Бабушка Иолы, получается, от которой Тэйрина родилась. Про неё говорили, что даром обладает.

– Вы и это успели выяснить?.. – прямо смотрю я на Тахира.

Тот усмехается.

– Иола, мы наследники вождей, – отвечает он. – С королевством, хоть и мир, но шаткий. Всё время какие-то вспышки и провокации. В королевстве, и особенно рядом с королём, у нас давняя и большая сеть агентов. Мы знаем всё про тех, с кем он спал, когда он… кхм, что ест на завтрак, обед и ужин, всю подноготную и про всех придворных тоже.

– И всё равно, так быстро, столько узнать, – упрямо продолжаю я, глядя сначала на Тахира, а затем на Янара.

– Не быстро, – пожимает плечом Тахир и смотрит на Янара.

Тот молчит тяжело. И я молчу. До меня запоздало доходит, что они мне только что государственные, можно сказать, тайны выдали. Так доверяют? Мне, случайной спутнице?

Только вот ты уже не случайная спутница им, Иола. Эти трое так уверены, что я решу стать им женой? И все тайны в семье останутся? Так, стоп, не о том думаю.

Может, это не секрет всё же? И король в курсе про агентурную сеть орков?

– Это не тайны тайные, – догадывается о моих мыслях Тахир. – Король о наших агентах знает, вычислить не может. Наши тоже не всё могут вычислить. Так бы давно уже выяснили, кому война с орками выгодна.

– Герб твоего отца, Иола, – тяжело глядя на меня, говорит Янар. – Мы ещё в Милдхейвене, где с тобой встретились, уже дали поручения разузнать. Когда допросили напавших, их ответы, хоть и скудные, позволили свести обрывки воедино.

– Они искали именно тебя. Точное описание. Было предупреждение, что магическим даром исчезать можешь. Что с тремя наследниками в пути. У тех, кого мы допросили, был приказ взять тебя живой.

Я встряхиваю головой – она совсем уж идёт кругом.

– Подождите. В меня же стрела летела. Оларх её отбил. Вы сами сказали, что меня убить пытались. Вы сказали, что это из-за того, что я – внучка короля, хоть и незаконнорожденная. Как это вяжется с тем, что был приказ взять меня живой?

Тахир широко улыбается, что даже пугает, учитывая, каким острым и опасным становится его взгляд.

– А вот здесь, Иола, самое интересное! – заговорщицки подмигивает он. – Там были две группы. Одни хотели убить. Другие – помешать тем убить, и заодно, в суматохе, прорваться к тебе и похитить тебя.

– Да, я тоже это видел, – подтверждает Оларх за моей спиной. – Их явно две группы было, с разными целями. И что? Тахир, не тяни, вываливай уже всё, что знаете, до конца.