Текст книги "Спутница орков (СИ)"

Автор книги: Татьяна Демидова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)

Глава 39. Версии

Глава 39. Версии

– Мы и рассказываем, – остро глянул на Оларха Тахир.

Я хмурюсь.

– Вы точно не ошибаетесь? – осторожно спрашиваю я. – Может, это вас хотели убить, а лучник промахнулся и в меня…

– Точно, – резко обрывает мои слова Тахир. – Мы опытные воины, Иола. В бою задачи противника, как на ладони. Две группы. Это очевидно. Мы взяли тех, кто пытался захватить. Те, кто убить пытались, успели ускользнуть. Стрелок и те, кто с ними явно на тебя нацелены были, Иола. Другие тоже к тебе рвались, но при этом с первыми тоже схлестнулись. Нам пришлось биться и с теми, и с другими.

Внутри становится холодно. Я вспоминаю то мгновение: лучника, и как Оларх отбил стрелу топором. Всё случилось слишком быстро.

– Кто хочет твоей смерти, пока неизвестно, – добавляет Тахир и тут же припечатывает жёстко: – Но мы выясним.

Меня передёргивает.

– А захватывать меня живой зачем?

Тахир пожимает плечом. Движение небрежное, но глаза остаются цепкими и внимательными.

– Много причин может быть, – произносит он. – Видимо, из-за королевской крови. Те, кого допрашивали, мало знают. И времени у нас не было толком. Основное вытрясли и к тебе заторопились. Зато они выведут нас на тех, кто знает больше. Мы их отдали нашим оркам в Рейвале. Раскрутят по ниточкам, благо теперь эти ниточки есть. В избытке.

Я сцепляю подрагивающие пальцы. Внутри странная пустота пополам с дрожью. Словно я стою на самом краю обрыва, и ветер толкает меня в спину. Но я должна устоять.

Медленно, старательно я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Боль помогает. Возвращает в тело.

Янар вдруг подходит, присаживается рядом со мной.

Такой большой, суровый. Мощный. Мужественный, красивый до невозможности. Он берёт мои руки, осторожным движением разжимает мои пальцы и гладит подушечками по полоскам от ногтей на моих ладонях.

Эта внезапная ласка всё переворачивает внутри. От неожиданной нежности этого мощного сурового мужчины внутри всё вспыхивает.

Янар смотрит на меня, лицо прямо перед моим.

– Один из них оказался очень разговорчивым, – говорит он, заставляя затаить дыхание от богатых интонаций его низкого сильного голоса. – Тебя ищут, Иола, давно. Это явно связано с тем лордом, от которого бежала твоя мать. Точно мы не знаем, но судя по всему, от тебя хотят того же. Кровную связь с троном. Влияние. Власть.

Я встряхиваю головой и растерянно смотрю сначала на него, потом на Тахира.

– Я не понимаю…

– Тут нет ничего сложного, – усмехается Тахир. – Ты внучка короля, хоть и не от официального брака. Прав на трон не имеешь, но королю явно дорога. Захочет тебя устроить в жизни. А тут, представляешь, тебя разыскали. Спасли. Почему бы тому роду, чьи люди оказали услугу, и женой за наследника рода тебя не отдать?

Увидев мой растерянный взгляд, Тахир добавляет:

– Кто-то хочет закончить то, что не удалось тогда с твоей матерью. Взять тебя живой и через брак породниться с короной. Через тебя. А те, кто хотят тебя убить, судя по всему, хотят усилению этого рода помешать. Очень похоже на то, как тут, в королевстве, обычно придворные дела делаются.

– Это всё проверить надо, – говорит Оларх. – Моих тоже задействовали?

– А как же, – довольно кивает Тахир. – Ты очень кстати нас доверенными для них сделал и поручения раздал. У тебя сильные агенты. Уже работают.

У меня же голова кружится. Королевская кровь, перспектива брака, попытки меня убить – всё наваливается разом, и я снова чувствую, как холод поднимается откуда-то изнутри. Слишком много для одного утра.

Янар обхватывает своими большими ладонями мои пальцы, и я ловлю его пристальный взгляд. И Оларх с моего плеча руку не убирает. Поглаживает легко.

Тахир поглядывает на нас, скрещивает могучие руки на груди и тоже на меня смотрит. Пристально. Прямо в глаза.

Взгляд такой жаркий, мужской. Горящий. Скользит по моему лицу, поднимается к волосам, заплетённым Олархом. Опускается на губы. Снова в глаза пристально.

Сразу вспоминаю его слова, что у меня в волосах может быть три косы…

Невольно краснею, но всё же мне становится легче.

Я не одна с этим всем.

И тут меня с головой накрывает совершенно новым для меня ощущением: как же мне повезло их встретить!

Как же мне повезло, что я не одна!

Даже способность соображать возвращается.

– Вы говорите, давно искали… – осторожно начинаю я. – Если у них было точное описание…

– Умная, – вдруг выдаёт Тахир, вскидывая взгляд на Оларха и кивая на меня. – Правильные вещи говорит, – и уже мне: – Всё верно, Иола. Мы тоже об этом подумали.

– И вопросы об этом тоже задали, – продолжая неспешно гладить мои пальцы, говорит Янар. – Начало поисков женщины с гербовой брошью совпадает с тем временем, когда сбежала твоя мать. Во всех крупных городах развернули магический поиск.

– Есть такие артефакты специальные, – поясняет Тахир. – Мы нашли их у захваченных. Настроены на твой родовой герб. На тот, что у Янара сработал. Помнишь, та женщина в порту, которая к твоей броши прицепилась?

Кажется, способность удивляться уже покинула меня окончательно. Поэтому я говорю уже совсем спокойно:

– Да, торговка у порта. Она знала, что у меня была брошь, – припоминаю я. – Описать её не смогла толком стражникам. Но говорила, что почувствовала. Так это была не случайность?

– Это была попытка тебя захватить, – говорит Янар.

Я хмурюсь.

– Искали женщину с брошью… Наверное, поэтому мама и держалась подальше от больших городов. Чтобы её не могли найти. Но тогда почему она мне эту брошь дала? И сказала после восемнадцати в столицу отправляться?

– Может, думала, что к этому времени её перестанут искать. Всё же по всем городам, пусть даже и крупным, держать поиск многие годы – слишком дорогое удовольствие.

За спиной раздаётся низкий голос Оларха:

– Похоже, этот кто-то сильно богат, если не стал убирать поиск. Значит, знал, что у Тэйрины есть дочь. И продолжал оплачивать и людей, и действие артефактов.

Я оборачиваюсь к нему. Чёрные глаза смотрят пристально, а в глубине тепло и обещание защиты.

Улыбаюсь ему слабо и делаю глубокий вдох. Воздух пахнет утренним лесом. Мысли понемногу перестают метаться и появляются новые вопросы.

– Не герцог ли наш многоуважаемый, случайно? – вдруг усмехается Тахир. – На него похоже.

– Может, и он, – задумчиво говорит Янар, разглядывая мои пальцы. – У его среднего сына была какая-то история со сбежавшей невестой.

– Да-да, точно! – щёлкает пальцами Тахир. – И старшего внука как раз пора женить! Почему бы не на неизвестной девушке с королевской кровью? А что? Толковый план. Сначала напугать бедняжку захватом, потом героически спасти. Забрать в большой герцогский замок, а там и жених раскрасавец с герцогским титулом.

Меня передёрнуло, и Тахир – с такой усмешкой, что вроде и весёлым хочет казаться, а взгляд убийцы просто, аж мороз по коже, – выбрасывает свои ручищи ладонями вперёд.

– Всё-всё, Иола, я понял. Слишком много женихов в один день. Может, и не для того, чтобы тебя замуж выдать, ищет. Кто ж их разберёт, этих герцогов. Может, и не герцог, вообще.

– Может, и не герцог, – произносит Оларх.

– В любом случае, кто-то сильно влиятельный, – подытоживает Янар. – Выясним.

А у меня вдруг вся картина в голове складывается.

Наследники орков едут к королю… Вспоминаю корабль. Тахира, склонившегося над круглым артефактом. Те слова, которыми они обменивались с подходящими к ним людьми и орками.

– Вы ведь не просто к королю едете, – я перевожу взгляд с одного на другого. – Ещё на корабле я видела. И потом, в Рейвале. Вы что-то по пути пытаетесь выяснить, да?

Глава 40. Решение

Глава 40. Решение

Нормально я так спросила об их планах. Скорее всего я лезу не в своё дело. Ответа, собственно, особо и не жду. Но вдруг ответят.

Янар с явной неохотой выпускает мои пальцы, выпрямляется, отходит на пару шагов, встаёт ко мне спиной. А я невольно засматриваюсь на эту широкую спину.

Потом поворачивается, скрестив мощные руки на широкой груди. Переглядывается с Тахиром и Олархом.

Снова этот их безмолвный разговор взглядами. Несколько мгновений, и решают что-то без слов.

– Да, Иола, – пристально смотрит на меня Янар. – Не просто так.

Он обводит взглядом поляну – кусты, деревья вокруг, коней у воды, – словно проверяя, не слышит ли кто.

– Кто-то разжигает войну, – тихо и мрачно говорит он. – Между королевством и орками. Долго было затишье, и снова. Нападения на границах, пропавшие караваны, убитые гонцы.

– Война… но… зачем? – оторопело спрашиваю я. – Кому вообще война может быть нужна?

Сзади негромко произносит Оларх:

– Много кому. Большие деньги можно поднять под шумок. Да и земель захватить. Влияние и власть, опять же.

– Подозрения есть, кто это может быть, – добавляет Янар. – Но доказательств пока нет. Мы только начали собирать сведения. Здесь, в королевстве, в пути до столицы, уже многое проясняется.

Тахир трёт подбородок и прищуривается.

– Пока что такое складывается. Тот, кто разжигает войну, скорее всего – тот же, кто хочет тебя убить.

Я замираю. В голове начинает складываться картина, страшная, но ясная. Кусок за куском, как мозаика.

– Я – наследница крови, – медленно произношу я. – Если меня выдадут замуж, тот, кто за мной охотится, получит влияние. А если меня убьют… вину можно свалить на орков, раз уж я с вами. Заявить, что орки убили внучку короля. Звучит бредово, конечно, но…

– Почему же бредово, – выразительно приподнимает бровь Тахир. – Если обычные поводы не работают, орки не ведутся на провокации, да ещё и король за мир держится… Почему бы не ударить короля по больному месту? Для него родная кровь важна. Может и сработать.

– В любом случае, это пока только догадки, – отрезает Янар. – Нужно время, а ещё информация.

Янар смотрит вдаль, туда, где ручей убегает в чащу. Утреннее солнце уже поднялось над деревьями и теперь играет бликами на журчащей воде.

– Открытый путь к столице опасен, – продолжает он. – Пока будем держаться подальше от больших дорог. Были бы втроём, понятно всё, отобьёмся. Но Иолой рисковать… – Янар обрывает свои слова, и добавляет: – Я вызвал отряд от границы. Соединимся с ним в Вересковке.

– Это деревня такая, – поясняет мне Тахир. – На отшибе. Глухое место, немного в стороне от трактов. Остановимся там, получим новые сведения, дождёмся воинов Янара, и двинем дальше уже с сопровождением.

– Разумно, – добавляет Оларх. – На нас было нападение. Можем приличный отряд в сопровождение набрать. Недалеко от Вересковки Лейрман – город на трёх трактах. Там мои тоже есть. Возьму себе.

– И мои тоже, – усмехается Тахир и подмигивает мне.

При этом принимает такой обаятельно-нахальный вид, что я невольно улыбаюсь.

– Вас послушать, вы могли бы уже всё королевство захватить, – с облегчением подхватывая его настрой, добавляю я.

– Могли бы, – тут же кивает Тахир, – но зачем? Нам в родной степи живётся намного лучше. Но мы с тобой потом поговорим о политике, если тебе так этого захочется, – быстрый взгляд в сторону солнца. – Двигать надо.

– До Вересковки два дня пути, – добавляет Оларх и окидывает взглядом Янара и Тахира. – Завтракали?

– Да, успели поесть, – отзывается Тахир, и тут же бросает быстрый взгляд на меня. – А вы?

– Тоже, – подтверждает Оларх.

– Тогда готовимся в путь, – распоряжается Янар.

Оларх наклоняется ко мне, целует в висок.

– Посиди пока здесь, соберёмся. На моём коне поедешь, со мной.

Не дожидаясь ответа, Оларх вслед за Янаром и Тахиром направляется к коням. Они негромко переговариваются ещё, их голоса смешиваются с говором воды и становятся неразличимы.

А я остаюсь на валуне и смотрю на ручей.

Прозрачная, быстрая вода бежит по гладким камням. Ей всё равно – война, мир, герцоги, короли. Она просто течёт. Текла до меня, будет течь после.

А я… всё-таки боюсь. Впервые по-настоящему боюсь за свободу. Если это всё действительно так… Меня, значит, хотят использовать из-за королевской крови во мне. Выдать ли замуж, использовать ли мою смерть…

Внутри меня вдруг что-то твёрдо встаёт на место.

С меня хватит. Не буду прятаться и бежать, как мама. Я хочу, чтобы моя жизнь сложилась иначе, чем у неё. Мама была совсем одна. А рядом со мной трое сильных мужчин. Каждому из которых, я уверена, я действительно дорога.

Непрошеный голосок в голове всё же шепчет, что они могли мне предложить брак из-за того, кто я есть. Мол, уже знали, что внучка короля.

Только вот зачем им это? У меня сложилось такое впечатление, что уж из-за выгоды какой-то ни один из них точно не станет связывать себя нежеланным браком.

Как Оларх мне сказал? Он хочет со мной навсегда…

Решительно выбрасываю эти недостойные мысли о моих орках. Нет в них фальши и зла, это точно. Не чувствую. Искренни со мной. И чувствам, которые они так прямо и открыто мне высказали, я тоже верю.

В груди теплеет, а щёки вспыхивают жаром. Не об этом ли ты недавно думала, Иола? О том, что как было бы прекрасно, если бы можно было не выбирать между ними?

Оказывается, можно не выбирать! До меня окончательно доходит, и смущает в то же время до полной невозможности.

Ведь я даже близко не представляю, как это вообще может быть. Не укладывается в голове.

С Олархом… С ним всё само собой произошло. И я рада этому несказанно.

Сейчас с ним поеду. Буду блаженствовать в его сильных объятиях.

Что касается Тахира и – ох, страшно даже подумать, – Янара…

Останавливаю себя от этих мыслей. Не буду об этом думать.

Вообще пока не буду думать. Надо то, что уже на меня свалилось, хоть как-то уместить в голове. Привыкнуть. Осознать себя по-новому. А потом, с холодной головой, уже решать, что дальше.

Я смотрю на них в утреннем свете. Янар проверяет упряжь, Тахир затягивает подпругу, Оларх треплет коня по шее, а затем осматривает подковы.

Трое. Они спасли меня. Иначе меня ждала бы смерть, а то и что-нибудь хуже.

Мне по-настоящему повезло. Пока что я доверюсь им. Продолжу с ними путь. Со всем остальным уж как-нибудь разберёмся.

Вскоре Оларх делает мне знак, и я поднимаюсь с валуна. Выпрямляю спину, чувствуя, как силы возвращаются. И уже уверенно иду к ним.

Глава 41. Путь

Глава 41. Путь

Я подхожу к Оларху, и тут рядом оказывается Янар. Накидывает мне на плечи дорожный плащ, плотный, с тонкой серебряной вышивкой по краю.

– В лесу холоднее будет, – говорит он коротко и отходит к коням.

Плащ хранит его запах, неуловимо мужской и притягательный, и я невольно зарываюсь в него носом, пряча улыбку.

Поворачиваюсь к Оларху. Он подхватывает меня легко, как пушинку, усаживает в седло и сам запрыгивает сзади одним плавным движением.

Я прижимаюсь спиной к его широкой груди. Он берёт поводья, смыкая руки по бокам от меня, и я оказываюсь в кольце его надёжных рук.

– Два дня, – говорит он мне в макушку, – и будем в Вересковке.

Конь нетерпеливо переступает, чувствуя дорогу.

Трогаемся. Янар едет впереди, осматривая лес. Иногда он оборачивается, проверяя нас.

Тахир держится позади, иногда едва слышно насвистывая. Лес густой, но тропа широкая. Кони идут шагом, Оларх чуть сжимает руки, придерживая меня. Молчит. С ним молчать легко, и мне очень хорошо так ехать с ним.

Мы едем неспешно сквозь густой лес, и в этой неспешности есть что-то правильное. Будто мир даёт нам передышку, а два дня до Вересковки – подарок, короткий миг покоя среди бури.

Я подставляю лицо ветру и впитываю запах леса, мерный шаг коня, тепло Оларха за спиной. Я знаю, что там, впереди, столица и те, кто меня ищет. Но сейчас, в кольце его сильных рук, между Янаром и Тахиром, мне по-настоящему спокойно.

К полудню тревога всё-таки нагоняет меня холодным узелком под ложечкой. Мы едем в столицу. И что я буду там делать? Работать швеёй, как собиралась?

Янар ведь собирается предъявить королю долг за Элдара и его спасение вождя орков. И что сделает король, когда поймёт, кто я?..

– О чём думаешь? – Оларх, кажется, чувствует, как я напряглась.

– О столице, – признаюсь я. – Мы продолжаем путь, а я…

Обрываю свои слова. Оларх обнимает меня крепче и усаживает удобнее в седле. И так это у него ловко и естественно получается, что даже тепло внутри растекается.

Вот куда я от него, а?.. Они посетят короля, отправятся обратно в степь, а я останусь в столице? Серьёзно? Без него?..

Взгляд падает на широкую спину Янара впереди нас. Позади Тахир едет. А без них я – как?..

Оларх молчит, не спрашивает больше ничего. И наводящих вопросов не задаёт. Наверное, это правильно, потому что я в полном смятении.

Прерывисто вздыхаю и откидываю голову назад, на плечо Оларха и тут же чувствую лёгкий поцелуй в моих волосах.

Так, в молчании и едем дальше.

Первый привал делаем у небольшого озерца. Вода тёмная, спокойная, в ней отражаются кроны деревьев. Янар спешивается первым, обходит поляну, вглядываясь в кусты. Тахир достаёт круглый артефакт – тот загорается мягким зелёным светом.

– Чисто, – говорит Тахир.

Только после короткого кивка Янара Оларх помогает мне спуститься, и его руки задерживаются на моей талии дольше необходимого. Я чувствую это мгновение всей кожей.

Тахир мне находит дело, мыть овощи, и я бросаю на него благодарный взгляд. Понимает, что мне нужно руки занять чем-то занять, чтобы от мыслей отвлечься.

За едой завязывается беседа, и я постепенно расслабляюсь, слушая их низкие уверенные голоса.

Затем едем дальше. В молчании с Олархом мне хорошо. Даже придрёмываю иногда в его надёжных объятиях. Замечаю, что постепенно расслабляюсь и начинаю получать настоящее удовольствие от этого пути вчетвером.

Это намного лучше, чем на корабле. И уж точно спокойнее, чем то, когда я ехала по лесу одна. Тогда, в моём первом пути после побега из замка, я была совсем одна, и совершенно беззащитна, сейчас я это со всей отчётливостью понимаю.

Мне по-настоящему везло, я встретила добрую женщину, а могла бы и разбойников каких…

Посматриваю на моих орков, замечая, что я действительно уже думаю о них, как о моих… Не только об Олархе так думаю. Тахир и Янар тоже мне важны. Очень.

На новом привале я принимаю окончательное решение пока не думать о будущем. Я ведь и не жила толком ещё. Очень мало знаю о большом открытом мире.

Почему бы моей жизни пока не побыть такой? В пути, среди ненавязчивой заботы трёх сильных надёжных мужчин.

Я чувствую их внимание постоянно. Они часто делают привалы.

Как-то незаметно получается, что все трое то и дело оказываются рядом со мной. Тахир увлекает лёгкой беседой, в которой я забываюсь. Янар и Оларх тоже окутывают своим надёжным присутствием.

Все трое находят и повод, и возможность ко мне прикоснуться, стоять близко, так, что дыхание спирает.

И делают они это так… естественно, что мне и возразить повода нет. Да и не хочу. Приятно мне это. Очень. Сама тянусь. К каждому.

Прислониться к Оларху, когда он приобнимает меня за плечи. Принять еду из рук Янара, а потом замирать от сладкого восторга, когда он пересядет рядом, и начнёт показывать, как правильно заворачивать сыр в лепёшку, чтобы на три укуса. От его близости и того, как ловко его сильные пальцы направляют при этом мои.

Тахир тоже не теряется. То на моей сумке ремень поправит. То приобнимет.

И забалтывает меня всё время. За это я ему особенно благодарна. Он очень интересно рассказывает и о степи, и о том, что видели в королевстве. Да и Янара с Олархом он находит возможность разговорить.

На вечернем привале мы в гуще леса. На небольшой поляне орки решают развести костер и здесь же заночевать. Рвусь помочь с чем-нибудь, но понимаю, что эти трое уже всё быстро и ловко развернули без меня.

Мне остаётся только сесть на поваленное дерево между Олархом и Янаром, напротив Тахира, и, прищуриваясь от удовольствия, есть вкуснейшую походную еду.

Убираем мы всё уже вместе. Я устраиваюсь у костра, доставая шитьё. Разговор идёт сам собой – про орочий быт, про то, как они живут. Очень интересно и необычно. Мне очень нравится про это слушать.

А потом Тахир и Оларх начинают обсуждать свойства разных камней для артефактов. Замечаю, что они очень много об этом знают. Их беседа очень напоминает ремесленную, а потом понимаю из разговора, что они многое делают сами.

– Я думала, воины только воюют, – улыбаюсь я. – Получается, что вы ещё и артефакторы?

– Нет, только я, – отвечает Тахир. – В орочьих племенах каждый воин владеет ремеслом. Янар – оружейник, Оларх – резчик по камню, я – артефактор. Плюс целительство у меня ещё, это уже от силы духов.

– Как получилось, что вы дружите? – спрашиваю я, когда взгляды всех троих задерживаются на мне.

– Это не дружба. Это – тугхаррат, – называет Янар орочье слово. – У людей нет такого. Ближе всего по значению… сотрудничество, или боевое братство. Вырастает из детских тренировок. Для каждого из нас внутри племени сверстники очень быстро перестали быть ровней. Отцы искали тех, с кем мы могли бы тренироваться на равных. Нашлись в других племенах. Старшие сыновья вождей.

– Я думала, племена далеко друг от друга.

– В глубине степи есть большой… скажем так, город, Урхиал-Айлх. Очень большая постоянная стоянка. Племена уже давно не разрознены, и вожди предпочитают жить в Айлхе, оттуда удобно всем управлять. Так что мы росли вместе.

– И что, вы сразу подружились? – тут же спрашиваю я, настолько это всё мне интересно.

– Поначалу непросто было, – усмехается Тахир. – В двенадцать лет Оларх постоянно вызывал меня на бой без правил.

– Ты жутко раздражал, – бросает на него мрачный взгляд Оларх. – Слишком много болтал.

– А ты всегда молчал, – тут же прищуривается Тахир. – И бесил этим дико. С Янаром хоть что-то обсудить можно было.

Оларх едва заметно улыбается уголком губ и поясняет мне:

– За нашими боями всегда Янар следил. А когда видел, что вот-вот покалечим друг друга, разнимал. Нас обоих раскидывал играючи.

– И как же так получилось, что вы стали… – затрудняюсь я вспомнить названное мне орочье слово.

– Тугхарами? – подсказывает Тахир и тут же поясняет: – Это больше, чем дружба. Не побратимы ещё, но намного больше, чем друзья. Те, с кем охотно делишь и путь, и еду, и кров. Кому подставишь спину, не задумываясь.

На мой вопрос вдруг отвечает Оларх.

– Тахир однажды мне задал вопрос, – в его низком голосе появляются тёплые ноты. – Почему мы даже вдвоём не можем одолеть одного Янара.

– Точно, – подхватывает Тахир, широко улыбаясь. – Ты подумал-подумал, и предложил тренироваться вдвоём. Тогда и выяснилось, что когда мы заодно, у Янара нет шансов.

Янар улыбается краешком губ.

– Вы сильные воины. Я многому учился у вас.

Я улыбаюсь и продолжаю расспрашивать. В основном рассказывает Тахир, и это невероятно интересно.

Костёр трещит, начинает темнеть, а я вышиваю в свете светящегося камня, который пристроил рядом со мной Янар. И слушаю, как они втроём подростками пошли в горы и встретили снежного духа.

Янар иногда поправляет Тахира, да и Оларх изредка вставляет «не так всё было».

А потом Тахир заворачивает такое, что я смеюсь от души, запрокинув голову.

Смеюсь, и всё никак не могу успокоиться. А потом смотрю на Янара с Тахиром, и по всему телу жаркой волной обдаёт от того, как они на меня смотрят. Тяжёлыми, горящими мужскими взглядами.

– Красивый смех у тебя, – пристально глядя на меня, произносит Янар. – Всё время серьёзная такая. Думал, не скоро услышу. И услышу ли.

Смущаюсь, и Янар встаёт и говорит, что сейчас стемнеет, и надо готовиться ко сну.

Мужчины быстро распределяют очередь, кто когда будет оставаться на страже. Тахир вызывается первым, Янар отдаёт вторую очередь Оларху, а сам берёт самую сложную часть ночи перед рассветом.

Тахир и Янар отходят к коням, достают из седельных сумок несколько покрывал, а я поворачиваюсь к Оларху. Я очень хочу спросить, но как, с чего начать…

– Спрашивай, Иола, – понимает меня с полувзгляда Оларх. – Говори, как есть.

Прерывисто вздыхаю. Всё-то он видит. Но всё-таки решаюсь задать мучающий меня вопрос.

– Оларх, ты… Вы говорите, что три мужа, три косы… Ты так спокойно это воспринимаешь.

Он молчит, потом притягивает меня ближе.

– Я не слепой, Иола. Я видел, как ты смотришь на нас. Не только на меня. И на Тахира, и на Янара. С самого начала. И в нашу первую встречу. В городе. На корабле. Сейчас тоже в дороге. На самом деле ты уже выбрала. Всех троих. Просто пока не готова это понять и осознать. Мы подождём, когда поймёшь, что на самом деле мы уже все трое – твои. А ты уже – наша.