Текст книги "Надежда в новом мире (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 34 страниц)

Глава 116

Первое потрясение их ждало, когда они увидели корабль, второе – когда оказались внутри их нового убежища, и третье – после знакомства с настоящим главой. Им была женщина. И не просто женщина, а скорбная! Миниатюрная и молодая.

Им долго еще казалось, что это какая-то шутка, но все в поселении с уважением относились к ней и прислушивались к каждому ее слову. Даже рудые! Это было немыслимым.

Дрога ни на что не рассчитывала. Она была стара и не понимала, зачем незнакомцам, живущим в столь потрясающем месте, понадобилась такая старуха, как она.

На самом деле, ее жизнь до недавнего времени была не так плоха, но все изменилось, когда глава решил выгнать ее сына. После того дня она едва держалась.

И каким же было ее удивление, когда она увидела родное лицо в новом убежище. С того момента ее более ничего не волновало, кроме радости, что родная кровь жива, и благодарности, которую Дрога испытывала к женщине, сотворившей чудо.

После того дня, как они поселились в этом месте, скорбных становилось все больше и больше. Дома заполнялись. Пустое пространство было застроено навесами. Несмотря на это, каждый день у всех была еда.

Дрога хотела хоть как-то отплатить благодетельнице, спасшей ее сына, поэтому однажды она направилась к ней с предложением, о котором долго думала.

– Вы хотите выйти за пределы стен? – спросила у нее большеглазая девушка – их невероятная глава.

– Именно, – Дрога кивнула. – Мы только и делаем, что едим, – заметила она и покачала головой. – Охотники устают. Мы можем им помочь.

Она оглянулась. Позади нее собрались люди, которых Дроге удалось перетянуть на свою сторону. На самом деле, таких было большинство, но в поселении нашлось и немало тех, кого полностью устраивала праздная жизнь. Такие сразу отказались, не желая рисковать, когда о еде в их тарелках заботился кто-то другой.

– Как вы себе это представляете? – спросила их глава, глядя на Дрогу внимательным взглядом. – Вы не можете охотиться.

Эта женщина была совсем молодой, но почему-то от силы ее взгляда Дрога слегка поежилась. Может быть, в том, что именно она главенствовала, был смысл?

– Не можем, – согласилась Дрога, хотя ей и хотелось поспорить. В конце концов, им не обязательно было вступать в схватки. Они еще способны были построить различные ловушки, куда могли попасть мелкие животные. – Но мы способны собирать. Когда идет дождь, в лесу растет множество грибов. Мы можем копать коренья и собирать остатки твердых плодов и ягод. Если вы выделите нам одного охотника, то он присмотрит за нами.

Глава нахмурилась. Дрога напряглась, готовая к отказу. Обычно рудым не хотелось возиться с ними. Они предпочитали охотиться, а не присматривать за возящимися на земле скорбными, считая всякие корешки и ягоды глупостью, не стоящей внимания, ведь подобной едой едва ли можно было наесться досыта.

– Хорошо, – внезапно произнесла она. Дрога моргнула удивленно. – Вы должны разделиться на группы по десять человек. Детей брать нельзя. Только взрослые старше восемнадцати. Вас будет сопровождать три человека. Вы не должны отходить слишком далеко от поселения. Три части из десяти вы должны будете передать мне, остальное делите на всех.

– Мы можем… забрать то, что собрали… себе? – с недоумением уточнила Дрога.

– Верно, – Надя кивнула.

Если скорбные сами выступили с инициативой, то она решила, что пришла пора постепенно внедрять систему. Нужно было поощрять тех, кто собирался самостоятельно позаботиться о своем пропитании, и подтолкнуть ленивых.

В будущем придется поощрять наиболее старательных, а тех, кто ведет слишком необременительный образ жизни, лишать различных привилегий.

Первый отряд провожали всем поселением. Надя нервничала, но старалась держаться. Скорбные и сами выглядели испуганными. Большинство из них редко выходили за пределы стен, поэтому такой поход был для них настоящим стрессом.

Они вернулись под вечер. Уставшие, мокрые, но довольные. Их плетеные корзины были полны различных даров леса, которые им удалось собрать.

Охотники тоже не пришли с пустыми руками. Во время охраны им удалось убить несколько зверей, которые, услышав шум людей, собирались полакомиться ими, но сами стали добычей.

Поделив все найденное, Надя, как и договаривались, отдала семь частей людям.

На следующий день выйти изъявили уже две группы.

С того дня так и повелось. Нагрузка на охотниках стала меньше. Да и скорбные ощущали себя все более свободно. Все-таки, принимая из чужих рук пищу, они продолжали ощущать себя скованными прошлой жизнью. Самостоятельность шла им на пользу.

Надя сама не заметила, как жизнь в поселении вошла в колею. Теперь люди сами добывали еду, отдавая ей часть. Те, кто не мог выходить за пределы стен, помогали по дому другим, получая за это оплату.

Например, Хэла не могла ходить сама, но умела плести отличные корзины и коврики, которые меняла на еду. Яла помогала ей, а Ланса часто можно было заметить таскающим воду или дрова по домам.

Охотники не готовили еду сами, за них это делали женщины, которым они оплачивали мясом. Кроме этого, они могли передать им шкуры на выделку или для пошива одежды, за что тоже платили свежей дичью.

Постепенно люди определялись с занятиями, стали появляться те, кто делал что-то лучше других. Нетрудно было догадаться, что именно так должны были родиться различные профессии: повара, швеи, кожевенного дела мастера и прочее.

Кроме всего прочего, люди начали делать оружие. Чаще всего – копья. Они требовались преимущественно скорбным. Те их использовали, чтобы защититься от неожиданно напавших зверей.

Они понадобились после инцидента, когда хищник проскользнул мимо охотника и напал на собирателя.

В тот день Надя испробовала лекарство космических людей. К ее облегчению, оно подошло, и человек выжил.

Она думала, что скорбные после подобного больше не выйдут, но те продолжали начатое, хотя происшествия случались, ведь лес вокруг был полон хищников.

Тогда Каэрон предложил им вооружаться копьями, показав схему, с помощью которой они могли защитить себя даже от более крупных зверей. Та была простой. Скорбным лишь нужно было при появлении опасности упереть копье в землю, выставив острие в сторону животного.

Каэрону даже пришлось провести несколько учений, чтобы люди сообразили, как нужно действовать.

Это дало неожиданный результат – скорбные начали приносить мясо. А некоторые и вовсе отказались от собирательства, сосредоточившись на подобной, весьма рискованной охоте.

Тогда Каэрон предложил таким людям копать ловушки, устанавливая на дно колья. Дичи стало в разы больше.

После этого Надя выдохнула. Ей больше не требовалось кормить всех. Несмотря на это, она продолжала делать запасы.

В этом ей помогали те самые найденные в подземелье банки. Она закручивала в них столько тушенки, сколько могла наварить, а после складывала в выкопанном под домом подполе. Это был ее стратегический запас на случай голода.

Ближе к концу сезона пришлось прекратить прием скорбных. Поселение было забито до отказа. Хотя всего людей оказалось меньше, чем она ожидала.

На самом деле, их вообще было не так много.

Убежища располагались на довольно большом расстоянии друг от друга. Самым крупным из них оказалось бывшее поселение Наи. В остальных проживало обычно не более трех десятков человек.

И пусть Надя беспокоилась об оставшихся людях, она понимала, что не может забрать всех. После того рудые могли объединиться и напасть. Впрочем, с силой людей Каэрона, вернее, с их оружием, им можно было не бояться возмездия. Она собиралась продолжить после того, как поселение расширится. Все-таки сейчас в убежище было слишком много мужчин. Такой перевес нужно было устранять.

Все эти недели и Надя, и Каэрон были так заняты, что виделись только по ночам. Привыкнув, что тот ранее находился рядом с ней постоянно, она заскучала по нему.

Вольно или невольно в голову начали лезть различные мысли.

Когда-то Каэрон активно продвигал их отношения, но в тот момент она не была готова к ним. По большей части потому, что боялась его отбытия. Ей не хотелось после его отлета страдать.

Но Каэрон остался.

Надя думала, что их отношения после этого продвинутся, но они словно замерли.

Каэрон обнимал ее, целовал, делал все, что она попросит, и даже то, о чем она только думала, но на этом все.

Надя ощущала себя неуверенно. Она боялась, что слишком ранила его прежним отказом, поэтому тот передумал связывать с ней свое будущее.

Вот только в эту схему не вписывалось то, что он держал ее в своих ладонях.

Она запуталась.

Ей следовало поговорить с ним, но каждый раз какой-то непонятный страх сжимал ее сердце в тисках. Она боялась, что у Каэрона была веская причина для того, чтобы поставить их на паузу. И она страшилась узнать о ней.

В конце концов, в какой-то момент не выдержала и спросила прямо:

– У тебя кто-то есть? – выпалила она и замерла, глядя на Каэрона круглыми и испуганными глазами.

– Что? – тот нахмурился, явно не понимая, о чем шла речь. Все-таки сейчас они тихо и мирно ужинали, собираясь вскоре лечь спать.

– Там, – Надя ощущала, как ее трясло, но собиралась идти до конца. Немного подумав, она указала пальцем вверх. – У тебя там кто-то есть?

Каэрон замер, затем выпрямился.

Все внутри Нади екнуло. Тот выглядел так, словно она… угадала.

– Тебе кто-то что-то сказал? – спросил он, а Надя ощутила, как на глазах закипели слезы.

Неужели у него действительно кто-то остался дома? Невеста? А может, и вовсе… жена?

Глава 117

Надя вскочила на ноги, но не успела она и шагу ступить, как Каэрон перехватил ее и обнял так, что она не смогла шевельнуться.

– Отпусти, – попросила она, сдерживая панику и рыдания.

– Подожди, – беспомощно пробормотал Каэрон, в его голосе звучала растерянность. – Я не совсем понял, почему ты плачешь, но давай мы сначала поговорим. Что тебя расстроило?

Надя, как истинная женщина, некоторое время упрямо молчала. С одной стороны, ей хотелось узнать правду. С другой – она не хотела слышать то, что причинит боль.

Впрочем, спустя время она поняла, что не может молчать дальше. Каэрон был прав, им следовало поговорить.

– Я просто хотела знать, есть ли у тебя кто-то дома? – тихо произнесла она.

Каэрон молчал. Надя дернулась, желая уйти, но тот снова прижал ее к себе.

– Есть, – ответил он. Сердце Нади упало и разбилось. Она не могла поверить в то… – Отец и братья.

Мысли Нади остановились. Моргнув раз, другой, она подняла голову и сквозь слезы посмотрела на Каэрона.

– Отец и братья? – уточнила она, подумав, что ослышалась. Каэрон уже говорил ей об этом, но в тот момент, как и сейчас, он выглядел так, словно ему совершенно не хотелось развивать эту тему, поэтому она не стала влезать ему в душу.

– Да.

– Я не о них! – раздраженно бросила Надя.

Каэрон озадаченно моргнул.

– Тогда о ком?

Надя какое-то время смотрела на него, пытаясь прямо в мозг передать свою мысль, но Каэрон выглядел так, словно не понимал.

– Я говорю о девушке.

– Какой?

– О боже! – Наде хотелось постучать по его голове чем-нибудь тяжелым. – Девушка, невеста, жена! Я об этом говорю.

На лице Каэрона появилось совершенно глупое выражение. Ни разу до этого момента Надя не видела его таким. Он выглядел одновременно растерянным, ошеломленным и даже испуганным.

– Почему ты спрашиваешь такие нелепые вещи? Разве не ты моя…

Он резко замолчал.

– Кто? – спросила она чуть агрессивно. Ей не хотелось навязываться, но ситуация вошла в колею, и назад дороги уже не было. Либо они сейчас все выяснят, либо разойдутся.

Каэрон отпустил ее и отошел на шаг, глядя при этом пристально.

– Ты… хочешь продолжить на том, на чем мы остановились? – вкрадчиво спросил он.

По какой-то причине его голос звучал так, будто он на что-то намекал. Надя ощутила, как ее лицо вспыхнуло от внезапного смущения.

– Я просто хочу ясности, – невнятно пробормотала она.

Каэрон мгновенно вновь оказался рядом. Наклонившись, он тихо произнес:

– Я хочу, чтобы ты стала моей женой прямо сейчас, но…

Надя, услышав первую часть предложения, ощутила, как у нее закружилась голова. За последние минуты ее эмоциональное состояние словно побывало на горках. Она не успевала за происходящим. Ее мозг почти отказывался работать.

В этот момент она поняла, что после основной части было сказано «но».

– Но? – переспросила она, чувствуя, что дальше ее не ждало ничего хорошего.

Каэрон выглядел так, будто в чем-то сильно сомневался. Впрочем, мгновение спустя на его лице проступила решительность.

– Ты должна знать, что мой отец… не простой человек. Он занимает… весьма высокую должность. Мои братья тоже не последние люди в империи. Я больше чем уверен, что именно они приложили руку к тому, что нас направили к той планете. Я подозреваю, что пространственно-временные аномалии там были частым явлением, о чем я не знал. Возможно, это были какие-то новые данные.

– Они хотели тебя убить? – с ошеломлением спросила Надя.

– Если повезет, – хмыкнул Каэрон.

Надя с трудом верила в услышанное, впрочем, секунду спустя она вспомнила о Воргане, и все недоверие пропало.

Теперь ей стало понятно, почему Каэрон никогда не стремился вернуться домой, хотя у него и остались там близкие. Судя по всему, отношения в семье не были особо дружными. Если не сказать больше.

– Как это касается нас? – немного успокоившись, спросила она.

Каэрон прищурился.

– Я опасаюсь, что однажды они отследят нас и прилетят сюда. Если это случится, то отец может не принять наш союз.

– И тогда?

Надя ощущала себя так, будто попала в фильм про любовь бедной серой мышки и богатого наследника, отец которого всячески мешал влюбленным быть вместе.

Каэрон взглянул на нее. В его глазах таилась угроза.

– Я понятия не имею, что он сделает. И… – он замолчал на миг, – боюсь этого.

Между ними стало тихо. На улице снова начался дождь. В последние дни он шел все меньше. Конец сезона близился. Уже сейчас температура поднялась, и стало гораздо жарче. Еще неделя – и можно будет забыть о воде с неба.

– Ты поэтому так долго… ничего не говорил? – спросила Надя шепотом, понимая, что бездействие Каэрона могло быть обусловлено еще и этой проблемой.

– Отчасти, – признался он. – В первую очередь я ждал, когда ты сама будешь готова принять меня, – заверил он ее и протянул руку, переплетая их пальцы.

Рука Каэрона была гораздо крупнее, отчего кисть Нади смотрелась на его фоне совсем небольшой.

– И… что мы теперь будем делать? – спросила Надя, не понимая, как им выпутаться из этой ситуации. – Не можем же мы всю жизнь ждать появления твоего отца. Вдруг он никогда не появится.

Каэрон кивнул, соглашаясь.

– Да, я тоже об этом думал. Сам я не вернусь. Моим людям здесь тоже больше нравится, – он хмыкнул, припоминая, что некоторые из них давно уже обошли своего командира на любовном плане. – Поэтому… – он взглянул на нее неуверенно, – я хотел попросить тебя стать моей женой. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты была рядом всю оставшуюся жизнь. А отец… если он появится, то я справлюсь с ним.

Услышав предложение, Надя почувствовала, как в ее груди разлился жар. В поселении все давно уже считали их мужем и женой, но, несмотря на это, она все равно по какой-то причине ощущала смущение.

Каэрон с каждым мгновением становился все тревожнее. На его обычно бесстрастном лице можно было заметить даже следы паники. Он явно начал жалеть, что не сдержался и сделал предложение.

Потом он подумал о том, что ему следовало кое-что преподнести любимой.

– Подожди! – торопливо произнес он. – Никуда не уходи, я сейчас.

– Что? Куда ты?

Каэрон умчался на второй этаж. Вскоре после этого там что-то грохнуло. Он выругался. Кажется, он запнулся обо что-то и упал. Послышался шорох, его голос. Через пару минут Каэрон практически скатился с лестницы.

Добравшись до Нади, он остановился. Она непонимающе на него посмотрела.

Каэрон вдохнул глубоко, а потом неожиданно упал на одно колено перед ней. Надя вскинула руки и прикрыла рот.

– Я читал, что раньше была именно такая традиция, – начал Каэрон, вытягивая перед собой руку. На ней лежал свернутый в несколько раз алый платок. Каэрон принялся разворачивать его. – Это досталось мне от моей матери. Оно передавалось в роду из поколения в поколение, и сейчас я хочу, чтобы оно принадлежало тебе.

Как только он договорил, Надя увидела наконец, что именно скрывала алая ткань. Это оказалось кольцо. Золотое с белой ажурной полоской металла по середине. Небольшого размера. Явно женское.

– Считается, что оно сохранилось в нашем роду еще со времен, когда предки жили на родительской планете, – пояснил Каэрон. На его лице вновь проступила неуверенность. – Примешь?

Надя не смогла сдержать улыбку. Ее сердце колотилось как безумное. Она не могла поверить, что все между ними наконец было разрешено.

– Да, – ответила она и, протянув руку, позволила Каэрону надеть кольцо на палец.

Правда, вначале он замешкался, не зная, на какой именно ему стоило надеть, поэтому пришлось подсказать.

Украшение оказалось ей впору. Надя посмотрела на него, внезапно подумав, что оно могло быть сделано в тот момент, когда сама она жила на Земле.

Каэрон поднялся, а затем подошел к ней и мягко, словно она была драгоценностью, поцеловал, но после того как отстранился, то выглядел так, будто не был уверен, что им стоило делать дальше. Надя поняла, что ей следовало все брать в свои руки.

Улыбнувшись, она потянула Каэрона в сторону второго этажа. На его лице мгновенно появилось понимание.

– Свадьба? – спросил он.

– Завтра мы попросим Хароха провести какой-нибудь местный обряд. Сегодня уже поздно, поэтому… тебе нужно рассказать мне, как сильно ты меня любишь.

Каэрон задержал дыхание, а затем рывком приблизился и подхватил Надю на руки. Она вскрикнула от неожиданности, а потом рассмеялась.

– С радостью, – заверил он и почти бегом помчался наверх.

Ночь была слишком короткой, а ему еще предстояло так много дел. Следовало поторопиться, чтобы начать как можно раньше.

Глава 118

– Женитесь? – спросил Харох, глядя на них с Каэроном так, словно они внезапно лишились мозга за ночь.

– Да, – Надя кивнула, стараясь двигаться как можно меньше. Страсть Каэрона оказалась не так-то просто выдержать. Сильное тело и неутомимость были хороши не только в бою с монстрами или рудыми.

– Разве вы уже не женаты? – задал он еще один вопрос, откладывая в сторону нож, который в этот момент тщательно затачивал.

Он, как обычно, занимался подготовкой к охоте. Просьба главы поселения и ее мужа – как оказалось, еще нет – была для него весьма неожиданной.

– Пока нет, – Надя ощутила смущение. – Вот хотим, чтобы вы связали нас.

Харох нахмурился. Он не понимал, что от него требовалось. Обычно все происходило весьма просто. Рудый выбирал себе женщину, забирал ее в свой дом. После этого она становилась его женой.

Иногда, если на женщину смотрел еще кто-то, рудые дрались. Таким способом определялся победитель, который и становился мужем.

По этой причине Харох и не знал, что имела в виду глава, когда говорила о «связывании».

– Мне обмотать вас веревкой? – спросил он. – Зачем? Как это сделает вас мужем и женой?

Надя рассмеялась, представив себе подобное.

– Нет, ты должен объявить нас мужем и женой, – пояснила она.

Харох вздернул кустистые брови.

– Объявляю вас мужем и женой. А теперь не морочьте мне голову и идите занимайтесь своими делами, – проворчал он, начиная сердиться из-за глупостей.

– Нет, подождите, – Надя присела рядом. Она не знала, как точно объяснить, поэтому решила воспользоваться Каэроном. – На родине Каэрона день, когда мужчина и женщина решают быть мужем и женой, очень важен. Чтобы их связь была законной, устраивается праздник и проводится обряд. Самый уважаемый член общества произносит речь. После этого все празднуют. Я хочу, чтобы именно вы прочитали речь и тем самым связали нас.

Харох, выслушав эти слова, некоторое время молчал. Он не понимал, к чему были все эти сложности. Единственное, что ему пришло в голову, – это то, что глава нашла еще одну причину, чтобы устроить людям в поселении пир.

– Хорошо, – легко согласился он. Против пиров он ничего не имел. Если для его проведения главе нужно было выдумать такую причину, то это не его дело. – Что мне нужно будет сказать?

Надя, получив согласие, ярко улыбнулась.

Вскоре новость облетела поселение. Люди начали говорить.

– Слышала, глава выходит замуж?

– Подожди, разве она уже не замужем?

– Кто их поймет.

– Говорят, будет пир.

– Пир – это хорошо. Глава отменно готовит. Жаль, что теперь каждый сам за себя. Мне нравилось раньше есть ее еду.

– А еще будет какой-то ритуал.

– Это еще что такое и зачем?

– Да кто знает. Говорят, Харох что-то заучивает.

Люди ощущали любопытство. Происходящее было для них чем-то новым.

Никто не знал, зачем глава придумала для пира такую абсурдную причину, поэтому они с нетерпением ждали, что будет дальше.

Сначала Надя хотела провести церемонию в тот же день, но потом озаботилась платьем. Сразу стало понятно, что ей банально не в чем было выходить замуж. Вся одежда, что у нее была, не подходила.

И дело было даже не в том, что она не хотела надевать в такой день штаны. У нее просто не имелось подходящего материала для пошива чего-то красивого и изящного.

Ее проблему решил Каэрон. Как оказалось, на корабле имелись космические костюмы разных цветов. Конечно, надевать мужскую одежду Надя не собиралась. Вместо этого она распорола парочку и принялась шить из них нормальное и красивое платье.

В конце концов, это был важный день, и она собиралась выглядеть настолько хорошо, насколько вообще возможно при таких условиях.

К сожалению, белой ткани не было, поэтому она использовала небесно-голубую. Материал был довольно грубым и тянущимся, поэтому создать из него что-то невесомое и легкое не представлялось возможным, поэтому Надя выбрала приталенный фасон с чуть расклешенной юбкой и открытым верхом.

Ей потребовалось несколько дней, чтобы завершить творение. Работала она одна, желая сделать все самостоятельно.

Платье вышло неидеальным, но для этого времени оно явно должно было выглядеть как настоящий шедевр. Не было сомнений, здесь так еще никто не одевался.

Когда она закончила работу, можно было приступать.

Конечно, сначала требовалось приготовить еды на все поселение. С этим справиться в одиночку она не могла, поэтому позвала женщин. Те с готовностью откликнулись.

Начали они рано утром, через пару часов в убежище стоял соблазнительный аромат. В это время люди Каэрона подготавливали площадь. Они откуда-то приволокли плоский камень, явно посчитав, что именно так должен был выглядеть тот самый алтарь, о котором им рассказала Надя. Еще украсили все ветками и лианами. Выглядело… атмосферно.

Может быть, стоило подождать, когда появятся цветы, но Надя не стала этого делать, посчитав их отсутствие некритичным.

За алтарем был поставлен главный стол, за которым по плану должны были сидеть Надя с Каэроном. Другие столы были расположены так, чтобы все жители могли видеть главную пару.

По центру ближе к вечеру собирались зажечь костер. Место для него там было выделено, оставалось только натаскать дров и подпалить.

Когда все было почти готово, Надя оставила женщин доделывать, а сама отправилась собираться. Ей нужно было искупаться, чтобы избавиться от прилипших запахов еды.

Она хотела попробовать что-то сделать с прической, но быстро сдалась. С волосами, доставшимися ей по наследству от прошлой владелицы тела, трудно было справиться.

В итоге она решила, что гладко зачешет их, сделает высокий хвост, а потом обернет его, завязав пучком. При этом Надя хотела выпустить пару прядей у лица, которые должны были придать ее облику нежности.

В какой-то момент к ней наведалась одна из женщин, сказав, что все готово.

– Харох стоит у камня на площади. Ваш… Каэрон тоже на месте. Еда расставлена. Костер горит. Что дальше?

– Рассаживайте, я скоро буду, – ответила Надя и закрыла дверь.

После привалилась к ней спиной и прикрыла глаза.

Несмотря ни на что, ее трясло от волнения. Как бы там ни было, этот день был ее свадьбой.

В любом случае ей следовало поторопиться.

Встряхнувшись, Надя открыла глаза и решительно приблизилась к кровати. Затем скинула с себя одежду и надела платье. После этого принялась за волосы. С ними пришлось повозиться, но в конце концов все получилось.

Прежде чем выходить, она посмотрела на себя в зеркало. Оно нашлось на корабле. Надя пока не показывала его людям. Она не знала, как им объяснить, что это такое.

Спустя время ее лицо сильно изменилось. Раньше в отражении воды она видела нежную девушку с робким взглядом, сейчас на нее смотрел совсем другой человек.

Кажется, тело подстроилось под иную душу – внешность изменилась. Углы стали четче, губы немного тоньше, а глаза утратили мягкость и вытянулись.

Впрочем, вполне возможно, тело просто повзрослело, отсюда и все эти изменения.

Высвободив пряди по бокам, Надя оставила их свисать. Облик сразу приобрел нотку мечтательности и изящества.

Она осталась довольна. Такая прическа открывала вид на длинную шею, хрупкие плечи и ключицы. Но казалось, что чего-то не хватало.

Повертевшись, Надя подхватила оставшуюся после шитья голубую ленту и повязала небольшим бантом сбоку на шее.

С обувью было сложнее всего. На борту Каэрона, по понятным причинам, не нашлось женских сапожек и тем более туфель. Вся обувь там была черной и массивной. Удобной для ходьбы по лесу, но совершенно неподходящей под платье.

Местная обувь тоже не отличалась изяществом. Сшитые из шкур и кожи сапоги едва ли можно было назвать изысканными.

Наде в который раз пришлось изворачиваться.

В итоге она взяла свои обычные сапожки, отрезала голенище, а остальное обшила голубыми лентами, после пришив по бокам по две штуки.

Сейчас она надела эти самодельные сандалии и, обмотав лодыжки и икры лентами, завязала их.

После еще раз посмотрела на себя в зеркало.

Конечно, зоркий глаз современного человека мог заметить изъяны, но Наде нравилось все. Все-таки она потратила на этот наряд много времени и постаралась сделать его как можно более аккуратным.

Понимая, что дальше тянуть время было нельзя, она пару раз глубоко вздохнула и вышла за дверь.

Как оказалось, женщина, которая не так давно звала ее, никуда не ушла. А может быть, уже вернулась. Ее звали Дрогой. Именно она когда-то предложила собрать группы скорбных, чтобы они могли выходить за пределы поселения и охотиться.

Увидев Надю, женщина замерла, открыв рот. За всю жизнь она не видела ничего подобного. Глава в этот момент походила на неизведанное существо, которое снизошло в их мир из какого-то иного плана.

– Глава, как красиво! – поделилась она впечатлением. Затем подошла и протянула руку, явно желая потрогать, но в последний момент одернула ее. Ей совершенно не хотелось портить эту первозданную чистоту.

– Спасибо, – Надя улыбнулась. – Поспешим.

После этого они устремились к площади. Впрочем, идти далеко не пришлось, все-таки главный дом стоял рядом с ней.

Стоило Наде выйти, как на нее обрушилась какофония звуков. Люди шумели, радуясь будущему пиру. Вокруг витал разнообразный запах еды. Жителям пока запретили прикасаться к чему-то, но это не мешало им громко обсуждать различные блюда, уже сейчас решая, что первым они съедят.

Сначала на Надю не обратили внимания, но в какой-то момент один из поселенцев краем глаза заметил вспышку голубого цвета. Посмотрев в ту сторону, он замер на полуслове.

Несколько мгновений он таращился на невиданное чудо, а затем толкнул приятеля в бок.

– Что? – проворчал тот и повернулся. И тоже замер.

По цепной реакции один за другим люди обращали на Надю внимание и замирали, не понимая, что это такое они видели. Вскоре вся площадь утонула в тишине.

Сама Надя едва ли осознавала происходящее. Ее взгляд был направлен точно на Каэрона. Тот, в отличие от остальных, сразу увидел ее. Она заметила, как его глаза загорелись. Он даже сделал шаг в ее сторону, но в последний момент замер.

– Идем, глава, твой муж ждет тебя, – произнесла рядом Дрога.

Надя отрешенно кивнула, а затем поспешила к Каэрону.

При ее приближении он вытянул руки, она схватилась за них, словно ей действительно нужна была поддержка.

– Ты выглядишь…

– Плохо? – с кокетством, за которым была замаскирована тревожность, спросила она.

– Прекрасно, – шепотом ответил Каэрон. – Ты в любой день красива, но сегодня особенно.

– Спасибо, – поблагодарила она, ощущая, как вспыхнули ее щеки. Несмотря на это, она продолжала смотреть на Каэрона. Тот в свою очередь так же не отрывал от нее взгляда.

– Кхм, – услышав покашливание, Надя с Каэроном вспомнили, где они находились, и посмотрели в сторону звука. Кашлял Харох. – Что ж, – важно произнес он. – Раз все собрались, то давайте начнем. Дорогие жених и невеста! – громко прогудел он. Люди, все еще не отошедшие от шока, тихо зашумели. – Дорогие гости! – поселенцы сразу притихли. – Сегодня особенный день, два сердца решили соединить себя нерушимыми узами, – эти слова были произнесены так сурово, словно Харох объявлял о начале битвы. – И нам с вами выпала честь стать свидетелями этого момента. Перед тем как закрепить этот союз, я должен задать пару вопросов.

Надя ощутила, как ее руки слегка похолодели. Она так сильно волновалась, что у нее кружилась голова. Только присутствие рядом Каэрона немного успокаивало.

– Надежда, согласна ли ты взять в мужья Каэрона и быть с ним в горе и радости, богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

Надя решила, что в этот день будет звучать ее настоящее имя. Она не хотела, чтобы Каэрон давал клятву Нае.

– Да, – громко ответила Надя, ни на мгновение не сомневаясь.

– Каэрон, – взгляд Хароха обратился к нему, – согласен ли ты взять в жены Надежду и быть с ней в горе и радости, богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

– Да, – был дан ответ.

Надя ощутила, как все ее тело наполнилось счастьем.

– Раз вы оба согласны вступить в этот брак, то объявляю вас мужем и женой! – громко закончил Харох. – Отныне вы семья. Можете поздравить друг друга.

Как только эти слова прозвучали, Каэрон взглянул на Надю, а потом наклонился и со всей нежностью поцеловал. Она ответила ему взаимностью.

– А сейчас, дорогие гости, давайте поздравим пару! – громко велел Харох.

Поселенцы мгновение сидели неподвижно, а потом подскочили со своих мест и громко захлопали.

Никогда прежде им не доводилось видеть ничего подобного, но в этот момент каждый подумал, что в будущем их свадьбы должны быть похожи на эту. И никак иначе.

***

На голубом голографическом экране мигала зеленая точка. Мужчина, сидящий в темноте, смотрел на нее.

– Суперсистема Альциона, – пробормотал он, прищуриваясь. – Значит, вот куда тебя занесло.