Текст книги "Надежда в новом мире (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 34 страниц)

Глава 87

Когда они рассказали о причинах прибытия, то Эрама лишь хмуро окинула их взглядом.

– У нас все хорошо, – были ее единственные слова.

Кажется, скорбные относились к любым рудым с подозрением, поэтому не желали видеть даже своего бывшего лидера. Надя сомневалась, что Харох когда-либо вредил кому-то из них, но те все равно выглядели недружелюбными.

– Для безопасности нужно закрыть все проемы, – не удержалась она и дала совет.

Судя по холодному взгляду, которым ее окинула Эрама, совет не был воспринят хорошо.

– Вам лучше уйти, – бросила она.

Харох моментально развернулся и направился прочь. Он не выглядел задетым, но и явно не собирался кого-то уговаривать или убеждать в своей безобидной натуре.

– Они вернутся, – предупредил Каэрон.

Эрама перевела на него взгляд и отвернулась.

– Тебе, чужак, лучше заботиться о себе.

Надя нахмурилась. Ей было безразлично, когда игнорировали ее, но она считала неприемлемым, когда грубили Каэрону. Впрочем, тот, как и Харох, не обратил на недружелюбие остальных никакого внимания. Он также развернулся и пошел прочь, увлекая Надю за собой.

Через некоторое время они добрались до оставленных на дереве скорбных. Те тут же забросали их вопросами. Пришлось объяснять.

– Неудивительно, что они не хотят их видеть, – заговорил Индир. – На свету Зорг с остальными всегда были добрыми, но в темноте они ничем не отличались от прочих рудых. Убежище, – при этом слове он скривился презрительно, – только выглядело безобидным. На самом деле жизнь скорбных там мало отличалась от прочих подобных мест.

Надя помнила свое разочарование, когда поначалу ей и Каэрону не удалось попасть внутрь убежища.

После побега от Воргана она стремилась найти безопасный дом, и ей казалось, что именно это место станет таковым. Но, судя по словам Индира, оно скрывало в своей тени обыденную для этого мира несправедливость.

Впрочем, что-то изменить все-таки было возможно. Если в других убежищах царило беззаконие, они могли сами создать место, где люди смогут жить, не опасаясь ни скрытой, ни явной тирании.

Охваченная этой мыслью, Надя принялась размышлять о том, что первый шаг в этом направлении был уже сделан. Они огородили довольно большой кусок земли, в котором можно было построить вместительный поселок. У них уже имелось несколько домов и даже первые горожане.

Несомненно, во главе поселка должен был стать Харох. По двум причинам: Каэрона не примут в силу того, что каждый из скорбных по-прежнему считал его чужаком; сама Надя не ощущала в себе желания кем-то руководить.

Плюс к этому – Надя взглянула на идущего рядом Каэрона, – если когда-нибудь его люди действительно прилетят, то ситуация может измениться.

В любом случае, Харох, который уже когда-то был лидером в поселке, являлся наилучшим вариантом. Конечно, у него имелись минусы, но на них можно было закрыть глаза.

Надя была уверена, что скорбные, оставшиеся в высотках, рано или поздно присоединятся к ним. Она лишь надеялась, что к переселению людей не подтолкнет какая-то трагедия.

Вернувшись в поселение, они занялись каждый своим делом. Харох ушел на охоту, Каэрон сразу продолжил строительство их дома.

У скорбных тоже имелось достаточно дел. После ухода из прошлого места обитания им требовалось множество вещей, таких как посуда, мебель или одежда.

Надя посчитала, что раз Каэрон занимался постройкой дома, то она должна была позаботиться о том, что наполнить его. Им ведь тоже требовалась та же посуда или постельное белье.

Начать она решила со второго.

Одна из женщин как раз занималась тем, что подготавливала травы для того, чтобы создать из них ткань. Трава, которую использовали местные, чем-то напоминала крапиву, только ее стебли вырастали высотой выше человеческого роста. Они были крепкими и прочными.

Для того чтобы превратить их в нити, стебли необходимо было несколько раз вымачивать, а затем разбивать палками, превращая в тонкие волокна. Затем эти волокна кропотливо разделялись и привязывались заранее собранной из ровных веток раме на небольшом расстоянии друг от друга. После этого скорбные вплетали параллельные нити. Работа была очень кропотливой и долгой, а качество ткани зависело от того, какой толщины получались нити.

Местные не особенно беспокоились о грубости или шероховатости получавшихся изделий. Главное, что ткань выходила гораздо мягче, чем шкуры, и не так натирала кожу.

Присоединение Нади скорбные восприняли положительно. Женщины то и дело бросали взгляд в сторону Каэрона, а потом понимающе посматривали на нее. Она слегка смущалась от такого внимания, но не отступала. Будущую ткань ей хотелось пустить на постельное белье. Кроме этого, она собиралась сшить несколько рубах для Каэрона.

Кропотливая работа отвлекала и увлекала. Вскоре наступил вечер. Вернулся Харох. Они все вместе поужинали и легли спать.

На следующий день Надя первым делом проверила фасоль под влажной тряпкой. Семена отлично проросли. Становилось ясно, что их нужно было высаживать.

Когда она пришла к грядкам, то увидела, что из-под земли уже начали пробиваться крохотные ростки. Надя удивилась, потому что высаженная в землю фасоль явно прорастала быстрее, чем на открытом воздухе.

Высадив в грунт часть из чашки, она вернулась к работе над тканью.

Ей казалось, что день пройдет спокойно, но ближе к обеду в их ворота постучали. Как оказалось, это прибыл один из скорбных. Мужчина выглядел взволнованным и встрепанным.

– Зорг! Зорг убил Эраму! – крикнул он.

Харох немедленно сорвался с места и умчался. Надя с Каэроном последовали за ним. Остальные скорбные остались в убежище, закрыв за ними ворота.

Около высоток вновь стоял крик. Надя не могла не нахмуриться. В этом лесу опасно было поднимать такой шум.

Когда они поднялись на третий этаж, то их встретила драка. Скорбные и несколько рудых жались к стенам, позволяя двум людям в центре сражаться.

Харох явно решил разобраться с Зоргом с помощью силы. Их драка была еще более яростной, чем между Харохом и Нахором. Казалось, мужчины готовы были разорвать друг друга на части. Они били со всей силы, швыряли об стену и всячески пытались переломать друг другу кости. В один момент Харох схватил Зорга и швырнул так, что с потолка посыпалась пыль.

Надя с опаской посмотрела наверх, а затем потянула Каэрона к выходу. Рудые, способные рушить камень руками, слишком разошлись.

– Нужно уходить, – произнесла она. – Это опасно.

Рядом стоящий с ней скорбный взглянул недоуменно. Тогда она еще раз взглянула наверх. С потолка продолжала сыпаться крошка.

Мужчине не потребовалось много времени, чтобы понять, что она имела в виду. Он побледнел, а затем схватил женщину рядом и потащил ее к выходу.

Это движение привлекло внимание остальных, за исключением Хароха и Зорга.

Вскоре все люди, кроме рудых и дерущихся, покинули высотку.

В какой-то момент изнутри вновь раздался звук сильного удара.

Надя услышала, как что-то громко треснуло.

Ее сердце на мгновение остановилось. Она впилась взглядом в местами покрытую мхом стену.

На ней появилась трещина.

Глава 88

Надя была поражена. Нет, она знала, что рудые обладали невероятной силой, но и представить не могла, что драка двух представителей этого вида поспособствует чему-то подобному.

В конце концов, такие высокие здания имели очень толстые стены. Именно благодаря этому они простояли так долго. Впрочем, прошло действительно слишком много лет, домам за это время пришлось пережить много бедствий, и действия рудых явно стали для одного из них последней каплей.

– Оно может рухнуть, – с тревогой произнесла она и посмотрела на Каэрона рядом. Тот, судя по серьезному взгляду, был с ней согласен.

Вот только они не могли оставить Хароха одного в окружении десятка рудых. Кроме того, тот в разгаре драки вполне мог не заметить происходящего и отреагировать слишком поздно. Конечно, здание все еще стояло, но...

Надя не успела додумать, потому что до нее донесся новый звук. Трещина начала расширяться. Стоящие вокруг скорбные зашептались, тревожно переглядываясь.

– Уходите отсюда, – посоветовала Надя.

Снова что-то грохнуло. Звук был такой, словно обрушился потолок или перегородки.

Скорбные испуганно заметались. Надя поняла, что в таком состоянии люди могли наделать глупостей.

– Идите все за мной! – крикнула она, опасаясь, что скорбные в страхе могли разбежаться по лесу и стать легкой добычей хищников.

Надя направилась в сторону их убежища. При этом она торопилась, но в последний момент остановилась и посмотрела на здание. Харох все еще был там. Она взглянула на Каэрона.

– Мы отойдем на безопасное расстояние. Помоги ему.

Каэрон выглядел так, словно ему не нравилась эта просьба, но Надя смотрела на него твердо, давая понять, что не отступит.

– Я вернусь быстро, – произнес он недовольно, а затем сорвался с места и в мгновение ока оказался рядом с домом.

Надя не стала смотреть, что будет дальше. Она побежала вперед, увлекая за собой встревоженных скорбных.

Когда Каэрон прибыл на нужный этаж, то понял, что хаос явно не беспокоил находящихся внутри людей. Судя по всему, им даже в голову не приходила мысль, что здание может разрушиться. Товарищи Зорга окружили дерущихся и всячески подбадривали их.

Каэрон за время, что ему довелось прожить на этой планете, успел немного разобраться в местных жителях. Рудые были весьма воинственной частью расы. Они походили на воинов, которых природа создала для того, чтобы защитить основную часть народа. В условиях, когда внешняя среда становилась настолько агрессивной, более хрупким созданиям требовались особи, способные стать щитом. Вот только что-то явно пошло не так.

– Здание стало опасным, нам лучше уйти, – произнес он без особой надежды, что его услышат.

Так и произошло. Лишь один из рудых взглянул на него, но почти сразу вновь отвернулся. Каэрон нахмурился, а затем, недолго думая, схватил рудого за шкирку и силой отбросил в сторону.

Пусть телосложение самого Каэрона и не было настолько впечатляющим, его сила ничем не уступала местным воинам. Он с легкостью мог сразиться с любым из них и даже победить.

– Эй! – закричал отброшенный, но Каэрон не стал слушать.

Он схватил Хароха и оттащил в сторону.

Тот выглядел вспотевшим и ужасно злым. На его лице можно было увидеть кровь и гематомы. Пусть у Зорга отсутствовала одна из рук, но он был гораздо моложе, поэтому вполне мог достойно сражаться.

– Что такое? – спросил Харох и сплюнул на землю кровью из разбитой губы.

– Здание может упасть в любой момент, – пояснил Каэрон. – Если это произойдет, мы не успеем выйти.

Услышав его слова, Харох взглянул сначала на потолок, а затем оглянулся по сторонам. Даже сейчас, когда драка прекратилась, с потолка сыпалась мелкая крошка. Откуда-то сверху до них доносился звук падающих камней.

– Решил отступить, как трус? – спросил Зорг. Он хмыкнул, пытаясь выглядеть уверенным, но при этом тоже посматривал по сторонам. – Ты всегда таким был.

Харох нахмурился и сделал шаг вперед, но Каэрон положил руку ему на плечо.

– Он тебя провоцирует. Нам следует уйти.

Зорг выпрямился. Он хмыкнул и на его лице появилась уверенная улыбка.

– Да, иди. В любом случае, это то, что ты обычно и делаешь – уходишь.

Каэрон понял, что рудый таким образом пытался оставить за собой последнее слово. Судя по виду человека, он уступал Хароху, но эта ситуация позволяла вывернуть все так, словно не он проигрывал, а противник сдавался. И не важно, что Хароха к этому вынуждали обстоятельства, – главное результат.

– Вы можете продолжить после, – предложил Каэрон.

Рудые собирались что-то еще сказать, но их отвлек особенно громкий треск. Он не мог означать ничего хорошего.

Харох сразу направился в сторону выхода, а Каэрон, прежде чем выйти, обратил внимание на лежащую около одной из стен женщину. Он помнил ее: именно она назвала его «чужаком» и недружелюбно разговаривала с Надей.

Добравшись до лежащего на полу тела, он присел и осмотрел его. Пульса не было.

– Оставь ее, чужак! – потребовал Зорг.

– Ее следует похоронить, – произнес Каэрон, потом подхватил легкое тело на руки и покинул комнату.

Когда они спустились на второй этаж, тревога Каэрона возросла. Его волосы встали дыбом. Он сорвался с места. Добравшись до одного из проемов, недолго думая, выпрыгнул. До земли было не так высоко, поэтому ему удалось безболезненно приземлиться.

На некотором расстоянии от здания он заметил Хароха. Тот в этот момент был занят тем, что убегал. Каэрон взял с него пример.

Позади слышался грохот, треск, шум сталкивающихся друг о друга камней, крики и ругань людей.

Оглянувшись, чтобы убедиться, что здание не падало прямо на них, Каэрон ускорился.

Надя с остальными успели уйти на безопасное расстояние. Она, как и несколько скорбных, забралась на дерево, желая посмотреть, что будет. Именно благодаря этому они могли увидеть момент, когда высотка начала складываться.

Надя беспокоилась об оставшихся мужчинах, поэтому не отводила глаз от происходящего. Никогда ранее ей не доводилось видеть ничего подобного.

Грохот стоял оглушающий. Вверх поднялся столб пыли. Над лесом взмыли сотни испуганных птиц, стремящихся оказаться как можно дальше от источника тревоги.

Две другие высотки все еще стояли, но Надя была уверена, что после сегодняшнего дня ни один человек не решится назвать их своим домом.

Глава 89

Наде произошедшее казалось нереальным. Она несколько раз видела по телевизору, как рушились высотки по тем или иным причинам, но никогда ей не доводилось наблюдать за этим вживую.

Вскоре прибыл Каэрон с Харохом. Надя выдохнула облегченно. Все это время она беспокоилась о них, опасаясь, что те не успели отойти достаточно далеко от дома.

Заметив на руках Каэрона женщину, она нахмурилась и поспешила спуститься, желая узнать, кто это был и что происходит. Как оказалось, женщиной была Эрама.

– Как она? – спросила Надя, встревоженно глядя на безжизненно выглядящее тело. Что-то ей подсказывало, что вопрос был излишним.

– Мертва, – прямо ответил Каэрон.

Эта новость ни у кого не вызвала удивления, хотя пару всхлипов и вздохов все-таки можно было услышать.

– Вернемся в убежище, – решила Надя, подумав, что стоять посреди леса не было никакого смысла. – Вы с нами? – спросила она у скорбных, которые до этого момента жили в высотке.

Те неуверенно переглянулись между собой. Становилось ясно, что от немедленного ответа их удерживали сомнения, но спустя время они все-таки принялись один за другим кивать.

В любом случае, выбор у них был невелик. Они могли либо отправиться в убежище Хароха, либо вернуться в поселение Зорга, либо остаться в лесу. Второе и третье вряд ли считалось приемлемым. Зорг не простит им «предательство», а в лесу без защиты скорбные едва ли могли протянуть долго.

В убежище они вернулись быстро.

Построенные дома внутри поселения оказались для новичков большим сюрпризом. Надя то и дело слышала восхищенные вздохи и тихие переговоры.

Новоприбывшие обсуждали размеры хижин, аккуратность постройки, необычную чистоту вокруг, странную гору за домом Хароха и грядки с громадными овощами прямо около домов и вдоль забора.

Им потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться. Только после этого они принялись готовиться к погребению Эрамы. Здесь людей после завершения пути предавали огню. Так как родственников у Эрамы не было, прощание прошло спокойно.

Затем все вместе готовили еду и ужинали. Было видно, что скорбные устали, поэтому сил на бурные разговоры или возмущения действиями Зорга ни у кого не осталось.

Вечером гостей подселили в хижины к старожилам. Если кто-то и был недоволен подобным раскладом, то спорить или возмущаться не стал.

На следующее утро Надя решила поднять один важный вопрос. Поселение продолжало расти. Им требовалось выбрать лидера, который будет иметь приоритет в решении важных вопросов, иначе в случае спора всем грозила большая ссора.

– Я предлагаю назначить Хароха, – выдвинула кандидатуру Надя.

Она считала подобный выбор наиболее удачным и естественным. В конце концов, убежище принадлежало Хароху. Да и он ранее руководил поселением, а значит, был вполне знаком с этой ролью.

Услышав ее слова, некоторые скорбные, преимущественно те, кто и раньше жил в убежище, согласно загудели. За прошедшие дни они успели немного разобраться в характере этого угрюмого и ворчливого человека.

Новички в отличие от них выглядели хмуро. Они явно не желали вновь подчиняться одному из рудых. И пусть сам Харох никогда не причинял им вреда и даже был женат на скорбной, они все равно подсознательно опасались его.

– Отказываюсь, – неожиданно заявил Харох. Судя по всему, он не счел предложение хорошим.

Надя нахмурилась.

– Но почему? – спросила она. – Вы ведь уже были лидером, не так ли?

– Вот поэтому я и отказываюсь, – ответил тот, затем встал и, как ни в чем не бывало, ушел в сторону своего дома, а после и вовсе покинул убежище, отправившись на охоту.

Этим он отчетливо дал понять, что не намерен вновь брать на себя ответственность за поселение и людей, теперь живущих в нем.

Надя только и могла, что смотреть ему вслед, понимая, что уговорить его явно не получится.

Тогда она перевела взгляд на Каэрона. Тот мимолетно посмотрел на нее в ответ, а затем покачал головой.

Надя сразу вспомнила, что он, вполне возможно, когда-нибудь покинет планету. Эта мысль заставила ее сердце болезненно сжаться.

Кроме возможного отбытия была еще одна причина, почему Каэрон едва ли мог принять на себя роль главы убежища. По мнению скорбных, он оставался чужаком, и они явно сторонились его.

Оглянувшись на людей, выглядевших несколько растерянно, Надя мгновенно нашла выход.

– Тогда будем голосовать, – предложила она.

– Что насчет тебя? – внезапно заговорил Индир.

Надя замерла, не совсем понимая, о чем шла речь.

– Меня?

– Да, – ответил он. – Это убежище принадлежит Хароху. Вряд ли он будет рад, если во главе встанет кто-то пришлый.

– Но мы с Каэроном тоже пришли, – напомнила Надя.

– Да, но до вашего появления здесь была лишь одна хижина, – Индир кивнул в сторону охотничьего домика, в котором проживал Харох.

Надя нахмурилась, понимая, что в его словах был смысл. Она не могла представить, что убежищем будет руководить кто-то посторонний. Именно по этой причине первой и была предложена кандидатура Хароха, но тот напрочь отказался.

Несмотря на это, Надя не была уверена, что должна взять на себя эту роль. Впрочем, никто ведь не говорил, что ей следовало держаться за нее всю жизнь. В будущем у нее могли появиться возможности либо уговорить Хароха, либо передать управление кому-то более подходящему.

– Хорошо, – решила она и сразу предупредила: – Но я все равно считаю именно Хароха хозяином этого места.

Судя по лицам новичков, мало кто из них считал кандидатуру Нади приемлемым вариантом. Большинство из них косились в сторону Индира, явно считая, что главой должен был стать он.

В отличие от новоприбывших, местные скорбные таких сомнений не испытывали. За время, которое они провели в убежище, им удалось понять, что многие вещи здесь происходили исключительно по инициативе Нади – будь то отстроенная стена, посадка растений или постройка домов. Без нее ничего из этого никогда бы не возникло.

– Раз все решено, – заговорил вновь Индир, – то скажи нам, что делать дальше?

Надя задумалась над этим вечным вопросом, а затем оглянулась на поселок.

Сейчас в нем была лишь одна улица с несколькими домами, построенными друг напротив друга. Около каждого из них имелось свободное пространство, достаточное для пары грядок, на которых можно было посадить любые растения.

После этого она оглядела скорбных.

– Нужны дома, – решила она.

Ее ответ все восприняли с энтузиазмом. Местные, привыкшие за последние дни иметь личное пространство, не хотели делить его с другими, а пришлые завидовали им и стремились обрести собственный угол.

Долго тянуть не стали, поэтому стройка началась в тот же день.

Глава 90

Местные скорбные с готовностью объяснили, как именно они строили дома. Новички с энтузиазмом приняли их советы и помощь, благодаря этому хижины для них были возведены в рекордные сроки.

Каэрон тоже закончил их дом.

– Проходи, – произнес Каэрон, пропуская ее внутрь.

Помещение оказалось довольно просторным и светлым. Каэрон сделал окна, на которые повесил сплетенные из лозы ставни. Дверь также была сделана из нее, а после оббита кожей змеи.

Мебели особо не было, но Каэрон соорудил гнездо для кровати и натаскал сушеной травы.

Кроме этого, он прикрепил на стенах многочисленные полки. Дело оставалось за малым – заполнить их посудой, чем Надя и собиралась заняться.

– Отлично, – похвалила она его работу и взглянула с улыбкой.

Каэрон смотрел внимательно и несколько напряженно. Казалось, он беспокоился, ожидая ее реакции.

– Ты правда думаешь, что это нормально? – спросил он ее и скептически оглядел дом.

Надя пожала плечами.

– Конечно, мне доводилось жить в более благоустроенных условиях, но для этого мира такой дом вполне хорош, – призналась она честно.

Надя видела фильмы о космосе и могла представить, какого уровня развития достигли люди, сохранившие прошлые успехи. Хотя если учесть длительный конфликт, о котором рассказывал Каэрон, и страсть людей к сдерживанию самих себя, Надя была уверена, что за прошедшие после катастрофы годы человечество не продвинулось вперед слишком далеко.

Получив доступ к дому, она принялась всячески его обустраивать.

Первым делом, конечно, занялась кроватью.

Обычно люди в этом мире спали на шкурах, используя их и как подушки, и как одеяла. Некоторые оборачивали их тканью, но Наде совсем не хотелось спать на таких жестких подушках и укрываться пахнущими шкурами, поэтому она решила немного повозиться.

У нее уже был готов мешок для тюфяка, в который она набила мягкой сухой травы. Получившийся матрас Надя бросила в гнездо, сверху постелила простынь, положила готовое одеяло. Его она сделала из похожего мешка и перьев.

Конечно, ткань, изготавливаемая из местных растений, не была достаточно мягкой, но это все равно казалось гораздо лучше, чем сон на шкурах.

Пух для набивки раздобыл Харох, постоянно ходивший на охоту. Он часто приносил птиц. Конечно, от больших перьев ей пришлось отказаться, но в этом мире существовало достаточно различных птиц, чей подпушек отлично подходил для ее задумки.

Таким же способом Надя сделала и подушки.

На пол она сплела несколько толстых циновок.

Еще им требовалась посуда.

Местные давно научились создавать пусть грубую, но вполне приемлемую глиняную утварь. Своими знаниями они с готовностью поделились.

Как оказалось, изготовление не было чем-то запредельно сложным, поэтому Надя довольно быстро овладела этим умением.

Для запекания глиняных изделий нужна была еще и печь. Делали ее из камней. Для начала выкапывалась яма в земле, затем поверх нее укладывались длинные тонкие камни, а сверху строилась сама печь. Все щели тщательно замазывали глиной с песком.

Когда все было готово, внутрь печи прямо на каменную решетку ставились сами изделия. Сверху печь накрывали плоским камнем. После этого в яме разводили костер.

Именно так местные люди и запекали глину. Конечно, процент брака получался очень большим, но это было лучше, чем не иметь посуду вовсе.

Надя решила, что не хочет пользоваться общественной печью, поэтому с помощью Каэрона (честно говоря, он проделал почти всю работу, она лишь указала, где нужно было построить) сделала во дворе свой очаг.

Поначалу все ее чашки получались весьма неказистыми, но она не сдавалась и лепила все новые и новые вещи, пока их внешний вид не показался ей достойным.

Местные люди не глазировали свою посуду, но Надя хотела добиться более идеального результата. В итоге она, прежде чем запекать посуду, немного подсушила ее, а затем обмазала жидкой смесью, похожей на сметану, из глины и перетертого песка.

Ее самодеятельность оказалась весьма удачной. На поверхности образовался матовый, слегка стекловидный слой, отчего предметы стали менее пористыми.

После того как у каждого в деревне появился собственный дом, многие стали готовить каждый сам для себя. Исключением был Харох. Каждая семья обязательно относила ему часть готовой еды, потому что рудый являлся главным охотником, добывающим мясо.

За пределы поселения выходил не только он, но и Каэрон, Надя и даже скорбные. В такие дни они следовали за рудым или Каэроном для того, чтобы собрать растительную пищу.

Все-таки, несмотря на существование собственноручно выращенных овощей, иногда людям хотелось разнообразия.

Надя не имела представления, что случилось с этой планетой, но все здесь словно страдало гигантизмом. Эта «болезнь» не обошла стороной и фасоль: каждый боб вырастал размером с грецкий орех. Благодаря новому продукту Надя смогла приготовить еще несколько новых блюд, которые все весьма оценили.

В очередной из дней, Надя, закончив дневные дела, сполоснулась в построенной пристройке и вошла в дом. Как оказалось, Каэрон уже ждал ее. По какой-то причине ее сердце забилось быстрее. Они спали в этом доме не единожды, но между ними пока ничего не произошло. Конечно, они целовались, обнимались, но дальше этих ласк не заходили.

«Сегодня!» – невольно подумала она, ощущая, как пульсирует кровь.

Все началось как обычно, но потом Каэрон опустил руку ниже.

Наде казалось, что она была готова к дальнейшему, но по какой-то причине в последний момент она вцепилась в его запястье, не позволяя продолжить.

Каэрон немедленно остановился. Приподнявшись на локте, он взглянул на нее вопросительно.

– Что-то не так?

Надя и сама хотела знать ответ на этот вопрос. Что-то внутри словно противилось.

– Давай не будем торопиться, – попросила она.

Некоторое время Каэрон молчал, а затем наклонился и мягко поцеловал в губы.

– Конечно, – согласился он и лег рядом.

Надя не вытерпела и спросила:

– Ты не сердишься?

– Почему я должен? – поинтересовался он. – Конечно, я хочу тебя, но без обоюдного желания близость не принесет мне полноценного удовольствия.

С того дня их ночи стали несколько неловкими. Впрочем, в какой-то момент Надя просто расслабилась, решив, что однажды все случится естественным образом, поэтому переживать ей совсем не стоило.

Когда поселок был построен, а дом приобрел некий уют, она вспомнила о подземном убежище.

Там осталось множество семян. Их явно следовало забрать.