Текст книги "Наследники Земли"

Автор книги: Шон Уильямс

Соавторы: Шейн Дикс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 26 страниц)

Конец, наступавший неумолимо, оказался тем не менее неожиданным для всех. Две четкие отметки отраженного сигнала подобрались к самому зонду, словно проверяя его реакции. Зонд мало чем мог защитить себя. Когда попытка уйти провалилась вторично, ясно оконтуренные метки сомкнулись вокруг зонда – резкое, ярко вспыхнувшее на экране движение, – и связь с зондом прервалась. Экраны на мостике корабля замерли, показывая последнее записанное ими изображение, затем медленно погасли.

– Да чтоб теб… – высказалась Тор.

В ее голосе прозвучало скорее смирение, чем злость.

– Что это было? – спросила Сэмсон.

– Посмотрим поближе, – решила Сол. – «Эледон», воспроизведи последние кадры.

Экраны снова ожили. Эландер вместе со всеми пристально изучал ясные отметки на экране радиочастотного локатора. Другие изображения, сделанные в отличных от радара диапазонах, не отличались подобной четкостью. Некоторые из них воспроизводили замысловатые лоскуты, напоминавшие скорее камуфляж на фоне хаотически раскрашенного фона. Другие не показывали изображения вовсе. Самой загадочной была картинка, полученная в инфракрасных лучах – она давала странные объемные и крестообразные формы, медленно вращавшиеся поодаль от зонда. Возможно, они никоим образом не соотносились с «призраками», мелькавшими на радаре, но тем не менее оказались видны в другом частотном диапазоне.

Скрытые наблюдатели?– спрашивал себя Эландер. – Разум, управляющий радарным вооружением?

– «Эледон», а что именно вывело зонд из строя? – задал вопрос Эксфорд.

– Недостаточно данных для ответа, – сообщил корабль, выдав на экран ленту технической информации для желающих ее проанализировать. – Могу только сказать, что прочный корпус оказался прорван в трех местах непосредственно перед разрывом связи. Далее произошло массированное вторжение, затронувшее все системы.

Эландер указал на экран, где была видна трасса, по которой шло неприятельское оружие. Повреждения на экране множились, распространяясь всегда по прямой от каждой точки роста, затем разделяясь и снова разделяясь, пока на их пути не оказывалось сокрушенным абсолютно все.

– Напоминает кристаллизацию в перенасыщенном растворе. Вероятнее всего, мы имеем дело с нанотехнологиями, – прокомментировал Питер.

– Военный объект, достаточно необычный для Морских Звезд, – со знанием дела отметил Эксфорд.

– А может, желтые точки и синие дротики – в данном случае оружие излишней мощности? – спросила Инари.

– В таком-то немыслимом бульоне? – Эксфорд взмахнул руками, изображая «вену» вместе с наполнявшей ее раскаленной газо-металлической взвесью, в которой и сейчас дрейфовал «Эледон. – Сомневаюсь.

– Тогда с чем мы имеем дело? – поинтересовалась Тор.

В ответ Эксфорд-1313 только пожал плечами.

– Как только у меня будет собственное мнение, я доложу его вам.

– Надеюсь, это произойдет достаточно скоро, – заметила Сол, делая кивок в сторону экранов, демонстрирующих процесс разрушения зонда. – Ибо дыра, через которую он вышел, располагается по ходу впереди нас, и, наиболее вероятно, то, что его убило, все еще там. Если мы не собираемся покончить с собой тем же способом, думаю, нужно уже решить, что делать, и решить очень быстро.

– Как много времени пройдет, прежде чем мы можем достичь отверстия?

Вопрос Тор был направлен разуму их корабля.

– На двигателях малой тяги – около трех часов.

– Это совсем недолго, – некстати встряла Инари.

– Причина более чем достаточная, чтобы не тратить время на пустое ожидание, – парировала Тор. – Инари, я поручаю тебе и Гу Мань заняться телеметрией и найти все, что мы пока пропустили. Фрэнк, Клео, разберите всю информацию о нападении. Если сможем понять, что это – возможно, сумеем и противостоять. Сол и Питер. Вы, я точно знаю, способны найти шансы, о которых мы еще не думали. Наконец я сама попробую развернуть посудину так, чтобы нас не прикончили сразу.

Она окинула глазами рубку, останавливая взгляд на каждом из членов небольшого экипажа. Эландер почувствовал, как по спине у него побежал холодок.

– Вопросы есть?

Молчание.

– Отлично. Задело и тогда посмотрим, нельзя ли выйти из этого поганого месива.

2.1.3

– Продолжай дальше, Роб. Расскажи мне, что ты еще обнаружил.

Лючия вполуха слушала Роба Сингха, бормочущего что-то про свои исследования. Другая же часть ее сознания сосредоточилась на строительстве своего нового тела – а возможно, в дальнейшем она может рассчитывать и на новый разум.

– Ну, не то чтобы я нашел нечто реальное, – говорил Роб. – Это, скорее, идея. Все, что я сделал – запросил копии кое-каких чертежей в хранилище Библиотеки. В норме, когда речь заходит об их секретах, сами Дары столь же несговорчивы, как в прошлом Совет Безопасности ООН. Или, во всяком случае, они привыкли казаться столь же несговорчивыми.

– Что такого особенного заключалось в твоем исследовании? – спросила она Роба, одновременно дав очередную команду Медицинскому Центру, который и так действовал по ее подробным инструкциям.

– В тот момент я запрашивал копии чертежей по отдельным секциям Даров, исследуя башню за башней, – с воодушевлением рассказывал Роб. – И Библиотека давала их, казалось, испытывая некую радость. Можно заказать планы этого помещения или, скажем, Галереи. Если нужно знать расположение каждого стула во всей огромной конструкции – Дары выдадут такую информацию. А замолкают они, только когда вы запрашиваете технические данные – если они касаются особых, чувствительных с их точки зрения предметов.

Робот Роба прокатился по полу, изгибая щупальца, и легко запрыгнул на стол для обследований. Лючия наблюдала за происходящим с точки, достаточно низко расположенной, ее «видеокамера» находилась в противоположной стене. Робот – чудной механический скелет, напоминавший собаку, смотрел, казалось, прямо на нее.

– Иногда можно найти что-то новое, просто посмотрев на вещи, уже известные, – но под иным углом зрения. Звучит банально, но это действительно так.

– И что ты обнаружил, Роб?

– Тайные комнаты, – ответил он. Для пущего эффекта Роб сделал паузу. – Там были огромные по величине массивы, о существовании которых мы даже не догадывались. Никто не сомневался, что в Дарах скрыто какое-то тайное знание, однако в своих умозаключениях мы никогда не шли дальше признания этого факта. А если вдуматься, то для такого малого количества оборудования в Дарах слишком много места. – Робот соскочил со стола и принялся кружить по комнате. – К примеру, вот эта башня: в ней есть Медицинский Центр, а что в ней еще есть? Да ни хрена! И эти пустые пространства занимают никак не меньше восьмидесяти процентов от общего объема башен. Не слишком ли много для пустоты, Лючия? Согласись, трудно избавиться от мысли, что там должно найтись нечто особенное, во всех этих тайных комнатах.

– Что, например?

Робот как бы пожал плечами:

– Не знаю. Дары отказываются от разговоров на темы, касающихся их самих. И я, ей-богу, уверен, что не смогу найти дорогу внутрь. Однако зная хотя бы то, что там есть нечто, – мы уже обладаем информацией, не так ли?

Медицинский Центр доложил о завершении создания ее нового тела. Робот Роба выкатился на середину комнаты, переместив центр своего внимания к противоположной стене, где в это самое время открывалась дверь.

Лючия перенесла точку наблюдения, однако не могла подпрыгнуть так высоко, как робот. Дверь отворилась, открыв небольшую нишу, а в ней – парящий над полом, только что изготовленный И-костюм.

– Ничего себе, Лючия!… – не сдержавшись, в изумлении пробормотал Роб. – Ты сделала это!

Сам И-костюм не выглядел как что-то вещественное – он походил на мыльный пузырь или на круглую каплю совершенно прозрачного бульона, парящую в невесомости. Обычно И-костюм виделся наблюдателю как легкая вибрация воздуха, на границе которой то и дело пробегали радужные отблески. Это стало особенно хорошо заметно, когда робот Роба подкатился ближе, и его камера показала объект крупным планом.

– Погоди, вот все узнают! – с воодушевлением воскликнул он. – Никто из нас и не думал о создании еще одного И-костюма…

– Я бы предпочла, чтобы никто пока не узнал, – прервала Лючия поток его восклицаний.

Камера робота приподнялась выше.

– Почему это?

– Я еще не готова.

Она рассматривала И-костюм с опасением, не в состоянии избавиться от мысли, что могла получить не вполне работоспособный образец. Однако Лючия точно знала, что не сможет не воспользоваться им. И что есть только одна возможность определить степень его работоспособности.

Я должна первой проверить его в деле.

Используя переходы внутри Даров, с которыми уже отлично познакомилась, Лючия мгновенно переместила свою наблюдательную позицию сквозь стены Медицинского Центра прямо в хранилище с И-костюмом. Она двинулась вперед. Сопротивления не было. Подавив дурные предчувствия, роившиеся где-то в подсознании, Лючия наконец отбросила всякую осторожность и вошла в свою новую оболочку, мысленно сложив крестиком несуществующие пальцы.

В какой-то миг показалось, что она находится в двух местах одновременно – впечатления от органов чувств заполонили ее сознание, принося потоки визуальной информации, звуки и ощущения. Она чувствовала себя, словно воздушный шар, который постепенно наполняется воздухом и раздувается все больше и больше; в какой-то момент Лючия даже начала беспокоиться – не «лопнет» ли ее оболочка?

– Лючия? – Голос Роба, кажется, донесся уже по новым каналам, она открыла глаза и увидела робота, застывшего в одной из своих комических поз. – Это что, ты?

Она шагнула вперед – движение нового тела было легким, идеально свободным. Лючия ощущала свое тепло, реальность собственного тела и его приятную завершенность. «Кожа» чувствовала движения воздуха вокруг, стопы воспринимали вес и могли держать тело в равновесии, указательный и средний пальцы – сложены крест-накрест, именно так, как она сложила их мысленно.

Лючия подняла руку, наблюдая за подвижной, призрачной «плотью» со смешанным чувством – в нем были и трепет, и радостное изумление. Она действительно внутри И-костюма! По ее собственным инструкциям костюм был отформован так, что, воспроизводя формы тела, сделал само это тело ненужным! Лючия казалась себе воплощением чистой энергии или еще более экзотической формы жизни материи – возможно, она стала переплетением энергетических «волокон» или еще какой-то чертовинкой – тем, чем был И-костюм. Ее разум оказался, наконец, в собственном доме!

– С ума сойти! – произнес Роб. – Я хочу один такой же.

Можно не сомневаться, подумала она, что это же попросит каждый. Однако мысль о толпе людей, выстроившихся в очередь за И-костюмами, совершенно не радовала Лючию. Особенно учитывая тот факт, что она единственная, кто овладел управлением реактора по их производству. У Лючии имелись и другие дела – например, планирование операции по спасению.

– Я все еще не желаю, чтобы кто-либо узнал об этом, Роб, – произнесла она. – Просто немного подождем, пока не будут закончены исследования. Хорошо?

– Да ну, ладно тебе, Лючия! Это слишком важно, чтобы скрывать подобную информацию.

– Тогда позволь мне сделать один для тебя и показать, как это происходит.

– Это неправильно, – продолжал возражать Роб. – Ведь есть и те, кто поглавнее меня. Тор и другие…

– У них уже есть И-костюмы. А также они есть у оставшихся копий Хацис и вообще у большинства тех, кто руководит нами. Их нет у таких, как ты или я, понял, Роб? Давай пока оставим все как есть, ненадолго, а? Я бы не хотела выглядеть клоуном в цирке, когда мир вокруг вот-вот исчезнет.

Что бы там ни собирался ответить Роб, Лючии не суждено было это услышать.

Помещения Четвертой башни внезапно заполнил разрывающий уши звук сирены. Лючия в своем новом теле и Роб – «внутри» робота – замерли, уставившись друг на друга.

– Атака Морских Звезд! – неуверенно проговорил Роб. – Они не должны были приходить уже на следующий день!

– Значит, они опередили график.

Помертвев от мысли, что оружие чужих вот-вот обрушит на них лавину разрушения, Лючия едва смогла заставить себя мыслить ясно. Не время паниковать. Если она хочет уцелеть, то должна сохранять рассудок и моральные силы.

Лючия вовсе не собиралась сдаваться. Пусть ее голова уже под лезвием топора, но она не признает поражение до тех пор, пока сам топор не обрушится вниз. Должен найтись какой-то выход!

Дары!– внезапно вспомнила она. – Дары все еще при мне! Наверняка они в состоянии что-то сделать.

– Пошли!

Она схватила робота за щупальца и потащила его за собой. Новое И-тело бежало вперед легко и естественно, не чувствуя усталости.

Ворота для мгновенного перемещения из Четвертой башни в Хаб находились недалеко, но Лючия не знала точно, много ли времени ей осталось. Часы ее судьбы уже тикали, и с этим ничего нельзя было поделать.

Здесь будет выход…

Она произнесла эту мантру мысленно, повторяя ее снова и снова на бегу, с каждым шагом все больше и больше готовясь к краху окружающего ее такого хрупкого мира. Добравшись, наконец, до входа в Хаб, все еще волоча за собой робота, по дороге забрасывавшего ее своими вопросами, она с колотящимся сердцем вошла внутрь. Только теперь Лючия поняла: нечаянно войдя в ту башню, которая уже подвергается разрушению, она могла сама приговорить себя к смерти. Впрочем, на самоанализ не оставалось ни минуты. Следовало действовать, и действовать быстро!

Что же делать? Оглядываясь на расположенные вокруг двери, она поняла, что не знает ответа на этот вопрос. Ничего хорошего не ожидало ее ни в Библиотеке, ни в Зале Науки, ни в Комнате Карт, ни в Лаборатории, ни в Медицинском Центре. Галерея теперь и вовсе бесполезна. В Сухом Доке кораблей все еще не было – Лючия убедилась в этом, используя сенсорные возможности И-костюма. В свою очередь Хаб не предоставлял ничего, кроме «маршрутного транспорта». Оставалась лишь одна дверь.

– Лючия! – Робот дернулся в ее руках. – О боже, Лючия! Они уже!…

Робот замолчал и безвольно сник. Где-то вдали, Лючия поняла это своими нечеловеческими органами чувств, «Маркус Чон» умер, умерли и все его энграммы.

Страх накатился волной. Никогда прежде Лючия не испытывала подобного чувства. Адреналин, которого в ней не могло быть, казалось, пронизывал все ее новое, наэлектризованное тело. Мысли летали с поистине нечеловеческой быстротой. Не важно, что за процессор обрабатывал теперь коды ее энграммы, все равно, что за раса его создала – его вычислительная мощность несопоставима с компьютерами, построенными в свое время для миссии по освоению космоса.

Лючия стала перед дверью, являвшей ее последнюю возможность. Черная, местами уже облезлая, дверь была именно той, сквозь которую она столько раз проходила мысленно, никогда еще не пересекая ее физически.

Она вспомнила о теневых структурах – тех, что были различимы в глубине Даров – в местах, которых она смогла едва лишь коснуться.

Лючия только спросила себя, где может находиться то, что скрывают эти тени, и куда она могла бы отправиться, чтобы исследовать их самой.

Теперь она твердо знала, что делать.

Бросив неподвижного робота, она быстро прошла кдве-ри и, потянувшись вперед, взялась за ручку. Странно было видеть собственную руку, вытянутую вперед, едва различимую по тусклому мерцанию похожей на воду «кожи».

Стала привидением еще до смерти, – мелькнула безрадостная мысль в момент, когда Лючия повернула ручку и открыла дверь.

Найдется ли там хоть что-то? Она буквально чувствовала враждебность собиравшихся где-то рядом чужих сил, громоздившихся наподобие грозовых туч и уже готовящихся стереть след ее присутствия в этом мире. Нет времени на колебания. Лючия открыла дверь и вошла в Темную Комнату.

Ее не встретило ничего, кроме черной пустоты. Она направила шаги дальше, в глубину Темной Комнаты, рискнув идти уже теми путями, которыми доселе не путешествовала. Чернота стала бездонной, и пропасть ее незримой глубины лежала вне пределов всякого понимания. Осторожность предостерегала от входа слишком глубокого – из понятных опасений не отыскать дорогу назад. Теперь же это не имело значения. Лючию влекли невообразимые глубины, манила за собой немыслимая свобода, содержавшаяся в этой черной пустоте.

– Я здесь.

Она обратила эти слова в темноту. Темные призраки, казалось, закружились водоворотом вокруг, сначала как туман, а в следующий миг словно кольца огромной змеи. Где-то внутри, сердцем, Лючия ощущала, как на нее смотрят чьи-то глаза.

Окружавшее ее пространство содрогнулось внезапно и резко – в этот момент Морские Звезды разрушили башню, находившуюся по соседству. Волна прокатилась по сверхпроводящему кабелю, соединявшему всю конструкцию пришельцев. Развязка приближалась. Еще мгновение, поняла Лючия, и придется смотреть в пустоту совершенно иного рода.

– Вы меня слышите? – спросила она еще раз, прямо в темноту. – Кто-нибудь меня слышит?

Тишина.

– Послушайте! Пора уже сделать хоть что-то!

Она ощутила безнадежность, затем подумала, что странная нелогичная цепь, заранее приведшая ее сюда, столь же ошибочна, сколь заблуждались сами люди, пытаясь проникнуть за покров, скрывающий загадки Даров.

Волна нового удара сотрясла башню. Лючии показалось, что она плачет, хотя новое тело не могло дать такой возможности. Началась тряска, невообразимый грохот и перепады давления.

– Помогите! – разрывал темноту ее крик.

В миг, когда Морские Звезды нависли над самым ее убежищем, когда их оружие изготовилось стереть Лючию с лица Вселенной, из черной пустоты раздался голос:

– ЭТО ПОСЛЕДНИЙ ИЗ ВАШИХ ДАРОВ.

Что-то темное, безмерно большое проникло в сознание Лючии, и ее время остановилось.

2.1.4

– Пятнадцать минут, – разнесся по рубке голос Тор. Сол мельком взглянула на нее. Ускорив многократно собственный процессор, она, казалось, провела в размышлениях несколько дней с момента, объявленного Тор в качестве точки отсчета. За это время, представлявшее на деле совсем небольшой отрезок, Сол и Эландер перебрали массу самых экзотических вариантов. Призраки на радаре могли входить в состав тех средств поиска и уничтожения, что боролись с перемещением любых вторгшихся внутрь куттера объектов. То, что они до сих пор функционировали, несмотря на полученные куттером серьезные повреждения, могло говорить о принципе построения всей защиты. Единственным способом обеспечить это должна быть децентрализация с некоторой автономией отдельных систем.

В таком случае тени с радара – это небольшие части всей сети, агонизирующей по мере умирания всего куттера. Их агония может продолжаться несколько дней, возможно, недель. Куттер все еще располагал энергетическим потенциалом, о чем свидетельствовал поток раскаленной газометаллической смеси, протекавший по вене вокруг самого «Эледона», и многие из таких подсистем могли сохранять работоспособность.

Сол не сомневалась, что они столкнулись лишь с нижним уровнем защитной структуры. Для завершения миссии следует найти путь к самой вершине системы управления куттера, что означало бы не только выживание, но дало бы огромные возможности в продвижении дальше.

Средства безопасности куттера должны не только защищать: им также следовало располагать интеллектом для сбора и анализа информации о вторжениях. Они просто обязаны отбирать те данные, что приносят пользу Морским Звездам. Если овладеть способом коммуникации с призраками на радаре, это может стать шагом на пути к верхнему уровню систем куттера. Вся штука в том, чтобы при этом оставаться живыми.

– А что известно насчет нейтринного фона? – вдруг спросил Эландер. – Их нелегко обнаружить, и это хорошая среда для безопасной коммуникации.

– Неплохое рассуждение, – отреагировала Сол.

Вместе они принялись рассматривать данные с зонда. Хотя потоки нейтрино и не считались средой, пригодной для побитного анализа, детекторы этих частиц отмечали устойчивые потоки в помещениях, расположенных по ту сторону – за проемом в «вене». Однако положение источника нейтрино было определить трудно. К тому же нейтрино могли образоваться сразу в нескольких, совершенно естественных процессах. Что же, по крайней мере это уже что-то.

– «Эледон», ты можешь вырабатывать потоки нейтрино?

– Я в состоянии доработать оборудование и модулировать некоторые из своих внутренних процессов так, чтобы влиять на их эмиссию, – ответил корабль.

– Как скоро это можно устроить?

– Приблизительно за два часа.

Сол в отчаянии замотала головой. Если даже они правы и нейтрино лежат в основе коммуникационной сети пришельцев, если удастся декодировать передачу и понять, как именно составить собственное послание с запросом на проход, «Эледон» не сможет предоставить передатчик до момента прохода кораблем критической точки.

Эландер, похоже, разделял ее реакцию по-своему.

– Еще мы можем умыть руки и подумать о чем-то хорошем, обо всех нас и о результатах нашего исследования.

Его несерьезность вызвала довольно болезненное раздражение, но она ничего не ответила. Реально ей не в чем его обвинить. Сама Сол испытывала двойственные ощущения. До настоящего момента миссия все еще не могла считаться успешной, а конца ее не было видно вовсе.

– Итак, все, время вышло. – Тор произнесла это похоронным тоном. – Что мы имеем? Гу Мань?

– Имеется уверенность, что в местах около «призраков» на радаре присутствуют следы постановки помех, а также есть нечто на втором плане, позади них. – Андроид произнесла это без всякого вступления. – Нам удалось получить некоторые детали изображения и сделать модель того, что могут представлять собой «призраки».

На экране прямо за Гу Мань появилось изображение. Оно представляло собой подвижный, словно ртуть, образ, пульсировавший между округлым объектом неправильной формы и неприятного вида шаром, украшенным шипами.

– Призраки, причем их множество, а не один, «прыгающий» с места на место, похоже, осциллируют на регулярной частоте, находясь между двумя объектами подобной формы. К сожалению, нам непонятна их природа. Их осцилляция не соотносится с периодом переходов во вне-пространство. Невозможно понять, наделены ли они единым осмысленным управлением или проявляют элементарное и свойственное любому стаду поведение. Это все.

Тор взглянула на Эксфорда.

– Фрэнк, что скажешь?

– Потому, как шли их атаки, мы не располагаем достаточной для организации обороны информацией, – ответил Эксфорд. – Продвижение строя напавших на зонд наноагентов позволяет лишь говорить о присутствии нанотехнологий, но – в отсутствие образцов для анализа – не дает нам понятия об их сущности. Мы не знаем, что движет их репликацией и что может их остановить, неизвестен даже сам способ их проникновения. У «Эледона» имеется целый ряд систем класса «антинано», и ни одна из них не помогла зонду выжить. Для выработки средства противодействия этому оружию нам потребуется длительная работа.

Тор кивнула в ответ, и Сол уловила в ее глазах тень явного разочарования.

– А что скажет Питер Эландер? И скажет ли хоть что-нибудь?

Эландер лишь повторил очевидное. Когда он закончил, Тор вздохнула, а затем вниманию присутствующих было предложено довольно четкое изложение ее собственных выводов.

– Лучшее, что я в состоянии предложить – это заякорить корабль сразу после того, как он выйдет наружу сквозь проем в «вене». В отсутствие иных продуктивных идей, думаю, нам придется поступить именно так. По крайней мере это даст нам еще немного времени, чтобы сориентироваться.

– Считаешь, нам удастся сделать это? – спросила Инари.

Тор кивнула.

– Если держаться ближе к одной из стен, «Эледон» сможет нарастить внешний корпус так, чтобы закрепиться на ней. Внешняя поверхность скорее всего должна оказаться достаточно податливой, чтобы осуществить фиксацию. Если удастся сделать это без использования двигателей, мы, возможно, сможем остаться незамеченными.

По аудитории прошел ропот беспокойства, однако возражений не последовало. Настроение на борту было замогильное.

– Коль скоро мы не имеем иных предложений, – бросила Тор в образовавшуюся тишину, – в таком случае, я полагаю, всем следует взяться за работу. Времени мало и, я думаю, вам это известно.

Все разошлись по местам.

– Сброс после первой попытки; остановиться в выбранной точке не удалось, – любезно доложил «Эледон». – Вторая попытка будет предпринята в следующей точке.

Изображение на экране крутилось до невозможности быстро, в то время как корабль полз, преодолевая области высокой турбулентности. На своей высочайшей из возможных скорости работы мозга Сол едва ли могла разобрать происходящее. И все же она надеялась, уповая на то, что созданный пришельцами проклятый разум их трижды проклятого корабля знает, что делает.

– Сколько еще до выхода? – спросила Гу Мань.

– Девяносто метров в человеческом измерении, – ответила Сэмсон, не сводя глаз с наблюдательного экрана, по которому шли кадры неровной поверхности «вены», терявшейся временами в потоках окружавшей корабль среды.

С близкого расстояния стена меньше всего выглядела неровной биологической структурой, теперь напоминая скорее мат из металлических волокон, тесно переплетенных и покрытых стеклом. «Эледон» попытался закрепиться вторично и снова потерпел неудачу, не найдя никакой подходящей неровности.

– Шестьдесят метров, – продолжала отсчет Сэмсон.

Сол чувствовала нарастающий поток раскаленных струй, закручивавшихся вокруг корпуса так, что корабль раскачивался и кружился словно игрушечный резиновый утенок, захваченный настоящим тайфуном.

– Тридцать метров.

Сэмсон вновь отметила расстояние после того, как неудачей закончилась третья попытка корабля зафиксироваться на стене.

– Вероятно, нам следовало выработать запасной план, прежде чем предпринимать такой риск, – саркастически заметил Эксфорд.

– Я все еще открыта для любых предложений, – ответила Тор.

Все взгляды оставались прикованными к экранам в ожидании четвертой и последней попытки остановиться. Как понимал каждый, пятой попытки им увидеть не суждено.

Вдруг все замерло.

– Мы сделали это? – осторожно спросила Инари.

Вид на экранах дернулся на секунду, затем стабилизировался.

– Попытка фиксации на стене завершена успешно, – доложил корабль.

Все как один дружно вздохнули.

– Пять метров до проема, – подытожила результаты Сэмсон. И рассмеялась.

Сол не имела желания смаковать то, насколько близко остановились они от выхода.

– Насколько надежно мы закреплены? – спросила она.

Быстрый осмотр, проведенный под разными углами зрения, показал – брешь в стене не расширялась, по крайней мере в направлении их корабля. Чем объяснялось образование такого отверстия – сказать было трудно. Сол допускала, что это вполне могло быть результатом атаки людей/Юлов. Дестабилизация общей структуры закономерно привела к локальным разрывам из-за усталости металла или неоднородностей его строения. Зная, что теперь куттер остановил вращение, она могла предположить – опасность таких напряжений в его конструкции минимальна.

Сам проем со стороны выглядел словно гигантская рана, нанесенная кровеносному сосуду, а неровные края отверстия выходили далеко за пределы его стенок. С их новой наблюдательной позиции «вена» выглядела огромным закрученным пространством, напоминая скорее внутренность кошмарного моллюска, раковина которого вытянута и деформирована.

– Наша позиция кажется довольно стабильной, – сказала Инари.

Сэмсон пожала плечами.

– Думаю, вскоре мы узнаем, если это не совсем так.

– На данный момент мы в безопасности, – вмешалась Тор. – Это главное.

– И что же теперь? – пробормотала Гу Мань.

– Теперь мы вышлем вперед рекогносцировочную команду, – объявил Эксфорд.

Тор с хмурым видом повернулась к нему.

– Полагаю, ты будешьдобровольцем, не так ли, Фрэнк?

Тот самоуверенно заявил:

– Наш «Эледон» еще может отделить от себя один целый или хотя бы половинный корабль вполне достаточного размера, чтобы я мог пилотировать его. Просто дайте мне навигационные средства, подобные средствам «Эледона», и я уверен, что смогу провести свою посудину мимо этих штуковин так, чтобы выйти на свободу по ту сторону.

– И что это даст? – спросила Тор.

– Ну, по крайней мере вы сможете быть уверены, что не останетесь здесь на веки вечные, Кэрил.

– И как это мы сможем быть уверены, Фрэнк?

Тор не скрывала скепсиса.

– Разумеется, потому что я подам вам условный сигнал, уже находясь в безопасном месте.

Тор пристально посмотрела на него, потом медленно склонила голову.

– И ты во второй раз предлагаешь нам позволить тебе улизнуть?

– Что ты сказала? Ты мне не доверяешь?

– Разумеется, нет, Фрэнк.

Он фыркнул.

– Могу уйти вместе с вашими подозрениями, как только вы признаете мой план не лишенным смысла. Давай, Тор, придем наконец к согласию и поладим на пользу общему делу.

Тор собралась было ответить, но ее опередила Гу Мань.

– Возможно, вы опоздали со своим предложением, – сказала она, указывая на ближайший к ней экран. – Посмотрите-ка на наш пролом.

Все обернулись. Белый ромбовидный объект с черными полосами вошел в проем, без видимого усилия преодолевая течение. Впечатление, производимое подобием рыбы-зебры, усилилось, когда эта штуковина повернулась к ним «мордой», показав то, что можно было принять за открытую пасть. Хотя изображение и дергалось из-за резких вихревых потоков, Сол разглядела трубу, завершавшую носовую часть и придававшую ей сходство со старинным реактивным самолетом.

– Что это за хрень? – деликатно спросил Эксфорд.

– Не имею понятия, – пробормотала Гу Мань. – Но что бы это ни было, оно напоминает…

Сол вскрикнула, когда объект с быстро увеличивающейся скоростью сделал выпад, и труба в его центральной части раскрылась, собираясь всосать их внутрь.

– Боже правый! – вскрикнул Эландер.

Их прорезатель резко дернулся под ногами, свалив Питера на пол. Встав на одно колено, он оперся рукой о стену, когда корабль-зебра ударил их снова, вцепившись в борт с внешней стороны корпуса «Эледона», точно минога.

– Что происходит? – спросила Сэмсон.

– «Эледон», доложить ситуацию! – резко прозвучал голос Тор.

– Я получил удар со стороны неопознанного объекта, – спокойно ответил информатор корабля.

Что за идиотские шутки?– подумал Эландер. Тем временем корабль-«зебра» крепко присосался к корпусу «Эледона». Неизвестно, что и как происходило, но это вызывало легкую дрожь, отдававшуюся по всему корпусу корабля-прорезателя.

– Что с герметичностью? – запрос исходил от Тор.

– Я сопротивляюсь происходящему вторжению.

– Такому же, как в случае с зондом?

– Нет. Это… – Информатор запнулся. – Я… это…

– «Эледон»?

– Мы…

– «Эледон», ответь же, твою мать!

Корабль перестал отвечать на запросы, и тут время, казалось, остановилось, в рубке не было слышно ни звука. Эландер наконец поднялся и осмотрел помещение. Вибрация все еще чувствовалась.