Текст книги "«Спартак»: один за всех"

Автор книги: Сергей Бондаренко

Соавторы: Александр Горбачев,Иван Калашников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)

Евгений Селеменев

Народ просто ломанулся, ну и я, естественно, тоже. Полиция тогда более лояльно к этому относилась, это сейчас на несколько суток можно загреметь, если выбежишь на поле. Кто-то начал там сетку пытаться оторвать с ворот, кто-то Ледяхова раздеть хотел. А у меня цель была – просто проораться в космос. Мы – чемпионы!

Александр Тарханов

Народу было много, они нас обнимали, и мы никак не могли уйти в раздевалку. Минут 30 к ней прорывались. А там уже спокойно поздравили друг друга, переоделись и уехали. Нам еще несколько матчей предстояло в чемпионате.

Одну из последних игр мы играли с московским «Динамо». Снег, мы уже чемпионы, никакой мотивации. И тут Николай Петрович заходит перед установкой и говорит: Олег, смотри, этот мудила-журналист написал – «Спартак» чемпион, но игры нет, а у «Динамо» игра хорошо поставлена. Олег Иванович это зачитал на установке. Вышли и 5:2 их обыграли. Валерка Газзаев спрашивает потом: «Слушай, чего вы так бились? Вам игра не нужна эта». Я отвечаю: почитай газету.

Игорь Рабинер

Романцев давно вышел из тени Бескова. Но после этой победы в чемпионате уже никаких слов о багаже и сравнений быть не могло. Это был чисто романцевский «Спартак». Он вынес всех в одну калитку. Можно сказать, что 1992 год ознаменовал воцарение Романцева как самого топ-тренера страны, рядом с которым уже сложно было кого-то поставить.

Футболисты «Спартака» качают Олега Романцева после победы над «Локомотивом», которая гарантировала им первый титул чемпионов России. 1992 год

Фото: Игорь Уткин / ТАСС

Пока «Спартак» идет к триумфу, в «Асмарале» начинаются проблемы с деньгами.

Алексей Скородед

«Асмарал» в первом же сезоне в высшей лиге занял седьмое место. Если сейчас смотреть, вообще-то огромный результат. Но Константин Иванович на следующий сезон уже ставил совершенно другие задачи. Попадание в тройку, борьба за первое место. Но чтобы этого достичь, нужна была материальная поддержка. А у Аль-Халиди в тот момент возникли трудности с финансированием. И он просто не смог купить каких-то известных футболистов, которые могли бы приехать к нам. Включая, например, капитана киевского «Динамо» Андрея Гусина, который приезжал в «Асмарал» на просмотр.

Игорь Рабинер

У Аль-Халиди произошел конфликт с всесильным Александром Коржаковым, руководителем службы безопасности президента Ельцина. Коржаков захотел брежневскую дачу в Кисловодске, а она принадлежала Аль-Халиди. Он говорит: «Хотите – покупайте». Ну, а у Коржакова разговор шел скорее силовыми методами. Приехали силовики, положили людей мордой в пол – там в это время находились футболисты кисловодского «Асмарала», который в первой лиге играл. И после этого бизнесы Аль-Халиди в России начали схлопываться.

Юрий Гаврилов

У него стали эту дачу отбирать, он пошел в суд. И ему, видимо, четко объяснили, что с государством судиться не надо. Говорили, что ему обрубили доступ к деньгам, которыми он распоряжался. Так или иначе, ситуация обернулась против него. И начались задержки с зарплатой и так далее. А Бесков всегда о таких вещах сильно переживал. А тут раз – поле тренировочное не дали. Или команде негде готовиться к играм. И Константин Иванович говорит: «Чего ты из нас клоунов делаешь? Команда стоит на дороге и ждет автобуса, автобус не приходит. Что это за дела? Я так работать не буду».

Работали-работали, добились выхода в высшую лигу, и все рассыпалось в одночасье, как карточный домик.

Алексей Скородед

Константин Иванович на моих глазах несколько раз задавал Аль-Халиди вопросы: в чем причина, почему не платятся деньги? Аль-Халиди просто уходил от ответа. Константин Иванович дико был рассержен. Ребятам же нужно в любом случае что-то говорить, правильно?

Игорь Рабинер

Перед уходом в отпуск Бесков поставил Аль-Халиди ряд условий по организации сборов, по приобретению новичков. В первые дни января 1993 года он пришел на тренировку, увидел, что Аль-Халиди не выполнил ни одну из его просьб, и объявил, что уходит в отставку. И в то же межсезонье РФС разрешил всем футболистам «Асмарала» из-за каких-то там недочетов в контрактах разорвать соглашения с клубом бесплатно.

Ну а еще через несколько месяцев, когда были октябрьские события 1993 года, стадион «Красная Пресня» просто разгромили. Он находится неподалеку от Белого дома, и от него фактически ничего не осталось. Поле превратилось во что-то невообразимое, украли всю форму. Это, можно сказать, было финальным аккордом «Асмарала» в высшей лиге. Сказка первого частного советского клуба закончилась.

Александр Хаджи

Бесков с Романцевым потом уже при мне встретились в «Спартаке». Собрались вдвоем, посидели, обо всем рассказали друг другу, вышли оба довольные. Бесков понял, что Романцев – тренер, никуда уже от этого не денешься, обиды надо прекращать. И потом вроде бы Романцев Бескову пенсию назначил, и они стали общаться хорошо.

Параллельно с завоеванием чемпионского титула в России «Спартак» играет в Кубке кубков – осенью 1992 года проходят матчи 1/16 и 1/8 финала.

Владимир Бесчастных

Сначала в Кубке кубков мы играли с «Авениром», командой из Люксембурга. И в Москве мы умудрились сыграть с ними вничью. И, помню, сидим в бане и обсуждаем: слушай, ну если мы «Авенир» не пройдем, ну я тогда вообще не знаю. В итоге мы настроились на тяжелую игру на выезде и легко обыграли их 5:1.

А следующие игры были с «Ливерпулем». Вот это проверка. Погода в Москве была просто ужасная. Но их вратарь начал чудить, получил красную. В итоге 4:2. Преимущество в два гола, но если они дома выигрывают 2:0, они проходят дальше.

Вадим Лукомский

Почему «Спартак» играл против английских силовых команд достаточно эффективно? В то время английский футбол предполагал высокий уровень агрессивности. Я под агрессивностью подразумеваю готовность встречать соперника и выдергиваться из схемы для того, чтобы как можно быстрее отобрать мяч. И мне кажется, тут очень здорово накладывается то самое легендарное спартаковское клише – «стеночки» и забегания. То есть если соперник готов выдергиваться, то «стеночкой» его пройти очень легко.

Владимир Бесчастных

Мы приезжаем в Ливерпуль, нас встречают корреспонденты: как вы думаете, сколько «Ливерпуль» забьет «Спартаку»? На что был ответ: а вы уверены, что вы забьете «Спартаку», а не «Спартак» вам?

Потом едем-едем, я думаю: где же стадион? Смотрю, здание стоит, мы в него заезжаем – оказывается, это стадион и есть. И для меня было поразительно, насколько близко трибуны. В «Лужниках»-то тогда до трибун было два километра, а тут зрители – вот они. Могут и по горбу ударить, когда аут вбрасываешь. И слышимость просто сумасшедшая.

Виктор Онопко

Наши жены поехали нас поддерживать. Рассказывали потом, что им страшно было сидеть на трибунах: такой стоял рев. «Думали, – говорят, – что вас тут растопчут».

Владимир Бесчастных

Выходим на разминку, просто ужас, вообще не слышно ничего. Дальше выходим играть – конечно, они давят, орут, лезут, мы немножко подрастерялись. Но дальше они атакуют, а там стоит Дима Хлестов на углу штрафной и мяч так мысочком – пум, на угловой. И так улыбается: типа, вы что, «Спартаку» забить хотели? И как-то у нас пошло-пошло, они уже не успевают никуда. Я вижу, Димка Радченко открылся, качу ему мяч, он забивает. Ну и потом уже играли спокойно. И выиграли 2:0 у «Ливерпуля» в Ливерпуле. И помню, в самолете такие: ва-а-а-а!

А потом прилетаем в Москву и просто сидим в салоне. И выяснилось, что нас просто никто не ждал в аэропорту. Нам даже дверь пришлось открыть, пока ждали кого-то, чтоб не задохнуться.

Дмитрий Ананко

Конечно, в тот период большинство футболистов хотело уехать за границу. И конечно, были разговоры, чего скрывать, что, если мы удачно сыграем в еврокубке, мы сможем дороже себя продать. Но перед «Ливерпулем» был разговор Олега Ивановича с ребятами на предмет того, чтобы, если мы «Ливерпуль» пройдем, ребята не разъезжались и остались в команде. Что, собственно, и произошло.

Игорь Рабинер

1992 год – это самая сбалансированная, самая мощная игра «Спартака». Воздушность, легкость, техника, комбинации. Красота и мощь в одном флаконе. Пожалуй, этот «Спартак» мог больше всего добиться на международной арене.

Глава 6. Король

Обыграв «Ливерпуль» осенью 1992 года, «Спартак» выходит в ¼ Кубка обладателей кубков – и встречается там с нидерландским «Фейеноордом». Эти матчи играются уже весной, в марте 1993-го, и московская игра оказывается под угрозой срыва: поле в «Лужниках» попросту не готово для футбола.

Александр Тарханов

Первую игру с «Фейеноордом» мы выиграли 1:0. Причем там была история: сборная прямо перед этим ездила в Америку в турне, а там 11 человек спартаковцев играли. И мы договорились, что я с ними поеду, чтобы их контролировать. Турне закончилось, сборная улетела в Россию, а мы из Лос-Анджелеса в Голландию. Приехали, ну и состояние было не очень хорошее у ребят, я им каждый день лекарства выдавал на ночь, чтобы они уснули. Романцев мне говорит: «Федорыч, по-моему, нам писец будет». А я говорю: «Ничего, сейчас отойдем». Ну и все-таки выиграли. Матч был сумасшедший, после гола Пятницкий и Карпин упали без сил.

А перед матчем в Москве мы приезжаем в «Лужники», а комиссия УЕФА уже ходит по полю. Мы тоже вышли – ну, там голеностопы проваливались в грунт.

Олег Романцев

Перед игрой с «Фейеноордом» ходил слух, что игра может не состояться, потому что поле не очень хорошего качества. Но мы приехали, пришли в раздевалку. Сидим, ждем вердикта людей, которые принимают решение. И слышим гул вертолета. По-моему, два вертолета летали над полем. Когда они улетели, главный судья сказал, что на таком поле играть нельзя. И он был совершенно прав, я выходил на это поле – сразу проваливалась бутса полностью в грязь.

Евгений Селеменев

В «Лужники» уже приехали с товарищем, билеты были. И нас не пускают на трибуны. Слухи ходят самые невероятные. Что происходит, ничего непонятно. Погода была довольно мерзкая. Все подозревали, что будет проблема с полем. Ну, так и получилось. Матч в «Лужниках» отменили. 75 тысяч билетов продано. Все люди были просто… растеряны. Если не сказать по-другому.

Амир Хуслютдинов

Ну, лед был на поле, сверху подтаял, получилось болото. Семь минут до начала – нет матча. Все стоят, ждут, куча народу, заполнена площадь между кассами. И тут включают одну треть каждого прожектора на стадионе – и направляют на поле. Мы думаем: «Начинают матч без нас!» И начинаются беспорядки. Народ прорывается, ломает въездные ворота, вот эти вот тяжелые, литые. Начинаются столкновения с конной полицией. Конюх такой скачет красивый – бутылка прилетает на полном скаку ему в лицо. Он опрокидывается навзничь. Этим и запомнился перенос матча.

Потом говорили, что прилетал вертолет, пытался сдуть эту воду, которая на льду была. Но ничего не получалось.

Василий Уткин

Это довольно известный способ. Вот у меня перед глазами теннисная картина: наши играют в «Кубке Дэвиса», у нас сильная команда, играем на грунте в «Олимпийском». И отчего-то там тоже было сыро. И я просто визуально помню, как люди ползали на коленях по этому корту и сушили его феном. А вертолет – ведь это же, в сущности, большой фен, правда? Вот футбольные поля и сушили вертолетом.

Олег Романцев

Это нормально, так сушат. Это не новаторство никакое – и до сих пор сушат, узнайте у специалистов.

Но не высушили. И нам предложили сыграть на стадионе «Торпедо» на следующий день. Футболисты и руководители «Фейеноорда» сказали: безо всяких проблем, на следующий так на следующий, сели в автобус, уехали в гостиницу. И мы на следующий день провели с ними матч. Я очень уважаю эту команду, которая не стала искать каких-то причин, чтобы нам записали поражение. Завтра так завтра.

Виктор Онопко

Игра на «Торпедо» запомнилась тем, что был полный стадион: там люди не могли попасть. Многие стояли – ну, там же стадион как бы в яме немного, а сверху сопка, и стояли там.

Евгений Селеменев

Это, конечно, было что-то: 75 тысяч вчерашние хотят вместиться на двенадцатитысячный стадион. У нас там билеты могли оторвать просто с руками, если бы мы их хотели продавать.

Амир Хуслютдинов

Шестисотрублевые билеты уходили по 7000, это я точно знаю. А играли почему на «Торпедо» – потому что там подогрев поля был. Только там был подогрев поля.

Владимир Бесчастных

Я не играл из-за дисквалификации, но приехал на игру как болельщик. Раньше идешь на матч, тебя загоняют прям в коридор, где с двух сторон стоят лошади со слюнями. Могли твою шапку зажевать… Что угодно, блин. В итоге там началась давка, и человек с ребенком вежливо попросил: «Можно, я обойду?» А там был жирный такой мент, на лошади сидел. Говорит: «Ты что, не знал, куда идешь?» Ну и я ему: слышь, ты! Короче, зацепились, и он дубинкой мне как дал звезды! Я слышу, в очереди люди такие: «Ребят, походу, Бесчастных бьют!» Слава богу, пешие милиционеры сразу убрали этого, меня вывели, посадили на трибуну. И так я смотрел футбол. С синяком на голове. Ну и нормально, ничего страшного – после моего-то детства. Потом они там с Ельциным фотографировались.

Матч с «Фейеноордом» проходит за несколько недель до общенационального референдума: президент Ельцин конфликтует с Верховным Советом, разрешить конституционный кризис надеются с помощью голосования, в котором россияне выскажутся, кому доверяют больше. Ельцин, который из всех видов спорта предпочитает волейбол и теннис, приезжает на «Торпедо», чтобы поддержать «Спартак».

Леонид Трахтенберг

Борис Николаевич был человеком, мягко говоря, неглупым. Думаю, что ему подсказали: сейчас самое время сходить на «Спартак» и тем самым показать, что вы, в отличие от этих ребят, которые против вас, с народом. «Я один из вас, вот я пришел на футбол, я такой же, как вы. Вы хотите, чтобы „Спартак“ выиграл, и я хочу, чтобы „Спартак“ выиграл».

Борис Ельцин на матче «Спартак» – «Фейеноорд» на стадионе «Торпедо». 1993 год

Фото: Игорь Уткин, Александр Яковлев / ТАСС

Игорь Порошин

Я смотрю игру и вдруг слышу объявление диктора. Уже в разгаре было знаменитое противостояние двух ветвей власти: действующего президента Бориса Ельцина и Верховного Совета. Был задуман референдум[7]7
  Референдум проходил 25 апреля 1993 года. Первые два вопроса референдума были о поддержке президента и его реформ, третий – о необходимости досрочных выборов президента, четвертый – о необходимости досрочных выборов депутатов. Каждая сторона трактовала результаты по-своему, и политический кризис в России продолжился.


[Закрыть], в котором народу нужно было определиться, с кем он. Естественно, он был сделан политтехнологами под Ельцина. Предлагалось ответить на вопросы так: «Да-да-нет-да» – и тем самым поддержать президента. И во время матча с «Фейеноордом» вот эта вот херь звучит. Сейчас за такое просто дисквалифицировали бы.

Александр Вайнштейн

Я помню, как в самом начале ельцинских времен устраивали игры правительства России против правительства Москвы. В начале девяностых, в «Лужниках», на большом поле. И было очень смешно, когда Владимир Маслаченко, замечательный комментатор, а в прошлом выдающийся вратарь, встал в ворота сборной правительства России. Противоположная команда в перерыве подошла и начала возражать, говорят: «Профессионалов ставите, так нечестно! И вообще, он не в правительстве!» И Ельцин тут же подписал указ о назначении Маслаченко заместителем председателя Госкомспорта России. А потом это аннулировали. Ну, там много смешного было.

Дмитрий Ананко

Фараховича ты застал? У нас был такой массажист. Чемпион Европы по тяжелой атлетике. Вот такого роста – маленький. Я говорю: «Фарахович, а как ты выиграл, что ты там мог поднять?» Он говорит: «Ну как, нас заявилось трое. Один не поднял начальный вес, другой заболел, вот я и стал чемпионом Европы». И вот когда заходит Ельцин в нашу раздевалку, Фарахович первый стоит. Ельцин говорит: «А ты что, тоже сегодня играл?» Он отвечает: «Да не, я массажист». Посмеялись, похохмили тогда.

Виктор Онопко

Я помню, закончилась игра, мы зашли в раздевалку. Ну, как обычно – снимаешь бутсы, гетры, щитки. И Ельцин заходит, с ним большая делегация: охрана, помощники. А я снял все уже, ну, был босой. Гетры, кажется, в руке были у меня. На фотографии все в костюмах, все солидные, галстуки. И я босиком. Ну, получилась для меня добрая фотография.

Дмитрий Ананко

Непринужденная довольно обстановка, не было такого: «Вот я зашел, царь!» Абсолютно нормально. Посмеялись, сфотографировались. Ну, поспрашивал, как дела, какие планы, что нужно. Пообещал помочь и так далее.

Александр Хаджи

Ельцин где-то в баре нахрюкался и приехал на «Торпедо» в пополаме практически. Он там с нами фотографировался, со всеми обнимался, целовался. Сплясал нам, спел что-то.

Олег Романцев

У меня запись есть, как он в раздевалку после «Фейеноорда» зашел, как беседовали мы. Ну, частная. Не дам я никому это.

Александр Вайнштейн

Политтехнологи пытались, наверное, спартаковскую популярность проецировать на политическую. Я думаю, что это не сработало. Люди очень четко понимают, где футбол, а где жизнь. И если они со стадиона выходят и видят, что у них жизнь не устроена, они бюллетень из других соображений будут заполнять.

Игорь Порошин

Политики примазывались к славе «Спартака». Объемы и сила этой славы в тот момент были существенно выше, рейтинг у «Спартака» был выше. «Спартак» стал абсолютно властной командой.

В матче против «Фейеноорда» на поле выходит легенда «Спартака» – Федор Черенков. Московские болельщики не видели его в игре больше года.

Владимир Бесчастных

Приветствовали Черенкова значительно теплее и ярче, чем президента Ельцина. Значительно. Ну, Федор – это все для «Спартака».

Игорь Рабинер

Черенкова приветствовали громче, чем Ельцина, притом что тогда Ельцин был очень популярен. Но у болельщиков «Спартака» был свой президент.

Дмитрий Ананко

Как хор, в одном порыве: «Федор! Федор! Федор!» А ты думаешь: «Блин, я же в этой же команде рядом с ним!» Представляете, гордость какая?

Виктор Онопко

Когда люди узнали, что Черенков возвращается, я уверен, что процентов на 10 или 15 болельщиков больше стало приходить на стадион, чтобы именно посмотреть на него.

Евгений Селеменев

Весь состав по совокупности не встречали так, как его одного. Это живая легенда. Это кумир. Это божество.

Это уже второе возвращение Черенкова в «Спартак» за недолгий срок. Уехав во французский «Ред Стар» летом 1990 года, он уже через полгода снова тренировался в Москве.

Владимир Абрамов

По подписанному контракту Родионову и Черенкову в первый год причиталась треть от 700 тысяч долларов, поделенная пополам – примерно по 5 тысяч долларов в месяц. И когда они приехали в Париж без копейки денег, тут же на их счета перевели зарплату за весь первый год. Они еще толком не начали играть, а у обоих на счету было по 60 тысяч долларов.

Анастасия Черенкова

Папа с Родионовым уехали во Францию первыми, мы приехали позже. Там была загвоздка в квартире, но мы все равно приехали и жили первое время в отеле. Я помню, что мы поволокли туда кассеты с песнями Алексея Глызина, черный хлеб… Родители безумно страдали по борщу и черному хлебу. Ну, благо Глызин играл в магнитофоне.

Игорь Рабинер

Начиналось-то у Черенкова во Франции все хорошо. Шесть матчей «Ред Стар» сыграл без поражений, Федора полюбили болельщики. Но в непривычной обстановке ему было дискомфортно психологически. И возникла целая серия грустных моментов, о которых несколько лет назад рассказал Жан-Клод Бра. Один раз команда приехала на матч в Ланс, и Черенков отказался заходить на стадион, приняв его за огромный бездонный бассейн. Он очень боялся пешеходов, будучи за рулем. Последней каплей стало то, что, когда Родионов травмировался, Черенков сказал, что на выезд он не поедет.

Анастасия Черенкова

Я видела, что папе было очень тяжело. Он был сам не свой, очень грустил. То есть дома были песни, улыбки, радость, а во Франции это просто была какая-то серость. Ну а как, когда рядом нет ничего родного, кроме жены и ребенка? Нет твоей команды, другие цвета, другие люди. Это было для него катастрофой какой-то, жутким испытанием очередным.

Папа очень любил песню Юрия Лозы «Плот». Он, видимо, как-то ассоциировал ее с собой, что-то она для него значила. Мне кажется почему-то, что он как человек был одинок, и эта песня была такой его, ну, молитвой, что ли. И вот он уходил свою комнату, включал музыку и слушал. Он так, наверное, выражал свою боль.

Ситуация была катастрофическая. Мама очень часто говорила, что так невозможно, что мы скоро вернемся домой.

Владимир Абрамов

Сережа Родионов через два месяца получил во Франции тяжелую травму колена. А Федя Черенков поиграл немного и забуксовал по своей основной болезни. Что делать? Ну, поехал во Францию Сергей Викторович Чемезов. Знаете его, да? Руководитель «Ростеха» сейчас, полный кавалер орденов «За заслуги перед Отечеством», а тогда он был моим непосредственным начальником в «Совинтерспорте». И через посольство вывез Федора Черенкова лечиться в Москву. Получается, он отыграл три месяца, а деньги получил за год. Но не возвращать же.

Леонид Трахтенберг

Черенков первый сезон в «Ред Старе» отыграл настолько блестяще, что президент клуба распорядился, чтобы ему оплатили все те месяцы по контракту, которые он должен был находиться в команде. Это уникальный случай, наверное.

Игорь Рабинер

Они просто с Родионовым поехали как бы в отпуск в Москву под новый, 1991 год. При этом Родионов знал, что у него есть обратный билет, а у Федора нет. И ему было очень больно, он не знал, как ему об этом сказать. Но Черенков что-то почувствовал – и через день буквально в восемь утра появился в квартире у Родионова, позвонил в дверь. Родионов удивился: ты откуда в такое время? «Да вот, я пробежечку совершаю». – «Молодец какой, зима, бегаешь…» В общем, Черенков сказал: Сереж, я остаюсь, не поеду обратно. Вот что-то он почувствовал, что уже Родионову после этого ничего говорить было не надо. И добавил: «Мы договорились с Иванычем, я возвращаюсь в „Спартак“».

Отыграв в «Спартаке» в 1991 году, на следующий год Черенков снова пропадает из команды.

Игорь Рабинер

Вернувшись из Франции, Черенков провел в «Спартаке» очень хорошую вторую половину 1991 года. Он уже не был основным игроком, он выходил на замену, но выходил здорово: его хватало на полчаса, и он не раз переворачивал исходы матчей, у команды вдруг появлялись стройность, ум, интеллект в игре.

Олег Романцев

Вы знаете, что он не играл во Франции в основном составе? Я грешил на психологию, думаю, там обстановка не та. А здесь он в свою попадет стихию, его поддержат и тренеры, и футболисты на поле, и он снова заиграет.

Игорь Рабинер

Еще в январе 1992 года Федор ездил с командой на традиционный турнир по мини-футболу в Германию. А потом вдруг исчез. И Романцев на вопросы журналистов, продолжит ли карьеру Черенков, отвечал очень уклончиво. Потом оказалось, что Черенков занялся бизнесом. Так называемым бизнесом. Вместе с Валерием Гладилиным, своим бывшим партнером по «Спартаку».

Валерий Гладилин

Этот проект начал еще Николай Николаевич Озеров. Известные футболисты вместе с музыкантами, артистами делали шоу во дворцах спорта, на стадионах. Сначала – футбольный матч с участием звезд футбола и эстрады, после этого был концерт. Ну, Газманов, Расторгуев и так далее. Эта программа хорошо работала, особенно в летнее время. Когда завершаешь карьеру, чем-то надо заниматься. У Федора переходный период был, вот решили попробовать позаниматься этим делом. Ездили, играли, зарабатывали денег. Платили нормально, всех устраивало.

Анастасия Черенкова

Мало знаю эту историю, но предполагаю и даже уверена, что это не его желание было. Просто кто-то сказал: ну, давай попробуем? Карьера закончилась футбольная, надо как-то дальше жить. И вот они пытались пробовать. Но не получилось. Ну, не бизнесмены они. Футболисты.

Игорь Рабинер

Я так понимаю, Черенков не то что ничего не заработал на этом, а только денег потерял. Потому что ну какой Федор бизнесмен? Мы прекрасно всё понимаем. И, может, потому Федор и решил, что надо возвращаться.

Многие считали, что он ушел уже из футбола навсегда. Ему было 33, здоровье, мягко говоря, неидеальное. При этом никто ничего не объяснял. Я не помню ни одного интервью, где Романцев или еще кто-то что-то бы рассказал про Федора. Такое ощущение, что в тот момент просто про него подзабыли. 1992 год, новое время, новые люди, строится новая команда. А Черенкова нет.

Валерий Гладилин

Никто его из «Спартака» не убирал, он там и зарплату получал, просто на работу не ходил. И вот мы сезон отъездили. Потом я к Старостину подхожу и говорю: «Николай Петрович, а Федор-то?» А он: «Да он у нас и не увольнялся, вот его трудовая книжка лежит, он у нас работает». Ну и все, они его взяли обратно. Он был в полном порядке и, видимо, хотел еще играть.

Юрий Гаврилов

Ну, человек любит свое дело, не может он без футбола. Никак нельзя его забирать из команды, он, может, еще раньше тогда погиб бы, замкнулся в себе.

Василий Уткин

Черенков вернулся в «Спартак» только потому, что он больше ничего делать не умел. Думаю, со стороны Романцева это было нечто вроде помощи. Вот сейчас трудные времена переживает «Барселона», и становится известно, что молодые футболисты «Барселоны» очень хотели бы, чтобы Месси когда-нибудь вернулся. Вот примерно то же самое было с Черенковым. Это был человек, на которого ориентировались футболисты «Спартака».

Владимир Бесчастных

Состояние такое было: неужели я буду играть с Федором Черенковым в одной команде? Это что-то из области фантастики. И вот мы играем с Федором за дубль в Тарасовке. И катится мяч к бровке. Он бежит к мячу – получается, спиной к полю, а я впереди стою с защитником. И Черенков подбегает – и т-а-а-акую передачу мне не глядя, по диагонали! Вот такой бананчик на выход один на один. И Олег Иванович мне потом говорит: «Вов, когда Федор идет к мячу – ты беги. Он знает, куда тебе отдать».

Александр Тарханов

Когда Черенков вернулся, команда была уже сбалансирована. На его месте Карпин Валера хорошо играл. Поэтому, естественно, постоянное место ему сложно было завоевать. Ну, все равно он нужен был команде, потому что по человеческим качествам подходил. Со всеми хорошие отношения были, его все уважали, слушали.

Андрей Тихонов

Когда я пришел в «Спартак», нас с Федором Федоровичем поселили в одном номере. Кажется, он на тот момент уже немножечко прибаливал, и состояние у него было такое – не как у всех. Он больше лежал, книжки читал, что-то слушал, смотрел. А общался меньше. Но когда я ему задавал вопросы по футболу, он мне всегда отвечал.

Один раз он мне дал совет. Говорит: Андрей, ты, когда в автобусе едешь, садишь поближе к колесу. Тогда же у нас дороги плохие были. И он говорит: садись, где трясет, это тебе расслабит мышцы, это вместо массажа.

Черенков снова возвращается в «Спартак» в начале 1993 года. Игра с «Фейеноордом» в ¼ финала Кубка кубков – его первый матч перед домашними трибунами, на которых к тому же сидит президент России.

Виктор Онопко

Никто не боялся, никто не переживал. Был настрой выйти и обыграть «Фейеноорд». Мы, естественно, готовились, исходя из себя только. Мы не разбирали их очень тщательно.

Владимир Бесчастных

Уверенность, что мы должны не просто хорошо выступить в Кубке кубков, а именно взять титул, появилась в душе, именно когда мы играли с «Фейеноордом». То есть, выходя на матч, мы вообще не сомневались, что выиграем.

Игорь Рабинер

Черенкова довольно-таки грязненько весь второй тайм исподтишка били по ногам. Видимо, уже наступил тот момент карьеры, когда ему тяжело стало это терпеть. И на восемьдесят пятой минуте Федор сорвался. Они получили по красной карточке с огромным защитником «Фейеноорда» Ван Гоббелем, верзилой таким. Причем это было уже при счете 2:1 в пользу «Спартака», то есть повода для нервов, в общем-то, уже не было.

Василий Уткин

Черенков просто устроил драку на поле, и его удалили. Он же реально его кулаком ударил. Не просто за грудки схватил, а прямо ударил. Было понятно, что это нервный срыв.

Евгений Селеменев

Когда судья поднял красную карточку перед Федором Черенковым, мне казалось, что небо рухнет, потому что трибуны так взорвались, так негодовали… Если бы не было милиции на том матче, порвали бы и того самого игрока, и этого судью вместе с ним за Федора.

Амир Хуслютдинов

Хотелось просто взять вот так саблю и этому судье, гамадрилу, голову снести. Человек никогда не отличался грубостью, подлостью на футбольном поле. Если бывают джентльмены в футболе, это Черенков. Мне в тот момент даже результат матча неважен был. Потому что произошла несправедливость, понимаете?

Владимир Бесчастных

Когда Федору дали красную карточку, мы не знали, на сколько его дисквалифицируют. Там собиралась комиссия и решала, сколько игр дадут, нас перед фактом ставили. И когда мы узнали, что дисквалифицировали на четыре матча, было просто удивление. Ну что он там, рукой махнул? Ну блин, это два матча максимум. А тут очень жесткое наказание. Если мы выходим в финал, он там играть не сможет. Я представляю, какой это был для него, наверное, удар. Человек участвовал, хотел, верил. Одно движение руки, и тебя нет в Кубке кубков.

Игорь Рабинер

Был этот диссонанс в матче с «Фейеноордом»: победа, общее счастье выхода в полуфинал, Ельцин на трибуне и в раздевалке – и удаление Федора. Но это не его вина. Никогда в жизни я не осмелюсь его упрекать за то удаление.

Черенков не сможет помочь «Спартаку» в полуфинале Кубка кубков – но никто не переживает: играть предстоит с бельгийским «Антверпеном», командой гораздо более скромной, чем «Ливерпуль» или «Фейеноорд». Ответный матч в Бельгии проходит 22 апреля 1993 года и становится одним из важнейших в истории «Спартака».

Сергей Белоголовцев

Ну чего, будем мы про «Антверпен» говорить или нет?!

Евгений Селеменев

Когда нам в полуфинале жребий подкинул «Антверпен», мы даже обрадовались. Потому что это не была «Парма»: «Парма» тогда сильно котировалась. Думали, что с «Антверпеном»-то мы разберемся. Хотя бельгийские команды и французские для нас были так себе подарочек. Были опасения еще после неудачного опыта игры с «Андерлехтом» у Бескова.

Виктор Онопко

Я до этой игры даже не слышал, что такая команда существует – «Антверпен».

Владимир Бесчастных

«Антверпен» – ну что это такое после «Ливерпуля» и «Фейеноорда»? Мы первую игру выиграли всего 1:0, а была куча моментов, должны были выиграть 3:0, 4:0.

Игорь Рабинер

Все считали «Спартак» абсолютным фаворитом в ответной встрече. Думали: ну, может, там ничейка, и выйдем.

Владимир Бесчастных

Значит, распорядок дня в европейской поездке. Ты прилетаешь, и до тренировки есть время. И все дружно – с женами, без жен – идут по магазинам. Что успел купить – молодец. Олег Иванович все это просчитывал, больше двух часов не давал нам лазить по магазинам.