Текст книги "«Спартак»: один за всех"

Автор книги: Сергей Бондаренко

Соавторы: Александр Горбачев,Иван Калашников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц)

Александр Хаджи

Самое интересное – к нам приходили не основные игроки своих клубов, а перспективные молодые футболисты. Онопко тогда в Донецке играл за дубль, болельщики там… Ну, не буду говорить, как они о нем отзывались, но хорошего мало было. Ледяхов болтался между Ростовом и Волгоградом, тоже так не особенно.

Владимир Бесчастных

Кто такой Онопко был? Кто такой Ледяхов был? Кто такой был Пятницкий? Пятницкий – игрок ташкентского «Пахтакора», надо понимать, что по советским временам это жопа. Витя играл за «Шахтер», по советским временам это ничего. Ледяхов вообще непонятно откуда приехал, блин.

Леонид Трахтенберг

Есть тренеры, которые берут игрока за имя. А есть тренеры, которые собирают команду как мозаику, – вот как Бесков и Романцев. Это спартаковский игрок или нет? Обучаемый ли он? Хотя Романцев говорил, что научить нельзя – научиться можно. Вот Романцев брал игроков, у которых было желание научиться.

У него уже была такая слава, что он может из среднего игрока сделать хорошего, из хорошего сделать отличного, из отличного сделать звезду. Поэтому в «Спартак» люди стремились – и чтобы игру свою улучшить, и чтобы что-то выиграть в жизни.

Вадим Лукомский

Мне кажется, Романцев хотел, чтобы на каждой позиции у него играл умный полузащитник, который будет принимать лучшее решение в каждой конкретной ситуации, будет играть в пас и так далее. И дальше он уже смотрел, кто из этих умных полузащитников может забивать голы и играть в нападении, а кто – отбирать мячи и играть в защите. И это давало неплохие возможности, например, чтобы центральные защитники делали рывки вперед и комбинировали.

Олег Романцев и нападающий «Спартака» Дмитрий Радченко играют в шахматы. Наблюдают Валерий Карпин и Виктор Онопко. 1992 год

Фото: Игорь Уткин / ТАСС

Дмитрий Ананко

В команду мог попасть человек, который, может быть, меньше умел играть, но у него был характер, стержень, из него можно было вырастить максималиста. Понимаете, «Спартак» в то время – это максимализм во всем. Я вам даже приведу пример: у меня есть старшая дочь, мы играем с ней в какие-то игры, и мне потом говорят: слушай, ну ты ей проиграй хоть раз! Вот насколько у меня в голове нет никакого варианта, кроме победы.

Александр Тарханов

Как попал в состав Бесчастных. Мы готовились к матчам, и у нас не было нападающего. Приходит тренер дубля, мы его спрашиваем: у тебя есть кто-то? Он отвечает: да, вот Бесчастных только из молодежной сборной вернулся. А было 12 ночи, а игра завтра. Ну, поехали за ним, привезли, поставили в состав. И он два забил.

Владимир Бесчастных

Обычно за два дня до игры вывешивался список футболистов, которые должны сидеть на базе, на сборах. Меня в этом списке не было. Ну, я немножко расстроился, поехал домой. Как сейчас помню, в «Макдональдс» сходил. Возвращаюсь, мне папа говорит: позвони вот по этому телефону. Я звоню, трубку берет Олег Иваныч.

– Здрасьте, я вот Володя, ну, такой мальчик светленький.

– Володя, я тебя помню, а ты почему не на базе?

– Как? А я и не знал, что я под основой!

– Ты не под основой, ты в основе.

Не знаю, какое у меня было лицо, потому что папа, который сидел напротив, спросил: «Тебя чего, выгнали?» Я говорю: нет, пап, меня не выгнали, просто я завтра буду играть за первую команду «Спартака».

И я поехал из дома практически на игру с «Крыльями Советов». И играл в тех кроссовках, в которых приехал. Очень волновался. Потом удалось забить гол. Первый гол за «Спартак» в первом туре первого чемпионата России. Я бежал и думал: неужели это сделал я? Когда игра закончилась, я приезжаю домой – а у меня мама собирается на работу, она была дежурной в ночную смену. Спрашивает: «Как сыграли?» Я отвечаю: «Выиграли 5:0, я два забил». Она так спокойненько: ну, умничка, молодец – и пошла на работу. А на следующий день возвращается и кричит: ты где забил?! Тебя по телевизору показывали! Я говорю: «Ну да, мам, я за „Спартак“ играл».

«Спартак» начинает первый чемпионат России безусловным фаворитом, но играет ни шатко ни валко – и даже проигрывает аутсайдеру «Зениту». К девятому туру «Спартак» делит первое место с «Асмаралом» Константина Бескова. В середине мая они играют друг против друга. Это первое очное противостояние Романцева и Бескова после того, как один сменил другого в «Спартаке».

Виктор Онопко

Когда мы собрались в «Спартаке» в 1992 году, у нас не все получалось. Мы мучались. Не было того, что Романцев хотел видеть на поле. Это было видно по его реакции, по тому, как он вел себя на тренировках, по тому, как он разбирал наши игры. Романцев тогда был один, и у него был один помощник. Никаких аналитиков, даже тренера вратарей не было. Он все делал сам.

Олег Романцев

Игорь Ледяхов что-нибудь начудит на поле – а я с отцом с его хорошо знаком, он в Сочи работает. Я ему говорил: я тебя к отцу отправлю, будешь там виноград выращивать, пропадешь. «Ну и что, пойду пивом торговать. Мне, – говорит, – все равно». Вот такой разгильдяй был.

Не сказать, что у нас получалось плохо. Явных проблем не было. Но вместе я не чувствовал четкости, стройности игры.

Александр Тарханов

Вроде собрали команду, а несколько месяцев не получалось то, что хотели. Даже Николай Петрович Старостин поначалу говорил про Пятницкого: Александр, ну кого ты привез, что это за футболист?

Владимир Бесчастных

У нас, у «Спартака», в начале того сезона не очень шла игра. Вот игра с «Асмаралом» – это был кульминационный момент.

Алексей Скородед

Великолепно играл «Асмарал» в первой половине чемпионата. «Зенит» в Питере обыграли 4:2, а дома 8:3. Вы представляете, какой это футбол – восемь мячей забить «Зениту»? Ребята получали удовольствие от футбола.

Игорь Рабинер

«Асмарал» очень хорошо начал сезон. Шли ноздря в ноздрю со «Спартаком». И вот они встретились на стадионе «Локомотив». 20 тысяч человек пришло, очень много по тем временам. Именно потому что Бесков против Романцева.

Алексей Скородед

Когда Бесков проводил установку перед этим матчем, он его никак отдельно не выделял. Но понятно, что внутренне Константин Иванович к играм со «Спартаком» относился по-особому. Для него это всегда была принципиальная встреча. Он очень переживал, тщательно готовился. Я думаю, что его увольнение и приход Романцева все-таки оставили какой-то неизгладимый след в душе Константина Ивановича.

Владимир Бесчастных

Ну, ученик и учитель, да? Олег Романцев заменил Бескова в «Спартаке», и ему нужно было постоянно доказывать, что эта замена была правильной. Конечно, Романцев волновался перед этой игрой, конечно, она была принципиальной. Не может быть по-другому.

Олег Романцев

Очень часто мне задают вопросы про это. Никогда это не было каким-то принципиальным… Никакой обиды, зависти к Бескову у меня не было. Я всегда желал ему удачи, я этого человека уважал и желал, чтобы у него все получилось. Ну, с «Асмаралом» было бы смешно, если бы получилось, все-таки у них три болельщика, а у нас в одной Москве три миллиона.

Алексей Скородед

Может быть, «Спартак» недооценил «Асмарал». Может, они думали: какие-то выскочки, мы с ними легко справимся. Хотя, знаете, Дмитрий Попов, бывший футболист «Спартака», мне рассказывал, что Олега Ивановича очень сильно колотило перед этой игрой.

Александр Хаджи

«Асмарал» абсолютно всем напоминал «Спартак». Вся манера игры – забегания, «стеночки», три защитника, мелкие умные передачи… А зачем было Бескову что-то менять, когда он в «Спартаке» все это пробовал и все получалось? Я скажу, что мнения на трибунах разделились. Потому что, ну, если вот закрыть глаза и переодеть футболки, можно было сказать, что это играет «Спартак» против «Спартака».

Алексей Скородед

«Асмарал» очень удачно начал, мы первыми открыли счет, переигрывали «Спартак». Потом Романцев сделал несколько замен, они игру переломили. И в этот момент гениальный ход Константина Ивановича. Он выпускает Гаврилова – поскольку ему было 38 лет уже, он у нас выходил на замену просто в силу возраста. И игра сразу перевернулась. Спартаковцы начали нервничать, начали его немножко душить – бить сзади, сбивать в подкатах. И я первый раз такое видел, чтобы болельщики все в один голос начали говорить: не трогайте его! Причем спартаковские болельщики. Человек против них играет, а они просто встали на его защиту.

Виктор Онопко

Ну, Юрий Гаврилов – это легенда, я его игры еще юным по телевизору смотрел, как он взаимодействовал с Черенковым, с Родионовым. А в той игре запомнилось, что он вышел в разных бутсах. Не знаю почему – может быть, чтобы отвлечь внимание соперника? Тот на долю секунды теряет концентрацию, и ты можешь его обхитрить, обвести.

Владимир Бесчастных

Тот самый Гаврилов, любимец болельщиков «Спартака». А я тогда играл еще правого полузащитника. И видел, как он отдавал эти передачи, просто отрезал всю команду одним пасом. У нас таких футболистов не было в тот момент в середине поля.

Юрий Гаврилов

Со «Спартаком»? А это в каком году-то было? Я ту игру и не помню уже.

Владимир Бесчастных

В итоге сыграли мы 1:1, но «Асмарал» нас возил. Мы бегали, как собачки, за мячом, это страшно бесило. Гаврилов вывел их нападающего Губернского три раза один на один, просто тот не забил. То есть мы могли бы еще и крупно проиграть.

Евгений Селеменев

Романцев, который уже стал чемпионом, который уже довел команду до полуфинала Кубка европейских чемпионов, выходит против какого-то частного клуба, который непонятно вообще что такое. Ну, это как тихоокеанский крейсер против коммерческого ларька. И тут Бесков с ветераном Юрием Васильевичем Гавриловым показывает этой сборной СНГ, которую собрал Романцев, такой футбол. Конечно, это был щелчок по носу. И «Спартак» еще отскочил. Могло быть больнее.

Алексей Скородед

Бесков был очень доволен. В раздевалку пришел Аль-Халиди, у нас был реально праздник. Аль-Халиди обычно премиальные за ничьи не платил, но тут заплатил, выделил таким образом эту игру.

Олег Романцев

Мы с Константином Ивановичем в конце игры не пересекались. Чисто технически негде пересекаться нам. Ну как, он сел, рюмочку выпил, да домой поехал. Я сел, рюмочку выпил, да в другую сторону поехал.

Игорь Порошин

После матча я захожу в раздевалку, там уже почти никого нет, стоит Романцев. Я говорю: Олег Иванович, я хотел бы интервью взять, когда? Он отвечает: ну давайте сейчас. Прислонился к стене, и мы вот два часа так простояли, я помню, что вторую девяностоминутную кассету достал для диктофона. Он говорил о том, что его любимый писатель – Достоевский. Что мир кишит Геростратами. То есть он уже тогда чувствовал себя строителем храма, который Геростраты хотят спалить, – и в этих словах можно увидеть всполохи его будущего. Еще он сказал: «Я иногда чувствую себя черепахой, с которой содрали панцирь».

Я уже тогда начал писать о футболе, и в этом мире в основном были очень простые мужики. А тут я увидел чувствительного русского интеллигента. И он тренировал команду «Спартак» (Москва).

Игорь Рабинер

У меня есть в архиве снимок: девятнадцатилетний я стою в раздевалке «Асмарала» и беру на огромный диктофон интервью у Бескова. И Бесков, расплывшийся в улыбке. Такого Бескова не бывало! Бесков всегда был хмурый, суровый, с опущенными бровями. Неоднократно, когда его поздравляли с победами, говорил: «Поздравление не принимаю. Мы сегодня играли не в тот футбол, который может понравиться зрителю». А тут стоит барин и дает позитивные оценки игре. Он был прямо счастлив от того, какой футбол его команда показала против «Спартака».

Я тогда работал в газете «Футбол-Экспресс», которая принадлежала Аль-Халиди. И мы очень широко освещали ту игру. Я помню, что написал, что «Асмарал» был больше похож на «Спартак», чем сам «Спартак». Бесковские ребята кружева плели, играли весело, легко, изящно. «Спартак» сравнял счет, но это была моральная победа «Асмарала» и Бескова.

Олег Романцев

Николай Петрович Старостин меня огораживал от журналистов, от влияния негативного. Он знал, что я легко ранимый человек, и поэтому газет мне не давали, где были плохие статьи. Хвалебные, кстати, тоже не давали. Может быть, их и не было. Но да, когда сыграли вничью с «Асмаралом», писали такое: мол, неизвестно, где «Спартак», а где «Асмарал». Играли мы примерно одинаково.

Алексей Скородед

По итогам первого круга Аль-Халиди выплатил нам шикарные премиальные и еще отправил нас на сборы в Турцию, то есть это большое дело по тем временам. И я так понимаю, Константин Иванович в тот момент уже начал строить планы на следующий сезон.

Не обращая внимания на критику, Романцев планомерно строит новый «Спартак» в условиях экономического хаоса и безденежья.

Александр Тарханов

Меня Романцев вызывает и говорит: «Федорыч, у нас тишина на базе, это плохо. Должен быть шум. Давай займись этим вопросом». Я вызвал Онопко Виктора и Карпина Валерку, мы обговорили, как людей вытаскивать из номеров. Нужно было Пятницкого вытащить, Вели Касумова. Один из Ташкента приехал, другой из Азербайджана – понятно, что менталитет отличается. Ну и ребята их начали звать играть в карты, в домино, в шахматы. Потом Олег Иванович говорит: ну слушай, шум появился, все у нас нормально. Появилась команда, и это начало влиять на тренировочный процесс.

Виктор Онопко

Романцев, которого я увидел первый раз, – это скромный, тихий человек. Но когда он выходил на поле, он становился другим. Это человек, который погружен в футбол, в свои идеи, он смотрит на каждого футболиста, подсказывает, руководит. А вне поля он с нами играл в карты, в домино. Мог с нами в конце сезона сесть за стол и пива выпить.

Александр Тарханов

Он коммуникабельный, честный, порядочный человек, очень требовательный к себе и к команде. Я его знаю много лет – он никогда не кричал на футболистов, даже если плохо играли, он делал все очень спокойно, грамотно, чтобы не было напряжения. Обстановка при Романцеве в «Спартаке» была идеальная. Он всех своих игроков защищал.

Виктор Онопко

Он всем помогал. Я у него даже деньги брал взаймы. На поле всякое бывало, конечно. Помню, мы играли, ну, как обычно говорят, на жопу. На участке поля два на два, и кто проигрывает – тому мячом по жопе. Романцев играл с Бакшеевым, а кто-то другой – с Ледяховым. А смотрели на это с балкона базы. Ну, Романцев начал проигрывать и прямо завелся. Он был злой, в подкатах стелился.

Александр Тарханов

Я смотрю тренировки Гвардиолы: он все время подсказывает, направляет. У Олега Ивановича было то же самое. И поэтому футболисты прогрессировали сразу. Он расставлял игроков, он рассказывал, он сам с ними играл все время. Как открыться, как подстроиться под партнера, как принять мяч. Он не кричал, но как бы своим видом показывал, что надо делать.

Понимаете, когда ты ущемляешь футболистов, орешь на них, они выйдут на игру и будут бояться, потеряются. Я когда-то был на турнире детских команд, и наша команда из Тольятти играла с итальянцами. Итальянские ребята ошибаются, но тренеры их подбадривают, хлопают. А наш бегает, кричит. Я смотрел с вице-губернатором игру, он спрашивает: Федорыч, а чего он орет? Они же сразу закрепощаются, не знают, что делать. А у итальяшек все нормально.

Тренер, который разбирается в психологии, может правильно выбрать момент и подсказать, как надо. Олег Иванович этим мастерством владел. Было в нем такое противоречивое сочетание доброты и строгости.

Владимир Бесчастных

У других тренеров в советское время почему-то была такая теория, что на тренировках надо меньше играть, чтобы «не наедаться футболом». Я этого никогда не понимал. Как может тебе надоесть играть в футбол?! А у Олега Ивановича все тренировки и упражнения были игровые, и меня это восхищало. И когда приходили новые ребята, он им постоянно указывал на нюансы, а поскольку они уже были футболистами высокого уровня, то схватывали они довольно быстро. Буквально за несколько месяцев Олег Иванович поставил команде стиль. И когда игрок получал на поле мяч, все остальные игроки сразу понимали, что делать дальше, куда открываться.

Александр Хаджи

Я помню такой момент: дождь, ливень, и приехали корреспонденты снимать тренировку. Ребята били по воротам, все в грязи, – и сам Романцев тоже бил. То есть он не в белом костюмчике под крышей стоял. Все время с командой. Что ребята кушали, то и Романцев кушал, никогда себе какого-то лобстера не заказывал. Если ребята немецкое пиво пьют, и Романцев может немецкого пива выпить.

Александр Тарханов

Мы два года подряд ездили отдыхать всей командой в Таиланд – с детьми, с женами. И вот мы летим в самолете, и мне Романцев говорит: Федорыч, представляешь, Карпин сказал, что они нас в дыр-дыр обыграют. Ну, мы сыграли на песке – команда руководителей против футболистов. Мы выиграли. В общем, культурно отдыхали. Обычно-то все в отпуска стараются разъехаться, чтобы не видеть друг друга, а в «Спартаке» был коллектив.

Многие футболисты даже жили на базе. Илья Цымбаларь, например. У него двое детей было, а там рядом лес, они гуляли, бегали. В городе так маленьких детей не отпустишь.

Василий Уткин

В то время даже рынка недвижимости еще толком не было. А у тебя в команду приехало восемь новых человек, и всем надо где-то жить. Кто может вам вот так просто раз – и выдать восемь квартир в Москве? И купить их тоже нельзя. Поэтому многие футболисты жили на базе в Тарасовке. Насколько я знаю, Виктор Савельевич Онопко четыре месяца с женой на одной кровати спал валетом. И не считал, что их как-то ущемляют. Ну, временные трудности, потерпим.

При Бескове, кстати, нельзя было жить на базе с семьей. Я думаю, Бесков даже с аквариумной рыбкой не разрешил бы жить на базе.

Виктор Онопко

Мы поселились в номере на двух футболистов, и с нами кто-то еще жил. Кровать была узенькая, мы спали валетом, потому что места не было. Месяца два так прошло, я стеснялся сказать Романцеву. А потом он узнал и говорит: «Ты чего, вообще охренел, почему молчишь?» Другого футболиста отселили, мы стали жить с женой вдвоем в номере с двумя кроватями.

В Тарасовке я уже через пару дней понял, что «Спартак» – это как семья. Такое футбольное общежитие. Кухня, консьержка, охрана, кошки, собаки… Все жили с женами, с детьми, дружили семьями, вместе ели, вместе в парке гуляли. Отпуска проводили вместе. Когда мы в еврокубках выезжали на гостевые матчи, летали все: и повара, и жены, и водители, и даже певцы и актеры. Романцев в день перед игрой давал время походить по бутикам, что-то купить. Это помогало объединить команду. Когда ты в жизни хорошо общаешься, ты и на поле будешь друг друга чувствовать.

Александр Хаджи

И рожали в Тарасовке, и свадьбы там справляли, и Новый год. Ну красотища же. Баня есть, бассейн, тренажерный зал – все условия. Напился и в сугроб упал – тебя подняли, отнесли в номер.

Олег Романцев

Дело в том, что быт мог помешать полноценно подготовиться к игре. Дома обязательно жена за продуктами пошлет. Полноценного питания нет, полноценного отдыха нет. Плюс, естественно, неустроенность: всем надо было что-то достать, где-то взятку дать. А они должны думать о футболе 24 часа в сутки. Вот в Тарасовке можно было обо всем забыть. Питание, проживание, кровати хорошие, а досуг – вон досуг на поле, две тренировки в день. Если бы этого не было, вряд ли мы бы стали чемпионами столько раз.

Дмитрий Ананко

«Спартак» во всем нам помогал по жизни. Если тебе мебель нужна была в квартиру, начальник команды закрывал эти моменты. Когда у меня мама умерла, я пришел к Олегу Ивановичу, рассказал. А еды же тогда не было. Так мне в столовой наши повара собрали три сумки с продуктами. Ну как я мог относиться к этой команде? Ты выходишь на поле и о своем здоровье думаешь в последнюю очередь.

Станислав Черчесов

Случайных людей в Тарасовке не было. Там не мог прижиться тот, кто не обладал спартаковским духом. Все думали одинаково, за длинным рублем в «Спартак» никто не приходил, потому что в других клубах люди получали больше.

Александр Тарханов

В «Спартаке» была лучшая атмосфера из всех команд, где я работал. Вот я даже чувствовал, что я на базу приезжаю, и мне хочется работать сразу, все остальное, кроме футбола, из головы выветривается. И даже если, например, какие-то задержки с выплатами были, все работали. Подходили ко мне: Федорыч, как там? Я отвечал: потерпите, все нормально будет. Все были нацелены на футбол. И с дисциплиной проблем не было.

Виктор Онопко

Однажды пара футболистов приехала несвежая на базу. Ну, пьяные, мягко говоря. Видно, что не спали всю ночь и выпивали. А тут Олег Иванович видит их. Дальше тренировка. Он всех собирает и говорит: бежим кросс, круг надо пробежать за такое-то время, двух человек, которые прибегут последними, я выгоняю из команды. Ну, намекает на этих пьяных.

Мы побежали. Он садится на лавочку и смотрит. А мы же понимаем, что эти двое не добегут. И все бежим в одном, медленном темпе, вместе. Пробегаем один круг. Романцев говорит: этот круг не считается, вы не вложились. Второй пробегаем – то же самое говорит. Мы третий бежим так же. Он посмотрел на нас, махнул рукой и ушел к себе в номер.

Дальше я как капитан и вице-капитан решили всех собрать в зале для теории, чтобы переговорить с этими двумя. Стали им пихать. И тут Романцев спускается к нам – он подумал, что мы что-то против него устраиваем. Я начинаю объяснять: «Иванович, ничего такого, мы тут просто общаемся, пихаем им». И самое поразительное, что один из этих двоих встает и говорит: «Олег Иванович, я беру шефство над этим вот», – ну, который второй. Тут все в хохот. Иванович сам смеется. Вот так загладили все. Он понял, что мы коллектив, мы не бросили этих двоих, но для них это тоже, конечно, был урок.

Александр Хаджи

Огромную помощь Романцеву оказал Старостин: он, можно сказать, был духовником команды. Перед каждой игрой приезжал, садился в столовой, раскладывал выписки из газет, показывал Романцеву. Его дверь всегда была открыта – заходи, говори свободно.

Олег Романцев

Когда я был игроком, мы, к сожалению, не общались. Николай Петрович приезжал на установку, говорил несколько слов и уезжал к себе в клуб. А когда тренером я стал, мы разговаривали почти каждый день – и по игрокам, и по составу, и по сборам. И перед матчем после установки тренера Николай Петрович практически всегда брал слово на две, три минуты и чисто психологически настраивал футболистов, рассказывал какой-нибудь случай. Допустим, играем с «Динамо», и он вспоминал что-нибудь такое, что делало этот матч особенным, очень важным, объяснял, почему сегодня нужно выложиться на сто процентов на поле. Это всегда помогало, кстати.

Виктор Онопко

Романцев давал установку, а Николай Петрович всегда говорил свое слово – очень коротко, но в точку. Плюс клубная работа вся была за ним, бумажные дела. На сборы он тоже любил с нами ездить – помню, мы в Германии на автобусе ехали из одного города в другой два часа, так он встал, взял микрофон и все два часа читал наизусть поэму.

Он был легендой. Был основателем большого клуба. И вел себя как простой человек. По отношению к любому футболисту, любому работнику клуба, к шоферу, к повару.

Дмитрий Ананко

Я только приехал в «Спартак», мне было 16 лет, а Старостин мне говорит: Митя, мы за тобой следим. А я пацан, да? Один из многих, у которого ну просто есть шанс попасть в команду. Это окрыляло, конечно. Ты верил в то, что все делаешь правильно.

Однажды я был на базе, основной состав уже потренировался, все ушли. Ну, думаю, зайду в баню, никого же нет. Захожу, а сидит Николай Петрович с Валентином Ивановичем Покровским, селекционером «Спартака». Я испугался, думал тика́ть. А Николай Петрович говорит: Митя, иди сюда! Мы с ним проговорили час. Я был поражен тем, как много он обо мне знает, вплоть до того, где я учился и как.

Владимир Бесчастных

Николай Петрович Старостин меня любил. Когда мы получали премиальные в валюте, он давал мне их из кармана и говорил: «Володя, это очень большие деньги. Очень большие деньги. Отдай папе».

Постепенно «Спартак» раскочегаривается – и начинает играть все стабильнее и побеждать все чаще.

Александр Тарханов

Работали мы быстро. Но все равно месяца два ушло, пока притерлись все. Сначала многие ребята на Пятницкого обижались, потому что он пихал всем на поле. Ко мне Валерка Карпин пришел и говорит: Федорыч, ну поговорите с Пятницким, чего он все время болтает? Я иду к Пятаку, он мне говорит: я тогда играть не смогу.

Потом играли с «Шинником», сыграли 0:0. Подходит ко мне Карпин и говорит: Федорыч, ты скажи Пятаку, пусть говорит, а то без него нам и подсказать некому.

Владимир Бесчастных

Перелом наступил в финале Кубка. Мы начали друг друга понимать, и уже пошел романцевский «Спартак»: стиль игры примерно такой же, как у Бескова, но очень мощная, атлетичная команда. Когда мы выиграли у ЦСКА в финале Кубка, я просто видел, что Романцев был откровенно счастлив. Мы не только титул взяли, мы обрели уверенность в себе. И во второй части чемпионата России никто с нами рядом не стоял уже вообще.

Евгений Селеменев

Олег Иванович немножко ушел от легковесного спартаковского стиля в пользу таких гренадеров, добавил жесткости, прессинга. Больше силовой борьбы, больше прострелов, больше подач, больше верхового футбола. Но поначалу неправильно использовали двух игроков на поле. И как только Романцев поменял местами Пятницкого с Ледяховым, то есть моторного Пятницкого он оттянул в глубину, а такого вальяжного, но с хорошим пасом Ледяхова поставил под нападающими, все побежали сразу.

Олег Романцев

Когда я Пятницкого с Ледяховым поменял местами, мне самому понравилось. Я даже удивился: почему эта мысль не пришла мне в голову раньше? И почему они сами ко мне не подошли? А может быть, и подошли, я просто не помню. Но после этого и все остальные по-другому стали играть. Они знали, как под Пятницкого открыться, они знали, как под Ледяхова открыться или забежать. Просто «Спартак» стал стройной, мощной командой.

Сергей Белоголовцев

Мне тогда казалось, что этот «Спартак» был таким порождением окружающей свободы, вот этого ветра перемен, который влетел в душные комнаты. Эти парни в команде, мы потом познакомились и приятельствовали, они были такие же, как мы, реально безбашенные. Они думали, что будут вечно молодыми, что всегда будет праздник вокруг них – и они будут создавать этот праздник.

Финальную часть чемпионата России «Спартак» проходит без поражений – и забивает соперникам по четыре-пять мячей.

Виктор Онопко

Мы стали кайфовать, получать удовольствие и были на голову сильнее любого соперника. Нам вообще было все равно, против кого играть.

Леонид Трахтенберг

Мы недавно сидели, Романцев говорит: «Помнишь, какие вопросы мы задавали перед игрой? Выиграем мы или проиграем?» Я сказал: «Олег Иванович, такой вопрос вообще не стоял». Он говорит: «А какой вопрос стоял?» – «Ну, стоял вопрос – сколько забьем».

Игорь Рабинер

Во втором круге «Спартак» разорвал тот же самый «Асмарал» со счетом 5:1, и это уже была игра команд двух разных уровней.

Владимир Бесчастных

Во второй игре с «Асмаралом» Рашид Рахимов играл по Гаврилову персонально. Задача ему была поставлена так: Рашид, тебя нет на поле, и Гаврилова нет на поле. Мне даже Гаврилова стало немножко жалко, потому что Рашид не церемонился с ним вообще, просто выключил его. Ну и все, играли мы, а «Асмарал» ничего не мог сделать. Пять забили, а могли и больше. То есть Олег Иванович особо ничего не говорил, но выводы сделал.

Юрий Гаврилов

Перед второй игрой со «Спартаком» Аль-Халиди пробросил такую фразу: если выиграете, я вам заплачу премиальные по 1000 долларов. Я ему потом сказал: хоть по пять плати, тут уровни разные.

Алексей Скородед

«Асмарал» приехал со сборов в Турции, и, видимо, те задачи, которые Бесков ставил команде в долгосрочной перспективе, для Аль-Халиди оказались неподъемными. Материальное обеспечение пошло на спад, и команда просто поплыла, потеряла мотивацию. К сожалению, этот период пришелся на принципиальную игру со «Спартаком». Константин Иванович очень болезненно воспринял это поражение. Ушел в себя, проглотил язык. Все, пустота.

Олег Романцев

Мы их обыграли безо всяких проблем. В картишки нет братишек. Три очка от «Асмарала» или три очка от киевского «Динамо» – это все равно три очка.

Владимир Бесчастных

В гонке за чемпионство участвовали мы, «Динамо» и «Спартак» (Владикавказ). И вот мы поехали во Владикавказ и, чтоб вы понимали, выиграли 5:2. Очень интересно было, когда сели в автобус. У «Икаруса» были такие жесткие зеленые шторки. Мы садимся, Игорь Ледяхов говорит: ну-ка, опускай все шторки. И как только мы их опустили, прилетел камень в стекло примерно на уровне головы Игорька. Для меня это, конечно, было в диковинку, все-таки я считал, что «Спартак» – это команда народная, что его везде любят. Помню, еще Черчесов, он же местный, говорит: ну, сейчас я договорюсь. И чуть яблоком в голову не получил и залетел в автобус обратно.

А в Грозный мы в том году просто не поехали. Должны были играть с «Тереком» в Кубке осенью. Войны еще не было, но уже были боевики, которые брали людей в заложники и делали на этом бизнес. Видимо, Олега Ивановича кто-то предупредил, и мы отказались ехать. И нас сняли с Кубка. А следующая команда, которая должна была играть с «Тереком», тоже не поехала в Грозный, но после этого с Кубка сняли уже «Терек». То есть вот такой беспредел. Если бы не это, у нас мог быть еще один золотой дубль.

Чемпионский титул «Спартак» оформляет за несколько туров до конца первенства, разгромив «Локомотив» в «Лужниках» в октябре 1992 года.

Владимир Бесчастных

Прекрасно помню чемпионскую игру с «Локомотивом». Мы сразу взяли инициативу в свои руки, забили один, второй, играли уверенно. Я вышел на замену и забил. Для меня это было важное чемпионство, конечно, я молодой парень, мне 18 лет. Но я почему-то думал, что болельщики воспримут это как должное. Ну, стал «Спартак» чемпионом России, а кто еще может быть чемпионом России?

После матча мы встали всей командой фотографироваться, и я смотрю: у фотографа глаза становятся все шире и шире. Поворачиваемся, а это болельщики выскочили с трибун и побежали на поле. Видимо, это чемпионство ждали, несмотря на жизненные трудности.

Игорь Рабинер

Это было прямо огромное счастье человеческое, люди бегали по полю счастливые. И знаете, кто был в этой толпе? Молодой болельщик, а впоследствии знаменитейший пианист Денис Мацуев, который был юным фанатом московского «Спартака». Он даже переехал из родного Иркутска в Москву не потому, что хотел учиться в школе при консерватории, а потому что ему родители сказали: «Дурачок, у тебя будет возможность на твой любимый „Спартак“ вживую смотреть».