Текст книги "«Спартак»: один за всех"

Автор книги: Сергей Бондаренко

Соавторы: Александр Горбачев,Иван Калашников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)

Станислав Черчесов

Первый же матч у нас был в Блэкберне. Приехали мы на разминку перед игрой, и нам дали мячи. Как сегодня помню: они спущенные. Такая вот подготовка была. Но она нам и помогла: мы, честно говоря, разозлились.

Валерий Шмаров

Они не просто сдутые, они ненакачанные просто, *** [блин]. Иваныч говорит: «Давайте хоть по полю походите, пробежитесь – посмотрите, где кочки какие». Смотрим, он достает мяч из сетки, как дал его туда на трибуну и как заорет: «Вы что нам тут принесли? Как мы будем разминаться?!» Там, наверное, кто-то из руководства «Блэкберна» сидел.

Сергей Юран

Олег Иванович стал эти мячи забивать по трибунам. Он разнервничался, потому что у нас не получилось разминки с мячами, а для «Спартака» это неотъемлемая часть тренировки. В итоге мы размялись и поехали в отель. Видно было, что он кипит внутри весь, но не показывает.

И накануне игры я думал: ну, если вничью сыграем с «Блэкберном», это будет очень даже хорошо.

Станислав Черчесов

У них Ширер, Флауэрс в воротах – хорошая команда, чего там говорить. Ну и, кто в Англии играл, знает, что там за болельщики и какая атмосфера. После такой игры выходишь на какое-то другое самоощущение, что ли – и ты сам, и команда. Мы же друг друга подзаряжаем определенной энергетикой.

Сергей Юран

Перед матчем я в раздевалке, говорю: «Парни, да, это чемпионы Англии, ну а что дальше-то? У них что, три ноги или четыре руки? Давайте, с первых минут друг за друга!» А когда уже играли, Димка Хлестов даже умудрялся посмеяться. Там был момент, когда он игроку между ног мяч прокатил и побежал дальше. Мы потом когда смотрели на разборе игры вот этот кадр – ну, это просто был пипец! Напряжение запредельное, понимаешь, а он еще успевает посмеяться!

Валерий Шмаров

Мы сыграли чисто по-спартаковски. Дима Хлестов мяч перехватил, отпасовал мне, я рывок увидел Сереги Юрана и сразу, в одно касание, на сорок где-то метров. И получилось так до миллиметра точно, что и вратарь не успел, и Серега успел проткнуть мячик этот в ворота. 1:0.

Сергей Юран

Когда я забивал – это просто шедевр. Это для книг по обучению молодежи. Черчесов бросает Хлестову. Хлестов в одно касание Шмарову. Шмаров в одно касание мне. Я одним касанием забиваю. Причем там такой был спорный мяч, когда я полез наперегонки с вратарем, успел проткнуть мяч мимо него и в сторону прыгнуть. И потом на перерыв мы шли с ним рядом – а в нем два метра, сорок седьмой размер ноги и такие шипы на бутсах! Ну, Кинг-Конг. Я шел и думал: «Господи, куда же я лез!»

И в итоге так и сыграли. Олег Иванович очень рад был. И вот с этой игры у нас как тумблер сработал у всех. Настолько вот этот матч придал уверенности, настолько мы получали удовольствие от футбола.

Леонид Трахтенберг

Очень важным и сложным для нас оказался матч в Тронхейме с «Русенборгом». Холодная погода, снег. Романцев как будто предчувствовал, что нам в первом тайме будет очень тяжело. Накануне он зашел ко мне в номер в гостинице и по секрету назвал состав, в котором не оказалось ни Аленичева, который замечательно на тот момент играл, ни Кечинова, который тоже вполне заслуживал места в старте.

Я посмел Олегу Ивановичу возразить. А он тут же парировал: «А представь себе, что у нас игра в первом тайме не пойдет, и нам нужно будет во втором тайме переламывать. Кем мы будем усиливаться?» Как в воду глядел. Мы первый тайм проиграли 0:2. Можете себе представить состояние игроков?

Василий Уткин

Стадион «Леркендаль» в Тронхейме. Это звучало как что-то из скандинавской сказки, может, даже из Толкиена. Есть такая легенда, что в перерыве этого матча речь произнес Юран, который сказал – естественно, со своими всегдашними интонациями: «Кому проигрываем, *** [блин]?! Рыбакам проигрываем? Вы чего?» И очень хорошо все поняли, что не надо им проигрывать.

Олег Романцев

Я иду в тоннель на перерыв и смотрю – Юран сзади: «Как мы можем проигрывать?» Я оборачиваюсь и говорю: «Слушай, что ты здесь себе под нос шепчешь? Вот сейчас зайдешь в раздевалку, там им все и скажи. Потому что ты говоришь правильно».

Сергей Юран

Я не знаю, что у меня щелкнуло, наверное, европейский опыт. Я еще не дождался, чего там Олег Иванович скажет, и просто начал говорить. Закипел: «Вы чего, парни, ну, они два забили. Мы сейчас три забьем! Чего, лыжникам, рыбакам будем проигрывать? Давайте, встали!» И слышу, Олег Иванович такой говорит помощнику, Ярцеву Георгий Санычу: «Пойдем-пойдем, Юран тут разберется». Закончили матч со счетом 4:2. Олег Иванович поздравляет, обнимает: «Серег, ну ты говорил, забьете три». Я говорю: «Иваныч, переборщили, четыре! Больше не будем».

Леонид Трахтенберг

Романцев это все проговаривал накануне, как будто заранее знал, как будто сам писал сценарий этого матча. Вышли Кечинов и Аленичев. И каков итог? Два гола забивает Кечинов, забивает Аленичев и еще Никифоров.

Дмитрий Аленичев

Ну, удачно вышли, я считаю. Игру хорошую показали, голы забили красивые. Перевернули просто с ног на голову матч.

Дмитрий Аленичев радуется голу за «Спартак» в Лиге чемпионов. 1995 год

Фото: Игорь Уткин / ТАСС

Андрей Тихонов

Многие болельщики потом рассказывали: «После 0:2 мы перестали смотреть». А когда утром встали – 4:2. Они в шоке были.

Сергей Юран

Остальные матчи мы уже проводили процентов на 70–75. Забивали, создавали, кураж ловили. Мы с Цымбаларем смеялись в некоторых играх: «Ты бей», – он говорит. «Да сам бей!» – говорю. Мы уже четко знали, когда выходили на поле, что будет победа.

Олег Иваныч даже нас не трогал в тренировочном процессе. Он немножко нас пустил в свободное плавание в психологическом плане. Я такое потом много встречал в Европе: когда тренер видит, что самое главное – не мешать. Вот это блюдце с водичкой просто нужно донести до стола и поставить. Один раз он даже попросил меня и Цымбаларя состав на игру написать. Мы написали, и он его и поставил.

Сергей Белоголовцев

Сережа Юран очень смешно рассказывал, как он забил гол «Русенборгу» в Москве: «Я бегу-бегу, на мне два висят. Забегаю в штрафную. Ну, киперюга думал, что я буду шведой в дальний выреза́ть, а я в ближний с носка – фигак! И гол». Ну, там было вместо «фигак» другое слово.

Егор Титов

В той Лиге чемпионов я сыграл, по-моему, девять минут. Москва, «Русенборг», ведем 4:0. Было минус десять. Замерз как суслик. Ног вообще не чувствую. Меня выпускают на замену. Кое-как шнурки завязал. Вышел. Опять привез гол. 4:1. Бежит вот с такими глазами Черчесов: «Молодой, ты что?!» Опять я был виноват, к сожалению. Ну, пожали руку, поздравили с дебютом в Лиге чемпионов.

Виктор Гусев

Футболисты «Блэкберна» в «Лужниках» просто от разочарования дрались друг с другом, вы можете себе представить? Английский футбол, футбол джентльменов, а они на чужом поле в Москве дерутся друг с другом – вот что с ними сделал «Спартак».

Андрей Тихонов

Они видят, что у них ничего не получается, и просто начали ругаться между собой. По большому счету, судья должен был удалить обоих, но он показал им по желтой. Было ли это дико? Да нет. На фоне того, в какой стране мы жили в девяностых годах, это не было дико.

Сергей Юран

Это дорогого стоило – заслужить уважение у болельщиков. Они шли по улице после матча утром на работу и говорили: «Серега, я не выспался, но это классно, вообще вы дали вчера, спасибо». И я думал: вот ради этого и стоило возвращаться в «Спартак», закрыть себя на базе, пройти через все эти бытовые моменты. Это дорогого стоит.

Последний матч в групповом турнире Лиги чемпионов «Спартак» играет в Варшаве против «Легии». С турнирной точки зрения игра ничего не решает: «Спартак» уже вышел в плей-офф с первого места. Но в случае победы российская команда может поставить рекорд турнира: шесть побед в группе из шести возможных. Однако запоминается матч совсем по другой причине.

Дмитрий Ананко

Это, наверное, была самая короткая установка на игру за всю мою жизнь. Романцев сказал: «Вы лучшие, вы сегодня победите». Назвал состав, и мы поехали на игру. Холодина была ужасная.

Виктор Гусев

Матч проходил 6 декабря. Комментаторам дали одеяла, мы сидели в этих одеялах, но они не спасали, потому что была температура –12 градусов. Минуте на сорок третьей Рамиз Мамедов забил, и «Спартак» повел 1:0.

И вот такой приятный долгожданный перерыв, я могу пойти согреться в подтрибунное помещение. И вдруг вижу, что Леонид Трахтенберг мне снизу показывает: ни в коем случае не уходи, оставайся. Ну, думаю, если Леня показывает, значит, что-то важное. И я сижу, трясусь, а он не идет и не идет. Уже и польский комментатор сходил вниз, с удивлением на меня посмотрел. Я говорю: не могу уйти. Он мне принес польской водки, я в первый и последний раз в своей комментаторской карьере выпил в перерыве, чтобы согреться. Жду Трахтенберга.

Он поднимается и говорит: «Витя, Олег Иванович объявил, что уходит из „Спартака“. И ты можешь об этом заявить в прямом эфире».

Леонид Трахтенберг

Накануне вечером Романцев ввел меня в шоковое состояние. Он сказал: «Подойди к Виктору Гусеву и скажи, что я принял решение за полгода до чемпионата Европы сосредоточить все усилия на сборной России».

Виктор Гусев

Меня это, конечно, ошарашило. Ошарашило настолько, что я забыл, что у меня еще нет связи с Москвой, и объявил новость в прямом эфире. На что мне редактор из Москвы сказал: «Вить, ну ты повтори на всякий случай, когда подключится вся страна, просто всем же интересно узнать, а не только студии в Останкино».

Игорь Рабинер

Получилась уникальная история, когда телезрители узнали об уходе Романцева с поста главного тренера «Спартака» раньше, чем сама команда. Объявление в раздевалке сразу после матча с «Легией» – это был шок для всех. Никто не знал заранее. Никуда не просачивалась информация.

Александр Хаджи

Романцев сказал, что принял решение: «Ухожу с поста главного тренера, назначаю главным тренером… – сделал паузу, – Георгия Александровича Ярцева». Ну, посмотрели все на Жору, обалдели. И Ярцев обалдел.

Василий Уткин

Слухи о том, что Романцев хочет уйти с поста главного тренера в «Спартаке», появились где-то в начале ноября, когда в Лиге чемпионов все уже было практически ясно.

Дмитрий Аленичев

Мы знали, что Романцев уйдет, приблизительно за месяц до последней игры с «Легией». Думаю, что в начале ноября футболисты уже понимали, что в следующем году у нас будет новый тренер.

Андрей Тихонов

То, что Олег Иванович уходит, – это было сказано на собрании после игры с «Легией». Именно там он объявил, что уходит в сборную. Конечно, это шокировало.

Станислав Черчесов

Я не мог спокойно принять это решение – главный тренер по той или иной причине уходит. Ну, естественно, в первый момент, как обычно бывает, вопрос: почему, зачем, как?

Александр Вайнштейн

Мы же не понимаем ни его физическое состояние, ни психологическое. Я знаю, что у него были проблемы со спиной. Может быть, он действительно себя не очень хорошо чувствовал. Огромная нагрузка в сборной, очень много факторов. Может быть, он действительно понял, что у него нет больше необходимого уровня мотивации или моральных сил это продолжать.

Игорь Рабинер

В июне 1994 года, еще до того, как Романцева назначили в сборную, мы приехали с коллегой на базу в Тарасовку и часа полтора просидели у него в кабинете. Романцев был довольно откровенен. Он говорил, что «Спартак» – это наркотик. Ты, с одной стороны, понимаешь, что устал, но ты вкалываешь себе очередную дозу этого наркотика и не можешь от него отвязаться. Уже по этим его словам чувствовалось, что эта работа – большая тяжесть, которая все больше и больше его, ну, придавливает. Наверное, к 1996 году эта тяжесть стала во многом невыносимой.

Олег Романцев

Да что-то слишком много навалилось. И в сборной, и в президентстве нужно было какие-то серьезные решения принимать. Рядом со мной мой друг, товарищ, и я считал, что ничего мы на этой смене тренера не потеряем.

Леонид Трахтенберг

Николай Петрович Старостин инициировал собрание, когда мы вернулись из Польши. И вышел на трибуну со словами: «Олег Иванович, я, лично я прошу вас остаться, не бросать команду». На что Олег Иванович ответил: «Дорогой Николай Петрович, я не собираюсь ее бросать. Просто главный тренер у нас сегодня Георгий Александрович Ярцев, а я по возможности буду ему помогать, так же как и всем игрокам». Николая Петровича не устроил такой ответ, он был искренне огорчен.

Евгений Селеменев

У меня было какое-то недоумение. Зачем такие финты делать, оставлять клуб во имя сборной? Тем более клуб, который так феерично прошел группу, оставил след в истории? Для меня это было непонятно. Надо понимать, что часть болельщиков тогда довольно скептически начала относиться к Романцеву. Он остался в клубе как президент, но снял с себя ответственность за спортивный результат. Это вызывало вопросы.

Андрей Тихонов

Конечно, для нас уход Олега Ивановича был сродни апокалипсису.

Выиграв у «Легии», «Спартак» ставит рекорд Лиги чемпионов. Кажется, что у команды хорошие шансы в плей-офф – но сначала становится известно об уходе тренера, а потом в Европу уезжают практически все лидеры: те, кто пришел в команду летом, а также капитан – Виктор Онопко. Споры о том, почему это произошло, не завершены до сих пор.

Сергей Белоголовцев

Уходит Романцев. И еще начинают уезжать люди. И уезжать странно. Про Онопко было давно известно, что его ждет «Овьедо». Стас Черчесов тоже, пожалуй, мог бы команду получше себе получить, а не «Тироль». Но вот этот вот отъезд в «Миллуолл» Кулькова и Юрана – это была очень странная, темная история. Мы же крутились как-то вокруг всего этого, мы же с ними там дружили. Шла какая-то криминальная тема: вроде ими занимаются какие-то мутные черти, которые продали их в «Миллуолл», просто чтобы хапнуть бабок. Хотя и Юран, и Кульков могли уйти в нормальные команды. А «Миллуолл» – английская первая лига, чего, куда? Было ужасно обидно, что ребята, которые так себя показали, уходят как-то плохо.

Сергей Юран

Там было личное, личная жизнь. Я еще раньше встретил Людмилу. Она жила в Лондоне, поэтому у меня уже однозначно был настрой – в Лондон. Ну и там предложение было, хоть из первой лиги. Я туда рвался, потому что, когда чувствуешь и понимаешь, что это та, кого ты искал, все остальное на втором плане.

Когда вылетал уже туда из Москвы, такое сразу спокойствие. Здесь все-таки ты всегда напрягался. Мало ли что? А в Европу прилетаешь, и там ты спокоен.

Василий Уткин

Юран с Кульковым очень удачно сыграли в Лиге чемпионов, что подняло на них цену, и люди, которые владели на них правами, немедленно перепродали их в Англию. И Кульков – он был немногословный парень – говорил: ну ладно, Юран, он нападающий, а я-то чего туда поехал? Это же Англия. Я в центре поля, надо мной летает мяч, сначала туда, потом обратно – а я под ним стою, как под облаком.

Игорь Порошин

Это была команда, собранная исключительно под один турнир, чтобы потом просто быть распроданной. Чтобы те, кто продавал, получили выручку. А игроки – большие контракты.

Игорь Рабинер

Кульков рассказывал болельщикам, что хотел остаться в «Спартаке», и если бы ему заплатили те же деньги, которые платил «Миллуолл», он бы остался. Он озвучил это пожелание Романцеву и Есауленко, на что Романцев сказал: «Нет, это грабеж, мы этого себе позволить не можем». И все.

Александр Хаджи

Нехорошо ребята поступили. Да, они выиграли, они могли заработать. Это, конечно, болезнь их, страсть к деньгам. Фатальная просто. Получали там хорошие деньги, приехали сюда уже богатыми людьми – ну, по сравнению с нашими ребятами. И выдвинули такое Романцеву: все, что заработали, они должны разделить на команду. Романцев говорит: «Ребят, помимо команды существует клуб: вас надо возить, кормить, у нас школа существует, у нас интернат, у нас Тарасовка. Нам нужны деньги, мы же только с этого получали». – «Нас это не волнует, деньги все нам, иначе мы уедем». Ну он и говорит: «Уезжайте. Что я буду вас держать?» И они поехали.

Валерий Шмаров

Насколько я помню, когда заканчивался групповой этап, никто не собирался никуда уезжать. Вышли из группы, хотели дальше играть, тем более игра шла, все были довольны, шесть побед. Нас распустили в отпуск. Мы иногда перезванивались и с Васей Кульковым, и с Серегой Юраном. Они говорили: мы тоже хотим остаться, но на определенных условиях. И, по-моему, случилось так, что они не смогли договориться с Олег Иванычем.

Дмитрий Ананко

Я думаю, что на отъезд ребят в этот период все-таки повлияла нефутбольная история, недопонимания с руководством. Наверное, ребята ждали каких-то улучшенных условий. У каждого свои договоренности, свои амбиции.

Амир Хуслютдинов

Понимаете, в футболе мы были бедной страной. И какой-то сраный, я извиняюсь, «Сантандер» или «Овьедо» мог купить одного из ведущих наших игроков.

Виктор Гусев

А когда еще попадать в какой-то приличный чемпионат и начинать играть в Европе, если не после такого выступления в Лиге чемпионов? Они все были на слуху, начиная от вратаря и кончая центральным нападающим, и они использовали тот шанс, который им предоставился. Конечно, так болельщики были недовольны, но что делать? Девяностые годы, все устраивались как могли.

Олег Романцев

Эти игроки для того в Лиге чемпионов играли кровь из носу, чтобы получить приглашение из хорошей команды. Этого никто не скрывал, и я это понимал. А пока доиграешь, можно и этот контракт пропустить. Где гарантия, что ты следующую игру обязательно выиграешь? Как появилась возможность, они подписали контракты. Это нормально.

Виктор Онопко

Естественно, я тоже планировал вместе с семьей когда-то уехать за границу. Окончательно мы приняли решение, когда у меня в очередной раз машину угнали, и там были непонятные звонки ко мне домой. Когда меня дома нет, кто-то звонил по телефону и молчал в трубку, кто-то даже в дверь звонил. Жена была в непонятках. Я принял это за намек, что мне нужно уезжать. Подошел к Олегу Ивановичу Романцеву, сказал: так и так. Он сказал: я тебя услышал. Потом приехали на переговоры два человека из «Овьедо», и мы подписали контракт.

Станислав Черчесов

Я же не могу сам себя приобрести. Я принадлежал дрезденскому «Динамо», меня на эту Лигу чемпионов одолжили. Закончился мой контракт – ну, значит, клубы опять должны договориться. Выкупил бы мой контракт «Спартак» – я бы остался. Но «Спартак», по той или иной причине, этого не сделал. Я за это не отвечаю.

Игорь Рабинер

Понятно, что к моменту своего ухода с тренерского поста Романцев уже знал, что в команде не останется целая группа футболистов. Я думаю, это взаимосвязанные вещи.

Евгений Селеменев

Это как если бы ты долго-долго забирался на горку с санками, а потом вместо того, чтобы на этих санках прокатиться до финала, взял эти санки, просто бросил вниз и сам потом кувырком туда же отправился. Для меня это дикая была ситуация, непонятная.

Сергей Юран

Когда уезжали из «Спартака», все парни уезжали немножко с тяжестью. Потому что пройти вместе такой небольшой, но яркий путь – ну, это не забывается.

Олег Романцев

Конечно, внутри я понимал прекрасно, что, если бы они остались, мы могли бы турнир тот выиграть. Были времена, я на жеребьевки ездил, и представители суперклубов побаивались нас: «Кто угодно, только не „Спартак“». Было приятно.

Василий Уткин

На тот момент ни один другой клуб в Лиге чемпионов – ни мадридский «Реал», ни «Ювентус», никто – ни разу не одержал шесть побед в группе. А «Спартак» смог. Это достижение принадлежит тому времени, оно было совершенно грандиозным.

Игорь Порошин

Невероятное достижение заключалось в том, что «Спартак» был узнаваем. Человек в какой-нибудь Швеции мог закрыть глаза и представить себе эту команду. Я думаю, что с тех пор ничего подобного не было.

Дмитрий Ананко

Недосказанность осталась, правда же? Потому что вот эта команда 1995 года прямо на полпути остановилась. Знаете, как вот на паузу поставили. И хочется эту паузу когда-нибудь опять нажать, чтобы узнать: а что же было бы дальше?

Глава 9. Пионерский отряд

В начале 1996 года главным тренером «Спартака» становится Георгий Ярцев – в прошлом важный спартаковский футболист, проработавший несколько лет в штабе Романцева как помощник, но никогда не руководивший большой командой. Ему предстоит пересобирать «Спартак» заново и вводить в основной состав недавних дублеров и запасных.

Василий Уткин

Я вообще не помню, чтобы тема преемников возникала. Как-то сразу моментально стало ясно, что это будет Ярцев.

Олег Романцев

В 1977-м после первой тренировки со «Спартаком» захожу в столовую, там столики у всех уже заняты. Каждый на своем месте сидит, ужин. Жду до последнего, какое место свободное – туда сяду. Смотрю, Жора, лидер команды, бомбардир лучший, Ярцев: «Олег, иди к нам. Вот у нас место». Так оказалось, что и по жизни мы друзья.

Амир Хуслютдинов

Жора Ярцев был кумир. Он пришел в «Спартак» из Костромы в 29 лет. Когда чемпионами в 1979 году стали, он на поле плакал. Потому что понимал, что это вершина, что он больше ничего не добьется такого. Возраст. 31 год – это был уже глубокий старик в СССР.

Сергей Белоголовцев

Вот есть Федя, а есть Жора. Помню, как он появился в бесковском «Спартаке» – какой-то несуразный, кривоногий человек с низкой посадкой. «Спартак» (Кострома), чего, кто, откуда?! И потом он всех влюбил в себя: забивал, забивал, забивал, забивал. Когда он стал тренером, как-то отлегло. Но, конечно, не все понимали, что будет.

Олег Романцев

Ярцев – такой же, как я. Он не собирался быть тренером. В начале девяностых работал комментатором. Сначала я думал, что близкий друг в работе – это будет некомфортно, с него не очень-то потребуешь. Но мы переговорили, и он согласился с удовольствием. И других вариантов у меня не было.

Игорь Рабинер

1994 год, Ярцев едет в Соединенные Штаты на чемпионат мира в качестве комментатора. А Романцев работает в «Спартаке». Перед одним из репортажей Ярцеву говорят, что в «Спартаке» будет куча изменений. И спрашивают: «А не мог бы ты позвонить Романцеву? Уточнить, чтоб потом в эфире какие-то вещи рассказать». Ярцев звонит Романцеву, тот ему отвечает на все вопросы, после чего говорит: «Когда приедешь, хочу с тобой встретиться». Он возвращается, Романцев его сам встречает, они едут за город, и Романцев ему говорит: «У меня Тарханов ушел в ЦСКА, я хочу видеть тебя в качестве своего первого помощника».

И вот в конце 1995 года Романцев предлагает Ярцеву возглавить команду и строить новый «Спартак» с молодежью. Никто не понимал, что получится. Вообще никто. Потому что Ярцев не был главным тренером до того момента вообще никогда.

Олег Романцев

Мы с ним жили рядом, жены наши дружили. Мы каждый день встречались, даже ковры вместе зимой выходили выбивать, даже в пивнушку заходили вместе. «Возьмешься?» – «Возьмусь». – «Давай, я отдохну чуть-чуть, но буду рядом». Вот такой разговор был.

Леонид Трахтенберг

Откровенно говоря, лично я отсутствия Романцева в команде не заметил. По той простой причине, что он не отсутствовал. Он каждый день приезжал в Тарасовку, как обычно, переодевался и выходил на поле. Другое дело, что бразды правления были переданы Ярцеву, и Романцев вел себя на тренировках довольно деликатно. Он отвел себе роль второго плана, роль актера эпизода, но в этом эпизоде мог проявить весь свой талант – знаете, один-два-три мазка, и совершенно другая картина.

Игорь Рабинер

В тот момент казалось, что где-то Ярцева бросают на амбразуру, поскольку с таким резко омоложенным составом не будет никаких шансов выиграть чемпионат. И я знаю, что многие не одобрили это решение Романцева, поскольку оно выглядело со стороны не очень благородно.

Александр Филимонов

Я предсезонную подготовку с командой не проходил и обо всех этих перестановках знал из газет. Я понимал, что Романцев оставил пост и что Георгий Александрович Ярцев стал главным тренером. Для меня это было немножко неожиданно и неприятно. Вроде как Романцев бросил команду. И было понятно, что «Спартаку» будет очень тяжело. Все СМИ писали, что команда будет середняком.

Игорь Рабинер

Логику решения Романцева я вижу. Ярцев любил работать с молодыми, Ярцев их знал хорошо, и ему было легче инкорпорировать весь этот молодняк из дубля в основу.

Александр Хаджи

Команду надо было менять, и Ярцев привлек молодежь. Никому не известную, там некоторые ребята играли в дубле, некоторые – воспитанники школы. И началась работа, тяжелая кропотливая работа, потому что, конечно, до такого уровня, который был у нас в 1995-м, им всем было далеко.

Егор Титов

Зимой 1996 года мы ни на что не рассчитывали. Абсолютно новая команда, процентов на 70 поменялась. Ну, как будет, так и будет. Я уверен, что и Олег Иванович сказал Ярцеву: главное, чтобы была игра такая же, надо попасть в зону еврокубков, а там посмотрим.

Андрей Тихонов

Если честно, я думал: вот бы нам хотя бы в десятке быть. Не то что с ужасом, но с напряжением ждал сезона.

Валерий Гладилин

Все разъехались, и Романцев говорит: «В пятерку если попадете, будет суперкласс!» Не стояло задачи стать чемпионами, просто: «Вот вы поставьте игру».

Владимир Джубанов

Я с первого класса прошел всю систему подготовки московского «Спартака». В 1982 году поступил в школу, зимой 1996 года попал в дубль. Мы играли очень много товарищеских игр, был такой селекционный сбор – многие футболисты пробовались в команду. И на каждой игре присутствовал Ярцев Георгий Саныч. Я понимал, что это шанс дотянуться до мечты. В десяти играх я забил 24 мяча.

Леонид Трахтенберг

Я помню Джубанова еще вот таким малышом. Он с моим сыном занимался в «Спартаке» в одной группе. Они жили в Домодедове, очень бедно, и я помню, что я даже покупал иногда картошку, огурцы, помидоры, чтобы чуть-чуть подкормить Володю.

Владимир Джубанов

И вот так все совпало, что большой отряд футболистов уехал играть в Европу, а наш пионерский отряд зашел в первую команду. Первым пригласили Егора Титова, а мы друзья с первого класса, и он мне помог адаптироваться потом.

В какой-то момент меня вызвал тренер дубля Сергей Юрьевич Родионов и говорит: завтра у тебя автобус отходит во столько-то от метро «Сокольники», ты будешь тренироваться с людьми, которых ты вчера смотрел в Лиге чемпионов. Я это слышу, у меня в ушах туман. Я до конца не понимал, что происходит. Точно могу сказать, что ночь не спал. На следующий день приехал в Сокольники за два часа до отправления автобуса. Гулял, мандражировал, потом понимаю, что время подходит, надо уже садиться в автобус. Меня предупредил Егор Титов, что у всех есть свои места в автобусе, поэтому я решил зайти одним из последних, чтобы не дай бог не сесть на место другого футболиста. Ну вот, и зашел, и все поздоровались, и я сразу почувствовал семейную атмосферу, было много каких-то подколов, приколов. Но до Тарасовки я ехал молча, смотрел в окошко и все равно не понимал, что происходит и что сейчас будет.

Александр Филимонов

В 1995 году я был признан лучшим молодым вратарем страны, играл за молодежную сборную. Но для меня попасть в сборную было проще, чем в «Спартак». Это была какая-то недостижимая вершина, космос, они всех обыгрывают в Лиге чемпионов. И вот мне поступило предложение. Мы обговорили условия контракта с вице-президентом Григорием Васильевичем Есауленко. И я ему говорю: ну хорошо, а можно как-то поговорить с главным тренером, услышать его позицию? Ну, он-то меня хочет видеть вообще в команде?

Есауленко достает мобильный телефон – тогда они только появились – и набирает Георгию Санычу во Францию. А там же разница во времени, я только потом это понял, когда сонный голос Ярцева услышал. Он недовольный: чего меня разбудили? Я спрашиваю: «Георгий Саныч, вот как вы видите мое присутствие в команде?» – «Да что ты спрашиваешь? Все нормально, давай тренируйся, готовься, мы скоро приедем, не надо мне тут лишние вопросы задавать и не надо звонить с утра, я сплю».

Леонид Трахтенберг

Если иметь в виду тренировочный процесс, основные отличия между Романцевым и Ярцевым, на мой взгляд, заключались в тональности. Ярцев выражений, как говорится, не подбирал. И бил, что называется, не в бровь, а в глаз. Я бы, например, от каких-то фраз и от каких-то характеристик Георгия Александровича, будучи футболистом, мягко говоря, не был бы в восторге, а скорее всего, и обиделся. Но футболисты воспринимали это как должное, тем более что Георгий Александрович умел превратить это в шутку.

Георгий Ярцев. 1996 год

Фото: Игорь Уткин / ТАСС

Дмитрий Аленичев

Конечно, Георгий Александрович сильно переживал. Да, он понимал, что для него это первый опыт работы в качестве главного тренера и на нем колоссальная ответственность. Все-таки болельщики привыкли видеть «Спартак» на первом месте, и будут спрашивать с него. Было заметно, что он нервничает, и срывался он на нас. А если ему ответь только слово, он сразу: «Что ты сказал?!» И тебе прилетит еще больше раз в десять, поэтому я старался не отвечать. Были футболисты, которые огрызались, но он ставил их быстро на место.

Андрей Тихонов

Для Георгия Александровича Ярцева вообще не было авторитетов. Он мог любому сказать любое. Он меня любил как футболиста, он мне доверял, но при этом он мне мог сказать такие вещи, что у меня даже, если я сейчас повторю, язык может сломаться. Не могу повторить: это оскорбление, я же не могу себя оскорблять.

Егор Титов

Порядка десяти футболистов плюс-минус одного года рождения появились в команде одновременно. Такого, по-моему, никогда в «Спартаке» не было. Ему нужно было нас как-то мотивировать – где-то он делал это через шутки, а где-то был нужен кнут. Вот этот кнут почему-то мне прилетал все время.

Василий Уткин

Георгий Саныч Ярцев мог наорать, безусловно. Но на него нельзя было долго обижаться. Он вообще мужик добрый, отходчивый, но вспыльчивый – всегда так было.

Александр Львов

Это Романцев мог сидеть, курить. А Ярцев заряжал этой энергетикой. Ух! Это был вулкан! И мне доставалось и по делу, и без дела, и игрокам. И, может быть, если бы Ярцев был другой, эти все ребята не заматерели бы, не стали бы такими Титовыми, Тихоновыми, Филимоновыми.

Валерий Гладилин

От главного тренера эмоции шли через край. От него поджечься можно было! Это человек-динамит, он все время был в игре. Его надо было даже сдерживать, потому что он кипел на лавке, а перевозбуждение тоже пользы не давало.

Сергей Горлукович

По-моему, два первых сбора Олег Иванович готовил команду, а потом уже остался один Ярцев. И должен заметить, хотя никто, ни один человек этого не говорит, важной фигурой в его штабе был Валерий Павлович Гладилин. Не будь его, я точно знаю, некоторые ситуации могли дойти до критических.