Текст книги "Пограничник (СИ)"

Автор книги: Сергей Кусков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц)

Игра продолжалась ещё около часа. Дядюшка с воинством и так, и сяк пытался меня «пробить», но получалось плохо. Пару раз нас ловили, не успевали легионеры пики поднять (опустить), и нападающие демонстрировали, что создали место прорыва. Радости в их глазах при этом было целое море! Но я видел кроме всего и то, что да, спереди разрыв, но пики задних всё равно смотрели вперёд, и в бою конница бы, скорее всего, прошла, но далеко не в том количестве, как им бы хотелось.

– Не стрелять! – закричал передовой всадник, поднимая руку, стаскивая с неё латную перчатку. – Не стрелять! – Откинул забрало. Дядюшка.

– Я вас слушаю, сеньор Атараиско! – весело крикнул я.

– Племяш, я признаю, перед всем войском, как договаривались, что идея с легионом – стоящая! – неожиданно выкрикнул он. Неожиданно потому, что я думал он будет из принципа упираться. Да, дядюшка всё же не так и плох, дам ему шанс.

Что тут началось! Моё воинство буквально заревело, хотя основу его составляло мужичьё, воинов раз два и обчёлся. Нет, про наше пари с дядюшкой все слышали, но вот чтобы это касалось абсолютно всех…

– Это ОЧЕНЬ СЫРАЯ идея! – перекрикнул всех виконт. – Очень-очень. Но если её доработать – оно стоит того, чтобы с этим связываться.

– Подержи. – Я сунул пику ближайшему колхозному парню и вышел вперёд, к дядюшке. Все пятеро моих баронов, включая Ингрид (Ингрид?), а также в сопровождении Вольдемара и Тита Весёлого, выехали вперёд, подняли забрала, а затем спешились. Мужчины сняли шлемы, только сеньорита осталась с поднятым забралом.

Встали в круг, отпустив лошадей. Я, напротив виконт, с боков бароны и воины.

– Рикардо, признаю, что идея стоящая, – повторился дядюшка Алехандро. – Обещаю, не буду вставлять палки в колёса! – глянул на Тита. Тот, с довольным прищуром, благосклонно кивнул. – Но племяш, это не только моё мнение – идея слишком сырая. Нельзя легионеров выпускать в бой сейчас. И через месяц будет рано.

– Я знаю. – Я величественно кивнул. – Я их буду готовить к лету. Следующему. Одной общефизической подготовки должно быть месяца три. Плюс марши и перестроение. Я знаю, сеньоры, что это долго. Но быстро только кошки родятся. Однако КОГДА легион заработает, когда каждое действие будет на учениях отточено до автоматизма, я смогу сокрушить любую армию вторжения – человеческую ли, орочью ли.

– Вначале надо смочь обучить, Рикардо, – покачал головой мудрый Ковильяна. – Ты учишь воев тому, чего не знаем мы сами, а мы – рыцари с опытом. Я не спрашиваю, откуда тебе всё это известно, ты не ответишь. Мы видим, что ты просто знаешь, что надо ТАК. Но надо донести эти знания вначале инструкторам, кто будет готовить новобранцев, затем – офицерам. И в легионе, как я понял, их должно быть много. Очень много! Сильно больше, чем в коннице.

– Всё так, дядька Рикардо. – Я уважительно склонил голову. – И это проблема. Надо найти несколько сот рыцарей, кто согласится стать офицерами в легионе. И отдельно проблема – инструкторы. У меня куча проблем! А потому надежда только, что успею к следующему лету. На этот год даже не буду пытаться этих воев выпускать в бой.

– Эх, племяш! – Дядюшка сокрушённо вздохнул. – А теперь представь мне каково? Ты хоть будешь регулярное войско ваять. А мне нужно всей этой науке легионной простых башмачников учить. Причём не только в Атараиско, а по всей провинции.

– Вот потому я и сказал сразу, что готов поменять земли. – Тепло ему улыбнулся. – Понимаешь, наконец, что ты мог натворить, без осознания моих целей? Так как, остаёшься? Берёшься?

– А куда ж деваться. – Новый сокрушённый вздох. – И ты, наверное, прав. Это – ЕДИНСТВЕННЫЙ способ выжить, если король не даст денег на содержание фронтиров. Вместе с освобождением и вооружением всех-всех крестьян. Нет у нас выбора. Я с тобой, племяш.

– Мы с тобой, Ричи! – Алькатрас первый протянул руку. На неё положил свою Мерида, потом виконт, затем остальные. Я свою водрузил сверху, и Алькатрас «разбил» второй рукой эту своеобразную «снежинку»

– Раз так, сеньоры, есть разговор по военному устройству и кадрам. – Я обвёл всех соратников взглядом. – И без ВСЕХ вас его не решить. Пройдёмте в мою палатку.

– Всё, представление окончено! Все свободны! – прокричал я своим, и виконт сделал то же самое для своих. Легионеры устало начали заваливаться на траву прямо где стояли, аккуратно при этом сложив пики в режиме команды «земля», а рыцари неспешным шагом поехали в условные конюшни. Условные потому, что в лагере держали только основной боекомплект лошадей, а так наш подвижной состав дружно ел пшеницу на покинутых городских полях, которые теперь уже точно в этом году никто не будет убирать.

Я обернулся в сторону города. На ближайших бастионах толпился народ – было видно и без бинокля, не особо большое тут расстояние. Много народу. И за зрелищем смотрели давно, с самого начала. Как внимательно присматривались и к репетициям эти дни. Улыбнулся, помахал им рукой. Представление это было не только для моих воинов – чужие тоже пусть проникаются. И по доброй воле примут то, что им предлагаю. Иначе им же будет хуже.

В клипах группы «Sabaton» можно увидеть перестроение пикинёров в баталиях. Здесь и далее цитаты из песни «The Lion from the North», в любительских клипах на которую можно найти много интересного по визуализации тактики войск времён Тридцатилетней войны.

Глава 4. Потехе час

Разговор с дядюшкой вышел тяжёлым. Вспоминаю, и на эмоции пробивает. Он просто не хотел верить, что мы МОЖЕМ захватить устье.

– Племяш, мы стоим на грани гибели многие годы. Мы защищаемся из последних сил. Ты просто не был за Кривым Ручьём. Был, – поправился он, – но слишком недолго, и не во время набега. Люди вы-жи-ва-ют! О каких захватах территорий ты говоришь?

– Тот, кто вышел в поле и пытается победить – уже проиграл, – давил я мудростью прошлого мира. – Настоящий победитель побеждает ещё не выйдя на поле боя. Орки навязывают нам свой сценарий войны, мы воюем по их плану. Они нападают, мы защищаемся, причём они полностью используют свои физические плюсы, а мы свои не можем реализовать, так как не можем успеть везде, даже имея ресурсы собранные со всего королевства. Всё, что нам надо, это сломать им сценарий, завладеть инициативой, навязать им бой на наших условиях, и увидишь, сразу всё изменится.

Они делают набеги за рабами на наши земли? На которых мы строим крепости и даём отпор? Так давай перенесём эти крепости подальше от наших земель. Чтобы нападали ТОЛЬКО на крепость, не разоряя окрестные земли – а нету их там, тех земель. И вся лавина зеленокожих попрёт ровно туда, где стоят на укреплениях наши бойцы, нам не нужно будет распылять силы и перебрасывать кучу отрядов, ловя их, с места на место. Они сами в гости припрутся куда надо!

Как построить крепость в степи за пять сотен миль от границы? А легко, если будешь снабжать строителей по морю. Легион заработает, ты видел. Первые баталии высаживаются и огораживаются. Идущие следом строители быстро возводят из заранее заготовленного и постоянно подвозимого камня основательные бастионы и башни. И вот у нас на берегу моря уже хорошо защищенные крепости – как кость в горле у нелюди. На которые, крепости, они и будут агриться, а не на убогий Лимес. В смысле нападать, забыв обо всём. И мы их там встретим. В месте, где выгодно нам, имея подвоз подкреплений и снабжение по морю, не теряя людей в бесполезных свалках за пределами боевых укреплений. И защищаться там будет не одинокое южное графство, а вся страна – мы заставим всех платить за эти боевые операции, и крепости сделаем королевского подчинения. И королевство БУДЕТ это делать.

…А ты всего лишь под шумок, в качестве подготовительных мероприятий, займёшь устье Белой, став графом Терра Бланка. Да, это болота – там не получить хороший урожай. Но ты будешь силён не плодородными землями, а городами на реке, защищающими устье. Через тебя будет идти вся торговля королевства с остальным континентом – да плевать на таких раскладах на урожай в принципе! И у меня есть предчувствие, что торговым путём мимо тебя захочет пользоваться больше людей, чем станет продолжать возить грузы по волоку через Севилью. Ты станешь графом, дядюшка! – воскликнул я. – Как и хотел, как всю жизнь мечтал. И твой старший сын будет потомственным графом. И всё, что тебе нужно сделать для этого, это разведать местность и прокопать достаточное количество дренажей для осушения болот, сделать русло проходимым для лодий. Всё, сеньор Атараиско, ты в дамках! И главное, при этом я не вижу в тебе врага, не воспринимаю, как конкурента, а наоборот, всеми-всеми силами помогаю.

– Это… Годы! – пытался парировать мои аргументы дядюшка. – Слишком долго.

– Ты спешишь? – поддел я.

– Десятилетия! – поднял он тональность. В голосе чувствовалась обречённость – говорил лишь бы что-то сказать, понимая неправоту. Проект этот стоящий как минимум рассмотрения.

– Ты ждал дольше, – покачал я головой. – А если не доделаешь ты – доделает твой наследник, я прослежу. Или мой наследник проследит. Для меня и моего рода это гораздо выгоднее – помогать тебе, чем пытаться купировать угрозу от твоих интриг и твоего показного неповиновения. Мне не будет резона тебя «кидать», дядюшка, ибо сделав тебя графом, я становлюсь полноправным герцогом. Мы ОБА будем в плюсе. Давай же помогать друг другу?

– Да, ты прав, спешить некуда… – Виконт, и слушая меня, расхаживал по палатке, в которой мы беседовали. – …Времени – хоть отбавляй. Вечность. Но… – Повернулся, в глазах его плескалась тревога. – Всё это актуально, если у нас получится пережить этот год, Ричи.

– А я тебе о чём говорю?! – зло усмехнулся я. – Забудь феодальные права и предрассудки. Освободи и вооружи сервов. И главное, ОБУЧИ их. Ибо МЯСО удара орков не выдержит – не получится прикрыться мясом, как во время войны делают наши коллеги из центральных земель. Езжай в Атараиско и УЖЕ СЕЙЧАС объяви СВОЮ волю, поверх моей, и сделай это по уму. Я знаю, у тебя полно воинов – тренеров найдёшь. И, дядюшка, плевать на несобранный урожай – зерном в этом году я тебя подстрахую. Бесплатно. Главное – выдержать натиск. А там, даст бог, мы с тобой станем самыми крутыми если не в королевстве, то на Юге – точно.

– Мне нравится, племяш, твой настрой. – Граф облегчённо выдохнул, присел. – Умеешь воодушевлять.

– Скорее я чётко обрисовал тебе Цель, – улыбнулся я. – Мой отец не мог этого сделать – не знал, что предложить. И мой дед – твоему отцу и деду.

– И всё же ты умеешь убеждать, – не согласился он. – Это отличное качество.

– Возможно. – Я закивал. – Но на самом деле искренне считаю, что только общий труд – сближает. Причём даже самых суровых конкурентов. – Вспомнились Матроскин и Шарик, толкающие машину дяди Фёдора по заснеженному Простоквашино. – А потом пошлём людей копать каналы и протоки, дренажи. И чтобы не терять время, пока будем отбиваться от нелюди, разведчики должны облазить всё устье и составить карты. С предложениями, где, как и что нужно сделать. Так что разведку, составить карты земель, тебе надо отправить уже сейчас, снабдив соответствующими грамотами.

– Сделаю. – Он отмахнулся, но я видел, о таком пока не думал. – Я о другом задумался. Мы дренажи прокопаем, русло проходимым сделаем, и сколько сразу появится более достойных желающих владеть этими землями? Как бы провернуть хотя бы разведку в тайне? – Голос дядюшки залучился тревогой.

– Не знаю, – пожал я плечами, – думаю, СЕЙЧАС все только посмеются с нас. Дескать, идиоты, глупость задумали. Но надо иметь резервный вариант, «план Б». Одновременно с началом дренажных работ надо начинать заготавливать камень в речных портах, и известь, чтобы если что очень быстро построить в нужном месте крепость. Чтобы нам не успели помешать. А когда там будет стоять каменная твердыня, ни одна падла, включая короля, не сможет нас оттуда сковырнуть. Осаждать каменную крепость в условиях болот – такой kvest, что ну его нафиг!

Потому и говорю, это задача не для тебя, а для НАС. Мы в одной лодке дядюшка. Хватит враждовать, давай дружить? Я только «за» не считать тебя врагом.

– Знаешь, племяш, твой отец пытался на меня всегда давить. – Виконт отрешено покачал головой. – Объяснял, почему должен быть порядок, почему я должен поступить так, а не иначе, но при этом он всё равно давил и не терпел возражений. Снабжал людьми – беглыми, как и ты, не буду говорить о нём плохо. Прикрывал от королевского совета. Но он никогда не пытался меня купить… ВОТ ТАК. Тут даже слово «купить» неуместно. – Виконт растерянно замялся. – А ты предлагаешь всё делать самому. И устраивать оборону, продуманную по ТВОИМ мыслям. И посылать разведчиков. И строить крепости в устье, и работы в болоте… Я должен всё делать САМ. И ты и правда не «кинешь» – а, действительно, зачем? Получается, ты дашь то, чего я на самом деле больше всего хочу, и при этом я буду добиваться этого не так, как видишь ты, а как…

Замолчал, не было слов. Наконец выдавил:

– Как-то неправильно всё. Непривычно. Так и чувствуется, что должен быть подвох.

– Вот потому и сам, дядюшка, – улыбнулся я. – Любой мой контроль и инструкции – сигнал для тебя: «Вот он, тот самый подвох! Вот именно тут он точно есть!». Сам, сеньор виконт. Только сам! Не хочешь – пошлю туда другого. Просто свой, родной человек на этом месте для меня… Спокойнее.

– Мир! – Дядюшка Алехандро поднялся, подошёл и протянул руку. – Рикардо, я, виконт Атараиско, обещаю тебе, что буду исполнять твою волю, как вассал, и подчиняться в бою. Не буду мешать выполнять тебе программу по реформам в графстве и в Лимессии, и на вверенной территории буду помогать всем, что в моих силах, и бог свидетель этим словам. Я… Принимаю пост легата-пропретора Лимессии. – Поклон, кулак к сердцу.

Теперь поднялся в ответ и я.

– Я, Рикардо сто семнадцатый граф Пуэбло обещаю тебе сделать всё от меня зависящее для расчистки болот в устье Белой, организации там русла для прохода лодий и строительства запирающей крепости под названием «Жемчужная гавань». И буду всеми силами отстаивать присвоение тебе титула потомственного графа, владетеля этих мест. И бог свидетель моим словам. – Кулак к сердцу, и поклон.

– Тогда с богом. – Дядюшка облегчённо выдохнул. – Пойду готовиться к отъезду. Чего тянуть – набег вот-вот, у меня мало времени.

* * *

Дядюшка уехал раноутром на следующий день. Спешным галопом – действительно, у него критически мало времени. Но вечер мы потратили на то, что я объяснял ему тактику работы баталий в чистом поле. И не ему одному – собрал вокруг костра аншлаг, на котором в партере были только бароны, Вольдемар с Йориком, да несколько участвующих в игре бойцов.

– Вот именно, это не простое требование, не блажь, – вещал я. Шашлык сожрали, луна встала, ночь вступила в полные права, а мы всё не могли разойтись. – То, что я ругал каждого за произнесённое слово – не прихоть, а необходимость.

– Но насколько знаю, все пехотные части всегда издают боевой клич, чтоб подбодрить себя. – Это Тит Весёлый. – Войско должно накачать себя эмоциями, впасть в состояние бесстрашия перед рывком к врагу. Как же так, вашсиятельство?

– Вот так, Тит, – развёл я руками. – Вот так. Иначе не получится. У современного командира есть всего одна возможность управлять ходом боя – крикнуть: «Парни, вперёд!». И всё, больше от него ничего не зависит. Тогда как у командира будущего и прошлого вариантов – выше крыши. И перестроиться на ходу, и, как вы видели, организовать стрельбу из арбалетов из-за спин. Или, как вариант, сделать коридоры, пропустив стрелков вперёд, потом дать им через коридоры уйти назад и снова сомкнуть строй. И чтобы его услышали – нужна тишина. И – большое количество командиров рот по ходу построения. Причём, сеньоры, поймите правильно, почему именно так и никак иначе. Командовать должен кто-то один. Любое слово, сказанное кем-то посторонним, будет в горячке боя ретранслировано далее по строю. Например, стоит когорта, ждёт атаки. И какое-то мурло в середине строя, из рядовых, кричит: «Вперёд!». Или: «Земля!». Командиры слышат и транслируют следующей роте. И вся когорта теряет строй… И враг вламывается в ряды, под ахуй главнокомадующего, который никаких таких приказов не отдавал. Из-за длинного языка кого-то из рядовых бойцов, мать его так, гибнут все. Потому надо вбивать в подкорку – молчать! Стоять и молчать в тряпочку!

– Какую? – Голос из «зала». Моих идиом тут не знают – тут свои идиомы.

– Да любую! Просто молчать. Ни звука. Никаких боевых кличей. Никакого подбадривания. И тогда командир, пославший на тебя орущую толпу, проиграет, а ты, наоборот, командуя молчаливыми орлами, всё сделаешь правильно и выиграешь.

– Да-а-а… – дружно потянули все, поражаясь моей нечеловеческой мудрости.

– Надо вбивать это в новиков, только проходящих обучение. Вбивать в полноправных воинов. В опытных ветеранов. Во всех. Стоять – и не отсвечивать, слушая командира. Так и только так. И этим должны заниматься все. Командиры рот учить сержантов. Сержанты – старослужащих. Старослужащие – новиков. Все, кто знает, как надо, должны поучать тех, кто не знает, кто забывает. Больно, в ухо, по почкам – хоть как, лишь бы запомнили.

Воцарилась тишина, воины наматывали на ус, отдавая должное, что да, всё действительно ОЧЕНЬ серьёзно. И требование весьма логичное, пусть и кажется диким.

– А ещё, сеньоры, – продолжил я, – учитывая вышесказанное – следующая мысль. В легионе командиру нет нужды вставать в войско рядовым и командовать из центра баталии. Командир должен стоять сзади, озирать поле боя и РУКОВОДИТЬ. А не вламываться в ряды врага, размахивая мечом, как последний obapel. Обращаюсь ко всем, кто решит стать в будущем офицером легиона – забудьте о личной славе. Легионы Мария, Цезаря, Суллы, Августа – они покоряли густонаселённые и враждебные страны, побеждали значительно более многочисленного противника, не будучи сверхчеловеками. Просто они чётко, как единый механизм, выполняли команды своего командира, умели держать строй, и каждое их движение, каждый жест – всё было многократно отрепетировано часовыми тренировками на плацах. Простые сельские парни Италии давали люлей могущественным галлам из дружин вождей, более мощных и свирепых, только за счёт выучки. Выучка – наше всё, камень преткновения легиона. Когда когорты начнут действовать как единый механизм – нам в этом мире не будет равных. Завтра я еду домой, на пару дней – скопилось уж очень много дел, которые может решить только граф. И одним из этих дел станет организация военной академии. Так и будет называться: «Академия командного состава». Где будут проходить обучение будущие офицеры легиона. И я приглашаю туда всех воинов, не имеющих больше возможности проходить службу на границе – а вы в курсе, что король в этом году не даст деньги на наёмников. У меня условия не такие, как на фронтирах, и платить буду меньше, и воевать в пешем строю… Но вы видели потенциал легиона. Мы СМОЖЕМ. Если вовремя и главное правильно обучим наших бойцов.

Разговор у костра очень сильно затянулся. Шли споры и о длине копий, и о конструкции, и о том, нужен ли в строю ряд алебардистов, и где его ставить. В итоге общество не пришло к каким-то однозначным выводам, и спать разошлись далеко за полночь.

У входа в палатку окликнул поджидающий Вольдемар.

– Да, наставник? – напрягся я, ожидая чего-то плохого.

– Зайдём, – указал на полог Тихая Смерть.

– Только не говори, что хочешь меня бросить! – почувствовав неладное в настрое, произнёс я, когда вошли и сели.

Вольдемар вздохнул и произнёс:

– Доставай вино. Не говорится что-то на сухую…

Достал. НЗ, из стратегических запасов – не хотелось теребить Трифона. Налил во что было – что-то деревянное, не по статусу, да и пофиг.

– Рикардо, чтобы ты понимал, я не хочу тебя бросать, – начал наставник, сделав несколько очень больших глотков. – Но также ты должен понимать, что я хоть и воин, но… Не рыцарь. И никогда им не был.

Кивнул ему – продолжай. Пока молчал, не беря инициативу.

– Я из маленького города в Вандалузии. И земли у моего отца не было. Он был вольным наёмником, служил там и сям, я знаю три отряда, в которые он в разное время входил. А потом он… Исчез. Надеюсь, не нужно говорить, почему и как исчезают такие люди?

Снова приложился к кубку. Осушил. Я обновил.

– У нас не было денег. Я был ещё молод чтобы зарабатывать, да и куда мог пойти? Я же благородный! Только вот даже меча, чтобы продать его, у меня не было – сгинул вместе с отцом.

– И ты стал вором, – достроил я за него логическую цепочку.

– Не совсем, – покачал Вольдемар головой. – Но да, вначале мне сделали предложение, от которого сложно отказаться. Залезть кое-куда, открыть кое-что. И мы с мамой в тот день ели досыта. Потом мне поручили также залезть кое куда и убить охранника.

– И ты это сделал.

– Да. Мне было проще это сделать – я знал, что воин, а работа воина – отнимать жизни. Потому выбрали меня. Другие дети нашего квартала пока ещё были не готовы убивать в тот момент. Может быть спящего ещё б убили, но вступать в схватку готовы не были.

– Схватку? – не понял я.

– Я убил, напав неожиданно, охранник ничего не понял. Но он мог заметить меня, и мне был бы конец. И я был готов драться, – пояснил он. – А потом за меня взялись всерьёз, суровые люди. Это не были представители дна города, это были благородные. Я понимаю в психологии – по ним это было заметно. И я…

– Выучился на наёмного убийцу, – констатировал я.

– Да. – Кивок. – А потом, Ричи, меня послали в Севилью, убить твоего отца. Я уже прошёл много дел, исполнил много заказов и был на хорошем счету, как надёжный и опытный. Вот только в тот раз я понял, что у рукрводства есть, как ты называешь, «план Б». Я увидел в городе некоторых своих коллег. Не подал виду, что заметил, продолжил изучать клиента. Но сделал вывод – из Севильи не уйти.

– Они были для подстраховки, убить того, кто убьёт графа, так? – осенило меня. Тугодум, блин.

– Именно. А потому, когда пошёл на дело, вместо того, чтобы убить твоего отца, я пробрался к нему, и, обездвижив и приставив стилет к горлу, сказал, что имею информацию о тех, кто хочет его убить, готов ли он к разговору?

Я улыбнулся, представив такую картину. И примерно понял, что было дальше.

– Их схватили? Ну, люди отца?

– Одного из троих. – Вольдемар нахмурился. Один сбежал. Одного убили в схватке. Тот, кого взяли, чётких показаний не дал – он тоже знал далеко не всё, должен был как и я, устранить всего одну цель. Но я примерно понял кто заказчик, по косвенным данным, и передал Харальду всё, что знаю.

– И кто, если не секрет? – усмехнулся я.

– Уже не секрет, – задумчиво покачал он головой. – Ты теперь граф, я обязан рассказать, как было, как сеньору. Это не вандалузцы, Рикардо. Это из местных. Купец по имени Алонсо. Хуан Алонсо из Альмерии. «Торговец деньгами», как ты называл таких, как он. Харальду потребовались годы, чтобы узнать это имя, но мы так и не собрали ни одного доказательства, чтобы просто заявиться в гости, не говоря о чём-то серьёзном.

– А без доказательств… Не решились?

Качание головой.

– Он слишком видная фигура, Рикардо. Слишком. Из тех людей, которые дают займы королям. Если ты думаешь, что миром правят благородные – ты ошибаешься. Миром правят деньги. Благородные, даже самые могущественные, чтобы и дальше быть могущественными, должны иметь средства на расходы, а это зачастую очень сложно. Сложно в том смысле, что да, ты знаешь, какой доход получишь в этом или следующем году. Но вот прямо сейчас у тебя на руках денег нет. А тебе надо именно прямо сейчас.

– Это имя ты услышал в докладе Клавдия, – понял я ещё одну вещь. – Он – один из тех, кто стоит за организацией банд разбойников. То есть террорист, один из кураторов или глав организованной преступности.

– Да.

Повисло молчание.

– Рикардо, тебе нельзя туда лезть, – острастил он, вложив в голос эмоции. – Ты не готов. ПОКА не готов. Нужно иметь тылы и не зависеть от власти, иначе тебя раздавят.

– Согласен, – закивал я. – Именно поэтому пока сказал Клавдию не лезть в Альмерию. Но всё же, зачем ты пришёл сейчас, и почему такой нервный?

– Та штука, Рикардо. – Он нахмурился ещё больше. – Из которой ты стрелял в дерево в роще, весной, перед отъездом в Аквилею.

А вот после этих слов я напрягся, а спина похолодела. Мигом осушил свой кубок и отставил в сторону.

– Продолжай.

– Я точно знаю, этот порошок связан с Алонсо. Как – не скажу, Харольд купил у него порошок через подставных лиц. А саму трубку с ручкой отлил в Виктории, у тамошнего кузнеца, как бы мимоходом проезжая город. Проездом. Только в отличие от тебя, Харальд гораздо дольше заряжал его, и поджигал специальный фитиль сбоку.

– И ты говоришь мне это только сейчас! – Из груди вырвался вздох сожаления.

– Сегодня я увидел, что ты готов к противостоянию, довольно сверкнул глазами Вольдемар. – У тебя есть ЗНАНИЯ, каких нет у них. Кто ОНИ такие – не могу даже догадываться, но, думаю, это люди «оттуда». – Жест за плечи – понятно откуда.

– И как же я могу противостоять их огнестрельному оружию? – засмеялся я. – Вольдемар, это оружие пробивает на ухнарь грудную кирасу с палец толщиной!

– Если бы всё было просто, мы бы все слышали про это оружие и его высокую эффективность. – Улыбка старого наставника. – Значит что-то не так с ним, чего-то они не знают. Ты же сказал, что такое оружие давно не используют, а значит как его делать, тонкости и нюансы, эти люди могут не знать. А значит…

– А значит моя vundervaflya, легион – круче, так что ли? – Я понял его настрой. – Потому, что мы МОЖЕМ его реализовать. А они со своим порохом сидят в луже?

– Не знаю. – Неуверенность в голосе. – Но ты сможешь бороться с ними. Как – не скажу, возможно тебе для борьбы нужно больше сил, чем думаешь, но мы справимся. Должны справиться. Враг о нас не знает, у нас есть фора. Но тебе надо помочь.

Он помолчал и высокопарно, подняв глаза, произнёс:

– Я хочу помочь тебе, воспитанник, стать сильным, чтобы ты был готов схлестнуться с ними. И стать таким ты сможешь, только имея тот самый пресловутый легион, о котором говорил половину ночи.

– Рикардо! – гаркнул он вроде не так громко, но неожиданно. – Я, Вольдемар Тихая Смерть, сын Свена, готов возглавить твою… Академию командного состава для подготовки офицеров, а также готов временно совмещать этот пост с главой тренировочного комплекса, где будут обучаться легионеры. До тех пор, пока у нас не будет достаточного количества толковых командиров, а это не ранее Сентября.

– Не хочешь ехать на фронтиры? – усмехнулся я.

– Вы отобьётесь. – Он нахмурился, но потом его лицо разгладилось. – У тебя полно толковых командиров. Тот же Доминик – достаточно опытен. А ещё возьми Тита в качестве сотника. Он думает не столько о себе или десятке, но мыслит глобально. Конечно, его надо направлять, но не думай, что я лучше его. Я вообще не рыцарь. И ничего, справился.

– Как ты петлял по городам… – вырвалось у меня – вспомнил его фортели в Луз-де-ла-Луне и в Картагене.

– Так опыт. – Вольдемар улыбнулся и развёл руками. – Ориентироваться в городе, думать, как думают стражники – первое, чему меня учили наставники ремесла. Вот только у нас был одиночный рейд, Ричи. Мы сами поступали как бандиты. А теперь тебе не нужны бандиты, тебе нужна грамотная опытная армия. И тут я буду мешать, ибо на самом деле мало смыслю в конных сшибках.

– А в тактике легиона, получается смыслишь? – с иронией усмехнулся я?

Пожатие плеч.

– Меня учили убивать. Любым способом. Этому я и буду учить твоих легионеров, выбивая аристократическую благородную дурь о чести на войне и каких бы то ни было правилах боя.

Сильно сказано.

– Хорошо. Дай мне неделю подумать. Завтра едем в Пуэбло, на пару дней. Возьмёшь с собой три десятка, остальных оставишь здесь с Титом. Посмотрим как справится. А чтоб не бузил, намекни ему приватно, их цель – безопасность баронессы Аранды. Я же намекну об этом Алькатрасу, чтобы не вставлял палки в колёса и не нервничал о том, кто в войске главный.

Кивок – понял.

– Возможно, ты прав, – продолжил я, – и в качестве наставника сотен новиков ты будешь полезнее. И ещё ты прав, что у меня нет человека на этот пост, и в том числе поэтому я завтра еду домой. Но дай мне принять эту мысль и свыкнуться с нею.

– Думаю, Рикардо, ты примешь правильное решение. – Наставник поднялся, глубоко вздохнул и вышел из шатра.

А теперь спа-ать! Утро вечера мудренее.

* * *

– Рика-а-а-а-а-рдо-о-о-о-о-о!!!

Бух!

Поймал врезавшуюся в меня тушку Астрид и с силой закружил, гася инерцию. Поставил на землю, крепко-крепко обнял.

– Рикардо, Я… – Удар кулаками по спине. – Я…

Она разрыдалась. И я понял, что сейчас не стоит успокаивать.

Тем временем подъехали остальные, свита её милости. Какие родные все лица – капец соскучился! А некоторых приятно увидеть в Пуэбло. Но сестрёнка важнее.

Наконец, поняв, что задерживает встречу с остальными, Астрид оттолкнула меня по направлению к другим встречающим, а почти вся её свита уже послезала с лошадей и топталась с ноги на ногу, ожидая, когда закончатся семейные обнимашки.

– Барон? – Я протянул руку к человеку, который тут явно чувствовал себя «для галочки», но который тем не менее являлся моей роднёй, а это последнее дело – унижать родню. Даже нелюбимую. Надо поддерживать статус зятя, а после сестры он второй по значению для меня человек в замке. Рад видеть.

– Я? – Опешил. Но не растерялся, подошёл и обнял меня, а я его. – Я тоже, Рикардо.

Похлопал его по спине:

– Спасибо, прикрыл. Мне кабздец как важна ваша помощь. Я один, кроме вас у меня родных нет. – Беглый взгляд на прячущуюся за спинами всех Илону. – А кто есть – пока не справится с ношей. Хотя у вас и своих дел хватает, в своём замке.

– Брось, Рикардо. У меня маленькое баронство – справлюсь, – отстранился тот. – Можешь всегда на нас рассчитывать.

Странно, не думал, что смогу помириться с зятем. И не думал, что именно в такой момент, когда мне вообще на него плевать хотелось. Ну да ладно, зачтём это за приятный бонус от высших сил за выполненный квест.

– Вермунд, наставник! – Теперь я попал в медвежьи объятья лучшего друга отца и чуть не был раздавлен. – Полегче! Дух выбьешь!

– Ричи! Как ты нужен! Без тебя вообще ничего не клеится!

– Не скромничай. Вы молодцы. ВСЕ молодцы. – Это для внимательно слушающей нас толпы.

– Я только вчера вечером в замок приехал. Думал к тебе ехать, но узнал, что ты сам двинул домой. Потом поговорим – всё расскажу, – прошептал мой консул.

– Отлично. – Хлопнул его по плечу и принялся к следующим.

– Падре? – Опа, кто также выехал из замка меня встречать – не ждал!