Текст книги "Имя души (СИ)"

Автор книги: Сергей Ковшов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 32 страниц)

Страж моста бегло провёл глазами по строчкам и присмотрелся к отпечатку.

– Ты хоть знаешь, как зовут владельца печати?

– Да как-то не познакомились, – процедил я сквозь зубы. – Видит Воргхал, тебе не впервой. Somnum.

Глаза каноха закатились, и он неожиданно начал заваливаться прямо на меня. Пришлось ловить тяжёлое тело. К счастью, его друзья в нашу сторону даже не смотрели, их больше интересовал огонь в центре кострища.

Когда уложил тело на дороге, я, как ни в чём не бывало, пошёл дальше, успокаивая отчего-то заведённое сердце.

Листва деревьев по обе стороны от дороги шелестела и успокаивала, а я всё думал:

«Может, ну их? Авось сами уже развязались? Сколько дней-то прошло?»

Однако, совесть всё твердила, что нужно поступить правильно, они, мол, ни в чём не виноваты, им нужно помочь. А затем мысли оказались в совершенно другом русле. А с чего бы им в тот самый момент там быть? Деревень рядом нет, скакунов я при них не видел. Да что уж говорить, я вообще нигде в Аздахаре их не видел. Кроме того, мне не давала покоя мысль, что Горпас вряд ли мог пропустить их приближение, он тогда чётко и ясно сказал, что поблизости никого. Даже по его меркам. Не из под земли же они там образовались? Кроме того, мне что-то пыталась подсказать память. Было понимание, что это действительно как-то связано со скакунами, но как именно – загадка.

Дорога дальше сводилась с другими такими же, и, если бы я продолжил идти прямо, то попал бы прямиком к темницам. Вряд ли там моя «бумажка» будет иметь слишком большой вес, да и идти надо чуть вправо – южнее, если карту вспоминать.

Лес за линией темниц шел не очень широкий, но прямо в нём я и решил заночевать, когда на землю спустились потёмки. Готлод и по этим дорогам успел походить, хотя бóльшую часть своей долгой жизни провёл в одной из деревень на побережье севернее Саонира.

Остановился я почти на опушке и полез на ближайшее удобное дерево. Место оказалось живописное, прямо с видом на Чёрную Долину. К счастью, меня здесь обнаружить никто не мог – мой скромный силуэт скрывала свисающая толстая ветка, густо поросшая молодой листвой и усыпанная бруньками вроде тех, что растут на грецком орехе. Привязавшись, я взялся поднимать тяжёлую сумку, которую оставил на земле, и к которой тоже привязался. Ветка подо мной ещё чуть-чуть наклонилась, но выдержала наш общий вес, и я смог открыть припасы. Из отверстия парило холодом, и я понял, что, возможно, слегка перестарался, заморозив всё. С другой стороны, у меня всю дорогу была энергия, чтобы нести такую тяжесть. Взяв хлебную лепёшку и кусочек солёного мяса, я сделал бутерброд, который разогрел прямо так, в руках и, уже парящий приятным ароматом на всю округу, съел его. А запил из металлической фляжки.

Сон не шёл, и мне снова пришлось произнести условие для сна.

* * *

Неожиданная побудка с самого утра мне совсем не понравилась, внизу рыскали канохи – мои недавние знакомые и громко переговаривались между собой. Видать, кто-то из тех двоих, сидевших у костра, оказался не таким уж и растерянным и успел разбудить каноха, которого я вырубил. До зари оставалось немного, и я уже не успел бы скрыться в темноте, а канохи всё не уходили. Один из них сказал, что видел, как я ушёл в эту сторону, но следов дальше просто нет, а значит я где-то близко. Что ж, в логике им не откажешь, я и впрямь поблизости. Пришлось затаиться и наблюдать сверху. Чёрт, даже если я кину камень, они вряд ли уйдут достаточно далеко. Что же делать? Снова усыплять их? Пытаться дать бой? А вообще, есть кое-что.

Сунувшись в сумку, в место, куда сложил плеер с наушниками, я вновь достал их и подумал, что раз уж он может воспроизводить мелодии, которых нет в памяти, то, может, он справится и со звуками? Включив его, я закрыл дисплей рукой, чтобы ненароком не оказаться обнаруженным в утренней заре.

В наушниках, которые я надел, сам собой прозвучал довольно устрашающий рык, от которого я дёрнулся.

– То, что нужно, – прошептал я неслышно.

Звуководы, которые я делал на прощальном концерте в Илибезе, не пришлось долго настраивать, и когда я отвёл их в сторону, подал мысленную команду. Громыхнуло сильно. Казалось, даже лёгкие, наполненные в тот момент воздухом, схлопнулись, а в ушах зазвенело. Впрочем, это не так и важно, канохи завертели головами и по команде главного быстрым шагом отправились обратно к мосту.

Когда из виду пропали даже магические отпечатки разумных в ИЗ, я выдохнул и, используя ветку, как блок, спустил сумку вниз, после чего и сам слез, ободрав правую соскользнувшую с влажной коры ладонь.

– Проклятие, – бросил я, потирая саднящую кожу, и поднял сумку с земли.

Впереди простиралась долина Анитос, которую я хотел назвать то ли чёрной, то ли тёмной.

После пары минут, пока набирался смелости идти дальше, я решил собрать немного хвороста. Впереди его не предвидится, а согреваться собственными силами мне хотелось меньше всего. Опушка леса очень радовала, хорошие ветки лежали на самом виду, лишь иногда будучи скрытыми опавшими старыми листьями.

Набирая две охапки, размышлял: а можно ли уже идти по месту, где был туман? Из воспоминаний Готлода, я понял, что он появился уже после начала подчинения канохского народа воле тогдашнего Вас-Икта. Даже если туман после уничтожения сфер исчез, лучше перестраховаться. В расстоянии я не слишком проиграю, если пойду чуть западнее.

* * *

Два дня пути пролетели незаметно. Такое чувство, будто туман в безопасных «коридорах» получал свойства своего антипода и придавал мне сил по мере продвижения. День, казалось, растянулся, но ночами я разводил костёр и исправно спал, а утром поднимался, тушил огонь и бодро шёл дальше. Без условий, конечно же, не обходилось, ветер здесь гулял иногда довольно неприятный, да и земля запросто забирала себе тепло, лежу я на спине или на боку.

Только перед заходом в лес, где должны быть связанные канохи, у меня щёлкнула мысль, что еды-то, на самом деле, недостаточно – на раз нас шестерых откормить, потом ещё на два раза, пока они отходят от голодовки, а дальше собственными силами. Получается, больше двух суток без еды. И я не ошибся, меряя по себе, а сразу же рассчитал по каноху, как более выносливому. С другой стороны, а унёс бы я полный рацион сюда с той же скоростью? Может, стоило мне согласиться на сопровождающего? И проблем бы избежал. Эх, умные мысли преследовали Андрея, но он оказывался быстрее.

До места, которое я запомнил накрепко, осталось всего несколько километров, которые я преодолел меньше, чем за час, а меж тем наступал вечер.

Глава 20
Взлеты и падения

«Живы», – подумал я, рассматривая результаты своих трудов.

Пятеро канохов так и остались привязаны к деревьям. Кто-то безвольно висел, а кто-то даже подавал признаки жизни, но из них ещё не умер никто, если верить ИЗ.

На меня из них никто не обратил внимания, а, насмотревшись, я подошёл к первому. Несчастный выглядел неважно, исхудал, по сравнению с прошлыми разом, да и пахло рядом с ним не самым приятным смешением амбре. Похоже, большая часть воды уйдёт не на то, чтобы пить, а на стирку вещей, хотя, я сам в этом виноват.

– Тихо, вот так. – Укладывая каноха у дерева, я первым делом дал в ослабленные руки одну из фляжек с водой, к которой он жадно присосался.

– Ты по-нашему говоришь? – спросил один из них, когда я отвязал всех и начал раздавать воду.

– Да. Пейте, набирайтесь сил, – ответил я и оглянулся в поисках их сумок, оставленных недалеко. – Сменная одежда есть?

– Нам бы помыться, – ответил старший возрастом. – Там недалеко ручей есть.

– Вы идти-то можете? – Те, кто уже не мог больше пить, оглянулись и попытались встать, но не смогли. – Ладно, давайте сюда фляжки, принесу воды.

– Человек, подожди. – Один из канохов полез в свою сумку и достал от туда что-то вроде пакета-майки, только из кожи. – Здесь больше поместится.

– Ого, – удивился я, рассматривая надвое прошитый просмоленный шов изнутри.

Ручей и впрямь оказался недалеко, вода в нём текла чистая, и я не отказался от того, чтобы обновить запасы в флягах. Воздух рядом с ручьём казался холодным и влажным, но именно здесь я и нашёл поросль кровавого жемчуга, ягод которого набрал целую горсть. Размером они были с крупную голубику, а вкус, который запомнил Готлод, полностью совпадал с тем, что я почувствовал только что сам.

Заставлять канохов ждать больше не хотелось, поэтому я зачерпнул мешком воды и пошёл в обратном направлении, поедая ягодки. Мне попадались то спелые, то не очень, но я уже не мог выбирать, дневной свет давно покинул небосклон, и обратно я шёл только благодаря СНДВ. Вскоре до моих ушей донеслись голоса, и звучали они как-то не слишком довольно. Канохи о чём-то спорили, но при моём появлении замолчали. В глазах некоторых читалось, что они успели соскучиться по мне.

К сожалению, за водой для каждого пришлось ходить отдельно, канохи мылись, совершенно не стесняясь меня или товарищей, а я, всё ещё в знак извинения, подогревал им воду. Впрочем, в их сумках оказалась сменная одежда, и, когда под моим ярким люменом канохи более-менее привели себя в порядок, они смогли одеться и даже приблизились к огню. Способность двигаться, пусть и не слишком далеко, меня порадовала.

Ещё канохи расспрашивали, кто я такой, и что произошло. Видать, каким бы слабым ни было воздействие, его исчезновение почувствовали все, вплоть до дальних берегов северного Аздахара. Скрывать мне нечего, так что рассказал всё, как оно и случилось. Канохи после этого долго молчали, но всё-таки смогли прийти в себя, и один даже выразил сомнение в моих словах.

– Не хочешь, не верь, – пожал я плечами, двигая угольки разожжённого костра палочкой, где собирался готовить уже нормальную пищу. Повар напихал не только солёного мяса, но и сырого, так что я вовсе не зря заморозил его.

Разумеется, группа вскоре узнала меня, но только в этот момент самый младший сказал то, о чём все думали:

– Это ты нас связал?

– Угу, – промычал я, после чего они со старшим начали спорить, правильно ли я сделал. Возможно, слова они подбирали не самые культурные, а порою и вовсе матершиные, в рамках местного языка, но в итоге каждый остался при своём. Не желая драться, они лишь отвернулись друг от друга, и мне почему-то показалось, что такие перепалки в их группе уже случались.

Сон меня забрал уже глубокой ночью, когда из неспящих остался лишь один – старший их группы. Мы, вроде даже со всеми познакомились, но их имена я, как обычно, не запомнил.

* * *

Утро выдалось спокойным, и, так как меня канохи будить не осмелились, я проснулся бодрым. Сами они тоже стали похожи на живых существ и уже без моей помощи могли ходить туда, куда вздумается. Собственно, двое как раз возвращались от ручья, где, судя по мокрым лицам, умывались.

Сегодня обошлось без споров канох с канохом, но я всё равно оставался в напряжённом ожидании – не в этот момент, так в следующий. Кроме того, они же теперь и подраться могут.

После завтрака мы начали собираться в обратный путь. Сумка после этого изрядно исхудала, и я вздохнул с облегчением. Однако, старший группы сказал, что идти пешком с такими запасами и при таком истощении нельзя. С ним, к моему удивлению, довольно легко согласились остальные

– Допустим? Есть идеи?

– Есть хируши. Мы оставили их выше по ручью, ты не видел?

– Э-э, нет. – На ум почему-то сразу пришли существа, похожие на змей, но само слово переводилось, как вихрь. – Может, сбежали?

– Можно вместе поискать, – сказал младший из канохов, и никто не стал спорить.

Остальные нехотя повставали, и мы отправились по уже проторенной тропинке к ручью. Что ж, похоже, эти канохи уже почти отошли от влияния сфер. Однако, как водится, на месте мы, конечно же, никого не нашли. Группа растерянно вертела головами, а я решил, что, возможно, искать нужно по-другому, и использовал Источное Зрение.

– Странно, – пробормотал я, оглянувшись вокруг. Канохи будто бы даже и не заметили этого.

Подойдя к старшему, я дождался, когда он договорит с озадаченным младшим, и сказал:

– В той стороне сильные воздушные потоки. Может, эти ваши хируши?

В ответ он лишь пожал плечами и пошёл следом за мной. Остальные решили подождать, хотя идти тут шагов сто пятьдесят.

– Ты потоки чувствуешь? – спросил канох.

– Магия, – коротко пояснил я. – Небольшой подарок от одного яла.

Он многозначительно хмыкнул и отвернулся. По мере нашего приближения я заметил впереди какие-то странные образования на земле – что-то вроде маленьких прудов, но каких-то необычных. Они блестели в лучах утреннего солнца и одновременно с погружением поглощали свет, от чего казались бездонными. Именно от них во все стороны и расходилось желтоватое свечение, которое я заметил в ИЗ. Вблизи я уже мог увидеть, как оно разделяется на множество гибких лучей, колышимых порывами ветра, и извивающихся, будто тысячи щупалец гигантского осьминога.

В какой-то момент воздух натурально дрогнул, и я остановился – мы зашли на их территорию. Однако, канох и бровью не шевельнул. Похоже, в этих прудах и обитали хируши. Хотя, нет. Один из них – пруд – забурлил и начал принимать форму довольно длинного змея, покрытого короткой сглаженной шерстью. Одновременно с этим хируш поднимался в воздух, хотя никаких ног или крыльев существо не имело.

– Фура, не бойся. Это они, – как-то приглушённо сказал старший группы.

– Ага. – В этот самый момент у меня в голове соединялся образ того, что смутно помнил Готлод и того, что я увидел на самом деле. – К этому вообще привыкнуть можно? – спросил я, стоя столбом и наблюдая, как остальные четыре пруда превращаются в таких же длинных змей. Казалось, с их активностью даже ветер вокруг поднялся. – Остальных пойду приведу.

Канох будто бы и не услышал моих последних фраз, а я попятился обратно, не выпуская змей из виду. Что же это такое? Одних рептилий боюсь, а у других буквально на лапе готов спать? Быть может, дело в разумности?

– Группа – подъём! – скомандовал я расположившимся канохам.

Некоторые даже успели открыть сумки и что-то там искали. Услышав мой голос, они заворчали, но закрыли припасы и поднялись на ноги. Недовольства не выказал только один канох, он и до этого не проронил ни слова. Дошло даже до того, что во время знакомства его представил другой канох, но в тот раз я об этом как-то не задумался.

Как только мы подошли, скакуны полетели к своим хозяевам и обвились вокруг них, словно маленькие смерчи. Это выглядело пугающе, я до последнего не мог поверить, что так быть и должно. Каждый канох кроме того молчаливого взлетел вверх и как бы уселся прямо на воздухе, будто в кресле. Изо всех сил я старался, чтобы на моём собственном лице не появилось даже малого намёка на удивление, а канохи продолжали летать над землёй, очень напоминающие космонавтов на МКС. Челюсть у меня теперь держалась на честном слове от того, чтобы не упасть на землю. Ладно, видимо, раскрыть её придётся, но для другого.

– Что? – спросил я, видя, как единственный канох, оставшийся на своих двоих, смотрит на меня и почти ухмыляется. – Могу я бояться того, что не понимаю?

– Ты раньше их видел?

– Краем, – неуверенно ответил я. Вроде, и не соврал, но и правдой это являлось сомнительной. – С рептилиями у меня сложно.

– Хм-м. – Он задумчиво посмотрел на змей, будто считая их. – Хирушей хватит только на нас.

– Э-эх, – протянул я, понимая, на что он намекает. – И никто не уступит?

– Можно дикого попробовать выловить. – Конечно, он не обратил внимания на риторический вопрос.

– Что для этого нужно?

– В этом тоже проблема. Мы «Летуны», а не ловцы, манок нужен. К тому же, его придётся объезжать, они же по-нашему не говорят.

Чтобы понять, что имеет ввиду канох, я незаметно влез в его мысли и «услышал» звук этого самого манка. В теории его мог воспроизвести даже мой плеер. Оказалось, канох мне достался знающий, и более того, хируши обитают почти на всей территории Аздахара, кроме долины Анитос и болот на западе. Для обычного взгляда они довольно скрытные, но и я, пока шёл к Игушоду, не слишком заглядывался с помощью ИЗ, способного их обнаружить. Впрочем, дело не только в окрасе – ночью чёрных змей заметить, конечно, невозможно, но днём они обитают на высоте тридцати метров над землёй. Ползая своими… чем бы то ни было по макушкам деревьев, хируши, благодаря большому распределению веса способны не повредить даже молодому дереву. Но это дикие, а те, которые вокруг нас, уже привыкли ползать по земле и почти не подниматься вверх.

Каждый такой воздушный скакун в королевстве являлся очень ценной единицей. Мало того, что скорость их довольно высока, молодые особи чрезвычайно грузоподъёмные. Вас-Икт использовал их, чтобы передавать приказы и отправлять одного-двух канохов с дальних краёв континента к кораблям для нападений. Впрочем, таким транспортом мог обладать не каждый офицер, не говоря уже о рядовом составе. Вполне может быть, что вокруг находится канохская элита, будь то воины не ниже телли, или даже королевские гонцы. Что-то об этом я спросить и не удосужился, а сидеть в разуме дальше и искать подробности, рискуя быть раскрытым, не стал.

Пауза несколько затянулась, я, как и канох, задумчиво смотрели на вихрей. Однако, вскоре мне в голову пришла интересная идея. Даже две.

– Знаешь, манок-то есть, да и способы общения есть.

– А? – канох только и успел, что издать такой звук, так как я быстро сложил все самые тяжёлые вещи у одного из деревьев и, выбрав ветку, начал на него залазить.

Вскоре подо мной стало чуть больше пятнадцати метров, и я оглянул поляну, где хируши вертели каждый своим канохом в воздухе. Выглядело это забавно, они болтались в воздухе, как марионетки на невидимых ниточках. Ещё забавнее, что, в общем-то, так оно и есть. Один из группы, впрочем, спустился и немного отошёл от группы. Чем он там занимается, меня мало волновало, зато я смог наблюдать разбуженного скакуна без хозяина. Его скучающий хируш обвился вокруг ствола дерева, повесив хвост на ветку. Из-за него листва вокруг беспрестанно шелестела.

Наверху, на более-менее крепкой ветке я ухватился покрепче и создал в глазах линзы Источного Зрения, после чего начал медленно вертеть головой, регулируя кратность вдаль. Хоть картинка и получалась размытой, я знал, что искал. Хватило бы даже размытого силуэта. К сожалению, никаких особо ярких скоплений воздушной или жизненной энергии наверху я не нашёл.

«Смотри, не свались», – неожиданно мысленно сказал Горпас, от чего я дёрнулся и покачнулся на ветке. Внутри всё сжалось от страха, но я смог успокоить дыхание.

«Вот именно в этот самый момент, не иначе!»

«Прости, не подумал. Ты как? Ничего не случилось?»

«Откуда такой пессимизм?» – возмутился я.

«Ты до жути невезучий, братик!» – выдал он, из-за чего я раскрыл рот. И ведь нельзя сказать, что он не прав.

«Ну тебя!» – притворно обиделся я, не найдя, что ответить.

«Давай, не скучай там!»

«И не подумаю!» – ответил я весело и закрыл линию.

Приготовив плеер, я взялся вести звуководы от наушников и подал мысль. Чтобы не лишиться слуха, первый прогон я решил сделать на пониженной громкости. «Крякнуло» хорошо, натурально, несмотря на, казалось бы, дешёвые наушники. Теперь оставалось только подать побольше сил и…

«Кр-р-р-ря!!!» – раздалось на всю округу. В ушах от этого запищало, а по листве вокруг будто бы даже волны разошлись. У самой земли зашевелились и хируши, но хозяева смогли их как-то успокоить. Теперь осталось только ждать и, если никто не появится, заводить манок снова.

Спустя несколько минут, когда я уже почти сдался и снова полез за наушниками, решил напоследок ещё раз пройтись по округе с помощью ИЗ. На востоке никого не оказалось, но с запада ко мне приближался яркий пучок жёлтого свечения – точно такой же, какой создавали хируши внизу. Только у этого, казалось, нитей раза в полтора больше, чем у одомашненных.

Хируш медленно и осторожно приближался. Странно, с такого расстояния должен бы уже заметить, но он даже не оглядывался по сторонам.

Осталось только привлечь его внимание, но на этот раз громкость лучше поубавить. Заперев немного сил, я всё-таки достал наушники, но в какой-то момент, пытаясь распутать их, неловко ухватился и на мгновение утратил контроль над магией. Звуководы до этого я уже выстроил, и, видимо, из-за этого «кряк» таки прозвучал, заставив меня вздрогнуть.

«Слишком рано!» – подумал я сквозь зубы.

Вихрь направил на звук морду и со страшной скоростью помчался ко мне. Только на вытянутых нитях он замедлился и затаился, думая, что я его не вижу. Видать, ими он что-то чувствует – рельеф, не похожий на обычные ветки деревьев, или, скорее всего, тепло моего и без того разгорячённого тела, сложно сказать наверняка.

«Мяско ещё нужно заслужить, гад летучий», – подумал я и увернулся от атаки. Хируш пролетел у меня под рукой, и, пока его шерстистое тело не закончилось, я сжал мускулы, будто пытаюсь взять его на удушающий, но поймал только кончик хвоста, который очень скоро ускользнул. Чешуёй на спине мне даже немного ободрало бок.

Змей несколько озадачился поведением потенциальной добычи и поднялся чуть вверх. Должно быть, хочет изучить меня и напасть по-другому.

Вскоре случилась вторая атака – как раз в тот самый момент я отвлёкся на мелькнувшего внизу каноха и едва не подставил под зубы зверя шею. А зубы-то у него были что надо, не змеиные, а вполне себе акульи, только стоящие в ряд. К слову, его окрас отличался от хирушей снизу. Если домашние имели чёрный мех с капелькой шоколадного оттенка, то шкура этого переходила от…

– Чтоб тебя! – уже вслух бросил я, засмотревшись на охотника. – Чёрт, и впрямь веду себя, как добыча.

Мне в голову вскоре пришла светлая мысль, что пора бы уже самому атаковать. В следующее мгновение, когда почувствовал, что ногам становится неестественно легко, произнёс небольшое условие. На длинное у меня бы времени не хватило. Хируш неожиданно для себя встретился мордой с воздушным препятствием прямо надо мной и остановился. К счастью, силу я рассчитал так, чтобы не покалечить беднягу, но кое-в чём я всё-таки ошибся – в этот самый момент он благополучно падал на меня.

Разумеется, ветка под ногами треснула – змей, как оказалось, довольно тяжёлый – и мы полетели вниз, собирая нижние ветки и сучки. Каким-то чудом я успел затормозить своё падение руками, и на землю упал уже с трёх метров, но и то, попал животом на корень, от чего прихватило дыхание. Кроме того, мне на спину дообвалились остатки хвоста хируша.

Пытаясь ухватить хотя бы глоток воздуха ртом, я бессильно оглядывался вокруг. На нас уставились пять пар канохских глаз и столько же хирушей.

– Воды, – просипел я, восстанавливая функцию диафрагмы и отталкивая тяжёлое тело с себя. Не хотелось бы, чтобы хозяйские скакуны вдруг подумали, что сами могут оседлать канохов. Хотя, я бы посмотрел на такое зрелище.

Ствол позади, с которого я грохнулся, стал моей спине временной опорой и вскоре мне таки принесли открытую флягу. Моя ёмкость для жидкости находилась вне досягаемости протянутой руки, а встать и подойти я не мог. Глоток, затем второй, и ком в горле начал исчезать. Закрыв глаза, я положил голову на кору и глубоко вздохнул.

– Ты как? – участливо поинтересовался молчаливый канох.

– Живой, – тяжело ответил я, осматриваясь. К счастью, вещи, которые я положил совсем рядом, не пострадали. Ну, разве что, морда хируша теперь лежит на колчане.

Ревизия тела открыла мне одну не самую приятную новость – в падении я сильно ударился рукой, но боль ощутил только в этот момент. Чуть ниже локтя правой руки на тыльной стороне пока ещё красным сверкал ушиб, но взболел он так, что казалось, будто я сломал конечность. Не то, что поднимать, даже просто двигать рукой не хотелось. Впрочем, оставлять всё как есть, мне не хотелось, благо сумка лежала по левую сторону. Левой же рукой я смог достать от туда кусок холодного мяса, который приложил к опухающему месту.

– Красавец, – протянул я, рассматривая пойманного змея, который, вопреки моим ожиданиям не спешил превращаться в пруд. Он тяжело дышал, но жизнь внутри не покидала двухметровое тело. – Ток, паразит, сожрать хотел.

– В голодный день они и на разумных могут охотиться, – ответил канох, усмехнувшись. Он тоже не мог оторвать взгляда от хируша и внимательно его изучал. – Молодой, но это даже хорошо.

А посмотреть и впрямь есть на что: угольно-чёрная голова, плавно перетекающая в пепельное тело по форме и по цвету, а кончик хвоста – кремово-белый. Да уж, ни один из присутствующих вокруг не мог похвастаться такой расцветкой.

К слову, я не ошибся, когда подумал, что у него на спине чешуя – она шла тоненькой лентой почти до самого кончика хвоста и повторяла общую расцветку, хотя, в отличие от шерсти, совершенно не блестела. Формы чешуек отличались от того, что я видел на Горпасе. Если дракон мог похвастаться круглыми пластинами, то у хируша они треугольные и более рельефные, от чего я и ободрался. Тронув одну такую пальцем, я удивился – на ощупь она оказалась довольно эластичной, будто бы резиновой, хотя форму держала.

– Где твой манок? – спросил канох, ранее казавшийся мне молчаливым. Похоже, с появлением нового хируша он преобразился.

Сунув левую руку в правый карман, я достал от туда чудом уцелевшую электронику и повертел ей.

– Это называется плеер, – сказал я, не найдя достойной замены на их языке. – Ай! Умх-х. – Неосторожное движение ушибленной рукой отдалось болью.

– Рука?

– Рука, – ответил я, разворачиваясь корпусом к хирушу. – Ху-ух, а теперь не отвлекай.

Подняв левую над телом, я произнёс общее живительное условие и, дождавшись, когда зверь из обморока перейдёт в сон, протянул к нему свой разум.

Мне ещё не доводилось связываться вот так с животными, и я даже отдалённо не представлял, что меня там ждёт, поэтому решил вести себя как можно более осторожно. Из-за опасения, что разум хируша может быть повреждён моим более сильным, я поставил рамки, через которые можно провести лишь несложные образы. Впрочем, только ими я и собирался общаться. Спасибо Горпасу, сколько бы он со мной ни говорил, всегда приходилось мыслить таким образом, и я здорово натренировался. Кстати, похоже я теперь понимал, как он чувствует себя, общаясь со мной.

К сожалению, сколько бы я ни старался, проникнуть в чужой мозг не получалось. В какой-то момент я даже свернул не туда и вместо разума случайно коснулся дымка во вместилище знакомой формы. Он будто бы и не заметил этого, а я поспешил удалиться и дождаться, когда хируш проснётся. Бодрствующий разум иногда податливее.

Вскоре, устав ждать, канохи снова разбили лагерь и снова же полезли по сумкам в поисках еды. Так как мой кусок мяса больше не мог нормально охлаждать, я положил его рядом и почти даже забыл. А меж тем хвост хируша дёрнулся, и я вздрогнул. Не хотелось бы повторять бой с ним, пусть даже и на земле. Однако, у меня появилась неплохая идея.

Змей медленно приподнял голову и принюхался. Вокруг снова подуло несильным ветром, а его морда уже искала заветный кусок. В тот же момент я снова попытался связаться с ним мысленно, и на этот раз получилось. Закрыв глаза, я увидел небольшой сгусток дыма, казалось бы, не меняющий свою форму, и произнёс первый приветственный образ.

«Кто? Что?» – поверхность завибрировала. Похоже, признак страха.

«Тише, тише, я друг. Не хочу тебе вредить».

«Я. Страшно», – ответил он.

«Успокойся. Мне нужна помощь».

«Странная добыча. Ты? – Похоже, он догадывался, с кем общается. – Я. Больно».

Мы пытались общаться ещё какое-то время, и вибрация дымка превратилась в спокойное покачивание, будто на ветру, хотя я не мог однозначно сказать, дул там ветер или нет.

«Ты кушать хочешь?»

«Я. Голодно».

«Могу поделиться. Мясо. Красное». – Мне в какой-то момент получилось достичь его уровня понимания и говорить так, чтобы он не переспрашивал. Однако всё равно я напрягал мозги, чтобы выстроить следующий набор образов.

«Ты? Голодно? Будешь?»

«Есть мясо. – Не хотелось объяснять ему концепцию чисел, особенно таким способом. поэтому я выкрутился: – Ещё мясо».

«Ты – я – мясо? Я – ты – что?» – А вот это меня удивило. Зверь, похоже, знал концепцию бартера.

«Друг. Отнеси меня налево от пути звезды».

Он думал долго, в этот момент дымок даже замер на несколько секунд, но потом снова закачался, и я уже обычным слухом услышал урчание. Сложно сказать, понял он меня или нет, но, когда я открыл глаза, увидел, заинтересованную морду прямо у своих рук. Кусок мяса отправился по назначению – хищный пугающий оскал хируша быстро схватил кусок из моих рук, но не навредил. Он облизнулся своим языком шириной с мою ладонь, тряхнул головой и начал подниматься вверх. Что-то внутри меня заставило похватать все свои вещи здоровой рукой, пока не стало поздно, а канохи заметили, как я поднимаюсь, за мгновение до того, как меня с нарастающей скоростью понесёт в то самое налево.

* * *

Доставало одной только мысли, куда лететь, и вихрь сразу доворачивал в правильном направлении. Карта мне давно стала не нужна, особенно когда мы вылетели из лент лесов. Скорость хируш развил потрясающую, и канохи скрылись далеко позади. Похоже, им придётся догонять меня, а не наоборот. Да, на мгновение я увидел их над макушками деревьев, парящих в воздухе, но их хируши отчего-то не могли развить ту же скорость, что и мой.

«Хорошо, тут ограничений по скорости нет», – подумал я весело.

Впрочем, обогатить королевскую казну штрафами за превышение я всё равно бы не смог – все мои номины у одного яла с пронзительным взглядом и широкими плечами.

Несмотря на скорость, о которой мог догадываться только по проносящимся под нами редким кустам, я совсем не чувствовал её. Закрой глаза, и я бы оказался, как во сне, в невесомости. Звуки ветра, да и вообще всего тоже пропали – до меня доносился лишь сильно приглушённый гул, будто я под водой, а не в воздухе, но одновременно я мог свободно дышать. В голове заиграла мелодия, которую на концерте исполнял Дариуль. Она давала ещё большее ощущение полёта, и в душе это чувство неожиданно откликнулось теплом, быстро сменившимся тоской. Стало даже как-то грустно, и дышать стало тяжелее.

«Проклятие!» – неожиданно прозвучал в голове голос Горпаса. От него я очнулся и повертел головой.

«Что случилось?»

«Я… Прости, я так». – Будь рядом, уверен, он бы отвёл взгляд. Что случилось, почему он вдруг так ворвался, я так и не узнал, да и не пытался, наслаждаясь пейзажем проносящихся деревьев и горизонтом, на котором уже появлялись смутные бугорки, напоминающие очертания стены. Их я разглядел, лишь прищурившись.

«Знаешь, – решил я разбавить разговор, – тебя здесь не хватает».