Текст книги "Имя души (СИ)"

Автор книги: Сергей Ковшов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 32 страниц)

Роулл рассказал, что мета Тнеллов – это знак, что когда-то я очень сильно навредил Тнеллам и стал весьма опасен для них. А такая сумма легко может уйти на ремонт корабля. Кроме того, по традиции я должен бы разделить полученные деньги между всей командой.

– Тогда у нас проблемы, – усмехнулся я. – Корабль больше не мой и команда уже избрала нового капитана.

– Ты как будто не рад, – сказал Роулл.

– А ты скажи, – процедил я сквозь зубы, остановившись прямо на дороге, – этот металл вернёт нам Халуна?

– Прости, не думай, что я забыл про это. Халун однажды вылечил меня от бáхры. Не буду вдаваться в подробности, но я бы умер. Он всегда готов был прийти на помощь, кто бы о ней ни просил.

Мне оказалось нечего ответить, и мы пошли дальше. Только спустя минуту Роулл заметил, что мы не просто прогуливаемся по городу, а куда-то идём. На его вопрос я ответил, что в дорогу было бы неплохо переодеться, да вымыться, хоть я и успел искупаться в море с драконом. Как и прежде, волосы после такого неприятно кололись, и я уже подумывал состричь их. Роулл немного подумал и сказал, что вымыться будет дешевле, хотя с моим нынешним состоянием я мог бы позволить себе обе услуги.

– Ага, и красивеньким прямо в гроб, – пробубнил я, всё ещё памятуя, что за мной идёт охота Тнеллов и тех, кто вскоре узнает, сколько у меня при себе номинов. В добропорядочность государственного механизма Норгдуса мне не сильно верилось.

Вскоре я увидел приглашающую лестницу и низенькую деревянную дверь, рельеф на которой ничуть не изменился. Роулл, увидев её, понял, что дом принадлежит марну, решил отойти в сторонку, дабы не напрягать хозяина, а я подошёл, постучался и принялся ждать. В рельефе двери, как и в прошлый раз, образовался проём, и в него посмотрели внимательные глаза старого марна. Как-то мудрить с приветствием я не хотел, поэтому просто поздоровался и попросил разрешения войти.

* * *

Внутри я пробыл минут двадцать, заплатил сколько-то монет и вышел уже в новом. Мне на этот раз не понадобился только пояс и сумка, а визит в пошивную как-то даже и в памяти не отложился.

– Сначала бы помылся, – сказал Роулл, осмотрев мой походный костюм, почти неотличимый от того, что я заказывал в прошлый раз. – А то надел на грязное тело.

– Помнится, здесь речка протекает, – произнёс я задумчиво. – Как же её…?

– Карфика, – напомнил ял, – Воду и в корчме подадут, а нам бы на нижнюю улицу.

– Зачем?

– В представительство. Я не готовился к скорейшему отходу.

И мы отправились на юго-восток, по самой тихой улице. Похоже, здесь расположился спальный район города. Дома с большими окнами на улицу, закрытые лишь шторами, говорили о том, что шума Нижняя улица не знала. Более того, здесь будто бы и переулки не такие страшные. Даром, что открытые. Люди в них сидели в беседках и негромко о чём-то разговаривали, нередко держа в руках кружки с известным напитком.

Вскоре показался дом, сильно выделяющийся как своим собственным видом, так и окружением. Он отличался от остальных довольно богатой отделкой – белым камнем с вырезанными в нём рельефными веточками, огибающими окна, и листочками на концах, упирающимися в черепичную крышу. Ствол же воображаемого дерева как бы разделялся надвое, создавая свод, под которым находилась металлическая дверь. Людей здесь богато разбавило ялами, среди которых я заметил даже военных. Те, впрочем, стояли у входа и охраняли. Роулл туда и направился, а я неуверенно последовал за ним. Мастер представился и представил меня вымышленным именем, а я молча стоял и пытался не подать виду, что нервничаю. Плохо, как оказалось, пытался.

– Ты будто бы ялов ни разу не видел, – усмехнулся он, лишь мельком глянув на меня.

– Знаешь, будь мы в Илибезе, я бы чувствовал себя спокойнее, – ответил я, но под его устную ответственность переступил через порог.

Внутри здание выглядело ничуть не хуже. Несмотря на относительно скромные размеры снаружи, внутри оно казалось немного больше. Никакой Живой Листвы, которую я ожидал здесь увидеть, не было, но множество горшков с цветами, развешенные на стенах и под потолком, создавали такое впечатление, что я зашёл в лес. Среди зелени так же висело множество фонарей – люменов, так как небольшие окна вряд ли справились бы с освещением такого большого зала.

Ялы вокруг все куда-то спешили, и будь я не таким расторопным, как есть, тут же попал бы под ноги одному из них. Они даже не смотрели по сторонам, однако ловко огибали некоторых особенно крупных представителей расы, выполняющих роль охраны.

«Ни одного человека», – подумал я, следуя за Роуллом, который дорогу, похоже, знал прекрасно.

Мы очень скоро оказались у одной двери с вертикальной табличкой, на которой что-то написали местным языком. Роулл постучался, но, не дождавшись разрешения, вошёл, и я вслед за ним.

Внутри нас встретил какой-то довольно щуплый ял с неприметной внешностью, который спросил нас, по какому вопросу, и Роулл ответил, что делает запрос на срочную выдачу двойного рациона до Илибеза. Ял коротко посмотрел на меня, потом вернул взгляд на Роулла, попросил назвать имя, ярлык и после недолгого царапанья бумаги под диктовку, протянул её ялу.

В общем, выходили мы уставшие, нагруженные, но готовые в путь. Солнце меж тем подсказало, что наступал вечер, и Роулл на мой незаданный вопрос ответил, что до ночи у нас есть время ещё прогуляться по городу. Затем в корчму, где нас накормят, дадут бадью, и с утра – в путь. Быстрее выйдем – быстрее дойдём. Тогда я выразил желание узнать, где живёт Видим. Неохотно, но ял согласился показать мне дорогу.

Если Роулл не ошибался, Видим жил на той же улице Норгдуса, где работал Намух, и находилась Ложка. Буквально в середине улицы мы остановились, и Роулл, указав мне на дверь одного из домов, остался стоять на противоположной стороне дороги. Впрочем, постучавшись, я не дождался ответа, а повторный стук не дал никаких новых результатов.

Говорить ялу, что ему повезло, я не видел большого смысла, да он и сам это понимал. Облегчённое лицо сказало все вместо слов. Мы молча пошли в «Ложку», где ял заказал себе комнату с бадьёй воды и, получив ключ, ушёл наверх. Наливающий искоса посмотрел на меня, видимо, вспомнил, кто про «Сеть» расспрашивал, но на этот раз выгонять не стал. Последовав примеру мастера, я тоже заказал себе комнату с бадьёй воды и, оплатив, пошёл наверх.

* * *

Утро встретило меня довольно рано, и я ещё какое-то время сидел на кровати, пытаясь вспомнить сон. Судя по ощущениям, он оказался интересным и ярким, хотя я так ничего и не вспомнил. Зато мне вспомнилось, что мы вчера с Роуллом договорились встретиться в общем зале, и, несмотря на рань, я назначенный час проспал. Быстро одевшись и нацепив на себя всё оружие, я едва ли не кубарем скатился с лестницы и принялся искать мастера взглядом. Он нашёлся довольно скоро, увидел меня и кивнул, чтобы я подсел к нему. Его ожидания я не оправдал, сразу же повернув в сторону уборной, но уже после неё, отряхивая влажные от воды руки, пошёл к ялу. Мне уже стояла порция, кою я до сего момента не заметил, и она уже успела остыть. Одновременно разогревая её магией, я спросил, не разогреть ли еду ялу, и он ответил отрицательно.

– Ну, не передумал?

– Нет. Ешь, и пойдём, – отчего-то строго ответил он.

– Что такой хмурый?

– Не спал, – отрезал он ещё более враждебно, и я решил пока отстать от яла.

После еды мы пошли по северной улице Норгдуса, и ял сказал, что ближе всего будет идти, как мы в прошлый раз собирались – по побережью. Воды мы взяли немало, но её хватит до ближайшего чистого ручья, где можно будет и наполнить запасы и освежиться, если солнце, озарившее небо с самого утра, не вздумает спрятаться за облаками.

Шагая по Норгдусу, я заметил за собой, что с интересом разглядываю некоторые дома. Не сказать, что вокруг стояли одни шедевры наподобие ялийского посольства, но попадались иногда довольно любопытные постройки. Например, если бы не знал точно, то подумал бы, что очередной двухэтажный каменный дом спёрт откуда-то из русской глубинки, до куда технологии дошли с большим опозданием, но таки дошли. Другие же дома украсили так, будто там праздновали свадьбу – разноцветные в меру яркие шторы с кружевами и оборками были вынесены на улицу, ручки начищены до слепящего металлического блеска, ветки деревьев в палисадах обвиты цветными ленточками.

Проходя и рассматривая всё вокруг, я вдохновлялся самыми разнообразными зданиями, и уже готов был вынести на чужой суд свою собственную задумку, но вскоре меня отвлёк зазывала, дерущий горло зычным голосом. Из-за множества металлических пластинок, начищенных до блеска человек становился натуральным бельмом в глазу и в купе с громким голосом заставлял невольно смотреть на него. Он сочно приглашал посетить какие-то бои, а рядом с ним стоял ещё один человек, одетый поскромнее и собирающий ставки.

«Снимаю шляпу, – подумал я, почти завлечённый рекламой. – Но не сегодня».

Мы вскоре дошли до ворот, где прошли мимо стражников и взяли круто влево, чтобы сразу оказаться на берегу.

Глава 7
Дань зверю

Шум моря слева неожиданно прервал Роулл, решивший к вечеру первого дня путешествия поделиться тем, что его тревожит. Три дня назад был атакован Илибез, и его правитель – лорд Диданий серьёзно пострадал.

– … Что? – недоумённо спросил я, вспомнив что с одной стороны Илибезе вообще-то находится Живая Стена с сотнями лучников, а с другой лес Светлый, который не так-то просто пересечь большим отрядом. Да даже если и так, противнику пришлось бы проходить в довольно узком месте обрыва, разделяющего город пополам, не говоря уже о патрулях. – Они с неба что ли свалились?

– Ты догадливый, – ответил Роулл совершенно серьёзно. – Это был дракон.

– Постой, а как же гонцы так успели? – спросил я, примерно посчитав про себя. – До туда даже галопом не меньше пяти дней.

– Тот дракон сам вчера пролетел над посольством и рассказал об этом, – пояснил Роулл и сквозь зубы добавил: – Демон с крыльями.

– Это случайно не тот сине-зелёный?

– Между прочим, ты тоже говорил про… – Он не заметил моего вопроса.

– Горпас чёрный и не такой большой, – перебил я яла, чтобы он не придумал себе чего. – А с этим не только Илибез столкнулся, но и мы по пути.

– Прости, я не хотел думать на него. Это совпадение, только и всего.

Мы ещё немного поговорили о случившемся, а когда я поделился с Роуллом своими опасениями, ял ответил, что шансы на это небольшие. Более того, мы оба прекрасно стреляем и сможем отпугнуть дракона. Тогда я пессимистично подумал, что чешую стрелы вряд ли пробьют, но тут мне уже ответил другой голос – мысленный, заставивший вздрогнуть и оглянуться:

«Драконы тоже живые, Дрэ, а его огня не бойся, ты же смог отправить его обратно».

Впрочем, даже имея половинные шансы на победу, я не хотел бы с ним сталкиваться.

Вскоре наступила ночь, и мы устроились на уже знакомом месте между каменистым берегом и подлеском, где раненный марн встал на ноги.

– Кстати о драконах. Их же было много, так? – спросил я, пока мы устраивались на ужин и готовили старые места к отдыху.

– До Красного Века в Давурионе было две большие империи драконов, – ответил Роулл. – Но канохи уничтожили большинство гнёзд и изгнали марнов под землю…

Поразительно, но на этот раз история Давуриона, под которую я всегда довольно быстро засыпал, заставила меня слушать до конца. Если кратко, Красный Век – это война, в которой марны, тогда ещё наиболее сильная раса Давуриона, сдерживали свои позиции, но в итоге ушли далеко на юг, где скрылись под землёй на две сотни оборотов. Вернувшись, они обнаружили, что их былые города заняты людьми и начали искать себе новый дом. Сначала им стал Плаишкор – разорённое канохами гнездо драконов, а после они нашли ещё одно.

«Прямо на костях наших врагов», – неожиданно прозвучало у меня в голове голосом Горпаса, когда Роулл дошёл в своём рассказе до Коношена. И я так и не понял, сказал он это брезгливо или же насмешливо.

Оставив его комментарий без ответа, я продолжил слушать Роулла. Тот уже начинал заводить немного не туда, размышляя, что ялы могли бы и сами вернуть себе много земель, но они уже успели крепко обосноваться в лесах за Стеной. Ошмётки, разбросанные по марнским землям, им стали не нужны. Кроме того, марны, загнав ялов за тогда ещё Просто Стену, оказали им большую услугу – подарили просто великолепнейшую природную крепость – большой обрыв, который только и делай, что защищай в одном единственном месте.

– Эх, – вздохнул Роулл. – Научись ты, наконец, читать!

– На тебя мне номинов хватит? – спросил я, хлопнув по сумке, откуда раздался звон аргенов.

– Э… нет.

– Тогда продолжай рассказывать. У тебя хорошо получается.

Неожиданно откуда-то издалека раздался звук какого-то громкого существа.

– Аргулы, – сказал Роулл, поведя ухом в ту сторону. – Ночью нужен дежурный.

– Тогда ложись, – сказал я с явным исследовательским азартом. Какой день уже хочу повторить один опыт, а всё никак костра рядом не найду.

Ял не возражал. Как обычно, я сделал огонь ослабленным, закрыл глаза и представил себя им, в точности припомнив, что ощущал в первый раз с одним маленьким отличием. В прошлый раз я натурально спал, а в этот не мог позволить себе такую роскошь. Заснуть в карауле в иных местах хуже предательства, так что вскоре я просто забросил попытки связаться с костром и открыл глаза. Зато пришла мысль, что когда заступит ял, мне удастся всё-таки что-то и сделать. К сожалению, что-то навязчиво подсказывало мне, что одного только желания для этого недостаточно.

Ночью воздух дул к морю, и из-за этого деревья вокруг шумели, завывая, от чего холодел разум. Видимо, из-за этих звуков ял не мог заснуть и продолжал ворочаться в поисках удобного положения.

– Роулл, я могу тебя усыпить, – сказал я вслух, когда моё терпение лопнуло. – Иначе ты завтра вообще разбитый будешь.

– Добро, – сдался он, глядя на звёзды. – Можешь не сдерживаться, это единственное условие, которое действует на меня нормально.

– Somnum, – произнёс я, чуть напрягшись, и ял, наконец, успокоился, так и оставшись лежать на спине.

Условие, которое можно было использовать для остановки ветра и дождя в небольшой дистанции, я пока не использовал, да и ветер в той ложбинке, где мы устроились, почти не касался нас, лишь освежая воздух вокруг.

Вскоре я смог привыкнуть к периодическим звукам воя, и он больше не пугал меня, хотя частенько я оглядывался к чаще, выискивая там с помощью СНДВ каких-нибудь тварей. Они пока бегали слишком далеко, чтобы я мог их увидеть, но ночные звуки отчего-то казались опасно близкими. Казалось, кто бы то ни был, он готов напасть в любую минуту, но я держал себя в руках.

Чтобы хоть немного отвлечься от окружающих звуков, я вынул «Каплю» и всмотрелся в её рисунок. Она, как и прежде, слабо светилась голубоватым светом, чем-то похожим на излучение Черенкова, присущее ядерному реактору. К счастью, оно ни коим образом на мой организм не воздействовало, иначе лучевая болезнь давно бы проявила себя.

В какой-то момент линии на кинжале поплыли, затанцевали и, покинув остриё, улетели в небо, будто снаряды фейерверка. Но хлопка, искр или чего-то другого, связанного с огнём, не последовало. Пламя оставалось лишь у меня под ногами и быстро поднималось по телу. Оно не причиняло боли, но меня это и не удивило, ведь оно мне принадлежало. Принадлежало… было моим… моя Капля. Вот я и вернулся к кинжалу, а он уже парил в воздухе и не светился, как прежде. Чёрт!

Последнее слово было громко произнесено вслух, от чего ял тут же проснулся. Мне же оставалось только медленно офигевать, потому что одна капля лежала в моей руке, вторая, та которая не светилась, как обычно, летала прямо перед глазами.

– Андрей! – прошептал Роулл, заставив меня проснуться окончательно.

– Хась! Не спать! Не сплю! – встрепенулся я. Вторая «Капля» пропала.

– Тихо! – шикнул Роулл, когда я начал завывать, зевая в полный рот. – Кто-то в лесу.

Посмотрев с помощью СНДВ на ближайшие окрестности, я никого не заметил, но всё-таки напрягся.

– Я верно слышал, что рядом зверь, – сказал ял, натягивая тетиву на свой лук и вкладывая стрелу. – Жди здесь.

– Хорошо, – ответил я, провожая взглядом мастера, тихо шагающего в темноту леса. В этот момент у меня появилась идея:

«Тебе свет туда отправить?» – спросил я мысленно.

«Нет, я всё слышу».

Больше ял ничего мне мысленно не передал и скрылся в темноте. Вернув себе обычное зрение, я чуть отпустил костёр, чтобы он разгорелся посильнее, и стал ждать.

Неожиданно из леса до меня дошёл звук трения стрелы о плечо лука. Точно такой же я слышал, когда сам стрелял. Сразу за ним последовал щелчок и скулёж раненного животного. Он очень походил на волчий или собачий, но я не мог точно сказать, аргулы это или нет, потому что не видел и не слышал их раньше. После третьего и неутихающих звуков лап я отпустил костёр, схватил свой лук и побежал на помощь ялу.

«Примени магическое зрение и смотри на себя сверху», – посоветовал я мысленно.

«Я так не умею», – обломал ял.

«Тогда закрой глаза, попытаюсь ослепить их», – ответил я и через мгновение выкрикнул:

– Lumen solare!

Условие сработало именно так, как я задумывал – надо мной появилась звёздочка и ярчайшей вспышкой осветила всё вокруг. Казалось, вокруг даже потеплело. Сил я вложил столько, что даже через веки просветило.

– У тебя ещё десять ударов, – сказал я и начал обратный отсчёт. Такой фонарь я не мог держать слишком долго. – Девять, восемь, семь…

Когда счёт дошёл до трёх, Роулл громко сказал:

– Всё, больше никого!

Свет в тот же миг погас, и быстро привыкшие к нему глаза заполнила кромешная тьма. Однако, это оказался ещё не конец. По руке от плеча до кисти болезненно прошлись иголочки, после чего меня резко толкнуло в спину, сбив с ног. Дыхание от этого на какое-то время перехватило, но я отчётливо почувствовал когти и, честно говоря, испугался за свою спину.

Собрав все оставшиеся силы, я перевернулся и увидел, наконец, с кем дерусь. С волком. Точнее даже, с изрядно увеличенной его версией. Помимо размеров, тварь отличалась круглыми медвежьими ушами, закинутыми назад и массивной грудной клеткой с высоким горбом. Глаза его блестели, а большая зубастая пасть быстро приближалась к шее. Моя рука оказалась быстрее, но Жидкая Смерть, принявшая форму Капли, не прошила шкуру зверя. Это меня столе же озадачило, сколе и напугало.

Обратив внимание на яла, натягивающего лук, я не стал мешать ему, а только максимально ускорил пущенный им снаряд. Огромная тварь, получившая, ни много, ни мало, тяжёлую стрелу, разогнанную под скорость пули, дёрнулась к верху, а пока обмякшее тело не упало на меня, почти прокопав грунт пятками, я оттолкнулся ногами и избежал участи быть раздавленным.

– Вот теперь всё, – сказал я, тяжело вдыхая и выдыхая воздух. Пахло кровью, и я бы не стал загадывать, моей или нет. Дырки в спине от когтей начинали болеть, но я смог присесть и стянуть пропитанную красным походную рубаху. По ощущениям, пострадали лишь мягкие ткани, а рёбра остались на удивление целыми, но это ничуть не умаляло боли, от которой хоть на дерево лезь.

– Что со спиной? – спросил я хрипло, когда ял подбежал и посмотрел на результат того толчка. – Паршиво?

– На удивление не очень, хотя шрамы останутся.

– Помнишь ту горючую жидкость? – спросил я, с трудом принимая горизонтальное положение на животе.

– Хочешь ещё? – усмехнулся Роулл.

– Ни в коем случае! – ответил я, вспомнив, как обжёг пищевод. – Плесни на раны.

Роулл воспринял мои слова серьёзно и снова забренчал фляжкой на поясе, после чего я почувствовал обжигающие капли на спине. Ощущения, надо сказать, потрясающие, но я держался, чтобы не взвыть.

– Теперь чистой тканью вытри кровь и грязь, – процедил я сквозь зубы. – У-ух! Жилы не пробиты?

– Нет, – ответил Роулл сдавленно. – Как ты это терпишь?

– Не отвлекайся.

Снова незабываемые ощущения, но уже не такие яркие. Возможно, ещё чуть-чуть, и я вовсе перестану чувствовать боль. Однако Роулл в тот же миг опроверг эту идею, ткнув в одно место сильнее.

– Ай! Кх-хм, – выдохнул я. – Продолжай. Ну, что там с ненасилием? Животинок не жалко?

– Нет, – спокойно ответил ял, закончив со мной и закрепив слабым исцеляющим условием. – Они охотились на нас, я защищался. Сколе оборотов живу, это только второй раз, – усмехнулся он под конец.

– Между прочим, сколе тебе?

– Сто двадцать один. Я ещё молод, – ответил он, а я лишь усмехнулся. – Что? Сколе бегаю, столе же я и молод.

– Золотые слова. Можно буду цитировать?

– Лежи, не шевелись.

Роулл сходил до нашего изначального места, но вскоре вернулся с хворостом и одеялом, которым накрыл меня, заткнув его под живот, чтобы я не касался земли. Пока он этим занимался, я пытался не умереть со смеху, от того, что боюсь щекотки. Впрочем, трава и грунт подо мной больше не холодили.

Когда он сложил из дров шалашик, я подал туда магию, и вскоре от огня пошло тепло.

– Когда телли имени Роулл разрешит мне встать?

– Когда придёт время, – ответил Роулл беспристрастно. – Произноси своё условие и засыпай, утром ещё осмотрю спину.

– Как прикажете, – вздохнул я. – Somnum.

Впрочем, я бы мог заснуть и без магии. Организм уже какое-то время готов был спать, только я почему-то не давал ему этого.

* * *

На этот раз я не запомнил даже впечатлений ото сна. Возможно, мне его вовсе не показали, но какая разница, если я всё ещё жив и здоров? Хотя, последнее маловероятно. Двинувшись всем телом, я не почувствовал серьёзной боли. Лишь пара ушибов, которые вчера вообще не имели значения. Только после этого я разлепил глаза и сразу же закрыл их обратно. Солнце, восходящее с противоположной от моря стороны, выстрелило прямо в них, но по ощущениям оно ещё не грело. Зато здесь дул ветер – морской бриз, переменившийся с наступлением утра. Он уносил неприятные ароматы побитой вчера живности, невероятно освежал и наполнял меня силой, но я всё ещё двигался с осторожностью, прислушиваясь к каждому нештатному сигналу болевого центра.

– Доброе утро, – сказал я, увидев Роулла. Тот вяло наблюдал за окрестностями у потухшего костра. – Подкрепимся?

– Добро, – ответил он, чуть оживившись, и пошёл к припасам, оставленным на месте первого лагеря.

Встав на ноги, я осмотрел место боя, насчитал пять мелких туш и одну большую. Прямо в черепе последней, украшенном теперь большой трещиной, ещё торчал небольшой кусочек дерева, а из остальных ял уже успел повынимать стрелы. Надломленные древки с оперениями лежали у костра, готовые, видать, к сожжению, а вот наконечников я ни одного не увидел. Немного размявшись, я сбегал в ближайшие кусты и пошёл к Роуллу, который немного задержался. Он хотел вернуться, но, увидев меня на ногах, сел у кострища и сказал:

– Да, там есть и не захочется. Разогреешь?

– С удовольствием, – ответил я, даже не поднимая над пищей руки. – Ди-иньг, готово.

Поблагодарив меня, он принялся за нагретую до испарений еду, да и я, чего лукавить, взялся за свою порцию. Роулл, решив, что приличий для яла на сегодня достаточно, прямо так с набитым ртом начал обсуждать вчерашние события. Ему показалось странным, что аргулы подошли так близко к опушке, ведь в глубине леса дичи гораздо больше. Впрочем, как потом добавил, он не охотник и не знает повадок хищников. Может, они стаей загнали какого-нибудь травоеда и наткнулись на других травоедов – нас. Это к слову о том, чем снабдили Роулла в ялийском посольстве.

После еды я снова повернулся к нему спиной, ожидая, возможно, не самых лучших вестей, но мастер сказал, что раны закрылись, и если кожу лишний раз не тянуть, скоро заживут. Он спросил меня о самочувствии, и я честно ответил, что всё хорошо. Так, пара ушибов ноет, да зуд на спине.

– Постарайся пока не чесаться, – сказал он.

– Как скажете, полковник. Ой, простите, телли, – ответил я, натягивая походную куртку, которую вчера кто-то кое-как выстирал от крови. – Кстати, спасибо.

Он в ответ только хмыкнул и продолжил жевать. Вскоре, когда подкрепились, мы убрали за собой и пошли дальше. Удивительно, но я даже смог безболезненно закинуть свою сумку. Впрочем, на этом мои хорошие мысли и закончились. Впереди ещё девять дней пути, ну, может, восемь, а начало что-то не очень обрадовало. Кроме того, меня с самого Норгдуса не покидало чувство, будто за мной кто-то наблюдает. В этот самый момент оно усилилось, но каждый раз, оглядываясь и даже используя дальний взгляд, я никого позади не видел. Самое неприятное, я не знал, друг это или враг. В итоге списал на Горпаса, которому, видимо, снова стало интересно, что происходит с его маленьким человечком. Впрочем, он мог бы и так связаться.

Чтобы хоть как-то отвлечься от этих мыслей, я снова заговорил:

– Сколе мы уже идём?

– Глаза к верху, – ответил Роулл снисходительно. Его мне понять не удалось. Не в том смысле, что он сказал-де посмотри наверх и по солнцу узнаешь. Ял, видимо, полагался на тишину и не хотел сотрясать воздух звуками лишний раз. А как же тогда по-другому успокаивать нервы? В тишине человек способен такого придумать, что потом его положение кажется ещё ужаснее, чем на самом деле. Без понятия, относился я к таким или нет, но тишину я любил, только в моменты, когда не надо каждую секунду беспокоиться о сохранности своей жизни.

Лес, который мы до сих пор не покинули, оказался довольно длинной лентой, тянущейся по берегу, однако вскоре он закончился, открыв нам поле с высокой травой, цветами, борщевиком и прочими сорняковыми. На открытом пространстве мне стало спокойнее, однако ощущение преследования никуда не девалось. Лишь ослабло немного. Возможно, кому бы там ни было, ему пришлось дать нам оторваться, потому что в лесу ещё как-то можно скрыться за деревьями, а в траве, даже высотой по пояс, это сложнее.

Лучше всего оказалось идти по относительно ровному каменистому берегу. Там ни песка, ни сырых стеблей под ногами не было. Лишь иногда камешки проскальзывали под подошвами, издавая неприятный скрип. Нам не мешал даже прохладный морской бриз, потому что я поддерживал условие, защищающее от ветра. Однако, его приходилось иногда и убирать, потому что солнце не собиралось покидать небо из-за двух несчастных путников.

* * *

Третьи сутки гасли, мы уже глазами искали подходящее для ночлега место и неожиданно я услышал сверху до боли знакомые звуки хлопков больших крыльев. Поворачивая голову, я молился, чтобы это оказался Горпас, но размер, а затем и цвет, который я сразу же определил, не дали надежды на счастливый исход. Проклятие, а я уже понадеялся, что пронесло.

– Воздух! Берегись! – крикнул я и отпрыгнул от Роулла.

Ял понял меня и прыгнул в другую сторону, где росла трава. Сверху, наконец, донеслись страшные воющие звуки, перерастающие в рёв, будто существо взбешено.

«Ну, конечно», – вспомнил я, мельком глянув на основание хвоста ящера. Даже моё севшее зрение позволило рассмотреть там потемневшее пятно, оставленное мной отражённой струёй огня. Дракон оказался тем самым бирюзовым разбойником, с которым мы столкнулись не так давно, и он, похоже, запомнил меня. Решил, видать, отыграться, и у него, смею заметить, есть все шансы уйти победителем. Противник пролетел над нами и пошёл на разворот, но на этот раз уже не для устрашения, а для атаки

– Лук в натяг, – гаркнул я, хватая своё оружие, но Роулл уже сделал это и начинал целиться во врага.

Первые две стрелы полетели в ящера, но он ловко увернулся от них, хотя мы били на опережение, и я даже направил свою стрелу.

– Не трать стрелы. Твои не пробьют, – сказал ял, увидев как я вложил ещё один снаряд.

– Пускает огонь! – крикнул я, и отпрыгнул от горячей струи в бок. Роуллу же ничего делать не пришлось, так как он стоял достаточно далеко от линии атаки. Отражать огонь я решил лишь в крайнем случае или когда точно буду уверен, что попаду в отправителя.– Лес далековато, – добавил я, следя за крылатым, который как раз разворачивался на фоне зелёного массива, который мы прошли несколько часов назад.

«Дрэ, – серьёзным тоном отправил мне Горпас, – принимай бой, вам не убежать».

«Да? И что ты предлагаешь? Тебя ждать?»

«Я далеко, просто не успею. Легче всего пробить чешую на животе и шее».

«Буду знать», – ответил я и, прежде чем увернуться от новой струи, пустил в него ещё один снаряд. Снова мимо.

– Роулл, стреляй пóнизу или в шею, – сказал я громко, подняв голову и увидев уже натянувшего лук яла, – я направлю.

– Добро! – ответил он и отпустил тетиву.

Первый раз я еле успел захватить её, но дракон снова увернулся, после чего я примерно понял, как именно он двигается. Его следующее движение показалось мне очевидным.

– Ещё! – скомандовал я, и ял снова выстрелил. На этот раз мы сообща попали ящеру прямо в шею. Тот взвыл, пролетая прямо над нами, и я отчётливо увидел, как на землю упали тёмные большие капли. Поразительно, но мне не пришлось даже ускорять снаряд, как в бою с тем аргулом, но и бой ещё не закончился, а в колчане у яла оставалась только одна стрела.

– Бежим! – скомандовал он, вместо того, чтобы снова натягивать лук. Мне это показалось странным, но я подчинился и побежал вдоль берега.

– Какого чёрта? – крикнул я, когда очередной неудачный заход дракона просвистел над нами. Странно, но на этот раз он решил не пускать огонь.

– Держись, ему не долго осталось!

– Это царапина, ты шутишь⁈ – рявкнул я, но ответа не услышал.

Очередной заход противника дал понять, что огонь дракон ещё не истратил, если там вообще есть какие-нибудь лимиты. Он пустил его аккурат между нами, а затем в тот же самый выжженный участочек упало что-то большое, поднявшее множество кусков чёрного грунта в воздух и тряхнувшее землю. Меня только обсыпало, от чего я закрылся руками, но что произошло с Роуллом, я не увидел. Только в следующее мгновение я понял, что в воздухе больше нет угрозы и побежал в сторону, где в последний раз видел яла.

Он лежал без сознания и лишь слабо и неровно дышал. Оказалось, его задело распластанным крылом, от чего и выбило дух. Мне пришлось оттащить Роулла от дракона, но и тот почему-то не двигался, хотя его лёгкие шумно гоняли воздух. Лук моего друга треснул и стал непригоден для стрельбы. Подняв его за спущенную тетиву, я быстро разжал пальцы. Жаль было не столько работу, сколько единицу оружия, хотя и в первом случае было, на что посмотреть. На луке кто-то выжег ромбики. Расположенные в правильном порядке, образовавшие приятный глазу рисунок. Ещё от него пахло чем-то кислым.

«Яд, – догадался я, вспомнив, что ялы не гнушаются использовать отравленные наконечники стрел. – У меня не было и шанса».

Сумка яла тоже пострадала и стала практически непригодной. От туда посыпались свёртки с провиантом, которые я решил собрать чуть попозже. Не повредило только колчан со стрелой.