Текст книги "Имя души (СИ)"

Автор книги: Сергей Ковшов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 32 страниц)

– Ладно, теперь к делу. Какой план?

Капитан, рассматривал карты на своём выращенном, но не живом столе – ялы всё-таки не удержались от того, чтобы добавить на корабль разведки чуточку роскоши. В каюте даже картины висели, а окна закрывали довольно плотные шторы, сделанные будто бы из бархата красного цвета. Под потолком на верёвке висела простенькая люстра из потемневшего сплава меди с огарками свечей, а на полу лежал ковёр без особых изысков. Разве что очень мягкий ковёр, по которому капитан старался обувью не ступать, и мне запретил слишком приближаться. Кровать, вероятно, находилась за ещё одной дверью слева от стола.

– Мы хотим подойти к берегам вечером, но сразу отчалим. Нельзя, чтобы нас заметили.

– Если мне придётся бежать, как быть? – этот вопрос меня беспокоил довольно долго. Возможно, именно он и не дал мне заснуть.

– Толе своими силами, Гнису. Мы будем далеко.

«Горпас, а ты не сможешь уговорить Гнездо снова перенести меня?» – спросил я дракона в шутку. Он не спал, кажется, но я в этом был не уверен.

«Уже надумал бежать?»

«Это на крайний случай».

«Не уверен, на это лучше не рассчитывай, – честно ответил он. – Да и, разве ты не хотел скрыть своё присутствие?»

«Там будет не до конспирации». – Внутри меня почему-то поселился смех, но снаружи я постарался этого не показать и совершенно серьёзно продолжил:

– Ладно, что-нибудь придумаю.

Мы с капитаном обсудили и другие детали плана, повторили нужные мне на карте места и в общем поболтали немного, после чего я вернулся к себе в каюту.

Странно, но сегодня день истекал невероятно быстро. Сидя за столом и пытаясь начертить на бумаге что-то вразумительное, я вдруг услышал выкрик, проникший через тонкие стены:

– Земля!

Так и оказалось, горизонт в подзорную трубу, которую я взял уже в каюте капитана, медленно искривлялся, и приближался. А зашёл я с целью отдать ялу листик с незаконченным чертежом блочного подъёмника. Он, как узнал, что я в этом понимаю, сразу попросил об одолжении, а мне всё равно делать нечего.

В голове с того момента, как мы увидели землю, поселилось слабое давление, ничуть не мешающее думать, но иногда отвлекающее на себя внимание.

Прощание с командой получилось каким-то скомканным, я спустился по верёвочной лестнице и оказался по пояс в воде, но сумку с едой и оружие держал над головой, чтобы морская вода не испортила первое и не изыржáвела второе. Лук со колчаном я повесил на шею, и он касался воды лишь чуть-чуть. Единственное, за что я не беспокоился, так это Капля. Её серебристый материал со слабым свечением в канавках показал себя с лучшей стороны во многих ситуациях, но теперь я таскал его не как оружие, а как талисман.

От медленно разворачивающегося корабля по покатому каменистому берегу мне пришлось идти метров сорок, прежде чем я окажусь на суше. Там я, наконец, расслабил руки и развесил снаряжение, как оно и должно висеть. Оборачиваться и прощаться с ялами я не стал, только рукой назад махнул, и сразу же пошёл вглубь суши. Камни превращались в валуны, а ещё дальше их закрывала почва, на которой несмело росли кустарники и трава. Лес же начинался выстрелов через пятнадцать – чуть больше километра от берега.

Мы пристали довольно далеко от города. Мне с моей обычной скоростью идти дней пять или шесть, но грех жаловаться. Давно я истосковался по таким вот походам. Самое главное, теперь я мог спокойно охотиться и готовить себе мясо, не отвлекаясь на укоризненное зырканье вроде взгляда кока в первый раз, когда он узнал, что мне нужна белковая пища.

Солнце над этим континентом грело гораздо сильнее, чем над Давурионом. Ещё на корабле я почувствовал изменения, но сперва подумал на Горпаса. Промокшие в морской воде штаны, которые я недавно стирал, высыхали довольно быстро, и даже мелочь в кармане, которую я достал интереса ради, почти не пострадала. Причём, её составляли монеты ещё с Земли. Жалование офицера, которое мне предложил Хасил – довольно символическую сумму номинов – я решил оставить у Дариуля. Не то, чтобы он в них нуждался, но и мне монеты на канохских землях вряд ли пригодятся – только звенеть будут. Тогда я почему-то забыл про содержимое карманов.

Дороги не радовали своим присутствием, но на то операция и скрытная, чтобы меня раньше времени не увидел даже самый обычный селянин. Карты мне дали толе направление – юго-запад от точки высадки, а солнце уже показывало, где одна из сторон света – начинало смеркаться. До полной темноты мне будет лучше пройти вглубь берёзового леса, опушка которого уже приближалась.

Моими немногочисленными спутниками являлся ветер и птицы, но последние, уходя на ночь, замолкали. На стыке лесов, который вскоре показался, я и решил заночевать, но сперва выследил довольно большую пернатую птицу и отправил за ней стрелу. Попал. Честно, я бы и без ужина лёг, и теперь придётся ощипывать или опалять, да жарить, но, что-то мне подсказывает, оно того стоит – наесться настоящего мяса после двух с лишним долгих недель на растительно-рыбной диете.

* * *

Один лес к полудню сменялся другим – более экзотическим. За берёзами росли элвои – что-то вроде привычного мне тополя, но с другим ароматом и пухом, который облеплял ветки круглый оборот. Его длинные мочалки так и свисали до земли, ожидая новых жертв для того, чтобы облепить одежду или шерсть. Мне даже страшно представить, что будет, если тут разжечь костёр. Хорошо, прошлой ночью я сам себя согрел и сам же пожарил птицу, иначе этот лес полыхал бы так, что дым до Крислема долетел.

Под ногами же, весь в сером слежавшемся пуху, похожем на грязный снег, произростал самый обычный лопух. Он закрывал возможные ягоды с грибами и землю своими большими листьями.

Вскоре мне в голову пришло воткнуть наушники – под музыку всяко легче идти. Меня даже не удивило, что плеер сам выбрал какую-то бодренькую мелодию, и я не уверен, слышал ли её раньше.

К вечеру впереди показались необычные кроны деревьев – кроваво-красных ласов, очень похожие на земные клёны, но с белой однородной корой. Их отличало то, что цвет этот листья не меняли весь свой жизненный цикл. У меня создавалось впечатление, что на этом клочке земли, равном половине дня перехода, наступила осень. Но, если говорить о настоящем сезоне, осенью на ласах распускались большие цветки, похожие на розы белого цвета. Жаль, что в этот самый момент среди листвы бутоны заметить практически невозможно.

Странно, вроде, я совсем вглубь памяти Дариуля не залазил, но откуда-то теперь знаю каждое растение, на которое посмотрю. Не запомнить, как я черпал эту информацию, было невозможно, разве что я получил её другим способом. Вскоре я начал догадываться, что тот чёрный дракон за свои сотни, а то и тысячи оборотов мог чему-то и научиться.

Вдохнув воздух, я почувствовал какой-то необычный запах, однако эти деревья не должны так пахнуть. Тут как будто кто-то был. Не успел я сообразить, прямо передо мной из-за дерева неожиданно вышел канох с довольно грубым оружием в руках. Он будто бы знал, что я иду, и ждал в засаде, но вот, какого чёрта он здесь – большая тайна.

Выкрикнув что-то на своём, он сделал замах, а я отскочил, хватаясь за рукоять именного меча. Канох проследил взглядом за моим движением и довольно быстро приготовился к следующему удару, но теперь его меч встретил мой. По лесу разнёсся звон стали и даже разок отразился эхом. В этот миг мы не стояли на месте, я оттолкнул клинок каноха и снова отскочил, но на этот раз для того, чтобы выиграть себе пару секунд, за которые я произнесу одно условие. Когда мы обсуждали план, Дариуль попросил меня не убивать канохов, да я и сам не горел особенным желанием, особенно помня, как плохо мне было в Крислеме.

Попадание мечом плашмя по коже, и канох забился в конвульсиях от удара электричеством, однако, как оказалось, это ещё не конец. Из-за других деревьев впереди движения показались ещё четверо его друзей, одетых точно так же и с точно таким же оружием в руках. Возможно, и хорошо, что они встретились мне вечером, не придётся слишком долго засыпать, но и пик моих магических возможностей наступал к полудню, от которого уже прошло порядка девяти часов, и я не был уверен, что их хватит на весь квартет.

Двое следующих упали по той же причине, что и первый, а с четвёртым и пятым мы сцепились крепко. Один на один, я бы уже выбил оружие из рук противника и врезал тупой стороной лезвия по голове, но каждый раз, когда представлялся удобный случай, один канох защищал другого. Боевое настроение медленно уступало травматическому и даже летальному, но в один из удачных моментов я смог ногой довольно грубо отпихнуть защитника и долбануть его приятеля по голове. Последний не составил большого труда, и упал вскоре после предпоследнего.

«Не сегодня, Андрей» – подумал я, осматривая сухое лезвие меча.

«Ты сам с собой или с мечом?» – неожиданно спросил Горпас. От этого я едва не дёрнулся.

«Не знаю».

«Странно, канохов не было, когда я пролетал там, – задумчиво отправил дракон. – Бескрылые так быстро не бегают».

«Тут один оклемался», – подумал я и, подойдя сзади к каноху, взял его на удушающий. Этому приёму меня научил вовсе не Роулл, как-то сам интересовался и даже примерно понимал, когда стоит ослабить давление, чтобы не убить жертву. Канох, дёргающийся и хлопающий меня по рукам вскоре обмяк. Взгляд сразу же упал на остальных, но они лежали тихо. И всё-таки, чтобы хоть какое-то время не было погони, и я решил кое-что сделать. Мне повезло, в сумке одного из нападавших оказалась длинная верёвка, а деревьев, к которым их можно привязать, вокруг росло великое множество. Одно плохо, их тела весили под сотню каждое, и я ещё больше утвердился во мнении, что сегодня спать буду, как убитый. Главное, в самом деле таким не стать. Попутно я мучил себя вопросом:

«Что канохи могли забыть здесь без транспорта?»

И правда, деревень рядом нет, город в нескольких днях, большие дороги тоже далеко – Горпас показал всё обстоятельно, к городу не приближался. Да в таких условиях здесь кто-то появился бы только через неделю, а в невероятное совпадение, что с дороги кто-то заметил Горпаса и послал сюда пеший отряд, веры никакой.

Чуть отдышавшись, я умылся чистой водой из бурдюков канохов, отдышался и пошёл дальше, искать место, где можно скрытно переночевать.

Пока шёл вперёд, размышлял: а что бы я сделал, если бы в группе оказался стрелок? – Вроде, ответ очевидный, но для значительного отклонения стрел расстояние маловато, а разворот снаряда я так и не освоил. Впрочем, чего теперь гадать? Ещё веселее, если бы я вообще разгуливал тут без оружия. Нет, я бы не сдался в плен, кое-чему Роулл научил меня на такой случай, однако переть одновременно против пятерых даже самый опытный мастер поостерёгся бы.

Так в итоге ни к чему и не пришёл в своих размышлениях, но зато мне на глаза попалось довольно удобное дерево, куда и забраться получится без проблем. Согнув одну из нижних веток, что покрепче, я потянулся и, упираясь ногами в ствол, залез по ней в удобную ложбинку. Там лежали старые сухие листья, которые я трогать не стал. Только обмотался верёвкой, закрылся серым одеялом из сумки и закрыл глаза с мыслями о том, что впереди осталось не так уж и много.

Сон, который я увидел перед пробуждением, показался мне невероятно реальным – там в компании Зены, которая Королева Воинов, и её подруги мы штурмовали город канохов, в который я направлялся. Бой шёл быстро, я даже не запомнил, как перебрался через стену, а в следующее мгновение один из канохов занёс надо мной меч и… я проснулся.

Всё ещё вспоминая боевой клич Зены, который забавлял меня в детстве во время просмотра сериала про неё, и во сне, я огляделся вокруг, но канохов вокруг не появилось. Возможно, я погорячился с количеством узлов, и они обречены на голодную смерть, но эти мысли я цинично отмёл, накинул вещи поудобнее и сиганул на землю. Колени немилосердно хрустнули, от чего, казалось, треск отдался эхом, но, к счастью, не сломались. Всё-таки, высота больше трёх метров, а я ещё и с грузом на спине – тут не перекувыркнёшься.

Деревья исчезли незаметно. Как таковой чёткой опушки я не различил, но вскоре лес просто закончился, уступив большому пустому полю, покрытому тёмной травой снизу и скрытому от солнца тучами сверху. С курса я не сбился, ещё на дереве Каплей сделал для себя засечку но ориентироваться по солнцу в дальнейшем, если возникнет такая нужда, просто не смогу. Мне на ум пришло лишь одно – «Чёрная Долина», и как только я об этом подумал, Горпас неожиданно вставил, что это название уже занято. Что это значит, я так и не понял, а он отчего-то отказался отвечать. Только попросил, чтобы я открыл ему мысли и сделал так, чтобы играла музыка.

Достав плеер, я воткнул джек в гнездо, а амбушюры в уши, но не успел нажать кнопку, сама собой заиграла какая-то мелодия. Меня такой сюрприз электронного устройства, пропитанного магией, уже не слишком удивил, но музыка одновременно напомнила что-то и показалась мне совершенно незнакомой. Нет, я точно такого не качал, но где я мог её слышать?

«Дрэ, перестань думать, – снова попросил дракон. – Слушать мешаешь».

И я перестал. Просто пошёл вперёд, очистив голову от всяких пустых мыслей.

* * *

Пасмурная погода продержалась аж до вечера, но с неба так ни одной капли и не упало. Укрытий, чтобы переночевать, на глаза не попадалось, и я уже думал, что зря не взял с собой лопатку. Так бы хоть выкопал себе что-то, спрятав землю под один из редких колючих кустов вокруг. Более того, эта территория уже граничила с городом, куда я, в общем-то, и направлялся, так что наткнуться здесь на патруль – плёвое дело. Может, они и порабощены разумом, но не полные же идиоты, одинокая вертикальная фигура запросто привлечёт их внимание. Что уж говорить про цепи смотровых башен? Как раз к одной такой я и приближался, но тут ничего страшного – ИЗ подтвердило отсутствие жизни в ближайшей. Она представляла собой конструкцию из древесных стволов, соединённых между собой просмоленными верёвками. Сбоку канохи приставили довольно грубо сделанную лестницу, а над полом из тонких брёвен, который находился в десяти метрах над землёй, висел тканевый навес, хлопающий от ветра.

Там я и решил дать отдых ногам. Жаль только, что лестницу забрать наверх не представлялось возможным. У меня получилось только вытянуть её из земли, но вес оказался слишком большим, и ночью заснуть я так и не смог. Порывы ветра, заставляющие конструкцию немилосердно скрипеть, а навес хлопать, не оставили мне ни единого шанса. «День» затянулся, а под утро мне в лицо выстрелило солнце, заставившее сухие глаза болеть.

Меня вновь спасла вода, ей я умылся, напился, сходил по нужде и только потом отправился дальше. Небо к утру очистилось, а ветер затих, и я понял, что меня ждёт жаркая погодка. Впрочем, половину пути я уже преодолел, осталось столько же. Только вот голова работала прескверно, мысли путались, а магия, охлаждающая воздух вокруг предательски сбоила. В общем-то, я знал, что если не высплюсь, не смогу нормально колдовать, но чтобы ещё и с магией, отнимающей энергию из окружения, это уже перебор.

Как будто этого недостаточно, на землю спускался густой туман, мешающий смотреть вперёд, но и солнце никуда не девалось. Такое сочетание нарастающей жары и высокой влажности отбирало ещё больше сил, но я продолжал идти, потому что если остановлюсь, тут же упаду и собьюсь с курса, а ненадёжное солнце, которое вздумает скрыться за тучами или затянутым небом в самый неподходящий момент, может очень затормозить продвижение.

Иногда я использовал ИЗ, чтобы убедиться, что впереди никого нет, но всё чаще я не доверял ему, внутри поселилось стойкое ощущение, что в следующее мгновение из тумана выйдет канох, но и оно не находило подтверждения. Чёрт, я даже с Горпасом больше не мог связаться, туман, летающий вокруг, поселился в голове, оставляя возможность только управлять телом, которое от усталости уже начало болеть.

Что произошло? Нет, я и раньше, бывало, не спал сутки, но так плохо после бессонной ночи мне ещё никогда не было. В чём же дело? Может, туман вокруг – и не туман вовсе? Но, если враг обнаружил меня и применил какое-то оружие, почему я никого не вижу? Или, может, это какое-то другое воздействие – мысленное? Горпас же как-то мог общаться со мной на расстоянии? Почему другие существа не могут? Однако, почему шпион Дариуля не сообщил об этом? Вряд ли его путь сильно отличался от моего. Если только он сам не стал причиной того, что канохи переполошились. Видимо, Дариуль нескóль поспешил с моим отправлением.

Вскоре из тумана я увидел едва различимый силуэт башни и задумался, использовать ИЗ или нет. Просто, есть ненулевая вероятность, что оно доконает мои и без того истощённые силы. Решил рискнуть, и выругался про себя. Там находилось двое канохов. Ни один из них не стоял на ногах, но даже если я смогу подкрасться сзади, их не получится усыпить, чтобы захватить вышку – просто сил не хватит. Пришлось обходить столе соблазнительное место, где я смог бы поспать, и двигаться дальше. Впрочем, есть и хорошая новость – раз мне встретилась вторая башня, курс всё ещё верен.

В какой-то момент я перестал считать время. Прошёл час или пять минут, я бы ни за что не сказал. Даже сбился со счёта, сколе вышек обошёл. Единственное, что точно помню, на каждой такой сидело по два-три каноха – ИЗ пока не подводил. Это же и огорчало – копать себе ямку для ночлега и складывать землю под кустик, переставало казаться мне абсурдной идеей, да вот только, где теперь эти кустики встретишь? Тёмная трава не сменялась, и выше неё просто ничего не росло. Да уж, я бы с бóльшим удовольствием прогулялся по тому марнскому кладбищу, а лучше бы заночевал прямо на той крыше, где появился во второй раз.

Мгновения осознанности происходили всё реже, и с каждым таким я отмечал, что застойный воздух вокруг становится тяжелее. Хотелось задержать дыхание и всплыть побыстрее на поверхность, чтобы ощутить хотя бы одно дуновение лёгкого свежего ветерка.

Вскоре ноги не выдержали и подкосились, от чего я упал. На последнем мгновении мне даже показалось, что я вижу впереди кого-то высокого и широкоплечего.

Уже во сне или в бреду я поймал себя на мысли, что канохи, если не убьют, то отправят меня в темницу. Хорошо это или плохо, но они довольно близко к городу, и даже, если я всё-таки сбился с курса, у меня появился ещё один шанс. Для этого нужно всего-то, хех, сбежать. Не хотелось бы распрощаться со своим оружием, а то что я Роуллу скажу?

Часть 3
Глава 18 Душа в камне

Ощущения подсказывали, что я ещё жив, и бояться отправиться на «тот самый» Тот Свет не стоит. Хорошая новость, значит, у меня есть шанс вернуться на курс и выполнить задачу. И не страшно, что всё идёт не по плану «А». Главное, чтобы до плана «С» не дошло.

Открыв глаза, я увидел над собой каменные своды. Подо мной, кажется, не было ничего кроме камня, спину я не чувствовал, как и остальные замёрзшие участки кожи. Ни паники, ни злости, но думать всё равно получалось скверно, хотя я уже думал поставить на то, от чего быстрее тут загнусь. Первое место пьедестала занял холод, вторым довольствовалась жажда. Вот бы узнать, сколе я тут уже лежу.

В какой-то момент я почувствовал, что дрожу, но теперь я мог хотя бы двигаться. Впрочем, радость от этого долго не продлилась – меня, похоже, связали, и не абы как, а по рукам и ногам. Чёрт, даже на шею канат накинули. И не двинешься.

Теперь разум. Странно, всё, что происходило до этого, казалось мне сном, который вот-вот забуду, но я напряг извилины и всё-таки сложил из фрагментов картину, где я, и как тут оказался. Всё просто, меня поместили в одну из темниц канохов.

Если долговременная память всё ещё верна мне, то это четвёртый раз, когда меня поместили за решётку. Сорок три оборота не Земле – даже штрафов чудом избегал, а тут превратился в ходока, понимаешь! А за дело или нет, тут не важно, причины почти всегда от меня не зависели. Разве что в этот раз – натуральный шпионаж против действующей власти, и тот не доказан. Нет, в привычку такое точно брать не стоит.

Допустим. А что дальше? В смысле, что было недавно? Помнится, я шёл по поручению Дариуля в город, но попал в какую-то ловушку.

Вот бы послушать, что он скажет, выйди я на его поляну в этот самый момент, вновь воскреснув. Не знаю, как он, а я на его месте приложился бы ладонью к лицу и после разразился длинной тирадой о моей безответственности. Вряд ли во второй раз он стал бы меня жалеть. Впрочем, кому знать, есть у меня второй шанс или нет? В лучшем случае нам бы пришлось разрабатывать новый план, учитывая туман. В худшем – я мог просто уже навсегда остаться на Земле. Настоящая смерть уже не так пугала, как риск застрять в родном мире, пусть мне там и нравилось.

Вскоре я нашёл и плюсы своего положения. Мышцы больше не болели, голова прочистилась от, забавно, тумана. Но оставаться здесь что-то не хотелось. Теперь уже точно – дойти до точки и попытаться выполнить поставленную задачу.

К сожалению, мысли вскоре свелись к тому, что ждёт меня впереди. В смысле, а вдруг я не смогу выбраться на этот раз? Что со мной сделают канохи в попытке узнать, зачем я пришёл? А вдруг дойдёт до того, что я раскрою своё происхождение? Однажды, нет – дважды по глупости я так раскрылся. В первый раз меня усадили в темницу, и пришлось бежать. Во второй город спалили до тла, и мне лишь чудом посчастливилось сбежать от туда.

Тело слушалось скверно, и все мои потуги хоть как-то изменить положение не венчались с успехом – так и остался лежать спиной на голом камне. С каждым движением казалось, что верёвки затягиваются всё туже и медленно меня четвертуют, но как только я расслаблялся, ощущение пропадало. Магия тоже не помогла: в попытке нагреть верёвки я потерял часть и без того немногочисленных оставшихся сил. Казалось, я и впрямь оказался где-то на Земле, и любое проявление насытит среду, нежели сделает то, ради чего было вызвано.

Закрыв глаза, я вдохнул и сосредоточился, а в следующее мгновение по телу пробежался жар. Он проникал до кончиков пальцев и даже в переохлаждённые участки спины и ног, которые от длительного соприкосновения с камнем сразу же закололо. По крайней мере, меня больше не знобило, но на долго ли это?

Голова соображала скверно, я будто бы знал, что у меня есть ещё один вариант, но упорно не мог вспомнить. От бессилия я даже послал мысль:

«Помогите!»

Кому и зачем бросил клич, я не знал, разум будто бы что-то пытался мне подсказать. Что я упустил? К кому я взываю? Голова от этих вопросов начала болеть, и я взялся ещё сильнее тянуть конечности. Авось, что-то получится.

Это длилось около часа, и вскоре внутри поселилось полное безразличие. Может, это не так уж и плохо? Не хватало, чтобы я начал пытаться задушить себя верёвкой на шее или биться головой о камень.

Вскоре какая-то часть памяти неохотно вернулась, а заодно вернулся и слух, от чего я вздрогнул. В уши попал шум сквозняка откуда-то со стороны ног. Может, там выход?

– Э-эх! – Попытка приподнять голову и хотя бы тронуть взглядом дверь провалилась. В голову сразу же всплыли какие-то четыре буквы. Что-то подсказывало мне, их будет достаточно. Закрыв глаза, я прислушался к ощущениям и вскоре даже увидел небольшое пространство вокруг себя. К сожалению, у меня не получилось хоть сколь-нибудь подвинуться, и я вернул себе привычное зрение.

Вздохнув, я снова закрыл глаза. Мне почему-то представилось, как я сижу на поляне Дариуля в лесу и смотрю на дерево, с которого падают листья. Эх, вот было время.

«Момент! – Меня осенило, и я наспех отправил чуточку магии к глазам, создавая там тоненькую плёнку, преобразующую магию в свет. Казалось, мозг заработал, и я могу вспомнить всё больше и больше. – Это же Источное Зрение?»

Картинка наполнилась тонкими линиями света, пронизывающими каменную кладку. Вокруг факелов на боковых стенах появилось неравномерное оранжевое свечение, а на потолке, куда я посмотрел в следующее мгновение, что-то промелькнуло. Это движение заставило меня насторожиться, хотя, похоже, оно не собиралось вредить мне. Вообще, сложно сказать, что это такое, его цвета являли собой смесь из множества оттенков, след которых я мог наблюдать за носящимся в разные стороны шариком, окутанным дымом. За ним не успевали даже глаза, и каждый раз, когда я уже думал, что поймал его взглядом, он отклонялся от курса и исчезал в слепых пятнах.

Этот шарик оказался не одинок, по стенам у пола я увидел скопление других таких же, но более спокойных. Они тоже являли собой бесформенный дым, который каким-то образом не мог рассеяться в пространстве.

Тот скоростной вскоре снова привлёк мое внимание – он начал крутиться прямо надо мной, и, кажется, от этого в комнате поднялся лёгкий ветер. В пору бы испугаться, но я не ощущал от него никакой угрозы. Тогда зачем этому шарику надо мной столе внимания?

Вращаясь, он оставлял всё более заметный красный след, и мне подумалось, может это живое существо? Тогда почему я вижу его только ИЗ?

«Остановись!» – Мысль, казалось, сама отправилась в пространство.

Хотя я не особенно надеялся на результат, шарик начал замедляться, а след за ним исчезать. Едва я приблизил к нему точку взгляда, внутри появилось стойкое знакомое ощущение, как если бы я и впрямь шёл по лесу Светлому и снова разговаривал с душой, заключённой в одну из статуй.

«А ведь ты тоже! – снова подумал я, поняв, что под потолком летает чья-то душа. – Что тебе нужно?» – В добрые или нейтральные намеренья кого-либо на этом континенте я верил с трудом.

«Помо…и,…а Го…од, – мысленно попросил меня молящий голос, подкреплённый слабеньким образом. – И по…у т…е».

Мне снова пришлось напрячь память, и кое-какие мысли пришли в голову. Почему-то они начинались с понятия темницы. Вздохнув, я терпеливо начал рассуждать, почему именно оно явилось мне. Что-то в прошлом, канох, разбитое стекло, спасение – эти мысли шли беспорядочным потоком, пока я не соединил их все в одну, единственную верную.

– Не может быть! – сквозь хрип вслух сказал я. – Это ты, Готлод?

Как будто в подтверждение, со стороны шума сквозняка раздался металлический звон, характерный для темницы. Видимо, там и впрямь находилась дверь.

– Скажи что-нибудь! – В горле всё ещё стоял ком, и от этого я закашлялся, однако сквозь мысли услышал:

«…а не мо…у…ак…рить. Отк…й…зум».

Несмотря на то, что слова долетали до меня обрывками, образы раскрывали мне смысл сказанного. К сожалению, я понимал, что если открою весь свой разум, то могу ненароком повредить душе.

«Это ничто, – неожиданно чётко ответили мне. – Заб…и на сво…у! Пр…у!» – В мысленном голосе души каноха появилось неожиданное отчаяние.

«Но я связан. – Будто бы в подтверждение своих слов я снова дёрнул рукой и всё так же ничего из этого не вышло. – Что тут сделаешь?»

Через мгновение путы ослабли. Затёкшие конечности неожиданно легко поддались, и я смог обхватить себя руками. Верёвка на шее тоже потеряла натяг, позволяющий мне только дышать, и, судорожно схватив её непослушными пальцами, я освободил голову. Со стороны двери – тяжёлой на вид, окованной по контуру металлом – раздался щелчок, и она чуть подалась внутрь. Наконец, я мог поднять голову достаточно, чтобы увидеть это.

Упёрся руками в камень, приподнялся, как на шезлонге, а после смог сесть. В отличие от прошлого раза, на мне не лежало никакого покрывала. К счастью, мне тут некого было стыдиться, хотя я бы не был так уверен насчёт вкусов местных охранников.

Ноги, которые тоже казались ватными, держали меня некрепко, но, размяв мышцы, я потянулся, покрутил спину и глубоко вздохнул. Пусть воздух и принадлежал темнице, он придал мне сил.

– Ну что, готов? – спросил я вслух, закрыв глаза. Без команды впускать его душу я не собирался. Вдруг, просочится ещё кто-то лишний? Как бы мне ни хотелось освободить их всех, кто-то и впрямь мог коротать здесь свой срок за дело. Чёрт знает, сколе оборотов существует эта темница, может, она собирала души и до Красного Века?

«Я… – Теперь его мысленный голос окрасился неуверенностью. – Боюсь».

«Может, поговорим? Хочется узнать, кто спасает меня уже дважды».

«Я Го…»

«Нет, – перебил я. – Хочу поговорить лично. Остановись в какой-нибудь точке».

Душа выбрала один из примечательных камней в довольно ровной кладке стены. На нём была довольно глубокая царапина, оставленная, возможно, прошлым постояльцем, но подходящая, чтобы сосредоточить на ней взгляд. Всё прошло немного легче, чем в прошлый раз, канох открылся, в отличие от яла в статуе по дороге в Илибез, который не ожидал вторжения.

В следующий миг я оказался в небольшом пространстве, окружённом стенами. Напротив входа – двери с круглым верхом и хитрой ручкой находилось большое окно, рядом с которым стоял знакомый мне канох. В отличие от его живого воплощения, здесь он выглядел нарядно, будто бы являлся каким-нибудь дворянином или даже имел королевский титул. Сложно сказать наверняка, я не видел, как здесь одеваются те или иные. На поясе каноха висел меч, очень похожий на то, что я видел у недавних бандитов. В остальном он – всё такой же канох, как и все, с синеватой кожей, рогами на скулах и мускулистым телом.

Он разглядывал что-то за пределами комнаты, но кроме фиолового цвета бездны я не видел там ничего. Помня, что чувствуют глаза в такие моменты, я поспешил отвести взгляд на стену.

– Здравствуй, Готлод. Как ты тут?

– Здесь время идёт по-другому. Сколько уже прошло?

– Не знаю, месяц или полтора. Извини, что оставил тогда.

Он махнул рукой и ответил, усмехнувшись:

– Я сам дурак, мог бы выйти на улицу и там уже…

– Всё равно бы сделал это? – Не найдя слов, я ударил себя ладонью в грудь, в точности, как Готлод тогда.

– Иначе никак, влияние возвращалось.

Канох отвернулся от окна и сложил руки на груди. Его взгляд неожиданно стал осуждающим, и он спросил:

– Почему ты снова здесь?

– Гулял как-то и поскользнулся. – Его недоверчивый взгляд открыл мне, что шутку канох не оценил. – Да дело есть. Ищу хрень, способную управлять разумом.

– А-а, – многозначительно протянул он, будто бы понял всё на свете. – Тебе придётся открыться, иначе рассказывать долго. Стража хватится.

– Тогда пошли? – предложил я, готовый к рукопожатию.

Канох тяжело вздохнул, и на мгновение я увидел на его лице страх. Закрыв глаза, он кивнул и протянул мне руку. Прямо от сюда я и забрал его душу, после чего поместил её в пространство, где летала и моя собственная. Взгляд снова вернул меня под тёмные своды, каменную кладку и большую дверь.