Текст книги "Имя души (СИ)"

Автор книги: Сергей Ковшов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 32 страниц)

В разуме яла меня встретил порядок. Визуальная модель, которую я представил, являла собой древовидное сплетение тонких нитей в пространстве. Они создавали верёвки, те становились тросами, канатами и, в конце концов всё сходилось в довольно широкий ствол. Вообще, если вспоминать те секунды, которые я провёл в поражённом безумием разуме дракона, эта картина не сильно отличалась от той. Разве что никаких тёмных участков здесь не было, и я ещё больше убедился, что они являются аномалией. Да и размеры здесь другие – в нескóль раз меньше.

По свету, периодически мчащемуся от ствола к нитям, я понял, в какой области Дариуль видит сон, и лезть туда не стал. Ему меня и наяву хватать будет. Зато я задумался: а как вообще здесь что-то искать? Пока доберёшься до одного воспоминания, неминуемо заденешь сотни других. Не лучше ли представить себе более удобную модель? Скажем, не дерево, а библиотеку. Мысли быстро материализовались, и разум передо мной превратился в один длинный шкаф, туго заполненный разноцветными книгами. Любую из них я мог достать силой мысли и прямо на месте же разглядывать, но отчего-то мне захотелось занять воображаемое кресло и смотреть выбранную книгу сидя. Да, мебель появилась в тот же момент, как я о ней подумал.

На обложках стоявшего передо мной чтива не было ни единой надписи, но я тронул одну из них в самом начале, и мне на ум пришло слово: «Детство». Открыв её, я не увидел ни символов, ни картинок, а только образы, вылетевшие из первой страницы. Их нельзя назвать картинками, потому что они передавали абсолютно всё, что можно почувствовать, будь то запах, осязание, боль, удовольствие и даже вкус.

«Мальчик Руо, яркий магический дар которого обнаружился ещё в пять, вырастил здоровое деревце с цветами на ветках, похожее на липу. Это растение произрастало только на соседнем континенте, где живут канохи, климат влажный, а тёплых дней гораздо больше, чем в Давурионе. Вопреки ожиданиям многих, дерево совершенно не собиралось увядать в неподходящих условиях и даже распространило свои семена, которые начали произрастать в округе, образуя маленький лесок. Не важно, какой сезон на улице, оно переносило холодный период, как и остальные деревья, а жара его толе усиливала. Талант яла быстро заметили, и он до двадцати оборотов смог вывести ещё несколь десятков подобных растений, сильно развив свой навык. Кроме того, он смог привить ласы, канилы, схенобы и многие другие лиственные деревья, принадлежащие этому миру и не принадлежащие континенту. Но что-то тяготило его разум, возможно, событие, которое произошло раньше пяти».

Закрыв книгу «Детство» я отправил её в полёт обратно на свою полку. То, чем занимался Дариуль, наречённый тогда ещё Руо, я даже понял и, будь у меня точно такие же способности, легко бы повторил по примеру, но, похоже, это что-то врождённое. Но вообще, странно, почему воспоминания начинаются не с самого начала? Взять, к примеру, меня, даже в свои сорок четыре, я отлично помню многие эпизоды, когда мне было три. Впрочем, возможно, его возраст просто не позволяет ему хранить такие дальние воспоминания?

Переместившись на пару шагов, я взял следующую книгу и открыл её.

За уникальный, даже среди ялов, талант, его прозвали Дар’Уль, но потом его имя стало цельным и получилось «Дариуль», с ударением на первый слог. Именно тогда, вероятно, в попытках защититься, его разум начал скрывать имена родителей, так как уже к сорока он не мог вспомнить их. С ними, очевидно, что-то случилось до пяти, но я не стал искать этот эпизод, понимая, что, скорее всего, они умерли или погибли. Впрочем, в какой-то момент я всё-таки смог выловить пару полных имён, женское и мужское.

Закрыв эту книгу, я повторил имена на память для себя и решил немного ускориться, хотя, если честно, утопая в чужих воспоминаниях, потерял немного своей кратковременной памяти.

«А что, собственно, я здесь делаю?»

Нет, я отлично помнил, что мы в этот самый момент сидим на тренировочной площадке, я копаюсь в разуме Дариуля и самую малость опасаюсь проходящего мимо Хасила, но с какой целью я полез в этот разум?

«Может, поздние воспоминания яла подскажут?» – появилась здравая мысль, и я пошёл к самому концу длинного шкафа. Палец коснулся последней книги, и в голове сразу всплыло «400 оборотов».

«Надо же, – подумалось мне, – тут и по годам всё разложено».

«Дариуль вывел огромное количество разнообразных растений за свою жизнь, разработал способ магически ими манипулировать, но он сильно постарел, и с этим начали увядать его способности. Он не мог так же легко оперировать природой, поэтому опыты свои проводил крайне редко и над каждым трудился довольно много времени. Возможно, именно поэтому Халун ни разу не пригласил его на моё обучение, хотя столе нахваливал».

Проклятие, мои собственные суждения снова слились с образами из книги, хотя они выглядели разумно. Дав себе последний шанс, я перелистнул сразу к концу и увидел там своё собственное лицо, которое недавно лицезрел в зеркале.

«О, а вот это уже интересно», – подумал я и сосредоточился.

«Глядя на этого, казалось бы, юного человека, невозможно определить настоящий возраст. Иногда он так же серьёзен, как ял в годах, а иногда столе же непосредственен, как дети. От него лучится и питает всё вокруг странная энергия, а он будто не видит этого или не ощущает, и продолжает отдавать её в мир. Она очень похожа на жизненную, но кто может держать в себе и, тем более отдавать такое количество? Мои исследования порождают всё больше вопросов, но задать их некому. По крайней мере, хорошо, что видеть и чувствовать это могут единицы, и я в их числе. Узнай об этом те же исчезнувшие Усболклаки, на Гнису начали бы охоту. Его предшественник поставил их на грань вымирания, уничтожив целый город».

Чтобы не сорваться до расспросов прямо в мыслях, я захлопнул книгу, потому что сдерживаться становилось всё сложнее, а раскрываться не хотелось. Но даже если я покину его разум, спрашивать напрямую – край идиотизма. Не сложно вызвать подозрения. Да какой там! Он точно заподозрит что-то и вскоре поймёт, в чём дело! Неимоверными усилиями воли я взял себя в руки и нехотя покинул чужую голову, так и не узнав, зачем залез и не вспомнив, за чем залез.

Зря мне твердили: «меньше знаешь – лучше спишь». По-моему наоборот – неопределённость давит на мозги и заснуть не получается. В голову лезут догадки – одна страшнее другой – разум более не в состоянии успокоиться.

Впрочем, вскоре многие вопросы отпали сами собой, так как я умел думать и делать выводы. На их место, впрочем, пришли новые не менее интересные, ответы на которые мне очень хотелось найти. Но нарисовалась ещё одна проблема – Хасил таки подошёл к нам и своим голосом, очевидно, специально чуть приподнятым в тоне, разбудил Дариуля.

Глава 16
Маэстро

Утро встретило меня, традиционно, громким голосом дежурного в уши. Сегодня, кстати, каким-то незнакомым. Они первое время боялись будить меня и даже скромно стучались в дверь, чтобы, не дай Воргхал, не потревожить, но в какой-то момент мне это надоело, и я сказал, что способен просыпаться точно так же, как и младшие в общежитии.

Впрочем, едва я встал и накинул плащ, мне в голову пришла мысль, что некоторые детали окружения отличаются от привычных уже мне, да и плаща рядом нет – вместо него я набросил на плечи какое-то серое покрывало, ничуть не похожее на синеватый плащ с треугольником на ключице и медной окантовкой.

Пока я пытался сообразить, что вообще произошло, с прохода громкими раскатами раздавался хохот Дариуля, перемежающийся с лязгом металла на кухне. Он через открытую дверь отлично видел меня, а я, наконец, вспомнил, что вчера пошёл ночевать сюда.

– Обхохочешься. – Недовольный тон ещё больше развеселил яла, но я решил не отвечать и не делать мелких пакостей.

– О-ох, – протянул я, глянув в открытое окно. – На развод не опоздаю?

– Толе светает, посиди ещё, – ответил ял, наливая мне полюбившийся напиток, которого я вчера так и не попросил.

– Есть предположение, когда отплываем? – спросил я, сделав все утренние дела и умывшись. За столом меня ждало сладкое печенье, вкусом напоминающее овсяное, и я с удовольствием захрустел им, пытаясь за грохотом в черепе расслышать голос Дариуля.

– Не беспокойся, я предупрежу тебя и Хасила за день.

Мы ещё немного поболтали, мелкими глотками отпивая горячий чай, и быстро собрались на выход.

Свой лук я вчера принёс сюда. Вряд ли его украдут или сломают, но мне всё-таки спокойнее, когда я вижу его в доме, владелец которого его делал, а не в общежитии ялов, которые оружие лучше тренировочной палки со шнуром видели только издалека.

Улица встретила меня метким выстрелом солнечного луча в глаза, проникшего сквозь ветки живых домов, на которых даже листья висели смирно. Похоже, жара продолжает своё шествие и ветерком сменяться даже не думает. С другой стороны, в это утро я почувствовал, что Давурион, наконец, принял меня вновь. От глубокого вздоха и сил прибавилось и настроение поднялось до небес. Такого я не ощущал с самого возвращения.

Мой путь лежал к тренировочной площадке, но я никак не ожидал, что за мной пойдёт и Дариуль. Почему-то у меня не возникло этих мыслей, когда мы в довольно узкой прихожей начали спор, кому положено выходить первому. Даже не знаю, чья натура стала причиной, моя, плохо выспавшаяся и плохо же вставшая, или его – чуточку стервозная и самую малость вздорная.

Только на площадке мы завершили наши споры, в которых от изначальной темы не осталось и следа. Каждый остался при своём, и мы просто сели на лавку рядом с храмом чревоугодия, где ещё ели ялы. Вскоре мне на глаза попался младший помощник, уверенно шагающий из столовой в нашу сторону.

– Вот и кончился выходной, – сказал я с капелькой разочарования в голосе, повернувшись к Дариулю, и встал, так как Шавел решил исполнить воинское приветствие. – Шавел’Тиох, разрешаю доложить. – У меня вырвался короткий смешок, испортивший всё впечатление. – Как тут без меня?

– Всё хорошо, ланни Фура.

– Понял, – ответил я, оценивающим взглядом осмотрев площадку. – Сообщи остальным, я буду на разводе.

Дариуль решил, что мне стоит знать: сегодня он посмотрит на тренировку с мечами, хотя я успел предупредить, что никаких безумств давно уже не затеваю, так что ему может стать скучно.

– Уверен, ты сможешь меня удивить. Между прочим, ты знаешь, что значит обращение по полному имени? – спросил Дариуль.

– Мои уже привыкли к иронии, но если это важно, скажите сразу.

– Нет, ничего такого. – Он махнул рукой. – Оно что-то значит, и мы показываем желание подружиться, если называем полное.

– А что означает ваше?

– Своё я давно утратил, – ответил он спокойно. – Где-то к твоим оборотам меня назвали Дар’Уль, хотя это неполное.

– Хм-м, «Дар» – общепринятый с однокоренным «Дарить», «Уль» – кажется, что-то связанное с утратой. Дайте угадаю, что-то должно быть в середине?

– Да, верно. Дар-Силва’Уль.

– Но как можно забыть имя души? Это же – первое, то, что дают родители.

– Я… – Он глубоко вздохнул. – Я появился на закате Красного Века и рано потерял их, прошло много оборотов, и мне некому было его называть.

– И что, никто не поможет? Делов-то – память глянуть.

– Всё не так просто, – ответил он с грустной улыбкой. – Я живу долго даже для яла, у меня иная природа… в общем, я не могу рисковать кем-то, моё мышление состоит не из слов, а из образов.

«Да уж, и очень ярких», – подумалось мне.

– И, ты же не думаешь, что если я забыл, то кто-то сможет вспомнить за меня?

– Но сами в чужой разум залезать не боитесь, – ответил я вслух, и меня осенило: а ведь, даже если я в этот самый момент сознаюсь, что недавно прочитал его, он не станет злиться. Да и потом, тут много ялов, он вряд ли набросится на меня в их присутствии. – Могу я попытаться?

– Ты? – В его голосе неожиданно звякнул металл, характерный для начала очередного спора, но я решил нанести упреждающий удар:

«Попытаться стоит. – Ял хотел, было, закрыть мысли, но мне это не помешало. – Лик’Рисана и Аяр’Ноцел. Не кажется знакомым?» – отправил я мысленно.

Сначала мне показалось, что он просто не узнал этих имён – брови задумчивого яла свелись к середине, но потом он раздвинул их и глубоко задышал, а под глазами появились две блестящие дорожки. Он закрыл лицо руками, и я увидел, как Дариуль вздрогнул раз, затем ещё. Похлопав его по плечу, я бессильно опустил руки. Что мне ему теперь сказать? Что всё будет хорошо? Да уж, лучше и не придумаешь. Впрочем, похоже, ему мои оправдания и не нужны. Разве что, одна небольшая деталь:

«Не против моей дружбы, Руо?»

«Не могу поверить! Как тебе удалось? – Он раскрыл чуть пунцовое от слёз лицо, – Их же не стало так давно! И моё имя…! Как⁈»

«Мне приходилось общаться…»

«Молчи», – перебил он, приподняв руку, и я закрыл разум.

Ял ещё пару раз вздрогнул, но достал из кармана платок и вытер лицо. А меж тем, офицеров и остальных ялов уже призывали на развод.

* * *

– Это было четыреста десять оборотов назад, незадолго до конца Красного Века, – неожиданно сказал он.

Мы с Дариулем сидели на той же лавке. Место, словно бы с прошлого раза не утратило тепла, хотя я исправно отработал первую часть дневных тренировок, показывая некоторые новые движения и даже разрабатывая что-то своё, пока на меня никто не смотрит. Ну, почти. Свик и другие помощники не очень интересовались, чем я занят, младшим и рядовым – вовсе не до меня, особенно, когда ты находишься под надзором, а вот Шавел нет-нет, да посматривал в мою сторону и даже пытался что-то повторить.

– Память никуда не пропадает, – ответил я, отлично поняв, что Дариуль продолжает наш разговор. – Подсознание могло задвинуть его слишком далеко.

– И всё же, как? – уже более спокойно спросил ял.

Мне нечего было ответить, и я лишь плечами пожал. Руо, поняв, что от меня он ответов не дождётся, вдохнул, задержал дыхание на десять секунд и сделал так три раза.

Отвлекшись, я посмотрел на ялов, которые после обеда решили ещё немного помахаться и не выдержал:

– Да, куда ж ты бьёшь, Сарак? Справа атакуй и уходи налево! Да, нет, в другое «налево»! – Посмотрев на Дариуля, я махнул рукой в сторону мечников и сказал, – За оборот, может, и вышел бы толк.

– Я хотел спросить, – вспомнил о чём-то Руо. Чёрт, его имя души звучит так непривычно теперь, даже, если мысленно произносить его. – Ты точно согласен плыть?

– Сказал же – да. Может, подробности? Кажется, именно за ними я вчера и лазил в ваш разум.

– Вечером, хорошо? Сегодня учи молодых и прощайся. – Дариуль указал взглядом на учеников. – Хасил уже знает, он хотел завтра прийти и проводить тебя.

– Вообще-то, есть у меня идейка, – хмыкнул я, доставая из кармана плеер, заряд которого за все эти дни я так и не смог просадить. – Помните это? Будет вам безумство.

– Буду ждать, amicus.

От удивления у меня сам по себе открылся рот. Пока я соображал, Дариуль ушёл, а я только и смог, что проводить его взглядом. Он назвал меня другом. Вроде, ничего такого, но после знакомства с одним чешуйчатым летающим существом я начал относиться к этому слову с большой осторожностью, да и ял вряд ли произнёс его для красного словца.

Вскоре перерыв закончился, и я пошёл к своим, дабы отвести их на стрельбище и попрощаться. Ещё бы не забыть к Хасилу зайти и плащ вернуть, он мне какое-то время точно не понадобится.

За меткостью подчинённых я наблюдал уже без особенного интереса. Разумеется, за десяток дней они не стали снайперами, но небольшой прирост точности я отметил, сравнивая стрельбу в первые разы и в этот самый момент.

Голову забили мысли о том, что я покидаю Илибез, пусть это и необходимо. Мне не хотелось уходить, вопреки своему желанию я всё-таки немного привязался к взводу, да и некоторые ялы, похоже, привыкли ко мне. У меня здесь появилось много приятелей, а инструктор меча приблизился, возможно даже, к тому самому титулу друга. Было бы неплохо ещё и его имя запомнить, хотя я точно помнил, что там довольно сложный набор звуков. А ещё Дариуль, который, без лишней скромности, им стал.

Пока раздавались аритмичные щелчки луков, я сидел на принесённой табуретке, ножки которой медленно тонули в песке, и пытался с одной мысли перепрыгнуть на другую, более лёгкую для раздумий. Так ничего и не добившись, я вздохнул и провёл ладонью по лицу. Подперев голову второй, я вовсе попытался очистить разум, но голову неизбежно занимали другие, только я избавлюсь от очередной.

Скорее всего, я поплыву именно к канохам, Дариуль ведь сказал, что Пурпурное Крыло по пути. Однако, боюсь, теперь меня там некому спасать. Не хотелось бы вот так закончить, на чужбине. Впрочем, если у меня получится вернуться, захвачу там парочку новых приёмов и движений, да сюда вернусь. Первое время, наверное, у Дариуля придётся жить, но потом что-нибудь придумаю. Буду работать у Хасила, обходить иногда дом Чууны стороной, может, снова Роулла увижу? В тайне ото всех буду охотиться или ловить рыбу. Это, если подумать, не такая уж и проблема.

Конец тренировок приблизился незаметно, и я собрал ялов вокруг, чтобы сделать объявление. Они давно поняли, когда передо мной стоит строиться, а когда можно и просто постоять.

– Вольно, бойцы, – начал я. – У меня новость. С завтрашнего дня тренировки со мной прекращаются. – Тут же послышались недовольные возгласы со стороны ялов. Некоторые из них лишь кивнули – помощникам я про это уже рассказал. – Моё место займёт Свик, старшим помощником станет Шавел.

Группа загудела, но мне ничего не оставалось, как пресечь болтовню:

– Разговорчики, я ещё не договорил. Вашу нынешнюю подготовку к… чему бы то ни было, я оцениваю на семь из десяти. Прекрасный результат, между прочим! Чтобы вы понимали, Стена едва дотягивает до восьми!

По строю теперь прошлись смешки. Большое ли дело – офицер сравнил их с элитой?

– А у вас сколе? – спросил Шавел, который с моей подачи теперь алин второй ступени. В общем-то, такой вопрос и так уже стоял, просто я чуть ускорил делопроизводство. Остальные пока не давали такого повода.

– Конечно же, десять! – засмеялся я. Строй вторил.

– Мастер Фура, – обратился ко мне другой ял – Алу’Паст, – почему вы покидаете нас?

Посмотрев на него, я не сразу понял, что в его фразе показалось мне необычным, пожал плечами и сказал:

– Есть дело, которое надо сделать. К тому же, я кое-кого ищу. Не хочется давать ему надежду на то, что я мёртв.

– Может, мы что-то можем сделать?

– Спасибо, я ценю это, но мой друг немного необычный. Лучше, если я найду его сам, – ответил я, представляя, как ялы бы удивились, увидев чёрного дракона. – А вообще, есть кое-что, – хитро добавил я…

Ученики махали мне рукой в след, когда я шёл к командирскому домику. Хасил, узнав, что я затеваю, только усмехнулся и пообещал, что приведёт ялов к означенному месту, а я, уже без плаща шагая к Дариулю по темнеющим улицам, всё пытался понять, что в разговоре с ялами было не так. Скорее даже, странность, то, что я мог бы услышать и в обычные дни, но услышал только сегодня.

Вскоре ломанные улицы вывели меня к дому Дариуля, обнесённому ядовитым растением. Ключ мне хозяин так и не оставил, поэтому я не стал дёргать ручку и постучался.

– Заходи, открыто! – донеслось из глубины, и я вошёл. Дариуль выглядел уставшим, сидел за столом, где стыл ужин, и, похоже, ждал меня чуточку раньше.

– Подогреть? – спросил я, поднимая руку над едой.

– Фура, тебе даже не интересно, куда ты отправишься? – спросил ял, чуть нахмурившись. До этого он и впрямь ни разу напрямую об этом не говорил. – Или снова в разум лазил?

– Больше не лазил, да и понятно, что это канохи. Опыт, блин, – усмехнулся я.

– И ты не боишься?

– Поверьте, это не так уж и страшно, – махнул я рукой. – Значит, отбываем уже завтра?

– Да, но… – Его голос сквозил неуверенностью, и я не выдержал:

– Да говорите уж.

– Ты знаешь, что такое Красный Век? – В ответ я только кивнул – несколько дней назад на площадке проводили исторические слушания, на которых я решил присутствовать вместе с группой. – Его отголоски доносятся и в наш оборот. Пока ты был в Крислеме, на Илибез совершили набег. Всего десяток канохов, лучники легко с ними справились, но это пора прекращать.

– Может, это прозвучит цинично, но дикари и есть дикари, – пожал я плечами.

– Они не были дикарями пять веков назад, мы существовали в мире. – Сложно было сдержаться, и я хмыкнул. – А ты видел замки и строения на их землях? – Дариуль заставил меня повернуть к нему удивлённый взгляд.

Канохи, да ещё и замки строить? Хотя, их орнаменты и впрямь не слишком похожи на что-либо, увиденное мной в Давурионе.

– Значит… – От удивления я нахмурился.

– Да, это их родной дом. – совершенно серьёзно ответил Дариуль, заставив задуматься.

– Но что-то же произошло?

Ял рассказал, что в мире существуют разумные, по могуществу сопоставимые, разве что с драконами первой крови – некие шимы. Их практически невозможно обнаружить простому смертному, но они почти всегда оставляют за собой след, который могут найти лишь те, кто знает, что искать. Дариуль, как оказалось, знал, хотя некоторые детали смущали даже его. Например, существо, которое обнаружили его шпионы на вражеской земле, смертно, и оно держится на каком-то искусственном источнике жизни. Оно имеет очень большую власть на канохских землях, вплоть до подчинения разума целого народа, и моя задача избавить мир от него. Тогда, если верить ялу, между континентами возможен мир.

Когда мы закончили ужинать, Дариуль быстро убрал пустую посуду с кухонного стола и расстелил на нём карту соседнего континента. Он показал город, расположение вероятного эпицентра, и откуда лучше всего высаживаться с корабля, чтобы не попасться на глаза дозорным. Это оказался узкий перевал между двумя скальными обрывами, вдоль одного из которых мне с Вадисом однажды пришлось плыть.

Карта была, скорее, декоративная, ей самое место где-нибудь в рамочке на стене, но общее представление о соседнем континенте по ней складывалось понятное. Дариуль достал ещё бумагу, на которой красовались перерисованные под копирку облики с первого образца, и нарисовал там пунктир предполагаемого пути, на котором меня не загремят. Круги с крестами и линии, пересекающие их, обозначали цепи дозорных вышек. Три ленты разных цветов показывали леса, через которые пролегал путь. Большие кольца, являющиеся стенами столицы, окружили квадраты с крестами. Это, как пояснил ял, темницы.

– На случай, если схватят? – усмехнулся я.

– Да, – его тон заставил и меня посерьёзнеть. – Уверен, у тебя получится выбраться во второй раз. К тому же, работает только эта. – Он ткнул в карту на бумаге.

– Продолжим.

Пунктир маршрута упирался в первое кольцо стены, но далее снова начиналась белая зона и лишь угольком небрежно нарисованные ещё два поменьше. Как раз между наружным кругом и вторым Дариуль отметил местоположение моей цели. Почему, только, не в центре, но чего уж там? Когда он убедился, что я всё понял, он раскрыл ещё один лист – небрежно нарисованную карту из чрезвычайно кривых улиц. Ял объяснил, что там много низких зданий, которыми можно пренебречь. Мне же нужен один из больших квадратов, помеченный так же крестом.

– Ещё одна темница?

– Нет, что-то вроде храма или дома управляющего. У шпиона не было времени разбираться.

– Посмотрим.

В последний раз изучив всё досконально и подробно расспросив яла, я начал собирать вещи, затягивать ремни, ну и всё в том же духе. Кроме того, мне хотелось выспаться хорошенько, чтобы не облажаться на предстоящем мероприятии и покинуть Илибез со спокойной душой. А ведь, закончили мы почти к полуночи.

* * *

Пробуждение выдалось прекрасным – сухая погода за окном, слабый ветер, колышущий листья, а на небе ни облачка. Лучше и не пожелаешь. Меня разбудили звуки из комнаты, где Дариуль настраивал какой-то струнный инструмент. Именно он меня и разбудил поздним утром. Вчера мне не получалось заснуть, я думая над одним хитрым условием и, возможно, преуспел. По крайней мере, в СНДВ оно выглядело именно так, как нужно.

Как только ко мне вернулась память о том, что почти до двух часов разрабатывал, я поднялся, оделся и воссоздал невидимую обычным зрением конструкцию, похожую на каналы тубы – большого духового инструмента и подал на них звук от наушников. Громыхнуло здорово, и я понял, что немного перестарался с усилением, а меж тем в комнату на вибрацию трясущихся стен и едва не выбитых волной окон влетел Дариуль.

– Какого демона⁈ – выпалил он. Надо сказать, выглядел он взъерошенным, а глаза его стали похожи на большие монеты аргенов.

– Перестарался, извините, – ответил я, ковыряясь мизинцем в ушном канале.

– Что ты задумал? – Он поправил волосы и вытер платком пот со лба, а глаза начали возвращаться к более привычным размерам. – И куда уже собрался?

– Певчий уголок. – Тряхнув головой, я, наконец, вернул часть слуха.

– Не-ет. – Он закачал головой, медленно присаживаясь на незаправленную кровать.

– Да-а, – закивал я головой. – Ялов тридцать должно прийти.

– А корабль? Я никогда не опаздывал. – В этот же момент я отобрал некоторую часть магического заряда от звуководов и снова запустил трек. На этот раз получилось лучше, как если бы рядом и впрямь кто-то играет на гитаре.

– Подождёт, Дариуль, много ли я прошу? – ответил я и остановил музыку, едва песня дошла до слов.

– Нет, просто… – Он замялся, но потом сказал: – Давай, тогда отправлю твои вещи на корабль.

Певчий Уголок находился далеко, и пока мы шли, я поделился с ялом идеей пустить по городу конные экипажи. Он ответил, что идея, конечно, интересная, но места для стойл придётся выкупать у тех, кто владеет землёй, а искать свободные участки на старой земле – гиблое дело: ялы не просто так начали осваивать территории за перевалом.

Вообще, место назначения находилось по дороге к порту, но Дариуль не стал пользоваться этим и просить меня в этот же самый момент идти на корабль. Зрительная площадка Певчего Уголка могла вместить по меньшей мере две или даже три тысячи ялов, а сцена являла собой довольно большую поднятую раковину гребешка, ни то вырезанную из дерева, ни то выращенную.

– Давно я здесь не был, – сказал Дариуль, рассматривая края раковины, увешанные живыми вьюнами с огромными листьями. – Может, оно и к лучшему?

– Вы её вырастили? – Мы шагнули внутрь, и я услышал гулкое эхо наших шагов.

– Да, с десяток оборотов назад.

В глубине сцены очень удобно располагалась открытая подсобка, где я нашёл пару табуреток. Их я сразу же поместил на сцене, а меж тем к нам уже пожаловали первые гости – бойцы моей группы. Им я помахал рукой и крикнул, что они рановато. Впрочем, их это, похоже, не слишком смущало. Ялы расселись по лавкам и стали говорить между собой, практически не мешая мне.

Сев на табуретку, я положил плеер на колени и снова сделал звуководы, раковины которых помести с правого и левого краёв сцены. Стерео эффект придаст музыке жизни, хотя, конечно, качество из наушников вряд ли будет студийным. На этот раз, чтобы не оглохнуть, я решил сперва подать совсем немного сил и повышать этот уровень по мере необходимости.

Следом шла задумка посложнее: у меня ещё вчера появилась идея создать позади нас плоский голографический экран, и, чтобы он мог визуально повторить изгибы музыки или даже показывал картинки, всплывающие в голове под музыку. Однако, я несколь беспокоился, потому что помнил такой же опыт на Земле. Конечно, там магии в воздухе летало катастрофически мало, и та, принесённая мной, и всё это просто не могло кончиться иначе, но здесь воздух буквально насыщал силами с каждым вздохом. Может, мне повезёт?

Дариуль с интересом посмотрел на трёхметровый квадратный экран, сквозь который прошёл, держа в руках похожий на домру инструмент, и спросил:

– Что это?

– О, – Мне в голову пришла идея, и я её тут же реализовал, – ну-кась, звякните что-нибудь.

Ял неуверенно поднял инструмент и провёл пальцами по аккорду. Экран зашёлся мягкой рябью, вторя звукам, и вскоре успокоился. Из зала донеслись вздохи, но зрители, коих стало уже больше двадцати, продолжили терпеливо ждать.

– Добро, мне это даже нравится.

– Кто открывает? – спросил я, чтобы понимать, кому будет сложнее.

– Начинай ты, я подстроюсь.

Руо сел на табуретку рядом со мной, и мы приготовились ожидать публику. Зал всё наполнялся и наполнялся, кроме учеников я увидел их друзей и подруг. Нас своим присутствием порадовало и старшее поколение, пусть и не в самом большом количестве, а один ял привёл с собой совсем ребёнка, и я подумал, что придётся обойтись без хитов вроде Деда Максима. Конечно, мои маты и местные очень отличаются, но мне самому будет неловко. А если вопросы пойдут?

– Что ж, – мой голос, усиленный звуководами, разлетелся по рядам ялов, – Не ожидал увидеть столе зрителей. Приветаю всех разумных, представляю, Дариуль, – Ял встал и коротко кивнул, – и Фура!

Концерт открыло вступление из «Бандитского Петербурга», но прежде, чем я ткнул на кнопку «Плей», она заиграла сама, разносясь по зрительскому залу. Почему так произошло, я не понял, но решил не давать волю задумчивости и просто утонул в минорном фортепианном вступлении, сопровождаемом электрогитарой. С едва заметного звона треугольника началась сама песня.

Когда-то я знал эту песню наизусть, поэтому тихонько подпевал, не заглушая голос в песне. Вскоре наступил мой любимый момент в мелодии – сольная партия, плавно перетекающая в последний припев.

Зрители слушали, затаив дыхание. Сначала я боялся, что найдутся не столе сильные, которые и вовсе упадут в обморок от недостатка воздуха, но ялы держались молодцом. А когда песня закончилась, они лишь удивлённо смотрели. То ли, не понимая, откуда взялся такой неожиданный и непривычный звук, то ли от того, что так он им понравился. Хотя, я бы поставил на оба варианта сразу, так как вскоре издалека послышались хлопки. По залу начали распространяться аплодисменты, и мне даже подумалось, что на этом концерт можно и заканчивать. В шутку, конечно.

Пришлось развести руками, чтобы ялы успокоились и дали возможность играть Руо. Хотя мне казалось, пауза будет в половину меньше.

Тихая, спокойная музыка из уже знакомого мне духового неожиданно легко расходилась до самых дальних рядов. Звуководы, которые я тайком подцепил к инструментам Руо, не пришлось даже усиливать.

Назвать мелодию продолжением «Города» я, конечно же, не мог, но лёгкие, чуть грустные нотки всё равно завораживали и уносили душу назад, к моменту в жизни, когда со мной ещё не произошла та авария. В этот же момент в голове родилась мысль, какую следующую песню поставить из огромной коллекции музыки к фильмам, играм, инструменталок, синглов и альбомов самых разных групп.