Текст книги "Обещание (СИ)"

Автор книги: Сергей Ковшов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 29 страниц)

Глава 7 Планы меняются

И снова знакомая дорога. На сборы ушло немного – около суток, которые я провёл уже в другом постоялом дворе. Деньги я ялу вернул с процентами, и он удивлённо на меня посмотрел.

– Не думай, что я совсем беспомощный.

Он только взглядом повёл, поняв, наверное, что это благодарность от Видима.

Отыскать трофейный меч по дороге обратно мне не составило труда, хотя, учитывая его вес и вес моего булатного, я не отказался бы от палки, но куда она угодила от моего броска – хороший вопрос. Ял снабдил нас провиантом на долгий путь, от чего мне пришлось расстаться с частью своих вещей из сумки, но я не сильно переживал от того, что утратил своё пальто. Оно в наступивший тёплый период будет только мешать. Заместо него Роулл дал мне довольно тонкий махровый кремово-жёлтый плед, почти невесомый и не занимающий место. Сказал, что это довольно тёплая штука.

Вскоре мы с ялом отдалились от Норгдуса по побережью на несколько километров, и теперь от туда, где мы шли, виднелись лишь очертания стены большого морского города, постепенно скрывающимися за краем холма.

Здесь дороги не наблюдалось, но идти по полированным ветром и морским воздухом каменным породам оказалось не так, чтобы тяжело. Утренний воздух быстро нагрелся под яркими лучами светила, но вскоре погода почему-то начала портиться. С моря подул сильный и влажный ветер, неся к нам фронт тёмных туч. Солнце ещё не скрылось – оно находилось на другой стороне, но я почему-то был уверен, что скоро и его закроют тучи. Чего-чего, а ливня нам тут точно не хватало.

Чтобы скрасить ожидание и путь, я решил хоть немного узнать о том, почему же королевство всё-таки бывшее. За время путешествия в Норгдус как-то не представилось; то с Видимом шутил, то спорил с ялом, то дулся на него, но теперь, раз уж мы союзники, решил, что лучше случая не представится.

– Давным-давно Давурион был процветающим ялийским королевством... – Это я уже слышал, но перебивать яла не стал.

Так вот, последний правитель – ял правил аж три человеческие жизни. Имени Роулл не назвал, сказав, что оно затерялось в истории. Несмотря на это, ялы запомнили его, как одного из величайших королей, которых Давурион только знавал. Но нашлись и недовольные. Восстание марнов и, цитирую, «вас – людей» свергло правителя, вырезав всю его семью. Даже сомнительных полукровок.

– Ты меня давай не приписывай!

– Я забываю, что ты Гнису, – ответил он, но как-то без раскаяния. – Продолжу...

Началась гражданская война. Пока люди осваивались в освобождённых от дани деревнях, марны вытеснили ялов в леса, где сами раньше и выживали. Там, решив, что этого достаточно, они построили каменную стену – прародительницу нынешней Живой Стены.

– А что было дальше? – спросил я, заметив паузу в его рассказе.

– Приятно, что тебе интересна наша история, но пока я остановлюсь.

– Хорошо. Но ты бы хоть даты назвал.

– А какой смысл? Ты эти цифры запомнишь?

И снова ял оказался прав. Чёрт. Действительно, зачем мне это? Выдохнув носом, я сказал:

– Может, ты и прав. Сейчас бы о будущем волноваться.

Ял ничего не ответил, но на его лице появилось странное выражение, будто он празднует победу. Он очень старался не показывать этого, но я заметил еле видную ухмылку. Впрочем, какая-то часть меня хотела думать, что это лишь радость учителя, который вскоре получит любознательного ученика.

Кстати, об этом:

– Роулл, а теперь серьёзно, – сказал я так, что он обернулся. – Ты же понимаешь, что мне не хочется снова оказаться в вашей темнице?

– Если ты не дашь поводов снова помещать тебя туда, этого не произойдёт, – ловко парировал он и снова отвернулся. Но мне показалось, что он оставил мне место для манёвра.

– Тогда, может, заключим сделку? Цену ялийского слова я знаю.

– Но я не знаю цену твоего.

– Смотри, обо мне знаете только вы и лорд Вандолий. Случайных людей пока исключим. От вас и от них я сбежал, признаю, 'но', – Для придания важности этого предлога я даже палец вверх поднял, пусть и впустую, – от марнов я сбежал со шпионом. Каковы шансы, что они на меня не обозлились?

– Хочешь, чтобы я доверился тебе только на основе этого?

– Хех, в целом, да. Если честно, я боюсь встречи с ними.

– Этого недостаточно, – отрезал он. – И прости, но я сам знаю тебя слишком мало, чтобы что-то обещать.

– То есть, ты всё-таки ведёшь меня в темницу, – почти утвердительно сказал я, остановившись.

– Чýса! – бросил он, хлопнув ладонью по лбу, но потом успокоился и договорил: – Добро, обещаю, я тебя в темницу не поведу. – Похоже, моя не самая изящная провокация неожиданно сработала. Его взгляд подсказал мне, что он ждёт ответной любезности.

Теперь самое сложное.

– Именем Гнису, я освобождаю тебя от данного слова. – Его огромные глаза сказали больше всяких слов. – Прости, Роулл, мне нужно было понять, можно ли тебе доверять.

***

Ночной ветер в сторону моря затих, и пока его не было, на землю спустился жиденький туман, от которого становилось зябко. Боясь простыть, я завернулся в плед прямо так. Посмотрев на меня, брат ял сделал точно так же. После вчерашнего разговора его фразы сводились к простым ответам вроде «да» или «нет». Однако, я не мог понять, что он думает. Возможно, я вчера всё-таки перегнул палку, а может, ял изначально всё просчитал, и когда удостоверился в своих догадках, разочаровался во мне. Но лезть ему в душу я не хотел так же, как лезть в голову.

Солнце вскоре вновь воцарилось наверху и уже подпекало завёрнутого меня. Похоже, «Там» не могли определиться с погодой, вот и чередовали лепоту со скверью.

Роулл вдруг снова подал голос, спросив, на сколько я хорошо обращаюсь с оружием. Ответил ему общим «да так», после чего он неожиданно развернулся, вынул из ножен меч и громко заявил:

– Вызываю на поединок!

– Принимаю! – ответил я и только через секунду понял, что ответил.

Ял увидел моё смятение, но не остановился, и мне, шагая назад, пришлось доставать своё оружие. Слишком медленно, как оказалось, потому что плед не сильно помогал. Сбросив его на траву, я обнаружил, что ял уже успел нанести мне два условных удара и ловко отпрыгнул он замаха свободной рукой.

Мне, наконец, удалось успешно блокировать его очередную быструю атаку, после чего он отпрыгнул уже от удара клинком. Как-то замедлять его я не видел смысла, так как был уверен, что у яла получится уклониться или блокировать даже самую быструю мою атаку. Однако, нарастающий азарт внутри не давал мне и сдаться.

В следующую секунду в атаку пошёл я и начал давить яла своими приёмами, а затем, когда приготовился нанести колющий, произошло то, чего от яла я точно не ожидал. Роулл почти без разбега прыгнул прямо надо мной, повернулся в воздухе и оказался за спиной. Знать бы, какой чуйкой, но я почувствовал, что сзади нужно ставить блок, потому что разворачиваться времени нет. Через мгновение мой меч за спиной сотрясло от несильного удара. Конечно, он бил не в полную силу и не остриём, так что если бы я не успел среагировать, меня бы только обидно хлестнуло, но никак не убило. Но всё равно стало как-то не по себе.

– Не честно! – возмутился я. – Убить вздумал? – После этих слов я оттолкнул меч яла вверх и развернулся к нему лицом.

Тут же пришлось пригнуться, потому что меч противника прошёлся прямо там, где только что была моя макушка, и снова плашмя. В таком пригнутом состоянии я неловко кувыркнулся влево, быстро встал на ноги и плашмя приставил лезвие меча к шее яла, а чтобы тот не шелохнулся после этого, отбивая атаку, вдобавок ещё и провёл клинком назад, не навредив.

– Мёртв, – сказал я, тяжело отдыхиваясь. На этот раз противник замер и опустил оружие к земле.

Посмотрев на клинок, я с удовлетворением не заметил ни одной зазубрины, в то же время ял, кажется, хмурился, осматривая своё оружие.

– Мог бы просто попросить показать, что умею.

И снова молчание.

Мы шли дальше, оба запыхавшиеся, и ял снова остановился. Как-то я даже не сразу сообразил и прошёл по инерции ещё несколько шагов вперёд, едва не врезавшись ему в спину.

– Что такое?

Роулл пристально смотрел куда-то в сторону, и выражение на его лице быстро менялось с праздного на хмурое и подозрительное. Поведя взглядом в ту же сторону, что и он, я разочаровался, так как увидел лишь кусты черники. Они мне, кстати, тоже запомнились, потому что я хотел их обобрать, когда мы ещё в Норгдус шли. Ягод, к сожалению, там не оказалось, и я вспомнил, что это довольно поздняя ягода.

Впрочем, я положил руку на рукоять меча, потому что пока причин не доверять зрению яла и его поведению у меня не имелось. Возможно, мне бы хотелось, чтобы это была какая-нибудь очередная шутка от яла, но вдруг нам снова попались разбойники? От города-то чуть больше дня пешего пути.

Ял быстро, но беззвучно достал меч из ножен и направился вперёд. Его взгляд и хватка оружия подсказали мне, что он готов к настоящему бою, поэтому все прочие мысли пришлось выгнать из головы. Мне осталось последовать за ним, и оказалось, зрение его вовсе не подвело. Впрочем, тот, кого мы увидели, не был врагом, а, скорее, наоборот.

На редкой траве кверху спиной мирно лежал марн. В глаза сразу же бросилась его изорванная в клочья одежда, и выглядела она довольно дорогой, если сравнивать с тем, что я видел на горожанах Плаишкора. Да и общее телосложение его казалось более, не знаю, здоровым.

– На лицо хорошая драка, – сказал я, принюхиваясь. – Хотя перегаром не пахнет.

– Тут что-то другое. Да и зачем бы марну быть здесь? Их дороги идут дальше к правому краю. Смотри. – Он присел и сорвал один из листочков с куста черники и протянул мне. На нём я увидел тёмное пятно. – Видишь, чернилица примята.

– Кусты-то? – уточнил я, и он кивнул. – Хочешь сказать, он полз?

– Да.

Подойдя к лежащему лицом в земле марну, ял аккуратно взялся за плечо и перевернул его.

– Твою мать!!! – громко вырвалось у меня. Удивление и ужас смешались во что-то неописуемое.

Тело марна оказалось изранено множеством рваных и резанных ран. А потом я услышал хрип из горла и подошёл ближе, чтобы ощупать пульс на шее.

– Он ещё жив? – удивился ял, верно растолковав тревогу на моём лице.

Шок шоком, но мысли быстро пришли в порядок и перестали гоняться по черепной коробке, словно тараканы от света лампы на кухне.

– Доставай тряпки, его ещё можно спасти! – уверенно сказал я, видя, как у потревоженного марна открылась одна из ран. От туда медленно потекла кровь. – Ну же!

Ял не сказал ни слова, но убрал клинок в ножны и быстро полез в свою сумку. От туда он достал своё одеяло и протянул мне. Ничуть не жалея мягкий тягучий материал, я кинжалом отрезал от него длинную полосу, которую сложил вдвое, после чего отыскав небольшую палку, начал крутить жгут чуть выше раны, пока кровь не остановилась.

– Ну что, самое время использовать твои магические штучки, – сказал я, вытирая кровь с ладоней об траву.

– Моих сил не хватит на лечение, – с грустью сказал Роулл. – Ты же дружишь с огнём, попробуй прижечь.

– Точно! – выпалил я и, очистив рану водой из бурдюка, который мне ещё в городе дал Роулл, подал немного магии. Марн сразу же задёргался, закашлял и даже открыл непострадавший глаз, но тогда Роулл произнёс какое-то слово, и пациент снова обмяк. – Надо было что-то крепкое взять, сейчас бы и обеззаразили.

– Не думаю, что это поможет. До Коношена дня три. Не уверен, что он доживёт.

– Давай хотя бы попытаемся, – возразил я, высматривая хвощ или подорожник. На глаза попалось второе. – Сходи за подорожником.

– Что это?

– Вон те круглые листья, – пояснил я.

– Это круглист, – поправил ял, но пошёл и сорвал пару листков.

Освободив от одежды все самые тяжёлые, на мой взгляд, раны, я завернул листья в тоненькую ткань и помял их, чтобы выделился сок. Дальше снова промыл раны водой, обжёг их и приложил приготовленные примочки. Не бог весть, что, но лучше, чем ничего. Поди, до города дотянет.

Роулл всё это время сидел на траве, наблюдая за моими действиями и ничего не предпринимал. О чём он думал, я не стал спрашивать, но что-то мне подсказывало, что он всё равно не верит в исцеление. Впрочем, когда я со всем закончил, ял подошёл, сел на корточки, поднял над марном руку и произнёс какое-то слово. На мгновение появился слабый свет, а после ял, кажется, постаревший, чуть не упал на спину. К счастью, я успел поймать его за руку и удержать.

– Всё-всё, я понял, только не падай.

– Как насчёт привала? – спросил он, придя в себя.

– Хорошая идея. Только чур ночь на тебе.

Вскоре наступил вечер. Ял, укутавшись в мой плед, мирно спал на мху в корнях дерева, а я рассматривал марна и ждал. Очевидно, мы его стабилизировали, но я не мог узнать ничего о его внутренних повреждениях, хотя, ощупав рёбра, не почувствовал каких-то больших проблем, да и вывернутых под неестественным углом конечностей не увидел. Одни лишь линии, как от когтей, да дырки от них же на руках.

Разумеется, в душе поселилась тревога. Кто мог нанести такие раны? Может, эта тварь где-то поблизости? Сидит и ждёт, когда я совсем потеряю бдительность. Но тогда почему она не растерзала марна? Не хотелось бы иметь дело с разумным существом, способным на такие издевательства.

Почти закрыв глаза, я услышал шорох и вздрогнул. К счастью, это не оказался тот зверь. Звук шёл от марна, который задвигался и застонал.

– Тише, не шебурши, – сказал я, положив ему на голову руку. – Раны ещё не затянулись

Вместо ответа он зашёлся кашлем, который, впрочем, не сильно задержался.

– Пить, – сипло сказал он.

– На, – протянул я ему бурдюк. – Кто тебя так?

– Я... меня несли... по воздуху, – Он сделал ещё глоток и вернул мне бурдюк. Говорил марн всё так же через силу, делая паузы, наверное, чтобы снова не закашляться. – Потом бросили.

– Ладно, поспи ещё.

– Нет, я...

– Somnum, – сказал я, напрягшись, и неожиданно меня покинуло немного сил. Марн же выдохнул и закрыл глаза.

М-да, похоже, в первый раз нам по пути очень повезло встретить только лишь разбойников.

– Что он сказал? – спросил Роулл, который, видимо, только что проснулся. Мысли прервались, и я благополучно забыл, о чём думал секунду назад.

– Ничего определённого, – ответил я рассеянно, отпив из бурдюка и закрыв его пробкой. – Заступай, Роулл, а я на боковую.

***

– Ты – ял?! – спросил марн куда более живым и громким голосом, от чего я проснулся.

Как оказалось, я проспал всю ночь, и очень хорошо выспался. Снова менять постель на мох и открытый воздух хотелось не очень, но я с удовольствием обнаружил, что это не сильно мешает мне спать. Даже тревога, которую под вечер вызвали мои мысли, куда-то испарилась.

– Чё шумим? – спросил я, продрав глаза и выглянув из-за высокого корня, через который ночной ветер не смог меня побеспокоить. Глянув налево, я увидел стоящего на ногах марна. – А, тебе уже лучше?

– Да, – неуверенно ответил он, пристально косясь на Роулла. – Вас двое?

Чуть размявшись, я проснулся окончательно и начал складывать плед, под которым спал.

Как оказалось, марна зовут Крула, и родом он из Коношена. Он не отводил взгляда от Роулла, и мне пришлось уверить его, что он в безопасности. Возможно, это не сильно помогло, но я хоть попытался.

– Как ты оказался в такой ситуации? – спросил я, присаживаясь у тлеющего костра.

– Торговал в Плаишкоре. – Он присел напротив и сорвал травинку. – Дёрнул же Воргхал туды отправиться!

– Далеко, – присвистнул я. – Это кто же тебя так забросил?

– Драконы, – дрожащим голосом ответил он, замерев. – Напали неожиданно, изожгли город. Никого не оставили.

– Подожди, я же недавно был там, – остановил я его, откупоривая бурдюк, протянутый мне ялом. – Всё было в порядке.

– Прошло больше децины, я не считал, но до полудня явились те твари. А до этого по городу прошёл слух, что к нам пришёл Гнису.

Зря я в этот момент решил попить воду. Подавился и закашлялся, и Роулл пристально на меня посмотрел.

«Неужели, тот взрыв... – вспомнил я. – Чёрт».

– Знавал там кого-то? – спросил марн, видя мой взгляд.

– Да, – выдавил я и глубоко вздохнул. – Господи.

В этот момент я не мог понять своих эмоций. С одной стороны, я, похоже, избежал верной гибели и должен бы радоваться, но с другой – из-за одного только слуха обо мне был уничтожен целый город.

– История повторяется, – невольно сказал я, но мою фразу, похоже, услышал только Роулл. – Надеюсь, ты не думаешь...

– Нет, – отрезал он, и я понял, что Роулл вовремя остановил меня.

– Что такое? – спросил марн, кусая травинку.

– Ничего, – вздохнул я. Злобу в голосе не услышал бы только глухой. – Извини.

После неловкой паузы Роулл сказал, что можно проводить Крулу в Норгдус. Мы прошли относительно немного и потеряем не слишком много времени, но марн неожиданно отказался идти туда и сказал, что лучше нам идти в Коношен. Он уверил нас, что три дня на ногах продержится и даже не замедлит нас, да и возницу можно кого уговорить пустить нас в повозку – их нынче достаточно ходит. Решение пришлось принимать мне, и я сказал лишь одно слово:

– Коношен. – Ял после этого немного поморщился, но ни слова не сказал.

Мы втроём поели, затушили огонь и отправились в сторону, от куда появляется солнце – на восток, пока не наткнулись на грунтовую дорогу.

Нам троим и впрямь повезло. В Коношен шла одна повозка, в которую запрягли двойку коней. Долго переговаривать с ним нам не пришлось. Несмотря на яла, марн, хозяин этой повозки, разрешил нам запрыгнуть на краешек, смотрящий в сторону Норгдуса, а Крулу пустил на своё сидение, потеснившись. Наверное, его убедило наличие у нас оружия, которое мы не очень-то и скрывали. У яла даже два экземпляра – его меч и лук со стрелами.

Внутри повозки под плотной грубой тканью на кочках что-то брякало. Видимо, возница после продажи товаров идёт теперь обратно, закупившийся всем необходимым. Спрашивать его я не стал, с того места, где я сел, это не имело бы смысла, зато по обрывкам фраз, долетающим до ушей, понял: Крула рассказал ему о том, что мы его спасли.

А пока я размышлял, как буду бороться с отбитой задницей, ял залез под тент повозки и постелил под себя плед, сложив его один раз. Вот шустрый! А мне где лечь? Впрочем, сидеть тоже оказалось не так плохо. Уперевшись одной ногой в стойку тента, а другую согнув в колене, я из своего укорочённого пледа сделал небольшую, но невероятно мягкую сидушку. Только после этого я смог расслабиться, смотря назад, на уходящую вдаль ухабистую пыльную дорогу.

***

За какие-то два с половиной дня мы добрались до окраин города и высадились на подступах, поблагодарив возницу. Почти всё световое время, пока мы качались в повозке по дороге, марны не умолкали, и только вечерами, когда чуть замедлялись, чтобы найти подходящее место для остановки, мои уши могли отдохнуть. Роулл же, будто и вовсе всю дорогу проспал. Возница почти не удивился, обнаружив его, развалившимся на своих пожитках. Отдыхали мы немного – хватало лишь на то, чтобы днём не свалиться с ног, но зато возница со сложным именем, которое мой речевой аппарат ни в какую не желал выговаривать, даже предложил нам часть своего пайка. Ял отказался, указав на свои сумки и сам предложил сдобрить его сушёное мясо своим хлебом и сушёными фруктами. Мне же досталось и то и другое.

– Ты прости, Роулл, – начал я на одном из таких привалов, – но на одних сухофруктах и хлебе я у вас долго не протяну.

– Повторяешься, – не остался он в долгу.

– Как вариант, меня можно и рыбой кормить.

– Я подумаю, кормить тебя вообще или нет.

Марны от чего-то захохотали, и даже ял усмехнулся. Мне же шутка не понравилась. Она как бы намекала на то, что появился ещё один аргумент против того, чтобы я шёл к ялам. А если и впрямь загнусь там от нехватки белка? Человек – такая тварь, что ей надо как зелень, так и животные продукты.

Но вернусь в настоящее. Мы стояли на дороге, а повозка удалялась в сторону города. Ял почти в самом начале сказал, что ему ходу в этот город нет, а я как-то незаметно подговорил Крулу, чтобы он подыграл мне, дескать стало хуже, и без помощи он ну никак до туда не доберётся. Все складывалось, как нельзя, лучше.

Спектакль начался как раз в тот момент, когда мы якобы прощались. С озабоченным состоянием марна лицом, я прыгнул к нему и справился о состоянии. Тот, разумеется, закашлялся ещё сильнее, и я, долго не раздумывая, решил сбросить с себя всё лишнее – сумку, меч и даже кинжал.

– Если скоро не вернусь, – сказал я, от чего ял напрягся, – подожди ещё немного.

Роулл, к счастью, повёлся, да и ситуация не выглядела особо странно. У марна и впрямь могли открыться недавние раны.

Крулу я с помощью яла посадил себе на спину и быстро пошёл по дороге в город. Только потом вспомнил, что коробок с деньгами я благополучно оставил в сумке. Проклятие! Если вздумаю вернуться за ним, это будет не просто странно, а невероятно глупо – Роулл сразу поймёт, что я задумал. Чёрт! С другой стороны, три больших аргена всё ещё оставались при мне, и это, не говоря о другой мелочи. Какое-то время проживу, а там что-нибудь придумаю.

Пришлось идти и тихо ворчать про себя, а марн, похоже, не разбирая моих выражений, решил не спрашивать, что случилось.

Вскоре, когда моя спина затекла, а ноги от большого веса загудели, передо мной появились высокие деревянные ворота, за которыми виднелась лишь одна серая улица. Возможно, и хорошо, что стражи на входе не было, иначе к нам тут же появились бы вопросы. Хотя, они, конечно появились уже внутри. Марн притворился спящим и только слюни не пускал, а я шёл вперёд – Крула ещё за городом подсказал мне, в какую сторону идти.

– Чё уставились? Да, я проиграл спор. – От собравшихся вокруг послышались смешки. Даже марн на спине затрясся. – Чтоб я ещё хоть раз забился с вами выпивать – хрен!

Моя игра на публику сыграла, как нельзя кстати. Все вокруг расхохотались, но начали медленно расходиться.

– Говорил же, сработает.

– Да, только почему я чувствую себя идиотом? – вздохнул я. – Всё, спускайся, надоело!

Марна я вернул на землю, и мы с ним пошли по улице нормально. Теперь хоть стало можно взгляд поднять, и я увидел улицу во всей красе. Камень, камень и ещё немного камня. Вокруг ни одного зелёного уголка, вся земля скрылась под толстым слоем брусчатки, каменной плитки и бордюрами. Причём, цвет камня не казался однородным. Где обычный серый, где чуть белее, а где и гранитно-красный. Но кроме камня в пейзаже присутствовал и металл. Потемневший от времени, он составлял светильники, погашенные на день, опорные конструкции, на которых держались пристройки над улицей, невысокие заборчики, оконные рамы и даже крыши. Совсем малую часть составляли деревянные двери, щедро окованные в металл и стёкла в окнах.

Здания вокруг не сильно отличались архитектурой друг от друга, но и однообразия не чувствовалось. То там кладка составляла картину, словно мозаика, то тут интересный барельеф, высеченный в камне. За некоторыми заборами я даже видел статуи марнов в нелепо пафосных позах.

– Ну, рассказывай, – сказал я, пожирая пространство вокруг глазами. – Здесь я ещё не был.

– Всё, что в Давурионе осталось великого – это Коношен. Город стоит здесь уже два века, и наши корабли добились полной безопасности далеко на побережье королевства. Мы торгуем с Норгдусом и Крислемом, а здесь живут самые большие головы, и от сюда идут лучшие изобретения. Смотри, вон, – он показал на дымящую чёрным трубу, гордо высунувшуюся между крыш в паре кварталов от нас. – Там соединили огонь, воду и сталь, заставив их двигаться без капли магии.

– Не может быть! – восхищённо ответил я. – Паровой двигатель?

– Представляешь, сколько кузнецы работали над единственной круглой балкой, чтобы она крутилась?

– А что, токарного станка не придумали? – Похоже мой вопрос, заданный недоуменным тоном, обескуражил марна.

– ... Какого станка?

– А, забудь, – махнул рукой, понимая, что не зря я сошёл с дороги. Если всё сложится правильно, чёрт, я даже не представляю, какие чудеса можно совершить, соединив магию и технологию.

Марн отвёл меня к своему дому – невысокому двухэтажному зданию. Впрочем, несмотря на низкий дверной проём, внутри я смог выпрямиться и поприветствовал невероятно испуганную внешним видом мужа мáрнушку. Она тут же послала одного из сыновей за неким живителем и сразу же накинулась на раненного с вопросами. Пока он рассказывал ей, что случилось, я осмотрелся в доме. В отличие от улицы, внутри дом почти полностью был обит деревом и деревянными же украшениями. Полы, потолок и даже стены – всё покрыто одинаковыми шлифованными досками, а освещено всё несколькими стеклянными светильниками почти на уровне моих глаз. Правда, один из них не работал.

Меня после осмотра марна и долечивания пригласили за стол в зале сразу за прихожей, и я не стал отказываться.

– А если так посмотреть, зелени катастрофически не хватает, – сказал я, когда наша беседа приняла расслабленный характер. – Хоть бы деревце какое посадили вместо той же статуи.

Марн, умывшийся и приведший себя в порядок, ответил:

– Растения нам не нужны. Всё, без чего не может выжить любой марн – это наковальня и хороший долбяк.

– И кислород, – буркнул я почти про себя, отправляя в рот ещё один кусочек пирога. – Чёрт, пойти что ли напиться? Плохо это для здоровья, но Плаишкор-то жалко. И тех, кто там остался, эх, жалко.

– За этим иди в «Хвост Яла». Закажи там «Молот» – не пожалеешь.

«Какое остроумное название», – подумал я, усмехнувшись. Мы продолжили болтать, и неожиданно хозяйственная жена марна обратилась ко мне:

– Андей, помоги, сил этого бездельника просить больше нет!

– Что такое? – спросил я, заметив испепеляющий взгляд Крулы на марнушку.

– Да фонарь вон тот в прихожей, – Она указала на потухший. – Уже сколько не горит.

Взяв салфетку, я вытер рот, встал, едва не задев медную потемневшую люстру головой. Оказалось, проблема простая. Фитиль, который превратился в иссохший огарок, не горел, потому что засорилось отверстие. Впрочем, снять лампу я не смог – её соединили с какой-то трубой, уходящей прямо в стену.

– А от куда масло идёт?

– На крыше бочка стоит, – выкрикнул марн, так и не выйдя из-за стола.

– Этот забился. Есть что-нибудь тонкое? Игла, спица?

Марнушка, стоявшая позади, сообразила и мигом убежала в одну из дверей в зале. Вернулась она через минуту, неся целый ящик колющего инструмента.

– Такому набору иная армия позавидует, – усмехнулся я, выбрав подходящую иглу.

– А ты как думаешь, почему я её боюсь? – снова вставил Крула.

Вскоре, когда на столе остались лишь тарелки, приборы, да кости, я решительно встал и, попросив пощады, повернулся к выходу. Марнушка, вся светлая от того, что хоть кто-то прочистил этот проклятый светильник, уже давно покинула нас и скрылась в той же комнате, от куда принесла свой устрашающий набор, а её муж, быстро сбегав в ту же комнату, проводил меня к выходу.

– Ты всё равно заходь в Хвост. Тáм не поешь, так хоть спать ляжешь.

– Да какой там? Мне бы денег где заработать. Ну, номинов. Переждать, пока ял не уйдёт.

– Понимаю. Я тебе вот что дам, хватит пожить. У себя постелить не могу, прости, семья не маленькая.

– Да что ты! – возмутился я.

– Бери! – рявкнул он. – И запомни, здесь тебе рады.

Поблагодарив марна и попросив поблагодарить его жену за восхитительные яства, я вышел на улицу и вдохнул воздух, подозрительно похожий на тот, что я чувствовал, когда ещё на Земле в городе работал. В помещении, конечно, бензином и соляркой не пахло, но и воздух казался стоячим, практически мёртвым. И почему я только сейчас это заметил?

Местные новшества интересовали мою уставшую за сегодня голову меньше всего. Хотелось отдохнуть. Тот час же я отправился в «Хвост». К тому же и время уже подходило вечернее.

Улицы Коношена изрядно искривлялись, и два километра по прямой запросто превращались в три. Зато я, похоже попал на местный базар, где от начала до конца улицы распростёрлись лавки с самыми разными товарами. От мечей до доспехов, от каких-то засушенных трав до растений в горшках. Лукавил, видать, Крула, что марнам нужны только долбяк, да наковальня для жизни – вона сколько садового и комнатного. Иные лавки трещали от изобилия инструмента для всё тех же кузнечных мастеров и для чего-то ещё. Меня даже не удивило множество всяких криво выдутых стекляшек, наполненных разными жидкостями; котлов, больших и маленьких; одежды и самой элементарной мебели. В общем, здесь я мог найти всё, что нужно и обычному горожанину, и ведьме с болота, и воину, и ремесленнику. К слову, в Норгдусе я химии как-то не замечил даже на «Межней».

За всем этим изобилием я едва не провтыкал большую деревянную вывеску, на которой карикатурно вырезали и выделили черным сгорбленного яла с длиннющими ушами, глупой ломанной улыбкой психопата и хвостом, как у чёртика со стрелой на кончике. Это меня очень позабавило, и с такой же глупой улыбкой, как у портрета, на лице, я вошёл в заведение. Вопреки тому мнению, которое сложилось с улицы, постоялый двор внутри выглядел довольно прилично. Внутри даже не пахло перегаром, за столами сидели разные личности и мирно разговаривали, создавая гул, к которому можно привыкнуть.

«Эх, бедные мои ломанные ноги – нагулялись? Ну так, вот, отдохните», – подумал я и подошёл к наливающему с намереньем заказать себе комнату.

«Где были эти мысли, когда ты сбегал?» – строго и громко прозвучало в моей голове знакомым голосом. От этого я вздрогнул и остановился на полпути. Никто из присутствующих не заметил моего движения.

– Кто это? – Тревога внутри меня нарастала, но как бы я ни старался, вспомнить, кому принадлежит этот голос, не мог.

– Я здесь, – ответил один из посетителей, махнув мне рукой. Он даже не обернулся, и я не смог увидеть его лицо, но, наконец, вспомнил, кто это. – Подходи.

«Вы живы? – подумал я, медленно подходя к нему. – Что там произошло?» – мне не терпелось узнать всё в подробностях, и я подсел за свободный стул.

«Плаишкор уничтожен», – грустно ответил марн, и, кажется, я даже увидел, как он тяжело вздохнул.

«Мне рассказывали про драконов. Как вождь? Кто-нибудь ещё выжил?»

«Странно, что ты спрашиваешь. После взрыва тот коридор начал рушиться. Мы выбежали наружу, и в тот самый момент с неба появились крылатые твари. Мы скрылись в замке, а когда попытались выйти на разведку, случился новый обвал. Когда мы выкопали Вандолия, он уже не дышал. Все кости переломаны, а лицо...» – Вадис тяжело дышал, а его взгляд, уперевшись в пол, остекленел.

Тяжело вздохнув, я опустил голову и медленно помотал ею, ни о чём не думая. Мы какое-то время так и сидели в мысленной тишине. Марн ковырял двухпалой вилкой кусочек какой-то приправы и размазывал соус.

«История повторяется, только с тем отличием, что пострадали не ялы, а мар...» – продолжил я, не обращая внимания на его фразу.