Текст книги "Служебные обязанности (СИ)"
Автор книги: Салма Кальк
Жанры:
Историческое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)
27. Мы ждем хороших новостей
Мы просидели часа три, наверное. Поль Ферье был выдан своей успевшей забеспокоиться маменьке, та на радостях долго его обнимала и спрашивала – отчего так долго, но он только пожал плечами – мол, дела были. Дела госпожи Дюмон, конечно же, захочет – расскажет. А я в очередной раз подумала, что непременно дам близнецам Ферье рекомендацию в Академию, пускай летом отправляются.
Пока же – позвали господина Флешона, чтобы сначала послушал наши сегодняшние новости, а потом рассказал о наших финансовых перспективах. Констан как будто тоже очень хотел послушать, но я преувеличенно вежливо поблагодарила его за накрытый стол и прямо сказала – не задерживаю вас, ступайте. И наложила защиту от подслушивания.
– Госпожа Дюмон, отчего вы прогнали Констана? Он обладает практической сметкой и как бы не деловой хваткой, – заметил Канолль.
– Отчего же прогнала? Дала возможность не сидеть с нами до бесконечности, – пожала я плечами как можно более непринуждённо.
О нет, я пока не готова обсуждать Констана с ним, но мне не нравятся его вечно бегающие глаза, как будто он постоянно что-то ищет, и не потерянное, а наоборот – где бы и за кем бы подобрать. И применить себе во благо.
Но вдруг я ошибаюсь, и на самом деле он хороший человек? Поэтому пока помолчу. Вот смогу убедиться хоть в чём про него – там и скажу. Что-нибудь. А пока не стану.
Пока же мы ели-пили и слушали Флешона и Канолля. Я слушала, они-то давно уже знают все эти истории. И оказалось, что за словами «всё благополучно» скрываются как раз эпизоды борьбы с разнообразными врагами, тайными и явными.
– Ваше предприятие, госпожа Дюмон, лакомый кусочек. Даже батюшку вашего то и дело пробовали на зуб, а уж вас-то и покусать попробуют – вдруг получится ухватить себе кусок? – говорил Флешон раздумчиво.
– Но ведь мы будем отбиваться? – хмурилась я.
– Конечно, будем, – улыбался Флешон. – Иначе зачем это всё?
А Канолль долго молчал и хмурился, прежде чем собрался заговорить.
– Вы в самом деле уверены, что вам это нужно, госпожа Дюмон? Потому что, ну, вы вправду можете выйти замуж и передать управление мужу или тому же наёмному управляющему. Или продать какую-то часть предприятия.
– А вам-то какая в этом корысть, уважаемый господин Канолль? – не будь я такой уставшей, взвилась бы под потолок и верещала оттуда, а так – просто спросила.
– Да просто и мне было бы легче работать, и Флешону и всем остальным. Думаете, нам не достаётся за то, что под девчонкой ходим?
Я злобно сощурилась.
– Под девчонкой, значит, ходите. Хорошо. Вообразите на минуточку, что я вышла-таки замуж. Да хоть за того же Морриоля. И не проследила, и вышло так, что мой муж – главный собственник всего, да-да, и этой конторы тоже. И что же, думаете, он бы сделал в первую очередь? Стал бы потихоньку, по частям продавать, не говоря мне ни слова. А долгов у него накопилось прилично, мне тут рассказали, что ещё и игроком был, не только мотом. И продали бы – вас отдельно, корабли отдельно, шёлковые мастерские отдельно, и я не уверена, что новые хозяева дали бы вам работать так, как вы хотите, да и вообще дали бы работать. Кто у нас здесь первый покупатель? Барусс? Как думаете, вы бы сработались?
– С Баруссом? Да наверное, – начал Канолль, но Флешон перебил его.
– Куда там – наверное! Да он бы тебя выставил пинком под зад после того, как ты бы показал ему, где тут что! Очень ему нужны люди Дюмонов, у него своих хватает!
– Думаешь? – поджал губы Канолль.
– Уверен, потому что пока не приехала госпожа Сесиль, ко мне тут пару раз подходили с предложениями, и от Барусса тоже. Только вот не хочу я на него работать, мне нравится у Дюмонов, как бы их ни звали и сколько бы лет им ни было.
– Спасибо, господин Флешон, – я растрогалась.
– Глупости, работаем, – кивнул он.
– Тогда рассказывайте, что там у нас уже было с господином детективом.
Оказалось, что – было. И один раз с таможней – не как сейчас, но тоже обвиняли в провозе того, чего и близко не было, и господин Вержи раскопал эту историю, виноватым оказался, конечно же, конкурент, и папенька того конкурента потом съел, а подручными его закусил. И как раз «Аврора» строилась пять лет назад для того конкурента.
Ещё раз случилась тяжба из-за границ земельного участка – будто бы за прошедшие с момента покупки годы участок расширился, но господин Вержи поймал того, кому были выгодны эти слухи, и вывел на чистую воду.
– Послушайте, не ферма ли Орей это была? – интересуюсь между прочим.
Потому что как-то ладно выходит и с пароходом, и не удивлюсь, если со вторым объектом, привлекшим моё внимание, тоже вышла какая-то история.
– Именно она, – кивает Флешон. – Но ничего, разобрались.
– Снова будем разбираться, раз на эту ферму точит зубы кто-то там, чьи интересы представляет господин Лаффер.
– Я не сомневаюсь, что вы справитесь, дорогая госпожа Дюмон, – улыбается Флешон.
И мне приятно, что хоть на кого-то я тут могу безоговорочно положиться! И дополнительно приятно, что этот человек – мой финансист.
Магический вызов настиг меня, и это бабушка – нельзя не ответить, и сделать вид, что не слышала. Надо думать, она меня потеряла.
– Бабушка? – я улыбаюсь в зеркало как можно более беспечно.
– Куда это ты подевалась, скажи на милость? Ужин ждёт, Эмильен ждёт, а ты где?
– А я в конторе. Мы ждём хороших новостей, – говорю как можно более веско.
– Вот-вот, о чём там написала вечерняя газета?
Тьфу ты, кузен как в воду глядел.
– О сплетнях, слухах и прочих непроверенных сведениях, – бодро сообщаю я. – Приеду и расскажу.
– Изволь поторопиться, – говорит бабушка.
– Я очень постараюсь, – улыбаюсь от души.
В нашу дверь застучали как раз в этот момент. Я опомнилась, подскочила, сняла заклятье в двери, и только потом разорвала соединение с бабушкой.
Вошедший господин Вержи держал в руках бумажный пакет с чем-то, а следом за ним шёл ликующий Мишель Палан.
– Всё совсем не так, как бы хотелось этому полицейскому дураку, – радостно сообщил нам он.
Правда, господин Вержи строго посмотрел на Мишеля.
– Господин Палан, не стремитесь обогнать паровоз, ничего не выйдет, – сказал он.
– Я не претендую на рассказ обо всём, вы это сделаете лучше меня, – Мишель не обидчив. – Просто хотел поделиться своей радостью и успокоить госпожу Дюмон, она ведь дождалась вас, как и обещала.
– Арро? Перекусить? – спрашиваю.
Где там наш Констан? Вроде бы мы его не отпускали?
Констан нашёлся на первом этаже, он беседовал о чём-то с привратником Фоти. Тут же поклонился и заверил, что арро будет, и закуски тоже принесут.
– Госпожа Дюмон, – говорил тем временем господин Вержи, – прежде чем рассказывать о результатах наших изысканий, я желаю всё же подписать договор. Понимаете, порядок есть порядок.
– Совершенно с вами согласна, – улыбаюсь ему. – Господин Флешон, у нас ведь есть образец, правда?
– Конечно, – кивает наш финансист. – Составим по образцу от прошлого раза.
Далее мы перемещаемся в кабинет Флешона, он там довольно быстро находит предыдущий договор и составляет новый, я читаю – об оказании услуг, связанных с отысканием истины в деле о грузе парохода «Аврора». А определённый их список обговаривается отдельно между Феликсом де Вержи, частным детективом, и Сесиль Дюмон, управляющей предприятием «Дюмон и Дюмон».
– Сумма обычная? – уточняет Флешон.
– Да, – кивает детектив.
Мне уже хочется спрашивать, не готов ли он сделать скидку постоянному клиенту, но я помалкиваю. Вержи, кажется, сейчас единственный, кто может нам помочь, поэтому мы оплатим его помощь так, как он попросит. Но сумма внушает уважение, да. Ничего, это равно стоимости пошива нового платья у самого модного портного Паризии, хорошо, не одного, а двух, но платьев я нашила себе достаточно, и именно там. Так что – подписываем.
Господин Флешон написал второй экземпляр договора, мы с господином Вержи подписали оба, и он забрал себе свой.
– Теперь, госпожа Дюмон, извольте честно и открыто сказать: кому вы перешли дорогу так быстро. Вы появились в Массилии неделю назад, но уже оказались втянутой в дело о краже и о контрабанде.
– Если бы я знала! Но я уже успела отказать нескольким, гм, конкурентам, это господин Барусс-старший, он желает вести дела вместе со мной, и даже предлагает брак и семейный бизнес, но я не желаю вступать с ним в брак. Ещё есть господин Лаффер, он желал приобрести участок земли для неизвестного мне доверителя, но я была вынуждена отказать ему. Я и не желаю продавать, не разобравшись, и не имею такой возможности – я пока только управляю, и не вправе продавать что бы то ни было.
– Да, с вашими правами и возможным замужеством тоже нужно разобраться, – кивнул детектив. – И кстати, кому достанутся деньги в случае вашей кончины? – взглянул он пристально.
– Ой, там сложное, – там вправду непросто. – Если я умру незамужней, то назначается управляющий, а доходы идут в благотворительность. Если замужней, но бездетной – то оценка эффективности решений, принятых мужем, и если он успеет показать себя хорошо, то остаётся командовать и получать доход, а если нет – то ему небольшое содержание, а основной капитал – как и в предыдущем варианте. Папенька, хорошего ему посмертия, всё это предусмотрел. Господин Мишель Палан расскажет вам точнее.
– Спрошу его непременно.
– Пойдёмте за стол, и вы расскажете, что узнали.
– Я успел узнать немногое, но все эти сведения показывают нам вовсе не ту картину, которую нарисовал капитан Детайль. Я надеюсь, он довёз улики до своего командира, полковника Коурвилля, и завтра поутру нам с вами нужно будет нанести полковнику визит.
– Да, конечно.
– Полковник – маг, он не будет ставить под сомнение ни методы мои, ни результаты.
– Отлично. Идёмте же, будем пить арро, подкреплять силы какой-нибудь едой, которую добыл Констан, и вы расскажете.
Констан расстарался – арро, сыр, вяленое мясо, свежий хлеб, гусиный паштет и жареная рыбная мелочь. Мужчины набросились на еду, я тоже поддержала – потому что обед и последующий перекус были как-то давно.
– Что там, Мишель, господин Вержи? – интересуюсь. – Не томите.
– Мы собрали некоторое количество воздушных слепков, их нужно будет изучить вместе с господином Коурвиллем завтра, – говорит детектив. – Должны найтись следы людей, не входящих в команду «Авроры», а если нам очень повезёт, то и обрывки разговоров и другие звуки мы тоже сможем услышать. Далее, я изучил физические следы, оставленные в том месте, где было обнаружено пропавшее золото, и поговорил с теми матросами, кто имел возможность по службе бывать в том месте. Завтра нужно будет побеседовать и с остальными тоже. Есть подозрения, что на корабле побывали посторонние вчера ночью, и я постараюсь это доказать.
– Воздушные слепки – вон там, да? – я кивнула на бумажный пакет.
– Да, у меня были с собой подходящие контейнеры, и я законсервировал их. Сразу скажу, если вдруг кто-то попытается похитить или уничтожить – получит серьёзный магический ожог, по нему очень легко будет вычислить неразумного. Ну и некоторая собственная защита у меня тоже есть, – Вержи осмотрел нас всех пристально.
На меня можно не смотреть, я заинтересована в скорейшем раскрытии этого тёмного вопроса и разгрузке корабля. И полагаю, остальные тоже – это же наша прибыли и их доход. Но ещё разберёмся, конечно.
– И если вы докажете, что на корабле побывали посторонние, то вы сможете найти их? – интересуюсь.
– Конечно, я всегда нахожу тех, кого ищу, – пожимает он плечами.
И тут в дверь стучат, открывают – и на пороге появляется господин Лаффер, как всегда безупречный.
– Доброго вам вечера, господа. И госпожа Дюмон.
– Доброго вечера и вам, – киваю вежливо. – Каким же ветром вас занесло сюда, господин Лаффер?
– Уверяю вас, я не собирался сюда сегодня. Но ваша бабушка, госпожа Пелисье, весьма обеспокоена вашим отсутствием дома в такой поздний час. И очень попросила меня наведаться сюда, найти вас и привезти домой.
О-о-о, бабушка Матильда беспокоится. Настолько беспокоится, что добыла где-то этого лощёного Лаффера и привлекла.
– Господа, мы ведь обсудили главное, так? Тогда я думаю, нам можно разойтись до завтра. Господин Вержи, как вы думаете, в котором часу нам поутру нужно быть в полицейском управлении?
– Давайте уговоримся на девять утра.
– Отлично. В девять я там, а после прибуду сюда, – киваю. – Благодарю всех за работу сегодня, завтра продолжим. Полагаю, мы справимся. Господин Лаффер, у вас экипаж?
– Да, конечно. Госпожа Пелисье и господин барон Наргонн ждут вас.
Меня разбирало любопытство, и как только экипаж тронулся, я спросила Лаффера:
– Откройте тайну, откуда вы взялись в распоряжении моей бабушки?
Он скупо улыбнулся.
– Всё просто, госпожа Дюмон. Я навещал господина барона, а ваша бабушка ожидала его к ужину, как и вас. Нам с господином бароном нужно было обсудить одно дело, и он предложил сделать это по пути до улицы Гран-Кур. А там уже госпожа Пелисье передала через господина барона приглашение на ужин.
– А я не шла и не шла, и ужин задержался, бедные бабушка и господин барон, – я даже почувствовала угрызение совести, одно и немного.
– Не принимайте близко к сердцу, ужин состоялся, – усмехнулся Лаффер. – Впрочем, вам тоже оставили. Госпожа Пелисье сказала, что как-то там хитро приготовленное мясо нельзя заставлять ждать, оно не перенесёт ожидания, его нужно есть сразу же по приготовлении.
– Вот и отлично, – бабушка всегда отличается здравомыслием. – И как, вкусным было то мясо?
– Увы, не знаю, госпожа Пелисье и господин барон как раз собирались попробовать его, когда я отправился за вами.
– О, так это вас я невольно лишила ужина! Вам нужно было остаться с нами в конторе, у нас ещё был хлеб и паштет, кажется. И арро. С тростниковым сахаром.
– Благодарю вас за беспокойство, госпожа Дюмон. Ничего страшного не случилось, уверяю вас.
Где-то тут мы и доехали до бабушкиного дома, и привратник сообщил, что бабушка ждёт нас обоих.
– Но я полагал отправиться домой, – нахмурился Лаффер.
– Раз бабушка сказала – следует пойти и выполнить то, что она сказала, – пожала я плечами.
– Да, безусловно, – он даже спорить не стал, неинтересно.
И пошли мы в столовую к бабушке. Они с господином бароном как раз заканчивали ужин.
– Сесиль, очень мило с твоей стороны, что ты не осталась ночевать в конторе, а прибыла домой, – заметила бабушка. – Рауль, благодарю вас за помощь. Как вам удалось её оттуда извлечь? Это у неё наследственное, её отец точно так же засиживался в той же самой конторе до полуночи. Но он-то был мужчиной, а Сесиль – девица!
Я закатила глаза.
– Бабушка, ну и что теперь, что девица? Когда-нибудь выйду замуж, разве это что-то изменит?
– Надеюсь, что да, – кивнула она. – Когда ты будешь замужем, о тебе не осмелятся писать вот такое, – и передала мне газету. – Почитай, пока несут мясо. Я очень надеюсь, что наш повар спас его, и ты получишь хотя бы половину возможного удовольствия.
Я взяла газету и развернула. Точно, как и предсказывал кузен. «Вечерние новости», первая полоса, фото нашей «Авроры» и толпы на причале, и хорошо, что хотя бы меня на том фото нет! И текст – мол, не успел скончаться господин Дюмон, как его корабли начинают возить контрабанду и краденое. И даже комментарий бессовестного капитана Детайля – о том, что он не смеет разглашать тайну следствия, но обвинения серьёзны, а ситуация вызывающая. И властям несомненно следует уделять больше внимания деятельности коммерсантов, потому что коммерсанты так и рвутся обойти закон.
Ну вот ещё, вызывающая. Уж наверное, в городе есть что-то и похуже! Может быть, не зря не могли раскрыть кражу тех артефактов так долго?
Вторая газета, аналог столичной «Сплетницы», проехалась по мне и моему делу ещё сильнее – мол, вот куда может завести приличное предприятие девица, вознамерившаяся им управлять. Можно подумать, этот, который писал, ну хоть что-нибудь понимает в управлении!
Я взглянула на подписи к статьям. В «Событии» никакой подписи ожидаемо не было, а в «Вечерних новостях» стояло – Антуан Бризоль.
– Это ещё кто? – ткнула я на имя. – Кто таков этот Бризоль?
– Это псевдоним, и никто не знает, что за человек скрывается под ним, – покачал головой господин барон. – И ни главный редактор, ни владелец газеты не раскрывают его имя. И если ситуация неоднозначная, вот как сегодня, то материалы подписывают этим именем.
Ещё и скрывается, вот ведь! Но на Детайля сослался совершенно спокойно, видимо, тот разрешил так поступить. Ничего, я его совсем скоро увижу.
– Я его загрызу, – сообщаю почтенному собранию. – Вот прямо завтра утром пойдём с Вержи в управление, там и загрызу. Господина капитана полиции, конечно же. Чтобы не давал какие попало комментарии кому попало.
Бабушка смеётся, Лаффер хмурится, господин барон интересуется:
– Когда это вы успели встретиться с господином Вержи?
– Так сегодня, – вздыхаю. – Его порекомендовали мне и старший господин Палан, и кузен Флоримон. И кажется, он уже нашёл что-то в мою пользу, и завтра утром мы пойдём осаждать начальника здешней полиции.
– Это правильно, – кивает барон. – Передавайте ему привет от меня.
– Спасибо, непременно. А кузен предупреждал вот только сегодня, что может случиться что-то подобное, – я потрясаю газетой. – И предложил тщательно собирать все материалы, а потом подать в суд и отсудить какую-нибудь компенсацию. Я так и собираюсь поступить.
– Видишь, Матильда? Юная Сесиль полна боевого задора, а ты переживала, – посмеивается господин барон.
– Конечно, а как же иначе? Ведь тогда попросту съедят, – вздыхаю я и обращаюсь к содержимому моей тарелки.
Мясо вкуснейшее – мягкое, а соус в меру пряный, точь в точь как я люблю. Поглядываю украдкой на Лаффера – ест, и кажется, ему тоже понравилось.
– Госпожа Пелисье, ваш повар великолепен, передайте ему, пожалуйста, моё восхищение, – говорит Лаффер.
– Непременно, – улыбается бабушка.
Кажется, я так устала, что начинаю клевать носом. Бабушка замечает и предлагает мне проститься с гостями и отправляться наверх, спать. Я охотно соглашаюсь – потому что держать фасон уже нет никаких сил.
Но Детайля я завтра всё равно загрызу.
28. Решение нерешаемой задачи
Утром я поняла, что совершенно не выспалась.
Конечно, мне знакомо такое состояние – ещё со времён Академии, когда нужно было очень много читать во время экзаменов, и всё это запоминать, и потом ещё и рассказывать преподавателям – чётко и ясно, с полным пониманием.
Вот сегодня я неожиданно поймала то самое ощущение – мне ведь сейчас придётся говорить, чётко, ясно и с полным пониманием. Потому что здешний начальник полицейского управления явно же захочет от меня деталей и подробностей. И значит – что? Вдох, выдох, вперёд.
Бабушка, конечно же, ещё не вставала, а обитатели дома снова смотрели на меня с неудовольствием. Да-да, девица должна быть скромна, никак себя не выражать и не проявлять, ждать инициативы снаружи, откликаться на неё правильным образом. Я неправильная девица, привыкайте уже.
Бабушкин кучер изумился, когда я велела ему везти меня в полицейское управление. Вот прямо вытаращил глаза. Я прочла на лбу вопрос – что вам там делать, госпожа Сесиль? А вот, имуществом моим заниматься. И никто это за меня не сделает, а если сделает, то кто поручится, что в моих интересах? Поэтому – вперёд, и отбросить сомнения.
Полицейское управление Массилии занимало двухэтажный особнячок в небольшом переулке, сама бы я могла и не найти. Оно уже не просто пробудилось – но жизнь внутри и вокруг кипела ключом. У входа стояли экипажи, люди входили и выходили. И очень хорошо, что меня уже ждал на ступеньках господин детектив.
– Доброе утро, госпожа Дюмон. Я предупредил господина полковника, что мы придём к нему, он обещал нас принять.
– Доброе утро, господин Вержи, это замечательно. Идёмте же, побеседуем с этим человеком.
Внутри нас встретил дежурный и записал – кто таковы и куда идём. Слов господина Вержи о том, что нас ждёт полковник, оказалось достаточно, хоть на меня и косились – ну вот, опять девица делает что-то, чего ей делать не следует. Ничего, я привыкну. Остальные тоже привыкнут.
Кабинет здешнего большого человека располагался на втором этаже, там в целом было потише – на первом-то толклись, обсуждали, что-то делали. Мы же поднялись наверх, прошли по коридору и господин Вержи постучался в дверь без каких-либо табличек.
– Заходите, – прозвучало оттуда.
Мы и зашли, мужчины приветствовали друг друга, а я что, хуже? Улыбаюсь и протянула руку, и уставилась на хозяина кабинета. Возраста папеньки, ну да что теперь, почти вся Массилия старше меня, и вся столица, и вся Франкия, и как бы не почти весь мир!
– Здравствуйте, я Сесиль Дюмон, – сообщаю с таким видом, чтобы у него и тени сомнения не возникло.
– Здравствуйте, госпожа Дюмон, – он смотрит с некоторым изумлением. – Знал вашего батюшку, замечательный был человек, да.
– И сейчас я отчаянно пытаюсь сохранить всё то, что он собирал с таким тщанием, – говорю. – А то уже пытаются растащить.
– Неужели? – усмехается хозяин кабинета. – Что ж, Клод Коурвилль, к вашим услугам, – он осторожно берётся за мои пальцы и держится за них некоторое время. – И в чём же ваш вопрос?
– Сейчас о нём расскажет господин Вержи. Я не справилась сама и попросила его о помощи.
Мы рассаживаемся вокруг большого стола, господин детектив выкладывает на стол свой пакет и начинает рассказ – с того момента, как его вчера привлекли к отысканию истины. Он не называет имя Детайля, говорит – «сотрудник полиции». Видимо, это правильно, потому что подогревает интерес господина полковника, и тот в конце концов спрашивает:
– Кто же этот сотрудник? Вы уже столько раз упомянули о нём, – вздыхает.
– Капитан Детайль. И он ещё в газету наврал, – говорю мстительно, – то есть сказал, что думал, и ввёл в заблуждение честных людей. Я собираюсь обвинить его в клевете. Потом, когда всё закончится, – и улыбаюсь.
Наверное, не нужно рассказывать человеку, что собираешься загрызть его подчинённого.
– А вы уверены в клевете? – хмурится полковник.
– Я уверен, что господин капитан не дал себе труда изучить даже физические следы, и допросить матросов как следует, – пожимает плечами детектив. – Сейчас мы с вами можем распаковать вот эти контейнеры и послушать, что мне удалось в них вчера поймать.
– Давайте, – кивает полковник, – кто будет распаковывать?
– Доверюсь вам, – говорит детектив.
Далее я смотрю во все глаза, потому что сама не умею ни запаковать, ни распаковать, только знаю, что так можно сделать. Господин детектив подсказывает очередность – что сначала, что потом.
Контейнеров четыре, это металлические шары размером примерно с ладонь, как открыть – снаружи непонятно, но господин полковник знает, что делать. Сначала он накладывает обычное запирающее и противоподслушивающее заклятье на дверь и кабинет, а потом совершает действие с шаром. Шар раскрывается.
– Кто идёт?
– Ты чего, не узнал?
– Тьфу ты, впрямь не узнал, богатым будешь.
– Вот прямо сейчас и буду, ага, – смешок.
– Ладно, проходи, ты к брату?
– К нему. Раз у вас тут ерунда какая-то и вас пока не выпускают.
Скрип и тишина. И кажется, больше тут мы ничего не услышим. И господин полковник открывает второй.
– Стой, куда тебя понесло?
– А что такого?
– Иди вон туда, там всё и оставим.
– Ладно, тебе виднее.
И снова дальше тишина. Открываем третий.
Шум, фоновый шум – какая-то обычная жизнь. Где-то болтают, где-то поют. И вдруг прямо рядом:
– Ставь сюда.
– Здесь найдут.
– Не найдут, здесь уже всё осмотрели, сюда больше не сунутся.
И опять тишина. Четвёртый и последний.
– А заберёшь-то когда?
– Да завтра и заберу. Мне только на ночь, или чуть больше. Никто ж не догадается. Вы только пришли, и вас уже досмотрели.
И всё, больше ни слова.
Господин полковник смотрит на господина детектива.
– Рассказывайте, господин Вержи. Слушаю вас. Я так понимаю, вы уже многое знаете.
Господин Вержи пожимает плечами.
– Кое-что знаю, да. У кого-то из тех людей, что ходят на корабле госпожи Дюмон, есть же братья, таковых должно оказаться немало. Нужно будет узнать про каждого из них – что за братья, чем занимаются. Хотя… есть знакомые фамилии.
– Вы уже знаете, что это за люди?
– Конечно, у меня и списочек есть, – Вержи достаёт из внутреннего кармана лист бумаги и разворачивает его перед полковником.
Тот берёт, читает, хмурится.
– И впрямь, есть знакомые фамилии. Вот, например, достойный господин Ферран Леру, он же Чёрный Леру, мы ведь об одном человеке сейчас, правда же? – и смотрит на Вержи.
– Полагаю, что да, – кивает тот. – Просто никто не задумывался, что у честного матроса Гаспара Леру может быть старший брат, который промышляет самыми разными делами, большинство из которых – за рамками закона.
– Постойте, – влезаю я. – Вы хотите сказать, что у меня служит человек, брат которого преступник, так?
– Строго говоря, его ни разу не взяли с поличным. Он попадался когда-то на мелких кражах, а когда стал промышлять чем пожирнее, то научился не оставлять следов.
– Он не подумал, что придёте вы и найдёте эти следы?
– Не подумал. Но его ещё нужно поймать, он скользкий, как рыба, и обычно уходит от всех попыток привлечь его к ответу. А брат его может быть честным человеком, просто не самым умным на свете.
– И где мы будем его искать? – озвучиваю вопрос, он меня весьма интересует.
– Где-то же он есть, – пожимает плечами Вержи.
– Значит, что, брат-преступник уговорил брата-матроса подержать ящик на моём корабле? Потому что корабль осмотрела таможня, и они не ожидали повторного осмотра? Но кто-то знал, и написал ту самую анонимку, верно? И причём тут Баруссы, оба?
– А почему оба? – спрашивает полковник, до того он с интересом прислушивался к тому, что я говорю. – Ограбили-то младшего.
– А старший вчера навестил меня в конторе и предложил помощь в улаживании этого неприятного дела. Сказал, что знает – кому и сколько занести, – пожимаю плечами.
– И вы не согласились? – изумляется полковник.
– Цена высоковата, на мой взгляд, – пожимаю плечами. – С господином Вержи мы заключили честный договор, а с господином Баруссом так бы не вышло.
– Простите, сударыня, вам сколько лет? – щурится полковник.
– А какое это имеет отношение к делу, простите? – интересуюсь невежливо. – Я умею считать и понимаю, что мне выгодно, а что – не слишком, вот и всё.
– Значит, ваш отец хорошо вас подготовил, – он не спорит, и это хорошо. – Что ж, нам нужно найти Чёрного Леру. Господин Вержи, вы желаете сделать это сами? Или доверите моим людям?
Господин Вержи улыбнулся и промолчал, а я молчать не стала.
– Простите, полковник, – улыбаюсь, – я не знакома с вашими людьми, кроме одного… и его, как мне кажется, близко к такой работе подпускать не нужно. Он вчера уже показал, на что способен. И ещё гадостей прессе наговорил. А я с прессой дружу.
Полковник вздыхает.
– Только пока ваша дружба не очень-то вам помогла, – усмехнулся он кисло.
– Ничего, я ещё отыграюсь. На самом деле помогла, просто в другом деле, не в этом. А об этом меня вчера предупредили, и неприятные статьи не оказались для меня сюрпризом, только для моей бабушки, госпожи Пелисье.
Полковник вздыхает, дальше они с господином Вержи обсуждают, кто и как будет искать того преступника, и просят у меня разрешения допросить его брата, матроса Леру. Да конечно же, пускай допрашивают. И ещё пускай сообщают в таможню, что вопрос о контрабанде исчерпан, и пускай удостоверятся и успокоятся, а мы будем разгружаться. Уж наверное авторитета начальника здешней полиции хватит на такое заявление, его примут во внимание.
Господин полковник соглашается, и даже тут же при мне связывается магически – о как – с начальником таможни, и описывает ему ситуацию. Я же слышу, как тот сначала сопротивляется, но потом принимает аргументы полковника и отступает. И соглашается дать разрешение на разгрузку «Авроры». Вот и славно.
Господин Вержи договаривается держать связь с полковником, и мы отправляемся – нужно отнести в контору добрую весть. Впрочем, я догадалась вызвать прямо из управления Поля Ферье, попросить его привести Канолля к зеркалу в приёмной, и пускай выслушает наши новости. И занимается уже делом, пока я еду на Портовую улицу.
А господин Детайль попадается нам навстречу, когда мы с детективом спускаемся по лестнице. Но бодро поднимается и даже не сразу заметил нас, а когда заметил, то застыл, как вкопанный.
– Здравствуйте, господин капитан, – киваю я ему сверху, благодаря тому, что разговор идёт на лестнице, мне это удаётся. – Ожидайте в ближайшее время иск за вашу вчерашнюю клевету, вместе с теми журналистами, которым вы так радостно и щедро давали комментарии.
– Что такое? – не понимает он, красивые брови хмурятся. – Уже с утра получены новые сведения о том, что ваши люди не только краденое укрывают!
– Они того же происхождения, что и вчерашняя анонимка? – смотрю ласково. – Вас вводят в заблуждение, а вы и рады. Ладно бы вы просто болтали, но ваши слова сначала записали, а потом и напечатали. И теперь вы никак не сможете сказать, что случайно мимо проходили. Продолжайте в том же духе, получите иск не только от меня.
– Детайль! Немедленно ко мне! – слышится рык полковника из-за наших с господином Вержи спин.
Тот хмурится и идёт в нужном направлении, а мы оба посторонились, чтобы дать ему пройти.
– Мне очень интересно, что за новые сведения ему с утра выдали, и кто это был, – смотрю на детектива.
– Если что-то серьёзное, думаю, мы узнаем, госпожа Дюмон, – он кивает успокаивающе. – Я непременно сообщу вам. Но если это сродни вчерашней анонимке, то вам не стоит беспокоиться.
И я соглашаюсь, что будем решать сложные вопросы по мере их поступления. А пока нахожу экипаж и еду на Портовую улицу. Сначала туда, а там уже посмотрим, что дальше.
Но оказалось, что нерешаемая вчера задача разгрузки «Авроры» вполне имеет решение, и мне удалось найти это решение достаточно быстро. С помощью знающих людей, конечно же, но в том и есть моя задача – находить тех, кто поможет справиться со всеми сложностями? И ура, я понемногу понимаю, как это делать в Массилии.
Ну не молодец ли я?




























