Текст книги "Разоблачая его (ЛП)"

Автор книги: С. Уилсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

ДЕВЯТНАДЦАТЬ

Ноа

Грейси зевает и встает с дивана, потягиваясь, и мне приходится бороться, чтобы скрыть свою реакцию, когда ее толстовка приподнимается и обнажает полоску ее голого живота, прежде чем все станет действительно чертовски неловко.

И чертовски опасно, учитывая, что ее брат находится прямо рядом со мной.

Не то чтобы он заметил, так как он наполовину спит. Я думаю, что он просыпался все раньше и раньше с каждым днем, пытаясь поймать Лану до того, как она ускользнет каждое утро.

Черт знает, во сколько эта девчонка встает и куда она собирается так рано каждое утро, раз Коулу это еще не удалось.

Некоторое время назад она вошла в дом на цыпочках, но только я заметил это движение. Когда я взглянул на нее краешком глаза, она приложила палец к губам и взглядом призвала меня к молчанию, на ее лице был такой взгляд, который обещал опасность, если я открою рот.

Справедливости ради стоит сказать, что я ни словом не обмолвился о том, что знал о ее присутствии здесь.

Нет, я держал рот на замке и отвел взгляд, чтобы никто не заметил, что я смотрю на нее.

Мне нравится Лана, правда, но я почти уверен, что у этой девушки не все в порядке с головой.

Логан некоторое время назад лег спать, а Харли мирно спит в кресле.

Как долго это продлится, я не знаю, поскольку положение, в котором он находится, выглядит чертовски неудобным: его голова практически свисает с края сиденья, а руки согнуты под странным углом.

– Я провожу тебя обратно в общежитие, – шепчу я Грейси и тоже встаю, отчего глаза Коула распахиваются.

– Я могу провести ее, – бормочет он, и я фыркаю.

– Ты уже наполовину спишь, чувак. Я не против прогуляться с ней.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста не спорь со мной в этом вопросе.

Раньше было достаточно плохо, когда он подозревал, что мы буквально ничего не делаем, кроме просмотра фильма, и если он начнет сомневаться в моих намерениях слишком рано, то все действительно полетит к чертям собачьим.

Словно пытаясь доказать мою точку зрения, он зевает и быстро соглашается, прежде чем убегает в постель, вероятно, надеясь увидеть, там ли Лана, и надеясь, что она не спит. Я не сомневаюсь, что Лана либо уже крепко спит, либо будет притворяться, что спит, ради Коула.

Грейси бросает быстрый взгляд по сторонам, когда мы выходим из гостиной, словно убеждаясь, что ее никто не подслушает, прежде чем прошептать. – Тебе не нужно провожать меня, я уверена, все будет в порядке.

Да, этого не случится.

Я бы никогда не упустил возможности побыть с ней один на один.

Я качаю головой, бросая на нее многозначительный взгляд. – Этого не случится, малышка, – строго говорю я, используя для нее прозвище, которое я использую уже много лет.

Странно, что я чувствую необходимость использовать «малышка», когда мы в режиме друзей, но «любимая» или «детка», когда мы более... близки. Мысль о том, чтобы называть ее малышкой, когда мы занимаемся сексом, просто не укладывается в голове – возможно, потому, что это мое платоническое прозвище для нее? Я, блядь, больше ничего не знаю.

Я снимаю куртку с крючка у входной двери, прежде чем надеть туфли, пока она делает то же самое. – Мы говорили об этом ранее. Не ходи никуда одна, если можно этого избежать.

Она тяжело вздыхает, но не спорит, и я воспринимаю это как победу. Я открываю дверь и жду, пока она выйдет, прежде чем последовать за ней, поскольку я джентльмен и все такое.

Стал бы джентльмен преследовать девушку и пугать ее до смерти?

На самом деле мне наплевать на ответ, поскольку теперь, когда все пришло в движение, меня ничто не остановит.

Раньше я слишком тщательно следил за своими чувствами к Грейси, поскольку не хотел испортить свою дружбу с Коулом или ее отношения с ним. Но теперь пути назад нет.

Я не могу продолжать отказывать себе.

Она записана в моей ДНК, и, черт возьми, я никогда не отпущу ее.

Я не смог бы, даже если бы захотел.

Или если бы она этого захотела.

Теперь слишком поздно поворачивать назад, я вкусил ее, и все, она со мной, хочет того или нет.

Очевидно, я бы предпочел, чтобы она была со мной добровольно, но я не прочь сыграть грязно, если понадобится.

Я иду рядом с Грейси, достаточно близко, чтобы унять бушующую во мне потребность быть рядом с ней, но не слишком, чтобы она не сочла это странным.

Я не спускаю с нее глаз, пока мы идем, и мне приходится сдерживать смех, когда она настороженно оглядывается по сторонам, как будто ждет, что кто-нибудь выскочит на нас.

Как будто она ждет, что я выскочу на нас.

Я мог бы сказать ей, что он физически не может подойти к нам прямо сейчас, но это испортило бы игру.

– Расслабься, малышка, – мягко говорю я. – Он не подойдет к тебе, пока ты со мной. Он подходил к тебе, только когда ты была одна, верно? – Я спрашиваю, и она кивает, ее глаза широко распахиваются, когда она смотрит на меня.

Черт, я умираю от желания обнять ее за плечи и притянуть к себе, но не могу.

– Что ж, тогда справедливо будет сказать, что он не приблизится к тебе, пока ты со мной. Если он здесь учится, то, без сомнения, узнает меня и точно знает, кто я. Кто мои лучшие друзья. Люди, может быть, и не боятся меня так, как остальных, но они знают, что мы действуем как единое целое, и он не захочет так рисковать.

Понятия не имею, как мне удалось произнести все это с невозмутимым видом.

Но я начинаю понимать, насколько это может быть весело.

Я опасно переступаю черту в том, что я могу сказать, а чего не могу, и еще сложнее оставаться в роли, когда я несу такое дерьмо, что делает все еще более захватывающим.

Может быть, у меня предрасположенность к опасности или что-то в этом роде?

– Спасибо, – мягко говорит она и одаривает меня самой трогательной улыбкой, которую я когда-либо видел, от которой у меня на секунду перехватывает дыхание.

Это.

Вот почему я делаю то, что делаю, потому что видеть ее улыбку, направленную на меня – это все, чего я когда-либо хотел, и я хочу быть тем, кто вызывает подобное выражение на ее лице.

– Тебе не нужно благодарить меня, л… малышка.

Черт.

Преодолев неловкость из-за того, что я почти назвал ее любимой и выдал себя, я возвращаюсь к светской беседе, которую мы вели до того, как ребята вернулись домой и, прежде чем я успел опомниться, уже стояли в дверях ее дома.

Дверной проем, где я прижал ее всего несколько дней назад.

То, как она так явно хотела бороться со мной, но сразу же сдалась, как только я прикоснулся к ней, было чертовски возбуждающе, а звуки, которые она издавала, то, как она явно воевала сама с собой, не желая наслаждаться тем, что я с ней делал, в то же время изо всех сил стараясь не кончить...

Черт, это было прекрасно.

И я не могу дождаться, когда сделаю это снова.

Я не могу дождаться, когда смогу продвинуться дальше.

Я не могу дождаться, когда снова погружусь в нее, почувствую, как она пульсирует вокруг меня, когда она кончает, почувствую, какая она чертовски влажная, и почувствую, как она кончает по всему моему члену.

Эта мысль постоянно крутится у меня в голове, и это сводит меня с ума.

Я бы с удовольствием повторил прямо сейчас.

Довести ее до оргазма – самое горячее, что я когда-либо испытывал, но на сегодняшний вечер это не предусмотрено.

Я даю ей ложное чувство безопасности на некоторое время, прежде чем вернусь к ней в маске.

– Спасибо, что проводил меня домой, – говорит Грейси, и я криво улыбаюсь ей, прежде чем дружески обнять.

В этом нет ничего необычного, и я думаю, она не будет возражать после того, как сегодня утром чуть ли не бросилась мне на колени. Я возьму от нее все, что смогу.

Это длится недолго, но достаточно, чтобы унять зуд во мне и утихомирить голос, который постоянно кричит мне взять ее, обладать ею, удержать.

– Я всегда прикрою твою спину, – бормочу я и заставляю себя сделать шаг назад, не целуя ее в лоб – или, что еще хуже, в губы.

Почему-то я не думаю, что это пройдет хорошо.

Я застываю на месте, пока она не оказывается внутри здания, где, я знаю, она в безопасности, прежде чем трусцой вернуться в коттедж. Я натягиваю капюшон на голову, чтобы защититься от холода, поскольку ночи становятся все холоднее, и мне действительно следовало подумать заранее и надеть куртку потолще.

Черт, Грейси была только в толстовке. Ей было холодно? Эта мысль раздражает меня больше, чем следовало бы, и мне хочется ударить себя за то, что я позволил моей девушке чувствовать себя хоть немного неуютно.

Все в порядке. Все в порядке. В следующий раз я позабочусь о том, чтобы она была как следует укутана, чтобы у нее не было ни малейшего шанса простудиться.

Дорога до дома занимает у меня всего несколько минут, и я рад, что мы с ребятами предусмотрительно позаботились о том, чтобы Грейси поселили в том же корпусе, что и нас. Даже такое расстояние от нее меня убивает, так что страшно представить, в каком я был бы состоянии, если бы она жила на другом конце кампуса.

К моему удивлению, когда я захожу внутрь, на кухне горит свет, и я нахожу Логана сидящим за столиком с пивом и листающим страницы своего телефона.

Я не знаю, какого хрена он все время смотрит на в телефон, но, должно быть, это важно, поскольку он едва ли отрывает взгляд от экрана дольше пяти минут за раз.

Но я не думаю, что кто-то из нас когда-либо спрашивал.

Логан – тихая личность. Более скрытный, чем все мы вместе взятые, и он так полон секретов, что я, честно говоря, не знаю, чем он занимается большую часть времени, когда его нет здесь или на льду.

Можно подумать, что быть хоккеистом – значит обладать командным духом, но он почти никогда не бывает со своими товарищами по команде, и он также редко бывает здесь, так что хрен его знает, где он шляется.

Он также никогда не утруждал себя подробностями.

– Эй, чувак, ты в порядке? – Спрашиваю я, и он отрывает свое внимание от телефона достаточно надолго, чтобы бросить на меня беглый взгляд и быстро кивнуть.

Зная, что он явно не в настроении разговаривать сегодня вечером, я направляюсь в свою комнату, но успеваю сделать всего несколько шагов, как он зовет меня по имени. – Ноа?

– Да?

– Грейси нормально добралась до дома? – спрашивает он, но в его тоне есть что-то такое, от чего у меня встают дыбом волосы на затылке.

Блядь, блядь, блядь, блядь.

– Все хорошо, – говорю я как можно небрежнее, хотя в конце мой голос немного срывается.

Я хороший лжец, клянусь.

Но даже я, будучи мужчиной, признаю, что Логан иногда чертовски пугает меня.

Может быть, это потому, что я знаю, на что он способен.

А может, потому, что я знаю, что у него есть темная сторона, которую он изо всех сил старается нам не показывать.

– Хорошо. Похоже, в последнее время ее система безопасности дала сбой. Возможно, нам придется разобраться с этим, если так пойдет и дальше.

Его тон безразличен, и его так чертовски трудно прочесть, что я не могу сказать, раскусил он меня или нет. Даже если бы это было так, он, вероятно, ничего бы не сказал, он предпочел бы поиграть со мной в игры, чтобы попытаться заставить меня потерять самообладание.

Я прочищаю горло. – Да, мы определенно должны все проверить.

Нет.

Я убегаю в свою комнату, у меня уже было достаточно волнений для одного дня, и я не хочу выяснять отношения с Логаном. Я направляюсь в ванную принять душ, но перед этим достаю телефон и отправляю сообщение Грейси, отвечая на ее предыдущий вопрос.

Это рискованно.

Слишком рискованно.

Но я ничего не могу с собой поделать.

Мой ответ – брат или сестра моего лучшего друга.

ДВАДЦАТЬ

Грейси

Ноа пишет мне смс всю дорогу до дома моих родителей. Я направляюсь домой на День Благодарения, и вместо того, чтобы, как обычно, ехать обратно только с моим братом, Лана тоже присоединилась к нам.

Прошло две недели с тех пор, как я все рассказала Ноа, и он проводил со мной столько времени, сколько мог.

Мы стали ближе, и было приятно просто пообщаться с ним и позволить моим тревогам рассеяться. Ноа всегда оказывал на меня такое влияние, и сближение с ним в последнее время было именно тем, что мне было нужно.

Он отвлекает меня от моих мыслей, и мне действительно с ним весело.

За последние две недели я смеялась с ним больше, чем, вероятно, за весь прошлый год, так что, думаю, смена обстановки пошла мне на пользу.

Он не похож на моих подруг, которые пытаются вытащить меня из зоны комфорта, потому что думают, что так будет лучше для меня.

Ноа просто оставляет меня в покое.

Он принимает, если я не хочу что-то делать, и не подталкивает меня к большему.

Он расслаблен и готов к поездке, чего я, честно говоря, никогда от него не ожидала.

Это больше похоже на сильную сторону Харли, но, думаю, я никогда не проводила достаточно времени наедине с Ноа, чтобы по-настоящему узнать его и то, какой он без парней рядом.

Это возымело желаемый эффект, потому что я ни разу не видела парня в маске с тех пор, как Ноа начал повсюду сопровождать меня и просто тусоваться со мной.

Хотя это не значит, что я ничего о нем не слышала.

Я вообще ничего не слышала о нем в течение трех дней после того дня, когда я все рассказала Ноа, так что видел ли он, как он провожал меня домой той ночью, или нет, я не знаю.

Но молчание длилось недолго.

Он пишет мне каждый день. Иногда только раз в день, иногда несколько раз, но я научилась просто читать и игнорировать, надеясь, что смогу жить в отрицании, и он просто уйдет.

Я отправляю ответный мем Ноа, и, как будто он знал, что я думаю о нем, приходит сообщение от Анонима.

Я мысленно вздыхаю и нажимаю на сообщение, гадая, что же он скажет на этот раз.

Его сообщения варьируются от случайных проверок в надежде, что со мной все в порядке – что, эй, очевидно, не в порядке, когда у меня чертов преследователь – до случайных фактов и того, что он хочет со мной сделать.

Именно последнее беспокоит меня больше всего, но я стараюсь не слишком задумываться о причине.

Аноним

Становится холоднее, ты надела достаточно слоев одежды? Вчера я видел на тебе только тонкое пальто, и этого недостаточно, Грейси. Что, если ты заболеешь? Как я буду заботиться о тебе, если ты даже не хочешь быть рядом со мной? Не заставляй меня делать что-то радикальное только для того, чтобы убедиться, что ты сама о себе заботишься.

Черт, я скучаю по тебе, детка. Ты скучаешь по мне?

Я все еще чувствую, как ты кончила мне на лицо. Господи, любимая. Держу пари, никто никогда не заставлял тебя кончать так сильно, да? Бьюсь об заклад, никто никогда не заставлял тебя брызгать ради них.

Ты сегодня выглядишь чертовски привлекательно. Ты сделала что-то необычное со своими волосами? Я действительно хотел подойти к тебе и провести по ним пальцами, чтобы почувствовать, какие они мягкие, но я подумал, что это может тебя немного напугать. Может быть, в следующий раз.

Ты снова была с ним. Тебе повезло, что я знаю, что тебя не интересуют друзья твоих братьев, иначе я бы начал думать, что ты пытаешься заменить меня. Ты никогда не заменишь меня, Грейси.

Я знаю, ты была недовольна, что я вломился в твое общежитие той ночью, и я никогда не извинюсь за это, но, Господи, ты такая красивая, когда спишь. Все, что я хотел сделать, это забраться к тебе и обнять, но я знал, что ты недостаточно спала в последнее время, а самое важное для меня – это твое здоровье и благополучие. Кто знает, может, скоро мы сможем это сделать?

Как долго ты планируешь так меня наказывать, детка? Это пытка – не иметь возможности быть рядом с тобой.

Ты совсем перестала мне отвечать, детка. Я скучаю по разговорам с тобой, разве ты не скучаешь по мне? Я знаю, что в глубине души тебе понравилось все, что мы делали, так что, может быть, поменьше проявляй холодность, прежде чем я буду вынужден делать то, что нам обоим не понравится, ладно?

Я только что очнулся от сна, в котором я снова был внутри тебя. Я не могу дождаться, когда услышу твои идеальные звуки и почувствую твою кожу на своей. Мы никогда не были голыми вместе, насколько это хреново? Не волнуйся, в следующий раз мы это исправим. Сладких снов, любимая.

Все это за вчерашний день, и у меня перехватило дыхание, когда я прочитала последнее.

Аноним

Ты не в кампусе, и у меня от этого болит череп. Предупредить меня было бы неплохо, тем более что ты будешь в трех часах езды.

Откуда, блядь, он знает, как далеко я буду? Ему нетрудно догадаться, что я собираюсь к родителям, потому что у меня не так уж много других мест, куда можно пойти, но откуда он узнал, что мы поедем в главный дом? Это только предположение, или он предполагал, что мы не воспользуемся одним из домов отдыха на День Благодарения? Кажется, он узнает обо мне все больше и больше, в то время как я буквально ничего о нем не знаю.

Но я не хочу ничего о нем узнавать.

Это было бы ужасно.

Он мой раздражающий, чертовски жуткий преследователь, и мне действительно нужно просто перестать читать его сообщения вообще.

Ради моего собственного здравомыслия.

Хотя я не уверена, что от моего рассудка многое осталось, потому что он заставляет меня чувствовать, что я схожу с ума. Я думала, он уже закончил, но, очевидно, он более упрям, чем я думала. Я рассказала Ноа о первых нескольких случаях, когда он писал мне смс и просил их посмотреть. Я охотно показала ему тексты, но потом они стали более подробными и более... интимными, и мне показалось странным показывать их Ноа, поэтому я перестала рассказывать ему о них.

Может быть, это был неправильный ход? Если бы Ноа знал, что парень все еще переписывается со мной, он бы вышел из себя, но он также хотел бы ускорить процесс, так что я не испытываю дискомфорта.

Я понятия не имею, что он задумал.

Он говорит, что у него есть план, но он еще не поделился со мной деталями, и я, честно говоря, немного беспокоюсь о том, каким может быть этот план.

Если он действительно хоть немного похож на моего брата, то это может быть что угодно – от разоблачения парня до потрошения его.

Последнее, чего я хочу, – это чтобы у Ноа из-за меня были неприятности, но я нутром чую, что он не примет отказа. Может быть, это делает меня слабой из-за того, что я так сильно беспокоюсь обо всем, но я не могу изменить себя. Я хронически чрезмерно мыслящий человек, я всегда была им, не думаю, что это изменится в ближайшее время.

Тем не менее я не думаю, что парень в маске надолго задержится. Его сообщения становятся все более отчаянными из-за желания увидеть меня, и я начинаю паниковать по поводу того, на что он готов пойти, только чтобы приблизиться ко мне.

Причинил бы он боль Ноа, даже зная, что между нами ничего нет, просто чтобы убрать его с дороги?

Причинил бы он вред моим друзьям? Моей семье?

Мне хотелось бы думать, что он этого не сделает, но я ничего о нем не знаю, и именно моя наивность привела меня в эту передрягу в первую очередь.

Как только мы вернемся домой после каникул на День Благодарения, я поговорю с Ноа и узнаю, какой у него план. Возможно, я даже предложу привлечь ребят, если потребуется. Все, что угодно, лишь бы этот кошмар закончился.

Я не слушаю назойливый голос в глубине моего сознания, нашептывающий всякую чушь, потому что прислушиваться к этому голосу – вот с чего все началось.

И этому нужно положить конец.

Я больше не могу так жить, ожидая, что он набросится на меня на каждом шагу.

Нам было весело в ту первую ночь в клубе, и я подумала, что на этом все закончится. Если бы я тогда знала то, что знаю сейчас, я бы бежала от него без оглядки – далеко-далеко.

ДВАДЦАТЬ ОДИН

Грейси

Как хорошо быть дома.

И под этим я подразумеваю, что было приятно видеть, как Лана поставила моего отца на место из-за того, как он обращается с Коулом.

Если бы я сомневалась в том, что она мне нравится, это определенно укрепило бы мои отношения.

Какое-то время в доме было неловко, мы с мамой решили спрятаться в моей комнате и посплетничать, как подростки, о том, что мой брат наконец-то нашел девушку, которая может с ним справиться.

Динамика нашей семьи большую часть времени напряженная. Мои мама и папа любят нас, и хотя моя мама относится ко мне и Коулу одинаково, мой папа – нет. Мой папа любит моего брата, но в то время, как он проявляет любовь ко мне, осыпая меня ею, он проявляет ее и к Коулу, подталкивая его быть лучше во всем, что он делает, зная, что однажды он займет его пост генерального директора.

Я люблю своего отца, правда люблю, но мне всегда было ненавистно то, как он обращается с моим братом, и было приятно видеть, что кто-то наконец-то сказал ему, каково это.

Я пыталась, но он всегда отмахивался от меня, как будто я не знала ничего лучшего.

Может быть, теперь он поймет это, а может быть, и нет, но у меня есть надежда.

У моего брата наконец-то все идет хорошо, и я надеюсь, что мой отец сможет понять, как сильно он давил на него все эти годы, и изменить их отношения, пока не стало слишком поздно.

Я лежал на своей кровати, размышляя, что с собой делать. Я была здесь большую часть дня, так как все вроде как решили заняться сегодня своими делами после того, как вчера провели весь день вместе, празднуя День Благодарения.

Может быть, я смогу потусоваться с Коулом и Ланой несколько часов? Или, может быть, они захотят...

По другую сторону стены моей спальни раздается глухой удар, и я проглатываю стон.

– Только не снова, – бормочу я.

Что ж, я думаю, этот план отменяется.

Я ни за что не собираюсь тусоваться с ними, когда они не могут удержаться одетыми в течение пяти чертовых минут.

Я рада за своего брата.

Правда, рада. Но обязательно ли ему так громко трахать свою девушку, когда он в соседней комнате со мной?

Если бы я попыталась это сделать, он бы ворвался сюда и разорвал парня на куски.

Я тяжело вздыхаю и поднимаюсь с кровати, когда становится ясно, что они не собираются останавливаться, и направляюсь на балкон. Я закрываю за собой дверь и сажусь на один из расставленных здесь стульев, прежде чем достать свой телефон.

Я просматриваю свои социальные сети в течение нескольких минут, но это быстро надоедает.

Обычно я бы позвонила Фрейе и узнала, как у нее дела, но в последнее время между нами установилась дистанция. Я ненавижу лгать ей, и я пыталась избегать ее, чтобы мне не приходилось лгать, но, поступая так, я только усиливала напряжение в нашей дружбе, напряжение, которое я понятия не имею, как исправить, не рассказывая ей правды.

И это последнее, что я хочу делать, если честно.

Я Грейси Астон. Хорошая девочка. Разумная.

Я не хочу, чтобы она думала, будто эта моя слабость – нечто большее, чем есть на самом деле. А на деле это одна гигантская ошибка, которая больше не повторится.

Есть только один человек, который знает всю правду, и это Ноа.

Я немного ворчу про себя и набираю его контакт, прежде чем нажать вызов и включить громкую связь.

Телефон звонит несколько раз, прежде чем он наконец отвечает.

– Привет, – говорит он немного рассеянно, и это звучит немного приглушенно, как будто доносится из автомобильного динамика. О черт, он за рулем? Зачем ему отвечать на звонок, если он… – Ты в порядке? Что случилось?

Я закатываю глаза. Вот почему он ответил, всегда из тех, кто сначала волнуется, а потом задает вопросы.

– Извини, я перезвоню тебе позже, если раз ты за рулем. Мне просто было скучно.

– Все в порядке. Одну секунду. – На линии на мгновение повисает тишина, прежде чем его голос возвращается, на этот раз более четкий. – Значит, тебе уже наскучило сидеть дома?

Я издаю смешок. – О, тут весело, это уж точно, но теперь я застряла на балконе, потому что мне нужно было убраться подальше от сексуальных звуков Коула и Ланы, и хотя вид красивый, это ску-у-у-у-чно-о-о-о, – драматично скулю я, и его смех наполняет мои уши.

– Ты думаешь, это плохо? Попробуй жить с ними.

– Не-а. Нет, спасибо, это звучит как ад. Кстати, где ты? Ты был за рулем?

Он хмыкает. – Ага. Я только что приехал к родителям.

Мои брови лезут на лоб. Он у своих родителей? Я мало что знаю о семье Ноа, но знаю, что он обычно проводит каникулы с кем-нибудь из парней, поэтому я решила, что в этом году он собирается к Харли или Логану.

– Ты дома? Я думала, ты будешь с кем-нибудь из ребят. – Мое сердцебиение участилось, а внутри все сжалось. – Ноа Арчибальд Уайт...

– Это не мое второе имя.

– …не смей говорить мне, что провел каникулы один, или я... Я...

– Что? Что ты собираешься сделать, а?

Я издаю сдавленный звук в глубине горла. – Я умею драться.

– Я знаю. Я был одним из тех, кто научил тебя драться. Ты действительно думаешь, что сможешь выйти против меня и одержать верх?

– Ну, нет, но я буду очень расстроена, если узнаю, что ты провел День благодарения в одиночестве, когда мог бы приехать сюда. Ты этого хочешь, Ноа? Ты хочешь, чтобы я заплакала?

– Расслабься, малышка, – успокаивающе говорит он. – Я был у Харли и решил заехать сюда на пару дней, прежде чем вернуться в школу.

Я выдыхаю с облегчением, прежде чем раздражение накрывает меня, как приливная волна. – Ты не мог просто сказать это, да? Ты заставил меня волноваться понапрасну!

Он фыркает. – Детка, ты не дала мне вставить ни слова.

Мой мозг на мгновение замирает при упоминании этого прозвища.

Детка.

Детка.

Детка.

Все в порядке.

Он не это имел в виду.

Вероятно, это была оговорка.

Единственная причина, по которой это так на меня влияет, – это то, что так он называл меня, когда не называет любимой. Если бы не это, я бы уже давно забыла об этом.

Мне действительно нужно перестать позволять ему доминировать во всех моих мыслях.

– Грейси? Ты там? – Голос Ноя возвращает меня к реальности, и я прочищаю горло.

– Извини, я отключилась. Как долго ты пробудешь в городе, прежде чем отправишься обратно?

– Собираюсь задержаться здесь до послезавтра. А как насчет вас? Когда вы, ребята, возвращаетесь?

– Завтра, если эти двое смогут расстаться достаточно надолго, чтобы Коул смог вести машину, – невозмутимо отвечаю я и бросаю взгляд в сторону своей комнаты, задаваясь вопросом, безопасно ли уже возвращаться внутрь.

– Ты справишься с тем, что вернешься в кампус на целый день без меня? – спрашивает он, его тон поддразнивающий, но за ним скрывается серьезность.

Мое сердце согревается. Я понятия не имею, что бы я делала, если бы Ноа не был рядом со мной эти последние пару недель, и я никогда не смогу выразить, как я благодарна за то, что он у меня есть.

– Со мной все будет в порядке, – шепчу я и смотрю на лес. На ум приходят воспоминания о том времени, когда мы были моложе, и я улыбаюсь. – Ты помнишь, как рос здесь? Насколько ближе мы все были тогда?

В его голосе звучит улыбка, когда он отвечает. – Как я мог забыть.

Я испытываю странные эмоции, когда вспоминаю прошлое, и решаю, что, вероятно, мне лучше ненадолго уехать из дома, прежде чем весь клан Астон набросится на меня, чтобы посмотреть, в чем дело, если я вдруг начну выплакивать глаза буквально без всякой причины.

– Спасибо, что поговорил со мной, мне нужно идти, но увидимся в кампусе, хорошо?

– Ты собираешься не обращать внимания на шум? – он спрашивает со смехом, и я съеживаюсь от этой мысли.

– Не-а, я собираюсь прогуляться и немного успокоиться.

На другом конце провода несколько секунд повисает тишина, и я представляю, как он сидит и теребит нижнюю губу, думая, что сказать.

– Ты уверена, что это безопасно?

Нет, это не так.

Но я этого не говорю.

– Все будет хорошо. Он очень информативно написал мне, когда мы ехали сюда, что он, по сути, ждет меня в кампусе, к тому же я не собираюсь уезжать неизвестно куда.

– Грейси... – начинает он, его тон противоречив.

– Все будет хорошо, Ноа. А если нет, ты будешь первым, кому я позвоню, хорошо?

Он вздыхает. – Ты обещаешь?

– Обещаю.