Текст книги "Пропавший жених Эмилии Вуд (СИ)"

Автор книги: Рута Даниярова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

19

– Рэвенхилл! – тетя Хизер ахнула. – Это же болото на самом краю королевства!

– Там есть деревни и целый город, тоже Рэвенхил, – я внимательно изучала карту.

– Всего-то двое суток в поезде, затем несколько часов в экипаже, а потом предстоит переправа на пароме. Зато через три месяца я смогу получить жетон детектива. Я так мечтала об этом, тетя!

– А кто будет твоим напарником, Коринна?

– Тревор Аргайл.

Тетя наморщила лоб.

– Кажется, я что-то слышала о нем в литературном клубе. Второй сын графа Аргайла, он дрался с кем-то на дуэли. У него была невеста, Женевьева Ларго, дочь маркиза

– Невеста?

– Говорили, что они расстались. Пойду-ка я на чердак, поищу саквояж...

Кажется, дамский литературный клуб был для тети неиссякаемым источником информации о скандалах высшего света.

Я приступила к сборам. Белье, теплые вещи, плащ. Подумав, я положила внутрь шкатулку, в которой лежало кольцо, оставшееся мне от мамы, и серебряную брошку с паучком. Она явно хотела, чтобы эти вещи принадлежали мне.

Когда я думала о маме, в моих мыслях уживались сразу два образа.

Блестящая и загадочная актриса королевского театра Мирабелла Старр и напуганная женщина, по каким-то причинам передавшая свою новорожденную дочь старшей сестре.

Во мне жила уверенность, что жетон королевского детектива позволит мне провести собственное расследование трагической смерти Мирабеллы…

Недавно я купила красивый блокнот с застежкой, чтобы записывать свои наблюдения, и набор перьев с карандашами, и теперь, с удовольствием погладив бархатную обложку, сложила его в саквояж.

Подумав, я открыла шкаф в своей комнате и сняла с плечиков чудесное магическое платье.

Его мне тоже хотелось взять с собой.

Надев его, я подошла к зеркалу и представила себе элегантное темно-синее бархатное платье со струящимися свободными рукавами и серебристым воротничком, украшенным жемчужинами, которое я видела в витрине модного дамского магазина. С подола слетело несколько серебристых искорок, и платье волшебным образом преобразилось.

Оказывается, иметь такую вещь в гардеробе невероятно удобно, всегда можно следовать моде и при этом не тратить огромные деньги.

Я улыбнулась своему отражению в зеркале, а затем сняла платье и аккуратно сложила его в саквояж.

Ректор Олридж сказал, что магическую ауру платья сможет почувствовать только очень сильный маг. Наверняка все сильные маги жили в столице, им явно нечего было делать в далекой провинции. К тому же я уговаривала себя, что надену его всего пару раз по какому-нибудь торжественному случаю. На самом дне саквояжа лежали крема от веснушек, пудра и румяна из магазина мадам Брюс, а еще маленький флакончик дорогих духов.

Продавщица в лавке уверила меня, что это очень модный аромат, и я купила его, чувствуя себя по-настоящему взрослой

Ночью я долго не могла уснуть. Думала о том, что меня ждет. Какой человек этот Тревор Аргайл? Кажется, у него острый язык. Несмотря на увечье, он вовсе не выглядел слабым. Чувствовалось, что этот мужчина хранит немало секретов. Сумею ли я работать вместе с ним?..

На следующий день за час до отбытия поезда мы с тетей Хизер уже были на железнодорожном вокзале Эрбенны. Тетя испекла в дорогу мое любимое рассыпчатое печенье с корицей, упаковала сэндвичи с сыром и ветчиной и положила баночку домашнего малинового варенья. Она дала мне кучу лекарств от простуды, мазь с резким неприятным запахом, чтобы отпугивать комаров, и теплые шерстяные носки, которые связала за ночь.

Ей не приходилось больше вязать вещи на продажу, но она любила иногда взять клубок хорошей шерсти и посидеть со спицами у камина.

На вокзале мы встретили Питера Гранта, он тоже пришел меня проводить.

– Жаль, что ты уезжаешь, Кори, – тепло улыбнулся он. – Я думал пригласить тебя на свою свадьбу. Как только получу жетон детектива, сделаю наконец предложение своей девушке. Удачи на новом месте, Коринна. Пиши мне. Всего хорошего, мисс Кирк.

– Спасибо, Питер, я рада, что ты мой друг.

Грант помахал рукой и отправился к кэбу.

– Мисс Льюис, – к нам приближался, опираясь на трость, Тревор Аргайл.

Мужчина в ливрее нес за ним пару внушительных саквояжей.

– Леди, я Тревор Аргайл, – мой напарник вежливо приподнял шляпу перед тетей. – Рад познакомиться. Обещаю присмотреть за вашей племянницей,

Тетя Хизер, к моему изумлению, порозовела.

– У нас второй вагон, мисс Льюис, – он протянул мне билет.

– Купите газету, самые горячие новости! – раздался звонкий мальчишеский голос за моей спиной.

Обернувшись, я увидела Ника, того самого мальчика, который вчера стащил мою сумочку. Тут же я покрепче прижала к себе ридикюль.

– Ох, здравствуйте, мисс, – смущенно сказал мальчик. – Сегодня я действительно продаю газеты.

Заштопанная рубашка была на нем та же, что и вчера, но лицо было чистым.

– Хм, а ты нас преследуешь, малец, не иначе, – лениво протянул Аргайл.

– Нет, сэр.

– Что же, вот тебе полпенни. Давай свою газету и ступай отсюда.

Мальчик торопливо сунул печатный листок в руки мужчине, а потом застенчиво спросил, глядя на меня с надеждой.

– Мисс, может быть, вам нужен помощник? Мне очень нужна какая-нибудь работа…

– Чтобы ты обчистил чей нибудь дом? – поинтересовался Аргайл.

– Нет, сэр. Мне взаправду очень нужна работа, – Ник покраснел.

Мальчик смотрел на меня с такой надеждой, что защемило сердце. Он был таким худым, а дома у него были младшие браться и сестры и больная мать.

– Я надолго уезжаю, Ник, – ответила я.

Арайл вздохнул, достал листок бумаги и что-то нацарапал на нем.

– Отнеси это на Тополиную улицу, дом три, – сказал он, протягивая записку мальчику. – Тебе дадут работу на кухне. Но не вздумай ничего красть, иначе прямиком отправишься в исправительный дом.

– Спасибо, сэр, – мальчик бережно взял листок и спрятал за пазухой.

Я знала, что на Тополиной улице располагались богатые особняки.

Кажется, Тревору Аргайлу все же было присуще сострадание.

– Нам пора, мисс Льюис, – напомнил мужчина.

Раздался лязг железа, и к перрону подкатил поезд.

– Наш поезд называется «Черный дракон», мисс, – с гордостью сказал проводник, помогая взять саквояж.

На паровозе спереди была нарисована морда дракона, а из трубы наверху валил густой черный угольный дым. Создавалось впечатление, что гигантский огнедышащий ящер тащит за собой стальную колесницу из синих вагонов.

– Мое купе будет рядом, – сообщил Аргайл.

– Прошу занимать места, леди и джентльмены, скоро отправление! – важно прокричал седоусый проводник в синей форме с золотистыми галунами.

В вагоне пахло лавандой, угольным дымом и кофе.

Я с восхищение осматривала свое купе– красный бархатный диван, бронзовая лампа и маленький туалетный столик с зеркалом.

За дверцей находилась уборная с умывальником. На столике стояла ваза с цветами и жестяная коробочка с конфетами.

Кажется, жизнь на службе короне таила в себе немало приятных моментов.

Поезд издал оглушительный гудок, похожий на рев настоящего дракона, пол под моими ногами дернулся, и перрон за окном стал медленно уплывать назад.

Заплаканная тетя Хизер махала платком, а потом вдруг пропала.

Всю мою жизнь она была рядом, а теперь я отправлялась одна в далекий Рэвенхилл. Вернее, с Тревором Аргайлом.

20

Под равномерный стук железных колес я читала книгу по истории Рэвенхилла, которую захватила с собой. Оказывается, у этого болотного края была своя история. Когда-то Рэвенхилл даже был маленьким королевством, но два века назад после войны прапрадеда короля Бертольда магами вошел в состав нашего государства.

Много веков назад жители Рэвенхилла поклонялись Мэрусу, темному божеству, которого изображали то в виде большого паука, то наподобие колючего цветка чертополоха. Этому богу посвящались храмы, от которых теперь остались развалины.

В дверь купе постучали, и послышался голос Тревора Аргайла:

– Мисс Льюис, предлагаю поужинать. У меня с собой уйма провизии.

Вскоре он выгружал свои припасы на мой столик, а я достала сэндвичи и печенье с корицей.

Я заметила у напарника на указательном пальце левой руки перстень с овальным черным камнем. Похожий я видела у ректора академии сэра Олриджа. Такой носили обладатели родовой магии.

– Читаете про Рэвенхилл? – Аргайл заметил мою книгу. – Летом он становится довольно популярным местом. Любители старины, ученые, художники и просто любопытные люди, желающие взглянуть на развалины на болотах. Каждый год кто-нибудь пропадает в трясине, но это не останавливает любопытных.

– Почему?

– Надеются найти или купить какой-нибудь контрабандный магический артефакт. Они стоят бешеных денег. В вашей книге ведь не сказано об этом?

– Нет.

Тревор Аргайл помолчал минуту, уделив внимание печенью тети Хизер, а потом неожиданно для меня спросил:

– Могу я узнать, тот кувшин с водой в приемной Джорджа Бартоломью, который вдруг упал со стола и обрызгал Гилмора...

Он вопросительно приподнял бровь, не желая договаривать.

– Кувшин упал сам, – заявила я, стараясь не покраснеть.

– Вы к тому же еще и лгунья, мисс Льюис, – укоризненно вздохнул он. – А между напарниками должна быть честность и доверие.

– Вы и сами не всегда говорите правду, мистер Смит, – уколола его я.

– У меня были причины не называть свое настоящее имя. Я не самый желанный гость в столице. К тому же на тот момент я еще не был вашим напарником.

– Мистер Аргайл, раз вы заговорили о доверии, могу я спросить, почему вы лишились золотого жетона? – мне захотелось откусить свой любопытный язык после мрачного взгляда, которым меня наградил Тревор.

– Я совершил ошибку. Переоценил свои силы и не смог задержать преступника, который сбежал с мощным артефактом. Слышали что-нибудь о камне теней?

– Нет, мистер Аргайл.

– Владелец этого камня может обращаться в тень. Или превратить временно другого человека в тень, если обладает достаточной магией…

Аргайл машинально покрутил на пальце фамильный перстень и поднялся, опираясь на трость.

– Спокойной ночи, мисс Льюис. Спасибо за чудесное печенье.

* * *

За два дня в поезде я, кажется, насквозь пропиталась паровозным дымом, поэтому с облегчением вздохнула, когда проводник наконец объявил:

– Поезд прибыл на конечную станцию, леди и джентльмены. Поторопитесь, через полчаса отбывает дилижанс к парому до Рэвенхилла.

Я взяла свой саквояж и направилась к выходу.

Тревор Аргайл уже спустился на перрон и подал мне руку. Его ладонь оказалась сильной и теплой.

Подбежавшие мальчики в униформе подхватили наши вещи и понесли к дилижансу, запряженному парой гнедых лошадок.

Кроме нас с Аргайлом, в Рэвенхилл отправлялись еще три пассажира, полная пожилая дама в пышном фиолетовом платье и два немолодых мужчины с длинными футлярами. Как я поняла из их разговора, они ехали порыбачить.

– Почему нельзя было сразу проложить рельсы до парома? – недовольно проворчал один из рыбаков.

– Говорят, когда строили железную дорогу, трясина за ночь засасывала шпалы, которые рабочие прокладывали днем, – отозвалась дама в – фиолетовом. – Впрочем, это всего лишь местная легенда, джентльмены.

За оконцем дилижанса стал накрапывать мелкий дождик.

День клонился к вечеру. Моя спина и филейная часть уже задеревенели от жестких неудобных сидений и тряски, когда дилижанс наконец остановился возле деревянной пристани на берегу довольно широкой реки.

Кучер протрубил в рожок, и с того берега, заскрипев цепями, по темной воде заскользил паром – широкий плот с фонарем на корме.

– С возвращением, мистер Аргайл, – краснолицый широкоплечий паромщик в сером плаще поприветствовал моего напарника.

– Здравствуй, Сэм, что нового в Рэвенхилле? – отозвался мой напарник, ставя наши саквояжи на центр парома.

– Лягушки да комары, сэр…

Вскоре я вместе с другими путешественниками покачивалась на плоту, судорожно сжимая перила и мечтая побыстрей оказаться на твердой земле.

Когда через четверть часа я сошла на берег, то мечтала только об одном – поскорее добраться до горячей ванной, а затем до постели.

Возле пристани стоял кэб, и Аргайл подхватил мой многострадальный саквояж.

– Я провожу вас до женского пансиона миссис Розмари, там сдаются комнаты, – сказал он.

Экипаж покатился по аккуратным улочкам Рэвенхилла. Кое-где прогуливались прохожие, где-то играли на скрипке. В воздухе витал слабый запах реки и свежей выпечки. Вскоре кэб остановился возле симпатичного светлого двухэтажного здания.

– Миссис Розмари, я привез вам постоялицу, – постучал в дверь Аргайл.

Нам открыла рыжеволосая худощавая женщина в белом чепце и клетчатом переднике.

– Здравствуйте, Тревор, – тепло улыбнулась она и внимательно посмотрела на меня.

– Это мисс Коринна Льюис из Эрбенны, она будет работать вместе со мной.

– Что же, как раз есть свободная комната на первом этаже, полшиллинга в неделю вместе с завтраком, – отозвалась миссис Розмари.

– Жду вас завтра в офисе на Аптекарской улице, мисс Льюис, – помахал рукой на прощание Аргайл.

Я проследовала за миссис Розмари.

– Мисс Льюис, у меня есть правила – в моем пансионе не должны бывать мужчины по вечерам. Завтрак ровно в семь утра. Никаких криков, скандалов и музицирования. Вещи для стирки можно отдать приходящей прачке. Уборная на этаже, если нужно помыться, говорите служанке, вам нагреют воду.

– Я поняла, миссис Розмари.

Кажется, хозяйка пансиона была весьма строгой дамой, но я и не собиралась водить в гости мужчин и музицировать.

Моя новая комната оказалась светлой и уютной. Я разглядывала высокие потолки с лепниной в виде виноградных лоз, слегка потрескавшейся от времени, и окно с мелким переплетом рам, из которого виднелась цветочная клумба и невысокий деревянный забор. В углу комнаты стояла узкая, но мягкая кровать с резным дубовым изголовьем, украшенным символами в виде сплетенных роз. Здесь был даже небольшой письменный стол с откидной столешницей и ящиком, куда я положила свой новый блокнот.

От мебели приятно пахло воском. Плед из овечьей шерсти и горка подушек в наволочках с вышитыми розами придавали помещению домашний уют. Здесь был даже небольшой письменный стол с откидной столешницей и ящиком, куда я положила свой блокнот.

В шкафу на каждой полке лежали букетики сушеной лаванды. Я аккуратно разложила свои вещи и повесила одежду. Магическое платье заняло свое место на деревянных плечиках.

На полке туалетного столика сидела маленькая кукла с фарфоровым лицом в пышном кружевном платье. Темные волосы были собраны наверх. Я подошла поближе и взяла куклу в руки. Забавно, что у нее на переносице оказалось несколько мелких веснушек, почти как у меня.

Новая комната мне очень понравилась. Умывшись, я забралась под мягкое одеяло и сразу же заснула.

Посреди ночи мне приснился странный сон. Будто бы я бежала по узкой тропинке, вьющейся между черных скрюченных кустарников. Воздух вокруг,

густой, сладковато-гнилостный, был насквозь пропитан запахом тины и чего-то отвратительного. Мои ноги стали утопать в холодной жиже по щиколотку, я повернулась, чтобы бежать обратно, но тропинка словно растаяла в серой пелене, как будто её и не было. Я стала медленно проваливаться в вязкую болотную жижу, пытаясь ухватиться за ломкие ветки кустов, но они обламывались в моих руках.

Проснувшись среди ночи с бешено колотящимся сердцем, я села на кровати.

За окном накрапывал дождь. Никакого болота, конечно же, вокруг не было, я находилась в уютной комнате пансиона миссис Розмари.

21

Утром я проснулась от аппетитного запаха булочек и кофе. Было рано, но миссис уже Розмари хозяйничала на кухне.

Салфетки, кружевные занавески, длинный деревянный стол, посуда на полках – все сияло чистотой.

– Как вам спалось на новом месте, мисс Льюис? – спросила хозяйка пансиона, помешивая что-то в медной кастрюле на большой чугунной плите.

– Благодарю вас, прекрасно, – солгала я.

Женщина поставила передо мной завтрак – тарелку с овсяной кашей, кувшин с молоком, булочки с джемом и вазочку с печеньем.

– Скажите, миссис Розмари, далеко ли Аптекарская улица?

– Два квартала отсюда. Сначала идете вдоль нашей улицы, потом поворачиваете направо, по центральному бульвару доходите до театра, сворачиваете налево, через несколько минут вы будете на Аптекарской улице.

– У вас есть театр? – поинтересовалась я.

– Здесь вовсе не такой дикий край, как, возможно, считают некоторые в столице, – женщина поджала губы.

– Я вовсе так не думаю, миссис Розмари, – смутилась я.

– Да, в Рэвенхилле есть свой театр. Он построен на деньги его высочества Освальда.

– Его высочество бывал здесь?

– Принц Освальд очень увлекался историей Рэвенхилла, он приезжал к нам несколько раз, исследовал окрестности...Жаль, что принц погиб молодым, – вздохнула хозяйка.

Поблагодарив миссис Розмари за вкусный завтрак, я положила в ридикюль новый блокнот, несколько заточенных карандашей, припудрила веснушки и отправилась искать Аптекарскую улицу. Я была готова к первому дню работы помощником детектива.

Утро выдалось солнечным, возле аккуратных домов цвели яркие клумбы с петуниями и георгинами. Ленивые голуби клевали крошки.

Рэвенхилл производил приятное впечатление: кофейни, маленькие лавочки с сувенирами, аккуратные дома. На площади напротив ратуши я заметила несколько художников с мольбертами.

Здание театра оказалось миниатюрной копией королевского театра в Эрбенне. Я не прожила здесь еще и дня, но пока городок мне нравился.

На Аптекарской улице я сразу увидела небольшой двухэтажный дом, выкрашенный зеленой краской. Над крыльцом висела табличка: «Управление расследований Рэвенхилла».

Я постучала дверным молоточком, и мне открыл Тревор Аргайл.

Взъерошенный, в белой рубашке с закатанными рукавами и черных брюках, детектив выглядел каким-то домашним и очень привлекательным, несмотря на тонкий шрам на лице.

Волосы, черные и слегка вьющиеся, небрежно рассыпались по плечам.

– Доброе утро, мисс Льюис. Вижу, вы ранняя пташка. Что же, прошу за мной. Здесь я принимаю посетителей, – он показал на большую гостиную, в которой я заметила несколько бархатных кресел и стеллаж с книгами.

Аргайл провел меня по коридору в небольшую захламленную комнату. Единственный стол был завален бумагами, нераспечатанными письмами, в углах громоздились какие-то ящики.

Кажется, Тревор Аргайл не особо утруждал себя наведением порядка.

– Это ваша кладовка, мистер Аргайл?

– Здесь будет ваш рабочий кабинет, мисс Льюис. Впрочем, ваше присутствие вовсе не обязательно. Гуляйте по городу, читайте романы, завяжите знакомства с местными дамами…

– Я приехала работать вашим напарником, мистер Аргайл!

Он хмыкнул.

– Тогда можете навести здесь порядок. У меня вечно руки не доходят до этих бумаг. Разберите их, мисс Льюис.

Посвистывая. Аргайл вышел, а я начала сортировать бумаги.

Сложив отдельной стопкой десятка три невскрытых писем, я с удивлением обнаружила и свое письмо, в котором сообщала, что я ищу работу.

Аргайл даже не удосужился его прочитать!

Схватив конверт в руки, я пошла в кабинет к Аргайлу.

Он сидел, склонившись над шахматной доской.

– Мистер Аргайл, вы что, даже не просматриваете поступающую корреспонденцию?

– Не считаю нужным читать рекламу бальзамов от облысения и пилюль от бессонницы, – отозвался он, сделав ход и убрав фигуру с доски.

– Но здесь мое письмо! – я гневно потрясла конвертом перед его лицом.

Аргайл небрежно вскрыл его, просмотрел и пожал плечами.

– Не вижу повода для возмущения, мисс Льюис. Ведь вы все равно попали на работу в Рэвенхилле, как того и хотели.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

– Но в этих письмах может быть важная информация!

– Готов держать пари, что здесь наверняка очередная реклама средства от облысения. Прочтите, пожалуйста, мисс Коринна, – и напарник опять переставил фигуру на доске.

Я вскрыла конверт и начала читать вслух:

– Уважаемые джентльмены! Предлагаем вам приобрести бальзам «Метеор» для восстановления мужской силы. Всего за два шиллинга! Принимайте три ложки бальзама в день, и вы произведете неизгладимое впечатление на свою леди до самого утра...

Я покраснела до корней волос, догадываясь, о чем шла речь.

– Весьма интересно, – лениво промурлыкал Аргайл.

Несносный человек! Кажется, он наслаждался моим смущением.

– Остальное можете прочесть самостоятельно, мисс Льюис. Если будет что-то стоящее, сообщите мне. Кстати, раньше здесь проживал аптекарь, поэтому до сих пор приходят письма от всяких шарлатанов.

Он снова склонился над шахматной доской, а я отправилась в маленький кабинет наводить порядок. Разложила циркуляры министерства, вскрыла оставшиеся письма, в которых действительно была только реклама. Заняться коробками я не успела – за стенкой послышался громкий женский голос.

– Наконец-то вы вернулись, мистер Аргайл!

А затем раздались звуки, очень похожие на рыдания.

Я побежала в приемную и увидела грузную пожилую леди с густыми седыми бровями в траурном платье, восседавшую в бархатном кресле. Она прижимала к глазам батистовый платочек, утирая катящиеся слезы.

Аргайл, скрестив руки, прислонился к стенке.

– Итак, что случилось, миссис Хефри? – спросил детектив.

– Мой бедный Персиваль умер! Они его отравили!

Леди начала рыдать еще громче.

Я налила в стакан воды и бросилась к даме, она сделала несколько глотков.

– Мой Перси! Я позавчера утром вышла во двор, а он там лежал! Мой бедняжка, он был уже холодный. Я знаю, что его отравили!

– Вы подозреваете кого-то конкретно, миссис Хемфри? – Аргайл сел за стол.

– Это наверняка моя соседка, Джемма Блайз. Она его ненавидела, моего бедного Персиваля, говорила, что он вечно лает на ее кошек. Вздорная особа. А Перси был таким жизнерадостным песиком, – она всхлипнула. – Мистер Аргайл, вы должны найти виновника!

Напарник прокашлялся и указал на меня.

– Миссис Хэмфри, это моя помощница мисс Коринна Льюис из Эрбенны. Она займется вашим делом.

– Но, мистер Аргайл, я думала, что вы сами, – леди всхлипнула.

ЧТО? Мне нужно заняться расследованием смерти собаки? Конечно, я не сказала это вслух, но очень выразительно посмотрела на невозмутимого детектива. Но Аргайл не шутил.

– Миссис Хэмфри, моя напарница соберет предварительную информацию, а затем я непременно подключусь к дальнейшему расследованию. Всего хорошего, миссис, у меня есть важные дела. И примите мои соболезнования.

Несчастная леди поднялась, а детектив принялся давать мне указания:

– Мисс Коринна, осмотрите дом, двор, побеседуйте с соседями и возможно, найдутся важные свидетели...Вечером я жду ваш подробный отчет.

Мне пришлось пойти вместе с миссис Хэмфри до ее дома и выслушивать рассказы о ее пуделе Персивале.

Разговор продолжился и в гостиной пожилой леди.

– Но почему вы решили, что ваш пудель был именно отравлен? – спросила я.

– Его язык… он был синим, – всхлипнула миссис Хэмфри.

– А где вы похоронили собаку?

– Я велела садовнику закопать бедняжку Перси в саду…

Я осмотрела небольшой внутренний двор, где хозяйка обнаружила несчастного пуделя, а затем обошла дом. Его окружал невысокий штакетник, за которым с другой стороны оказался пустырь, заросший бурьяном.

Вдоль забора виднелась тропинка.

– По ней мало кто ходит, она ведет к окраине Рэвенхилла, – сказала миссис Хэмфри. – А оттуда рукой подать до болот.

Дама, вытерев слезы, вдруг заявила:

– Впрочем, отравить Перси могла и миссис Портер, другая моя соседка…

– Какие у нее могли быть причины? – я деловито строчила в блокноте.

– Я всего лишь заметила, что ее покойный муж был неравнодушен к Дженни Блейз...

Кажется, владелица пуделя была довольно склочной особой.

– Спасибо, миссис Хэмфри, мне еще нужно поговорить с вашими соседями. Мы обязательно еще встретимся с вами.

– Не верьте ни единому слову обо мне! Они меня ненавидят! – напутствовала меня миссис Хэмфри…

Миссис Дженни Блейз оказалась приятной улыбчивой дамой. Она сразу предложила мне чай с печеньем.

– О, так вы из столицы? Скажите, а вы видели в Эрбенне мисс Оливию Дюваль? Это моя любимая писательница.

– Нет, но моя тетя очень ценит ее творчество, – кстати вспомнила я рассказы тети Хизер.

– Вам непременно надо посетить наш дамский клуб! – заявила хозяйка.

– Миссис Блейз, ваша соседка миссис Хэмфри заявляет, что у нее отравили собаку.

– Этого брехливого пуделя? Неужели?

– Как вы думаете, кому он мог помешать?

– Мисс Льюис, да эта собачонка мешала всей улице! Лаяла иногда целыми сутками.

– То есть постоянно?

– Ну, в основном в вечернее время. И ранним утром, бывало. Но чтобы отравить собаку – поверьте, мисс Льюис, у нас в Рэвенхилле нет таких злодеев.

– А когда вы последний раз слышал лай Персиваля?

Хозяйка задумалась.

– Мне кажется, дня два или три назад.

– Скажите, миссис Блейз, – я заглянула в блокнот. – У вас есть причины для личной неприязни к вашей соседке?

– Она не самый приятный человек, мисс Льюис. Любит посплетничать об окружающих, впрочем, это ее единственное развлечение…

Я обошла еще несколько домов поблизости, но не узнала ничего нового.

Вернувшись в офис уже под вечер, я застала Тревора Аргайла перед камином за чтением книги в старинном переплете.

– Как ваши успехи, мисс Коринна? – поинтересовался он, отложив фолиант.

– Соседи жаловались, что собака часто лаяла. Миссис Хэмфри видела, что у пуделя был синий язык…

– Что же, напишите подробный отчет и продолжайте расследование завтра, – сказал Аргайл.

Кажется, напарник просто издевается надо мной!

В этот момент в дверь постучали, и в прихожую неуверенно вошла молодая женщина со светлыми волосами в бледно-голубом платье. Она выглядела взволнованной. Я обратила внимание на ее круглый золотой медальон на цепочке, испещренный черточками и линиями.

– Вы ведь детектив мистер Аргайл? – обратилась девушка к напарнику, нервно комкая платок длинными пальцами.

– Чем могу помочь, леди? – вежливо осведомился напарник.

– Меня зовут Эмилия Вуд. Кажется, у меня пропал жених.