Текст книги "Диктатор 2 (СИ)"

Автор книги: Руслан Агишев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Глава 7
Почти все про экономику

* * *

Почти в любом деле – большом или маленьком, важном или не серьёзном – именно так всегда и случается. Приложенные гигантские усилия ни чего не дают или дают совершенно крошечный результат, а какие-то мелкие и незаметные действия, напротив, приводят просто к феноменальной успеху. Это эмпирическое правило в науке об управлении получилось специальный термин – закон Парето или принцип 80 на 20. Согласно этому принципу 20 процентов приложенных усилий дают 80 процентов результата, а остальные 80 процентов усилий дают лишь 20 процентов результата.

Именно это случилось и с Новой экономической политикой 2.0. Базовые программы, комплексы управляющих мероприятий, которые команда разработчиков-экономистов считала локомотивом НЭП 2.0, дали лишь первые и очень осторожные результаты, напоминавшие скорее погрешность в измерениях, чем движение вперёд. Ни расширение финансовой самостоятельности крупных государственных предприятий союзного значения, ни осторожная приватизация части предприятий сельского хозяйства и пищевой промышленности, ни снижение налоговых ставок в производстве социально значимых товаров и услуг не обеспечили взрывной рост товарной массы, как это планировалось. Наметились осторожные ростки будущего потенциального роста, но никак не радикальный рост. Революционный результат же нужен был уже сейчас, чтобы его можно было предъявить.

В то же время «выстрелило» совсем другое, на что, если и возлагались надежды, то совсем слабые. Такой неожиданностью стал резкий рост индивидуального жилищного строительства. Объемы возводимого жилья в индивидуальном порядке только за несколько месяцев выросли примерно в двенадцать раз в сравнении за этот же период прошлого года. Жители городов, поселков, сел вели себя так, словно с цепи сорвались. В собесах в городах, в сельсоветах и поссоветах, которые в соответствие с новыми законами имели право на выдачу государственных субсидий на постройку своего собственного дома, стали выстраиваться многокилометровые очереди. Помощь от государства можно было получить, как «живыми» деньгами, так и специальными сертификатами на выделение строительных материалов.

– … Товарищи, специально проведенное социологическое исследование в местах выдачи субсидий показало, что этот невероятный бум жилищного строительства связан непосредственно с размером субсидий и бесплатным предоставлением земельных участков для строительства. Комиссией по реализации Новой экономической политики был специально установлен такой размер государственной субсидии, чтобы граждане имели реальный шанс на строительство своего собственного жилья. В соответствие с сегодняшними ценами на строительные материалы, указанная сумма позволяет выполнить большую часть наиболее дорогостоящих и трудоемких работ. Выборочные проверки показали, что только за счет субсидий возводились фундаменты частных домом, поднимались кирпичные стены, ставились срубы. Остальное граждане достраивали за счет собственных накоплений, и это привело к еще более удивительному результату…

Слушая своего нового помощника по экономическим вопросам и по совместительству нового министра экономики и прогнозирования Сергея Юрьевича Глазьева, генерал Варенников многозначительно кивал. При этом не забывал делать в своем блокноте, сильно распухшим от многочисленных заметок. Генерал его приметил еще в ту встречу с Гайдаром и его экономическим кружком. Именно Глазьев тогда был единственным, кто в открытую не соглашался со своим начальником Гайдаром по поводу радикальных либеральных реформ в стране и аргументировано, последовательно настаивал на консервативном характере реформ. В его лично деле так же отмечались его решительность, способность твердо отстаивать свою позицию в споре, великолепные аналитические способности. Поэтому, когда встал вопрос о реформах, Варенников тут же вспомнил его: Глазьев в тот же день был назначен руководителем специальной Государственной комиссии по проведению новой экономической реформы.

– … Вот, у меня в руках, датированная сегодняшним числом, справка Сберегательного банка СССР о динамике трудовых накоплений советских граждан, – Глазьев выглядел в этот момент невероятно воодушевленным, что явно говорило о хороших новостях. – Я на прошлом заседании докладывал, что на сберегательных счетах граждан аккумулированы гигантские суммы, что в условиях дефицита товаров, являются бомбой замедленного действия. 370 миллиардов рублей, что эквивалентно 30 процентам союзного бюджета. Если население одномоментно решит снять все свои накопления и попытается их превратить в товары, то банковскую систему и экономику страны ждет настоящий коллапс. Как вы помните, в прошлый раз я докладывал о том, что самым эффективным способом борьбы с этим финансовых пузырем могла бы стать деноминация либо заморозка вкладов на определенный срок.

Он сделал небольшую паузу, но через мгновение с видом искусного фокусника продолжил:

– Однако резкий рост объемов жилищного строительства привел к тому, что граждане начали вкладывать свои накопления в строительство собственных домов. Сберегательный банк отмечает возросший темп безналичных переводов, когда значительные суммы переводятся непосредственно на счета строительных трестов, ремонтных организаций, производственных кооперативов. Только за прошлую неделю объем таких переводов достиг цифры примерно в двадцать миллиардов рублей. Фактически советские люди финансируют свои накопления в экономику Советского Союза. Если темпы переводов сохранятся, то проблема роста накоплений, не обеспеченных реальной товарной массой, практически сойдет на нет. Самое удивительное, что мы сейчас стали фиксировать гигантский мультипликативный эффект…

Глазьев с горящими глазами схватил деревянную указку и начал тыкать ее кончиком в сторону плаката, висящего на специальном стенде.

– Товарищи, это эффект, который многократно – в пять или даже семь раз – увеличивает результативность того или иного решения за счет…

Варенников качнул головой. Этот эффект напоминал такое физическое явление как резонанс, и был прекрасно ему знаком. Нечто подобное могло происходить и на поле боя, когда дозированное минимальное воздействие в строго определённую точку или объект могло изменить даже не тактическую, а оперативную обстановку на театре военных действий. К примеру, уничтожение полкового топливного склада могло не просто затруднить, а полностью блокировать логистику целого воинского соединения.

– … На этом этапе ещё не представляется возможным говорить о конкретных итоговых цифрах, но мы точно может ожидать параллельное оживление в сфере торговли строительными материалами, в сфере строительных и строительно-монтажных организаций, в добывающей и лесообрабатывающей промышленности. Ведь, чтобы строиться, людям нужны строительные материалы, строительная фурнитура, строительные инструменты и, собственно, сами строители.

Один плакат на стене сменился другим, таким же красочным и информативным, с многозначительными яркими столбиками.

– Статистика уже показывает впечатляющий рост по количеству индивидуальных мастеров-строителей, заключивших трудовой патент на выполнение разнообразных строительных работ. Только в РСФСР их доля выросла в четырнадцать раз! Вот, подробная статистика по мастерам-штукатурам, плиточникам, каменщикам, кровельщикам и др. Такая же ситуация характерна для строительных и ремонтных кооперативов, численность которых за неделю уже утроилась.

С точно таким же, если не большим, воодушевлением Глазьев докладывал о росте числа частников, оформивших трудовой патент на производство сельскохозяйственной продукции. По сути это были уже не дачники с двумя грядками огурцов и лука, но еще и не полноценные фермеры с двумя – тремя сотнями гектар сельскохозяйственных угодий. И эти люди, занимавшие промежуточное положение между дачниками и фермерами, с диким ажиотажем начали разбирать предоставляемые бесплатно земельные участки. Для индивидуальной трудовой деятельности пределом был установлен земельный участок размером не более двадцати соток.

– … Товарищи, площадь переданной земли достигла впечатляющих размеров! Уже сейчас вокруг городов, особенно на юге РСФСР, общая площадь переданных в аренду земельных участков под выращивание садово-огородных культур превысила 5 миллионов гектар. По территории это сопоставимо с пятикратной площадью сельхозугодий Калужской или Костромской областей. А что будет весной, когда придет время посадки? Наши прогнозы показывают, что, если эта тенденция сохранится, то на следующий год все сельскохозяйственные рынки страны будут буквально завалены деревенскими продуктами, выращенными на подсобных участках. Причем из-за острой конкуренции цены на эти продукты будут более чем приемлемые…

Варенников, слушая воодушевленного Глазьева, продолжал кивать, хотя внутри него медленно нарастало раздражение. Слишком уже пасторальную картину рисовал его помощник. Вот так послушаешь со стороны, и покажется, что кругом одни успехи и победу. На самом же деле, а это Варенников знал из первых рук, НЭП 2.0 откровенно пробуксовывал: ни одно из главных мероприятий политики, которые должны были стать локомотивом, так не «выстрелило». Экономическая реформа, на которую возлагались огромные надежды, медленно превращалась в болото, в котором тонули все начинания.

Но еще хуже было то, что реальная картина, как это и принято в российской действительности, начала замалчиваться. Глазьев вольно или невольно старался сгладить все шероховатости, и выдать более или менее лакированную картинку реформ. В сегодняшнем докладе все прозвучало очень позитивно, воодушевленно, громко прозвучали «красивые» цифры, которые точно никого не оставили равнодушными. Почти весь состав ГКЧП слушал докладчика с многозначительными улыбками, довольным видом, явно представляя себе ближайшее будущее в самых ярких цветах. Даже вечно хмурый председатель КГБ Крючков добродушно кивал в сторону плаката с таблицами и диаграммами.

– … Сам факт того, что граждане стали вкладывать значительные собственные средства в индивидуальное строительство, сразу решает две, а то и три очень важные проблемы для нашей страны, – Глазьев «сиял» не хуже новенького пятака, только что вышедшего из под пресса. – Во-первых, вследствие этого деньги, лежавшие мертвым грузом, начинают «работать», начинают приносить реальную пользу. Во-вторых, таким образом существенно снижается острота жилищной проблемы. При сохранении текущих объемов жилищного строительства примерно вдвое уменьшится доля советских граждан, стоящих на учете, как нуждающиеся в улучшении жилищных условий! Вдвое, товарищи! В-третьих, введенные в оборот средства граждан напрямую и косвенно стимулируют другие отрасли экономики…

Глазьев снова начал сыпать благостными цифрами, вызывая еще большие улыбки у членов ГКЧП. Проблемные моменты, выявившиеся к этому времени при реализации экономических реформ, он, по-прежнему, обходил вниманием. Нет, он не обманывал, не скрывал, просто маскировал, словно несущественные вещи.

– Кхе! – громко кашлянул генерал Варенников, привлекая к себе внимание. Он медленно поднялся со своего места и так посмотрел на своего помощника, что у того подкосились ноги. – Это хорошо, Сергей Юрьевич, что вы так подробно осветили положительные результаты. Но почему за почти двухчасовой доклад мы так ничего не услышали о проблемах? Неужели реформа, о которой так много говорили, реализуется без сучка и задоринки? Честно говоря, у меня начинает закладываться подозрение, что это происходит намеренно.

У докладчика на глаза посерело лицо, что было совсем не удивительным. Про крутой нрав Варенникова в Кремле ходили самые настоящие легенды, от которых у одних на губах появлялась улыбка, а у других начинал глаз дергаться. Вот и у Глазьева тоже…

– Вы руководитель Комиссии по реализации экономической реформы, а не ведущий научно-популярной передачи на телевидении! – в голосе генерала появились стальные нотки, на что сделали стойки и остальные члены ГКЧП. Всем сразу же стало ясно, что оказывается ситуация с реформами не столь благостная, как им только что докладывали. – Нам необходимо четко понимать, какие возникли проблемы, каковы их последствия и каким образом вы предлагаете их решать! Вам ясно? А эти красивые плакатики оставьте для телевидения или студентов.

Глазьев тут же встрепенулся и стал судорожно копаться в своих бумагах. Перебирал листки один за другим, что-то искал, что-то откладывал в сторону. В какой-то момент от одного его неловкого движения пачка выскользнула из рук и веером разлетелась по полу кабинета.

– Товарищ Глазьев, мы ждем.

Быстро собрав разлетевшиеся листы, тот выпрямился. Несколько мгновений «жевал» губы, нервно дергая головой, и, наконец, начал:

– Э-э-э, Валентин Иванович… Товарищи, безусловно, есть недостатки, точнее проблемы, серьезные проблемы, на которых я хотел остановиться отдельно… Э-э-э, – сильно волнуясь, потел. На его лбу появилась испарина, которую он тут же принялся судорожно вытирать носовым платком. – Главная проблема, да, главная – перспектива наполнения потребительского рынка товарной массой становится еще более отдаленной. По-прежнему, по некоторым направлениям не удается справиться с дефицитом товаров. Сохраняется напряженность с производством одежды, обуви, электронных приборов, мебели. Несмотря на введение элементов хозрасчета предприятия слишком медленно приспосабливаются к новым условиям. Кооперативное движение, несмотря на опережающий рост, не справляется снасыщением рынка товарами повседневного спроса. И переломить эту ситуацию пока не удается. Понимаете, в такие короткие сроки просто невоз…

В этот момент Варенников снова, как и в прошлый раз, поднял руку. Глазьев тут же замолчал, с готовностью развернувшись в его сторону.

– Сергей Юрьевич, снова вы отделываетесь общими словами. Почему вы нам не рассказываете о такой причине товарного дефицита, как массовая спекуляция? Почему вы не говорите о том, что повсеместно создаваемые при крупных государственных предприятиях кооперативы ничего не производят, а просто перекупают у предприятий продукцию по сниженным расценкам, а потом реализуют ее по сверхзавышеным ценам?

– Э-э-э… Понимаете, конечно, таких случаев много, но… Дело в несовершенстве механизма…

Докладчик снова начал заикаться. Ведь, Варенников прекрасно знал, о чем говорил. Проблема массовых спекуляций вокруг кооператоров была не новой, и встала во весь рост еще при Горбачеве. Схема была крайне проста, скорее даже примитивна. Закон о кооперативном движении позволял создавать при государственных предприятиях кооперативы, которые, используя излишки сырья на предприятиях, могли производить дополнительную продукцию и реализовывать ее среди населения. Предполагалось, что кооператоры – новоявленные бизнесмены, используя государственное сырье, смогут насытить рынок разнообразными товарами гораздо быстрее промышленных предприятий. Вышло же как всегда. Этим механизмом мгновенно воспользовались директора государственных предприятий, их родственники, друзья и приближенные, которые имели доступ к ресурсам предприятий и организаций. Ими создавался кооператив по производству и реализации, скажем дефицитных мебельных стенок, при мебельной фабрике. Но вместо собственного производства кооператив по государственным расценкам, которые были рассчитаны еще десять – пятнадцать лет назад и были невероятно низкими, закупал у мебельной фабрики эти самые мебельные стенки и продавал их населению по своим собственным ценам, завышенным в десятки раз. И всем по этой схеме было хорошо! Мебельная фабрика выполняла государственный план и отчитывалась о достигнутых успехах, кооператоры, обычно в лице директора этой же мебельной фабрики и его ближайших родственников, клали себе в карман десятки тысяч рублей, население получало пусть и втридорога заветные мебельные стенки. Только общее дело страдало, в итоге.

– Э-э-э, Валентин Иванович, конечно же, есть некоторые спекулятивные мо…

– Хватит, Сергей Юрьевич, помолчите! – резко бросил генерал, которому откровенно надоели все эти хождения вокруг и около. – Мы должны быстро и жестко пресекать подобные случаю, которые уже представляют собой массовое явление! Согласно полученной мною справке, девяносто процентов всех кооперативов Советского Союза, особенно созданные в последний год, занимаются не производством, а перепродажей! Вы слышите, товарищи⁈ Это купи – продай! Используя родственные связи или знакомства, они полностью выкупают продукцию государственных предприятий, а затем перепродают ее населению и получают сверхдоходы! Честно говоря, это уже не спекуляция, а откровенное мошенничество! Считаю, что нужно принять самые жесткие меры, чтобы пресечь дальнейшее развитие спекулятивного движения в кооперации! Нужно полностью перекрыть кислород таким кооператорам! За каждый конкретный случай назначать не просто большие, а огромные штрафы! В случае невозможности выплатить штрафы, конфисковывать имущество! Тех же кооператоров, которые занимаются реальным производством, наоборот, поддерживать! Сергей Юрьевич, вы записывайте, записывайте, не стойте столбом! Сегодня же подготовьте проект соответствующего документа о жестких финансовых санкциях в отношении спекулятивных действия кооператоров, и проект о дополнительных поощрительных льготах для предпринимателей в реальном секторе экономики!

Генерал нашел взглядом министра внутренних дел Павлова.

– Товарищ Павлов, прошу вас взять это на свой личный контроль, и заняться этим незамедлительно. Ведь, эти дельцы не просто взвинчивают цены на дефицитные товары, в том числе и на товары повседневного спроса! Нет, они подрывают доверие к власти, к проводимым реформам, что еще страшнее! Проведите массовые аресты, громко осветите их через телевидение, лично выступите перед журналистами и расскажите, для чего именно это делаете! Люди должны видеть реальные быстрые…

В этот момент дверь кабинета резко распахнулась, и на пороге возник секретарь с красным взмыленным лицом.

– Товарищ Варенников, товарищи… произошло ЧП, – быстро проговорил он, останавливаясь перед длинным столом. – В Пулково произошел захват самолета. Полный Ту-154.

Варенников резко вскочил и быстро подошел к секретарю. Поднялись и остальные.

– Что уже известно? Что требуют террористы? – начал сыпать вопросами генерал. – Сколько всего пассажиров и террористов? Что предпринимается для освобождения людей? Террорист уже вышел на связь?

– Вышел, товарищ генерал, – секретарь протянул телефонограмму. – Его уже опознали. Это Шота Гонганзе из Тбилиси.

– И что ему нужно? – нахмурился Варенников. – В Турцию собрался? В Америку? Денег нужно?

Но требование оказалось совсем иным.

– Он потребовал, чтобы из под домашнего ареста освободили Ельцина и Горбачева.

– Хм… Чего-то такого следовало ожидать, – задумчиво пробормотал Варенников. – Получается, Запад начал новый раунд. Плохо, не вовремя…

Он отошел к окну, пока за его спиной начали громко обсуждать захват.

– Значит, нашли дурака, доморощенного националиста, и…

Глава 8
И сколько можно это терпеть?

* * *

США

Виргиния, Лэнгли

Утвержденный план по дестабилизации Советского Союза реализовался полным ходом. ЦРУ работало системно, последовательно отрабатывая все ключевые направления и темы – националистическая и религиозная повестка, тема политзаключенных, вопрос с недавно завершившейся Афганской войной, проблемы с историческими обидами и другие. Среди всех направлений работы выделялось националистическое, на которое шло более восьмидесяти процентов всего бюджета. Такое соотношение никого не удивляло, так как тема межнациональной напряжённости внутри советского общества активно и очень давно разрабатывалась американскими советологами. Причем в ней было просто неимоверное количество самых разных ответвлений – направления, связанные с коллаборационистами из числа разных советских народов (татарами, башкирами, чеченцами, украинцами, белорусами, русскими, прибалтами и другими), с монархистами, с троцкистами и др.

Американская советология имела громадный задел в работе, множество наработок, которые тут оказались востребованы. ЦРУ в подготовке деструктивных программ задействовало специалистов украинского, башкирского и татарского происхождения из Канады, Турции, Бельгии. Целые интернациональные команды трудились над специальными методичками и пособиями, направленными на разложение и вербовку интеллектуальной элиты из числа советских национальностей. Обрабатывался гигантский объём информации в поисках среди национальной элиты фигур, потенциально готовых стать во главе националистических объединений. Искали тех, у кого во время Великой Отечественной войны советским судом был осуждён кто-то из членов семьи, родственников, или хороших знакомых. Составлялись подробные досье, которые вырастали в громадные картотеки с тысячами папок.

– … Так, направление «Украина», где результаты? – с этого вопроса директора ЦРУ начиналось едва ли не каждое заседание вновь образованного «советского» управления. – Почему нет результатов? Что вы тут пишете о сильном распространении антисоветских настроений в западной части Украины? Это ни для кого не секрет. Где конкретные результаты? Почему там тогда тихо? Вы разучились работать? За что вам платят такие деньги? За ваши красивые дипломы? Дайте мне результат! Слышите, мне нужен результат! Словом, я вас предупредил… Так, что по Грузии?

Грузинское направление также считалось перспективным, а в последнее время – особенно актуальным. Все наблюдатели, агенты, журналисты из западных СМИ отмечали там небывалый подъём национального самосознания, а вместе с ним резкую активизацию националистических организаций всех мастей. Во множестве появлялись разнообразные общества защиты памяти, исторические фонды и правозащитные организации, ставившие своей целью возрождение грузинской нации. Ещё больше возникало неофициальных кружков, призывавших к борьбе за создание независимого грузинского государства и интеграции в состав западных экономических и военно-политических структур.

– … А чего вам не хватает? Почему там все тихо и спокойно? Мы вкладываем гигантские деньги, а выхлопа – ноль!

Директор Гейтс, конечно же, преувеличивал. Результат был, и немалый. Только за первый месяц реализации программы украинским, грузинским, армянским, азербайджанским, татарским и башкирским общественным организациям и конкретным активистам было роздано более семи тысяч целевых грантов на продвижение национальной повестки. Это были многочисленные исторические и псевдоисторические исследования о трагических страницах истории Российской империи и Советского Союза. Это было издание учебников по российской истории со специальным акцентом на темах межэтнических противоречий между разными народами советского Союза. Это были псевдорелигиозные и околорелигиозные мероприятия по популяризации идеи независимости национальных православных церквей, по возрождению языческих культов. Это были акции по пропаганде новых сексуальных ценностей западного типа, по слому традиционных консервативных норм в сфере сексуальных отношений.

– … Сэр, мы работаем. Но они там все… Берут и ничего не делают, обещают только, – встав с места, начал жаловаться тучный мужчина, руководитель грузинского направления. – Там просто невозможно нормально работать, сэр. Договорённости, вообще, ничего не стоят.

– Работать нужно лучше, а не пончики жрать, Гомез! Работайте не со всеми подряд, а с конкретными людьми! Ищите их! В конце концов, проверьте списки психиатрических заведений. Советы любят их использовать в своих целям. Поищите там! Кто сказал, что нам нужны умные? Ищите глупых, из которых потом можно сделать мучеников! Это будет еще лучше! Найдите пару таких людей, поработайте с ними, как следует, а потом подготовьте соответствующее мероприятие… Что мне всему вас нужно учить? За работу, за работу, парни! И, Гомез, завязывай с пончиками! Твоя задница уже шире этого кресла…

* * *

Москва

Вопрос с захватом пассажирского самолета в Пулково разрешился в тот же день. Спецы группы «А», прибывшие на место сразу же как только стало известно о захвате заложников, отработал именно так, как их учили – резко, жестко и эффективно. Пока переговорщик из МВД отвлекал внимание террориста, разговаривая с ним через открытую дверь, штурмовая группа незаметно подобралась к самолету с противоположной стороны. Сценарий с захватом пассажирского самолета многократно прорабатывался, поэтому спецы быстро заняли позиции для штурма – прямо над лобовым стеклом пилотской кабины, у запасного входа в самолет и в грузовом отсеке. По сигналу в пассажирском салоне были подорваны специальные средства для дезориентации террориста, и начался штурм, а через шесть минут уже все закончилось – заложники благополучно покинули самолет, а террорист лежал на полу салона с разбитым в кровь лицом и жалобно скулил.

В результате оперативно проведенного расследования были получены очень тревожные результаты, имевшие далеко идущие последствия. Выяснилось, что Шота Гонгадзе из города Тбилиси не был никаким матерым преступником и опытным террористом. Напротив, в его личном деле все было чисто и прозрачно: член партии уже около двух лет, работает в государственном тбилисском университете и преподает иностранный язык, активный общественник. Его биографию с точки зрения советской действительности омрачал лишь один изъян – осужденный за призывы к насильственному нарушению единства территории Советского Союза отец, получивший за это в 1959 году двенадцать лет лагерей.

Коллеги по работе, знакомые и родственники отмечали, что поведение Гонгадзе резко изменилось около месяца назад. Молодой преподаватель вступил в университетский кружок по изучению истории Грузии, стал активно интересоваться деятельностью антисоветских общественных деталей – грузин в годы революции, коллаборационистов грузинской национальности в годы Великой Отечественной войны и последующие годы. Начал резко критиковать советскую и восхвалять западную действительность. Пытался даже издавать собственную информационный листок для студентов и преподавателей.

– … Товарищи, сигнал очень серьезный, – по этому вопросу на заседании Оперативного штаба выступал председатель ГКБ. Крючков сейчас особенно походил на старого, побитого жизнью, ворона: чуть сгорбленный, взгляд тяжелый, пронзительный, голос хриплый, тревожный. Сразу видно, что разговор шел о плохом. – Было бы гораздо лучше, если бы мы имели дело с настоящим террористом, рецидивистом с опытом.

У кого-то из членов Оперативного штаба при этих словах лицо вытянулось. Видно, что не поняли сказанное.

– Действия настоящего преступника, уже совершавшего преступления, подпадают в определенные шаблоны, и поэтому их можно «просчитать», понять, предугадать, и в конечном итоге выстроить защиту, – уточнил Крючков, заметив непонимание. – Новичок же, тем более с такими биографическими данными, представляет собой самую настоящую проблему, от которой не знаешь, что ждать. Поэтому нужно рассматривать этот случай, как повод для самого серьезного расследования всей ситуации. Определённая работа сотрудниками КГБ уже проделана и сделанные выводы, товарищи, крайне серьезные. Начну с общей канвы…

В зале повисла напряженная тишина.

– В национальных республиках Советского Союза активизировалась подрывная идеологическая работа со стороны западных спец служб, направленная на очернение государственного советского строя и расшатыванию внутренней ситуации в стране. Фиксируется вливание значительных иностранных средств в общественные организации националистического толку на территории СССР, идет мощная методическая и организационная поддержка протестных настроений и протестной деятельности. Причем все это делается не тайно, под покровом ночи, а совершенно открыто, с использованием международных общественных организаций. В Грузии, Украине, Азербайджане, Армении, Узбекистане, Таджикистане официально открыты и активно работают представительства более сорока иностранных общественных организаций экологического, исторического, правозащитного, образовательного, просветительского и другого толка. Через эти организации совершенно легально реализуются программы по изданию идеологически ангажированной литературы – от детских книги и до учебников для вузов, идет поддержка мероприятий, очерняющих советскую действительность и пропагандирующих западные ценности и образ жизни. Возвращаясь непосредственно к нашему вопросу, замечу…

Крючков оторвался от листка, с которого только что-то зачитывал информацию.

– Шота Гонгандзе – довольно экзальтированный молодой человек, хорошо подающийся к внушению. В его квартире было найдено много националистической литературы, собственных записей, из которых следует, что он был одержим идей отделения Грузии от СССР и создания независимого государства. Историческое общество «Родная Грузия», в котором он состоял, уже три раза за последний год получало денежные гранты от Международного фонда «Открытое общество» на исследование националистических движений Грузии. Месяц назад им профинансировали издание книги «Распятая Грузия», посвященной грузинским антисоветским движениям и организациям в период Гражданской войны. Гонгадзе, по словам его товарищей, принимал самое деятельное участие в подготовке материалов. Некоторые вспоминали, что он многократно возмущался тем, что Грузия стала частью Советского Союза. Таким образом, что в итоге мы имеем следующее. По самым нашим носом враг ведет активную и очень успешную подрывную работу с национальной советской элитой, внедряя очень опасные идеи и мысли. И то, что случилось с Гонгадзе, товарищи, это наша с вами недоработка. Советский гражданин, член партии, преподаватель в университете, – это же представитель советской элиты, который должен был продолжить наше дело, а не, наоборот, разваливать его. Вы понимаете, что в республиках еще сотни и тысячи точно таких же Шота Гонгадзе, который в любой момент могут поступить таким же образом.

Все продолжали молчать. Нарисованная картина, и правда, впечатляла. Выходило, что Запад практически в открытую у них растил противников советского строя. Самое страшное то, что раньше все происходило точно также, но обстановка была иной, советский народ был другой, и страна была другой, и, соответственно, другим был и результат. С советской элитой враг работал и в 60-е, и в 70-е, и в 80-е годы, но эффект этой работы был крайне низкий. Тогда защитный потенциал советского общества и государства по отторжению такого деструктивного идеологического воздействия был несравненно выше, сильнее. Сейчас страна и общество сильно болели, разложение шло полных ходом. Значит, как и с сильным воспалением, нужны были мощные средства борьбы.